Глава 2
15 июля 2023 г., 00:03
На мгновение мир, казалось, затаил дыхание. Трансгрессия пронзила Гарри, когда красная тьма сомкнулась вокруг него. Гладкая поверхность его палочки стала твердой в ладони.
Она чародейка, подумал он про себя, как интересно.
Несмотря на долгие годы своей жизни, Гарри никогда не сталкивался с настоящим чародеем. Немногие ведьмы и волшебники, включая его самого, могли совершать небольшие магические трюки без помощи волшебной палочки, но ничего подобного. Ничто не сравнится с этими алыми завитками, которые сияли, как лучи заходящего солнца. Кем бы ни была эта Ванда, ему следовало быть осторожным.
Он моргнул, и обнаружил, что вернулся в реальность; лицом вниз, в кучу размокшей мульчи.
- Ну, в этом нет ничего нового. - Проворчал он, стряхивая с себя грязь и вставая.
Приведя себя в порядок, он оглядел ряд домов и лужайки, напоминавшие те, что были на Тисовой аллее. Оглядевшись еще раз, стало ясно, что он все еще находится в каком бы то ни было месте. Единственным положительным моментом было то, что время снова двигалось нормально, больше не находясь в замороженном состоянии. В остальном его реальность казалась довольно мрачной.
Поскольку Хэллоуин все еще приближался, Гарри вышел на улицы. Там не было никаких признаков Ванды или ее подруги, но этот факт нисколько его не утешал.
На секунду ему пришла в голову мысль воспользоваться маховиком. Однако эта секунда быстро пролетела мимо. Он ни разу не слышал о таком, который мог бы перемещаться вперед во времени. К тому же, после того, как он один раз воспользовался им и оказался здесь, он содрогнулся при мысли о том, к чему может привести его повторное использование.
Не успела эта мысль покинуть его разум, как он услышал громкий хлопок, донесшийся из-за угла улицы. Если бы Гарри был мудрее, он бы побежал в противоположном направлении, но это было просто не в его стиле. Он повернулся и увидел Ванду, парящую невдалеке над землей и, похоже, не склонную выслушивать его.
Гарри вытащил свою волшебную палочку.
- Кто ты такой? - Ванда снова пригрозила, обрушиваясь на него со своей алой энергией.
- Откуда ты взялся?
Больше не застигнутый врасплох, Гарри отказался подчиняться:
- Какое это имеет значение для тебя?
В ответ он был встречен вспышкой алого цвета, которую он погасил движением запястья. К счастью, его способности к магии пережили его метаморфозы.
Теперь Ванда дрожала, было ли это из-за гнева или печали, которую он так хорошо знал, он не был уверен. Он был достаточно проницателен, чтобы видеть причину ненависти людей. Очень редко это проявлялось без причины. Десятилетия, проведенные в горе, научили его этому.
Гарри занял оборонительную позицию, когда Ванда атаковала его.
Из ее рук вырвалось еще больше усиков и вцепилось в ближайшую машину, оторвав ее от асфальта и отправив в полет в его направлении.
- Редукто!
Синий свет проклятия вырвался из палочки Гарри, превратив машину в миллион блестящих осколков на земле.
Ванда, невозмутимая, взялась за остатки машины, желая, чтобы они преобразились в форму дракона, из пасти которого тоже вырывался алый цвет.
Быстрое заклинание щита позволило ему уклониться от атаки, прежде чем использовать заклинание, созданное покойным учителем:
- Сектумсемпра!
Сверкающий алым полтергейст растворился, когда жгучие рваные раны поглотили его изнутри.
- Так ладно, ты можешь просто дать мне минутку! - взмолился Гарри, пытаясь взять себя в руки. - Все это просто какое-то большое недоразумение!
Было ли это тем, как использовалась магия в Америке? Он слышал странные вещи о МАКУСА, но позволяли ли они такой магии бесконтрольно действовать в присутствии магглов? Гарри случайно бросил взгляд, беспокоясь, что прохожим грозит опасность пострадать. Однако, к его удивлению, казалось, что город полностью опустел.
- Я тебе не верю, - почти печально пробормотала Ванда, снова атакуя.
Гарри развернулся и без помощи волшебной палочки атаковал предмет за предметом, пытаясь блокировать ее обжигающие удары. Каждое столкновение создавало иллюзию, что мир сотрясается. Но вскоре он понял, что это была вовсе не иллюзия.
Земля сотрясалась, здания непостижимым образом превращались в ничто, растворяясь в воздухе. Небо приобрело невозможный оттенок зеленого, затем желтого, затем фиолетового, отбросив все прежние представления о том, что Гарри не в себе. Это было так, как будто сама реальность распадалась на части.
Ванда оставалась безразличной, становясь все более неустойчивой по мере того, как она колебалась перед ним. Теперь на ее голове была сияющая диадема, а гипнотизирующий наряд придавал ей вид богини. Ее присутствие притянуло к миру то немногое, что еще оставалось от света, погрузив их арену в жуткий мрак.
- Боже! - закричала она, снова впадая в неистовство.
Гарри, заинтересованный в своем выживании, парировал столь же неистовой защитой: Адским Пламенем.
С ревом появился его дракон, его пламя бушевало, когда он с ликованием пожирал алого. На лице Ванды на мгновение отразилось удивление, прежде чем она хлопнула в ладоши, уничтожая зверя изнутри.
Гарри собрал больше энергии, его щупальца атаковали ее, когда они двигались по улице, карнаж следовал за ними по пятам.
Было ясно, что они оказались в магическом тупике, ни один из них не обладал явным преимуществом перед другим. Однако, несмотря на это, Гарри почти поймал себя на том, что улыбается. Прошло так много времени с тех пор, как он испытывал подобные ощущения, наполняя его зарождающимся чувством ностальгии.
Соответственно, инстинктивно и случайно, Гарри ответил на ее последний удар.
- Экспеллиармус!
И наблюдал, как его заклинание пересеклось с атакой Ванды посередине. Подобно балету, две нити танцевали друг вокруг друга, прежде чем превратиться в единый ослепительный свет. Это было похоже на его битву с Волдемортом много лет назад, их заклинания соединились в тандеме, и ни один из них не желал сдвинуться с места.
Связанный таким образом, он встретился взглядом с Вандой, почувствовав боль, которую излучали ее глаза, когда она позволила своим силам поглотить себя. Видя это, Гарри стало очевидно, что ее жестокость была результатом ее потребности в защите. Однако осознание этого оказалось недолговечным, поскольку темнота снова окутала его.
В одно мгновение Гарри обнаружил, что на его разум нахлынули воспоминания. Не его собственные, а ее. И через эти линзы он пережил смерть и семью, разрушение и счастье. Все, что она пережила, все, от чего страдала и чем наслаждалась, теперь было доступно его взору.
Хотя он не мог видеть своего тела, он почувствовал, как его плечи поникли под ее тяжестью.
Для Гарри теперь это имело смысл.
Внезапно мир обрушился на него, и Поттер обнаружил, что распластался на твердой дороге. Каждый следующий его вдох был неглубоким, леденящая боль в груди мешала ему чувствовать что-либо, кроме холода. Подняв пульсирующую голову, он увидел Ванду, которая тоже распростерлась на земле.
Затаив дыхание, Гарри прикусил язык, удерживаясь от того, чтобы не выпалить еще одно заклинание.
- Пожалуйста, - выдохнул он. - Давай просто поговорим. Я думаю, мы, возможно, начали не с той ноги.
***
Гарри никогда раньше не бывал в маггловских барах, но если и был в его жизни вечер, когда такая обстановка казалась подходящей, то это был тот самый. Первое препятствие, которое он преодолел, заключалось в том, что ему каким-то образом удалось пробраться в совершенно другую вселенную. Его маховик времени в одиночку сумел создать разлом в Пространственно-временном континууме, в результате чего Гарри, уже не в первый раз в своей жизни, стал первопроходцем, причем по совершенно неправильным причинам. Конечно, это было еще не все, ничто никогда не могло быть так просто для Гарри Джеймса Поттера. Ему также пришлось смириться с тем фактом, что та реальность, в которой он сейчас существовал, была вовсе даже не реальностью, а скорее плодом воображения. Воображение женщины, сидящей напротив него. Единственный посетитель в баре, за которым они сейчас сидели. Бар, который она создала одним щелчком пальцев. - Что, черт возьми, здесь происходит? Девушка бесстрастно смотрела на него в ответ. - Это ты мне скажи. Гарри боролся с желанием рассмеяться. Настороженный, как бы ему ни было любопытно, он поерзал на стуле. - Ну, мы можем начать с наших имен. - Я уже знаю твое имя. - Ну, хорошо, тогда вернемся к моему первому вопросу. - Я уже ответила на него. Гарри только вздохнул: - Ты не упрощаешь ситуацию, не так ли? - Извини, - сказала Ванда без малейшего намека на раскаяние, - обычно я не слишком любезно отношусь к незваным гостям. - Это было не нарочно, имей в виду. Виноват мой маховик времени. Они оба посмотрели на маленькую бесполезную безделушку, лежащую между ними. - Тогда используй его, чтобы вернуться туда, откуда ты пришел. - Слова Ванды повисли в воздухе. - Если бы это было так просто, - рассмеялся Гарри. - Маховики работают не так. Они не могут переместить вперед во времени, лишь назад. - Значит, ты застрял здесь? - На данный момент. Боюсь, я не уверен, что он когда-нибудь вернет меня обратно. Ванда наблюдала за ним несколько долгих секунд. - Нет, так не пойдет, - заключила она, сузив глаза до злобного блеска. - Ты должен уйти. Сейчас же. Гарри повысил голос: - Мы уже говорили об этом, я не могу! Поверь мне, я бы очень хотел это сделать! - А кто ты, собственно, такой? - спросила Ванда. - Волшебник. А ты? - Женщина, которая хочет, чтобы ее оставили в покое. Гарри наморщил лоб от того вызова, который бросала ему Ванда. - Поверь, я встречал множество женщин, которые тоже хотели, чтобы их оставили в покое, но ни одна из них не может делать то, что делаешь ты. Не потрудишься объяснить? - Ты мне не поверишь, - фыркнула она. - А ты проверь. На секунду в ее глазах вспыхнул красный цвет. - Это было бы пустой тратой нашего времени, - возразила она. - Ванда, - вздохнул он, - я просто пытаюсь помочь. - Мне не нужна твоя помощь! - Ты не хочешь помочь мне попытаться вернуться? - Ты только что сказал мне, что это не возможно! Гарри сделал паузу: - Выпить бы не помешало. Последовавшее молчание было тяжелым и насыщенным напряжением. Гарри прикусил губу, беспокоясь, не перегнул ли он палку, и гадая, не перерастет ли их перемирие обратно в войну. Но спустя несколько судорожных движений рук перед каждым из них стояло по стакану ледяной водки с тоником. Ванда поигрывала соломинкой, накалывая лаймы и кубики льда, пока они кружились вокруг нее. Гарри показалось нереальным, что это была та же самая женщина, которая пыталась убить его меньше часа назад. Он не был легилиментом, но ему не нужно было это искусство, чтобы знать, что она была словно сила природы. Ураган разрушительной силы. Землетрясение, состоящее из тысячи толчков. Ею правили импульсивность и хаос. В глазах убийцы было что-то особенное, и ее глаза ничем не отличались от остальных, ничем не отличались от его. Хотя он действительно видел нечто большее за ее бледнеющей зеленью, слишком знакомую боль, которую он переживал много раз. - Хорошо, объясни мне еще раз, пожалуйста. - Он осторожно произнес:- В этом… там, где мы находимся, ты можешь создать все, что угодно? - Да. - Как этот город или этот бар, который ты поставила посреди улицы. Ванда моргнула. - Хорошо, так зачем же ты создала это с самого начала? Почему бы тебе не жить в своем реальном мире? - Спросил Гарри. - Я просто пытаюсь понять. Рот Ванды слегка приоткрылся, слова вертелись на кончике ее языка. Шестеренки, вращающиеся в его голове, соединяли точку за точкой, соотнося видения, которые он видел, с настоящим моментом, - То, что я видел в твоей голове. Образы, люди, голоса. Это казалось важным, поэтому требовалось время, чтобы раскрыться. - Ты заглянул в мою голову? - Произнесла Ванда, прежде чем снова облачиться в алое: - ТЫ ЗАГЛЯНУЛ В МОЮ ГОЛОВУ? Если и был кто-то, кого Гарри мог бы поблагодарить в тот момент, то это был бы Снейп. Алые завитки впились в висок Гарри по бокам, поднимая его вверх, когда Ванда снова погрузилась в ярость. Однако ее попытки достучаться до его разума были пресечены наставлениями его старого профессора. Может, Гарри и не был легилиментом, но, клянусь бородой Мерлина, он был чертовски хорошим окклюментом. - Прекрати. Пожалуйста. - взмолился Гарри сквозь стиснутые зубы, отказываясь сопротивляться. - Это был несчастный случай! Ванда закричала в отчаянии, окрашивая края поля зрения Гарри в красный цвет, пока он боролся за сохранение сознания. Слова, которые он пытался связать воедино, отказывались слетать с его губ, заставляя его задыхаться, как рыбу, вытащенную из воды. Несмотря на свое прошлое, он никогда не предполагал, что окажется в подобной ситуации. Не говоря уже о том, чтобы подумать о том, как он мог бы отреагировать, если бы такой момент когда-нибудь наступил. - Ты лжешь! - Ванда закричала, когда ее адское пламя разрослось. Вокруг них материя рассыпалась. Стены бара растворились в белизне, городок Уэствью превратился не более чем в бесконечно малую точку на бесконечной плоскости. Частицы проплывали мимо, появляясь и исчезая из темноты, как светлячки в ночи. Ощущения накатывали и отхлынули, как прилив, и следствием их продолжения была луна, которая тянула их туда-сюда. Он был пойман в ловушку в этой реальности, и, возможно, у него не было пути домой, но все еще существовало что-то, что стоило спасти. Протянув руку, он потянулся к последним крупицам человечности, оставшимся в сломленной женщине, взывающей о помощи. Ее глаза приоткрылись. Просто полоска зеленого за кровоточащим красным. Этот зеленый цвет был всем, что существовало в тот момент. Они рассказали историю о непостижимом страхе. Ужас, который пронизывал каждую клеточку ее существа. Они стонали и кричали в агонии, когда их разрывали изнутри, нить за нитью, пока она не превратилась в ничто. Боль и страдание, тоска и мучение - все это скрывается за пылающей завесой. Образовалась и упала одинокая слезинка, и все стихло. Словно ведомый самым жестоким поворотом судьбы, какой только можно вообразить, Гарри рухнул обратно на свое место за стойкой бара, приземлившись задом вплотную к твердой древесине. Его чувства последовали за ним, с ревом вернувшись все сразу, когда мир вернулся в материальное измерение. Алый цвет испарился из Ванды, когда она вернулась на землю, ее грудь вздымалась, когда она принимала его. - Это был несчастный случай, - выдохнул он, тяжело дыша. - Когда мы столкнулись раньше, я видел вещи в своей голове, которые, я думаю, были воспоминаниями о тебе! Преисполненный целеустремленности, Гарри выдохнул: - Ты защищаешь их здесь, не так ли? Твои воспоминания. Придя в себя, он повернулся к окну бара за его пределами, где идеально сочетались живописные дома Уэствью. Где идеально ухоженные газоны, за которыми ухаживают прекрасно функционирующие семьи. - Это единственное место, где ты чувствуешь, что можешь быть счастлива. - Он закончил. Ванда, все еще дрожа, придала своему взгляду суровость: - Как ты смеешь думать, что можешь меня понять? - Она произносила каждое слово как отдельное предложение. Гарри с трудом поднялся: - Я не утверждаю, что полностью могу. - Тогда о чем ты говоришь? - Я хочу помочь тебе. - тихо сказал он. - Мне не нужен спаситель. - Ванда кипела от злости. - Мне никто не нужен. Алая магия вернулась к жизни внутри нее. - Постой! Я понимаю, что не знаю тебя, но мне знакомо это чувство. Я пережил это, настрадался достаточно, чтобы знать, когда это происходит. Гарри изо всех сил пытался подобрать правильные слова, чтобы сказать, пока перекосы и изгибы затуманивали его рассудок. Встретив ее недоверие, он понял, что больше не похож на прежнего себя. Физически он был моложе и ничем не помогал своему делу. Не имея другого выбора, он признал: - Я докажу тебе это. Давай, прочти мои мысли. Взмахом волшебной палочки он позволил открыть брешь в стенах своей мысленной защиты. Ванда на мгновение замолчала, еще не совсем соглашаясь, но готовая подумать. Ее глаза снова привлекли его внимание, две туманные жемчужины, которые создавали впечатление, что ее сознание витало где-то в другом месте. Далеко от того места, где они сидели. - Просто... посмотри сама. Больше не существовало слов, которые могли бы передать его понимание. Никакие слова не могли бы описать его знакомство с горем, подпитываемым гневом и виной. Губы Ванды сжались, а глаза вспыхнули красным. В четвертый раз за этот день Гарри исчез в неизвестности.***
Ванда вздрогнула. Она пережила самое страшное из зол, видела то, что не могло остаться незамеченным, чувствовала боль, которая заклеймила ее душу черным по своей природе. Она сталкивалась с существами с разных планет, солнечных систем, галактик. Убила больше, чем она могла себе представить, сражалась врукопашную с самим Таносом. И все же она вздрогнула, когда проникла в сознание мужчины, сидевшего напротив нее. В ее голове мелькали размытые образы людей, которых она не знала, лица, которые могли принадлежать только тем, кого он потерял. Месяцы, годы, десятилетия опыта - больше, чем то, что отражалось в его поведении. Воспоминания о мальчике, который сделал бы все, чтобы выжить. Подросток, который неустанно сражался, потому что не было ничего, кроме борьбы. Человек, который никогда не смирится со смертью, вечно защищая тех, о ком он заботился, даже если это означало вечные страдания. Одиночество, отчаяние - все это было там. До боли знакомый в бесконечной спирали мигающих огней и плачущих голосов. В плотине внутри нее образовалась трещина. Это было похоже на... связь, некую связующую нить, или, проще говоря, на что-то, к чему она могла иметь отношение. В ее груди начало нарастать необычное давление. Подняв голову, она обнаружила, что его глаза уже устремлены на нее, глаза, которые больше не были такими отстраненными. В какой-то момент, проходя мимо его фасада, она пришла к мрачному выводу: они одинаковы. Не в буквальном смысле, но только тот, кто прошел через нечто подобное тому, через что прошла она, мог смотреть на нее с пониманием. И вот они здесь, каждый в своей собственной ловушке, а предложения о помиловании находятся всего на расстоянии вытянутой руки. Тем не менее, Ванда отказалась сойти со своего алтаря. Доверие далось не так-то легко. Не тогда, когда предательство так часто было прямо за углом. - Ты думаешь, это просто пройдет, верно? Что время залечит все раны, и все снова будет хорошо? - Она огрызнулась. - Завтра будет новый день. Все образуется. Ты хочешь, чтобы я в это поверила? Гарри вздохнул: - Вовсе нет. - В этом нет смысла! - настаивала Ванда, и заминка в ее голосе выдавала ее решимость. После того, как она заговорила, наступила многозначительная пауза, от нее исходила мрачная энергия. Годы отупляющей боли взяли свое, и Ванда сосредоточила взгляд на своем бокале с тоником, проводя пальцем по гладкому краю. Она с трудом узнавала себя в искаженном отражении. Ее некогда стоическая, уверенная в себе маска теперь рассыпалась вдребезги, а усталость и поражение прорвались наружу и заняли их место. Вздохни, но не слишком глубоко. Смотри, но не показывай вину. Говори, но никогда не отвечай в ответ. Это были постоянные напоминания о том, что она была героем в мире, который она покинула. До этого её воспитывали злодеем. В мире, в который она планировала никогда не возвращаться. К ее удивлению, Гарри все еще ждал ее, чтобы принять. В чертах его лица была изнуренная заботами холодность, как будто он увидел больше, чем следовало, и перестал заботиться о спасении того, что осталось от его души. Но потом он улыбнулся, и это было тепло. Это было по настоящему. По-новому воцарилась тишина и тяжело опустилась между ней и зеленоглазым мужчиной. Ванда проглотила ком, застрявший у нее в горле: - Танос, он отнял у меня все. - Она поймала себя на том, что выпаливает это вслух, к своему удивлению так же, как и к удивлению мужчины. Казалось, Гарри потребовалась секунда, чтобы осознать, что она сказала, и его глаза блеснули, прежде чем он ответил кивком головы. Этого ответа, хотя и всего лишь жеста, было достаточно, чтобы придать Ванде смелости продолжать. Она не знала, почему почувствовала в этом необходимость, но, возможно, это был способ ее разума справиться с ситуацией, сделав то, что сделал бы Вижн. Он бы хотел, чтобы она попыталась, даже если по всем признакам это казалось бессмысленным. - Танос… он забрал единственного человека, которого я когда-либо любила. - осмелилась сказать она, снова шокировав себя своей прямолинейностью. - Единственный человек, кроме моей семьи… когда-либо заботился о тебе. Единственный человек, который когда-либо заботился обо мне. По мере того как слова продолжали слетать с ее губ, она начала чувствовать, как тяжелый груз спадает с ее плеч, - И я пыталась вернуть его обратно. И я это сделала. И создала семью. Моих детей. Но это... было не по настоящему. От мыслей об их детях по ее лицу потекли теплые слезы: - Они снятся мне каждую ночь. И каждое утро я просыпаюсь в одном и том же кошмаре. Так что я думаю, что... все должно было быть именно так. - Она остановилась, чтобы снова взглянуть на собеседника: - Я кажусь сумасшедшей, когда говорю это вслух, не так ли? - Нет, вовсе нет. Самообладание Гарри сохранялось на прежнем уровне, побуждая ее продолжать. - Этот шрам у тебя на лбу, - сказала она. - Оставил мне человек, который убил моих родителей, - ответил он. Он говорил медленно. Как будто ему было больно. Как будто воспоминания были пропитаны ядом. После этого они оба молчали, как им показалось, целую вечность, сидя друг напротив друга, ни один из них не желал встречаться взглядом с другим. И именно тогда был крошечный момент, самый маленький вдох между секундами, когда казалось, что все было хорошо. - Я понимаю. - Тихо начал Гарри: - Ты хочешь покончить со своей болью, с той болью, которую ты испытываешь прямо сейчас, с той болью, с которой, я уверен, ты просыпаешься и ложишься спать по ночам. Может быть, никто этого не понимает, но я понимаю. Поверь мне, я понимаю. - Я не могу ничего изменить, - Ванда остановилась, чтобы перевести дыхание и вытереть слезы. - Только не в реальном мире. Уже слишком поздно. Ты не знаешь, что я натворила. Я никогда не смогу вернуться назад. - Никогда не бывает слишком поздно. Твоя жизнь может измениться. Ты можешь это сделать. Я могу помочь тебе, - настаивал Гарри. Он снова посмотрел ей в глаза, и она не смогла заставить себя отвести взгляд. Он искал что-то глубоко внутри нее, искал то, чего она не могла ему дать. - Как ты вообще можешь мне помочь? - прошептала она. Внезапно гравитация усилилась, воздух показался холоднее, и Ванда почувствовала растущую силу, появляющуюся в Аномалии. Из ничего рядом с ними ожил оранжевый портал. Ванда немедленно разожгла свое пламя, Гарри выхватил палочку, когда из волшебных врат появились солдаты. - Обнаружено нарушение последовательности, идентифицированы варианты. - Первый, кто переступил порог, пробормотал что-то, не отрывая глаз от маленького устройства. - Ванда Максимофф и Гарри Поттер. - Ты ещё кто такой?! - потребовала ответа Ванда, уже не в первый раз за эту ночь. - От имени Управления Временными Изменениями нам приказано доставить вас двоих. Солдат равнодушно уставился на них: - Пожалуйста, не сопротивляйтесь.
