Самоубийство можно перенести на завтра

Каждый раз, когда Хëнджин куда-то выходил, у него складывалось впечатление, что он делает что-то не так. Не так ходит, не так думает, не так чувствует улицу, как «нормальные» люди. Вероятно, ему это внушило общество, проецируя на маленького мальчика свои переживания в грубой форме. А может быть, он сам всё придумал. Но сейчас, когда он идёт в направлении книжного магазина, прямо к открытию, улица полностью пустая. Нет никаких косых взглядов и шёпота за спиной. У Джинни была паранойя, ведь когда на улице сновали люди, то постоянно одаривали его презрением или насмешками в кругу собственной семьи, где-то далеко от самого Хвана. Он постоянно думал о том, что кому-то не нравится и каждый уважающий себя сплетник обязан обсудить именно его с любым другим таким же сплетником. Поэтому парня радовала обстановка и время на часах, близившееся к 8 утра. Феликс выбрал интересное место для встречи. Зачем ему нужно в книжный магазин? Может эльфы стали жечь книги в лесах? Деревья жалко, а костёр развести другими способами вряд ли получится. А если Ликс заберёт тетрадку и тоже её захочет спалить? Нет, этого Джинни точно не допустит. Она ему еще пригодится, например, записать последние секунды жизни. Ранним утром солнце практически не грело. Оно обнимало за плечи, проникало под футболку, но без особой любви и тепла, но только для вида. Этот факт Хëнджина совсем не радовал, хотя и не сильно волновал. Парень не подумал, что на улице может быть холодно в 8 часов, но пережить июньские зимы в одной футболке он вполне способен. Хван стоял на месте около 20 минут и, даже когда время встречи наступило, нигде не заискрились блёстки и не появилась атмосфера детства. Говоря кратко, Феликса не было в радиусе 100 метров и дальше. Тогда парень сел на бордюр и стал смотреть на редкие машины, пахнущие бензином и капельку волшебством. Маленький Джинни никогда не понимал как они работают. И в свои 16 лет до сих пор не понимает их полное устройство. Но наблюдать за машинами со стороны и восторгаться чудом техники спокойным летним утром — лучшее занятие для переведения духа. Ожидание тянулось, будто жвачка. Настроение медленно угасало, а мысли, что вчера ему всё приснилось под действием неизвестного препарата, росли в геометрической прогрессии и подтверждались воспаленным мозгом Хвана. Но в один момент по спине пошли мурашки. Хëнджин встрепенулся и почувствовал знакомую атмосферу. Запахи детства с косточками черешни. На его плечо легла рука, а звонкий голос позади спросил: — Давно ждёшь? Джинни активно замотал головой в разные стороны в знак протеста. Врал. — Тогда вставай, мы пропустили открытие. Сейчас все издания раскупят, а мы с чем вернёмся к... — Феликс запнулся. — К кому? — К Минхо! — получилось слишком резко. Он вышел из-за спины, всё лицо было в краске, а вместо разукрашенной футболки надет массивный жёлтый свитер. — Он дал мне денег, чтобы я купил ему новый комикс. Минхо, знаешь ли, фанат супергероев. У него этих книжечек с рисунками завались. Хëнджин не понимал о ком идёт речь, но чётко осознавал, что для некого Минхо нужно купить супергеройский комикс. А если Феликс притащил его к открытию, значит издание лимитированное или крайне важное. Оно и к лучшему, ибо у Джинни никогда не было возможности иметь хотя бы один комикс. Нет, деньги были и желание тоже, но общая обстановка комнаты — серая и практически безжизненная — не имела права впустить к себе столь яркое зрелище. А тут можно будет взглянуть на что-то запретное, так ещё и из ограниченной серии. Мальчика приучили не выделяться из общей массы людей после того, как он прошёл первое обследование. Точнее, первую десятку обследований. Поэтому даже комната теперь была в тон жизни: без красок и плакатов с постерами. Такая же, как у обычных людей. Внутри Хёнджин хоть и пестрил красками, но выливать их в свет не разрешалось. Феликс не стал дожидаться ответа и, взяв за руку, провёл Хвана внутрь. С первого взгляда показалось, что ничего примечательного нет. Со второго взгляда вдалеке стали виднеться разноцветные обложки книг с вдавленными золотыми, чёрными и белыми буквами. С третьего взгляда стали зажигаться комиксы про супергероев, манги и манхвы. Они сияли ярче любых звёзд, освещали магазин лучше ламп с потолка. И с последнего взгляда весь книжный запестрел цветами, вокруг появились люди из разнообразных произведений. Из книг разливалась музыка, толпы музыкантов, спрятанные между страницами, как заначка жадного мужчины, играли незамысловатый джаз. Хëнджин невольно подслушивал чужие разговоры из незнакомого рассказа, вникая в каждое слово и улавливая особый смысл. Громкую идиллию прервал Феликс: — Джинни, ты уже час рассматриваешь книги. Ты никогда ничего не читал? — Читал... Школьную литературу. — Это немного не то, там подобраны книги для всех, а тут ты нашёл что-то исключительно для себя, — Ликс перевёл взгляд на предмет в руках собеседника. — О, у Банчана есть этот роман. Думаю, мы сможем тебе его подарить. «Кто такой Банчан?» — задумался Хëнджин, но вслух лишь произнёс: — Спасибо, Феликс. Ты уже нашёл нужный комикс? Мальчик кивнул пару раз, но не спешил уходить. Он сел на пол рядом и стал с интересом заглядывать в книжку. Хван вернулся к парижским улицам и романтичным разговорам двух влюблённых, к толпе музыкантов и запаху свежеиспеченного хлеба. Вероятно, багета или чиабатты. Теперь они вместе с Феликсом, наряду с главными героями, проходили около Эйфелевой башни, засматриваясь на ресторан сверху. Правда от двух мальчиков была иная атмосфера. Они не знали французский, не видели Эйфелевой башни и, тем более, исконно-французских багетов. Видели лишь дворы, дешёвые леденцы, больницы да комиксы. Это так, на пару. От счастливой обстановки внутри Франции их оторвал неизвестный парень лет 20-ти. Он тихо поздоровался, а Феликс встал и слегка обнял того за плечи. Хëнджин же закрыл книгу и отошёл на безопасное расстояние. Примерно на 50 произведений от них. — Испугался? — спросил незнакомец. — Джинни, всё в порядке, — сказал Ликс, протянув руку, чтобы Хван обхватил её и подошёл ближе. — Это Тэхён, он тут книги продаёт. Мой старый друг. — Приятно познакомиться, — сказал парень. Хëнджин лишь молча кивнул. — Вы что-то выбрали? После утвердительного ответа со стороны Феликса, трое парней проследовали на кассу. Джинни снова чувствовал себя неправильным, хотя на него никто косо не смотрел и никаких насмешек со стороны Тэхёна он не услышал. Но защитная реакция при виде незнакомого человека оставалась неизменной и, вероятно, это выглядело странно. Ликс оплатил комикс, на который ему сделали неплохую скидку. Продавец книжного весело болтал с беловолосым мальчиком, пока что-то рисовал у себя на столе. Через пару минут он протянул самодельную карточку постоянного клиента. Вместо лица Феликса был нарисован простенький человечек из кружочка и палочек, а в графе «имя» красовалось «Feelix». — Спасибо, что пришли. Рад был познакомиться, Джинни, — сказал Тэхëн и тепло улыбнулся. Хван не смог удержаться и ответил такой же яркой улыбкой в ответ. Вот это да! Феликс загорелся, будто зажигалка от кремния с бензином и, когда два парня вышли на улицу, то веснушчатый эльф радостно захохотал и обнял Хëнджина. — Ты улыбнулся незнакомцу, молодец! — Спасибо, Ликси. Эльф отстранился, пару раз похлопал глазами, удивлённо рассматривая своего друга, а после глубоко задумался. Джинни не понял такой реакции, но решил подождать гениальной идеи или объяснения происходящему. — У нас остались деньги с комикса, — вместо объяснений начал мальчик. — Тэхён неожиданно сделал большущую скидку. Пойдём погуляем? Я тебе место одно покажу красивенное! — Хорошо, лесной эльф, — Хван Хëнджин, ты что, начал озвучивать свои мысли? Ребята шли по знакомым для Джинни улицам. Здесь тот самый книжный магазин, сзади нелюбимый дом, спереди школа, куда предстоит вернуться этой осенью. Или нет. Но шли они гораздо дальше. В моменте мальчику показалось, что Феликс ведёт его в лес, но оказалось, что они прошли через старый закрытый парк, куда уже никто не ходит. Они перешли тернистые кусты крапивы, что оздоровительно жгла ноги, и вышли к обрыву с одной-единственной лавочкой. Спереди простирался центр города, катались машинки, но с такой высоты они казались игрушечными, будто теперь Хван и его верный эльф — властелины мира. Скоро к ним прилетит дракон — тоже один из друзей Феликса — и они улетят далеко-далеко: в мир, где нет коршунов, больниц, болезней и войн. — Абракадабра, — прошептал Хëнджин с закрытыми глазами. Рядом стоящий художник с веснушками весело улыбнулся такому раскрепощенному парню. Хотелось в очередной раз похвалить его, но он молчал. Понимал, что спугнет. Поэтому стоял и любовался властелином собственной жизни. Джинни стоял в этом месте, перед целым городом, и чувствовал себя правильно, наслаждался атмосферой спокойствия, свободой жизни. Ему казалось, что он попал в нужное место и в нужное время. Как Алиса в страну чудес. Хотя его страна чудес в лице эльфа Феликса уже куда-то незаметно смоталась. Как ни странно, свободный мыслитель практически не переживал об этом. Он стоял один, вдыхал жаркий воздух, что прожигал ноздри и заставлял глаза слезиться. Но они были закрыты и им ничего не угрожало, даже палящее солнце. Лоснящиеся кроны деревьев шелестели над самым ухом, давая ощущение полноценной жизни. Всё вокруг живое и Хëнджин живой. Сзади послышался глухой звук пластика, ударившегося об дерево скамейки. Три щелчка и тихая песенка, что потом стала громче, заиграла на фоне. Хван открыл глаза, а перед ним стоял мальчик его возраста с веснушками и чистым лицом без краски. Он улыбался и смотрел прямо в глаза, выискивая в них что-то. Вероятно, себя. Люди в песне играли на пианино, гитарах и барабанах. Что-то напоминающее джаз, но мелодичнее и спокойнее. В воздухе ощущался вкус пластикового диска, вставленного в магнитофон, а глаза искрились при виде маленького эльфа с острыми ушами. Феликс достал из кармана две жвачки «Love is». — На что хватило, — улыбнулся он. Джинни невольно задумался о знаках свыше. Само небо послало ему Ликса и жвачку с вкладышем: — Любовь это. Шагнуть в новую жизнь вместе, — прочитал мальчик. Похоже, Ли Феликс и вправду его вылечил. Подарил что-то невидимое, но ощутимое, будто песок сочится сквозь пальцы, периодически ускользая, но возвращаясь в ещё большем количестве. Он преподнёс Хвану спокойствие, склеенные воспоминания и краски, что разукрасили небольшой кусочек его серой жизни, подарив надежду на что-то светлое. — Любовь это. Просто быть вместе, — прочитал Ликс. Эльф сам захотел дружить, таскал за руки гулять по дворам, усаживал на качели, раскачивая до самого неба. Поил вкусным чаем из розового термоса, говоря, что он меняет листья каждую чайную церемонию, но вкус оставался тот же, поэтому Джинни ему не верил, хоть и очень хотел верить. Леденцы никогда не повторялись, вкусы и фантики заполнили всю тетрадку, где до этого были лишь надгробия и врачи. Они слушали музыку с купленного магнитофона, меняя диски. Покупали парни их у того же Тэхёна. Хëнджин с ним успел подружиться. Читали книги лёжа на велодорожке в парке. Пока ты спиной приклеен к асфальту по собственной воле, то можешь дотянуться руками до верхушек деревьев. Главное облака не зацепить ненароком. Роман, который Хëнджин увидел в книжном магазине, они осилили за одну прогулку, разделив книгу на двоих и читая по очереди. Последующие пару дней пролетели так быстро и радостно, что Хëнджин не мог поверить в реальность происходящих событий. В особенности, Хвану думалось, что эльф Феликс ему чудится, уж слишком он был нереальный. В день, когда Ликс купил магнитофон с жвачками, он оставил Джинни записку с обратной стороны вкладыша: «Ровно через неделю в 22:40 на вокзале» Парень оставил её в кармане своих шорт и благополучно забыл до тех пор, пока не решил вклеить в тетрадь с очередной записью. — Значит, уже завтра мы куда-то поедем, — прошептал Хëнджин сам себе, рассматривая бумажку. При единственном свете от настольной лампы, он оформлял новый разворот глубокой ночью: «Сегодня мы с Ликси были в продуктовом магазине. Он увидел мармелад и радостно завопил на всё помещение. Удивительно, но мне не было неловко или стыдно, я посмеялся и купил ему мармелад. Он потом долго обнимал меня, предлагая сласти, но я отказывался, так как это мой ему подарок. Феликс кажется мне невероятным. Или не кажется, а чудится, ведь он волшебный… С ним я чувствую себя намного здоровее, чем являюсь на самом деле. Я скучал, если он уходил слишком рано или слишком надолго. Мой эльф с цветными фломастерами очень любит котят и щенков, поэтому, когда он нашёл маленькую собачку на улице и притащил на прогулку, мне ничего не оставалось, как взять еë себе. Теперь это пушистое существо зовут Кками, он милый и скрашивает мои вечера без Ликса. Но, к счастью, таких вечером совсем немного. Мама отнеслась к щенку положительно, говоря, что теперь у меня будет самый верный друг до конца жизни. Я ей верю, так как конец жизни недалеко… 22.» Пора ложиться спать, смотреть цветные сны про новые прогулки, искрящиеся воспоминания или видеть в них милое веснушчатое личико мальчика, который появился неожиданно и подарил что-то невидимое, но ощутимое, будто песок сочится сквозь пальцы, периодически ускользая, но возвращаясь в ещё большем количестве. Феликс подарил Хëнджину самые настоящие чувства.