Дневник желаний

      В это воскресное утро Гермиона должна решить для себя две вещи.       Первое — как помириться с Джинни.       Второе — где достать сигареты.       Просить у Нотта она не хотела. Не то, чтобы он как-то издевался над ней по этому поводу. Нет. Слизеринец составлял приятную молчаливую компанию, и девушка была благодарна, что Теодор не задавал вопросов. Но доверять ему ещё было рановато. Она боялась, что слух мог пойти по всей школе о том, что Гермиона вступила в клуб курильщиков. Ей самой было тошно от этого, и каждый раз она с презрением смотрела на своё отражение. А если гриффиндорку будут осуждать и другие, она просто сойдёт с ума.       Воскресенье — это всегда походы в Хогсмид. С прошлой недели Гермиона возобновила их и сегодня собиралась отправиться туда тоже. Рон и так больше месяца водил учеников в деревню один, и гриффиндорка чувствовала, что была в долгу перед ним.       Последнее воскресенье октября веяло прохладой и колючим ветром. Чувствовался запах первых заморозок. Скоро пойдёт снег. От былых солнечных деньков не осталось и следа. Ученики, ожидая старост у крыльца Хогвартса, чтобы пойти в Хогсмид, скрывались от ветра под развевающимися мантиями.       Рон, как обычно, припозднился, но Гермиона не придала этому должное значение, и они направились в деревню.       — Гарри и Джинни не ждать сегодня? — поинтересовалась гриффиндорка и обхватила предоставленный локоть Роном.       — Они присоединятся в «мётлах», — парень глянул на подругу, — ты же пойдешь?       — Конечно, — Гермионе надо помириться с Джинни, а это была хорошая возможность, — только перед этим мне нужно заскочить в одно место.       — Куда? Можем вместе зайти.       — Нет, — быстро ответила Гермиона. Рон непонимающе посмотрел на девушку, и та поспешила добавить. — Я в книжный магазин, ничего интересного.       — Ты права, — скривился парень, — я лучше пойду, поищу себе костюм на Хэллоуин.       Гриффиндорка выдохнула. Она не хотела говорить Рону, куда действительно собиралась или, что ещё хуже, чтобы он шёл с ней. Гермиона, конечно же, не собиралась ни в какой книжный магазин, но другу необязательно этого знать. Они распустили учеников и обусловились встретиться в пабе около пяти. Гермиона направилась к ближайшей узкой улочке между домами, где не стоял антиаппарационный барьер, и трансгрессировала.        Магловский Лондон встречал серыми бетонными фасадами многоэтажных домов и смогом от непрекращающихся потоков машин. Улица была узкой и людной. Повсюду кипела жизнь. Деловитые мужчины в строгих костюмах и замшевых шляпах куда-то спешили. Женщины с накрученным на огромные бигуди кудрями цокали каблучками вслед. Таким Гермиона запомнила город, когда была здесь в последний раз.       Она направилась в магазин, мимо которого частенько проходила по пути домой, но ни разу там не была. На ходу она сняла школьную мантию и спрятала её в свою сумочку. Девушку встречала непримечательная поблёкшая вывеска, говорившая о том, что магазин принадлежит табачной компании мистера Смока. О визите Гермионы оповестил колокольчик на двери.       Гриффиндорка зашла в тёмное помещение. Здесь было душно, запах табака витал в воздухе и казался таким насыщенным, что его можно было потрогать. К прилавку подошёл седовласый мужчина.       — Чем могу Вам помочь? — продавец вежливо улыбнулся.       — У Вас есть сигареты, — Гермиона затушевалась, она чувствовала себя ужасно, но мысль о сигарете не давала покоя со вчерашнего вечера, — с мятой?       — Конечно, — мужчина исчез под прилавком на несколько секунд и появился с несколькими пачками, которые выложил перед девушкой.       Они были разных цветов и размеров. У Гермионы разбегались глаза, она совсем не разбиралась в этом. Девушка заметила пачку, которой пользовался Нотт. Она уже потянулась к ней, как в глаза бросилась неприлично большая цена.       Конечно, он не будет тратить деньги на какую-то дешёвку.       Но Гермиона не Нотт, поэтому взяла самую недорогую пачку.       — Эту, пожалуйста, — мужчина посмотрел на неё с подозрением.       — Уверены? — вопрос сбил гриффиндорку с толку.       — Нет, — вздохнула она.       — Вы давно курите?       — Только начала, — она скривилась от собственных же слов.       — Боюсь, эти Вам не подойдут, — мужчина снова ненадолго исчез, а потом положил перед Гермионой ещё одну пачку. — Сладкие. Для такого новичка, как Вы, вполне неплохи.       Гриффиндорка рассмотрела тёмно-коричневую упаковку, на которой было напечатано: «Кофе и шоколад». Цена была чуть дороже той, что Гермиона выбрала сначала, но не такой заоблачной.       — Недорогие, но лучше тех, что Вы хотели взять, — словно прочитав её мысли, продолжил продавец.       Гермиона кивнула, решив довериться мужчине. Он явно разбирается больше неё. Гриффиндорка заплатила нужную сумму, поблагодарила продавца и под звон колокольчика вышла из магазина.       Она сразу завернула на пустынную улочку, достала пачку, высунула одну сигарету и подставила к губам, поджигая с помощью палочки. Приторно сладкий дым коснулся языка и скользнул вниз по гортани, оставаясь на ней осадком. Гермиона прикрыла глаза и блаженно улыбнулась. Она выпустила густой клуб дыма, и он окутал девушку, оставляя после себя кофейный шлейф. Она чувствовала, как вещество заполняет её голову, вытесняя все мысли. С каждой новой затяжкой лёгкость в теле ощущалась всё больше.       Гермиона вышла на главную улицу и нарочито медленно шагала по тротуару, создавая контраст с летящими мимо неё лондонцами. После второй сигареты ноги девушки стали ватными, и она села на ближайшую скамейку, откинув голову назад. Ей нравилось это ощущение. Нравилось ничего не чувствовать. Ни боли, ни проблем. Только она и это серое небо. Даже шумы вокруг слились в один фоновый гул, на который Гермиона не обращала внимания.       Но она не была бы Гермионой, если бы не держала всё под контролем. Даже сейчас девушка не позволяла себе пустить всё на самотёк. Она боялась дать слабину и потерять власть над собой, над разумом, как время от времени делал Нотт.       Время.       Гермиона посмотрела на карманные часы, которые всегда хранила у себя в сумочке. Без десяти пять. У гриффиндорки было ещё время привести себя в порядок и добраться до паба. Девушка забежала в ближайшую кофейню и зашла в туалет. Она умылась ледяной водой, натянула мантию и, проверив, что в туалете пусто, аппарировала в Хогсмид.       Девушка надеялась, что её путешествие никто не заметил, и бодрым шагом направилась в «Три метлы». В пабе уже сидели ребята. Джинни, завидев Гермиону, опустила глаза.       — Привет, — девушка опустилась на свободный стул.       — Мы уже заказали тебе пиво, — Гарри улыбнулся пришедшей подруге.       Гермиона поблагодарила гриффиндорца. Ей тут же принесли кружку и, вдобавок к ней, газету. Девушка отложила её тут же в сторону, не желая узнавать последние новости магического мира.       — Мы тут обсуждали костюмы на Хэллоуин, — обратился к ней Рон, откладывая газету, которую читал всё это время. Гермиона подпёрла рукой подбородок, внимая словам друга. — Я буду Джокером, а Гарри и Джинни…       — У нас парный костюм! — выкрикнула девушка, перебив брата, и кинула на него суровый взгляд. — Но я не скажу, какой. Увидишь потом.       Гермиона кивнула. Она не возникала. Сейчас настроение как никогда было на высоте. Портить вечер не хотелось.       — А у тебя какой костюм? — Рон снова обратился к девушке.       — Я не покупала ничего, — гриффиндорка задумалась. Она и забыла о вечеринке. Ей было всё равно, в чём идти. Ей было всё равно — идти ли вообще.       — Ещё есть время. Джинни тебе поможет, — Гермиона озадаченно взглянула на Гарри приподняв бровь. Он многозначно улыбнулся и хотел что-то добавить, но его перебил Уизли.       — Чары, используемые для быстрого ускорения роста растений и цветения цветов. Десять букв, — Рон задумчиво крутил в пальцах внезапно возникшее откуда-то перо.       — Гербивикус, Рон. Это элементарно! — Гермиона закатила глаза. Её труд в помощи по учебе мальчикам прошёл даром.       — Пойдём, закажем ещё выпить, — Гарри хлопнул друга по плечу и незаметно для других подмигнул Гермионе. Гриффиндорцы отправились за барную стойку.       Девушка вздохнула, потому что знала, что Гарри ушёл с Роном не просто так. Она посмотрела на Джинни, что буравила взглядом кружку с пивом. Поняв, что они и дальше будут так молчать, Гермиона решила начать первой.       — Джинни, я…       — Нет, — Уизли подняла глаза на подругу и замахала руками, — я должна извиняться первой. Я устала избегать тебя. Прости меня, что ляпнула тогда не подумав.       — Всё хорошо, — Гермиона положила свою ладонь поверх руки Джинни, — я просто боялась за тебя.       — Я понимаю, но это не давало мне права обзывать тебя. Просто, — она опустила голову, — мне было так обидно.       — Прости меня, что не заметила этого раньше, — Джинни кивнула, и Гермиона подошла к подруге. — Давай впредь рассказывать всё друг другу.       Девушки обнялись. Джинни шмыгнула носом, вытерев набежавшие слёзы. Кажется, топор войны был зарыт. Гермиона надеялась, что больше его никто не откопает.       — Ты вкусно пахнешь… Шоколадом, — гриффиндорка напряглась всем телом. Неужели она пропахла сигаретами? Уизли отодвинулась от подруги, а та надеялась, что пахла только шоколадом.       — Это… Гель для душа, — замялась девушка, но её спасли пришедшие ребята.       — Я подумал, что нам хватит пива на сегодня, — гриффиндорцы вернулись с пустыми руками. Гермиона взглянула на Гарри, что засунул руки в карманы и улыбался как Чеширский кот. Девушка хотела отвесить парню подзатыльник за такое самодовольство, но была слишком благодарна ему.       — Да, нам пора, — быстро согласилась Гермиона. И рассчитавшись, ребята вышли из паба.       По пути в Хогвартс они застали первый снег. Он таял, едва касаясь поверхности. Гриффиндорцы шли молча, наслаждаясь вечером. Гарри, взявший на себя временное полномочие старосты, потому что Гермиона совсем притихла, а Рон и вовсе где-то витал, изредка прикрикивал на слишком расшумевшихся учеников.       — Насчёт костюмов, — Джинни закинула руку на Гермиону, и та вздрогнула от неожиданности. Она хотела побыстрее дойти до башни старост, куда сейчас направлялась, чтобы никто не почувствовал запаха сигарет, и очистить свою одежду, — я знаю, где мы их можем достать.       Джинни поиграла бровями, и Гермиона сразу её поняла. Она закрыла глаза, потирая переносицу.       — Нет, — простонала Гермиона, — мы же вроде всё решили.       — Да, — гриффиндорка поспешила добавить, — но это в последний раз. Обещаю!       Девушка подняла руки и с мольбой в глазах посмотрела на Гермиону. Гриффиндорка неохотно согласилась.       — Последний, — она строго посмотрела на Уизли, и та быстро закивала, обняв подругу.       Вся неделя для Гермионы прошла довольно быстро. Утром — пары. Днём она бегала со своими делами старосты, совмещая с этим подготовку замка к пиршеству в честь Хэллоуина. Разговоры о квиддиче моментально сменились на тему пятничной вечеринки. Лишь слишком зазнавшиеся слизеринцы иногда кричали что-то вслед игрокам из команды Гриффиндора. Пока все по вечерам готовились к тусовке в гостиной Пуффендуя, Гермиона просиживали штаны на астрономической башне в компании звёзд и сигареты. Она была рада, что не зависела теперь от Нотта, и ей не приходилось просить у него покурить. Теперь она зависела от сигареты. Но это никак не мешало ей, а даже наоборот — расслабляло после целого дня беготни.       С Драко в библиотеке она встретилась на неделе лишь раз, и то он был последний, потому что Малфой сказал, если ей больше нечего предложить, то пусть забирает книги и проваливает. Они всё равно были ему бесполезны. Гермиона не смогла больше помочь, но поинтересовалась насчёт Обливиаторов, и удалось ли слизеринцу пообщаться с ними.       — Я что, похож на Поттера, который может уходить из школы, когда ему вздумается? — Малфой раздражённо глянул на девушку, сидящую напротив, что любопытно хлопала глазами.       — А если попросить Макгонагалл?       — Грейнджер, ты наивная, конечно, — он фыркнул, — я — сын Пожирателя. Думаешь, старуха отпустит меня одного за пределы замка?       Гермиона поджала губы, задумываясь. Связи Малфоя с Обливиаторами сыграли бы ей на руку, но как ей быть? Вряд ли парень согласится даром поделиться их контактами. Она заметила на себе его хитрый взгляд и подняла глаза. Его губы растянулись в загадочной ухмылке. Гермиона озадаченно смотрела на парня.       — Что? — она повела бровью.       — Одного — нет, но с любимицей Макгонагалл…       — Нет, Малфой. Даже не думай, — она сложила руки на груди и нахмурилась.       — У меня деловое предложение, — гриффиндорка усмехнулась. Прошлый раз им не удалось посотрудничать.       — Да ну? — Гермиона скептически посмотрела на слизеринца.       — У меня в мэноре библиотека в три раза больше школьной. Я дам тебе взять оттуда все книги, которые захочешь, если уговоришь Макгонагалл пойти со мной в Министерство. — Гермиона открыла рот. Предложение было действительно заманчивым, но трудновыполнимым с обеих сторон.       — Мэнор же опечатан, и там патрулируют авроры, — она пыталась остановить себя, но уже мысленно согласилась на эту авантюру, хотя была без понятия, как её претворять в жизнь.       — И что? Построй глазки, скажи, что это супер-важно, и ты помрёшь без книг, — Гермиона скривилась от его слов.       — Я подумаю, — она стала упаковывать себе книги, которые Малфой уже прочёл.       — Надеюсь, это значит — да.       Всю оставшуюся неделю к проблемам Гермионы присоединилась новая, а точнее Малфой свалил её на гриффиндорку, не спросив разрешения. Она ломала голову, как провернуть это дело, выкуривая двойную дозу.       Наступила пятница, а Гермиона старательно избегала Малфоя, приходя в башню старост, чтобы он не заподозрил, что она уже давно согласилась на это и прокручивала в голове план действий. Сейчас гриффиндорка стояла в своей гостиной и ждала Рона, чтобы пойти украшать Большой зал. Гарри обещал, что подтянется позже. В спальне девочек творился ужас, поэтому Гермиона решила побыстрее оттуда смотаться. По комнате летали платья, взбудораженные гриффиндорки бегали в поисках то туфли, то серьги. На выходе из спальни девушку окликнула Джинни, указав на чёрную коробку на её кровати и подмигнула. Гермиона улыбнулась. Там лежало платье для неё, которое она ещё не успела посмотреть. Сейчас дела, всё остальное потом.       — Прости, Герм, — Уизли неуверенно спускался по лестнице.       — Хороший костюм, — гриффиндорка улыбнулась, оглядев друга. Его рыжие волосы приобрели зелёный оттенок, а на лице красовалась та самая знаменитая «улыбка Джокера». Фиолетовый костюм с удлинённым пиджаком хорошо сидел на нём.       — Спасибо, — парень стушевался под пристальным взглядом подруги.       — Пошли, мы уже опаздываем.       Гермиона и Рон шли по коридору замка в Большой зал. Уизли снова лепетал что-то про квиддич. Его монолог был настолько увлекательным, что гриффиндорка пропустила всё мимо ушей. Нет, не потому что ей наскучила эта тема, даже наоборот, это было для неё новшеством за последние дни, потому что все остальные без умолку говорили только о предстоящей вечеринке. На самом деле она уже подумывала о том, что, может, ей стоит не ходить на празднество. Но сейчас она размышляла не над этим. Разговор с Малфоем никак не выходил из головы.       — Ребята, вы опоздали, — расставив руки в боки, заметил Нотт.       — Да, мы слегка задержались, — Рон почесал затылок.       Кто-то тихо усмехнулся, и Гермиона наконец окинула взглядом всех присутствующих. Каково было её удивление, когда она заметила Малфоя. Почему он всё-таки пришёл — непонятно. Похоже, он был уже готов к вечеринке. Драко был бы не Драко, если бы даже на Хэллоуин не надел свой чёрный костюм и в тон ему атласную рубашку. Кажется, правила были придуманы не для него. Малфой расслабленно стоял, засунув руки в карманы брюк, и выражал… спокойствие? Слизеринцы все такие спокойные, когда их не трогаешь? Гермиона вспомнила о подружке Драко. Несмотря на то, что она была старостой Слизерина, её здесь не было. Девушек тут можно было пересчитать по пальцам одной руки.       — Так Паркинсон ещё же не пришла, — Гермиона возразила словам Нотта.       — Её сегодня не будет, — парировал Малфой.       — Как это, не будет?       — Она собирается на вечеринку, — слизеринец пожал плечами.       — Но мы же договорились сделать всё быстро!       — Да, Гермиона, не волнуйся. Слизеринцы согласились помочь, — Ханна Аббот, походу, единственная девушка здесь на пару с гриффиндоркой кивнула в их сторону, — кто-то хорошо постарался, чтобы уговорить их. К тому же, если вы хотите всё быстро закончить, то предлагаю оставить разговоры на потом и начать работать.       Гермиона и Теодор начали раздавать указания всем присутствующим. Ребята должны были успеть всё за два часа, потому что потом наступало время дежурства. Гермионе выпала честь заниматься тыквами, тем не менее она ещё и успевала контролировать процесс. Хагрид выращивал их до сегодняшнего дня, и теперь они покоятся в углу зала и ждут, когда настанет их час.       Гриффиндорка подняла заклинанием тыкву, чтобы ей было удобно с ней работать, и вырезала глаза и зловещий оскал, а затем отлевитировала её над одним из обеденных столов. Подошедший Малфой начал делать то же самое. Гермиона искоса поглядывала на него, увлечённого работой, который, казалось, не замечал её. Тишина между ними давила на плечи, но Драко это не беспокоило, и, похоже, он не выглядел так, будто нуждается в беседе. У Гермионы зачесались руки. Ей хотелось найти повод для разговора, найти что-то общее, как это сделала Джинни с Блейзом. Но пока у этих двоих получалось скверно. Она шумно вдохнула и проговорила первое, что пришло ей в голову.       — Что у тебя за костюм на Хэллоуин? — тишина. Казалось, он не понял, что вопрос был адресован ему, или понял, но решил промолчать, или Гермионе вовсе показалось, что она произнесла это вслух, или…       Слишком много или. Она взглянула на свою тыкву, что парила напротив лица. Под потоком мыслей она не заметила, как ужасно коряво был вырезан один глаз.       — Чёрный. Брючный, — Малфой не обернулся, продолжая работать, словно разговаривал сам с собой. — Или тебя интересует марка?       — Нет. Я имею в виду, кто твой персонаж, — Гермиона взглянула на него и его идеальную тыкву. Ей показалось, что это была издевка, но весь его вид и интонация излучали всего лишь размеренность и спокойствие.       — Никто, — очередная тыква отлевитировала наверх.       — Выглядишь как юрист, — тихо добавила Гермиона уже себе.       — Можешь считать и так, — он обернулся. — Тоже жуткие существа.       Она удивилась то ли тому, что Малфой каким-то образом её услышал, то ли тому, что он разбирается в магловских терминах, то ли его попытке пошутить. Они одновременно усмехнулись. Гермиона больше ничего не спрашивала. Малфой тоже не поинтересовался её костюмом. Она и не ждала. Теперь молчать было приятней. В воздухе вместе с тыквами витало спокойствие. Оказывается, это было не так уж и страшно.       Последние тыквы были готовы. Гермиона стала следить за тем, как Блейз на пару с Энтони украшали потолок. Мулат то и дело кидал в бедного когтевранца безобидные заклинания, и блондин, не успев отбиться от одного, чуть не влетел в гигантскую хрустальную статую в форме тыквы. Гриффиндорка чуть не поседела, наблюдая за этим, однако, как оказалось, ребята действительно уложились быстрее, чем планировали. Всё-таки пара слизеринских рук пригодилась. Они управились за час, и было принято решение идти собираться на вечеринку.       Гермиона зашла в спальню для девочек. Здесь было пусто, но бардак стоял такой, будто случился ураган. Гриффиндорка перешагнула в спешке закрытые сундуки и направилась к своей кровати. На ней девушку ждала большая чёрная коробка, перевязанная такого же цвета бархатной лентой. К ней была прикреплена записка, на которой было выведено незнакомым витиеватым почерком:       «Для подруги».