Ренессанс

> пацаны поймут, но скажут: я размяк.

Две недели пролетели пулей, пробив в сердце блондинки небольшую дыру. Причём именно в том месте, где хранились её мечты об удачно-сложенном бизнесе. Всё смешалось в большую серую массу: другого выхода, казалось, не было. В один из дней директорша собрала всю команду у себя в кабинете и сложа ручки вынуждала себя сказать эту очень печальную весть. Как тяжело это было! Когда понимаешь, что предателем становишься уже ты, то лезешь из шкуры вон, дабы затмить этот поступок добрыми делами или же словами. Чтобы у её решения было прочное основание, Селина представила, что выступает с речью перед судом и дает показания. Наконец, помешкавшись, дама сообщила, что приняла решение распустить персонал — то есть, грядет массовое увольнение. Лица их исказились в разных эмоциях: удивление, грусть, гнев. Разговор был крайне неприятным. Девчонка слышала их вопросы и руки её дрожали. Кто-то и вправду выдохнул, поскольку держался из последних сил — рутина доканала. Инстинкт выживания очень силен, поэтому она дала сотрудникам время осмыслить сказанное. Описывает увольняемым во всех подробностях о том, что будет дальше. Сообщает обо всем, что касается выплат, пособий, неиспользованного отпуска, рекомендательных писем, содействия в трудоустройстве и тому подобного. Оправдывается, говоря о том, что это было вынужденно. Ей действительно тяжело, потому голос начинает вибрировать, а к горлу подходит ком. А как же по-другому? Все катится к чертям, а значит, нужно формировать новый состав и с новыми силами вновь вступать в эту борьбу за стабильность. Было бы проще, если бы каждый высказал свое недовольство, но эти люди вновь молчат. Следовательно, девушка делает все правильно. Из персонала она оставила лишь двух: Анастасию, что нервно описала свою сложную жизненную ситуацию, и Александра — он являлся её правой рукой. Той ночью она так долго плакала Кириллу в плечо, а он всего лишь глаголил, что малая на верном пути, хоть верным он это не считал. Что ему сказать? Миклашевская так любит усложнять себе жизнь! Через тернии к звездам. В любом случае, Незборецкий всегда был за неё и поддерживал, как только мог. Даже порадовался, что Селина переступила себя, ведь увольнять людей — это эмоционально сложно, особенно для неё. Справилась без его помощи! И слава богу, поскольку лицо администраторши он больше не мог терпеть. Однако, радость эта продлилась недолго. Белокурая сообщила, что повысила всеми (не)любимую Анастасию, потому теперь рыжеволосая встаёт на эту должность. Если говорить об отношениях этих двух, то пара перешла на новый этап: многие подметили, что те стали единым целым. Одной семьей. И это не могло не радовать — последняя ссора их была как раз-таки две недели назад! В ночь, когда девушка с горя напилась, ей пришлось познакомиться с подругами Кирилла — Аней, Дашей и ещё парой людей. Как стойко держалась Миклашевская перед ними! Старалась не дышать, дабы никто не уловил этот лютейший перегар, что обвивал её голову. Незборецкий частенько проводил время в компании: то прогулки, то разъезды по различным местам, то все кантовались в его доме. Однако, искренне унывал, когда блондинка отказывалась проводить время с ними же, поскольку той хотелось посидеть дома, либо же нужно было быть на работе. Сами девочки восхищались Селиной, хвалили за такую тягу к высотам. «Обозвали» её стесняшкой, но Незборецкий доказывал обратное, приводя различные примеры, пока та хмурилась. Шиханова вместе с подругой встретилась с Ковалевой в отдельном месте, учитывая причины необщения с ней других. Сколько же Ариана наговорила гадостей про Миклашевскую! Казалось, уши девушек завяли. Несмотря на многочисленные рассказы, старались не верить всему, что говорит эта девчонка. Селина им казалась комфортным человеком, хоть и стеснительным. Альбом Кирилла занял первые места в чартах, в чём директорша совсем не сомневалась. Наконец, подарила ему тот подарок, что так долго пылился в шкафу. Парень великолепно сделал вид, что не видел этого презента, и расплылся в своей доброй и благодарственной улыбке. О, эти эмоции! Девушке так было приятно видеть эту мимику лица, что она, сложа ладони, сама запрыгала от ощущения радости. Хорошо ей — хорошо ему. И так по кругу. В вечер пятницы компания вновь сидела в доме Незборецкого, распивая алкогольные напитки. Время пролетело незаметно — завтра у друзей самолет в обратную сторону. Потому, те атмосферно проводили оставшееся время вместе под душевные разговоры и шутки Некрасова про отсутствие вечно занятой Селины. В дверь постучались. Незборецкий, прошептав тихое «наконец-то», прошел по коридору, щелкнул замок, и тут же ему открылся вид на блондинку, в руках которой оказался тот самый рыжий кот. Губы исказились в саркастичной улыбке, мол, не может быть. Постояв так три секунды, закрыл дверь, громко вздохнув. — Эй, на улице не лето! — слышится по ту сторону и Кирилл вновь дергает ручку. Девчонка спокойно проходит внутрь, передает животное в руки белому, и, разувшись, забирает обратно, проходя в глубь. Хихикнула, слыша, как музыкант плюется от шерсти, и поприветствовала других. Весь женский пол сразу завизжал от умиления и подбежал погладить толстенького. — Селина, — блондин встает в проеме, поставив руки на бока, — Что это? — Кот. — А-а, тогда ладно, — иронизирует, — Я-то думал собака. — Про сову никто не скажет? — хмыкает Андрей. Девушка выпустила из рук шерстяного, от чего тот сразу распластался на полу от частых поглаживаний Даши. — Польский кот, — улыбается Дора, — Какой милый! — Думаешь, если он польский, то и мяукает по-польски? — Некрасов достает телефон и включает камеру, — Селина, спроси у него что-нибудь. Вдруг, он знает команды. — Что я у него спрошу? — смеется, снимая пальто. — Даже не знаю, — цокает, — Узнай на чем двигается. Какой же бред порой несет этот парень! За это Селина с ним и сдружилась. Вся компания заливается смехом от этого безграничного разума. — Ну, кстати, поездку он перенес не слишком хорошо, — посматривает в сторону Кирилла, что продолжал ошеломленно глядеть на это творение, — Даже, я бы сказала, что плохо. — Это намёк, что мне нужна химчистка салона? — Нет, нет! — завязывает хвост и проходит на кухню, — Пару царапин. — Пару царапин, — повторяет Детков, интонируя, — На Ларгусе Лизы тоже было пару царапин! — По сравнению с моей машиной — да! Незборецкий всё ждёт каких-то объяснений от нее, со смешливым лицом наблюдая, как девушка накладывает кошачью еду в одну из тарелок. — Я из этой тарелки ем! — смеется белый, — Так, что этот кот делает здесь? Когда малая, наконец, разобралась с кормежкой, то быстренько раскидала блондину планы на это животное. Сказала, что это лишь временно, пока она не найдёт ему хорошего хозяина, объяснив тем, что на улице начинает холодать. Девушка нырнула в комнату, чтобы переодеться, но парень пошёл за ней, каждый раз наблюдая эту картину по-новому. Всё тараторила о своей работе, людях, а он вдумчиво всматривался в её прекрасное тело и изящные изгибы. Вот что-что, а гипнотизировать она умеет. Ещё и домашняя одежда её кажется не такой уж и домашей — не растянутые, застиранные футболки. Чёрный, шелковый «костюм» с завязками и парень вообще забывает о друзьях и незванном животном, вдыхая запах женских волос. Девушке нужно было срочно разобраться с документами, потому она засела в комнате на втором этаже, вникая в чужие резюме. Некрасов, что сидел на первом, названивал ей по фейсу и выманивал к ним, дабы вместе провести вечер. Миклашевская отнекивалась, говоря о том, что занята, но Андрей резво пристыдил девчонку, после чего длинноволосая уже спускалась вниз вместе с ноутбуком и бумажной волокитой. Присела она в зале за стол, вновь раскрывая компьютер и надевая очки. Выглядела девушка довольно сексуально в таком образе, потому Незборецкий старался не смотреть на нее и мысленно умолял, чтобы та не закусывала губу. Шутили, смеялись, смотрели какие-то шоу под градусом, пока Селина хмурилась от частого шума. Чаще всего её отвлекал и сам Некрасов, всё юля и подшучивая, но та не всегда вслушивалась в разговор. И как работать в такой атмосфере? Ещё и Быстрецкая названивает! — Уйди, — улыбается блондинка, охраняя документы, — Я тебя прошу, Андрей. — Жадина, — отдает один из листов обратно, — Хотел посмотреть на красивых девочек. — Внесу тебя в стоп-лист с завтрашнего дня. Парень бредет обратно к дивану, но оступается и комнату заполняет грозное «мяу». Тяжёлый взор зеленых глаз упал на эпицентр события. — Всё, Андрюха, — мотает головой комик, — Тикай с города. — А шо он тут разлегся? — присаживается и руками «подпинывает» кота, чтобы убрать его подальше от себя, — Все, уходи! Ты грязный. — Вообще-то, он сегодня купался, — подает голос блондинка, — И вычесывался. — Ути, бозе мой! — артистирует друг, — А уборная у него тоже отдельная будет? — Кстати, — отпивает Hennessy белый, — Интересующий вопрос. — Улица, — жмет плечами девушка, — Ничего сложного. Полчаса выгуливать. — Кота? — вскидывает брови, — Дожили! Я не буду выгуливать кота. — Все, — жестикулирует, — Я занята. Незборецкий продолжил разгонять эту тему, а Детков всё ловил шутки про дорогое обслуживание кошачьего друга. Рыжий вальяжно расхаживал туда-сюда, обнюхивая различные места, пока Кирилл твердил «гостю» одно и тоже: «даже не думай». Когда Миклашевская погрузилась в работу, вычитывая, какие языки знает тот или иной будущий сотрудник, то шерстяной друг решил найти себе место прямо на столе, скинув пару листов. Селина никаким образом не отреагировала на данную диверсию, лишь высунув из-под туши важные документы. Ти продолжал бубнить о наглости и вседозволенности этого «парня», отвлекаясь на рассказы Ани о плохом опыте с животными. — Да, Лиз, — вздыхающе отвечает, захватывая телефон плечом. — Привет, — неловкое молчание, — Мне нужно с тобой серьёзно поговорить. И… извиниться. — Говори, — хмурит брови от очередных шуток напротив про чрезмерную занятость. И зачем только она с ними села! — Это не телефонный разговор. — Что-то случилось? — волнение, — Я сегодня буду в клубе. Сможешь подъехать? Барменша согласилась, на том их звонок и разорвался. В работе с перерывами на разговоры прошло полтора часа: компания допивала свои напитки, а Миклашевская практически заканчивала тяжелый отбор. Некрасов все продолжал веселить компанию — наткнулся на какое-то видео в одной развлекательной социальной сети. Хмурился, уводил глаза вверх, будто вспоминая что-то. Когда, наконец, Сергей поинтересовался столь задумчивым видом, то Андрей стал засыпать интересными вопросами всех друзей. — Нахуя я вообще спросил у тебя что-то? — отмахивается комик — Я вообще гуманитарий! — Так это из гуманитарии, — смеется тот, — Что, никто не знает в какую эпоху жил Микеланджело? — Ты сам-то знаешь? — усмехается Незборецкий, — Есть варианты ответов? — А какие эпохи были? — щурится Даша. — У-у, — иронизирует Андрей, — С кем я общаюсь? — В эпоху возрождения, — подает голос Миклашевская, — Очень красивые картины писал. Моя самая любимая «Сотворение Адама», — судя по взгляду, никто эту картину вспомнить не мог, — Ну, фрагмент касающихся пальцев рук. Помните? У многих татуировки с этим фрагментом! Незборецкий скривил гордую гримасу и кивнул другу с намеком, мол, есть чему поучиться. — Заезженная картина, — Мария уже успела погуглить и рассмотреть это творение. — Искусство не может быть заезженным, — хмыкает Селина, читая документ, — Это же классика. — Маша, вопрос тебе, — продолжает Некрасов, — Зелёный пигмент, окрашивающий листья растений. — Ой, это я знаю! — выкрикивает она, — Фотосинтез. — Это сам процесс, — встревает Селина. — Боже мой, — закатывает глаза, — Все, отстаньте от меня со своими вопросами. — Задай мне что-нибудь, — шепчет Незборецкий, подмигивая в ожидании лёгкого вопроса. — Отношение пути ко времени равняется? — Ла-адно, — артистирует, — Не задавай, — пока компания смеялась, парень все же задумался, — Скорости, нет? — Селина, — обращается друг к наглаживающей кота, — Ваш ответ? — Андрей, я занята. — Опа, вот я тебя и словил! — Скорости, — усмехается, — Расстояние разделить на время. Ещё на протяжении пятнадцати минут Некрасов пытался расколоть женский ум множеством вопросов: и даты она знала, и науки, и спорт. Наконец, на одном из вопросов про детали машин девушка сдалась. Музыкант был удивлён такому складу ума и внутри восхищался тем, что блондинка имеет хорошую память и начитанность. Одна лишь Маша фыркала и пыхтела, считая себя униженной. Она единственная из всей компании, кто не ответил ни на один вопрос. Когда друзья увильнули на террасу покурить, то в комнате остались лишь четверо девчонок. Девушка Некрасова, как бы невзначай, пыталась «укольнуть» Селину. Настолько ей было обидно и неприятно! Аника зависала в телефоне, редактируя фото, а вот Даша завороженно смотрела на этот театр одной актрисы. Миклашевскую обвинили в своих же знаниях! Маше показалось, что, таким образом, та пыталась произвести впечатление на мужчин. Обиженная хваталась за каждую соломинку: и щеки у Селины появились, и парфюм её сильно бьёт по носу. Дора пыталась вмешаться некоторыми своими речами, накручивая локон на палец, но той малой было всё равно. Селина очень расстроилась. «Расстроилась» было мягко сказано. И так она ни с кем не общается; и так не хотела мешаться компании, твердила о работе на втором этаже. Сидела бы дальше в своей комнате! Ответила бы она ей чего-нибудь из такого же разряда, да сил совсем не было на ругань. — Мне жаль, что ты такого мнения обо мне, — шмыгает носом, забирая компьютер и складывая листочки в стопку, — В конце концов, я не могу понравится всем. Зато я могу изменить свою фигуру и купить новые духи, а злость из людей очень сложно вывести. Аника подняла взор своих глаз лишь под конец, когда Миклашевская, кинув последнюю фразу, удалилась обратно на второй этаж. Вероятно, дело было совсем не в вопросах. Некрасов очень сильно полюбил Миклашевскую, как подругу. И, ох, как это не нравилось Мегинюк! Даже во время скромного приветствия кидала эти мрачные взгляды в сторону директорши. Совсем недавно Маша пыталась пойти ва-банк — отчетливо и со стараниями хотела сдружиться с Кириллом. Только вот он таких попыток не оценил: было заметно, что говорить ей с ним совершенно не о чем. — Маш, зачем ты так? — круглыми глазами смотрит на нее Дора, — Или мы чего-то не знаем? — Даже, если мы чего-то не знаем, это было низко, — говорит Аня, — Лучше сходи и извинись. На моменте диалога зашли парни, что обратили внимание на отсутствие подруги. Незборецкий, схватив кота подмышку со стола, поднялся на верх, дабы позвать девушку отдохнуть от бумажной волокиты. Уже в комнате белый обнаружил длинноволосую, что пыхтя пыталась натянуть на себя белые джинсы. — Не понял, — насупился, — Куда? — В клуб, — малая не поворачивалась к нему лицом, — Не надолго. — Эй, марио, — смеется он с прыгающей девчонки, — Поедем позже все вместе. Директорша ничего не ответила — всё старалась сделать невозможное. Блондин продолжал стоять вместе с рыжим в руках и тихо смеяться с этой картины, надувая щеки. — Это конец, — девушка закрывает лицо ладонями и всхлипывает, — Кабаниха, блин. — Селина, ты серьёзно? — лицо его меняется и он подходит ближе, — Надень что-нибудь другое. — Чехол для сидения? — отрывает руки от глаз, — Почему ты мне не говоришь, что я поправилась? — Это не правда. Мне очень нравится твоё тело. И я готов смотреть на тебя вечно. — Это все твой шницель! — смешливо бьет его по плечу, — Давай пожарим, давай пожарим, — пародирует его слова, снимая с себя неудачную вещь, — Вот! — хватает себя за ляжку, — Сама как шницель! — Отлично, — разводит одной рукой, поскольку вторая была до сих пор занята молчаливым животным, — Я еще и виноват! — вздыхает, — Ты знаешь, что вещи могут садиться после стирки? И вообще, жир в этом месте очень важен, — усмешка. — Не успокаивает, — растирает холодные капли по лицу и меняется в лице, вспоминая иное, — А духи? — Что «духи»? — Духи тебя мои устраивают? Лицо его надо было видеть! Полное непонимание и желание смеяться с ситуации читались в его мимике. Кот же тем временем продолжал «висеть» на руке парня, потягиваясь и зевая. — Какое сегодня число? — Нет, — усмехается, — Дело не в этом. — Тогда я даже не знаю, что и думать, — чешет голову, — Я что-то успел натворить? — Значит, действительно, — кладет руки на груди и поджимает губу, — Все так плохо. Молодой человек подумал, что, если замолчать, то тайна этого разговора раскроется сама по себе, но случилось то, что случилось. Девушка решила перенюхать все свои три вида духов: флористические, океанические и фужерные. Никакого итога! Кирилл же просто продолжал смотреть на это со стороны, переложив кота под другую руку, поскольку правая затекла. Когда девушка всё же переоделась в подходящее, то решила заговорить уже сама, попросив, наконец, отпустить кота на пол, потому что выглядела эта картина уж слишком смешно. Музыкант и забыл, зачем вообще взял его с собой! Присев на край кровати, вывел все же её на чистую воду, но не до конца. Подведя губы кофейным оттенком, директорша лишь поведала о том, что её задели слова одного человека, что находится сейчас в этом доме. Как же она пожалела, что пожаловалась! Гадал, пытался выяснить, кто же посмел заикнуться в его же доме о его же близком человеке. И только кот не менял своей позиции — разложился посередине комнаты и без осуждения смотрел театральную сцену. Кирилл хотел разобраться, найти компромисс и заставить извиниться. По немногу стал хмуриться и словил некое разочарование в каждом, на кого падали подозрения. — У меня больше нет друзей, — задумывается после перечесленний, — Остальные далеко, — посматривает на рыжего и добавляет, — А вот этот, — кивает на него, — Мне не друг. Или ты, наконец, научила животных разговаривать? — Если бы, — закрывает тушь, — Я бы общалась только с ними. — Меня задевает, что ты не можешь мне рассказать правду. Девчонка смеется, но замечает серьезное лицо в отражении зеркала и поворачивается к собеседнику. — Кирилл, — неровный вздох, — Я не хочу портить твоё отношение к рядом находящимся людям. — Маша тебя обидела? — нехотя, девчушка все же кивнула, — Кого ты слушаешь, малая? Я начинаю сомневаться в твоих умственных способностях, — вскакивает с кровати, — Ты у меня хотя-бы знаешь, что такое фото, — парень забывается, залипая на слове. — Фотосинтез? — посмеиваясь, мурчит она. — Я не буду в этом разбираться и вижу, что ты сама бы этого не хотела, — касается ее талии, обозначая, что ничего ужасного не произошло, — Но это всего лишь зависть. Точнее, я так думаю. Нам не нужны завистливые люди. Пока другие завидуют своим друзьям, я молюсь, чтобы мои преуспели. Потому, если такое повторится ещё раз, то я, блять, — подбирает красивые слова, — Приму меры, вот! — Спасибо, — посмеиваясь, обнимает его и все же добавляет после длительного молчания, — Так, что по поводу парфюма? Для полного её спокойствия Незборецкий мог долго перечислять все её преимущества. И мысли её не сравнимы с другими — плотные, воодушевляющие залезть к ней в голову. И разговоры с Селиной будоражат его душу, действуют на нервы, как успокоительное. Привычки, что перенимала она у него уж слишком сильно заставляют порхать тошнотворные эти бабочки в животе. Тело её — холст, искусство. Мимолетные взгляды, запах её — ощущались едва-ли живым прикосновением, что вызывали мурашки. Даже колкие слова девчушки, сказанные невпопад во время глупой ссоры, хоть и ранили, но все же заставляли прекратить кричать друг на друга и усмирить свой пыл. Остановила Миклашевская его на словах о её любви к кофе, поскольку ещё на первом предложении та поняла всю свою значимость. В заведение вместе с документами и самой директоршей поехали четверо: Незборецкий, Детков, Дора и Аника. Девушки хотели посмотреть на место работы возлюбленной друга, так как за все время пребывания здесь они практически ничего не успели. Инициатором поездки Сережи была сама Селина — на него у подруги были свои планы. Блондинке было и приятно, и неудобно одновременно. Персонала нет, кухня не работает. Максимум, что девчонки могли себе позволить там, так это напитки, и то, без вмешательства бармена. Незборецкий больше ничего не говорит про навыки вождения девушки на его внедорожнике: за две недели девушка ловко всему обучилась. По приезде, Миклашевская выслушала множество комплиментов о дизайне, интерьере и освещении. И как же без Кирилла! Хвастался сделанной «своими руками» вип-комнатой, рассказывая различные истории и смеясь с лиц друзей. Пока длинноволосая зависала в кабинете с менеджером, теряясь в поручении о назначении новых сотрудников, Детков, тем временем, ловко нырнул за барную стойку и откопал свой любимый алкогольный напиток. Уселся за столик и завис в телефоне, хмурясь от смеха на втором этаже, что перебивал кромешную тишину в помещении. Внезапно, вздрогнуть заставил его хлопок двери, что раздался эхом где-то сзади. — Привет, — неловкая улыбка Быстрецкой ввела его в ступор, — Селина в кабинете? Нечего ему было ответить ей, да и говорить совсем не хотелось. Молча кивнул и продолжил переписываться с другом из другой страны. — Спасибо, что хотя-бы кивнул, — усмехается она, оставляя свою сумку на барной и снимая с себя пальто, — Что нового? — Из вежливости спрашиваешь? — Нет, — корчит лицо, поправляя волосы, — С чего бы? — Хуй знает, — обида заиграла новыми красками, — Две недели не отвечала, а тут внезапно интересно стало. Пока барменша думала, что ответить парню, знакомый женский голос позвал её к себе с оповещением, что они могут поговорить. Незнакомые брюнетке девушки спустились со второго этажа и подсели к комику с вопросом о баре. Лиза с удовольствием что-нибудь смешала бы для них всех, только бы не чувствовать эту ебучую вину перед друзьями. — Все, уходи, я не общаюсь с жадинами, — Миклашевская выталкивает из кабинета Незборецкого с тарелкой в руках, — Ещё и воруешь! — Я почётный гость, — жуя сырную нарезку бормочет, все же усаживаясь на кресло, — Имею право. Быстрецкая тихо проходит в кабинет и оседает на диване, рассматривая эту миловидную картину. Кирилл бывает добрым и может вести себя по-детски? Неужели! Как выяснилось, музыкант уже пошарился на кухне, отыскав нарезку со вчерашней маркировкой. Кухонные работники как-раз прибирались вчера в своём отделе, но, поскольку заведение было временно закрыто, то и продукты оставались лишь только замороженные. А чуть-чуть свежего они оставляли для себя, поскольку обед-ужин входил в их рабочие условия. Миклашевская долго смотрит на него, сложив руки на груди, но всё же тянется через стол и рывком хватает три кусочка сыра, после чего на тарелке остается всего-ничего. — Верни один, — хмурится парень, — Давай поровну! — Ты не хотел со мной делиться, — наглядно кладет ломтик в рот, — Это карма, бро! — жмет плечами. — Ты мне не бро после такого, — кладет тарелку на стол и отряхивает ладони, — Это ужасный поступок. Наконец, Быстрецкая показательно кашляет, уведомляя о том, что пара находится в кабинете не одна. Диалог как-то сразу не задался, как показалось Быстрецкой: то Незборецкий сидел и давил на нее этим холодным взглядом своим, то сама Миклашевская будто не была заинтересована в разговоре — всё листала какую-то папку с документами. Барменша была бы рада поговорить с глазу на глаз, но просить Кирилла покинуть помещение было неудобно. Блондин и вовсе молчал все оставшееся время, отламывая по кусочку оставшегося сыра. Лиза извинилась за свое поведение, чем вызвала усмешку у парня. Высказалась о своих чувствах на протяжении всех дней, старалась оправдать поступок быстрой сменой ритма жизни. Уж слишком много социума стало вокруг неё! Брюнетке казалось это непривычным и что-то всё же заводило в ней тревогу, хоть ничего плохого и не случалось. Стыд от воспоминаний последней их «тусовки» разлился по её щекам. Когда слова и мысли Быстрецкой коснулись женской дружбы, то внутри директорши всколыхнулась обида. Блондинка лишь кинула взгляд, а Лизе уже показалось, что все потеряно. Показалось ещё задолго до этого взгляда, когда она чувствовала себя, как на судебном заседании в роли обвиняемой — в помещении раздавался только её голос. Напряжение натянулось внутри неё при вопросе о возвращении на свое рабочее место. Кирилл молчал. В нем могло быть столько всего, но он заметил, что Селину это никак не колышет, потому и тот не дрогнул. Незборецкий больше не лезет в её дела и дела её сотрудников — это всегда кончалось плачевно. — Да, некрасиво вышло, — вздыхает блондинка, закрывая папку. И ведь ей совершенно нечего ответить! — Что думаешь, Кирилл? Белый непонимающе посмотрел на неё. О чем речь? Молодой человек только решил перестать совать свой нос в чужую работу, дабы угодить самой главной. — Ничего не думаю, — откатывается от стола, — Я хочу домой. — Я тоже, — вздыхает, — Не знаю, Лиза. Все решения, которые я принимаю потом возвращаются мне бумерангом. Как видишь, — размахивает руками, — Кроме Саши здесь больше никого нет. — Понимаю, что доверие вернуть обратно сложно, но попробуй понять меня тоже, — смотрит на неё жалобно, — Мне было тяжело. — Нет выгоды в таких сотрудниках, — всё же вставляет свое слово Кирилл, — Тебя примут обратно, а завтра у тебя появится новый свист, — старается сказать, как можно мягче, но холод все равно прощупывается, — Нужно научиться мыслить более рационально. — Я поняла, — перебирает пальцы, — Селина, извини меня, что нагрубила тогда и ушла, ничего не объяснив, — встает с места, — В таком случае, могу идти? Постучав пальцами по столу, Миклашевская перевела взгляд на парня и кивнула в качестве вопроса. Мол, «слово остается за тобой». Ти удивленно вскинул брови и выдал смешливую улыбку, по типу, «так, вот, как мы заговорили теперь». Впервые, парень не знал, что сказать в этой ситуации. Не понимал, что в действительности хочет эта директорша: вернуть подругу или же, напротив, боится задеть заявлением о ненужности. — Подожди, — блондинка разрывает тишину, после чего парень выдыхает. Выходит из кабинета и возвращается через минуту уже с Детковым, что нехотя приковылял в помещение. — Вам есть о чем поговорить, — жестует белому о выходе, выжидая у двери, но тот лишь смеялся с недоумевающего выражения лица друга с последним куском сыра в руках. Цокнув, подошла к музыканту и уже практически «утащила» из кабинета, оставив двоих выяснять отношения.