Мой шеф-кондитер раздражает

      Через месяц я все-таки решаюсь пригласить Ингу к себе.              Это происходит случайно: мы гуляем в городе, выбираем место поужинать, и вдруг мой враг язык вперед мозга уже предлагает поискать что-то поближе ко мне, чтобы мы обе, наконец, смогли попить вина вне дома. Инга соглашается сразу, а я уже не собираюсь отступать, потому что, наверное, пора уже. Тем более если и так ляпнула.              Ко мне приходим под ночь и пьяные, так что бардака никто не замечает. Занимаемся любовью и просыпаемся в одной постели. Я готовлю Инге простой завтрак, потому что так привыкла, а она говорит «вкусно». И про бардак ни слова, даже не смотрит на разбросанные по полу шмотки. Все проходит куда спокойнее, чем я думала.              Через месяц и одну неделю я, кажется, определяюсь с чувствами.              Мы снова у нее дома. На просторном диване лежим в обнимку и смотрим дебильный ужастик, потому что я на них подсела так же, как она на свои романтические комедии. Я у нее на плече, обнимаю за талию, ножку на бедра закинула. Она гладит по плечу и из миски на столе таскает домашний, но по ресторанному рецепту картофельный чипсик, то мне, то себе. И в этот момент что-то происходит в голове, случается чудо, снисходит озарение. Я увлекаюсь воспоминаниями, забываю о фильме и вдруг осознаю, что мне действительно хорошо. Спокойно. Очень уютно рядом с Ингой, настолько, что я могу закрыть глаза, лежа у нее под боком. Не от усталости, не из-за переизбытка алкоголя в организме, а потому что доверяю. И знаю, что со мной ничего не случится, пока она рядом.              Чтобы обдумать это, уходит еще несколько дней.              Чтобы придумать, как об этом сказать, в два раза больше.              Я даже пытаюсь избегать Ингу, потому что снова нервничаю, сама себя грызу тем, что слишком долго тяну, а тут еще и признаться не могу нормально. Инга волнуется, ничего не понимает, беспокоится. Постоянно спрашивает, все ли в порядке, и в итоге не выдерживает. Ловит прямо в ресторане за руку, заталкивает на склад, подпирает ногой дверь и прямо спрашивает что не так.              А я только и могу что отводить взгляд и мямлить, что все в порядке. Время удается выиграть обещанием все рассказать вечером после работы. Она отпускает, но грозится прикопать в ближайшем лесу, если сбегу.              Верю. И весь оставшийся день до шести вечера продумываю варианты.              Инга уже поджидает на парковке с видом того самого злобного дьявола, которого я так давно не видела. Молча сажусь в машину и на телефоне указываю точку, куда она должна меня отвезти.              Тот самый ресторан, в котором я не так давно завязывала волосы на затылке собственными стрингами и клеилась к коллеге в почти полтора раза старше себя.              Всю дорогу Инга очень напряжена. Мне стыдно перед ней, но приходится тянуть, потому что ну а зачем еще она показывала мне столько этих дурацких мелодрам и ромкомов, наверное, потому что она хочет так же. Романтичная моя натура. Надеюсь, она дотерпит до моего как-в-кино признания.              В ресторане я тоже молчу. Делаю заказ, заставляю и Ингу сделать свой. Пью вина для храбрости и, наконец, беру ее за руку. Смотрю прямо в глаза. Тяну немного, нервно улыбаясь. Наблюдаю за меняющимся выражением лица с гнева на непонимание. Инга, похоже, начинает догадываться или хотя бы просто подозревает.              А потом говорю, что люблю ее. Очень тихо, почти беззвучно, но знаю: она понимает. Читает по губам или чувствует мои слова. Сжимает руку в ответ. Ее взгляд мгновенно становится мягче, даже начинает сиять. Появляется нежная улыбка. И так же тихо она произносит «люблю» в ответ.              А через несколько дней, когда проходит эйфория, она ругает меня за устроенный с игнором кошмар. Ругает за растягивания, требует обещать, что больше никогда так не буду делать, и любые новости, хорошие или плохие, буду сообщать сразу же, как только они происходят. Приходится подчиниться. Но зато после этого обнимаемся мы особенно тепло и крепко. И целуемся особенно нежно, будто, наконец, понимая друг друга по-настоящему.              И где-то примерно в эти же дни я начинаю помогать Инге с ее блогом. Помогаю с выбором темы, с постановкой кадра и света, монтирую ролики. Ничего особенного, она все еще делает большую часть, но довольно скоро в кадре появляются и мои неумелые руки.              Я начинаю учиться у нее кондитерскому искусству. Оказывается, она — прекрасный наставник. Да, требовательный, такой же несносный, как и руководитель, но знаний у нее и любви к делу гораздо больше. И это перевешивает. К тому же, я знаю пару способов как переключать ее внимание и остужать пыл, поднимать настроение. Не секс, конечно, им далеко не всегда можно заняться, да и во время ссоры вот вообще о нем не думается как-то. Но мне все же удается, не признавая вины в спорных или проигрышных для нее ситуациях, дать заднюю, чтобы мы просто успокоились и продолжили разговор уже потом.              Инга забавно бесится, когда я максимально спокойно и вежливо отвечаю ей, а потом не знает что делать, когда переключаюсь на милоту. Улыбаюсь ей, обнимаю, пытаюсь зацеловать, шучу, и так далее. Срабатывает не прям чтобы всегда, но в большинстве случаев. Так что можно это считать подходом к ней.              А в сумме через четыре месяца от той самой инвенты, после которой все пошло наперекосяк, а точнее, наконец начало вставать на места, я пишу заявление на увольнение.              Мне становится тяжело совмещать учебу у Инги, помощь с блогом и свою основную работу, пусть я могу ей заниматься и на удаленке. К тому же, скрывать даже простое улучшение отношений с Ингой на работе — невыносимо тяжело, когда приходится смотреть на нее привычно-устало, а не радостно и нежно. Тяжело не защищать ее, когда бухгалтера ругают за что-то, что им не нравится. И тяжело играть в эту идиотскую конспирацию с разными по времени приходами на работу. Надоело высаживаться из машины где-то неподалеку от реста или садиться после работы где-то тоже не рядом с парковкой. Хватит.              Отпускать, конечно, не хотят. И я слишком добрая девочка, соглашаюсь пообучать нового калькулятора. Так как это тоже девушка, довольно симпатичная, то Инге угрожаю свернуть шею, если она начнет приставать еще и к этой. Смеется. Но обещает, что будет только моей.              Через пять месяцев в сумме я официально без работы. Хочется сначала потребовать от Инги рассчитываться со мной за помощь с ее блогом честно, но в итоге ничего не говорю, когда она внезапно начинает платить больше. Так как я живу все еще у себя, и хочу кушать не только регулярно, но и вкусно, благодарю ее спокойно и искренне. Да и всегда же приятно, когда твои заслуги ценят пропорционально увеличению количества подписчиков. У нее… у нас даже заказывают рекламу.              Теперь, не обремененная рестораном, я все чаще остаюсь у Инги. То из-за работы над блогом, то из-за обучения, то просто потому что не хочу уезжать и могу, пока она сама работает, прибрать и приготовить что-нибудь. Инга, конечно, постоянно дает свои дурацкие советы как что можно было бы улучшить, но, стоит зыркнуть неодобрительно, замолкает. Я ее слушаю, но иногда терпение заканчивается. Я же, блин, стараюсь.              И в итоге через чуть больше чем полгода наших отношений Инга предлагает прекратить сливать бабло в съемную квартиру и отдельный холодильник и переехать к ней.              Над этим приходится подумать. Повзвешивать, поразмышлять, попродумывать варианты, как я люблю. Посчитать расходы, возможные риски, угрозу для наших отношений из-за того, что мы все время вместе и еще и общим делом занимаемся. В общем, подхожу к вопросу со всем присущим мандражом. И положительный ответ звучит всего лишь через пару минут.              Потому что, а почему бы и нет? Если у нас до этого все получалось, то получится и теперь. Мы обе — взрослые женщины, умеющие думать и взвешивать, анализировать. У Инги еще и опыта в жизни побольше, и она сможет, я думаю, где-то проявить и мудрость.              А еще она хочет познакомить меня со своими родителями. Ее папа почти восстановился после инфаркта, и теперь меня готовы принимать в отчем доме. Пока что как подругу, но кто знает? Может быть, однажды мы все сможем стать семьей.              А пока что я просто буду дальше жить со своей возлюбленной. Любимой. Учиться у нее и так же делиться своим опытом. Ведь мы вполне неплохо, оказывается, дополняем друг друга, и сейчас я уверена: мы справимся вообще со всем. Мы начинали с практически ненависти друг к другу и смогли справиться, так что все будет хорошо. И даже лучше.