Луна сегодня красива, не правда ли

Вернувшись утром в похоронный дом, Сюэ Ян не застал там Сяо Синчэня. А-Цин сказала, что он отправился на рынок. После обеда Сюэ Ян обнаружил на кровати две конфеты. Слепышка похвасталась похожей находкой, оставленной в гробу. Сяо Синчэнь стал первым человеком, купившим для него сладости. С тех пор каждый вечер перед тем, как уснуть на пару часов, Сюэ Ян находил на кровати две конфеты. Одну он съедал, вторую прятал про запас. Ближе к ночи они вместе с Сяо Синчэнем шли на ночную охоту, и по возвращении Сюэ Ян менял ему повязку и уходил бродить по окрестностям или спать в покосившееся стойло. Он делал это не из заботы о Сяо Синчэне. Просто засыпать, чувствуя запах мыла и растительных масел, было намного быстрее. Трогать Сяо Синчэня Сюэ Ян больше не осмеливался. Каждый раз, протирая кровавые подтеки под повязкой, он вспоминал то касание, и в его голове звучали слова: «Ты действительно…отвратителен до тошноты». На удивление, он уже сжился с этим голосом, с кошмарами, преследующими его в старом стойле. Он научился игнорировать боль и претерпевать внезапные галлюцинации. В их бытовой жизни также появились определенные закономерности. Раньше Сяо Синчэнь всегда сам ходил на рынок, но его вечно обманывали. Этот горный затворник действительно не умел торговаться. Точнее, он и не пытался. Ему то продавали овощи по баснословной цене, то подкладывали гнилые. После очередной такой покупки Сюэ Ян решил сопровождать его. Тем более, пока еще не было ни одного торговца, который рискнул бы жульничать, когда клинок направлен ему в рожу. Обычно они сами заполняли корзину Сяо Синчэня свежими овощами и радовались, что он хоть что-то заплатил. За мелкими покупками или к продавцам, которые успели близко познакомиться с Сюэ Яном, точнее с Цзян Цзай, они ходили по очереди. Однажды, прогуливаясь по рынку, Сюэ Ян заметил торговку украшениями. Она продавала бусы, серьги, заколки и все остальное в таком духе. Сюэ Ян уже собирался пройти мимо, когда ему на глаза попалась необычная вещица. Аккуратная шпилька из черного дерева с фигуркой лисички с глазами из серебра. Узкие серебряные глазки лукаво прищурились, а черные ушки стояли торчком. Шпилька напоминала украшение, с которым не расставалась А-Цин. Коричнево-рыжеватая лисичка с острой мордочкой, над которой несколько дней трудился Сяо Синчэнь. Черная шпилька не годилась ей и в подметки, но работа была действительно хороша. Сюэ Ян взял украшение и повертел его в руках. Голова заболела. Он оставил шпильку и скрылся в тени между домов. Он опять слышал невнятный голос, потом перед глазами встал образ лисы, лукаво улыбающейся в отражении воды. А затем А-Цин закричала: «Пошел ты, бесстыжий кусок говна! Ты еще смеешь произносить имя даоцзана и держать в руках его меч! Думаешь, ты достоин этого оружия? Ты запятнал то, что принадлежало ему!», «Мечтай дальше, осел! Не тебе называть даоцзана нечистым. Ты всего лишь лужа рвоты на его пути, и даоцзану просто-напросто не посчастливилось вляпаться в тебя! Ты единственный, кто здесь грязен! Отвратительная и мерзкая лужа блевотины!». Сюэ Ян расхохотался. Эта девчонка всегда была изобретательна в оскорблениях. Хорошо, что, когда видения не касались Сяо Синчэня, боль не разрывала его изнутри. Но все же странная тоска скребла в его сердце. Вечером за ужином он бросил украшение в девчонку. А-Цин тут же разразилась ругательствами: – Подлый грубиян! Как ты можешь бросаться вещами в слепого человека! С даоцзаном ты так не поступаешь, потому что знаешь, что он надерет тебе зад! Но не думай, что я не могу отплатить тебе! Лучше тебе спать с открытыми глазами! Она бы продолжила браниться и дальше, но Сяо Синчэнь вмешался: – Успокойся, А-Цин. Такой красивой девушке не следует так ругаться. Что он в тебя кинул? Сюэ Ян замер. А-Цин пошарила руками по земле и, наткнувшись на шпильку, долго вертела ее в руках. – Ты украл ее? Зачем ты всучил мне краденную вещь? У меня есть шпилька, которую мне подарил даоцзан. Твои дешевки мне не нужны! А-Цин обиженно надула губы, но украшение из рук так и не выпустила. В душе Сюэ Яна поднялся гнев. – Ты просто настолько страшная, что только шпилька Сяо Синчэня тебя и спасает! Если ты ее испортишь, то тебя уже ничего не спасет, вот я и решил дать тебе еще одну. Но если тебе не нужно, пожалуйста, носи свою шпильку, пока она не превратится в труху, а эту выброси или продай на рынке! Он раздраженно пнул лежащий на земле камень так, что пыль и зола от костра полетели во все стороны, и ушел в дом. Неотесанная девчонка. Если бы она знала с кем разговаривает, она бы не посмела и рта раскрыть. Он может убить ее в любой момент. Отрезать язык так, что она захлебнется в собственной крови. Внезапно на пороге появился Сяо Синчэнь. Он прошел внутрь и сел подле Сюэ Яна. Мягкие волосы щекотали плечо. Сяо Синчэнь ласково улыбался, и Сюэ Ян подумал, что в принципе в этот раз А-Цин можно спустить с рук такое поведение. Закатный солнечный свет освещал лицо Сяо Синчэня, немного смягчая острые черты. Они сидели в молчании некоторое время. Подперев подбородок, Сюэ Ян следил за солнечными зайчиками, играющими в чужих волосах. Наконец Сяо Синчэнь поднялся и тихо произнес: – Я просто хотел сказать, чтобы ты не злился на А-Цин. Она немного вспыльчива и не умеет выражать эмоции, – он ненадолго замялся, а потом, положив ладонь на голову Сюэ Яна, погладил его по волосам, – Ты молодец, – прошептал он. Сяо Синчэнь был первым человеком, который погладил Сюэ Яна по волосам. Он слышал, как судьба смеется ему в лицо. Это было слишком. Раньше его жизнь не была такой изматывающей. Вложив в свой голос столько благодарности, сколько он мог дать когда-либо в своей жизни, Сюэ Ян произнес: – Спасибо, даоцзан. Мягко убрав чужую руку с головы, Сюэ Ян вышел. Он надеялся, что Сяо Синчэнь не заметил, как дрожат его руки. Он сидел, прокручивая эту сцену в голове из раза в раз, вспоминая тепло его руки, слыша его голос. Эти слова были обращены к нему. Да, Сяо Синчэнь не знал, кого именно похвалил. Если бы он знал…Нет. Не сегодня. Сейчас. Пускай всего один раз эти слова будут обращены именно к нему. Все это скоро закончится. Всего на минут пускай все будет так, как могло бы быть в другом мире. Сюэ Ян почувствовал, как по его щеке что-то течет. Он вытер влагу ладонью и посмотрел на прозрачные капли, скользящие по коже. Сюэ Ян засмеялся. Ему хотелось расхохотаться во весь голос, но неподалеку сидела А-Цин. В стороне плел корзину Сяо Синчэнь. Сюэ Ян задержал дыхание и стиснул свой рот руками. Он плакал. Или смеялся. Или и то, и другое. И радовался, что никто не может это увидеть. Через несколько часов, когда на похоронный дом уже опустилась ночь и Сяо Синчэнь протирал свой меч, готовясь к ночной охоте, А-Цин заворчала: – И вообще, что на тебя нашло? Ты точно что-то замышляешь, раз решил потратить свои деньги на кого-то другого, – она пробурчала это почти неслышно, – Все потому, что ты шляешься по ночам, и у тебя уже начала ехать крыша из-за отсутствия сна. Сюэ Ян продолжил есть орехи, не обращая на ее подначивания никакого внимания. – В этом похоронном доме так холодно, что здесь можно уснуть и больше не проснуться. Не нужно мне такого счастья. – Ну, и шел бы своей дорогой, если тебе не нравится наш похоронный дом, – съязвила А-Цин. Неожиданно в разговор вмешался Сяо Синчэнь: – Ты отдал мне свое одеяло. Я привык к холоду, так что могу обойтись и без него. Можно попробовать залатать трещины в оконной раме. Сюэ Ян прыснул. – Спасибо, даоцзан, но я видел, как ты привык к холоду. Твои зубы так стучат всю ночь напролет, что даже самое теплое одеяло не поможет мне уснуть. Тряпка в руках Сяо Синчэня замерла. Он неловко замолчал. – Хватит наговаривать на даоцзана, – возмутилась А-Цин, – Ничего такого не было! Сюэ Ян рассмеялся и поднялся с места, направляясь к Сяо Синчэню. – Вот если бы, например, даоцзан, – протянул он коварно, – спал вместе со мной на кровати, мне бы не было так холодно. Сяо Синчэнь окончательно был сбит с толку. Его уши слегка покраснели. – Да что ты несешь, распутник! – взорвалась А-Цин, – Как ты смеешь предлагать даоцзану нечто подобное?! Не бывать этому! Хоть сдохни от холода! Сюэ Ян расхохотался. Прокрутив свой меч в руках, он направился к выходу из похоронного дома. – Пойдем, даоцзан. Солнце уже давно село. Когда они вернулись с ночной охоты, и Сюэ Ян, заменив повязку Сяо Синчэня, собирался убрать таз с водой, заклинатель серьезно сказал: – Оставь его на столе. Можно разобраться с этим завтра. И ложись на кровать. Сюэ Ян замер. На его лице заиграла хитрая улыбка. – Сяо Синчэнь, а ты тот еще развратник. Неужели согласен спать со мной? Сяо Синчэнь забрал таз из чужих рук и отвернулся, чтобы поставить его на стол. – Да, – тихо произнес он. Сюэ Ян не видел его лица, но белая кожа на шее покрылась красными пятнами. Он рассмеялся и с ухмылкой залез в кровать, отодвигаясь ближе к стене. Сюэ Ян весело наблюдал за тем, как Сяо Синчэнь несколько минут вытряхивает покрывало, проверяет, закрыто ли окно, поправляет пояс ханьфу. Сюэ Ян знал, что это не по силам Сяо Синчэню. Он был слишком сдержан, чтобы спать с кем-то в одной кровати, поэтому Сюэ Ян лишь забавлялся, ожидая, когда же заклинатель сдастся и ляжет на солому в углу. Однако, чего Сяо Синчэню было не занимать, так это силы воли. Он всего на мгновение остановился напротив кровати и сразу стал ложиться, проверяя руками, чтобы случайно не задеть Сюэ Яна. Это было неожиданно. Веселое настроение тут же испарилось. Сяо Синчэнь лежал в сантиметре от его тела, и легкий запах мыла и масел заполнял все вокруг. Сюэ Ян неловко закашлялся. Он повернулся боком, укладывая голову на край подушки в считанных миллиметрах от лица Сяо Синчэня. Заклинатель лежал на спине, сложив рукава белых одежд на животе и устремив лицо в потолок. Он не двигался. Кажется, даже не дышал. Сердце Сюэ Яна билось о грудную клетку с невероятной силой, и он надеялся, что только он слышит грохот этих ударов. Он старательно пытался успокоить свое дыхание. Когда плечи Сяо Синчэня наконец немного расслабились, Сюэ Ян приподнялся на одном локте и прикрыл их одеялом, которое Сяо Синчэнь все еще сжимал в руках. На двоих его было недостаточно, поэтому, когда через полчаса дыхание Сяо Синчэня выровнялось и он, казалось, погрузился в сон, Сюэ Ян убрал край покрывала со своего плеча и осторожно подложил его под тело заклинателя. Теперь проблема со сном стояла еще острее. В такой ситуации Сюэ Ян не мог закрыть глаза. Он наблюдал, как ветер колышет прозрачные волосы на светлом лице, как бесшумно вздымается чужая грудь, как лунный свет окрашивает в белый тонкие губы. Он тихо вдыхал свежий запах мыла. Он не понял, когда уснул, и проснувшись утром, не обнаружил Сяо Синчэня рядом. Однако соседняя часть кровати все еще оставалась теплой.