Я планировал красивый финал

      Роджерсу становится неловко от того, что он застал такую сцену и находится в непосредственной близости от всего происходящего. Он встаёт, подбирает шоколадку, что осталась лежать на полу, относит её на стол и уходит в гостиную, чтобы не мешать разворачивающемуся действу, которое он не понимает. Это всё слишком странно и не поддаётся объяснению, но выяснить всё можно и позже, ведь Баки совсем не выглядит как тот, кому нужна помощь. Разве что только в том, чтобы успокоить Рамлоу, но Стив решает, что политика невмешательства будет лучше.       Зимний Солдат чертовски растерян и не понимает, что сделать, чтобы его Командир почувствовал себя лучше. Он просто остаётся с ним на полу, и перебирает жёсткие волосы живой рукой, даря незамысловатую ласку. Он готов просидеть так весь день, а может и дольше, но поза не самая удобная, поэтому он решает немного изменить её. Барнс притягивает Брока на свои колени, тем самым прижимая его ещё ближе к себе.       Постепенно всхлипы затихают, но Рамлоу не спешит поднимать голову или отстраняться от тёплого тела. Он наконец-то расслабляется в объятиях, которые одним своим существованием словно обещают защиту. Он и желать не мог большего.       Они сидят так ещё какое-то время, желая, чтобы это никогда не кончалось. Чтобы можно было сидеть вот так, склеившись друг с другом и чувствовать биение чужого сердца рядом со своим. Но ничто не может длиться вечно, поэтому наёмник первым разрывает объятия. — Чёрт, прости, Снежинка, что-то я совсем сопли распустил. Отпустишь меня в ванную? Мне бы не помешало умыться. – Брок пытается отстраниться, но из железной хватки не так просто выбраться.       Зимний смотрит в глаза бывшего хендлера, а потом разжимает руки, позволяя встать. Но не отводит взгляд ни на секунду.       Командир легко треплет его по волосам, уходя на поиски уборной, где можно остаться в одиночестве хотя бы ненадолго и привести себя в состояние относительного порядка. Он и так слишком много лишнего себе позволил. Рамлоу проходит мимо Капитана сидящего в гостиной и делающего вид, что ничего не произошло и он тут просто элемент декора. Слепой и глухой элемент декора.       Пара открытых дверей и ванная комната находится. Наёмник закрывает за собой дверь и переводит взгляд в зеркало. И так яркая жёлтая радужка стала ещё более светлой и незамутнённой от слёз. Глаза покраснели, и смотреть на себя такого ему непривычно. Но ледяная вода должна хотя бы немного помочь ему.       Рамлоу проводит в помещении около десяти минут, собираясь с силами, понимая, что ему придётся отвечать на вопросы. Время его актёрского таланта закончилось, теперь только правда.       Когда он выходит, оба суперсолдата сидят на диване в молчании и ждут его. Он подходит и располагается на кресле, что стоит рядом, не собираясь первым начинать диалог, но этого и не требуется. — Может быть, теперь вы всё расскажете, Рамлоу? – Рождерс привык действовать напрямую, поэтому начинает этот разговор, смотря в упор на предателя. — Давай уже на ты, Кэп. Что именно ты хочешь узнать? Давай конкретнее. – есть слишком много всего, что Брок мог бы рассказать, но не всё из этого он готов озвучить по собственной воле. — Стиви, Командир был моим хендлером, да, но всё совсем не так, как было написано в отчётах Гидры, теперь я вспомнил. Он заботился обо мне. И был единственным светлым моментом среди бесконечных заданий и заморозок. Он хороший. Поверь мне. – Солдат смотрит на своего старого друга, пытаясь донести до него, что ситуация совсем не такая, как выглядит со стороны. — Бак, я, конечно, тебе верю, но ты уверен, что это не Стокгольмский синдром или что-то подобное? Давай сходим к психологу, а твой… эм… Командир(?) посидит пока в камере ЩИТа. Если всё подтвердится, то мы найдём способ его вытащить. – Капитан говорит это так, что становится понятно, что он не верит словам своего друга. Что он не уверен в его психическом здоровье, что собственно не удивительно. А ещё он явно очень сильно хочет засунуть подлого гидровца в клетку до конца его жизни. — Стив, нет! Это не блядский Стокгольмский синдром. И я не позволю засунуть его в камеру ни на один чёртов день! А если ты попробуешь, то сначала тебе придётся обезвредить меня. Это будет непросто, уж поверь. Я семьдесят лет был живым оружием, ни у кого нет такого опыта. – Барнс злится, он надеялся, что Роджерс поверит ему, что не будет пытаться избавится от того, кто ему дорог. — Снежинка, не нужно. Если Капитан хочет, то я не против. Посижу немного в камере, приведу мысли в порядок. – Рамлоу правда устал и не хочет устраивать разборки. Камера ЩИТа? Окей, без проблем. Пусть так. Ему льстит, что Зимний защищает его, но вот становится причиной ссоры неразлучников, ему не улыбается, поэтому он готов. И к заключению, и к допросам. К чему угодно, если честно. — Нет, Командир. Ты останешься. Или мы вместе уйдём. Я ведь Призрак, так что нас не смогут найти. Но от меня ты больше никуда не сбежишь. – Актив уже не отступится, всё будет только так, как он сказал, потому что упрямство – это одна из немногих вещей, что Гидра не смогла в нём уничтожить.       Стив растерян. Он не думал, что его друг может защищать такого как наёмник, что тот будет готов променять их дружбу на этого грубого агента. Он не понимает причин, не может сложить в голове все детали этой головоломки. — Баки... ты уверен? Я не хочу терять тебя, но Рамлоу, он… преступник, агент Гидры. Я не могу позволить ему просто разгуливать на свободе, тем более рядом с тобой. – он пытается придумать, как доказать, что Брок не тот, кем видится Солдату, но ничего не получается придумать, потому что терять своего только недавно вновь обретённого друга он не готов. — Ты ещё не понял? Если бы он хотел что-то сделать, то просто прочитал бы код, он его знает. А вместо этого он пытался заставить сначала меня, а потом и тебя убить его. Блять, да тебя он, вероятнее всего, смог бы уложить на лопатки и просто сбежать, но ему это не нужно. Ты правда дурак. - Зимний хочет просто опять обнять своего Командира и сидеть рядом, а не устраивать все эти разборки, но понимает, что это стоит сделать сразу, чтобы внезапно ночью к ним не заявились агенты ЩИТа с наручниками. Но как же это бесит. — Ладно. Но если он сделает что-то не так. Одно малейшее действие, которое заставит меня усомниться, и он отправится в тюрьму. Это не обсуждается. – скрепя сердцем Капитан идёт на некий компромисс, хотя ощущение такое, будто он просто сдался, уступил. Возможно, это действительно так, и он просто врёт самому себе. — Хорошо. – Солдат не слишком доволен таким результатом, но это хоть что-то. А сейчас у него есть возможность забрать Командира и просто сидеть с ним рядом, пока тот не прогонит.