Правила Оборотня/Rules of Werewolf

      Драко проклинал Тео, пока они шли к бару. Гермиона была так близко к нему, но всё ещё недосягаема… Никогда прежде он не получал её внимания настолько, чтобы ощущать её в своей полной и безоговорочной власти.       Было бы глупо не признаться самому себе, что теперь она была его главной целью.       Он наблюдал за ней – тогда, в библиотеке. За её лицом, выражающим полную сосредоточенность и наслаждение. Мерлин, как же она обожала читать! Она была восхищена каждым томиком, мимо которого проходила. Его любовь к чему-либо на этом свете не могла сравниться с любовью Грейнджер к любой книге, на каждой полке в этом поместье. Наверняка сейчас бы она сидела и читала, если бы Драко не прервал её уединение. Пропустить всю вечеринку ради того, чтобы прочесть какой-нибудь пыльный томик? Звучало как то, чем он бы и сам с радостью занялся. Драко зашёл в лабиринт стеллажей, дабы немного побыть в одиночестве, но в глубине души он надеялся, что и Грейнджер бродит где-то там. Некая вероятность того, что они окажутся наедине, была невообразимо интригующей.       Грёбанный Тео. Внешне Драко сохранял холодное спокойствие, но на деле внутри него всё кипело от предвкушения. Сейчас он сидел в кругу рядом со своими друзьями, с её друзьями и с ней самой. Он с надеждой ожидал, что она прочтёт его эмоции по складке меж его бровями, блеску глаз и лёгкому изгибу губ.       Драко расположился в дальней части круга, чтобы держать Грейнджер в поле зрения. Юбка девушки выглядела мягкой и приятной на ощупь, маня прикоснуться к ней, как в целом и остальные части её тела. Драко позволил воображению разыграться, представляя, как протягивает к ней руку, касаясь мягкого материала. Он бы сжал юбку в ладони и поднимал бы до тех пор, пока не коснулся бы костяшками тёплой кожи. Его пальцы медленно бы скользили по её бедру и достигли бы границы зелёных кружевных трусиков. Да, в его воображении они были именно такого цвета. Подушечки пальцев блуждали бы по резинке белья, пока большой палец не зацепил бы её и не потянул вниз. Он бы…       Блять. Пэнси звякнула бокалом с шампанским, и Драко почувствовал, будто его сшибли с метлы бладжером. Он прочистил горло и расставил ноги пошире, надеясь спрятать последствия своих неприличных грёз. К счастью, все взгляды вокруг были обращены к Пэнси: — Итак, внимание! Все в сборе? Отлично. Сегодня день рождения нашего дорогого Тео, и он попросил меня организовать какую-нибудь игру. Я предлагаю сыграть в «Оборотня». Правила простые: у каждого из нас есть своя роль, и цель игры — вычислить, кто является Оборотнем. Я раздам каждому бумажку с его ролью. Хорошенько запомните её, потому что потом я сожгу пергаменты. Я буду ведущим. В игре будет один Оборотень и один Целитель, а остальная часть игроков — Мирные жители. Каждое «полнолуние» Оборотень будет сообщать мне, кого хочет убить. Он будет использовать для этого легилименцию, но только в игровых целях! Если что, я зачаровала его листок, — она взмахнула палочкой, и перед каждым игроком приземлился соответствующий клочок пергамента. — Пэнси, это же абсурд. Вся эта игра выставляет оборотней жестокими и агрессивными. Это нагнетание страха, — Гермиона топнула ногой для пущей убедительности. Драко мысленно улыбнулся. Ну конечно. Конечно, она бы нашла, о чём поспорить, даже на вечеринке. Грейнджер была просто в бешенстве. Но почему он не мог оторвать от неё глаз? — Нет, Гермиона, это просто игра. И мы пытаемся веселиться. Кто-нибудь, принесите этой зануде коктейль, пожалуйста, — Пэнси махнула рукой в сторону бара.       Драко не смог сдержать смешок. Гермиона впилась в него яростным взглядом. Упс. Он снял пиджак и повесил его на спинку стоящего рядом стула. Затем, отстегнул запонки в форме маленьких змеек и положил их в карман, прежде чем закатать рукава рубашки. Драко захотел устроиться поудобнее перед началом игры. — Итак, как я уже упомянула ранее, ваша задача — вычислить, кто же является Оборотнем. После каждого раунда вы попытаетесь угадать. Три неверных догадки — фаза полнолуния для Оборотня заканчивается и он побеждает. Во время полнолуния Целитель может спасти кого-то, произнеся его имя вслух. Голос Целителя при этом будет изменён, поэтому мы не сможем догадаться, кто это. Сейчас, во время фазы полной луны, ваши глаза будут закрыты с помощью заклинания, которое придумала я. Срок его действия недолог, но такое использование магии вполне честно. В нашей компании уж больно много жуликов, поэтому я не верю, что вы не будете подглядывать. Ну что, есть вопросы? — Пэнси сканировала взглядом людей в кругу.       Играть в «Оборотня» согласились Драко, Блейз, Тео, Джинни, Гермиона и Невилл. Гарри и Рон предпочли шахматы, забившись в угол библиотеки. Эдриан и Дафна сидели в другой стороне, ожидая начала игры. Хотя, находились они настолько далеко от компании, что навряд ли могли слышать или видеть, что происходит в кругу.       Драко посмотрел вниз на свой листок, прочитав надпись прежде, чем та успеет исчезнуть: «Мирный житель». Заебись. Придётся просто сидеть и ждать смерти. Какая прелесть.       Его глаза вернулись к Гермионе. Мерлин, как же ему хотелось прижать её к книжным полкам. Ему срочно нужно было придумать, как вновь остаться с ней наедине, чтобы сыграть с ней в игру уже совсем другого толка. Кажется, он прослушал болтовню Пэнси про оборотней. Идея начала зарождаться в его голове, губы растянулись в коварной улыбке.       Пэнси вышла в центр круга и хлопнула в ладоши: — Итак, наступает ночь. Надеюсь, вам повезёт и вы останетесь живы.       Темнота опустилась на его глаза...

***

      Голова шла кругом. Что бы случилось между ними в библиотеке, если бы Тео не прервал их? Гермиона уже была готова прикоснуться к Драко. Она безумно хотела этого. Тогда она почти ощутила, как её пальцы скользят по мягким платиновым волосам. Взгляд серых глаз буквально умолял Гермиону сделать это. Она слегка потрясла головой, прогоняя наваждение.        Эта игра была донельзя глупой. Но несмотря на это, Гермиона хотела выиграть. Она была уверена, что сможет вычислить Оборотня сразу же после первого раунда. Надо было побыстрее закончить игру, пока вид этих мускулистых рук с закатанными рукавами рубашки не свёл её с ума. Мерлин, это что, татуровка у него на предплечье?       И вдруг на глаза опустилась пелена. Её окутала тьма. — Мои дорогие Мирные жители. Начинается полнолуние, и Оборотень выходит на охоту. Советую вам не двигаться, иначе он может напасть, — Паркинсон произнесла слово «напасть» прямо на ухо Гермионе. Та подпрыгнула от испуга, что вызвало у Пэнси смешок. Вот сучка. Она бы хотела ненавидеть Пэнси, но видела то, какими долгими взглядами Невилл провожал слизеринку весь вечер. Поэтому Гермионе, пожалуй, придётся подружиться с ней.       Гриффиндорка вновь услышала шуршание возле своего уха. Годрик милостивый, Пэнси всё ещё стояла над ней? Чьё-то призрачное касание прошлось по её руке. Гермиона вздрогнула. Она ощутила слабый аромат, который был ей смутно знаком, и он явно не принадлежал Пэнси. Гермиона сидела неподвижно, стараясь не реагировать на человека, стоявшего подле неё. Ей захотелось открыть глаза, хотя она понимала, что чары не позволят ей этого. — Целитель, будь так добр, назови, имя Жителя, которого хочешь спасти, — сказала Пэнси. — Джинни Уизли, — ответил ей чей-то голос. «Хм», — подумала Гермиона. Чтобы выиграть, придётся использовать то, что она уже знает. Спасти Джинни могли только два человека: Невилл или, что было куда более интригующим вариантом — Блейз. — Окулус Резератус. Можете открыть глаза, — зловеще произнесла Пэнси.       Глазам стало больно от внезапной вспышки света. Она сразу же просканировала комнату внимательным взглядом. Джинни широко улыбалась. Она явно подумала о том же, о чём и Гермиона. Гриффиндорка оглянулась в поисках змей. Тео и Малфой сидели напротив.       Пэнси, восторженно потирая ладони, воскликнула: — Так, так, так. Спасибо, Оборотень. У нас первая жертва — Теодор Нотт! — Чушь! Это какой-то бред. Вы серьёзно? Это же мой день рождения! Какого хуя, Пэнси? — Тео разочарованно вскинул руки, нахмурив брови. Гермиона впервые видела, как обычно спокойный Теодор теряет терпение. — Прости, дорогой. Правила есть правила. Бар уже ждёт тебя, — сказала Пэнси, выводя его из круга. Тео прошёл мимо Гермионы, бросив на неё напряжённый взгляд. Не то, чтобы он пытался заговорить с ней во время игры, но явно был расстроен из-за того, что ему придётся покинуть круг. Она вдруг почувствовала себя виноватой, поскольку догадывалась, кто мог быть тем самым Оборотнем. — А сейчас, Жители, голосование! Попытайтесь выкинуть из игры нашего Оборотня до начала следующей ночи, — сказала Пэнси, направляясь к бару, дабы взять себе бокал шампанского. Она схватила за плечо сидящего там Теодора и что-то прошептала ему на ухо. — Это Малфой, — хором произнесли Гермиона, Джинни и Невилл. Гермиона хихикнула. Ха, попробуй теперь оправдаться. — Так, блять, ну-ка подождите. Это НЕ я, — запротестовал Драко. Гермиону его реакция позабавила. — Будь ты Оборотнем, ты бы так и сказал, Малфой, — подхватил Невилл. — Да, это определённо ты, Малфой. Попробуй убедить нас в обратном, — подначивала его Джинни. — Каким, блять, образом я должен убедить вас в этом? — взгляд Драко заметался от одного гриффиндорца к другому. — Он не справляется. Давайте просто решим. Блейз, ты с нами согласен? — Джинни встала со своего места и подошла к мулату.       Бедняга, у него не было шансов противостоять неотрозимой рыжей бестии. — Прости, дружище. Но ты точно Оборотень, — Блейз залпом допил свой напиток, и стакан наполнился снова.       Чёрт, ей и правда следует узнать, что это за заклинание. — Иди-ка ты нахуй, дружище. Вот увидите — это не я, — Драко начинал закипать. — Итак, все проголосовали за Драко? — Пэнси снова вошла в круг. Все кивнули, соглашаясь. Малфой фыркнул. — И вы все… ошиблись. Драко — не Оборотень. Верно, дорогой? Да пребудет с вами удача. Следующая ночь начнётся… сейчас! — она коварно захихикала, радуясь оплошности, что допустили львята.       Гермиона подняла взгляд и увидела, как Малфой пожирает её пылающим взглядом. Хоть он и не был Оборотнем, но внутри него точно пробудился какой-то зверь. Волнение, смешанное с возбуждением, заполнило каждую клеточку её организма.       Покрывало тьмы накрыло её глаза.       Первые минуты были мучительны. Гермиона ждала, вернётся ли это странное ощущение чьего-то присутствия у неё за спиной. Кожу покалывало от предвкушения. Темнота лишь добавляла остроты. Прошло несколько секунд, а может и минут. Она уже была готова отбросить надежду, решив, что в прошлый раз то касание, должно быть, принадлежало Нотту, как вдруг чей-то палец скользнул по её раскрытой ладони. Гермиона вновь почувствовала, что кто-то стоит за спиной. Она подавила желание прильнуть к нему. — Привет, Гермиона, — прошептал Драко ей на ухо. Она вздрогнула. Гермиона не была уверена, слышала ли она своё имя из его уст когда-либо до этого момента. Она была рада, что он не мог видеть реакцию её тела на этот звук. — В этой игре есть правила, — сказала она, задыхаясь. — Ах да, правила. И ты всегда играешь только по правилам? — растягивая слова, прошептал он в её противоположное ухо. Она почувствовала себя окружённой его присутствием, хотя он едва ли прикасался к ней. Когда Гермиона не ответила, точнее, когда она не смогла выдавить и слова в ответ, он продолжил: — Ну же, поведай мне правила, Гермиона, — будь он проклят. Опять это ощущение. Каждая клеточка её тела горела. Он, скорее всего, почувствовал это. — Есть ли в правилах то, что я не могу к тебе прикасаться? А, может быть, есть правило, в котором говорится о том, что я не могу поцеловать тебя? Или же о том, что я не могу увести тебя наверх и взять сегодня ночью?       Её грудь тяжело вздымалась, дыхание стало прерывистым. Гермионе нужно было взять свои эмоции под контроль до того, как Пэнси заговорит вновь. — Я не всегда играю по правилам, — прошептала она.       Он лёгким касанием провёл пальцами по её спине, и она еле сдержала стон. — В этом мы похожи. — Целитель, назови имя человека, которого спасёшь этой ночью, — голос Пэнси вновь испугал её. Гермиона почувствовала, как всё её тело дрожит. — Джинни Уизли, — через пару секунд ответил голос. Она услышала, как подруга снова захихикала. — Окулус Резератус. Открывайте глаза, — Гермиона проморгалась, уверенная, что увидит перед собой Малфоя, но тот сидел в противоположном конце комнаты, скучающе глядя в окно.       Что, во имя Мерлина, только что произошло? Ей всё это привиделось или же...? Она попыталась выровнять дыхание. — Оборотень нашептал мне, что Блейз Забини был убит этой ночью.       Мулат подошёл к Джинни и поднёс её руку к губам: — До новых встреч, — вот хитрец. Он направился к Тео, а Гермиона вновь обратила свой взор на Пэнси. — Ну, Жители, что думаете? — спросила Паркинсон. — Это Грейнджер. Она убивает слизеринцев одного за другим, — ухмыльнулся Малфой. — Если бы это было так, Малфой, разве не стал бы ты её первой целью? — Джинни ухмыльнулась в ответ, склонив голову набок. — Она полностью права. Если бы я была Оборотнем, то убила бы тебя в первую очередь, — подхватила Гермиона, стараясь не смотреть на его губы. Она не могла перестать думать о том, чтобы поцеловать слизеринца с тех пор, как тот подбросил ей эту идею. — Или же, ты захотела помучать меня, оставив на десерт, — он смело выдержал её взгляд.       Гермиона попыталась занять чем-то руки, нервно накручивая упавшие на лицо пряди на палочку. Она обернула волосы вокруг неё дважды, прежде чем закрепила их на затылке, формируя пучок. Она уже было хотела пожаловаться на то, что Драко издевается над ней, когда Невилл, хвала богам, прочистил горло и заговорил: — На самом деле, Герми, это похоже на тебя. — Да, Лонгботтом, именно об этом я и говорю. Спасибо, — кивнул Малфой. — Невилл, ты ведь это не всерьёз? Я не Оборотень! — Гермиона ненавидела, когда ей не верили. — Вообще-то, Гермиона, думаю Малфой смог нас убедить. Я согласна — это ты, — Джинни вновь склонила голову, жеманно улыбаясь. — И снова, дорогие Жители, вы оказались неправы. Грейнджер не была Оборотнем. Как интересно… Я думала, вы будете догадливее. Что ж, пришло время для последнего полнолуния. Не погибните, — Пэнси злобно хихикнула.       Их вновь окутала тьма.       На этот раз Гермиона едва успела вдохнуть прежде, чем к ней прижалось чьё-то тело. Она могла только догадываться о том, в курсе ли все остальные об их маленькой игре, но, по правде сказать, она была слишком увлечена, чтобы заставить Драко прекратить. — Я наложил на нас Чары Незаметности, — прошептал он, словно читая её мысли. Тепло начало разливаться в груди. Она не представляла, как далеко он сможет зайти в этот раз. — Вопрос в том, Гермиона, чего ты желаешь? У нас не так много времени, — его запах заполнил лёгкие. Она не могла думать.       Его губы скользнули по шее и вновь вернулись к уху. — Чёрт! — воскликнула она, не заботясь о том, что её могут услышать. — Герми, ты в порядке? — крикнул Невилл. — Ах… Ммм… Да, всё... всё хорошо, — она попыталась нащупать тело Драко, потянувшись в то место, где, как она думала, он находился, но тот резко схватил её за запястья. Драко скользнул руками вверх по её плечам, а потом обратно — вниз. Его левая ладонь опустилась на её живот, а правая провела по ключицам. Девушка тихо заскулила. — Скажи мне прекратить, — прошептал он. — Мне кажется или ночь как-то затянулась? — засмеялся Невилл. — Видимо, время вышло, любовь моя. Продолжение следует, — вновь прошептал Малфой ей на ухо.       Она ненавидела то, как его слова вызвали табун мурашек по всему телу. Гермиона замерла, почувствовав, что он отошёл от неё. Небольшой вздох разочарования сорвался с губ, словно она собиралась позвать его назад. — Что ж, кажется наш Целитель выбыл в прошлом раунде. Сегодня ночью никого не спасли, — проворчала Пэнси. — Окулус Резератус.       Гермиона распахнула глаза. Её взгляд тут же нашёл Малфоя. Увиденное превзошло все её ожидания. Блондин сверлил её жадным взглядом. Пора было заканчивать эту дурацкую игру. Гермиона твёрдо решила, что обязана сегодня выйти победителем из этого состязания. — Ну, любимые, вас осталось четверо. Двое из вас уже вне подозрений. Сможете ли вы сделать правильный выбор? — Это Невилл, — усмехнулась Джинни. — Это не я! Чёрт возьми, да это Джинни! — он выглядел оскорблённым тем, что та посмела его обвинить. — Пэнси, мне уже всё равно, — рвано выдохнув, ответила Гермиона. Её дыхание так и не выровнялось. — О, прости, Грейнджер. Извини за то, что заставляю тебя тратить энергию на такие бессмысленные размышления. А ты что скажешь, Драко? — развернулась к нему Пэнси.       Малфой оглядел круг, и его ухмылка стала шире: — В связи с тем, что Грейнджер отказывается использовать свой пленительный интеллект в целях этой игры, вся ответственность лежит на мне. Уизлетта, очевидно, — Оборотень. Кроме того, я провёл небольшое исследование в ходе игры. Некоторым парам тут явно не хватает гриффиндорской отваги. Может быть, сыграем в игры с нашего восьмого курса? Как в старые добрые, — он обвёл глазами круг, явно выделяя взглядом Пэнси и Невилла, а затем Блейза и Джинни. Потом он остановил свой взор прямо на Гермионе. — Что скажешь, Грейнджер? Пойдёшь со мной в чулан для мётел?       Слизеринцы дружно засмеялись, а Гермиона почувствовала, как кровь начала закипать в жилах. Как смеет он бросать ей вызов, когда сам только что отвлекал её всю игру? Она была настолько смущена его намёками, что бросилась в коридор, наплевав на растерянные взгляды друзей. К чёрту Малфоя, если он вздумал вести себя как незрелый придурок.       Гарри и Рон, впервые за последний час, отвлеклись от шахматной партии, наблюдая за тем, как девушка пронеслась мимо них. — Ой, да что с ней такое? — Гарри передвинул слона и вздохнул. — Не говори ей, что я так сказал, но иногда она всё ещё пугает меня.