Флешбеки Ван Гога

Ему стало лучше: даже на человека начал походить. Жизненных сил прибавилось – теперь он сам соблюдал гигиену и выходил в лес для рисования. Не удалось только привить ему вкус в одежде и заставить работать аккуратнее, чтобы не оставлять следы краски и куски глины на своём теле. Ван Гог и сам ощутил, что вдохновение стало приходить к нему и без помощи спирта. С тройным усилием он возобновил поиски стиля, и спустя несколько месяцев мучений, казалось, нашёл его. Позвал Тессеракта и спросил голосом, полным надежды: – Похоже...? – Хммм... – тот приложил палец ко рту – Да, я видел такое в детской книжке с иллюстрациями. Вроде, автора звали Сатурн. Ван Гог и сам вспомнил. Его захлестнуло отчаяние, однако он этого не понял. Он вообще считал, что не испытывает эмоций. Но на самом деле он просто-напросто не умел их распознавать. Тессеракт ещё давно это заметил, и это вызывало исследовательский интерес. Ему нравилось наблюдать за страданиями скульптора, возможно, даже сильнее, чем изучать магниты. – Брось ты это дело, всё равно у тебя никогда не получится. Это всё равно, что во взрослом возрасте попытаться рассуждать как ребёнок. Почему это вообще тебя так сильно волнует? – Я никогда не стану великим творцом, если буду создавать только подделки. – Но у нас же есть деньги! И ты уже стал великим творцом. Творцом подделок. Это ведь тоже созидание, не так ли? Мы можем поехать в любую точку Спирии и даже за границу. Да что там, мы уже побывали за океаном. – Но я хотел создавать что-то неповторимое и своё. – Боже, кому как не тебе знать, что не бывает неповторимых произведений искусства?) Да и любой прохожий, взглянув на твои работы, подтвердит, что ты офигенный скульптор и художник. Большинство людей не разбираются в стилях, так какая разница? – Мне нет дела до мнения окружающих. Ложь. Тессеракт прекрасно это знал. – Я хочу, чтобы моё творение несло в себе частицу автора. – Скульптуры и так сохраняют в себе как минимум несколько грамм твоего пота, жира с пальцев и нервных клеток. К тому же ты умеешь создавать картины, которых никогда не существовало. Ну и что, что они выполнены в чужом стиле? Они нарисованы твоими руками! Ван Гог что-то недовольно промямлил. – Ггрх... Все вы гуманитарии лишены логики. А ведь Тессеракт понимал, что Ван Гог к ним не относится. – Я тебе факты, а ты ноешь. Ну бред же... Ещё и время и силы на это тратить. Нет бы здоровьем заняться или хотя бы отдохнуть нормально впервые за несколько лет! – Отдыхать будем в гробу. – Ты лучше слушайся меня. Ты же самый настоящий бытовой инвалид. Разве нет? Вон даже не убираешь за собой- – Это творческий беспорядок! – Это свинарник. А ты его король. Ты ведь ведь даже сдерживать себя не можешь, стоит мне ослабить внимание, как начнёшь травиться спиртом или дымом. – ну... – Пропадёшь ты без меня, Гойя. Это я тебе точно говорю. Если бы не мои усилия, лежал бы алкашом где-то на городской свалке. Ван Гог задумался и опустил взгляд вниз. – Так что давай, кончай страдать хренью с этим поиском стиля. Ни к чему хорошему это не приведёт. – тон Тессеракта смягчился. – Возможно, ты прав... – Ван Гог сник – Уже поздно, я хочу спать. И он действительно пошёл и лёг, совсем как нормальный человек. Тессеракт криво улыбнулся.