Милость Ночи [Дар и Проклятие ч.2]

      Я вошла в свои покои и застала врасплох переодевающегося Рихтера. Глаза скользнули по роскошному телу, и я быстро отвернулась в смущении:       — Прости, я не думала…       Оказавшись рядом, он придержал меня за кисть, не дав выйти:       — Ты чего, Фелис? Мы же спали вместе не раз. Забыла, как я выгляжу?       — Почему переодеваешься? — я подняла глаза на расстёгнутую рубашку, впопыхах накинутую поверх штанов.       — Хотелось что-то поудобнее надеть, мы же полдня гуляли. Ещё и этот облегающий костюм… Да и ты же сама ходишь в их нарядах. У авкаверонцев вся одежда слишком плотно прилегает к телу и сковывает движения. До сих пор не могу привыкнуть. А тебе корсет не давит?       — Корсет?.. Я как-то и забыла о нём.       Столько всего произошло за последнее время, что об одежде я бы подумала в самую последнюю очередь.       — Помочь снять? — Рихтер навис надо мной, выжидая. Его пряди упали на открытую грудь, и у меня пересохло в горле.       — А? Да, можно, — скользнув у него под рукой, я подошла к постели. Перекинула волосы наперёд.       Рихтер приблизился и начал медленно расшнуровывать корсет. Я ощутила дыхание на затылке.       — Что такое?       — Почему распустила волосы, мешали? — очередное касание горячего выдоха к моей остывшей коже на шее вызвало приступ мурашек.       И что мне сказать, чтобы он не разозлился? Помню, уже была в похожей ситуации, и умалчивание ни к чему хорошему не привело.       — Ивеллиос распустил…       — Вы зовёте друг друга по имени? — его пальцы продолжали медленно расшнуровывать корсет, давая мне больше свободы в груди.       — Да, мы же дружим.       — Что ещё вы делаете? Что он делал с тобой в своих покоях? Он касался тебя? — тон был спокойный, но мне было не по себе.       — Да, но не так, как ты подумал. Прекращай, Рихтер.       Я развернулась и твёрдо посмотрела в его глаза, хотя он и на голову выше меня. Сложив руки на груди, недовольно продолжила:       — Зачем ты спрашиваешь меня о таком? Тебе интересно, что у меня с другими? Важно ли это вообще, если я сейчас с тобой? Я выбрала тебя, Рихтер. И другие для меня остались на уровне друзей. Не больше.       — Даже кот?       — Винсент? Причём здесь он?       В груди неприятно заныло. У меня хорошие отношения с Винсентом, но не думаю, что это любовь: у нас даже близости не было. Он просто заботился обо мне, старался загладить вину, смягчить последствия своих проступков, или что… я не знаю.       — Винсент намного более учтив… он всегда был рядом с тобой. Можно даже сказать, что он спас тебя от меня.       — Но он не смог осободить меня от Люксурии. Никто не смог. Это сделал ты. Не говорит ли это о том, что к тебе я чувствую намного больше, чем к другим?       — Да? — Рихтер хмыкнул, выгнув бровь. — Помнится, я даже переживал об этом в какой-то момент. Тревожился, что мои чувства — это всего лишь твоя магия внушения. Что ты меня просто влюбила в себя силой. Так быстро пал перед тобой, что даже не верил, что такое возможно. Так отчаянно влюбиться в кого-то…       — Что же ты, такой сомневающийся, сделал мне предложение?       — Я не вижу своей жизни без тебя. Ты мне нужна, какой бы вредной не была.       Его губы резче обычного коснулись моих. Я обвила его шею руками, задевая горячую кожу под льняной рубашкой. Не прекращая поцелуй, дракон довольно быстро заскользил по моему наряду руками, скидывая на пол корсет и вслед за ним платье. От ткани под ногами я чуть ли не упала, но Рихтер подхватил меня и осторожно уложил на постель.       Поцелуй становился всё глубже и развязнее. А моё тело, несмотря на наготу, раскалялось всё больше и больше. Оторвавшись от губ, он опустился на шею, давая мне глотнуть воздуха. Я немного напряглась. Утренняя встреча болезненным эхом отозвалась в голове, вынуждая меня растеряться.       — Что-то не так? — Рихтер, словно ощутив это, навис надо мной и посмотрел в глаза.       — Просто, давно не было…       — Только не говори мне, что эльф крови ни с кем не занималась сексом после меня.       — Вообще-то так и есть. Сомневаешься? — я прищурилась. Стало обидно, ведь в реальном мире я действительно ни с кем не спала. Но эти глупые предрассудки об эльфах крови слишком уж устойчивы: судят всех по одному.       Довольно улыбнувшись, он вновь приблизился к моей шее, шепнув:       — Наоборот, мне приятно это слышать.       Нежно касаясь, он продолжил покрывать тело поцелуями, опуская их всё ниже. Я застонала, выгнувшись. Кисти скользнули на его спину, впиваясь ногтями в плечи. Я всё больше прижималась своим телом к его.       — А ты нетерпеливая. Настолько соскучилась? — чуть приподнявшись, он опустил руку вниз.       Ощутив его пальцы, я смущённо отвернулась от его пронзительного властного взгляда. Ласки отдавались эхом стонов по всей комнате. Пока губы мужчины не поймали мои, поглощая все звуки. Наши языки скользили друг по другу, пока я, дрожа всем телом, не закончила.       Жених опустился рядом со мной на кровать и ловко пересадил меня к себе на руки. Отрывисто дыша, я подняла руку на его лицо и начала двигать бёдрами, ощущая под собой горячую плоть. Рихтер приоткрыл рот и тяжело задышал, когда я оттягивала сладостный момент.       Закусив губу, провела ладонью, по рельефному телу под собой. Когда моя рука оказалась внизу, он подхватил мои бёдра и начал медленно насаживать меня ещё сильнее.       Сердце забилось, как сумасшедшее, когда он полностью оказался во мне и стал набирать скорость, придерживая ягодицы. Мой стон то и дело раскалял воздух, пока Рихтер обжигал дыханием мою шею и слегка покусывал её, между делом входя всё глубже.       Не выходя из меня, дракон положил меня на спину и продолжил сверху. Я старалась подавить громкие вскрики, но они так и норовили вырваться на свободу. Наши полные желания глаза обменивались вожделеющими отблесками и искрами.       Мы занимались любовью очень долго. Тяжело дыша, срываясь на стоны, царапая друг друга от прилива чувств, целуя каждый сантиметр тела друг друга и покрываясь мурашками, когда пробовали что-то новое. И целуясь так много, что опухли губы.       Не желая останавливаться ни за что.       Спустя время, когда мы совсем выбились из сил, он шепнул мне на ухо, доставая из меня хвост:       — Ты невероятная…       Я лишь улыбнулась, поднявшись с его бёдер, и легла на плечо. Глаза устало закрылись.       — Ты в порядке? Мне было очень хорошо. Спасибо тебе…       Аккуратный поцелуй в щёку вынудил немного приоткрыть веки и тихо ответить Рихтеру:       — Да… Мне тоже… очень понравилось…спасибо…       — Похоже, я немного перестарался. Я наберу ванну и отнесу тебя туда, а пока отдохни.       Отдохнуть я согласна. Проклятие… Как же давно у меня не было близости. Такой хорошей, чтоб до изнеможения. Чувствую себя превосходно… но я сейчас словно потеряю сознание. Сил нет вообще. Может, будь у меня сейчас магия, хоть немного было бы легче.       Рихтер вернулся и аккуратно поднял меня на руки:       — Я залечу тебя, прости. Может, я местами был груб и не рассчитал силу.       — Просто устала… всё хорошо…       Я была очень благодарна, что он помог мне помыться, а после аккуратно уложил меня в чистую постель. Думаю, мой сон не обсуждается. Пускай и вечер, но после такого я спокойно буду спать до утра.       Так и случилось. Я проснулась очень рано в тёплых объятиях своего любимого дракона. К моему удивлению, тело ничуть не болело — Рихтер, наверное, всё залечил. Отличное вчерашнее времяпровождение благотворно сказалось на моём душевном состоянии. Секс творит чудеса.       Приподнявшись, я коснулась чешуйчатой скулы. Длинные смоляные ресницы чуть приоткрылись, оголяя хищные, зелёные глаза.       — … выспалась? Как себя чувствуешь? — настолько сонный, что даже слегка не разборчивый голос, приятно коснулся души.       Склонившись, я легонько поцеловала его.       — Рихтер… я люблю тебя…       — Я тебя тоже. Будем вставать?       — Да, но если ты хочешь — поспи ещё немного. Я пойду к отцу. Что-то мне подсказывает, что он и не ложился. Небось всю ночь готовил артефакты.       — Хорошо, я тогда ещё полежу немного…       Закрыв глаза, он довольно быстро тихо засопел. Убрав прядь с его лица, я аккуратно подняла руку дракона и выскользнула из постели.       Одежду уже сейчас решила взять более подходящую для путешествия. Пока есть время, может, отец чему-то полезному научит… Хотя вернулась ли магия? Стоит ли проверить сейчас или лучше у него в комнате?       По ощущениям словно ничего не изменилось. Но при этом я не чувствую себя пустой. Возможно, я просто пребываю в хорошем расположении духа после близости? Как-никак эльф крови.       Так, ладно, нужно сперва одеться. Натянув лосины тёмно-бордового цвета, а на них высокие чёрные сапожки, я принялась рыться в шкафу. Возьму мужскую рубашку, она довольно-таки длинная — будет красиво. И сверху… вот этот корсет под цвет лосин, с вышивкой роз, да ещё и со шнуровкой спереди — удобно. Волосы расчесала и собрала в хвост, выпустив спереди две пряди.       Тихо выскользнув из комнаты, я оглянулась. Пустота. Интересно, сколько времени? Может быть, ещё слишком рано? Хотя уже довольно светло, но может, во дворце опять какой-нибудь торжественный завтрак устроили или вроде того, поэтому слуг и не видно.       Я прошлась по коридору и застыла возле окна с красивым видом. Золотистый рассветный цвет с каждой секундой рассеивался всё больше.       Прикрыв веки, я вдохнула утреннюю прохладу. Ветер всколыхнул волосы, и я постаралась ощутить всю благодать этого мира. Представить, словно через меня проходит всё это и пробуждает жизненную силу. Как же хорошо. Я счастлива. Удивительно, что даже без магии я чувствую себя столь безмятежно. На своём месте.       — Спасибо тебе за всё, мир… Спасибо за ещё один шанс…       Я, конечно, не кошка, но по ощущениям успела столько жизней прожить, да и на грани гибели была не раз. Но теперь я поистине люблю и буду беречь жизнь. Чувствую, как моё желание и благодарность стремятся ввысь…       Открыв глаза, я увидела огромную стену воды перед собой. И своё отражение в ней.       Ахнув, сделала пару шагов назад. Не может же быть, что это я сделала?       Стена из воды, потеряв контроль, дрогнула. Испугавшись, я выставила руки перед собой в попытке совладать со стихией. Вдруг по бокам от меня оказались чьи-то руки. Ощутив спиной тело, я не успела среагировать, потому что всё внимание было на водяной стене. Аккуратно, словно сминаемый листок бумаги, водная гладь начала складываться и в конце концов вернулась обратно в фонтан за окном.       Я вновь ощутила дуновение ветра — препятствия ему больше не было. Слева от меня мелькнула моя прядь вперемешку со знакомой голубой. Тело будто пронзил болезненный разряд. Отвратительные воспоминания произошедшего в покоях принца скрутили внутренности узлом.       — Ты чего балуешься с водой? — добрый голос Ивеллиоса для меня прозвучал как пощёчина.       Я вздрогнула. Спереди окно, сзади — он. Действительно ли вернулась моя магия или я просто сломаю ноги, когда выпрыгну из окна?       — Фел? Ты чего дрожишь? Тебе плохо? — развернув меня за плечи, принц с тревогой заглянул в мои глаза. — Фелис…       Ничего не могу сказать. Живот разболелся, ноги подкашиваются. Юноше я могу явить лишь стеклянные глаза, едва сдерживающие слёзы. Почему?       — Ивеллиос… — опустив взгляд на его дорогие сапоги, — я… прости, как ты себя чувствуешь?       — Почему ты плачешь? — рука потянулась к моей щеке, но я ощутила лишь боль от того, как он совсем недавно этой рукой чуть не задушил меня, и отшатнулась назад. — Боишься меня? Мы ведь так хорошо дружим… почему же?       Нужно было срочно исправлять ситуацию. Дракон, судя по всему, не помнит произошедшего. Мне кажется, что не стоит ему вспоминать. Кто знает, как оно повлияет на него?       Я глупо засмеялась.       — Ивеллиос, прости. Дурной сон приснился. Совсем выбил почву из-под ног… Так как ты?       В недоумении он склонил голову набок:       — Правда сон? А почему ты спрашиваешь, неужели тебе донесли, что я вчера перебрал? — отведя взгляд в сторону, он стыдливо спрятал глаза, но перевёл всё в шутку в своей манере. — Прости, что тебя не позвал, я искал… правда, но ты куда-то запропастилась. Поэтому вот так вот и вышло. Пришлось пить за двоих… — он развёл руки в стороны.       — Ни…ничего… — как я ни старалась, но мой голос чуть дрогнул.       Действительно, не помнит… но так даже лучше.       — Эй, ты правда нормально себя чувствуешь? Стояла такая милая, а сейчас бледнее снега.       — Прости, я спешила к отцу… то есть, к Элронту.       Схватив меня за руку, он принялся меня тащить с весёлой улыбкой.       — Точно-точно, ты ведь мне говорила, что он твой отец. Вот это я удивился, когда узнал! Вы одновременно и очень похожи, и такие разные. Ты совсем иная, необычная, — он махнул второй рукой перед моими глазами на ходу и заговорщицки подмигнул. — Фелис, я рад, что у тебя такая семья. Не поверишь, но Элронт довольно часто заменяет отца и мне. Он очень мудрый и опытный.       — А? — я будто была где-то не здесь. Видела только его и не понимала, чему верить. Кто он? Тот, кого я вижу сейчас — добрый парень, сдерживающий внутренних демонов? Или демон, скрывающийся за хорошей маской? Ведь раньше, когда мы выпивали вместе, он так себя не вёл… или я просто не помню…       Мы повернули за очередной угол, а он всё продолжал тащить меня за руку. Покои отца и принца находились в одном направлении, и это меня пугало.       — Мы же к Элронту идём? Верно?       Остановившись, дракон повернул ко мне голову.       — Ты точно в порядке? Ты же сама сказала, что шла к магу, нет? Куда нам ещё идти?       — Но… — глаза заметались по полу, — я ведь могу и сама… Разве тебе тоже к нему нужно? И рука… это странно выглядит со стороны. Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы, — сделав шаг назад, я отдалилась, руки чуть натянулись в ожидании разрыва.       Я-то его за руку и не брала. Наоборот, сейчас моя рука лишь слегка касалась его и дрожала. Но принц не спешил разжимать свою. Повернувшись полностью в мою сторону, он заговорил:       — Да, он хотел со мной поговорить, поэтому я и направлялся к нему. Разве я не могу провести тебя? У тебя разве нет проблем важнее, чем думать, будут ли шептаться слуги, глядя на нас? Хочешь забрать у меня и это? — голос Ивеллиоса изменился.       — Я не понимаю… — хотела было возразить я, но ощутив на себе тот же пронзительный взгляд, что и вчера, решила, что лучше сейчас подыграть и побыстрее добраться до отца.       Старательно придавая голосу нужный тон, я натянула улыбку:       — Не понимаю, почему мы остановились… хах, нужно поспешить, — сжав его руку, я сделала шаг вперёд, потянув за собой принца.       Но он даже не шелохнулся. Перебарывая себя, я обернулась.       — Ты ведь не заходила ко мне вчера? Верно?       — Я… Ну я… почему ты спрашиваешь? Пожалуйста… — как только я произнесла последнее слово, он отпустил мою руку. В глазах принца я увидела испуг и отрицание. Неужели, он вспомнил мои многочисленные просьбы прекратить? Что мне сейчас делать? Бежать к отцу? Что, если Ивеллиос вспомнил и захочет продолжить?       Я медленно сделала ещё шаг назад. На всякий случай.       — Давай мы всё же дойдём к Элронту… — мне не хотелось верить в плохое, мне хотелось верить в того, кого я ранее знала только с лучшей стороны. Несмотря на то, что произошло.       И сейчас, глядя на страх в глазах принца, на то, что он понял… я нашла в себе силы простить.       Протянув руку вновь, я посмотрела в его глаза с надеждой. Ивеллиос диким взглядом уставился на мою ладонь и, запинаясь, выдавил из себя:       — Как я могу взять руку… которая так сильно дрожит?.. — его голос немного окреп. — Как я могу позволить себе коснуться тебя после того, как вместо обещанного покоя подарил страх?       — Все совершают ошибки. Из-за них от меня вообще должны были все давно отвернуться, но правильно ли это? — я насильно схватила его руку. — Пойдём. Хватит. Если ты не можешь касаться, это сделаю я.       Он всё же послушался и медленно пошёл за мной. Время от времени дракон разрывал повисшую тишину вопросами, продолжая прожигать меня странным взглядом.       — Тебе не противно быть рядом?       — …       — Ты меня не ненавидишь?       — …       — Сильно боишься?       — …       — Не простишь? Дружба разрушена?..       Раскрыв дверь отцовских покоев, я буквально втянула принца внутрь. Ивеллиос уже явно не горел желанием встречаться с Элронтом.       — Папочка, приветствую, — но в комнате было пусто. — Пап? — я осмотрелась. Зная его способности и то, как он может чем-то увлечься, позабыв обо всём вокруг, я предположила, что он, возможно, будет в своей второй комнате.       Подойдя к месту, где был вход в тайную комнату, я коснулась рукой стеллажа. Может, он и правда там? Стоит ли мне попытаться зайти внутрь? Помнится, он не особо желал посвящать меня в тайны этого места. Вот только ожидать его тут с принцем наедине тоже не очень хочется. Столько напряжения, когда смотрю на него. Да и вдруг отец вообще там уснул? Нужно проверить наверняка.       — Ивеллиос, подожди здесь, хорошо? Я проверю кое-что.       Он лишь неловко кивнул и занял место в кресле. Я вновь повернулась к стеллажу, осматривая корешки книг. Так, мы же родственники, это должно быть что-то понятное для нас. Может, какая-то книга об эльфах крови? Наугад я подёргала пару книг, но безуспешно. С чего я вообще решила, что такой примитивный способ должен сработать? Вполне может оказаться и какой-то скрытый выступ или рычаг.       О, а это что? Я улыбнулась, заметив потрёпанную детскую книжку со сказками среди серьёзных фолиантов. О, Духи, это ведь мои любимые с детства… а…       Стоило мне вытянуть книгу, как что-то щёлкнуло и стеллаж отъехал в сторону. Я с опаской обернулась на принца. Но его, похоже, это не очень интересовало. Опустив голову на руку, он даже не смотрел на меня, буравя стену остекленевшим взглядом. Ему что, вообще не интересно? Или знает об этом? Впрочем, это не имеет значения. Мне пора.       Я шагнула в темноту. По сторонам зажёгся свет, отозвавшись на моё движение.       Комнатка оказалась не такой уж большой. Два книжных шкафа с ещё более потрёпанными книгами, какие-то пожелтевшие свитки. Между шкафов находился стол с раскиданными на нём развёрнутыми пергаментами. Там же стояла шкатулка с вываливающимися драгоценностями. Пылью даже и не пахло, значит, отец здесь часто бывает.       Меня привлекли блестяшки, и я шагнула к столу, наклонившись над переливающимися камнями.       Проклятие, неужто драконья кровь даёт о себе знать? Раньше не питала слабости к такому… Но стоило мне улыбнуться забавной мысли, как улыбка медленно растаяла, когда глаза зацепились за странный текст и рисунки.       — Что за…       Отодвинув в сторону блестяшки, я достала заинтересовавший меня пергамент. Казалось, дыхание замерло, пока глаза скользили по тексту, сопровождающему большой узорчатый круг. В груди болезненно защемило. Я перестала ощущать и жизнь, и время, и то, что в мире осталось что-либо, помимо расплывающейся картинки перед глазами…       — Фелис?       Я дёрнулась, выронила свиток и пугливо обернулась к подошедшему сзади отцу. Из глаз потекли слёзы.       Я сбивчиво затараторила:       — Какого демона, отец? Что это такое?!       Он махнул рукой позади себя, и я увидела мерцающую магическую стену, закрывающую выход.       — Ты точно хочешь обсуждать это сейчас, когда снаружи ждёт принц? Я вроде просил не заходить тебя сюда.       — Да? А ещё ты вроде хотел доверия между нами! А ты, оказывается, обо всём знал?! Ты знаешь, кто такой Данталион?! И мало того… — со злостью обернувшись, я схватила проклятый лист и, судорожно сжимая, затрясла им перед лицом отца. — Да я даже не знаю, что сказать! Я в ужасе! Такое ощущение, что вы все решили меня окончательно добить!       — Успокойся, пожалуйста, Фелис. Это не совсем то, что ты думаешь. Я и не думал, что это один и тот же Гений. Мог лишь догадываться по некоторым известным мне моментам, но я ведь не знал наверняка. Ты ведь сама узнала это имя только тогда, когда контроль над тобой захватила Люксурия.       — Серьёзно?! «Успокойся»?! И ты, наверное, хотел сказать: «Сиаль», а не Люксурия?!       Его лицо исказило негодование, он взмахнул указательным пальцем в мою сторону, и нахмурившись, строго произнёс:       — Не смей. Даже не думай забивать голову этими глупостями! Твоя сестра мертва! За Куполом всё мёртво, Фелис. Это мир демонов, лишённый жизни и навечно проклятый. И как только Данталион забрал её в качестве платы, она стала частью того мира. Она умерла!       — Нет! Она много всего пережила… Этот Данталион преобразил… перешил её, но она по-прежнему моя сестра и твоя дочь! Как ты можешь так легко отказаться от неё? Я не верю, что это говоришь мне ты…       Слёзы лились уже настоящими ручьями. Я не понимала, как такое могло произойти.       Это тот самый демон, чтоб их всех… Почему спустя двадцать лет многострадальный север вновь столкнулся именно с ним? Неужели отец оставил какую-то брешь в Куполе после связи с тем миром, пусть и непреднамеренно? Почему этот «Господин» Данталион опять вернулся… Ещё и с ней.       Я почувствовала, как мои плечи обхватили и хорошенько встряхнули, вынуждая оторвать взгляд от тёмного пола. Голос отца был спокоен и полон уверенности, но я ощущала, как трудно ему было говорить.       — Фелис, успокойся. Я понимаю, как это может звучать, но поверь мне. Люксурия, каким именем её не называй, не принадлежит этому миру. Ты сама сказала, что она много чего пережила. Если её вернуть под Купол, она здесь погибнет. Всю жизнь под Куполом нас с тобой питает сила Духов Стихий, а их магия для неё — смертельный яд. Мне правда очень жаль… Но я не могу ничего сделать против того мира. Исправить всё, что случилось. Даже если предположить, что ты права… Пусть вы и близнецы, между которыми есть особая связь, но даже так, вы… разные. Вы слишком разные. Как жизнь и смерть.       Несмотря на ощущение спокойствия, разливающееся по телу из-за магии отца, я никак не могла унять слёзы. Никогда. Никогда в жизни я не была настолько беспомощной, как сейчас. Это такое страшное чувство, когда ты ничего не можешь сделать. Только смириться.       Крепко обняв, Элронт погладил меня по голове:       — Фелис, мне жаль. Отпусти её. Ты можешь порадоваться, что она… — отец запнулся, подбирая слова, — существует там, что она жива. Но это всё, что ты можешь сделать.       Впиваясь ногтями в его плечи, я зарыдала не сдерживаясь. Как я могу порадоваться? Те её мысли, весь тот ужас, который она пережила… Разве это жизнь? Это сплошной страшный сон, бесконечный кошмар, который она привыкла принимать за действительность. Может, смерть для неё была бы милосердней, чем такая «жизнь».       — Я не могу… Я не могу, отец. Ты не видел… Не знаешь, как ей тяжело… Я не откажусь от неё…       Тело на мгновенье сковало так, что я не могла ни пошевельнуть пальцем, ни даже вдохнуть. В глазах потемнело, а все чувства, звуки и запахи исчезли.       Пошатнувшись, я чуть ли не рухнула на пол, но почувствовала, как отец придержал меня.       Я не понимала, что происходит. Отстранившись, оглянулась. Позади высились книжные шкафы. Я ведь… я ведь пришла в комнату отца с Ивеллиосом. А потом что-то…не могу вспомнить, всё как в тумане.       — Отец? Где мы?       — Ты, похоже, переволновалась от встречи с принцем, поэтому немного сознание помутилось. Ты вошла в мою комнату, и вот я подошёл к тебе. Испугал? Не хотел, извини. Я наложил на тебя заклинание спокойствия.       — Да? Спасибо большое, папочка.       Я тепло улыбнулась, глядя в серьёзные глаза отца.       — Не стоит благодарности. Заботиться о детях — обязанность родителей. Не хочу, чтобы тебя что-то тревожило. Ты должна жить и радоваться жизни…       — Ты преувеличиваешь. Я смогу полностью простить принца, просто на это нужно время.       — Да… ты права. Просто нужно время.       Мы покинули эту небольшую комнатку. Дверь за мной закрылась, оставив какой-то странный осадок внутри. Да и отец какой-то странный. Наверное, недосып сказывается. Посмотрев в сторону, Элронт сказал:       — Ваше Высочество, не думал, что Вы придёте ко мне вместе с Фелис.       Ивеллиос вскочил с места, подходя ближе:       — Элронт, скажи мне, это сон или правда?       — Я запрещаю Вам пить. Раз алкоголь так влияет на Ваше сознание.       — Я бы не стал! Не смог! Этого не может быть! — он схватил меня за руку. — Фел, скажи мне правду, я действительно вчера к тебе приставал?       Как бы мне хотелось смолчать. Но раз уж он сам так хочет.       — Да, но сначала чуть ли не задушил…       Он растерялся, услышав меня.       — Я не помню… я не помню такого!       Взяв его руки, я положила их себе на шею. Может, то, что рядом был Элронт, сделало меня такой смелой. А возможно, и понимание, что моя магия, скорее всего, вернулась, прибавило сил и твёрдости. Глядя в его напуганные синие глаза, я тихо спросила:       — А так? — я продолжала удерживать его руки на шее.       — …       Я заметила, как отец нахмурился и, вздохнув, произнёс:       — Он сильно хочет тебя поцеловать, но не более. Перестань пытать его, Фелис.       Мы с Ивеллиосом одновременно покраснели и отвели друг от друга глаза.       — Ваше Высочество, присядьте на кресло, я сейчас подам чай. А ты, Фелис, садись на софу.       Вскоре он подал нам чашки и занял место возле меня. Дождавшись, пока каждый из нас сделает по глотку, отец продолжил:       — Если мне не изменяет память, Ваше Высочество, Вам скоро предстоит уехать в Элатрикс для обмена опытом?       — Да как же, «обмена»… Это из-за Майры. Я всё понимаю, — принц скривился, но всё же оставался спокойным.       Я поставила чашку на стол и решила, что тоже нужно сказать, что думаю:       — Ты ведь её даже не видел, вдруг она тебе понравится? Не стоит быть таким непреклонным…       — Мне уже нравится кое-кто… — принц отвёл взгляд, делая глоток.       Что-то мне подсказывает, что я знаю, кто… и судя по отцу, он тоже понимает.       Элронт устало выдохнул:       — Она уже обручена.       Принц подавился и, пытаясь откашляться, отставил чашку. Я хотела помочь, но отец остановил меня, продолжив:       — Отставим формальности, они тут ни к месту. Ивеллиос, ты понимаешь, что вы с Фелис не можете быть вместе? Никак не можете, как бы ни хотелось. Этот союз обречён.       Выровнявшись, дракон ответил:       — Я всё понимаю, знаю ведь, как принято. Но так обидно, что я не могу решать сам… возможно, если бы я не был принцем, всё было бы иначе… — он серьёзно посмотрел на Элронта. — Я ведь и так стараюсь. Во всём всех слушаюсь, постоянно занимаюсь королевскими делами, даже теми, которые не входят в мои обязанности. Неужели жену мне нельзя выбрать самому? Даже это у меня забрали. Какой смысл вообще в такой жизни?       Глаза принца словно потускнели, и я увидела в них лишь отчаяние и безысходность. Мне даже стало жаль его. Придав голосу уверенности, я обратилась к нему, силясь подбодрить:       — Ивеллиос, пожалуйста. Хотя бы попробуй, познакомься. Вдруг Майра не такая уж и плохая? Да и родители, несомненно, хотят, чтобы ты был счастлив. Чтобы у тебя всё было хорошо. Родители никогда не сделают для своего ребёнка ничего плохого и тем более не оставят в беде, верно? — я взглянула на отца.       — Да… — Элронт довольно резко обернулся к принцу, а в его голосе зазвучали металлические нотки. — Ты в первую очередь их сын, и только после — наследник правящей семьи со всеми формальностями. Фелис права.       — Я буду счастлив с Фелис! — выпалил Ивеллиос.       Маг закатил глаза:       — А ты её спросил? Она помолвлена по любви, а не обязательствам.       Принц в недоумении уставился на меня. Он что, действительно думал, что меня заставили?       — Это правда. Я люблю Рихтера.       — Ясно… — Ивеллиос тотчас поник, а после с трудом ответил. — Мне… мне нужно будет время. Но я постараюсь принять это… ради тебя, Фелис. Я пойду…       Он поднялся и, не отрывая взгляда от пола, направился к двери.       — Ваше Высочество! — Элронт с лёгкой улыбкой окликнул принца и, когда тот недовольно обернулся, заявил. — Повторите все заклинания, которые мы учили на прошлой неделе. Я зайду через час и проверю, насколько Вы их усвоили.       Нахмурив брови, Ивеллиос скривился, но всё же кивнул и вышел.       — Лучше его занять чем-то. А то надумает ещё себе. Я потом с ним ещё обо всём поговорю, — я с тревогой посмотрела на отца. — Та не смотри ты так жалобно. Всё с ним будет в порядке. Молодость — время ошибок.       — Надеюсь. Мне правда жаль, что я создаю тебе столько проблем, пап.       — Фелис, полно тебе… Я увидел в его воспоминаниях, что к тебе вернулась магия. Это ли не чудесно? Давай лучше думать о хорошем.       Поднявшись, я прошлась по комнате, обдумывая его слова. Он прав. Нет времени на всякие глупости.       — Да, магия вернулась. Но я переволновалась, и если бы не принц, я бы…       Перебив меня, Элронт с улыбкой махнул рукой.       — Я бы всё исправил. Давай, намагичь чего-нибудь…       Я осмотрелась. Жалко портить отцовские вещи, да и страшновато. Остановившись взглядом на чашке, я вдохнула, и та с шумом влетела в стену. Я вскрикнула:       — Извини, пап! Я даже не успела как следует сосредоточиться! Магия какая-то странная, словно на пару шагов впереди. Не успеваю её обуздать.       — Ещё раз. Успокойся и попробуй ещё раз, голуба. Ты слишком нервничаешь.       Может и так, я действительно вновь разволновалась после разговора с Ивеллиосом. Даже чай отца не особо помог.       Так, нужно успокоить дыхание и чётче сформулировать желание в голове.       На себя накладывать что-то в таком состоянии я не особо горела желанием. Тогда что? Голову будто покинули все дельные мысли. Я опять вернулась к бедной разбитой чашке. Решила вернуть всё на место и собрать разлитую жидкость…       Но желание осуществилось быстрее, чем я начала вливать силу в него. Чашка собралась и с собранным чаем быстро оказалась на месте.       — Прекрасно, ты вернула во времени или собрала?       — Я не понимаю. Скорее собрала. Я ведь ни первое, ни второе даже не учила ранее. Просто подумала и всё. Посмотри мои мысли…       Похоже, и здесь вышло не так, как планировалось. Почувствовав, что пытаюсь влезть в голову собеседнику, сама того не осознавая, я замерла и жалобно взглянула на Элронта.       — Прости, пап. Не знаю, что со мной…       Отец задумчиво посмотрел в потолок, а после ответил:       — Фелис, думаю, причина в крови. Помнишь, о чём мы говорили вчера? Возможно, ты начала усиливать сама себя, но обуздать это не в состоянии. Я думаю, нужно разбавить твою кровь. Возможно, таким образом она будет расходовать избыточную силу на преобразование вновь поступившей, и ты сможешь, как и раньше, контролировать магию полностью… По крайней мере, в теории, — он поднялся и подошёл ко мне. — Я не говорю, что это плохо. Просто пока твои мысли и навыки не поспевают за силой. Сейчас попробуем. Если станет легче — просто придётся чаще пить кровь.       — Но пап, если ты говоришь о своей, то я боюсь, что будет ещё хуже! Она ведь тоже насыщена магической силой. Если меня и так переполняет магия, а ещё и твою добавим — не перестанет ли она меня слушаться окончательно?       — Хороший вопрос… — он задумался, вновь переведя взгляд вверх и потирая острый подбородок.       — В Ахрии у меня было нечто подобное… Тогда Рихтер запечатал часть силы в кулон. Может, нужно просто запечатать немного?       — Она же всё-таки не вышла из-под контроля совсем… Зачем лишать тебя силы, хоть и частично? Нужно что-то другое, попроще… Чтобы было под рукой. Да… где там Вильям?       Я не успела возразить, как он щёлкнул пальцами, и мы переместились в другую комнату, залитую светом.       Вильям мирно спал в постели, на спине. Каштановые волосы были растрёпаны, рубаха не до конца застёгнута, нога торчала из-под одеяла, а руки были раскинуты в разные стороны.       — Это вторжение в личное пространство, так нельзя, — я очень тихо, но с осуждением заявила отцу.       — Он не проснётся. Вперёд, Фелис, кусай!       Я что, псина какая-то? Не испытывая никакого восторга от происходящего, я всё же послушно полезла на кровать. Быстрее начну — быстрее закончу. Взяв руку спящего, я вонзила клыки и сделала пару глотков.       Вкусненько. Давно я не баловала себя подобным. Прикрыв глаза, я с наслаждением сделала ещё один глоток. Такое ощущение, что я от этих будоражащих эмоций даже возбудилась. Интересно, а если я после этого укушу Рихтера? По логике отца, кровь Вильяма утихомирит своенравную магию, поэтому проблем быть не должно. Но, наверное, лучшим способом будет самый очевидный — хорошенько выложиться, намагичить побольше да посложнее, чтобы потом восстановить силу кровью дракона.       — Фелис?       Я почувствовала лёгкое прикосновение к своему единственному рогу.       — А? — я открыла глаза, выныривая из раздумий.       На меня полным непонимания взглядом смотрел только что проснувшийся Вильям.       Оторвавшись от его руки, я резко обернулась. Отца и след простыл. Вот за что он так со мной? Чтобы я сразу и проверила магию на таком нервном в последнее время Вильяме?       — Вил… я всё объясню, не беспокойся.       — Да не то, чтобы я беспокоился. Если ты закончила — останови, пожалуйста, кровь, — Вильям был на удивление спокоен.       Демоны, я как-то растерялась даже. Хорошо, что он нормально отнёсся к увиденному. Я подхватила вытекшие капли языком и быстро залечила ранки от клыков. Это получилось так же, как и раньше, без каких-то непредвиденных чудачеств. Значит, и правда сработало. Как и предполагал отец.       — Так, а что ты делаешь у меня на кровати, помимо вкушания крови? Слишком проголодалась? Я бы не отказал, могла и разбудить…       Я подвинулась на край постели, уводя глаза от его открытой груди, выглядывающей из-под рубашки.       — Ко мне вернулась магия. Но из-за мутировавшей крови она слишком… непослушная. В общем, нужна была «спокойная» кровь, дабы моя чуть поутихла.       — Но ты же приобрела такой облик ещё раньше; в Белвосе, я помню, ты была уже такой. Почему тогда получалось нормально пользоваться магией?       Хм… а он прав. Может, потому что была в другом состоянии или тогда мутация не зашла так далеко? Или…       — Под защитой… — прошептала я вслух от осенившей меня догадки.       Всё время, пока я была в Белвосе и до того момента, как Люксурия полностью овладела моим телом, у меня было кольцо, которое дал Винсент. Но потом оно треснуло, и магию я, точнее Люксурия, вообще старалась не использовать, не говоря уже о том, до чего она довела моё тело. Может, поэтому всё так и вышло? Люксурия вовсю использовала магию в битве с Рихтером… А сейчас я наконец-то пришла в себя, который день в сытости и покое… может, ещё и секс повлиял, и вот, наконец-то, магическая сила полноценно восстановилась. Но, получается, нет того, что уравновешивало бы её новое свойство, как кольцо Винсента ранее. Раз кровь в благоприятных условиях сама начала усиливать накопленную магию — её просто стало невозможно полноценно контролировать с моим-то уровнем способностей. И вот, как и предполагал отец, я выпила почти обычной крови с очень слабой магической силой — и моя отвлеклась на преображение вновь поступившей. Интересно, надолго ли этого хватит?       — Фел… Фел… ты здесь? — перед глазами активно замахала рука Вила.       Покачав головой, я ойкнула:       — Прости, я задумалась…       — Я заволновался. Не пугай так больше, ладно? — он подвинулся ко мне, положив руку на плечо.       — Ты за питье крови, ха-ха? — я засмеялась, неуклюже переводя разговор в другое русло.       — Хах, ладно, за него тоже…       Может, он слишком сонный, поэтому не стал допытываться. Но это и хорошо: я сама ещё не понимаю, верны ли мои догадки.       — Ты извини, что разбудила, Вил. Можешь спокойно досыпать, я пойду, — я встала и, не прекращая улыбаться, прошмыгнула к выходу.       — Ничего страшного, буди, если что, — зевнув, он упал обратно на постель.       Я вышла в коридор и оглянулась. Ну отец… удружил, спасибо. Что-то он сегодня сам не свой. Эх… Сомневаюсь, что Элронт у себя сейчас — он же собирался к Ивеллиосу, лучше их не беспокоить. Вернусь к Рихтеру и позанимаюсь с ним магией.       Если не подводит память, когда-то он учил меня лечебному делу, но не магии. Зато на мне её использовал, даже не раз… Не самые приятные воспоминания. Моё первое путешествие на верблюде, замотанной в кокон из его странных древесных лент. Удар усиленными когтями, предназначавшийся Винсенту, от которого я чуть с жизнью не рассталась. Думаю, мы достаточно близки, чтобы он открыл мне хоть какие-нибудь из своих секретов. Драконы очень сильные, и мне повезёт, если такой будет меня учить.