Часть 9
28 октября 2023 г., 22:00
Поглощая тёплый суп, я то и дело поглядывала в окно на башню напротив. Что-то я волнуюсь. Сегодня король может возжелать хорошенько покаяться перед приходом излюбленных гостей. Но я достаточно поспала, поела, даже полакомилась «десертом» в виде крови Вильяма, так что справлюсь с любой нездоровой прихотью Лонвэя. Хотелось бы, конечно, кое-что ещё… Вишенку на торте.
Я замахала руками, выписывая круги ложкой по воздуху, и быстро пресекла похабные мысли на корню.
Нет-нет, я же пообещала себе, что больше не поддамся похоти. Не стоит использовать ни Лонвэя, ни Вильяма для удовлетворения своих плотских желаний. Что-то я вообще слишком много думаю об этом, не тем должна голова быть забита! Впрочем… может и тем? Если разбираться, то чем меньше думаю об этих странных колдунах, тем меньше питаю страх перед ними.
Выставив поднос за дверь, я привела себя в порядок. Надев рубашку Лонвэя в качестве пижамы, я продолжила ожидать у окошка.
Уже совсем стемнело, меня даже начало клонить в сон, как эльф соизволил явиться в свои скромные покои. Зевнув, я подняла голову с руки и недовольно протянула, продолжая следить за Лонвэйем:
— Ну сколько можно, раздевайся уже…
К моему огромному удивлению он переоделся и сразу лёг спать, как порядочный человек.
Это что такое? Это как вообще? Или он настолько напуган, что решил, будто это его последняя ночь? Что ж, так даже лучше, мне тоже необходимо успокоиться и набраться сил.
Взяв книгу по магии, я просидела ещё примерно час у окна, то и дело поглядывая на башню, иногда переходя на магическое зрение. Убедившись, что король действительно мирно почивает, решила отправиться на боковую.
***
Сон не шёл. Мысли то и дело метались от одной ситуации к другой. Грядущая неизвестность перед встречей с колдунами гложет меня. Вдруг не получится помешать им, или я, наоборот, всё испорчу? На почве всех моих неудач, на пути к «сделать лучше» начал проявляться всепоглощающий страх. Страх, что я не справлюсь. С Лонвэйем ведь всё будет в порядке? Если у меня не получится… они не убьют его? Нет, эти мысли точно необходимо гнать подальше. А вообще, что мне с ним делать? Те слова о королеве… казалось, он был вполне серьёзен. Но сейчас Лонвэй такой странный, четыре года назад он был куда увереннее и, что ли, мужественнее, чем и понравился мне. Может, это власть так меняет людей? Неужто он боится поступить неправильно, сам загнал себя в ловушку сомнений? Учитывая происходящее на севере, вполне может быть. Я не осуждаю его, сама бы, наверное, осторожничала на каждом шагу, будь на его месте. Но предложение… Если бы я оставалась былой Фелис до побега — принцессой, а со временем и правительницей самостоятельного королевства Нобелус, то мы были бы с ним двоюродными братом с сестрой. Но, как выяснилось, я не дочь короля. Поэтому мы с Лонвэйем друг другу никто. Это и хорошо, и плохо. Потому что я не могу принять ни его предложение, ни предложение другого принца, того же Ивеллиоса, если бы оно возникло… Мы ведь с ними из разных миров. Я просто дочь придворного мага и давно почившей королевы, а Лонвэю и Ивеллиосу нужно укреплять союзы с соседними королевствами… Тем же Элáтриксом, у них принцесс на всех хватит. Повернувшись лицом в подушку, я завыла. «Что б его… неприятно даже просто помыслить о таком!» Всё понимаю, но не могу отпустить их, представить с другими девушками. Да и Лонвэй… Я скрипнула зубами. Бессовестная смазливая морда! Не нужно было меня в юности отвергать дурными словечками, что я принцесса, а он никто, не пара мне. Вот оно теперь как всё сложилось. Насмешка судьбы, не иначе. Несколько раз прокрутившись на мягкой постели, я в конце концов перевернулась на спину и медленно выдохнула. Мелькнула вполне логичная мысль: «Не стоит забывать, что именно он разрушил моё королевство. Можно что угодно говорить о ситуации в Нобелусе, о том, насколько я могу считаться его принцессой и прочих вещах, но это его деяние отныне навсегда будет между нами». Лонвэй и Вильям, конечно, очень много для меня сделали, спасали жизнь не раз. Но и отобрали возможность вернуться в прошлое, уничтожили ту частичку чего-то неизменного и доброго, к которой я рано или поздно подумывала прикоснуться вновь. Ничего не сказали, не предупредили и лишили меня даже возможности выбора… Я даже не попрощалась с Брентором. Он поверил, что его любимая дочь мертва… А я ведь оказалась в итоге даже не его родной дочерью. Но теперь он никогда не узнает об этом. На глазах выступили горькие слёзы. Глотнув их, я использовала на себе магию успокоения. Хоть так попыталась подавить болезненные чувства, разгоревшиеся по моей же воле. Я, как никто, заслуживаю правды — узнать всё, что было. Но до сих пор ни одна душа здесь не соизволила мне поведать о произошедшем в Нобелусе. Наверняка, им всё равно. Как братья вообще узнали о моём появлении в Авкавероне? Я ведь до этого была в Ахрии. Неужто Альфред разболтал Илларинарии, а та, в свою очередь, донесла Лонвэю? Или Элронт ей сказал? Но зачем? Хм, ладно, всё-таки она его старшая дочь… Ещё не хватало сейчас этим голову забивать. Нужно решить главный вопрос. Предложение Лонвэя. Если я стану королевой севера… Это будет совсем не то, что мне нужно. Ведь я ушла, сбежала от выбранной Брентором роли. И сейчас опять эта вся ответственность, замужество больше по долгу, нежели по велению сердца? Да и эльф тоже молодец. Прилип, как колючка репейника. Совсем разума лишился со своей верой. Он хоть рассматривал возможность заключения брака с настоящей принцессой, того же Элатрикса? Разве не об этом должен думать король? Оно понятно, что может, и не до этого сейчас. Но ведь я… Будем честны, это тоже какая-то крайность! Ухватился за меня из-за какой-то былой симпатии… Неужели он думает, что мы будем счастливы после всего произошедшего? Что я буду счастлива? Смогу ли я вообще простить его? Скорее всего, я тоже сойду с ума. Север хоть и родная мне земля, но при этом я ощущаю, как угрожающе затягивается удавка на шее. Даже в Ахрии не было такого отвратительного чувства. Не могу здесь спокойно дышать. Тревога на каждом шагу, неясность сдавливает виски, кругом люди со стеклянными взглядами, а мысли становятся всё более запутанными. Но в той же Ахрии был Рихтер… Он умел меня утешить и убедить, что всё будет в порядке. Из-за мыслей о Рихтере сердце болезненно пропустило удар. Захотелось опять развернуться в подушку лицом, но больше не использовать магию успокоения. А просто… разрыдаться… Если бы Винсент меня не заразил, я бы не устроила в замке Ахрии бойню, Сара осталась жива, и Рихтер бы меня не возненавидел. Он ведь говорил до этого, что любит меня, что хочет жить со мной другой жизнью, не навязанной кем-либо. Построить наше маленькое счастье в доме с зелёными занавесками. И за это поплатился… За то, что хотел быть со мной, уйти от ответственности своего положения, а не разбираться в дворцовых интригах. За то, что хотел стать свободным… Значит, и я должна буду поплатиться за свою нерешительность? Мне ведь тоже хотелось быть с ним. Возможно, так сильно… как ни с кем и никогда. Но нравится мне или нет, я должна, как и говорил отец, продолжать жить дальше. Да и сущность эльфа крови вынуждает найти того, с кем я смогу избавляться от излишков сексуальной энергии. Иначе, такими темпами подавляя своё естество, и до борделей дойти можно. Но помимо Рихтера, если уж рассматривать другие варианты… Получается, с принцами — нет. С братом я никак не могу. Пусть мне и хорошо, но не могу переступить через себя, мы ведь единокровные родственники. С Вильямом у нас бы могло быть что-то… но это было бы как-то подло. Он для меня сейчас больше как младший брат, хоть и старше. Да и Лонвэю будет больно от такого решения, притом, что более близки мы как раз с эльфом. А с Винсентом… Он, конечно, милый, но я слегка боюсь переступить некую черту: всё, что произошло, нас не только объединяет, но и удерживает на расстоянии друг от друга. Вот и всё нажитое непосильным трудом за четыре с лишним года. У других эльфов крови список явно будет побольше, может даже и за неделю. Но не буду же я равняться на них? Я и так себя чувствую не очень из-за стольких вариантов. Но я же не заставляла юношей влюбляться в меня? Мне хорошо в моментах близости с ними, им тоже. А если они хотят чего-то большего, то пускай скажут мне в лицо. Промучившись ещё час-другой в подобных мыслях, я осознала, что уже рассветает. Поднявшись с постели, я умылась, воспользовавшись водой из кувшина, и подошла к окну. Слабые лучи пытались кое-где разрезать тяжёлые тучи, но в целом безуспешно. Глянула в окошко королевских покоев — там царила какая-то суета. Король метался по комнате вместе с Вильямом, который, похоже, пришёл помочь брату собраться. Вообще, я в который раз отметила, что у них в замке очень мало слуг, всё стараются делать сами. Интересно, это тоже из-за этой их «веры» или есть ещё какая-то причина? В дверь раздался стук, оторвав меня от размышлений. Неужели завтрак уже готов? — Да? — Это Илларинария. Впустишь? Я на мгновение застыла. Вот уж не ожидала её появления сегодня в моих покоях. У меня сложилось такое впечатление, что наши отношения изменились сами по себе, стоило мне лишь переступить порог этого странного места — королевского замка Белвоса. Сейчас я не чувствую себя в опасности, когда нахожусь рядом с ней. Это из-за новых проблем, которые выглядят куда более значительными? Или же я перестала её бояться? Стала увереннее в себе. Сейчас я ведь намного сильнее, чем во время нашей стычки в прошлом. Я открыла дверь, запуская сестру внутрь. — Давно тебя не видела, Илларинария. Ты нормально себя чувствуешь? Она прошла вперёд и грациозно села на один со стульев. Закинув по-хозяйски ногу на ногу и поправив подол тёмно-алого платья, она хмыкнула: — Я в порядке, Фелис. Вижу, тебе всё так же проблематично произносить моё полное имя. Так уж и быть, теперь тоже можешь обращаться ко мне «Рия», как и остальные близкие люди. Какая невиданная роскошь. Ну, хоть что-то стало как прежде. Закатив глаза, я промолчала и накинула длинный халат на рубашку. Только я села напротив, заняв соседний стул, как эльфийка коварно ухмыльнулась. — Судя по ночному наряду, ты время здесь зря не теряешь… и чья же это одежда? Вильяма? Или попалась добыча покрупнее? Я почувствовала, как краснею. Не говорить же ей, что я взяла рубашку у короля из-за большого количества испорченной ночной одежды? Кашлянув пару раз, я постаралась остаться невозмутимой и подыграть ей, чтобы увести подальше от правды о моих визитах к королю: — А есть разница? Оба брата ко мне неровно дышат. Или ты ревнуешь? Звонко рассмеявшись, Илларинария чуть смягчилась в лице и перекинула длинные чёрные волосы на одну сторону. — Что ты, милая, конечно же нет. Хоть с двумя сразу развлекайся. Они меня не интересуют. Просто пришлось к слову… — Кстати, а ты разве не спала с Лонвэйем? Ну я к тому, что король довольно-таки красив, а ты эльф крови… — я чуть неловко посмотрела на девушку, представив их как возможную пару. Они бы неплохо смотрелись вместе. — Что за вздор? Нет, конечно, — рассмеявшись ещё сильнее, Рия даже замахала руками, но вскоре продолжила. — Иногда мне было скучно, и я пыталась его немного расшевелить. Но как ты уже заметила, у Лонвэя есть о чём волноваться. С такими совсем неинтересно иметь дело. Кроме того, мне нравятся мужчины постарше. Всё же странная она. В своё время убить пыталась, а сейчас сидит, болтает, как будто мы старые подруги. Хотя, я ведь и хотела с ней помириться. Может, это мой шанс? Правда, такой разговор кажется чем-то нереальным, словно я ещё сплю. Я прошлась взглядом по её очаровательному лицу с тонкими чертами, отмечая, насколько же она изящная, даже с повязкой на глазу. Каждое движение так и излучает утончённость, лёгкость и шарм. Даже когда она насмехается надо мной, её голос ласкает слух… — Это не совсем тактичный вопрос с моей стороны, но всё же не могу его не задать. Сколько тебе лет, Рия? Выглядишь не старше Альфреда, но он рассказывал, что ты заменила ему мать. — Мне тридцать, дорогая сестрица. Если не ошибаюсь, у нас с тобой разница в десять лет. Однако я в конце зимы родилась, а ты осенью, верно? — Рия слегка улыбнулась, крутанув пальцем в воздухе. — Всё-то ты знаешь. Получается, у тебя есть партнёр постарше? — Ну мой главный партнёр — это наука. Но я понимаю, к чему ты клонишь. Да, есть у меня парочка горячих мужчин. Тоже эльфы крови, Мальгалад и Анорион, с ними мне лучше всего. Можно сказать, они такие же виртуозы в деле плотских утех, как и я, — на последних слова она расплылась в довольной ухмылке. Никогда её такой не видела. Кажется, она даже чуть смутилась, спустя пару секунд приложив длинные пальцы к губам. — А почему не один? — А-ха-ха, ты чего? У меня есть чем заняться. Хоть Мальгалад явно имеет на мой счёт серьёзные планы, да и нравится он мне больше, но семью я не планирую заводить ещё лет триста. Так что сейчас нужно брать от жизни всё. Откинувшись на спинку стула, она смерила меня пренебрежительным взглядом: — А ты в свои двадцать уже хочешь жить ради кого-то? Нажилась ради себя и все свои мечты исполнила? Нежели так себя не любишь? — Нет-нет… — я замахала головой из стороны в сторону, ощущая неловкость от подобных вопросов и пронзительного взгляда эльфийки. — Я просто чувствую вину, что мне нравятся сразу несколько юношей. — Ты такая глупая. Ужас, — цокнув, Рия принялась накручивать чёрную прядь на палец, взирая на меня с осуждением. Кажется, её желание продолжать со мной разговор таяло с каждой минутой. — Я не хочу причинять неудобства другим. Не желаю играть с их чувствами. Что в этом плохого, Рия? Она подняла руки в непонятном жесте, который явно не сулил ничего ободряющего: — Если бы я знала, что ты такая нудная, не позволила бы тебе выколоть свой глаз. Где былая дерзость, смелость и безрассудство? Отвратительно, — увидев моё огорчённое лицо, она продолжила уже мягче. — Мужчины дают тебе разрешение на игру своими поступками. Ты не решаешь за них, они сами делают выбор. Так зачем ты себя изводишь? Ничего не обещай и ничего не проси взамен. Просто получай требуемое тебе удовольствие и плыви по течению. В чём тут может быть проблема? Странный у нас разговор, однако. Но что-то в её словах есть. — Илларинария, я благодарна тебе за советы. Я хотела бы продолжить этот разговор, но ты же за чем-то пришла, не просто так перекинуться словом? Сложив руки под пышной грудью, она хмыкнула: — Обижаешь, я пришла действительно просто поболтать. Отвлечься. Кстати, скоро нам должны принести завтрак. Я застыла как вкопанная, ничего не понимая: — Чего? Что за бред? Ты же меня ненавидишь! С чего бы тебе сейчас так себя вести? Ты бы скорее предпочла своё отражение в зеркале в качестве собеседника, нежели меня! Скривившись, она закрыла уши: — Фу, не ори, Фелис! Давай по порядку… — она подвинулась поближе, сверкнула на меня своим алым глазом и заговорила уже тише. — Мне так-то сказали следить за тобой сегодня, но, если честно, я не собираюсь этого делать. Я действительно тебя не люблю. Да и за что любить? За то, что ты лишила меня глаза или за то, что спишь с моим братом? Мне захотелось сейчас поболтать, чтобы отвлечься от всеобщего напряжения. Мало ли что произойдёт. Каждый их приход, — она провела взглядом по комнате, подбирая слова, — не приносит, знаешь ли, радости, а после все как одержимые ещё больше ударяются в «веру». Но что бы я не думала о тебе, Фел, ты действительно сейчас для всех как глоток свежего воздуха. Даже я не удержалась и выбрала тебя, а не своё восхитительное отражение. Нахмурившись, я зашипела: — Я не сплю с Альфредом! Поцеловались пару раз — и всё! Мы же родственники! А за глаз извини, там как бы были другие ставки. Ты меня вообще убить хотела, что мне оставалось делать?! Изуродовала, лишила зрения… Ещё повезло, что я повстречалась потом с Альфредом. Илларинария пожала плечами: — Я не использовала магическое усиление на лапах в тот раз. Иначе не красовалась бы ты здесь, недодраконица наша. Тьфу, смотреть тошно! — Рия! Ты-то знала, что это я, твоя сестра, а я видела перед собой только огромного волка, желающего откусить мне голову! — я ответила криком на крик, хлопнув ладошкой рядом по столу. Надувшись, она отвернулась к окну, но голос снова стал спокойным с ноткой грусти: — Справедливо. Но за глаз всё равно обидно. Как же непросто разбираться в делах давно минувших дней! Я вздохнула и примиряющим тоном ответила: — Я бы правда хотела всё исправить. Нам нет смысла враждовать, Илларинария. Винсент должен был стать Проводником в любом случае, а я просто очистила частицу Духа, и она вознеслась, вернувшись туда, где ей следует быть. По факту все наши с тобой ссоры и все ваши недомолвки с катмером — бессмысленны. Глупые недопонимания, которые привели к не очень приятным последствиям. В дверь постучали, и она, махнув мне рукой, чтобы я сидела, встала сама и забрала завтрак у служанки. Расставив тарелки, эльфийка заметила: — Может, в твоих словах и есть какое-никакое зерно разума, Фелис, поэтому я и не виню тебя во всех своих бедах. Точно так же и ты, здраво рассудив, поймёшь, что я — не источник всех твоих несчастий. Но поверь уж старшей сестре: всегда есть тот, кто виноват в произошедшем. С тобой ли, со мной ли, прямо или косвенно, но он есть. В конце концов, у каждой ошибки есть имя… — она затихла и приступила к трапезе, периодически дуя на рагу из кролика. Некоторое время мы ели в тишине, а потом она опять подняла на меня свой единственный полный грусти глаз. Стоило нам встретиться взглядами, как она отложила ложку и произнесла: — Винсент был таким милашкой. Сначала он заменял мне младшего брата… Знаешь, отец опасался моей необузданности, считал меня чересчур своевольной и безрассудной для моего возраста. Потому и отправил Альфреда подальше. Вроде умудрённый опытом старик, а поступил как перепуганный глупец. Я бы никогда не причинила вред брату, чем бы и как бы сильно ни была увлечена. Элронт разделил нас с Альфредом, чтобы, как он выражался, «моё дурное влияние не перешло и на сына». Как будто забыл, что я вся в него. Хмф! — Рия скорчила недовольную гримасу, после ловко подцепила вилкой кусочек мяса и принялась задумчиво его жевать. — С катмером же… Ох, с юным Винсентом у нас было кое-что общее — мы одинаково любили науку. И это мягко сказано. Этот блеск в глазах, переходящий в безумие, жажда открытия чего-то нового и невероятного… Впрочем, это и стало нашей проблемой. — Вы спали, когда стали взрослые? Она чуть ли не подавилась от моего вопроса. — Ты как всегда, Фелис, одни мужики на уме… — с вызовом и улыбкой она посмотрела мне в глаза, которые я закатила. — Ревнуешь, что ли? Спросишь у него сама, если захочешь. Заодно передашь, что я не держу на него зла. Это был его выбор, и я приняла его. Проглотив еду, я серьёзно посмотрела на неё: — Почему ты решила, что мы общаемся? — Я думаю, что вы не только общаетесь, дорогая. Но ты так говоришь… Я чувствую, что возможно, наш общий котообразный дружок отпечатался не только в твоих словах, но и где-то поглубже… — её взгляд прямо лучился лукавством. Помешав еду, я немного расстроенно выдохнула. Если бы ещё Винсент отпечатался только с хорошей стороны. Но ведь он столько лгал мне, глядя в глаза. Моя спокойная жизнь, возможное счастье — всё это разрушилось в том числе и из-за него… Я сказала тогда, что простила катмера. Но насколько я честна с собой в отношении него, я не знаю до сих пор. — Вернёмся к делам более насущным, Рия. Почему ты собралась ослушаться приказа короля? — Фелис… не то, чтобы я ослушалась. Просто не вижу смысла всё усложнять. Ты и так туда пойдёшь в любом случае. А я не хочу, чтобы его запытали до смерти. Скончается он — и кто будет вместо него? Кто-то из них? — нахмурившись, она продолжила есть. — Тогда ты дрожала, как и все, а сейчас такая смелая. Уже не боишься этих магов? — Не глупи, тот, кто утратил страх, со временем потеряет и жизнь. Я много чего знаю о них, но этого всё ещё недостаточно. Мне известно, что они — воплощение наших грехов. Они питаются чувством вины, умело манипулируя и запутывая. А также силу им дают страх и кровопускание в молитвах раскаяния, которые на самом деле — заклятия для определённого дельца. Ну наконец-то! Хоть кто-то в этом проклятом месте в чём-то да разобрался. — А ты много знаешь, — я с интересом подвинулась ещё ближе, касаясь её коленей своими. — Что за «дельце»? — Меня убьют, если я расскажу. Пойми, Фел, я пытаюсь бороться, но знаешь ли, смелости не очень много остаётся после личной встречи с ними. Ты… теряешься, — странно улыбнувшись, она замолкла, но спустя пару мгновений продолжила уже тише. — Ты и сама сегодня поймёшь, о чём речь. Я промолчала. Сестра же, как ни в чём не бывало, вернулась к еде. Лишь покончив с блюдом, она отложила всё в сторону и уставилась на меня долгим и пристальным взглядом. — Что такое? — не выдержала я, заканчивая трапезу вслед за ней. — Ты больше ничего не спрашиваешь, ничего не просишь… неожиданно. Такая самоуверенная? Ну, так-то я хотела доесть, завтрак как-никак. Аппетит, правда, не очень, когда приходится думать об этих магах. На самом деле, я собиралась после поспрашивать ещё, но она опередила. — И что? Уверенность в своих силах — это не так уж и плохо. — Хм, иногда это может сыграть с тобой злую шутку. Ладно, гляди, что принесла для тебя, — она пошуршала у своего чёрного корсета, после чего разжала поднятый кулак возле моего лица. На руке эльфийки, повиснув на цепочке, поблёскивал кулон из камня сфалерита в золотой оправе. — Знаешь, что это? Я отрицательно качнула головой. То, что это подавляющий магическую силу камень — понятно, не думаю, что она об этом спрашивает. Это ведь знает любой заклинатель. Задрав подбородок чуть ли не к потолку, она мигом обрела былую высокомерность. С широченной, полной гордости улыбкой торжественно произнесла: — Это моя разработка. Её, кстати, уже испытали на тебе! Помнишь встречу с Вильямом у пристани? — Когда мои щиты были пробиты… — Именно. Я тщательно изучала всё, до чего смогла дотянуться, всё, что смогла отыскать о магах ночи. Хорошенько постаралась — и создала этот маленький артефакт — заколдованный сфалерит. Представляешь? Его природа весьма схожа с силой наших загадочных друзей. Нужно было проверить его в действии. Зная, какой ты можешь быть занозой в одном месте, я дала его Вилу. У тебя же много всего намешано в крови, но раз артефакт сработал, то и против них, возможно, будет прок. А то будет не очень приятно, если сегодня убьют и Лонвэя, и тебя… Отец точно будет на меня ругаться, — нахмурившись, словно мы говорим о какой-то ерунде, а не о человеческих жизнях, она вложила мне кулон в руку. Я с раскрытым ртом продолжала смотреть на сестру. — Да не переживай, у меня скоро ещё один будет, я его почти усовершенствовала… Так что бери, пока даю. И давай я помогу тебе собраться и сотворить иллюзию понадёжнее.
