Глава 6. Гоблины и кузница
3 ноября 2023 г., 07:47
В тот день в «Дырявом котле» было особенно шумно. Саурон, скрипя зубами, протирал столы и разносил напитки. В голове он вспоминал различные способы и случаи массовых убийств. Это помогало ему успокоиться и не устроить массовые убийства здесь.
— Ей, мальчишка, принеси ещё огневиски, — крикнул какой-то мужик, пока Майрон относил поднос с пустыми кружками. Майа инстинктивно обернулся, чтобы просто посмотреть, кому нужен алкоголь, но случайно наклонил поднос. Одна кружка упала на пол и разбилась. Следом за ней посыпались и остальные, а финалом послужил поднос, вертикально, словно меч, запущенный в пол самим Майроном. Железный поднос не разбился, но воткнулся в пол между деревянными щелями. В наступившей тишине было явно слышно, как вибрирует железо.
— Встал и взял. Всего два метра, — рявкнул Майрон и ткнул пальцев в барную стойку. Его глаза гневно полыхали, а волосы явственно зашевелились. На лицо словно набежала тень. Он понимал, что возможно напугал этих людей и что нужно было успокоиться и мило улыбнуться, но не смог пересилить себя. Он чувствовал как раскаленная лава текла по венам, готовая вырваться на волю и спалить окружающих до пепла.
Он — Владыка Мордора, правая рука Мелькора. Когда-то даже эльфы боялись произнести его имя вслух. Люди либо склоняли головы и присягали на верность, либо обращались в бегство лишь от его вида. Теперь же он вынужден был прислуживать каким-то жалким смертным, которым лень сделать и два шага. Мерзкие трусы не способны справиться с общим врагом, готовые свалить все на ребенка. Даже орки будут слаженнее и трудолюбивее.
— Уизли, ты что творишь? — прошипел Том, подбегая к нему. — Либо ты сейчас же угомонишься, либо…
— Что? — Майрон спокойно повернулся к нему, и в этом спокойствии было больше угрозы, чем в возмущении хозяина «Дырявого котла». — Напишешь отцу? Думаю, он и без тебя все узнает. Уволишь? Я сам ухожу. Попробуй найти еще такого дурака, как я, готового работать в этой дыре за такие копейки.
Сделай это Майрон года два назад, его бы все высмеяли, но сейчас люди переглядывались между собой, а кто-то и вовсе поспешил убраться подальше из «Дырявого котла».
За эти три года Саурон стал старше. Близким к нему людям казалось, что он полностью пропустил переходную фазу, когда ребёнок становится нескладным существом, полным гормонов и комплексов. Он выглядел старше своих одноклассников, но одновременно с этим мог называться четырнадцатилетним юношей. А вот опасность, таившаяся в нем, теперь стала более очевидна не только для Дамблдора, но и для многих окружающих. Это было Майрону на руку в компании слизеринцев, но не с остальными.
Майрон уже думал попросить прощение, притвориться смутившимся и продолжить работу, как дверь в бар настежь открылась, стукнувшись ручкой о стену. На фоне оживленной лондонской улицы явно выделялся силуэт огромного мужчины в кротовой шубе.
— А чой это тут происходит? — удивился Хагрид, оглядывая помещение. Увиденное им и правда было довольно странным: в центре бара стоял старый хозяин «Дырявого котла» Том с тряпкой для бокалов в руках, напротив него — юноша, чья кожа, казалось, испускала легкое оранжевое свечение. Между ними, словно ничтожный барьер, торчал воткнутый в пол поднос. На полу рассыпались осколки битых кружек. Гости окружили их, как зрители в амфитеатре.
— Вы что дрались, что ли? — пришёл к, казалось бы, логичному, но очень нелепому в такой ситуации выводу Хагрид.
— Конечно нет, — улыбнулся Майрон. — Я просто увольняюсь. Как дела, Хагрид?
— А-а-а, ну раз увольняешься, — недоверчиво протянул Хагрид. — Да я вот… Решил помочь Гарри разобраться с покупками в школу. — Хагрид хлопнул по плечу мальчика, которого возбужденные ссорой люди даже не заметили с первого раза.
Ребенок был одет в вещи на пару размеров больше его собственного. Темные волосы отродясь не знали, что такое расческа, а круглые очки были проклеены посередине толстым слоем скотча. Из-под очков на мир глядели любопытные, но одновременно настороженные зелёные глаза.
— Так это и есть знаменитый Гарри Поттер? — воскликнул кто-то из толпы.
Люди, уже позабывшие о недавнем инциденте, кинулись с ним здороваться и знакомиться. Было видно, что Поттер чувствовал себя неуютно и хотел отсюда сбежать, но старался с достоинством со всеми поздороваться и быть максимально вежливым. Правда, со стороны это выглядело жалко.
Саурон вздохнул. Как и следовало ожидать, это был обычный ребенок. Да, в нем не было крови бессмертных, но и его великая аура победителя Темного Лорда тоже не сбивала с ног. Просто мальчик-которому-повезло.
— Хагрид, а вы потом куда? — спросил Майрон, пробравшись сквозь толпу к лесничему.
— Нам надо сначала зайти в Гринготтс, а потом за покупками.
— Можно с вами? — попросился Майрон. — Я ещё не закупался к школе. Как раз покажу Гарри Косой переулок, пока ты будешь в Гринготтсе.
— Так это, Гарри тоже надо деньги снять. Мне же не только за поручением Дамблдора туда надо, — покачал головой Хагрид.
— Ты что, не доверяешь мне? — обиделся Саурон. — Мы же уже так давно дружим. Нашёл себе нового друга, да?
— Хагрид может пойти с тобой, — услышав их разговор, произнес Гарри, несильно дернув Майрона за рукав, чтобы привлечь внимание. — Я и сам могу пройтись.
Саурон растерялся. Это представление было лишь для Хагрида. Он и не рассчитывал на то, что их услышит Поттер. Тем более не думал, что тот с такой готовностью согласится остаться без охраны. Уму непостижимо. Для него одного будет здесь опасно.
— Я же просто пошутил, — наконец выдал он. — Пойдемте втроем. Я просто на лавочке посижу, вас подожду. Потом сходим вместе за необходимым.
— Поддерживаю. Заодно расскажешь Гарри про Хогвартс. Ты-то больше знаешь.
— Я знаю столько же, сколько и ты, — слукавил Майрон. На деле он каждую ночь изучал замок вдоль и поперёк в поисках Тайной Комнаты. Находил новые потайные ходы и скрытые комнаты. Всё это было не то, но зато как расширялись знания о замке и пополнялись новые идеи для Мордора.
Майрон никогда не заходил в Гринготтс. Даже если семья Уизли хранила там деньги, Саурону это было ненужно. Своих наличных у него тоже было не так много, чтобы открывать отдельный счет, а заходить туда из любопытства было унизительно. Сейчас же у него был достойный предлог — он сопровождал друзей.
Гринготтс впечатлял как снаружи, так и внутри. В мраморном холле рядами тянулись высокие стойки, за которыми восседали гоблины. Кто-то разговаривал с волшебниками, а кто-то перебирал драгоценные камни. Ему это так напомнило кузницу Аулэ, что майа скривился. Зачем он вообще сюда пришёл?
— Доброе утро, — обратился Хагрид к свободному гоблину. — Мы тут пришли, чтоб немного денег взять… э-э… из сейфа мистера Гарри Поттера.
Гоблин ему не ответил. Его взгляд был устремлен на Майрона. В глазах отражался страх и почтение одновременно. Неужели они его боятся точно так же, как и акромантулы — на подсознательно уровне.
— Ээ… мистер Гоблин, — позвал Хагрид и помахал рукой перед его носом. — Вы меня слышите?
— Адар? — выдохнул гоблин.
У Майрона расширились глаза. Он в первую секунду тупо смотрел на гоблина лихорадочно размышляя, когда это он стал отцом. Даже если бы он был отцом, у него точно не было бы… таких детишек. Если это орки или потомки тех гоблинов, что живут в Средиземье, то для них отцом был Мелькор. Приемным. Они спутали его с Мелькором?
— Вы ошиблись, — холодно ответил Майрон и притворился, что его интересуют узоры на мраморном полу.
— Д-да, точно, — заикаясь, ответил понятливый гоблин. Он тут же отвернулся от Майрона и обратился к клиентам. — У мистера Гарри Поттера есть ключ?
— Да. — Хагрид стал шарить по карманам в поисках ключа, выкладывая все, что там было на книгу регистрации. Наконец он нашёл золотой ключ и вдобавок протянул конверт с письмом. — Это послание от Дамблдора. Насчёт… эээ… Сами-знаете-чего в сейфе семьсот тринадцать.
Гоблин внимательно изучил ключ, прочитал письмо и позвал другого гоблина. Передал ему распоряжение и отпустил гостей в его юрисдикцию.
— Эй, Майрон, пойдешь в нами? — позвал Хагрид.
— Я же сказал, что подожду на лавочке. — Напомнил Майрон, оглядываясь в поисках отсутствующего здесь предмета мебели. Как только Поттер с Хагридом и гоблином скрылись из виду, Саурон мрачно повернулся к дежурному. — Отведи меня к главному.
— Слушаюсь, адар, слушаюсь. — Гоблин несколько раз поклонился и спрыгнул с барной стойки. Они прошли через весь холл, подходя к простой непримечательной двери. К той самой, за которой скрылись Хагрид и Гарри. Майрон невольно хмыкнул, когда гоблин пропустил его вперед. Гоблины и здесь являлись гоблинами. Огромная пещера, освещенная факелами, уходила глубоко вниз и терялась в темноте. Её пересекали рельсы с грузовыми и пассажирскими местами. Холл банка был ничем иначе, как средством для отвода глаз.
Гоблин обернулся и толкнул стену рядом. Она отъехала в сторону. Кабинет главного гоблина был в темных тонах и освещен факелами. На темном столе красовалась табличка «Клювокряк. Гендиректор банка Гринготтс. Отделение Британии»
— Что случилось? — главный гоблин был куда больше остальных и в росте, и в толщине живота. Его голос был глубже, чем у остальных, но с тяжелым дыханием.
— Я случился, — улыбнулся Саурон. Он быстро прошел в кабинет, сел в кресло напротив и уставился в глаза Клювокряку.
— А…а…адар? — с трудом выдавил гоблин.
— Ты спутал меня с Владыкой Мелькором? — напрямую спросил Саурон. — Я его заместитель, Горт…
— Гортхаур, мы знаем, адар. — Гоблин встал и с почтением поклонился. Возможно, он задел бы длинным носом пол, если бы живот не помешал. — Мы никогда бы не спутали своего спасителя с кем-то другим. Мы с вами связаны даже сквозь поколения.
— Ага, — протянул Саурон. — Встань, хочу поговорить с тобой. Наедине, желательно.
— Слушаюсь, — сопровождавший Майрона гоблин тут же поклонился и удалился.
Клювокряк сел на свое место и замолчал. Слышно было лишь его тяжелое дыхание да треск факелов. Майрон не спешил начинать диалог. Он попытался вспомнить, где и когда спасал гоблинов. Обычно они шли на убой эльфам, и сам Саурон никогда не водил знакомство с гоблинами. Даже не разговаривал с их командирами, передавая приказы через девятку приближенных людей.
Но если брать ещё более ранний период… Майрон вспомнил. В то время он только перешёл на сторону Мелькора и знал такие глупые чувства, как жалость и сострадание. Мелькору не понравились эти мелкие и, казалось, ни на что не способные создания. Он хотел уничтожить их полностью, но Майрон предложил научить их делать оружие, чтобы самому тратить меньше сил на оснащение армии. Мелькор, до того как окончательно сошел с ума, любил Майрона и во многом ему уступал.
Гоблины оказались на удивление умны и трудолюбивы. В итоге Майрон так увлекся обучением, что научил их не только ковке сносного оружия, но и всему, что сам знал. Обработке металлов, камней, сплавов и созданию украшений. Они сначала называли его учителем, а потом стали звать отцом. Так это обращение и осталось. Майрон не возражал, ведь гоблины радовали его прекрасными вещами, а Майрон радовал ими Мелькора.
Все бы хорошо, но в один момент валар не понравилось, что в Средиземье, на которое им было совершенно наплевать, появились такие темные создания, как орки. Да еще и эльфы стали проявлять интерес к Мелькору.
Они разрушили крепость Утумно, а вместе с ней уничтожили половину орков и гоблинов. Кто-то выжил, а кто-то нет. Тогда исчезли практически все гоблины-ученики Майрона. Майа был слишком убит горем из-за потери Мелькора, чтобы на это адекватно реагировать. Он забыл про своих выживших учеников, пытаясь восстановить обломки прошлого до возвращения своего господина.
На протяжении трёхсот лет он обживался в Ангбанде. Ковал оружие и тренировал орков, готовился к войне, как приказал Мелькор, прежде чем его схватили. Сердце Майрона ожесточилось, но ещё тянулось к свету. Когда он вспомнил про своих учеников уже было поздно. Через поколения они превратились в создания, которые были тупее орков. Он не смог их убить, но отправил подальше от Ангбанда с глаз прочь. Хотел заняться ими позже.
Он ждал Мелькора и надеялся, что все будет как раньше. Когда тот вернулся вся надежда рухнула. Он любил Мелькора, но сам уже не был любим. Да, он был самым приближенным к нему существом, но всего лишь пешкой, которую в любой момент мог заменить кто-то ещё. Он совсем забыл про гоблинов, погрузившись с головой в войны и надежду вновь увидеть в серых, обжигающих льдом, глазах Мелькора тепло.
— Адар? — осторожно позвал гоблин.
Майрон тряхнул головой, вырываясь из воспоминаний. Кажется, он молчал слишком долго.
— Как вы выжили? — Вдруг севшим голосом спросил Майрон.
— Это было много веков назад, адар, — ответил гоблин. — Мы уже не помним. Но наши дедушки рассказывали, что когда их дом рушился, стены окрасились фиолетовым. Пошли молнии и стены рухнули. Они думали, что умрут, но их перенесло на поляну в этот мир. Это если кратко и если убрать приукрашивания для детей.
— Как вы узнали меня?
— Мы чувствуем родство с вами. Наши предки скрепляли клятву на крови с вами.
Клятву на крови. Майрон нахмурился, но точно ничего сказать не мог. Эти события были забиты в дальний угол сознания, их не хотелось ворошить, дабы не поднять облако пыли ненужных воспоминаний.
— Понятно. Вы мне сейчас поможете?
— Всем чем угодно, адар. Даже умрем ради вас.
— Вот этого не надо, — улыбнулся Майрон. — Во-первых, мне нужны деньги. А во-вторых, что находится в сейфе семьсот тринадцать?
— Адар, помилуйте, — взмолился Клювокряк. — Мы можем отдать вам всю прибыль банка, можем даже сделать вас полноправным хозяином, но не можем отдать то, что находится в сейфах. Тогда нашей репутации…
— Больно мне надо рушить вашу репутацию, — Майрон закатил глаза. — Пусть все будет, как есть. Если вы такие щедрые, то буду брать деньги тогда, когда надо. А насчет сейфа, мне не нужно содержимое. Просто хочу знать, что там.
— Мы бы ни за что не сказали никому другому, но раз уж спрашиваете вы…. — словно уговаривая себя, произнес Клювокряк. — Там лежит философский камень.
Философский камень, значит? Майрон читал о нем. Камень, способный превращать металл в золото. Но самое главное, это возможность варить эликсир, который продлевает жизнь человеку на многие века. Он был создан в четырнадцатом веке известным алхимиком Николасом Фламелем, который жив и по сей день.
Майрону, как бессмертному существу, эликсир жизни был не нужен, но вот его верным слугам из числа людей… Он бы не хотел терять верную девятку раньше времени… Хотя есть возможность, что они умрут еще до того, как он вернется в Средиземье. Тогда на смену им придут другие. Решено! Майрону нужен философский камень, который, судя по всему, будет в школе. И у Майрона уже появился план, как его заполучить.
— Мне нужна кузница в Хогсмиде, — сказал Майрон Клювокряку. — Такая, которая не будет привлекать чужого внимания. Ещё её стройка не должна быть заметна для магов. Ясно?
— Конечно, адар, все сделаем, — заверил Гоблин.
* * *
— Майрон, иди сюда, — звонкий девичий голос настиг его, стоило лишь переступить порог гостиной Слизерина. У камина собрались его однокурсники. Он редко проводил с ними время, но, несомненно, являлся лидером их группы. В Слизерине важны либо деньги, либо магия. Майрон был членом чистокровной магической семьи, пусть и презираемой большинством аристократов. Он являлся самым лучшим из учеников Хогвартса, а отличная репутация и умение вести себя в обществе обеспечивали хорошее будущее в министерстве. Всех слизеринцев объединяла лишь взаимная выгода. Он был готов к тому, что однажды от него могут отвернуться. Правда, в этом случае ни один потенциальный предатель не выживет. — У тебя сегодня хорошее настроение, — обрадовалась Пэнни Вингер, младшая сестра Изабеллы. Как бы старшая Вингер ни пыталась настроить близнецов Пэнни и Ви против Майрона, у неё ничего не получилось. Только глубже рыла себе могилу до тех пор, пока не закончила Хогвартс. Саурон хорошо помнил, как близнецы радовались ее уходу. — Угадала. — Майрон упал на диван рядом с ней, положил голову ей на колени, прикрыв глаза. Настроение действительно было хорошее. Все складывалось как никогда хорошо. Недавно он получил письмо от гоблинов с известием, что кузница готова. Плюс Майрону даже не пришлось искать философский камень, хотя и увидеть его тоже не довелось. Дамблдор, ещё в первый учебный день, буквально объявил на всю школу: «Философский камень находится на третьем этаже, не ходите туда, если не хотите умереть страшной смертью». Осталось только подождать. В первые месяцы учёбы в Хогвартсе третий этаж будут особо защищать, потому что многие ученики захотят посмотреть, что же за смерть их ждет. В первых рядах, естественно, будут близнецы Уизли. Кто же кроме них? Майрон, конечно, не собирался соваться туда в своем обличии. Он хотел скинуть телесную оболочку, так можно было обмануть ловушки, только вот… он очень сомневался, что преподаватели и Филч не заметят черную тучу, летящую над полом. Когда интерес уляжется, учителя ослабят бдительность. Майрон зажмурился, словно кот на солнце, и глубоко вдохнул запах ирисок, искренне наслаждаясь чужими прикосновениями к своим волосам. Они с Пэнни почти всегда были вместе, и в Хогвартсе большинство считали их парой, но это было далеко не так. Майрон был для Пэнни лишь прикрытием от приставаний Маркуса Флинта. Флинт бы ни за что не перешёл дорогу более сильному, по крайней мере до тех пор, пока тот не споткнется. Майрон все это понимал, но прощал. Ему нравились чужие ласковые прикосновения, но при этом он не проявлял заинтересованности в Пэнни, как в девушке. Она для него была всего лишь ребёнком, учитывая реальную разницу в возрасте. Если он и давал ей ответную реакцию, то только в том, что позволял ей больше вольностей, чем кому-то другому из Слизерина. Они никогда не переходили грань простых объятий. — Что ты задумал? — Флинт сидевший неподалеку скривился, но показывать свое недовольство словами не спешил. — Хочу посмотреть, что директор скрывает на третьем этаже, — решил не петлять вокруг да около Майрон. Для многих такое решение было очевидным. — С ума сошел? — покачал головой Ви. — Если Снегг узнает… — Он меня убьет, — кивнул Майрон, не открывая глаз. — Поэтому я не пойду туда в ближайшее время. Пойдемте лучше в Хогсмид, зачем тухнуть в гостиной?* * *
Майрону нравился Хогсмид тем, что он был по-настоящему волшебным местом. Сияющие афиши и творящееся в кварталах волшебство. Здесь позволялось колдовать даже ученикам, было ощущение свободы. Правда, ему вовсе не нравилось, что Пэнни таскала его по всем волшебным лавкам, выпрашивая какие-нибудь милые, но бесполезные артефакты, по типу поющего брелка. Майрону было не жалко, и он чаще наслаждался такими походами, но сейчас у него были планы. Наконец, Майрону представилась возможность сбежать. Они зашли в магазин «Зонко», где встретили Фреда и Джорджа. Вокруг стояли суета и радостный смех. Где-то что-то взрывалось, что-то пищало. Витрины пестрели всевозможными сувенирами на любой вкус и кошелёк. Майрон отвлек внимание Пэнни на плюшевых медведей и поспешил к братьям. — Чувствует мое сердце, когда вернёмся домой, мама будет вас наказывать каждые пять минут, — засмеялся Майрон, разглядывая бомбы-вонючки в руках Фреда. — Свалим все на Перси. — Бессовестно объявил Джордж. — Скажем, что это его очередной научный эксперимент. — Я вас сдам. — Так же бессовестно признался Майрон. — Что хочешь взамен? — Тут же перешёл на деловой тон Фред. — Видите ту девушку? — он указал рукой на Пенни, потом положил поверх бомб-вонючек Фреда кошелек с золотыми монетами. — Отвлеките её как-нибудь. Купите все, что захочет. Если что-то останется до тех пор, как я приду, можете оставить себе. — Без проблем, братишка. — Воодушевился Джордж, уже засунув нос в кошель. — Только без последствий. Мне эта девочка ещё дорога. — Обижаешь. Вернем твою подружку в целости и сохранности.— Пообещал Джордж, уже выталкивая Майрона из магазина. На улице Майрон быстро натянул капюшон. Его волосы стали укорачиваться и менять цвет на черный, а глаза потеряли блеск превращаюсь в чёрные, едва тлеющие угли. Белоснежное, сияющее лицо меняло цвет в более непримечательный, смуглый. Он уже давно частично вернул себе способность менять облик, и это неплохо ему помогло и сейчас. Осталось лишь вспомнить, как менять строение тела и превращаться в животных. «Кабанья Голова» считалась таким же дурным местом, как и «Лютный переулок». Пожалуй, называя «Дырявый котёл» дырой, Майрон погорячился. Там было чисто и собиралось более менее культурное общество. Здесь же… Куча пыли, грязи и подозрительных личностей. — Адар! — незнакомый гоблин узнал Майрона даже в измененном облике. Неудивительно, что они признали его даже в истинном. Он хотел поклониться, но Майрон, не желая оставаться здесь не единой лишней секунды, поманил его за собой на выход. Гоблин последовал за ним, профессионально сохраняя молчание. Когда они уже оказались на улице в безлюдном переулке, гоблин поспешил представиться: — Меня зовут Горекрюк. Я главный архитектор вашей кузницы, готов объявить, что уже все готово. — Веди и рассказывай. Как проходило строительство? Кто-нибудь из волшебников знает об этом месте? — Да. — Кивнул гоблин и, заметив, что Майрон при этом нахмурился, поспешил заверить. — Это были только проверенные маги, которые дали непреложный обет о неразглашении. Они даже не знают, что внутри здания, они лишь устанавливали дезоллюминационные чары, пока шли работы. Горекрюк рассказывал еще что-то о нюансах работы, но Майрон его не слушал. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Он наслаждался пейзажами вокруг. Вдали от главной улицы Хогсмида было тихо и почти безлюдно. Он уже и забыл, когда в последний раз мог насладиться такой тишиной в открытом пространстве. Вот бы ещё гоблин не жужжал под ухом. Но Горекрюк так эмоционально рассказывал о ремонте, что Майрон не стал его перебивать. Смысл? Только отношения испортятся. Наконец они пришли и…Майрон был разочарован. — Визжащая хижина? — Адар, не расстраивайтесь. — Гоблин перепуганно прижал уши к голове и на всякий случай отошел на пару шагов. — Мы сначала хотели построить новый дом в Хогсмиде, но дезиллюминационные чары слишком трудно держать. А вы хотели все сделать в тайне, вот мы и выкупили Визжащую хижину. Это снаружи она такая развалюха, а внутри всё, как вы любите. Адар, не гневайтесь. — Я не гневаюсь. — Хмыкнул Майрон. Он наклонился, чтобы пролезть меж деревянных прутьев хлипкого забора, но, с неприятным звуком «бом», врезался головой в невидимый купол. Удар был настолько сильный, что в глазах помутнело, капюшон слетел с головы, а черные волосы блеснули рыжиной, выдавая маскировку. — Адар, осторожней. — Гоблин заботливо придержал Майрона за руку, помогая встать прямо. Учитывая рост Горекрюка, это было бесполезно, но мило. — Там защитный купол. — Я понял. — Проворчал Майрон, потирая голову. Он и не предполагал, что щитовые чары могут быть такими болезненными. — О таком нужно заранее предупреждать. — Я предупреждал. — Тут же обиженно откликнулся гоблин. — Вы же не слушали. — Тогда повтори. Только давай не с сотворения мира, а с главного принципа работы. — Этот защитный купол действует как стена. Через нее не сможет пробраться ни живое существо, ни заклинание. Как вы, несомненно, знаете, дезиллюминационные чары тратят много энергии, а этот щит является картинкой прошлой хижины. Она скрывает, все что происходит внутри. Чтобы пройти эту защиту, нужен специальный пропуск. Вот. — Горекрюк снял с пальца серебряное кольцо с небольшим овальным изумрудом. Майрон взял кольцо в руки, и оно тут же увеличилось в размере, подстраиваясь под Майрона. Майа хмыкнул. Помнится Кольцо Всевластия тоже такой опцией обладало. — Теперь я могу пройти? — Конечно, адар. Майрон глубоко вздохнул и сделал шаг вперёд. На этот раз болезненного столкновения не было. Он словно прошёл на платформу девять и три четверти. Тогда за спиной располагался Хогсмид, а перед глазами — полуразрушенная избушка. Теперь же, Хогсмид остался на месте, но хижина исчезла. Вместо неё предстал двухэтажный особняк: чёрный кирпич поглощал свет, витражи окон изображали драконов и варгов, острые шпили темной крыши угрожающе смотрели в небо. Пасмурное небо завершило устрашающую картину. Саурон восхищенно выдохнул. Гоблины действительно знали его вкусы и все сделали лучшим образом. Главное, чтобы внутреннее содержание дома не разочаровало. — Адар, меня забыли. — Позвал за спиной Горекрюк. Майрон обернулся. Теперь лишившись пропуска, гоблин не мог войти внутрь и Саурона тоже не видел. Он лишь слепо шарил руками по барьеру. Майа взял его за запястье и втащил внутрь. — Пропуск только один? — Спросил он. — Один. Мы ведь делали дом специально для вас. Нужно сделать ещё один? — А вы можете? — Только с вашего письменного указа. — Значит, пока не надо. Скажи, сюда можно проникнуть, не используя пропуск? — Такая возможность есть, адар, — кивнул гоблин. Он жестом предложил Майрону пройти в дом, после последовал за ним, держась на почтительном расстоянии. — Мы нашли этот ход, когда только приобрели этот дом. Он ведёт в Хогвартс и выходит под Гремучей Ивой. Мы решили, что он может быть вам полезен и не стали закрывать. Усовершенствовали тоннель и поставили сигнальные чары. Вы узнаете, если кто-то захочет проникнуть через этот ход с помощью кольца — оно нагреется. Умно. Учитывая, что в Хогвартсе не так много людей, способных приструнить Гремучую Иву. Возможно, таких даже нет, не считая Дамблдора. Было бы глупо вот так спалиться перед директором. Ход полезен, но лишний раз им лучше не злоупотреблять. В Хогсмид можно сходить в любой выходной день. — А выкупили хижину у Хогвартса? — Уточнил Майрон. — Нет. Она была зарегистрирована на имя некого Ремуса Люпина. Хотите, чтобы я попросил навести справки на этого человека? — Если понадобиться, я скажу, — ответил Майрон и толкнул входную дверью. Изумруд в кольце мягко вспыхнули, и дверь без особого труда отворилась. Гоблины постарались на славу. Они сделали не только кузницу, но и полноценный жилой дом. На втором этаже была кузница, оснащенная лучшим волшебным горном и прекрасными кузнечными инструментами, бросавшими оранжевые блики в свете раскаленного пламени. Огромная наковальня стояла посреди комнаты, а каменный пол защищал дом от пожара. Напротив кузницы располагалась кладовая с ящиками, наполненными драгоценными камнями и брусками цветных металлов. Все было пронумеровано и подписано, рассортировано по цветам и размерам. Все, как любил Майрон. А вот на первом этаже была гостиная, спальня, душевая, кухня и тоннель в Хогвартс. Все было сделано в темных и красных тонах. Живой огонь в каминах и мягкая мебель придавали ощущение уюта, но, при этом, давали эмоциональное давление тем, кто к подобному не привык. — Ты чудесный архитектор Горекрюк. — Искренне похвалил Майрон. — Спасибо, адар! Для меня большая честь услышать вашу похвалу. — Обрадовался гоблин, разве что в ладоши не захлопал. Скорее всего он будет хвалиться этим перед своими сородичами. Майрон замер перед порогом кузницы, не решаясь войти внутрь. Он так давно не был в мастерской, не чувствовал жар на щеках и не видел, как летят искры от раскаленного металла. Запах металлической пыли и раскаленного воздуха уже давно стал лишь воспоминанием. — Можно? — Вопрос прозвучал жалко и по-детски восторженно. В горле неприятно сдавило. — Смелее, адар. — Приободрил Горекрюк. Он глубоко поклонился и поспешно удалился, давая Майрону возможность побыть одному. Ему это было нужно, как никогда.
Примечания:
Текст проверяла бета Неизвестная квон
