Замерзающий - ледяное проклятие

Прошёл уже час с тех пор, как Дилюк отправился на поиски замороженных кабанов, а Кэйа ушёл к Альбедо наблюдать за его работой над антидотом. Альбедо стоял около столика, на котором сейчас находилась ступка для измельчения веществ. Сейчас в ней лежал алый кварц, найденный Альбедо и Дилюком вчера. Кэйа сидел на стуле и наблюдал за действиями алхимика. Альбедо работал в своём обычном белом халате и темных перчатках. Этот образ учёного сильно привлекал Кэйу. Нет, не так. Сам Альбедо нравился ему, и Кэйа даже не думал скрывать этот факт. Алхимик вдруг оторвался от работы и повернулся к нему. — Я наконец измельчил весь кварц до однородного вида — доложил Альбедо и сел на другой стул рядом с Кэйей. — Скажу честно, Альбедо, вы восхищаете меня своей идеальностью. До вас я ещё не видел человека, который был бы настолько предан своей работе. Благодаря вашему терпению я практически перестал беспокоиться о своей проблеме — Кэйа горько усмехнулся. Спокойствие Альбедо действительно распространялось на других людей и заставляло их на время забывать о своих проблемах. Алхимик в знак благодарности слегка склонил свою голову. — Спасибо за такие добрые слова, господин Альберих, но я всего лишь выполняю свои обязанности. — скромно проговорил в ответ Альбедо. Кэйа ухмыльнулся, вспомнив свою последнюю встречу с монстрами перед тем, как его нашли без сознания у подножия горной пещеры. — Разве в обязанности главного алхимика входит спасение затерявшихся в горах двух людей? — с сарказмом спросил Кэйа — Я просто боюсь представить, что было бы с нами, если бы вы не успели вовремя прийти на помощь. — Да, вам бы пришлось не сладко… Условия здесь, на Драконьем хребте, очень тяжёлые. Не каждый даже заядлый искатель приключений может выжить здесь, не заблудившись или не попав в лапы монстров. Я был удивлён, когда нашёл вас. В большинстве случаев такие вылазки в горы заканчиваются весьма трагично… — Похоже, вы уже привыкли к здешним условиям. — заметил Кэйа. Альбедо кивнул, подтверждая его слова. — Да, я даже нахожу в этой суровости горных вершин какую-то привлекательную атмосферу. Знаете, это место полно контрастов. Можно с лёгкостью замёрзнуть от низких температур, но насладиться теплом костра или фей по приходу в лагерь. Можно умирать от чувства одиночества, а можно встретить чудесных людей совершенно случайным образом. — Альбедо улыбнулся Кэйе, который понял, что речь идёт о их знакомстве. Алхимик продолжил: Я люблю Драконий хребет, каким бы он не был. Только это место даёт истинное понятие о красоте. Оно, как ничто другое, учит наслаждаться моментом и находить прекрасное в мелочах. — мечтательно заключил Альбедо, разглядывая пейзаж за пределами лагеря. Сейчас шёл крупный снег, а небо было настолько светлым, что слепило глаза. Кэйа вздохнул, подперев подбородок ладонью руки. — Вы так славно рассказали об этом месте, что мне даже захотелось выпить за здешнюю красоту и атмосферу. — Кэйа прикрыл глаза, воображая о том, как было бы здорово распить сейчас бутылочку хорошего вина, наблюдая за тем, как медленно и красиво заходит солнце. Альбедо усмехнулся, скрестив руки на груди. — Не хочу огорчать вас, сэр Кэйа, но у нас в лагере нет ни капли спиртного. Ха-ха, не считая, конечно, этилового спирта, который вы вряд ли станете пробовать. — Альбедо посмеялся над собственной шуткой и над притворски обиженным лицом Кэйи. — Если честно, я могу понять вас — продолжил алхимик: здесь, вдали от города, очень не хватает вина и весёлых песен бардов. Если бы не своенравный ветер, гуляющий по просторам Драконьего хребта, я бы совсем забыл, что нахожусь в Мондштадте. Кстати говоря, могу я узнать, как сейчас идут дела у Ордена? Я веду переписку с действующим магистром, но обычно темы нашего разговора не касаются напрямую внешней политики. Насколько я знаю, от магистра Варки давно не получали никаких новостей. Это правда? Кэйа в задумчивости потёр подбородок. — Да, Магистр Варка давно не докладывал нам о своей экспедиции. Возможно, возникли какие-то трудности, и сейчас не самое лучшее время для отчёта. Ох, надеюсь, он вернёт мне кавалерию в целости и сохранности, ха-ха. Альбедо издал нервный смешок. Похоже, дела совсем плохи, раз магистру потребовалось забрать больше половины военных сил Мондштадта. Увидя обеспокоенное лицо Альбедо, Кэйа сейчас же попытался успокоить его: Если бы у меня была возможность, я бы сейчас же написал Магистру Джинн о нашем положении и заодно спросил о делах в Ордене. Однако найти почтового голубя сейчас будет просто невозможно. Альбедо покачал головой. — Зачем нам почтовые голуби, если есть более надёжное средство для передачи информации? Здесь, в горах, с этой целью часто используют полярных сов. Кэйа оживился во взгляде. — Вы хотите сказать, что и у вас есть собственная полярная сова? Не перестаёте меня удивлять, Альбедо. Алхимик усмехнулся и встал со своего места. — Пойдёмте же, мы напишем письмо прямо сейчас. Кэйа кивнул и они вместе направились в небольшую палатку, загромождённую множеством ящиков. Наверху, на одном из ящиков, располагалась большая клетка, в которой тихо спала белая, как снег, сова. Кэйа только и мог восхищённо вздохнуть. — Какая она красивая… Не знаю почему, но мне всегда нравились совы и их умное выражение лица. — Я бы сказал: угрюмое выражение лица — Альбедо усмехнулся. Совы действительно выглядели постоянно недовольными. Кого-то они ему напоминали… Кэйа осторожно поднёс пальцы к решетке клетки, за которой сидела сова. Птица мгновенно уловила чужое движение и недовольно ухнула, распушив перья. Кэйа усмехнулся, убрав руку с домика совы. Альбедо уже откуда-то достал чистый пергамент и перо с чернилами, поставив их на один из ящиков. Кэйа присел так, чтобы было удобнее писать и обмакнул перо в чернила. Альбедо сел рядом на ящик, но не смотрел, ни на Кэйу, ни на то, что он собирается написать в своём письме. Кэйа счёл это тактичным и принялся писать. В письме к магистру он указал их местоположение и дальнейшую цель. Кэйа не стал рассказывать Джинн о том, как и в каком состоянии их нашёл алхимик, потому что боялся, что девушка будет сильно переживать по этому поводу. Также он решил поинтересоваться делами ордена и интересными новостями за время их отсутствия. Когда письмо было готово, он завернул его в трубочку и отдал Альбедо. Тот в свою очередь открыл клетку с полярной совой и, закрепив на одной из её лапок пергамент, отправил птицу высоко в небо. Оба мужчины некоторое время наблюдали за удаляющейся вдаль совой. Затем Кэйа обратился к Альбедо: Как же повезло этим пташкам: несколько минут и уже в Мондштадте. Альбедо улыбнулся и кивнул головой. — Предлагаю отправиться обратно в лабораторию и продолжить работу над зельем. — сказал он, и они вместе направились обратно в зону лабораторных исследований. Когда Кэйа вернулся и сел на свой стул, ему захотелось продолжить разговор с алхимиком, пусть и на весьма банальные темы. — Вам нравится работать на орден? Не могу судить строго из своего положения, но мне кажется, что профессия — алхимик в большей степени связана с творчеством, а банальная и однообразная работа, которой заваливает вас орден, убивает ваш потенциал. Альбедо отрицательно покачал головой. — Нет, нет, это не так. Я вполне удовлетворён своим местом работы и уж тем более оплатой. Мне не на что жаловаться — заверил он Кэйу, помещая только что приготовленную на огне смесь в специальную колбочку. Будущая основа для зелья была готова, и алхимик принялся искать следующие ингредиенты. — Если честно, на поиск антидота меня частично подталкивает личная выгода… — спустя время сказал Альбедо. Он достал неизвестные Кэйе материалы и поставил их рядом с колбочками: Всю жизнь моей целью было совершить достойное открытие в области алхимии. Я долгое время работал над созданием вещества, способного преобразовывать из любого металла золото. Кэйа едва сдержал улыбку. «Неужели все учёные такие выдумщики?.» Альбедо сейчас был настолько увлечён рассказом о философском камне, что даже не заметил, как весь интерес Кэйи к этой теме быстротечно исчез. — Возможно, если я создам антидот, способный уничтожить проклятие, созданное богами, то мастер будет мной гордиться… — завороженно произнёс алхимик, разрезая какое-то круглое вещество на две половинки. «О каком таком мастере он говорит?» — подумал Кэйа, прослушавший большую часть монолога Альбедо. Задать сейчас этот вопрос он не рискнул, боясь, что алхимик посчитает это крайним неуважением. Кэйа решил просто поддержать разговор. — Что же вам мешает сделать это открытие, о Великий Мондштадский алхимик? — наигранным тоном спросил Кэйа. Альбедо, не обратив внимание на фальшивость вопроса, всерьёз задумался. — Моя вторая личность… — с загадочным видом произнёс он, ненадолго отвлекаясь от работы. Хоть Альбедо и казался довольно умным и серьёзным человеком, но его слова заставляли Кэйу с каждой минутой разговора думать, что алхимик решил подшутить над ним. «Интересно, что бы сказал Дилюк, если бы сейчас сидел здесь…» — подумал Кэйа, вспомнив о том, что думал его брат насчёт всяких астрологов и других вещах, связанных с магией. Такая беседа всерьёз разозлила бы его. Но Кэйа решил не выдавать себя и своё неверие в слова Альбедо, продолжая терпеливо слушать его историю о второй личности. — Я считаю себя хорошим человеком, с чистыми идеалами и целями, но какая-то частичка моей души, которую я зову своей второй личностью, постоянно оскверняет мои труды своими взглядами. Из-за этого большинство моих работ, в том числе и создание магического камня, остаются не завершёнными. — Я тут подумал. — прервал его рассказ Кэйа — Может быть ваша вторая личность — это сомнения? Когда-то, ещё будучи наивным юнцом, я услышал интересную историю о «Забытом каньоне». Один из старых искателей приключений, побывавший там, рассказывал о всевозможных богатствах и древних реликвиях, хранящихся за стенами этого подземелья. Помню, тогда среди перечисленных древностей меня больше всего привлекли «учения о поэзии». В этой книге был сокрыт секрет о борьбе с сомнениями. И если «учения о поэзии» действительно существуют, то они бы могли помочь нам сделать работу более продуктивной. — предположил Кэйа, от скуки перебирая мех на своих плечах. Альбедо задумался над его словами. — Мы бы могли организовать экспедицию в «Забытый каньон». Если честно, я ещё не думал на эту тему в таком ключе, но ваше предположение действительно может оказаться правдой. Точнее, я буду надеяться, на это. Что вы скажете, если мы отправимся в экспедиционный лагерь прямо завтра? — спросил алхимик Кэйу. Тот согласно кивнул. Было очень приятно, что Альбедо выслушал его мнение и даже не сказал ничего против. Обычно они с Дилюком могли долгое время спорить, не уступая друг другу. Порой дело даже доходило до ссоры. Кэйа огорчённо вздохнул: «Ну когда уже придёт Дилюк и развеет наступившую скуку?». Стрелки часов показывали пятнадцать, а небо уже было затянуто тучами, за которыми пряталось дневное солнце. Альбедо, который всё это время следил за Кэйей, осторожно поинтересовался: Вы волнуетесь за него? Уверяю вас: не стоит. Он тот человек, который сможет найти выход из любой ситуации. Да и к тому же. Он предусмотрительно взял с собой мою карту, с отмеченными на ней лагерем и оледеневшими кабанами. Слова Альбедо немного успокоили Кэйу, и он вместе с алхимиком остался ждать возвращения Дилюка в лагерь. С их последнего разговора прошло уже порядка двадцати минут. Алхимик по-прежнему был занят приготовлением зелья, а Кэйа сидел рядом с ним. Вдруг Альбедо, проводивший в своей работе над зельем какие-то реакции, случайно создал облако из оранжевого газа, которое тут же распространилось по всей палатке. Воздух тут же наполнился каким-то резким запахом, от которого начало першить горло и чесаться в глазах. — Чёрт, что это за дрянь? — выругался Кэйа, потирая заслезившиеся глаза. Альбедо опасливо отошёл от пробирки, из которой до сих пор тянулся густой газ, и крикнул Кэйе: Нам нужно на какое-то время выйти наружу и проветрить помещение. Кэйа кивнул и помог Альбедо закрепить вход палатки в открытом виде. К счастью, снег сейчас не шёл и внутреннее пространство палатки должно было остаться сухим. Альбедо ушёл в другую часть лагеря, оставив Кэйу одного. Мужчина, не долго думая, решил подождать Дилюка у потухшего костра, на котором они готовили в обед шашлычки. Мысль о еде заставила Кэйу всерьёз проголодаться. Теперь он уже не мог сказать точно, кого ждёт: Дилюка или найденного им мяса? Мужчина решил выйти из лагеря и направиться к ближайшей точке телепортации, у которой открывался вид на ущелье Спящего Дракона. Оттуда наверняка можно было быстрее заметить Дилюка, да и просто понаблюдать за красивым пейзажем. Кэйа решил поторопиться, чтобы случайно не напугать своим исчезновением Альбедо, и поэтому уже через пять минут ходьбы был на месте. Отсюда действительно открывалась захватывающая дух картина: слева находилась огромная гора, которая прикрывала собой небольшую пещеру, а над поверхностью снега возвышались знаменитые кости «драконьего хребта». Кэйа вздохнул полной грудью. Он больше не чувствовал боли в горле и в глазах и поэтому мог полноценно наслаждаться красотой здешних мест. Мужчина уже собрался возвращаться в лагерь, как вдруг увидел огромное пламя, которое, как ему показалось, приняло облик птицы и пронеслось рядом у подножия горы. Кэйа опустился поближе к краю горы и вгляделся в темноту. Нет, он точно видел пламя Дилюка. Сердце стало бешено колотиться, торопя Кэйу принять решение: спуститься вниз сразу же или вернуться в лагерь за помощью к Альбедо? Недолго думая, мужчина с разбега прыгнул вниз, раскрыв свой планер в десяти метрах от земли. Точнее, от снега. Кэйа приземлился, чуть не потеряв равновесие: ботинки прошли сквозь корку льда, покрывавшего снег, и слегка уходили вглубь, мешая нормальному передвижению. Кэйа решил сейчас же позвать Дилюка, так как с места не смог увидеть его поблизости. — Дилюк! Дилюк, ты здесь? — кричал Кэйа в пустоту. Пейзаж, который так понравился ему там, у точки телепорта, теперь не казался таким завораживающим. Скорее, он пугал Кэйу своей пустотой и безмолвием. Мужчина решил двинуться к пещере, которую заметил, стоя около точки телепорта. Он осторожно шёл через снег, проваливаясь в нём теперь всё меньше. «Похоже, чем ближе подходишь к пещере, тем меньше становится уровень снега» — размышлял по пути Кэйа. Ветер задул сильнее и сосны, окружавшие мужчину, противно заскрипели. «Поскорее бы найти Дилюка и вернуться в лагерь…» — думал Кэйа, проходя под кронами деревьев и свисающими сверху обломками Драконьего хребта.