Милость Ночи [Дар и Проклятие ч.2]

      Вскоре мне принесли ужин. Взяв его у прислуги, которая ожидаемо была чиста в мыслях, как белый лист, я разместилась немного в стороне, чтобы меня не было заметно из окна короля. Лишние подозрения мне тоже не нужны. Такие свои «неправильные» деяния я бы хотела сберечь в секрете подольше.       Не знаю, сколько я так сидела. Посуду давно выставила в коридор и, закутавшись в одеяло, продолжала смотреть в окно напротив. Уже стемнело, а изменений всё не было.       «Не может же он ночевать где-то ещё?»       Цокнув, я наконец-то увидела слабый огонёк в комнате короля. Похоже, работа работой, а молитвы по расписанию. Свеча отбрасывала тени на каждое его движение, красноречиво свидетельствуя о подготовке к нелёгкому процессу раскаяния.       Его сегодняшняя фраза о глазах мне вообще не понравилась. Надеюсь, Лонвэй не собирается заливать себе эту мерзкую дрянь в глазницы?       Так, ещё немного подожду, и можно выдвигаться. Пусть только приступит к молитве. Тоже мне, уверовавший.       Использовав браслет невидимости и на всякий случай накинув щиты, я открыла окно и выпрыгнула.       Как оказалось, сегодня эльф без длительных приготовлений намеревался поскорее приступить к самой неприятной части. Наверное, чтобы мучаться и просить прощения. «Так ведь эффект сильнее, да, Лонвэй? Только по вашей дурацкой логике».       Я едва успела коснуться его и усыпить уже привычным способом. Но всё же чуть-чуть опоздала — поднятая над его лицом посуда чёрной травяной жидкости уже готова была пролиться. Не успев сообразить и придумать что-нибудь получше, я быстро закрыла собой юношу. Уповая на магические щиты, приняла эту дрянь на свою спину. Придержала одной рукой короля, а второй умудрилась подхватить посудину в считаных сантиметрах от пола.       Я замерла, осознавая, что же произошло. Почему-то эта жидкость прошла сквозь мою защиту, словно той и не было. Мало того, ещё и обожгла так, что я едва сдержала крик, изо всех сил сцепив зубы.       Почему? Вчера же она была вполне нормальной, вонючей, конечно, но точно не такой опасной. Что изменилось? Скрючившись, я превозмогала боль и лихорадочно размышляла, что же я упустила. Мерзкая жидкость жгла кожу и шипела, разъедая сорочку, вынуждая ткань прикипеть к ране.       Голову посетила очередная безрассудная идея. Вчера я, когда лечила эльфа и брала образец, была без щитов, ведь тратила всю силу на лечение. Может ли происходящее быть реакцией странной жидкости на мою магию? Стоит проверить.       Шмыгнув, но продолжая прижимать к себе юношу, я сняла все защитные заклинания с руки и притронулась к тёмным каплям на полу. Ничего. Совсем ничего. Такая же на ощупь, как и вчера. Но даже так, не думаю, что глаза она пощадила бы.       Прижавшись своим лбом ко лбу короля, я скрипнула зубами и зашептала, сдерживая слёзы:       — Зачем, Лонвэй? За то, что посмотрел в мои глаза на встрече? Ты готов был утратить свои лишь за это?       Медленно выдохнув и вдохнув, я немного подлечилась и, отставив всё в сторону, перехватила тело Лонвэя поудобнее, и унесла в свою комнату.       Уложила его на постель, накрыв одеялом. Затворила все окна. После чего принялась разбираться с результатами своей отчаянной помощи.       Испорченная одежда в месте, где на неё пролилась жидкость, словно прикипела, смешав кожу и ткань в одно болючее нечто. Медленно управляя магическими потоками, я почистила рану и затянула её. К моему удивлению, боль продолжала ощущаться всё так же отчётливо, не исчезая даже под усиленными заклинаниями. Смирившись, я подошла к шкафу и торопливо переоделась.       «С такими похождениями у меня в гардеробе будут сплошные лоскуты, совсем ничего не останется. В следующий раз нужно быть аккуратнее. Хотя, пожалуй, к подобным сюрпризам судьбы невозможно подготовиться».       Забравшись к эльфу на постель, подлечила его оставшиеся увечья под щитами, убирая шрамы. Задумалась. «Он же хотел это лить на лицо? Значит, необходимо подправить иллюзию, добавить следы ожогов. А как тогда быть с глазами? Может, сотворить на один щит поплотнее, чтобы зрение было размытым? Да. Пусть думает, что посчастливилось и не утратил зрение полностью. Их же вера может предполагать какую-то милость к тем, кто весьма усерден в служении?»       Сделав всё, что было необходимо, я зевнула и задумалась. Отец говорил, что чем сильнее маг, тем больше верит. Похоже, я должна больше внимания уделять подобному, в нынешней ситуации так точно. Помолившись несколько раз Четырём Духам, казалось бы, позабытой детской молитвой, за спокойный сон обитателей замка и за ясность их ума, я примостилась к руке эльфа. Чтобы он ощущал тепло в своём царстве тьмы и холода.       Погладила Лонвэя по голове и, тихо нашёптывая, что всё будет хорошо, что он справится, провалилась в сон.       Рассветные лучи мягко заливали помещение. Я резко вскочила, опасливо оглядываясь по сторонам. Эльф мирно посапывал рядом.       Проклятие! Утро. Проспала. Как же повезло, что Лонвэй не проснулся первым. Пригрелась под боком, называется.       Ловко облегчив Вэя магией, я поспешила унести его тело обратно в королевские покои. Бардак решила оставить как есть, чтобы выглядело убедительно, тогда эльф сам решит, что потерял от боли сознание. Ну или сошлётся на паршивую память, не знаю. В любом случае убираться я тут не собираюсь. Перед возвращением к себе захватила из шкафа юноши пару рубашек на смену своей испорченной и выскочила в окно.       Надеюсь, меня, летающую между башнями, никто не видел, а то зрелище наверняка то ещё. Но проводить всю ночь в безжизненной и дурнопахнущей комнате — так себе удовольствие. От того и приходится носиться с этим новоиспечённым королём туда-сюда. Да уж, не так я себе это представляла в Авкавероне… Кроме того, моя беспечность могла сыграть со мной злую шутку. Хорошо, если всё обойдётся на этот раз, но просыпать больше нельзя, нужно что-то придумать.

***

      За пару дней я отыскала способ, который бы обеспечивал моё пробуждение, когда мне нужно. В чём-то он был похож по принципу действия на ошейник с Ахрии. Только я заколдовала один из имеющихся в моём распоряжении браслетов, и он всего лишь сжимал мне руку, заставляя проснуться до первых лучей солнца.       Все запачканные вещи я привела в порядок. А обилие свободного времени посвятила попыткам увеличить магический резерв с помощью медитаций и молитв Четырём Духам. Ни с королём, ни с другими обитателями дворца я больше не виделась. От молчаливой прислуги толку не было никакого, и я перестала пытаться что-то у неё выведать.       С королём мы всё же продолжали встречаться, правда он этого не подозревал. Я всё так же усыпляла его и затаскивала к себе в покои, мешая эльфу калечить себя и «уверовать».       За Рию я не беспокоилась — она сильная и показалась мне самой здравомыслящей здесь. А вот Вильям — он явно был чудаковатым. Пожалуй, хватит уповать на его страх перед болью. Схожу проведаю юношу, заодно и решу, что дальше мне со всеми ними делать.       Одевшись в скромное тёмно-синее платье и наложив на тело иллюзию, я вышла из покоев. Вскоре добралась до комнаты Вильяма.       Постучав в дверь, я не услышала никакого приглашения и постучалась ещё раз чуть громче, надеясь, что не перепутала по невнимательности комнаты. Опять тишина. Может, его нет? Я прислонилась к двери, прислушиваясь и попутно переходя на магическое зрение.       «Хм, вот же он, сидит за столом, почему же не открывает…» Не было смысла продолжать стоять и просто ждать. Я бесцеремонно приоткрыла дверь.       — Вильям, ты здесь? — заглянув, я как бы предупредила о своём визите.       Со стола громко посыпались какие-то вещи, заставив меня поднять туда глаза и полностью войти, закрывая за собой дверь.       — Вильям? Что происходит?       Не оборачиваясь юноша начал резво всё подбирать и прятать в массивную шкатулку. Вил шмыгнул, сдерживая слёзы и раздражённо шипя:       — Зачем ты пришла? Тебя никто не звал!       — Вот как? Так-то да, но я волновалась. Мы давно не виделись. Мне правда уйти? — я старалась не подходить слишком близко, чтобы не спугнуть его. Но в итоге любопытство взяло верх, и я бесшумно начала движение в его сторону.       — Да, уходи отсюда! И не смей больше врываться в мою комнату! — наконец-то повернув голову, он встретился взглядом со мной, стоявшей совсем рядом к нему. — Не смотри!       Он быстро спрятал руки за спину, двинул шкатулку и опустил заплаканное лицо в пол.       Я нахмурилась. Как бы мне хотелось применить сейчас магию подчинения, но Вил почувствует это и тогда точно не подпустит к себе. Смягчившись в лице, я коснулась его виска, успокаивая:       — Тише, ш-ш-ш… Всё хорошо. Пойдём на кровать. Ты очень устал…       Всё его тело в мгновение расслабилось, и юноша слабо кивнул, оставив острые инструменты валяться на полу.       Усадив его на постель, я присела рядом. Нежно поглаживая по волосам, принялась утешать:       — Всё хорошо, Вильям. Со мной рядом тебе нечего бояться. Мы друзья, а ещё, — мои губы дрогнули в улыбке, — чуть больше года назад, ты ведь принёс мне клятву рыцаря, помнишь?       Он выровнялся и повернулся, смотря в глаза с непониманием.       — Неужели ты запамятовал? — я расстроенно выдохнула, понимая, что вряд ли бы он такое забыл без чьей-то помощи. — Когда я училась в башне Альфреда вместе с тобой. У меня ещё были длинные белые волосы и красные глаза. Не обращай внимания, сейчас просто иллюзия. Но ты узнал меня тогда и поклялся быть моим рыцарем. Сказал, что твоя жизнь отныне моя.       Слабо улыбнувшись, юноша тихо ответил:       — Да, теперь припоминаю, принцесса…       Одобрительно кивнув, я понемногу продолжила вливать успокаивающую магию в Вильяма, балансируя его сознание между обмороком и безмятежным состоянием.       — Хорошо. И что же мой рыцарь только что делал со своими прекрасными руками, которыми должен защищать свою принцессу?       — Я… я… закалял дух, чтобы стать устойчивей к… — растерянно Вильям начал крутить головой, не зная, как правильно ответить и выйти сухим из воды.       — Ш-ш-ш… Спокойно… Просто покажи мне…       Очередной раз шмыгнув, он закатил грязные рукава, пропитанные кровью. Свежие порезы и старые шрамы уродливыми узорами покрывали всю кожу от кисти до локтя.       — Только руки? Смотри мне в глаза.       Пока он послушно смотрел, я быстро остановила кровь, стекающую с его запястий.       — Да, мне нужно руки. Этот метод был поведан во снах. Необходимо продолжать резать до тех пор, пока я не привыкну к боли. Так я могу либо достигнуть желаемого, либо моя душа очистится ещё раньше.       «Как же… очистится… Что за глупости?»       — Я запрещаю тебе это делать, Вильям.       В мокрых глазах загорелась тревога. Юноша больно схватил меня руками за плечи, впиваясь пальцами до самих костей. Из недолеченных ран вновь начала сочиться кровь.       — Фелис, ты не желаешь мне свободы и исцеления?! По-твоему я недостоин этого?! Потому что трус и просто режу руки, боясь совершить большее? Поэтому?! — голос срывался в истерике.       Я аккуратно накрыла его руки своими, опуская и вливая ещё больше своей силы в них. Залечила раны полностью, убрав даже рубцы. Вильям вытаращил глаза и застыл с открытым ртом. Тихий вздох сорвался с моих губ, и я твёрдо посмотрела юноше в глаза.       — Как ты будешь защищать меня этими руками? Ты подумал о том, что у рыцаря должно быть сильное тело? Ты предаёшь меня во имя самолюбия?       «Надеюсь, я не усугублю ситуацию такими словами. Но вряд ли Вил мог обрести покой, делая то, что его пугает. Так что, пускай прекращает в любом случае!».       Вильям продолжал сидеть, как статуя. Будто его голова отказывалась принимать подобные варианты. Он, казалось, даже дышать перестал, осмысливая и пытаясь прорастить внезапно очутившееся новое зерно в голове. Запустив руку в его волосы, я легонько взъерошила их. Сейчас они были ничем не связаны, а красиво спадали, обрамляя его лицо, пускай и такое растерянное и грустное.       — Вил, милый… я ведь спасла тебя тогда из темницы, а ты меня спустя пару лет, когда я заболела… Сейчас опять моя очередь, — я улыбнулась, — а потом твоя. Не забывай, мы должны помнить друг о друге и заботиться. Мы ведь друзья, мы не должны тонуть сами в себе.       Крепко сжав его руку, я продолжала улыбаться, видя, как он смягчается и приходит в себя. Второй же подхватила платок с тумбочки и вытерла его слёзы, которые только-только прекратились.       — Фел…       — Да?       — Уезжай, пока не поздно. Чем сильнее ты противишься, тем приятнее будет тебя сломать.       Последняя фраза вышла такой чужой, будто это не его голос вовсе. Грубый и насмехающийся, источающий предвкушение мучителя, готового истязать очередную беспомощную жертву. Моя улыбка исчезла.       — Что? — я переспросила.       — Фел, я говорю, что тебе необходимо уехать, — в глазах мелькнула растерянность. — Эй, ты чего так резко побледнела?       — Вил, поехали со мной?       Он замотал головой, отмахиваясь от моего предложения:       — Я не могу. Я стал частью этого, куда бы я ни бежал, оно уже во мне. А в тебе ещё ничего нет. У тебя есть шанс…       Кажется, сейчас передо мной наконец-то оказался прежний Вил. Я опустила взгляд на кусочек ткани в руке. И только сейчас осознала, что это тот самый платок, на котором я вышила луну и подарила Вильяму на прощание перед побегом с темницы.       «Столько лет прошло, а ты сберёг его, Вил».       Грусть застелила глаза слезами, и, заключив юношу в объятия, я выдохнула:       — Я вас не брошу. Я помогу вам, чем смогу.       Обняв в ответ, он шепнул мне в макушку:       — Смотри не утони вместе с нами.       Посидев так несколько стуков сердца, юноша внезапно отстранился и поднялся, словно решив что-то для себя. Я встала следом за ним.       — Пожалуйста, Вил, не наказывай себя за то, что было сейчас между нами. Помни о моих словах, пускай они будут твоим якорем в море беспокойства и боли.       Он обернулся, чуть странно посмотрев на меня. «Что-то мне не понравилось в этом взгляде, оттолкнуло. Наверное, лучше пускай поспит. Хотя, сейчас разве это лучший вариант? Но может, днём кошмары не будут так сильно мучать, как во время ночи».       Приняв решение, я тут же усыпила его. Подхватив расслабленное тело, уложила на постель. «Я сама разберусь с твоими инструментами, Вил. Негоже им здесь быть. Прости, но что-то я пока не верю, что ты до конца меня услышал».       Я взяла увесистую шкатулку со стола и, опустившись на колени, принялась собирать разбросанные предметы, попутно очищать их от крови магией и складывать. Непонятные тонкие ножницы, ножи с различными зазубренными лезвиями, какие-то иглы, миниатюрный серп. Сомневаюсь, что Вильям внезапно решил заделаться лекарем.       «Мерзость, и где он только достал такое? А может, это странные маги принесли ему такой «подарок»? Как знать. Заберу-ка я их себе. Надеюсь, Вильям не обидится».       Оставив юношу мирно сопеть на кровати, я вернулась в свою комнату.       Спрятала сундук с почищенными «прелестями» поглубже в свой шкаф и, переодевшись, легла подремать перед ночью. Пока есть возможность, нужно воспользоваться моментом и восстановить силы, а то потом ещё с одним фанатиком разбираться.

***

      «Больно. Я пытаюсь залечить руки, но ничего не получается. Боль становится лишь сильнее и продолжает поглощать меня.       Открываю глаза, но всё будто в сонной пелене — немного размытое.       «Что происходит?»       Проснувшись, я опускаю глаза туда, где боль ещё продолжается. Тонкий металл, ведомый моими же руками, входит всё глубже и глубже. Я хочу остановить это, но тело не слушается, а продолжает как заведённое наносить порезы.       Я кричу. Но из моего рта не вылетает ни звука. Тишина. Никто не сможет прийти на мой крик. В голове с каждым новым рассечением плоти всё больше разгорается чувство, что всё правильно, что так и нужно. Горячая кровь заливает одежды, ручьями окрашивает кожу в алый, не позволяя отвести взгляд или подумать о чём-то ещё. Паника сходит на нет и наступает… смирение.       В очередной раз я открываю рот и шепчу своим, но в то же время чужим голосом:       — Так красиво ускользает яд греха, смотри же… не отводи взгляд.       Эти слова. Мысли. Они мои и чужие одновременно. Пытаюсь бороться, ухватиться за себя настоящую, но всё тщетно.       Крови всё больше. Слабость в теле, смешанная с облегчением, давит на веки свинцом. Очередной вздох — и я лишаюсь сознания.       Опять пробуждение. Руки продолжают пульсировать и ныть. В спешке принимаюсь ощупывать их.       Целые.       Тяжело дыша, возвращаю себе контроль над мыслями и телом полностью. Руки в порядке, и это главное.       Оглянувшись, сидя на постели, поняла, что уже стемнело.       «Проклятие, и почему меня никто не разбудил?»       Вытерев холодный пот, я поднялась с постели, запуталась ногой в покрывале и чуть не упала. Выругавшись на свою неуклюжесть, подбежала к окну. Ничего не видно.       Всё уже закончилось, или король ещё не вернулся? Не могу ждать, может быть поздно. В спешке наложив только щиты и уповая на темноту ночи, я полетела к комнате Лонвэя и с опаской заглянула внутрь. Там действительно никого не было. Значит, не пришёл.       Закрыв за собой окно, я встала по центру его скудных покоев и начала размышлять. Возможно, мне и его «игрушки» следует забрать? Или не стоит?       Внезапный скрип двери прервал мысли, и я в мгновение ока нырнула под кровать.       «Что за?..» В спину что-то уткнулось. Я попыталась магическим зрением хоть как-то различить непонятные предметы, в окружении которых сейчас оказалась. Какие-то чудаковатые дубины с острыми зубцами, плети, моргенштерны, кинжалы и т.д. Хорошо, что успела поставить защиту, а то поцарапалась бы точно, если не хуже. Благо от холодного оружия моя магия работает исправно, а то в этом дворце во всём начнёшь сомневаться, хочешь того или нет.       Не изменяя установленному порядку, эльф начал раздеваться и вести приготовления. Я следила за светящимися потоками магии его тела, которые позволяли мне видеть, где он находится, даже из-под кровати.       Но вместо принятия молитвенной позы юноша подошёл к окну и довольно долго просто смотрел вдаль.       «И что это значит? Готовится морально к предстоящему? Нужно быть осторожной».       Насмотревшись в окно, он в одних штанах сел на кровать.       — Фелис…       Услышав своё имя, я напряглась.       «Неужели он понял? Заметил? Знает, что я здесь? Что мне…»       Но дальше была тишина, а после я расслышала дыхание Лонвэя, которое становилось всё тяжелее с каждой секундой.       «Так… это… что происходит?» Я начала беспокоиться и теряться в своих мыслях. Ему плохо? Может, опять кошмары мучают? А вдруг, сердце схватило?       Дыхание эльфа становилось всё более прерывистым, в нём начали проявляться негромкие стоны. В итоге звуки стали откровенно развратными.       Ощущая, как неистово полыхают мои щёки, я поняла, что, может быть, перешла черту дозволенного и стала свидетелем чего-то личного.       Распутная натура эльфа крови быстро взяла верх и я, сама от себя того не ожидая, широко улыбнулась, довольная таким исходом событий. Вместе с его тяжёлым дыханием я ощущала, как в моих лёгких тоже стало тесно. Губы пересохли, а внизу живота заныло.       К моему сожалению, звуки резко прекратились, словно Лонвэй что-то услышал или понял.       Внезапно вскочив с кровати, он так сильно ударил по стене рукой, что я вздрогнула. Начал метаться по комнате роняя и разбивая всё подряд. Принялся проклинать такого порочного себя.       Побуйствовав вдоволь, эльф быстро выдохся, рухнул на колени и скользнул рукой под кровать.       Места было немного, и я едва успела увернуться от хватки, но он всё равно умудрился каким-то образом задеть мою грудь. Я скрипнула зубами. «Да что б тебя, Лонвэй, играй с тем, что есть!» Моё тело хоть и исцелилось от чрезмерной похоти, но желания юной девушки, тем более эльфийки крови, никуда не делись. Особенно после таких-то похабных стонов. Попробуй тут сдержись.       Выругавшись о назойливых мечтах вслух, Лонвэй тем временем нырнул рукой ещё глубже под кровать. Что ж, похоже выбора нет. Я подставила под руку, рыщущую в поисках пыточного инструмента, своё запястье и быстро усыпила его, едва юноша коснулся меня.       Вообще, мне не очень это по нраву, опять ему будут кошмары сниться. Может, я смогу забирать его сознание как-то насильно в свой внутренний мир? Чтобы он наверняка был в безопасности. Но тогда мне нужно разобраться, как проникают в разум моих друзей эти странные колдуны. Мне бы не помешало использовать против них их же методы, если они окажутся действенными. Но ради подобного знания вступать в их ряды — очень опасная затея. Боюсь, тут можно прогадать и оказаться в ситуации, когда я не смогу вернуться.       Видимо, эти глупые сны всё же подействовали на меня, и я начала сомневаться в своей силе. Допускать вероятность, что незнакомые маги сильнее меня. Что я не справлюсь.       Я выползла из укрытия и подняла Лонвэя на кровать, укрыв одеялом. Задумалась, что же делать дальше. «Наверное, лучше сегодня у него переночевать. Вроде особо и не воняет. Кровать, конечно, тут так себе, но разок потерплю».       Тем не менее я проветрила комнату, избавившись даже от напоминания о странных запахах, заменив их свежим морозным воздухом. И умостилась под одеяло, согревая нас обоих. Всё-таки повезло, что он не успел сегодня использовать ту мерзкую жидкость.       — Что же ты так наказываешь себя? Страшно представить, чтобы ты сделал, если бы… Тело же не виновато, его желания вполне естественны… — прошептала я, закидывая на него, лежащего на спине, ногу и руку. На плече эльфа разместила голову. Что-то я уже начала привыкать спать с кем-то под боком.       — Да, «повезло» тебе, Вэй. Тогда ты сдерживал себя, потому что по статусу нам было не положено, а сейчас — потому что уверовал в невесть что.       «Подождите!» Распахнув глаза от возникшей спонтанно идеи, я приподнялась. Может, стоит выпить его крови? Это рискованно, но так я смогу понять, есть ли там яд. Вдруг в нём уже полно той дряни? А на меня яд не должен подействовать, потому что в моей крови течет частично и драконья, которая имеет иммунитет к отраве.       — Прости, Лонвэй…       Я забралась на него, но не спешила приступать к задуманному. Надеюсь, он не проснётся, вроде крепко уснул. Но всё-таки попытаюсь по возможности аккуратнее.       Склонившись к его шее, я ощутила запах тела. Клыки сразу стали ещё длиннее, отозвавшись на моё желание. И тем не менее сомнения тоже не заставили себя ждать.       «Ох, давно у меня такого не было. Немного страшно после того происшествия в Ахрии — это первый раз за несколько месяцев, если подумать. Но сейчас ведь всё должно быть нормально?» Я окинула взором мирно посапывающее в свете луны тело. «А почему с шеи? Можно же и с руки, но… Хочу шею. Она ярче по ощущениям».       Дыхание сбилось от волнения. Чуть касаясь, я провела языком по коже, не решаясь начать. Я ещё раз глубоко вдохнула запах его тела. Аромат хвои, переплетённый с геранью — всё тот же, совсем не изменился…       Минуты томлений в сомнениях, и клыки всё же аккуратно пробили кожу эльфа.       Знакомое чувство приятно вспыхнуло в груди вожделением. От удовольствия я опускалась всё ниже к его тёплому обнажённому телу, касаясь грудью и ощущая тепло сквозь тонкую ткань рубашки.       «Хороша кровь. Как я и думала, магия в нём не угасла. Ничего странного тоже не чувствую — кровь чистая».       Достав клыки, я помедлила с заживлением. «Наверное, плохо вот так из него пить, он ведь ещё слаб, но…»       Прилёгши рядом, я слизала капли его крови, вытекающие из ранок, оставленных клыками.       Оставляя влажный след языком на коже, я затянула ранение, ощущая, как внутри распаляется желание большего. «Ох, тело так ноет! Всё же это было не от магии в его крови… Нужно срочно найти себе партнёра».       В голове всплыли недавние стоны Лонвэя, от чего никуда не девшееся чувство возбуждения стало только сильнее.       Любуясь его изящным профилем в лунном свете, я сглотнула. Хотелось нарушить запреты и хоть немного поддаться искушению, этой искре, которая не хотела стихать.       «Но ведь он может проснуться!» Эта мысль возбудила лишь сильнее. Как назло, Лонвэй немного дёрнулся, и его рука коснулась клочка ткани между моих ног. Будем считать, что это знак. Постараюсь уследить за его дыханием и в случае чего усыпить опять.       Довольно улыбнувшись, до боли закусила нижнюю губу. Я начала медленно двигаться, с каждым разом усиливая трение об его руку и всё больше надавливая на чувствительные точки. Грудь тяжело вздымалась, желая разорваться громким стоном на всю комнату, но я не могла себе этого позволить. Насколько это возможно я старалась не создавать лишнего шума. И от этого моё тело содрогалось лишь больше, а скольжение его пальцев ощущалось всё отчётливее и ярче. Изводя себя такой игрой, я ходила по грани, стараясь не застонать ничего не подозревающему эльфу прямо в ухо.       Ах, Лонвэй, ты бы убил меня, узнав, что я делаю с твоим спящим телом. Но это первый и последний раз. Больше не буду. Честно.       Бельё и ночная рубашка у бёдер напрочь промокли. Чувствуя, что вот-вот закончу, прижалась как можно сильнее, вжимая его пальцы своими ещё глубже. Стон, звонкий и порочный, готов был разорвать эту благочестивую комнату. Но я обуздала его, прижав губы к шее эльфа. Содрогаясь от удовольствия и орудуя языком по тонкой коже, я посасывала и выписывала узоры неудержимой страсти.       Оторвавшись от Лонвэя, я перевела дух и блаженно выдохнула.       — Не злись, это маленькая плата за мою помощь, — едва слышно шепнув, я поцеловала его в щёку в качестве благодарности.       Я крепко уснула прямо на его кровати, довольная и удовлетворённая.       Разбудил меня стук в дверь. Я открыла глаза, видя рядом эльфа и ощущая его руки, прижимающие меня к себе. Он тоже недовольно нахмурился на звук. Казалось, моё дыхание остановилось.       Повезло, что я открыла глаза первой. Ловко нажав на браслет, я стала невидимой и быстро выбралась из объятий. Использовав чары, подобные левитации, бесшумно отбежала к стене. «Проклятие! Из-за того, что дала слабину, позабыла зачаровать магический браслет, чтобы разбудил. Хорошо, что хоть не нужно было нести короля обратно».       Минуту поворочавшись в постели, Лонвэй раскрыл веки и потянулся. И только после этого поднялся и направился к двери.       На пороге стоял Вильям. Вот же ранняя пташка. Только вот лицо его было напряжённым и растерянным. Он еле слышно шепнул:       — Завтра.       Лонвэй нахмурился в ответ, протирая глаза:       — Уже? Месяц пролетел так быстро …       Благодаря мне они явно выглядят более живыми, чем при нашей первой встрече. Король уж точно.       — Что-то ещё? Я сейчас оденусь и пойдём. В этот раз мне не избежать этого от Сиарха.       Вильям напряжённо хохотнул, опираясь на стену у двери:       — Это малейшее, что может произойти с тобой…       — Что? — Лонвэй в недоумении поднял глаза на брата и застыл. Помедлив, со всей серьёзностью продолжил: — За касания и взгляд в тронном зале я покаялся, как положено. Ты и сам видишь.       Он махнул рукой на мои иллюзии, покрывающие его тело, и я мысленно себя похвалила. Значит, всё работает, и они точно видят всё, как мне нужно.       Вильям сделал шаг вперёд и провёл пальцем по шее брата, смотря в недоумении и одновременно насмешливо:       — А за то, что у тебя на шее? Как насчёт этого?       «Проклятие! Я не убрала засос! Мне конец!» Я прямо ощутила, как кровь отлила от лица, но времени глупо хлопать ресницами не было.       Лонвэй решительно направился к зеркалу, откидывая белоснежные пряди на другую сторону. Но я оказалась быстрее и за пару шагов уже была рядом, и коснулась пальцами его кожи, мигом залечив свидетельство порочной ночи.       Эльф уставился на отражение, проводя рукой по чистой шее. А я тем временем юркнула под кровать, продолжая наблюдение. Мало ли, сколько они будут ещё болтать. Моя невидимость не так уж и долго работает.       — Что ты имел в виду? Я правда не понимаю, Вил…       — С кем ты был ночью? — Вильям закрыл за собой дверь на ключ, перекрывая пути к отступлению.       — А? Я бы не посмел быть с кем-то. Ты ведь знаешь, что нас ждёт за это. Может, тебе показалось?       — Тебе ничего странного не снилось последнее время? Или может быть «кто-то»?       Я нахмурилась, прям как Лонвэй у зеркала. А не слишком ли ты любознательный, младший братец Вильям?       — Я… — Лонвэй покраснел и отвёл глаза в сторону, — я борюсь с желанием, Вильям. И, в отличие от некоторых, каюсь, как полагается…       Вил резко повернулся к двери и, торопливо справившись с замком, распахнул створки:       — Делайте что хотите, Ваше Величество! Я просто надеюсь, что это была не она.       — Да ещё бы! Ты же знаешь, я не позволяю этого даже в мыслях, — краснея ещё больше, эльф замахал руками, неубедительно оправдываясь.       Я довольно хмыкнула, вспоминая его вчерашние развлечения. Кажется, я отчётливо слышала своё имя вперемешку со стонами. «Угу, расскажи ещё сказок… А, стойте! Вильям случайно не помчится ко мне проверять свои подозрения?»       Как только дверь захлопнулась, эльф тяжело вздохнул. Я вылезла из-под кровати и, кинув взгляд на короля, который собрался переодеваться, открыла окно.       Прости, Лонвэй, твоё прекрасное тело останется без моего внимания в этот раз. Пока действует невидимость мне нужно поспешить к себе. Внезапно распахнутое настежь окно может вызвать подозрения. Но а что поделать? Всё равно он меня не видит. А вот Вильям может лезть и дальше куда не нужно. Застанет мою комнату пустующей — явно надумает себе лишнего.       Едва я разлохмаченная успела влететь в свои покои, как услышала требовательный стук в дверь. Я и не заметила, как невидимость спала. Схватила одеяло и, кутаясь в него, подошла к двери.       Выравнивая дыхание и придавая голосу сонливости, наигранно зевнула и протянула:       — Да-да? Кто там в такую рань?       — Это Вильям. Фел, я могу войти?       Вот так неожиданность. Он же сам твердил, что нельзя заходить к другим. Что у него в голове? Это что, ревность помутила рассудок? Впрочем, не так это и плохо, лучше пусть обо мне думает, чем о тех магах или самоистязании.       — Ладно, сейчас открою. Но не смотри, я в ночной одежде.       Я толкнула дверь, но он тут же придержал её с другой стороны, не позволяя открыть.       — Нет-нет, не открывай. Прости, Фелис, всё нормально. Я распоряжусь, чтобы тебе принесли поесть.       — Ладно. Спасибо. Тоже не забудь позавтракать.       «Фух, повезло. Хотя, что бы он понял?» Я хмыкнула. Вряд ли бы он отобрал у меня одеяло и принялся проверять, кусаюсь ли я.