Дневник желаний

      — Гермиона! — к девушке подбежал запыхавшийся парень. — Я тебя весь день ищу.       — Ой, Гарри, — она улыбнулась другу, — не видела тебя сегодня.       — Я был с утра в Министерстве и вернулся к обеду, на котором тебя, между прочим, не было, — парень посмотрел на гриффиндорку поверх очков.       — Я забыла, — Гермиона смотрела в пол. Отчитывание от юного аврора ей избежать не удастся.       — И про ужин тоже? — Гарри вопросительно приподнял бровь.       — Я не голодна, — но по закону подлости живот Гермионы заурчал, напоминая, что в нём не было ничего с самого завтрака.       — Я вижу, — парень сложил руки на груди, — ты что, избегаешь нас?       — Что? Нет! — гриффиндорка замахала руками.       — Вы так и не поговорили с Джинни? — высказал предположение Гарри. Девушка кивнула.       — Она бегает от меня с утра, — раздосадовано произнесла Гермиона.       — А выглядит как будто наоборот.       — Я просто не знаю уже, что делать, — гриффиндорка посмотрела на друга, ища помощь.       — Предлагаю сначала поужинать. Время ещё есть… Джинни уже ушла, — быстро добавил парень. — Завтра у нас матч. Она обычно приходит заранее, чтобы настроиться. Можешь поискать её в раздевалке.       — Боюсь, если мы будем выяснять отношения перед игрой, я испорчу ей весь настрой, — Гермиона отпиралась, но на ужин с Гарри отправилась.       — Тогда уж точно помиритесь, — гриффиндорец поддерживающе похлопал подругу по плечу, и они вошли в Большой зал.       Ужин закончился, но неприятное покалывающее ощущение осталось. Гермиона направлялась в библиотеку, но с каждым шагом ей хотелось повернуть обратно всё больше. Всё сворачивалось внутри от томительного ожидания. Гриффиндорка не была уверена до конца, стоила ли игра свеч.       Сейчас ей нужно было успокоиться и взять себя в руки. В голове промелькнула мысль о вчерашней сигарете. Испытать это чувство хотелось ещё раз. Её размышления витали в воздухе, словно невидимые пары дыма.       Гермиона думала о первой затяжке, о том ощущении, когда дым проникал в её легкие и расплывался внутри неё. Вчера она закурила первую сигарету, и эта попытка оставила в памяти горькое послевкусие.       Она почувствовала себя слабой, отдаваясь этим мыслям. Внутренние метания девушки становились сильнее, когда она представляла, как сигарета была приближена к губам. Гермиона помнила запах и вкус дыма, ощущение умиротворения и расслабления, которое она испытывала каждый раз, когда вдыхала его.       Но она не хотела курить. Гриффиндорка знала, что это вредно, что это пагубная привычка. Она отгоняла эти мысли, смотрела на свои дрожащие руки и сжимала их в кулаки. Ей было плохо без сигареты, но она не собиралась сдаваться.       Гермиона продолжала идти, чувствуя, как тяга к курению медленно отступает. Её дыхание становилось ровным, а сердце переставало биться так быстро. Она понимала, что сила воли помогает преодолевать эту зависимость.       Гриффиндорка знала, что искушения будут подстерегать на каждом шагу, но решила быть сильной. Она знала, что курение не даст ей то, что она действительно ищет.       Гермиона замялась немного перед входом в библиотеку, но, собравшись с мыслями, решительно двинулась к столику, за которым сидел Малфой. Он что-то читал вальяжно раскинувшись на стуле. Гермиона громко скинула сумку на стол и уселась напротив парня.       — Я что, пережил землетрясение? — не отрываясь от книги обратился слизеринец к девушке. Она проглотила колкость, стараясь не реагировать на его слова, иначе их встреча закончится не успев начаться.       — С чего начнём? — Малфой усмехнулся и отложил книгу.       Он вообще не понимал, что тут забыл. Как слизеринец пошёл на такое — непонятно. Малфой уже тысячу раз пожалел, что пришёл сюда. Сидеть здесь и получать помощь от Грейнджер — значило признать, что она может быть лучше его в чём-то. Драко не мог позволить себе такую роскошь.       — С того, что ты можешь мне предложить.       — Всё, что нужно, — Гермиона приподняла бровь. Почему он не может сказать сразу, что хочет? Почему нужно тянуть кота за причинные места?       Или как там выражаются маглы?       — Не разбрасывайся своими словами, Грейнджер, — слизеринец облокотился на стол, сокращая расстояние между ними, — а то ты даже не догадываешься, что я могу потребовать от тебя.       — Всё, что касается твоей исследовательской работы, Малфой, — быстро поправила Гермиона, как можно дальше отодвигаясь от парня. Он усмехнулся и вернулся в прежнее положение.       — Какими способами можно воздействовать на память человека? — слизеринец принял закрытую позу, сложив руки на груди, и стал буравить взглядом Гермиону.       — Тебе все способы нужны или только магические? — Малфой, казалось, задумался на секунду, но затем его лицо вмиг стало надменным.       — Магические, конечно. Ты за кого меня принимаешь?       — Ну я уже и не знаю, учитывая то, что прямо сейчас ты сидишь со мной, — Гермиону рассмешило его выражение лица. Малфой хотел что-то возразить, но в недоумении закрыл рот, так и не найдя что ответить.       — Так, — парень прокашлялся. Он не знал, что сказать. Он сам задавал себе подобные вопросы, на которые вразумительных ответов не было, — какие способы ты говорила?       — Конфундус…       — Ещё?       — Мемориникс.       — Слишком просто, — Гермиона сглотнула. Следующие чары она не решалась произнести вслух.       — Обливейт?       — К нему же тоже есть контр-заклятие? — задумчиво спросил Малфой как будто бы сам у себя.       — Есть, но, — Гриффиндорка поджала губы, делая паузу. Если всё было бы так просто, она бы сидела сейчас не здесь, — если волшебник использовал нечастичный Обливейт, то заклятия нет. По крайней мере, пока ещё не нашли.       — Это интересно, — Малфой откинулся на спинку стула подперев подбородок рукой, — но в этих школьных учебниках вряд ли будет информация такого уровня. Нужно спрашивать у Обливиаторов.       — Почему тебе так интересны эти контр-заклятия? — гриффиндорка задумалась над последней его фразой.       — Я же сказал, что готовлю проект, — отмахнулся парень.       — Это какой-то странный проект, Малфой, — с подозрением сказала Гермиона.       — К тебе тоже дофига вопросов, — раздражённо ответил слизеринец. Парень знал, что она начнёт задавать ненужные вопросы и совать свой гриффиндорский нос в чужие дела. Ему было неинтересно, зачем Гермионе понадобились эти учебники, поэтому пускай она тоже оставит его в покое.       — За мою помощь ты должен мне книгу, — девушка протянула руку в ожидании, — забыл?       — Где тут была помощь? — Малфой покосился на неё и отодвинул книги подальше.       — Я натолкнула тебя на мысль о Стирателях памяти. Для первого раза этого вполне достаточно, — Гермиона поковырялась у себя в сумке, достала оттуда мемуары, которые только закончила читать, и положила перед парнем. — Если тебе не понравились те книги, прочти эту, может, найдёшь для себя что-то.       Девушка встала и забрала со стола новый фолиант. Малфой не сопротивлялся. Он заинтересовался мемуарами, взяв их в руки и разглядывая обложку. Белокурая дама показалась ему очень знакомой. Парень увлекся оглавлением и не заметил, что гриффиндорка всё ещё стояла здесь. Он неохотно поднял на неё глаза, когда она кашлянула, привлекая внимание.       — Какой пароль от гостиной? — Гермиона расставила руки в боки, ожидая ответа.       — Пароль — хватит вламываться ко мне с утра, Грейнджер.       — Очень смешно, — Гермиона закатила глаза, понимая, что Малфой ничего не скажет. Придётся ловить Нотта. Она раздражённо стиснула зубы, схватила сумку и направилась к выходу.       Гриффиндорке хотелось побыстрее уйти оттуда. Общество Малфоя её не воодушевляло. Зачем она только предложила ему это?       Всё ради родителей, помнишь?       Гермиона вздохнула. Ради этого можно и потерпеть. А сейчас она спешила в свою гостиную. Девушка решила лечь спать пораньше. Завтра её ждал насыщенный день. Возможное примирение с Джинни, матч, приготовление зелья аппетита, которое уже закончилось, а оно требует особой концентрации. Она быстро приняла душ, переоделась и, зашторив балдахин на кровати, легла спать.       Гермиона встала в начале седьмого. На улице уже светало поздно, поэтому сейчас в спальне было темно и прохладно, хотя погода стояла ясная. Гриффиндорка быстро надела, что попало под руку, не применяя Люмос, и тихо вышла из гостиной. По выходным весь Хогвартс спит до обеда, а это значило, что она могла спокойно спуститься в каморку к зельевару и найти всё необходимое.       Шаги гриффиндорки были тихими, но уверенными. Её встречал холодный, пустынный и молчаливый коридор, который заставлял чувствовать себя одинокой и изолированной от всего мира. Но несмотря на это ей нравилось это чувство. Настроение с утра было, на удивление, приподнятым.       Гермиона добралась до подземелий. Там было ещё холоднее, чем наверху. Дверь в каморку ожидаемо была закрыта, но Слизнорт не особо волновался о том, что в ней хранилось, в отличие от Северуса, поэтому отпереть её можно было простой Алохоморой. Дверь противно скрипнула, и эхо раздалось по подземельям. В каморке было прохладно и сыро. Пахло какими-то травами. Гермиона использовала палочку, чтобы осветить стеллажи, заставленные склянками.       — Так, — прошептала Гермиона, пробегаясь глазами по полке с ингредиентами растительного происхождения, — лирный корень… вот он.       Гриффиндорка положила первую баночку к себе в сумку. Следующими на очереди были зубы герани. Девушка и их нашла без труда. Далее она переместилась к стеллажу, где хранились ингредиенты минерального происхождения, в поисках пудры лунного камня. Её нигде не было. Гермиона решила воспользоваться палочкой.       — Акцио лунный камень, — прошептала девушка.       Нижняя полка одного из стеллажей задрожала, и оттуда вылетела маленькая коробочка, которую Гермиона еле удержала в руках, но склянки, что стояли спереди, девушка поймать не успела, и они упали бы с громким звоном разбившись о пол, но что-то не дало им это сделать, и стеклянные баночки залевитировали в воздухе.       — Ты решила разгромить всю кладовую? — из противоположного угла донесся сердитый голос. Гермиона резко обернулась, чуть не выронив коробочку с пудрой от неожиданности.       — Малфой? — парень вышел в центр, становясь полностью освещённым палочкой гриффиндорки. — Ты что, шпионишь за мной?       — Ещё чего, — в полутёмном помещении не было видно выражения его лица, но в голосе сквозила ядовитая усмешка, — я пришёл первый. И мне стало интересно, кто решил вломиться сюда с утра пораньше. У тебя такая привычка — доставать меня по утрам?       — Что ты здесь делал? — Гермионе стало не по себе оттого, что парень сидел тут с самого начала и просто наблюдал за тем, как она уменьшает запасы зельевара.       — Это неважно, — гриффиндорка фыркнула, но похоже слишком громко, потому что высокая фигура стала надвигаться на неё, — Снейп открыл мне доступ в кладовую, и я могу являться сюда, когда пожелаю. Важнее то, что ты здесь…       — Сейчас эта кладовая принадлежит Слизнорту, — перебила его девушка.       — Она досталась ему не по праву, — слизеринец сжал руки в кулаки.       — А кому должна была достаться? Тебе что ли? — Гермиона усмехнулась, кладя последний ингредиент к себе в сумку. — Ты здесь такой же преступник, как и я.       — Что ты собираешься готовить? — девушка решила проскользнуть мимо надвигающегося на неё парня, но он со всей силы стукнул кулаком по стеллажу, что тот чуть не рассыпался. Гермиона вздрогнула и застыла на месте, прикованная от страха ко всё ещё покачивающейся полке.       — Не твоё дело, — Гермиона вздёрнула свой подбородок. Малфою тут же захотелось его отпустить, чтобы она не выглядела такой горделивой. Этой девчонке скучно живётся или до неё долго доходит?       — Верни всё на место, — жёстко процедил парень.       — А то что? Пожалуешься? — Гермиона смотрела на него с вызовом. К её счастью, из-за отсутствия полного освещения огонёк в глазах был скрыт от внимания Малфоя, иначе он бы взбесился ещё больше от такой наглости. Слизеринец с радостью донёс бы на Гермиону. Но что он получит?       Ничего.       А гриффиндорка? Она окажется права.       Малфой стиснул зубы.       — Я и не такое могу.       — Ты можешь только говорить, Малфой, но ничего не делать, — если бы Гермиона видела, как заходили желваки на его лице, она бы ликовала. Слизеринец отодвинулся от неё, освобождая путь к выходу.       — Если я ещё раз тебя здесь увижу, то, будь уверена, я не скуплюсь на действия. — Гермиона воспользовалась возможностью, которую ей так любезно предоставил Малфой, и выбежала из каморки, оставляя позади разгневанного парня.       Сегодня весь день ученики только и говорили о предстоящей игре. Первый квиддич в этом году был долгожданным. Многие боялись, что сожжённое поле не успеют восстановить к началу турнира, но Макгонагалл заверила учеников, что он пройдёт в штатном режиме.       Только слепой мог не знать, что сегодня игра. Ученики ходили с разрисованными лицами в цвета факультетов, которые участвовали сегодня — Гриффиндор и Слизерин. Преданные фанаты надели форму лучших игроков Хогвартса. В коридорах летали мини-версии снитчей и мётел, а эльфы усердно натирали запылившиеся кубки прошлых лет. Со всех углов доносились разговоры о квиддиче. Самые смелые делали ставки. Такая будоражащая атмосфера напоминала Гермионе о беззаботных годах в школе. Все оставили свои проблемы и решили вместе наслаждаться моментом.       — Гермиона! — крикнул девушке проносящийся мимо Симус, размахивая огромным красным флагом с изображённым на нём львом. Гриффиндорка махнула ему вслед, вспоминая чемпионат мира в девяносто четвёртом.       Девушка направилась в сторону поля для квиддича. Она решила последовать совету Гарри и поговорить с подругой. Гермиона надеялась поймать её в раздевалке. На полпути гриффиндорка встретила Полумну. С шестого курса она была комментатором на матчах.       — Гермиона, ты решила прийти пораньше? — тоненький голос когтевранки был едва слышен в толпе. — Не знала, что ты фанатка квиддича.       — Нет, я иду к Джинни.       — О, — протянула девушка, — идёшь пожелать ей удачи? Ты хорошая подруга, Гермиона.       Полумна мягко коснулась плеча сокурсницы и ушла в сторону комментаторской башни. Как бы гриффиндорка хотела, чтобы девушка была права.       Пробравшись через толпу учеников, что собиралась у стадиона, Гермиона свернула к раздевалке. Шум снаружи моментально исчез, стоило ей только зайти в узенький коридор. Походу здесь поставили заглушающее заклинание. Гриффиндорка зашла в первую раздевалку. Здесь было пусто. Лишь где-то за углом раздавались звуки проточной воды. Девушка, конечно, пришла пораньше, но не настолько, чтобы раздевалки пустовали.       — Джинни? — Гермиона позвала подругу, не решаясь пройти дальше. А что если она не готова разговаривать сейчас об этом? Или вообще не хочет её видеть?       Ответа не последовало, однако вода в душевой перестала лить. Девушка отошла от двери, решаясь осмотреть раздевалку. Из смежной комнаты послышались шаги.       — Грейнджер, ты что издеваешься? — парень, что стоял напротив Гермионы в одном полотенце, разразился истерическим хохотом. — Ты преследуешь меня?       Гриффиндорка резко отвернулась от слизеринца, скрывая своё смущение.       Годрик! Она снова перепутала раздевалки.       Сейчас ей очень хотелось убежать отсюда, но между ней и дверью стоял полуголый парень.       — Малфой, будь добр, оденься и отойди от двери, — Гермиона всё ещё стояла к нему спиной. Слизеринца забавляло её поведение. Неужто она никогда не видела парней без футболки?       Малфой направился в сторону девушки. Она не видела его, но слышала шум приближающихся шагов. Он знал это, потому что заметил, как напряглась её спина.       — Я не говорила подходить ко мне, — резко выпалила Гермиона.       Соберись. Ты что, никогда не видела парней без футболки?       — Ты стоишь около моего шкафчика, Грейнджер, — она тут же отлетела от него как ошпаренная.       Малфой усмехнулся. Он всё ещё закрывал бедняжке проход на волю. Слизеринец открыл шкафчик и достал оттуда форму, а другой рукой стянул с себя полотенце и кинул в сторону гриффиндорки. Оно упало к её ногам. Гермиона закрыла глаза и мысленно прокляла Малфоя по всем фронтам. Где её гриффиндорская храбрость? Почему она встала как вкопанная, не в силах произнести ни слова.       — Не знал, что ты любительница поглядеть на голых парней, — он издевался над ней, а ей оставалось лишь буравить стену взглядом.       — Закончил? — раздражённо прервала его Гермиона.       — Ну ты можешь проверить, — в голосе парня слышалась насмешка.       Девушка на свой страх и риск обернулась. К её счастью, Малфой был одет. Она выдохнула и направилась в сторону выхода сгорая со стыда. Но остановленная за локоть крепкой рукой гриффиндорка не успела дойти до двери.       — Хватит уже преследовать меня, — Малфой сжал её предплечье сильнее и расплылся в ядовитой улыбке, — а то я подумаю, что нравлюсь тебе.       Гермиона с ужасом в глазах выдернула руку из его хватки, поражённая сказанными словами. Такую глупость она не ожидала даже от слизеринца. Он выводил её специально, поэтому ей лишь стоило не поддаваться на эту жалкую провокацию. Девушка решила ничего не отвечать, иначе чем бы закончилась их перепалка? Она вылетела из раздевалки, оставляя позади Малфоя. Где-то сегодня она уже это видела.       Гермиона ураганом вломилась в женскую раздевалку, собирая на себе недоумённые взгляды находившихся здесь девушек. Она подбежала к раковине и, скинув с себя уличную мантию, открыла холодную воду. Умывшись, гриффиндорка восстановила дыхание. Она посмотрела в зеркало. Стыдливый румянец ещё красовался на лице её отражения. Гермиона провела рукой по волосам. Ей нужен был свежий воздух. Из раздевалки девушка удалилась так же стремительно.       Колючий ветер тут же резанул по лицу. Гриффиндорка глубоко вздохнула. Это было то, что нужно. Ясная погода, что стояла весь день, куда-то улетучилась. Гермиона хотела отвлечься от этого неудобного происшествия и, найдя трибуну своего факультета, поспешила туда. С Джинни она ещё успеет поговорить.       Ученики уже собирались на стадионе. Гриффиндорка села рядом с Невиллом и Симусом, которые заметили её присутствие, лишь когда она громко плюхнулась рядом на скамью.       — Гермиона! — вскрикнул Финниган. — На улице такой дубак! Где твоя мантия?       — Да? Мне даже не холодно, — отмахнулась девушка, делая вид, что всё так и запланировано, и она не забыла про мантию.       Шею гриффиндорки обвила красно-жёлтая ткань. Она посмотрела на сидящего рядом Невилла, который добродушно предоставил ей свой шарф, и благодарно улыбнулась. Гермиона решила воспользоваться согревающими чарами, а то она будет жалеть не только о сегодняшнем визите в раздевалку.       Через десять минут должна была начаться игра. Вся страсть и энтузиазм собирались в одном месте — на стадионе. Ученикам было трудно удержаться от радости и возбуждения перед началом матча. Каждый из них оделся в футболку своей команды, чтобы оказать поддержку. Некоторые даже принесли свои фан-звуки и свисточки, чтобы создавать максимально возможное шумовое поле.       И вот на поле начали выходить игроки. Все наперебой выкрикивали что-то и аплодировали своей команде. После сигнала мадам Трюк золотой снитч взлетел в воздух, и трибуны взревели. Гермиона никогда не была увлечена игрой так, как сегодня. Она заставляла себя сосредоточиться, но мысли всё время уходили в сторону. Уши заложило от громких криков, и, казалось, что гриффиндорку окружил купол, разрывая связь с реальностью. Она лишь видела красные и зелёные пятна, мелькавшие на поле.       Спустя чуть больше часа игра закончилась. Гермиона не сразу это поняла, потому что на трибуне царила мёртвая тишина. Где-то снизу пронёсся гул неодобрения и его подхватила вся гриффиндорская часть стадиона. Девушка подняла голову и увидела над трибуной пролетевшего Малфоя, который демонстративно держал в руках снитч, действуя на гриффиндорцев как красная тряпка на быка. Слизеринец злорадно улыбался. Гермиона закатила глаза и встала. Терпеть сегодня этого пижона она больше не могла. Девушка решила найти друзей, чтобы выразить им свою поддержку.       Она спустилась к раздевалкам. Заходить туда гриффиндорка не решалась. Она осталась ждать в коридорчике. Некоторые игроки ещё только возвращались с поля. Через какое-то время из раздевалки вышел раздосадованный Гарри. Гермиона обняла друга.       — Ты как?       — Нормально, — он заметил на себе обеспокоенный взгляд девушки и улыбнулся, — отыграемся.       — Как Джинни? — гриффиндорка не могла не поинтересоваться. Она знала, как на подругу действуют поражения.       — Рвёт и мечет. Она считает, что слизеринцы выиграли нечестно.       — А ты?       — А я думаю, что она просто не умеет проигрывать, — они оба усмехнулись. — Вы помирились с Джинни?       — Я не нашла её, — соврала Гермиона, решая не посвящать друга во все подробности сегодняшнего вечера. — Мне стоит приободрить её сейчас?       — Нет, — Гарри начал грызть ноготь. Он всегда делал так, когда волновался перед кем-то или чем-то, — мне кажется, сейчас она особенно не рада будет твоей компании.       Гермиона понимающе кивнула. Она уладит всё завтра. Сегодня им нужно время.       Гриффиндорка сказала, чтобы ребята не ждали её к ужину, якобы у неё были какие-то дела. Дел не было. Но была куча мыслей, и с ними всеми надо разобраться. Гермиона не любила хаос в своей голове, но в последнее время он посещал её довольно часто.       Вот бы…       Девушка тут же отбросила идею о сигарете перед сном. Она держала эту мысль у себя в голове весь вечер до дежурства вполне успешно, пока на горизонте не замаячил Теодор Нотт.       — Будешь? — усевшись на каменный обломок, слизеринец протянул Гермионе пачку. Она опустилась рядом.       — Буду.