Я планировал красивый финал

      Роджерс понимает примерно… ничего. Он читал отчёты о работе Рамлоу с Зимним Солдатом, даже видел записи. Но произошедшее сейчас прямо перед ним, совершенно не походило на то, что, казалось бы, он знал и в чем он был уверен.       Хендлер, человек, который, если судить по данным Гидры, пытал его друга, издевался над ним и делал его жизнь невыносимой, только что гладил его по волосам и успокаивал, обещая, что всё будет в порядке. Стиву показалось, что он попал в параллельную реальность, потому что он прекрасно уловил тот момент, когда лицо наёмника перекосило от ужаса и сожаления, едва Баки начал опускаться на колени. Он заметил, как гидровец пытался сдержать дрожь в руках, когда тянулся к бывшему подопечному. А ещё он отчётливо видел нежность и заботу, что сквозили в каждом движении. Но это просто не укладывалось у него в голове.       Пока Капитан пытался переосмыслить все, что он знал, Брок увёл Зимнего на кухню, обнимая его одной рукой за плечи, зная, что так Активу будет спокойнее. — Ну, что, Снежинка, разорим кухню Роджерса? Давай поищем шоколад. – Рамлоу легко гладит Солдата по спине и подходит к кухонным шкафчикам, начиная открывать и проверять каждый на предмет сладостей для лучшего киллера столетия.       В конце концов он находит шоколадку в одном из шкафов и разворачивается к Барнсу, который за всё это время, будто бы и не шевелился, а только напряжённо смотрел на своего хендлера. — Я нашёл, смотри! Тебе ведь с орехами больше всего нравится, а тут как раз он у Кэпа заныкан. – Брок пытается хоть чуть-чуть разрядить обстановку, говоря бодрым голосом, потому что оба суперсолдата замерли статуями самим себе. — Почему ты ведёшь себя так? – Зимний наконец-то подаёт голос. И то замешательство, которое звучит в нём, практически бьёт наёмника под дых. — Это не важно, Принцесса. Держи. – Рамлоу протягивает ему шоколадку, не желая отвечать на вопрос. Не желая, чтобы Солдат знал, что было в Гидре. Так будет проще. Им обоим.       Светоч Демократии выбирает именно этот момент, чтобы очнутся от ступора и заходит на кухню, где Барнс медленно, напряжённо поглядывая на Брока, разворачивает шоколадку. — Рамлоу, я бы тоже хотел объяснения. Ваше поведение вызывает у меня некий диссонанс. Может, расскажете, что происходит? – решимость на лице Капитана вызывает у наёмника желание сигануть в ближайшее окно, потому что появляется ощущение, что это единственный вариант избежать разговора. Да и тот не стопроцентный. — Кэп, ну, хули ты приебался? Я кормлю это Чудовище шоколадом, вот и всё, что тут происходит. Ничего сверхъестественного. И вообще, я, блять, не понимаю, какого хера это я привожу в чувства твоего неразлучника, а ты застыл соленым столпом, как грёбаная жена Лота? – главное перевести тему, тогда появится возможность отложить разговор, который так и просился после всей той херни, что сотворил Рамлоу, хотя изначально хотел отыгрывать злобного хендлера и идейного гидровца до последнего.       Кажется, нижней челюсти Роджерса скоро грозит встреча с полом. Но умение брать себя в руки у него еще не атрофировалось (а, если брать во внимание слухи о столетнем девственнике, то уж это он точно должен уметь). — Мистер Рамлоу, хватит уже материться. И я хочу знать, почему вы... кормите Баки шоколадом? И почему… вы ведёте себя с ним… так? – у Стива просто не хватает слов и, наверное, веры в то, что он видел, чтобы сказать это вслух.       У Брока начинают ходить желваки, а во взгляде появляется ярость и готовность ответить так, чтобы вопросов ему больше никогда не задавали. Особенно таких. Потому что правду он говорить не будет. Пусть ему хоть электроды к яйцам прицепят. — Ох, Капитан, ты ведь должен понимать, что с таким подопечным как Зимний Солдат выживаемость хендлеров примерно нулевая? Но почему-то раньше никто не додумался подкормить эту Снежную Королеву чем-то сладким. А твой дорогой Баки за блядскую шоколадку в Гидре готов был не только приказы на устранение исполнять беспрекословно и вести себя как паинька, но и отсосать по первому требованию. А всего-то шоколадка за пару баксов. Знаешь, он лучше любой шлюхи, что у меня были. Никакого рвотного рефлекса. – всё то время, что говорил, наёмник подходил всё ближе и ближе к блондину, прошипев последние слова ему практически в лицо.       К Роджерсу будто вернулась давно забытая после введения сыворотки астма. Лицо покраснело и воздуха резко стало не хватать. Он почти вцепился руками в шею Брока, но то, что тихо, на грани слышимости, пробормотал под нос Баки, заставило его замереть. — Но такого ведь не было. Я уверен… Я хотел, но Командир не позволил… Почему он… - Барнс просто тонул в замешательстве и пока ещё слабых сполохах воспоминаний о своём бывшем хендлере, который зачем-то говорил всё это. Зачем-то врал, выставляя себя куда хуже, чем он есть.       Стив с Рамлоу практически синхронно поворачиваются к Зимнему, взгляд которого остекленел. А после срываются с места, потому что Солдат начинает оседать на пол.