Вишнёвый плен

Футбольный матч уже подходил к концу, и всё было предрешено в пользу победы Бастарда. Мяч был у Кайзера и Несса, и они вдвоем стремительно прорывались к воротам, которые в силу их хитрости и мастерства пустить команду противников по ложному следу не были хорошо охраняемы, а где-то рядом «путались под ногами» Исаги и Курона. Пас, и вместо того, чтобы дойти до Кайзера, мяч был перехвачен Куроной, и уже он вёл его к воротам под насмехающийся взгляд Михаэля, который был уверен именно в своём голе, и последовал следом, чтобы в очередной раз показать выходцам Блю Лока где их место, и что на вершине находится только он. Его метовидиние было уже настолько развито, что помимо всего поля Кайзер успевал иногда бросать взгляд на болельщиков, если матч был показательный и со зрителями, чтобы лишний раз покрасоваться и насладиться вниманием, в том числе среди фанатов прекрасного женского пола. В тот раз его глаза на долю секунды зацепились за девушку на трибуне, которая смотрела с таким восторгом, что Кайзер даже невольно усмехнулся — давно не видел такой реакции на его, — хоть и фантастическую, — игру. «Покрасуемся немного» На лице появилась его коронная улыбка, и он за доли секунды перехватил мяч, вновь разрушив гениальный план Исаги и заставив того сокрушаться от поражения противнику, хоть они и были из одной команды. Один нереально быстрый, коронный замах левой ногой, и мяч был уже в воротах. Кайзер забил решающий гол и повернулся к толпе зрителей, расставив руки в стороны будто актер на сцене театра после завершения представления, в поиске оваций. Он нашёл взглядом ту девушку, но его поразила её реакция. Оказалось, всё это время она смотрела не на него, а совсем другого игрока, и даже после гола лишь на долю секунды бросила на Кайзера раздражительный взгляд и приподняла бровь, будто спрашивая «И чего ты ждёшь?» Этим то она и заинтересовала молодого немецкого футболиста. А ещё больше его привлекло то, что после матча эту же девушку он увидел вблизи, недалеко от раздевалок в коридоре, где она явно кого-то ждала. — И как тебе матч, вишенка? — сразу же спросил Михаэль, являясь тем ещё Казанова и сердцеедом в футбольном мире, и в своём же обращении подметил необычный цвет глаз незнакомки, напоминающий красные спелые ягоды. Стоило ей обернуться и посмотреть на него всё тем же взглядом, как он понял, что у девушки не было прибора для мгновенного перевода, и соответственно его слова она слышала на немецком, а не родном японском, что усложняло задачу перекинуться парой фраз. Кайзер уже начал думать, как выкрутиться из сложившейся ситуации, но внезапно девушка ответила ему на немецком. — Такой самовлюблённый дурак. Всего одна фраза, брошенная ею перед уходом, распалила интерес Кайзера ещё больше, и он почти сразу последовал за ней. Тогда то и увидел, как она практически напрыгнула на Курону, сжимая в объятиях его шею, и начала хвалить его игру. — Интересно, — шепнул Михаэль, скрестив руки на груди и оперевшись плечом о стену, пока на его глазах красивая незнакомка о чём-то мило разговаривала с его товарищем по команде, а затем удалилась, махнув и что-то сказав тому на последок. — Твоя подружка? Кайзер вытянул руку и остановил Курону, когда тот проходил мимо него, направляясь в раздевалку. — Сестра. А что? Он с облегчением выдохнул и даже мысленно ударил себя по лбу за такую невнимательность: их с Куроной глаза и волосы, да и черты лица были почти идентичны. Вот только её длинные шёлковые пряди были более насыщенного бордового оттенка, вишнёвый взгляд глубже и ярче, а черты лица — нежнее. — Красивая. — Даже не думай, Кайзер, — оскалился Курона, обнажив острые зубы, что послужило приобретённой кличке «акула». — Не лезь к Черими, ты точно не её типаж, и только нервы ей потрепишь. «Так вишенку зовут Черими» — он довольно ухмыльнулся, уже понимая, что сделает в точности да наоборот.

***

После последнего показательного матча Черими поселилась в мыслях Кайзера, стоило ему лишь выйти на поле. Даже футбол уже почти стал ассоциироваться с ней. В начале каждого показательного матча он с первой же минуты начинал оглядываться на болельщиков в поиске бордовой макушки, а когда находил, сразу же улыбался и отправлял воздушные поцелуи, которые Черими даже не замечала или игнорировала, не понимая, что от неё хочет этот напыщенный индюк и чем она заслужила повышенное внимание от парня из команды младшего брата. — Этот гол я посвящаю тебе, вишенка! — выкрикнул Кайзер после того, как забил первый гол мачта, и уставился на Черими с лисьей улыбкой, ещё и указав на неё рукой, надеясь получить взгляд восторга или как минимум удивления. Но когда на трибуне ликовали болельщики, а девушки бросали в сторону Черими завистливые взгляды и злобно скалились, сама она прикрыла лицо ладонью, будто прячась от стыда, когда другая на её месте умерла бы от счастья. — Какой же дурак… Этого Кайзер не мог никак услышать, а потому продолжил улыбаться и вернулся к игре, наивно полагая, что лицо Черими прикрыла от смущения, ведь не каждый день игроки мирового уровня посвящают ей голы. И ведь не знал Михаэль, что голы от него ей были не нужны, ровно как и его внимание. Черими вообще ходила на эти матчи только из-за брата, которого очень любила и хотела поддержать, а в самой игре почти не разбиралась и уж точно не засматривалась на футболистов, среди которых Кайзер так яро пытался выделится, да и выделялся если не игрой, то привлекательной и яркой внешностью. — Прогуляемся? — спрашивал он чуть ли не после каждого матча, и последний не стал исключением. Он думал, что хоть его гол для неё растопит лёд, но Черими по прежнему была непреклонна. — Нет, — ответила она всё так же на немецком, что уже давало Кайзеру надежду хоть на какое-то взаимодействие. — Я всё равно добьюсь своего, — он подмигнул ей и направился в сторону раздевалки, отставляя девушку в коридоре самой ждать Курону, но обернулся на её голос с акцентом, который почему-то тоже напоминал ему вкус вишни, хоть и не мог понять почему именно её. — Что ты вообще хочешь от меня? — раздражённо прыснула японка, на что Кайзер отреагировал лисьей улыбкой. — Провести с тобой время, вишенка. — Зачем? — она сощурилась и приподняла бровь, что показалось Михаэлю нереально милым и забавным, и ему захотелось щёлкнуть по маленькому носу или сжать меж пальцем округлые светлые щёки. — Ты мне понравилась, вот и все. Он буднично пожал плечами и ушёл, лишь в раздевалке позволив себе улыбнуться во все зубы и привлечь внимание товарища по команде. — Чего такой радостный? — подошёл к нему Несс. — Я думал, что ты разозлишься, раз решающий гол забил Исаги. Но на тот момент Кайзеру, как ни странно, было всё равно на Исаги и гол, который у него нагло украли. Радость от того, что его вишенку удалось смутить, увидеть удивление в её глазах и появление лёгкого румянца на лице вытеснили всю злость и раздражение от мачта. Он наконец-то начал растапливать лёд, и был этому безмерно рад.

***

Очередной матч, на котором Кайзер заметил в толпе Черими, стал для него лучшим событием последних дней, тем более с учётом того, что на прошлом её не было — из-за выпускных экзаменов, как сказал Курона. Но теперь она была среди зрителей, и Михаэль, не изменяя традициям, всячески был намерен привлечь её внимание. Вот только то ли день не задался, то ли концентрации не хватило, чтобы одновременно следить и за полем, и трибуной со зрителями, и Кайзер упал. Обеспокоенный и шокирующий гул толпы навис над ним и почти физически вдавил в землю, не давая подняться, хоть и ушибся он вообще не сильно, и если бы не Несс, который подал руку и помог подняться на ноги, Михаэль, возможно, сам и не смог бы. Улыбка сразу же испарилась с лица, уступая место холодной серьёзности и решительности. За тот матч немецкий футболист больше ни разу не взглянул на трибуну, чтобы не отвлекаться от игры. Больше Кайзер не вёл себя непринуждённо и весело, словно его подменили. И, как на зло, именно в тот раз Черими не отрывала от него глаз, в которых вспыхнуло беспокойство после его падения. — Хорошо потрудились, Бастарды, — встречал в коридоре команду Ноэль Ноа, как всегда нейтрально и без каких-либо эмоций глядя на спортсменов. — Все в раздевалку, а ты, Кайзер, останься. Михаэль лишь язвительно усмехнулся, Несс бросил на него обеспокоенный взгляд, Курона и Исаги — недоумевающий, а остальные предпочли не показывать то, что думают. — Тебе следует быть более сосредоточенным, — Ноа скрестил руки на груди и провёл по Михаэлю серьёзным изучающим взглядом, словно сканер. — Молодец, что после падения смог собраться и забить три гола, но впреть старайся не допускать подобной оплошности и обрати внимание на концентрацию. — Будто я сам этого не знаю, — ответил Кайзер, стараясь подавить отвращение хоть немного. — Это всё? — Можешь идти. К моменту окончания разговора вся команда уже успела собраться и уйти, чему Кайзер был даже рад — не будут расспрашивать о разговоре с Ноа и из-за чего он отвлёкся, раз позволил себе упасть на ровном месте, не будут подливать масла в огонь. Всё раздражало, действовало на нервы, и хотелось просто принять холодный душ и упасть в чистую кровать, но тёмные мысли в миг улетучились, когда в коридоре показалась одинокая бордовая макушка.