Слишком разные

Прошло несколько дней с той самой ночи. Удивительно, но подойдя к кровати, Ханджи и Леви сразу отрубились и не просыпались до того времени, как они обычно встают. Сон их был крепок, кошмары не мучали, будто и не было той ссоры вовсе. Даже осадка не осталось. Но они ведь и все решили. Поэтому эти три дня прошли достаточно легко и не проблематично. Каждый из них начал мириться с присутствием другого человека в его жизни и потихоньку принимал причуды второго. Разногласия были, и на почве уборки, и личных предпочтений, и даже хобби (Аккерману не нравилось, как Ханджи пытается научиться играть на гитаре, скорее просто брынча по струнам, чем создавая музыку), но так или иначе они решались и весьма спокойно. Личных моментов больше не касались, стратегически обходили стороной, и все было хорошо. Держали дистанцию, оставаясь просто коллегами, которые да, живут вместе, а что вы так не делаете? Как будут проходить их совместные дни тоже решили по-взрослому на следующий день после переезда. — Чем займемся сегодня? — поинтересовалась шатенка, игриво поглядывая на мужчину. — Не знаю как ты, но у меня есть свой план действий. — Отлично, не придется самой придумывать. Давай делись! — Ханджи радостно смотрела на своего коллегу и начала тарабанить по своим ляжкам. — Что непонятного во фразе «свой» план? По нашему договору мы обязаны жить вместе и проводить досуг за его пределами, но это не означает, что я должен маяться с тобой двадцать четыре часа в сутки, — наконец покончив с посудой, он вытер руки и облокотился о кухонную гарнитуру. Затем поправил спадающую на глаза прядь и скрестил руки. — Слушай, я и не прошу тебя быть со мной день и ночь. Но нам, правда, нужно проводить время вместе. Я очень хочу посмотреть, к чему приведет наш эксперимент, но для этого нужно выложиться! — Ханджи говорила так, будто подобный эксперимент мог повлиять на экологическую мировую проблему — Давай условимся так: просмотри свой план и отбери из него то, что мы можем сделать оба, в остальное время я тебя не потревожу, мне тоже есть чем заняться. Леви не сразу ответил. Прокручивал в голове слова шатенки, пытаясь найти аргумент, почему им не стоит этого делать, но не мог. Это было бы нелогично и глупо. Через некоторое время он поднял на нее свой типичный взгляд и сказал: — Тц, черт ладно, будь по–твоему. Как уже было сказано, все разногласия решались. Достаточно было просто поговорить и прийти к взаимовыгодному условию. Все просто, когда оба партнера имеют язык и мозг. Но вернемся к настоящему. Мужчина проснулся раньше. Сделал все нужные ванные процедуры, отметил, что чувствует себя бодрячком и пошел готовить завтрак. «Интересно, Ханджи любит яичницу или кашу, хотя, наверное, лучше остановиться на блинчиках, беспроигрышный вариант, — замер от собственных мыслей и невольно тряхнул головой, чтобы чтобы выкинуть их куда подальше — Боже, о чем я думаю. Будет есть то, что дают» — пробубнил про себя наконец и начал доставать муку для панкейков. Через час проснулась Зоэ. Манящий запах еды так и звал девушку спуститься на кухню, а поющий живот только соглашался с данным действием. — Ле-е-еви, доброе утро! — громогласно вошла Ханджи и тут же подбежала к Аккерману, берущему тарелку с блинчиками и собиравшемуся отнести ее на стол. — Доброе, — сказал тот и быстро увернулся от руки, желавшей ухватить одну вкуснятину — Потерпи, а лучше налей нам чай. — Так уж быть, но только сама я кофе буду, мне он больше нравится, — девушка подошла к чайнику и стала разливать заварку, а затем добавила кипяченой воды. — Ты просто никогда не пробовала настоящий чай, — а Леви, в свою очередь, закончив с первой задачей, отправился за посудой, и слава богу он доставал до верхней полки, иначе каждый прием пищи превращался бы в издевательства над бедным коротышкой. — Ну ладно, посмотрим сможешь ли ты удивить меня. Наконец они сели за стол и принялись трапезничать. Со стороны девушки постоянно было слышно «ммм, как это вкусно» или «я готова есть только эти блинчики, они просто нереальны». На что Леви отвечал беспристрастным кивком, хоть и внутри него разливалось какое-то приятное чувство. Стоит отметить, что это был первый раз, когда они завтракали вместе. Обычно Аккерман готовил для обоих, но специально выбирал время так, чтобы не пересекаться лишний раз с соседкой. Но тут немного проспал, и пришлось иметь то, что имеешь. Следственно, никогда не видел ее реакцию на свою стряпню. Был приятно удивлен. Внезапно Аккерман заметил, в чем была одета Ханджи. Халат. Не особо хорошо застегнутый и прикрывающий только середину бедра. «И почему именно в таком наряде она решила выйти». — Очкастая, что за внешний вид? — как бы невзначай отметил и отпил из своей чашки горячий напиток. — А? — девушка сначала не поняла вопроса, но как только до нее начало доходить, улыбка становилась все шире и шире, а взгляд ехиднее — А что? — Ничего, просто не думаешь, что пока рановато расхаживать в халатах передо мной? — Левичка, я расхаживаю не перед тобой, а потому что на ближайший месяц это мой дом тоже, и я могу находиться в нем в таком виде, в котором мне комфортно, — ее тон был уверенным, но крылась в нем и легкая усмешка. Почти невесомо она поменяла ногу на ногу, из-за чего ее одеяние задралось еще больше. Пытаясь скрыть то, куда несколько секунд назад метнулся его взгляд, он с раздражением выпалил: — Не называй меня так, — поднялся и, захватив с собой посуду, подошел к раковине. У Ханджи было огромное желание ответить «а ты не смотри вниз», но так как их отношения вроде как начали налаживаться, решила не провоцировать судьбу и сказала банальное «хорошо». Достаточно быстро для самого себя Леви еще в первые дни признал, что считает Ханджи привлекательной. Возможно, ее красота не соответствовала принятым стандартам, но он не сомневался, что один ее хищный взгляд заставлял мужчин падать на колени и целовать пальцы ног. Каковым мужчиной естественно он не являлся. Ханджи тоже не опровергала внешние данные своего коллеги. Хоть он и ниже, но в отличной форме. Застав его однажды за прочтением книги и заметив точеные черты лица, она подумала: «Ну объективно красивый сука». Так что не только он иногда засматривался. Ханджи тоже встала и отдала Аккерману свою тарелку. Он закатил глаза, но не воспротивился, все равно ведь лучше сделает. Пока орудовал с моющим средством и губкой, параллельно обратился к Зоэ: — Я подумал о планах на сегодня. Мы можем вместе начать обсуждать сценарий и наших персонажей. Также я в любом случае не могу пойти в зал без тебя сегодня, так что готовься тренироваться. — Юху, я тоже как раз хотела перейти непосредственно к нашей работе, можем и несколько сцен отрепетировать. А зал — это вообще здорово, давно я не занималась, будем восстанавливать форму! Брюнет кивнул, и сразу после завтрака они отправились в гостиную читать сценарий. Их персонажи были знакомы с самого детства, жили по соседству и не проводили и дня без компании друг друга. Потом начались выпускные классы, и времени на совместные прогулки становилось все меньше и меньше. А когда пошли в университет, изменилось почти все. Парень переехал в общежитие, и такой аргумент, как жизнь в одном районе перестал иметь место быть. Сменилась компания, появились новые интересы, и давним друзьям казалось, что они никогда не смогут быть вместе, так как оба причисляли себя к прошлому друг друга. Но прошлое не остается так надолго в мыслях, только если это не было ошибкой оборвать все. Они часто случайно встречались на улице, на разных мероприятиях, и так произошла первая близость. В конечном итоге они поняли, что все знаки не просто так, и вступили в долгожданные отношения. — Теперь я понимаю, почему Эрвин хочет, чтобы мы пожили вместе. Ему нужно, чтобы у нас появилось чувство, будто мы знаем друг друга как облупленные, чтобы каждый въелся в кожу другому и на подсознательном уровне не представлял жизни без второго. Но одно дело вся жизнь, а другое месяц, — девушка подперла подбородок рукой и задумчиво уставилась на стену. — Мы актеры, и наша задача сыграть так, чтобы этот месяц повлиял на нас так же, как и пятнадцать лет жизни, — констатировал Аккерман, продолжая делать личные пометки в сценарии, ни на миг не отводя взгляда. — Что верно, то верно. Но знаешь, я пытаюсь кое-что понять, чтобы погрузиться в роль, но все равно никак не получается. Разве, когда ты по-настоящему любишь, ты будешь так тянуть? Как можно дружить пятнадцать лет и только на последний год понять, что это что-то большее? Как можно находить какие-то оправдания, почему вы больше не можете видеться, вместо того чтобы, наоборот, находить причины быть вместе? Им помогло только то, что — это фильм, а не как все любят называть «судьба», и их снова свели. В реальности никто не будет подстраивать случайные встречи, и только ваше желание определяет успех ваших отношений, — на одном дыхании выпалила девушка. Эта проблема сильно трогала Ханджи. Подобные фильмы вызывали отторжение, но она хотела пересилить себя и использовать свой талант, чтобы попробовать понять мотивы персонажей. Хороший актер может играть в разных жанрах и совершенно не похожих друг на друга персонажей, и девушка хотела доказать, что тоже может считаться таковой. — Дело не в том, настоящая это любовь или нет. Мы не знаем, расстанутся они через месяц или создадут семью, и только смерть разлучит их. Одно понятно: они привязаны друг другу и только недавно стали испытывать и романтический интерес. Проблема в том, что, когда ты молодой, ты думаешь, что все успеешь. И люди, что находятся рядом с тобой, лишь еще один этап твоей жизни, и так вполне может быть. Но на самом деле имеет значение только то, что ты чувствуешь в данную секунду, и, если ты хочешь быть с этим человеком, будь с ним, не думая о прошлом или будущем. Они ходили вокруг да около, не потому, что это настоящая любовь, требующая испытание на время, а потому что им это было не надо. Леви говорил размеренно, слегка прокручивая карандаш в руке. Говорил так, будто это не в первый раз, когда Ханджи удалось вытянуть из него более трех предложений, к тому же, раскрывающих его с другой стороны. Тем не менее он не сказал чего-то очень умного или кардинально меняющего ее взгляд на мир, но она, правда, наконец поняла смысл подобных сюжетов, а самое главное осознала, как доносить их правильно, не как в этих слащавых фильмах, после которых все думают, что любая первая любовь — это на всю жизнь. «Значит все-таки ты больше чем типичный мажорчик, не зря я не поставила на тебе крест», — подумала Ханджи и усмехнулась, возвращаясь глазами к своему сценарию. После диалога они стали перечитывать сценарий. Останавливались, делали ремарки и обсуждали, как лучше сыграть тот или иной момент. Иногда они спорили, иногда соглашались, все было так просто как во время обычной беседы друзей и одновременно профессионально как во время рабочего дискурса. Данный формат известен всем актерам: вы садитесь за круглый стол, читаете вместе, а затем обсуждаете свои чувства и эмоции, делитесь тем, что бы вы исправили или добавляете разные фишки. Но сейчас было по-другому, как-то интимнее что ли, и им понравился данный опыт. Обоим. Время пролетело незаметно, но оставались еще дела на день. Актеры разошлись по комнатам, чтобы отдохнуть и набраться сил. Ханджи читала, а Леви слушал музыку. Может когда-нибудь они придут к тому, что можно заниматься подобными вещами, сидя в одной комнате, не проронив и слова. Комфортное молчание, доступное только по-настоящему близким людям, что явно пока не про них. Другой вопрос будет ли возможно когда-нибудь, будучи настолько разными? *** Наконец актеры подъехали к спорткомплексу. Для звезд не существует особенного места для того, чтобы качать пресс или ноги, но есть очень-очень дорогие варианты для подобного. В таких заведениях осмотрительно относятся к клиентам: обращают внимание на достаток и репутацию. Вполне логично, ведь иначе, по-настоящему известные или влиятельные люди постоянно переживали бы за то, что другие получат компромат на них или в целом не дадут покоя во время тренировки. Ханджи ни разу не была в таких местах, ее популярность этого еще не позволяла, но Леви обо всем договорился. И вот она стояла в дверях, удивительно, что стеклянных, а не золотых, пытаясь не открывать рот от удивления. «Если коротышка собирается всегда возить меня в лакшери плейс, то этот месяц обещает быть очень интригующим» — подумала про себя девушка и продолжила разглядывать здание изнутри. — Очкастая, ты что в музей пришла? Иди за мной и не задерживайся, — немного ворчливо подметил Аккерман, но все же его позабавила такая милая реакция от соседки. «Словно маленький ребенок в Диснейленд попал. Хотя думаю, Ханджи бы и в таком возрасте туда сгоняла». Шатенка злостно взглянула на оппонента, но послушалась и уже шла быстрее, при этом продолжая оглядываться по сторонам. — О…хре…неть, — девушка не могла поверить своим глазам — Леви, смотри, какой бассейн! Да здесь тысяча человек одновременно может поместиться, я просто в шоке! — радости Ханджи не было предела. Она очень любила плавать и была несказанно рада, когда узнала, что у ее коллеги дома есть личный бассейн. Но он не в какое сравнение не шел с тем, что она видела сейчас. — Какой простор, сколько возможностей! Ну ладно, злючка, ты иди в зал, а я поныряю, встретимся часа, думаю, через два, асталавис… — Здравствуйте, Ханджи Зоэ, — неожиданно послышался неприятный голос молодого человека, вышедшего из раздевалки — Вы наконец приехали, а я вот пока ждал вас, уже подготовился, — его вероятно веселило то, как девушка с явным раздражением смотрит на него, а затем устало потирает лоб. «Черт, я совсем забыла, что он будет сопровождать нас сегодня, и мы с Леви не сможем заниматься каждый чем хочет. Коротышка пришел сюда покачаться, вряд ли согласится на то, чтобы испытать здешнюю водичку» — она с грустью приняла последнюю мысль и обратилась к остальным: — Что ж, я тоже пойду переодеваться, мальчики, не скучайте, — бросив последнюю фразу, она зашла в соседнюю дверь. В зале находилось множество новомодных тренажеров, но задействовано было лишь несколько. Аккерман делал 3-ий подход в отжиманиях, а Зоэ 2-ой в приседаниях, Флок же разместился на беговой дорожке. Кроме троицы еще пара человек активно занималась спортом, поэтому никто никому не мешал, более того никто вообще никак не взаимодействовал друг с другом на протяжении часа. И так бы все и продолжалось, если бы Форстер не бросал каждые пять минут недовольные взгляды в сторону актеров, намекая на сближение. «Да чтоб тебя, ладно, пойду я к ней/нему!» — одновременно подумали коллеги и направились друг к другу, отпивая из бутылки. — Ханджи, предлагаю сделать вместе упражнение на пресс, сначала я держу твои ноги, ты поднимаешь корпус, потом наоборот. — Давай, тоже хотела предложить. И они приступили. Девушка опустилась на коврик спиной и приняла исходное положение. Мужчина, в свою очередь, сел поудобнее и положил руки на голени шатенки. «А руки теплые» — ненароком заметила Ханджи, наконец приступив к упражнению. Девушка тоже занималась спортом, поэтому начала очень хорошо, правильно все исполняя, на что даже вечно недовольный Аккерман не мог вставить своего комментария. По нему было видно, что он даже не напрягается, чтобы удержать ее, настолько он был силен, но лицо мужчины было очень сосредоточено, ведь тот внимательно следил за ее действиями. «Боже, ну до чего красивый на самом деле! А когда наши лица еще так близко, я могла бы разглядеть любую родинку на его лице, но их нет! Оно идеальное… Вот же повезло кому-то», — мысли о мужчине напротив лишь изредка встревали во время подхода, а в остальное время девушка была сконцентрирована на упражнении и собственных ощущениях. — Все, достаточно, давай меняемся. Ханджи уже собиралась остановиться, но тут же столкнулась со стальным взглядом. — Рано, всего пятьдесят раз, нужно больше. — Не знаю кому нужно, но 40-60 раз та норма, которую я делала месяц назад. Со второго подхода попытаюсь увеличить, а пока так, — она откинулась на спину и схватилась за живот, неприятные ощущения в нем постепенно стали спадать. — В любом случае — это мало, и я бы на твоем месте старался увеличивать количество усерднее, — сказав, мужчина опустился на собственный коврик и стал ждать, когда девушка начнет помогать ему. Шатенка на его совет закатила глаза, но все же немного стала обдумывать сказанное. Затем также схватилась за его голень, и мужчина сделал первый подъем. Ханджи очень старалась удерживать ноги партнера, но с каждым последующим рывком становилось это делать все сложнее и сложнее, и в конце концов, Леви устал от подобной помощи. — Слабенькая. Ладно, сядь на мои ноги, так будет эффективнее. Предложение было интересным. С одной стороны, в этом нет ничего такого, уже проходили с подругами на физкультуре и не раз. С другой, это подруги, а тут привлекательный мужчина. Дождавшись выполнения просьбы, Леви продолжил упражнение. Теперь делать стало гораздо проще. — Тебе не тяжело? — спросила шатенка, внимательно смотря на брюнета. — Все нормально, — ответил тот, но сам подумал другое. «Совсем легкая, я еще раньше заметил, что худая, но теперь точно убедился». Спустя еще несколько подходов, не зная куда деть свои руки, Ханджи положила их на колени актера и телом ненароком придвинулась еще ближе к последнему, объясняя самой себе, что так будет удобнее придерживать ноги. Теперь между их лицами оставались ничтожные сантиметры, но, казалось, никого это не смущает, а кого-то рыжего даже веселит. «Не худая, стройная» — исправил сам себя брюнет и закончил подъемы. Передохнув, добавил: — Думаю, на сегодня достаточно совместных упражнений. В конце предлагаю рядом побегать на тренажере. Тогда не доебется. — Согласна с тобой. Мы ему дали, что он хотел, теперь может отстать, — слегка застенчиво ответила девушка, но вскоре вернула себе беззаботный вид и пошла в сторону велосипеда. Дальнейшая тренировка прошла спокойно и без происшествий. Но как-то одиноко и немножко холодно. *** Когда коллеги с сопровождающим выходили из спортивного комплекса, раздался звонок. Аккерман поднял трубку: — Слушаю … Какого?! … Все слушающие моментально оживились, смотря на то, как резко выражение лица мужчины сменилось на беспокойное. — Я еду, — он быстро направился к своей машине и сбросил звонок — Ханджи, я в больницу, матери стало плохо. Флок, завезешь ее домой. Форстер уже хотел возмутиться, а следом пришло осознание, что и завезти актрису он не сможет, ведь автомобиль не для девятнадцатилетнего лошка, максимум проведет до метро, а там на божьем слове или осле до коттеджа. Но Ханджи так злостно на него посмотрела, что тот решил промолчать. — Что-то серьезное? Может мне поехать с тобой? — слова сами вылетели из ее рта, и только потом девушка поняла, что предложила. Ее помощь была скорее излишней, но ведь именно так поступают с друзьями: оказывают поддержку. Но друзья ли они? — Не надо, езжай домой. Спустя несколько минут, Леви уже не было, а Ханджи осталась с молодым человеком, который все же решил не скупиться на такси, и надеялась, что поездка пройдет лучше, чем она ее себе представляет. *** Когда девушка зашла внутрь, поняла, что не смогла убежать от того, что усиленно игнорировала весь день. Ей нравилось проводить время с коллегой (эпизодично), также она верила в эксперимент, но изначальный посыл был в том, чтобы не оставаться долго одной и не думать, ведь иначе ей просто совесть не даст не сделать этого. Не позвонить родителям. Не поздравить с днем рождения. Это был единственный повод, когда они связывались, даже Новый Год больше не считался. И каждый раз девушке очень тяжело давался этот звонок. Она не хотела разговаривать с мамой и папой, точнее хотела, но понимала, что чувства не взаимны, и чем больше она погружается снова в это дерьмо, тем больнее ей от того, что ожидания не соответствуют реальности. Набравшись смелости, она все же начала вбивать цифры на клавиатуре. После долгих гудков ответа не последовало. Она вышла на балкон, так как стало сложнее дышать, и попыталась успокоиться. Снова гудки и снова ответа нет. Решила позвонить брату, ему было семнадцать, поэтому он еще жил с родителями. — У аппарата, — спустя некоторое время, на другой стороне наконец послышался голос. — Привет, Ким. Я звоню отцу, а он не отвечает. Хочу поздравить его. Не передашь трубку? — Ты же знаешь, отец не отвечает на незнакомые номера, — совершенно спокойно ответил брат. «Точно». Мысли будто застыли. В голове звенело, руки начали дрожать, и хорошо, что Ханджи сидела, иначе бы подкосились ноги, и она не устояла. Вскоре девушка смогла ответить. — Хах, фраза «ты больше не член этой семьи» набирает новые обороты, — сквозь зубы произнесла Зоэ. — Ты сама виновата во всем... и ты это знаешь, — ей показалось, что брат запнулся, вынося приговор, но возможно это лишь ее богатое воображение. «Конечно, ребенок виноват в желаниях его родителей, сука», — она сжала подлокотник от стула, пытаясь выместить на него всю свою злость. — Ну так что, ты дашь мне поздравить отца или как? — вдоволь истязав мебель, девушка продолжила. — Нет, я думаю не стоит этого делать. Пока, — и сбросил звонок. Ханджи еще долго держала телефон у уха, ожидая, что все это глупая шутка, и он не оборвал связь таким наглым образом. Но ничего не было слышно. Только кузнечики стрекотали. Ночь была такая спокойная, ветер совсем не ощущался, будто все замерло, и сейчас придет фея и заставит все отмереть. Но она не приходила. И все стояло на месте. Деревья не шелестели, вода не плескалась, чайник не закипал. Только кузнечики стрекотали, и по щеке стекала одинокая слеза.