По ту сторону грёз

Голос дрожит, но я выступаю вперед, высоко подняв голову. Пусть делают, что хотят, пусть хоть прихлопнут меня на месте! Если они обманули меня, и Ее Величество вовсе не заточена во льдах, то их угрозы не стоят и секунды переживаний. Ну же, смелее, скажи, все, что думаешь! – Мисс Вайолет сейчас на той высокой скале? – Какое тебе до этого дело? Ей все равно конец! – вопит Тень, и я встречаюсь взглядом с ее горящими желтыми глазами, которые выступают из Темноты, как светящиеся глаза пантеры. Их звали Страх, Обида и Зависть. По крайней мере, так они представились мне, когда отражение из зеркала кинулось мне на помощь. Но сейчас Светлячок остался позади, и поблизости нет никого, кто бы выступил вперед и ярким лучом фонаря рассеял сгустившиеся мрачные сумерки. Делаю глубокий вдох и выкрикиваю насколько могу громко, так, что эхо, как рябь по воде, разносится по хрустальным коридорам Скал: – Я вас знаю! Вы каждый день говорите со мной из зеркала! – О чем ты вообще? – у нее нет лица, но мне чудится, что Тень ухмыляется. – Я видела вас в зеркале! Вы – мои Страх, Обида и Зависть. Страх, потому что я боюсь, что у меня не выйдет стать настоящим художником. Обида, потому что я не выдержала горькой правды, что высказывала мне редактор. Зависть, потому что втайне я всегда мечтала стать Мэй! От собственного крика у меня звенит в ушах, дыхание сбивается и становится прерывистым, как после долгого бега. Слишком громкие слова для такого крошечного пространства, заключенного между двумя зубчатыми хребтами Хрустальных Скал. На мгновение устанавливается тишина; слышно только, как откалывается крошечный кусочек хрусталя и катится по дорожке, останавливаясь у моих ног. Точно так же катилась по полу брошка… о которой я совершенно забыла! Я сжимаю ее в кулаке. Тень таращится на меня с подозрением, и ее горящие глаза превращаются в узкие щелочки. – Что ты сказала?! Я должна объяснить ей все, излить душу, даже если сейчас не время, не место, потому что это и значит принять свою теневую сторону, о существовании которой я и не подозревала в реальном мире. Если бы Мисс Вайолет была здесь, она бы сказала мне то же самое: – То, что вы проходили до сего момента – еще не испытания, а лишь подготовка к ним. Настоящее испытание начинается, когда ты находишь смелость взглянуть в пустые глаза своей Тени и не убегаешь. Ты не можешь бегать от себя вечно. Так останься же, подай руку другой себе, что живет в глубине, куда тебе в жизни было бы не заглянуть, если бы Тень не явила себя открыто. Прими ее! Тень освободит тебя. И вы станете одним целым. Она бы определенно сказала так, и, быть может, гораздо больше, и мысль об этом наделяет меня необычайной решимостью. Я хватаю Тень за «руку»; она вся состоит из темного дыма, что значительно уплотняется по краям. – Я теперь знаю, кто вы. И я знаю ваши имена и свои тяжелые чувства! У меня был страх, но я отрицала это. У меня была обида, но я похоронила ее в глубине души. У меня была зависть, но я предпочла закрывать глаза на ее присутствие! Но теперь я вижу вас и я знаю, что вы настоящие. И, помимо этого… Я ПРИНИМАЮ ВАС! Тень шарахается от меня, начинает корчится. Ее глаза-щелочки расширяются от испуга, и она волочит меня собой, в попытках улизнуть, пока я наконец не отпускаю ее дымовую «руку». – Ты не можешь этого знать! Кто рассказал тебе об этом?! – в отчаянии вопит она и вдруг исчезает с моего пути, будто наваждение. Не дожидаясь ее повторного появления, я спешу вперед по дорожке к самому подножию Высокой Скалы. На ее вершине, где в золотых лучах, пробивающихся сквозь амфитеатр кучевых облаков, виднеются голубые кусочки неба, возвышается силуэт Королевы в длинном платье, и корона на ее голове переливается всеми цветами радуги. Брошь блестит на моей ладони, и я устремляю взгляд вверх. Пусть Темнота рассеется, пусть исчезнет, убежит в чащу, чтобы спрятаться под коряги и забиться под изогнутые корни! – Ты пришла! Ты пришла! – по склону, неловко придерживая подолы пышных платьев, мне навстречу спускаются три волшебницы. Их лица озаряют улыбки, и они все, как одна, наперебой засыпают меня вопросами: – Откуда ты пришла? – Где же твой Светлячок? – Ты, наверное, ищешь Ее Величество? Я отвечаю только на последний вопрос, запыхавшись и стирая со лба капельки холодного пота. Кто знает, чем бы кончилась встреча с Тенями на этот раз, если бы не та, почти волей случая услышанная мной фраза – «Прими свою Тень»? – Королеве удалось сдержать натиск Темноты! Она сейчас там, на самой вершине! – Амелия указывает пальцем на мерцающий наверху огонек и добавляет: – Твой чудесный сон совсем скоро кончится. Навсегда. Я всматриваюсь в ее лицо, в надежде отыскать хоть искру улыбки, но помощница Королевы говорит серьезно. – Навсегда, – повторяет она чуть печально. – Ты покинешь нас! – восклицает Элис с искренним сожалением. – Но мы будем надеяться, что увидим тебя опять! Я растерянно переминаюсь с ноги на ногу. Неужели это правда? Но ведь небо начинает проясняться, а это значит, что совсем скоро Придворная Академия вновь откроет для учеников свои двери! Разве это не так?! Расступившись, девушки пропускают меня вперед. Карабкаться по крутому склону, усыпанному мелкими осколками хрусталя – сущее наказание, и я бы никогда не стала заниматься чем-то подобным в Мире Наяву, но желание узнать Истину подталкивает меня наверх с какой-то сверхъестественной силой. Я хочу узнать! Невозможно, чтобы это все вдруг закончилось! Крепко хватаюсь за выступ над собой и подтягиваю ногу, делаю передышку и лезу вновь. Если бы только их слова оказались неправдой! Длинный полупрозрачный шлейф Ее Величества развевается, когда ветер подхватывает его на землей. Розоватым жемчугом сверкают ее серьги и вкрапления драгоценных камней в короне. Встречая меня с улыбкой, она протягивает мне руку, и произносит радостно: – И вот, наконец, ты здесь, Джуди Тьюсен! У меня на глазах выступают слезы, и она замечает это, поймав мой взгляд. – Ты одержала победу над своей Тенью, Джуди. Почему же ты плачешь? – Откуда вы это знаете? – Я наблюдала сверху. Посмотри же на горизонт, тучи уже рассеиваются! Небо впереди сияет ослепительной чистотой, но стоит ей произнести это, и мое беспокойство только усиливается. – Неужели этот сон правда скоро кончится? – Отчего же это так расстраивает тебя? – мягко спрашивает мисс Вайолет. Ее глаза блестят тусклым блеском, и она едва заметно улыбается. Слова переполняют меня, рвутся изнутри, но что-то сдерживает меня, и я молчу растерянно до тех пор, пока Королева не протягивает мне руку. – Держись, – говорит она, и я выполняю просьбу. Дым рассеивается, и передо мной разворачивается картина воспоминаний последних пары часов. Темнота сгущается, хватает Ее Величество за обе руки, за плечи, обвивает ее шею, будто собирается задушить. Тени похожи на змей с той фрески, что я заметила на потолке в одном из коридоров Дворца. Королева взмахивает рукой и повелевает Теням исчезнуть, но они не желают этого делать и озлобленно скалят зубы. – Всех твоих учениц захватила Темнота, так с чего бы нам исчезать? – нагло огрызается одна из них. – Еще не всех! – заговорщически шипит другая. – Есть еще девчонка, но Лиз и Лилия совсем скоро разберутся с ней! – Погодите! – вопит третья Тень. – Вы забыли про Роузи. Она сидит на поляне в глухой чаще леса. Нам нужно найти ее! Не медля ни секунды, они скрываются в лесу, на некоторое время оставляя Королеву в покое. – Они отступили, потому вспомнили о вас с Роузи, – с трепетом признается Королева и разжимает свою ладонь. – Благодаря этому мне удалось подняться на вершину и поймать солнечный луч, необходимый для ритуала и изгнать Теней. Мне не верится, и я долго не могу сообразить, как это связано с окончанием моего сна, и тогда она добавляет: – Хоть и на время, но Тени повержены. Теперь пришло время открыть глаза в Мире Наяву, Джуди Тьюсен. – В Мире Наяву? – шепчу едва слышно, но Ее Величество это слышит. Делая шаг навстречу, она внимательно изучает мое лицо. – Ты совсем измучилась. Мне стоит принести свои извинения. Лилия и Лиз больше не вернутся в реальный мир… но ты свободна поступать так, как подскажет сердце. Если ты захочешь связаться со мной, помни о рубине. Улыбка на ее лице тает, она медленно разворачивается, и Солнце, заливающее хрустальное плато золотистым торжествующим светом, играет отблесками в ее волосах. Даже здесь ее образ кажется просто прекрасным сном. Далеким, забытым сном, что я видела годы назад прежде, чем рассветное солнце прокралось в мою комнату, заливая подушки своим ласковым светом. – Я знала вас раньше… – я порывисто оборачиваюсь к ней. – Вы приходили ко мне во сне много лет назад. Но скажите, вы ведь исчезнете, когда… все закончится? – Как ты пожелаешь. Тихий доверительный тон, будто мне прямо сейчас открывается Великая тайна, но те же самые слова я уже слышала, когда мы впервые оказались здесь. – Возможно ли это, если вы уже… исчезли в реальном мире? – звучит странно, и я смущаюсь собственного вопроса. – Я исчезла для людей, которые не нуждались во мне. Но я всегда буду рядом с теми, кто был предан мне сердцем. В растерянности я провожаю ее взглядом. Солнце стоит высоко над линией горизонта, и в мутном мареве величественный силуэт дрожит и колеблется, словно очертания далекого миража. – Подождите, – ноги не слушаются, и я неуклюже делаю несколько шагов, отчаянно вытягивая руку перед собой. Дымка исчезает; еще миг, и от нее не останется и следа. – Подождите, Мисс Вайолет!.. – Она будто испарилась! – изумленно заявляет Светлячок. Он запыхался, и с его покатого блестящего лба струятся мелкие капельки пота. – Ты бы знала, чего мне стоило забраться на эту вершину! А ты… кажется, звала Королеву? – спрашивает он, беспокойно поглядывая в ту сторону, где секунду назад воздух над землей был затянут серебристой дымкой. – Да… Она тоже сказала, что этому сну совсем скоро придет конец… – Верно, – соглашается Светлячок, – ведь ты примирилась со своей Тенью. Этого достаточно. Но ты спросишь, почему тогда вы оказались в Придворной Академии? Видишь ли, не каждому под силу самостоятельно одолеть свою Тень. Я чувствую, что заливаюсь краской. Если бы он только знал, чего мне это стоило... Я тоже не была уверена, что смогу. И мне было страшно. – Но Тени ведь еще не повергнуты окончательно? Они могут вернуться! Светлячок кивает. – С новыми учениками в мир приходят новые Тени. Но с новыми учениками в мир также приходит надежда на лучшее будущее, – задумчиво отвечает он, а затем, кружась, направляется вниз по склону. Но я не останавливаю его. Встретившиеся мне по пути Айрис, Элис и Амелия провожают меня до Дворца. Мы почти не разговариваем, и все пережитое гулким эхом отзывается у меня в груди. Это не может быть правдой. Если все закончится, куда мне возвращаться? И что скажет Мэй, когда узнает, где я была? У мисс Вайолет темные карие глаза, и когда Солнце отражается в них, они похожи на драгоценные камни, много лет пылившиеся в шкатулке, и наконец радостно увидевшие свет. Она и сама будто соткана из света, ослепительного, словно первый лучи майского утра. Я волнуюсь, но Светлячок подталкивает меня своими лапками в плечо, и хотя он слишком маленький, кажется, будто я чувствую давление. Теперь он вновь зажигает свой фонарик, как ни в чем не бывало. – У тебя правда мало времени! – торопит он. Стук по деревянной двери Библиотеки разносится эхом вдоль пустых коридоров. Слышно, как шелестят страницы книги, и Королева приглашает меня войти. – И вот, мир снова прекрасен! – восклицает она, отложив книгу на колени. Я приглядываюсь, но обложки рассмотреть не могу. – Мисс Вайолет, простите за беспокойство. Я хотела кое-что у вас спросить. Оборачиваюсь через плечо, но Светлячка поблизости нет: на радостях он наверняка упорхнул из Дворца, чтобы кружить под теплыми солнечными лучами. Шутка ли, потерять собственный огонек, да и еще и на такое долгое время! Королева с интересом поднимает голову. – Что именно ты хотела узнать? Тяжело подбирать слова, они будто зависают в воздухе, проваливаются в ямы, стираются, но я не сдаюсь. Сейчас или никогда. Если все закончится, мы не сможем снова поговорить! – Мой… светлячок сказал, что новые Тени будут снова и снова приходить в мир… и это значит, что некоторым ученикам никогда не суждено вернуться. Почему же тогда есть надежда?.. В конце концов, Тени наводнят Страну Грёз, и она перестанет существовать, разве это не так? Королева улыбается, и искорки этой улыбки играют бликами в ее глазах. – Разве этот мир перестанет существовать? – Светлячок говорил мне… – До тех пор, пока здесь есть те, кто может сразиться с Тенями, Страна Грёз будет жить. Чем дольше я смотрю на безмятежно-прекрасное лицо Королевы, тем более до смешного глупыми кажутся мне все мои прошлые тревоги. Они просто сворачиваются, съеживаются и превращаются в ничто. – Значит, Солнце не погаснет? Оно не может погаснуть! – с облегчением выдыхаю я. – Но как же тогда Лиз и остальные Тени? Маделин ведь тоже навеки стала Тенью, и никто не смог спасти ее! Заинтересованность на лице Королевы сменяется искренним удивлением. – Неужели мои помощницы рассказали тебе о Маделин? Я сжимаю в руке оборки платья и качаю головой. Я уже и забыла о том, насколько оно потрепанное и рваное; в таком не стоило и показываться кому-либо на глаза! – Девушки действительно пожертвовали своими устремлениями ради пропавшей подруги, но это не вернуло ее, несмотря на все приложенные усилия. Мы не можем распоряжаться чужими судьбами, это было неправильно. Но мы способны отвечать за самих себя. Разве не так все устроено и… в вашем мире? Глядя вниз, я рассматриваю свои потертые туфли. – Надежда, о которой говорил тебе твой помощник, так хрупка, но в то же время так отчаянна и прекрасна. Я не могу ручаться за каждого из вас, я но делаю все, что в моих силах, чтобы поддержать вас на этом непростом Пути. Вашем Пути. Это и есть ключ – то, чего я долго не могла понять, но поняв однажды, приняла всем сердцем за непреложную Истину. Если бы Лиз и Лилия были здесь сейчас в облике людей, все произошло бы совсем иначе: эти искренние слова удержали бы их на краю беспросветной пропасти, они не утянули бы за собой Роузи, не попытались бы погрузить мир в непроглядную Темноту… – Я бы хотела, чтобы вы знали об этом, – тихо добавляет Мисс Вайолет, оборачиваясь к нижней полке стеллажа, откуда взяла книгу. Несколько погодя, она вновь поднимает глаза на меня и говорит изменившимся голосом: – У тебя еще есть выбор. Ты можешь навеки остаться здесь, потеряв все воспоминания о реальном мире. Однако наша Библиотека с радостью сохранит их, как и воспоминания других людей, – она обводит просторный зал широким жестом. – Но ты также можешь вернуться в Мир Наяву, потеряв воспоминания о Стране Грез. Пусть не сразу, но они потеряют свой блеск, как и всякий сон, который рано или поздно предается забвению. Выбор за тобой. Я колеблюсь, испуганно сжимая в руке рубиновую брошь, и решительное выражение на ее лице смягчается. Она догадывается обо всем слишком быстро, и от этого пропадает всякая необходимость в том, чтобы изобретать неловкие оправдания. – Ты не знаешь, для чего тебе возвращаться? Твоей мечте не суждено сбыться? Но в школе и городе тебя окружает множество людей. Все они расстроены и разочарованы по-своему, у каждого непременно есть своя боль и сокровенная, но несбывшаяся мечта. В свое время я была слишком слепа, чтобы заметить это, и оказалась здесь навсегда. Но даже в этом иллюзорном мире, и особенно в том «реальном», где вовсю кипит жизнь, ты можешь протянуть руку помощи. Делая что-то для других, ты делаешь это для себя. Главная Причина всего, что происходило и происходит, всегда была в тебе, не забывай этого. Она улыбается, и от этой улыбки все предметы вокруг начинают таять, плавится словно воск горящей свечи. У меня в глазах стоят слезы, и я утыкаюсь лицом в сгиб локтя. На секунду, только чтобы стереть их, но мираж продолжает исчезать. Засвеченные занавески – белоснежная клякса на темном фоне, пестрые ряды книг – хоровод нарядных дам, танцующих рондо; шлейф Ее Величества – взмах крыльев птицы, которая стремительно уносится ввысь. Я закрываю глаза, открываю их снова. Все исчезнет, но прежде, чем это произойдет, я должна прошептать, сказать, прокричать, заверить: – Я не забуду. Даже если вы исчезнете, я буду это помнить. Всегда!