Холодные гортензии

      9 сентября. среда. утро.       Та ночь кончилась утром. Мэй не проснулась от приятных солнечных лучей, гуляющих по бледному, будто бы фарфоровому лицу, её разбудил резкий удар молнии. Небо затянули хмурые тучи, были слышны раскаты грома.       Было ли это утро добрым? По крайней мере для девушки, устроившейся у подоконника с чашечкой тёплого чая, оно было не таким пасмурным. Сегодня Сейширо чувствовала себя на удивление хорошо.         Всё было как обычно. Действительно ли это было так? Вчера, то есть сегодня поздно-поздно ночью девушка долго не могла уснуть. Её посещали разного рода мысли, хорошие и дурные. Сейширо долго думала над произошедшим, всё-таки не каждый день ты спасаешь жизнь подстреленному человеку. Тем более такому человеку.        Собравшись, Мэй как обычно взяла свой зонтик, как обычно спустилась по лестнице, как обычно доехала до университета и как обычно отсидела пары. Но почему же девушку преследовало чувство, что сегодня должно непременно что-то произойти, что-то, чего не случалось ранее, что-то о чём Сейширо и догадываться не могла?       Дождь крупными холодными каплями стучал по уже и так мокрому асфальту. «Если бы на город можно было бы взглянуть с высоты птичьего полёта, то скорее всего эти дороги напоминали бы полосочки в тёмный горошек» — думала Мэй, — «были же вроде такие сладости. Такие, которые ещё со своей приятной кислинкой».       Сейчас девушка направлялась за тёплой рыбкой, прямиком в кондитерскую к дедуле-сану.       Ей хотелось тёплых разговоров и тайяки.

***

      Эту вывеску Мэй определённо могла узнать из тысячи, а то и из миллиона других, таких же на первый взгляд ничем не приметных вывесок. Девушке она казалось какой-то особенной, по-своему родной.       И вот, Сейширо снова переступает порог кондитерской, чувствуя приятный сладковато-ванильный аромат. Пройдя внутрь девушку встретило мягкое приветствие дедули-сана и…       «Он определённо странный, нет, это не то слово… он просто безумец!» — мелькнуло в голове Мэй, когда она заметила эту тощую фигуру в тёмном углу кондитерской.       На «своём» месте сидел молчаливый гость, совсем недавно умирающий на руках у девушки. И похоже, сегодня Мэй себя очень нехорошо чувствовала и приняла это совсем необдуманное решение в пылу лихорадки. Пожалуй, вчера, сидя на мокром асфальте, девушка попросту простыла.        Забрав заказ «не как всегда», Мэй направилась прямиком к столику, за которым сидел бледный, как сама смерть парень, по-прежнему не обращающий внимание на всё происходящее вокруг.       — Здравствуй, — начала девушка, — как себя чувствуешь?       Сейширо присела на стул, располагающийся прямо напротив её «собеседника».        — Вчера… то есть сегодня, — девушка запнулась, — сегодня ночью ты выглядел очень болезненно, — проговорила Мэй, окинув внимательным взглядом человека, сидящего напротив неё, — похоже, тебе уже лучше, — выдала Сейширо, одарив своего «собеседника» лёгкой улыбкой.       Молчаливый гость резко метнул взгляд в сторону девушки. Его глаза, недавно глядевшие в пустоту, сейчас внимательно изучали девушку, которая так легко вторглась и нарушила этот вечный покой.        — Ты выглядишь очень тощим, не хочешь тайяки? — сказала Сейширо, протягивая тёплую рыбку.       «Собеседник» медленно, будто бы недоверчиво, перевёл взгляд сначала на протягиваемый тайяки, а затем вновь на девушку. Как-то по-особенному медленно и колеблющейся, будто бы в момент над чем-то раздумывая, его худощавая кисть показалась из-за стола, после чего ладонь так же осторожно потянулась к ещё не остывшей рыбке. Мэй вновь была одарена этим сомнительным, но в то же время таким пустым взглядом. В этих глазах не было ничего, лишь глубокая затягивающая дыра.       Этого было достаточно чтобы по спине Сейширо промчался табун мурашек.        С некой осторожностью тайяки всё-таки был передан парню, сидящему напротив.       — Приятного аппетита, — сказала Мэй, улыбнувшись.       У неё была просто прекрасная улыбка.       В улыбке этой было что-то такое нежное и терпеливое, от чего становилось теплее на душе. И тепло это было до того приятным, что казалось будто бы в самую морозную зимнюю ночь, ты всё-таки нашёл источник тепла. Нашёл своё спасение.   

***

      Похоже, молчаливому гостю пришёлся по вкусу тайяки. Атмосфера стала какой-то более непринуждённой, а в воздухе по-прежнему витал этот приятный ванильный аромат.        Кто сказал, что молчание обязательно должно быть неловким или каким-то не комфортным? Не каждая пустота должна быть заполнена словами, она может быть просто приятной и пахнуть ванильными булочками.       После трапезы сидящий напротив Мэй парень молча встал из-за стола. Девушка по-прежнему сидела и сейчас смотрела на спину стоящего перед ней худощавого молодого человека. Чуть обернувший, парень молча взглянул на Мэй, будто бы приглашая пойти вместе с ним, затем не спеша, убрав руки в карманы, стал к двигаться к выходу.       — Большое вам спасибо, дедуля-сан, всё было очень вкусно! — собирав вещи, говорила Мэй, — всего вам хорошего, до свидания! — это было последние, что выкрикнула девушка, после чего она поспешила покинуть тёплую кондитерскую, чтобы догнать молчаливого гостя, который совсем незаметно уже успел скрыться из виду.

***

      Уже потихоньку вечерело. Молодые люди продолжали идти по ещё мокрому асфальту. Каждый из них был погружён в свои мысли. Мэй совсем не заметила, как они оказались на крыше какого-то явно высокого здания.        Две худые ноги стояли рядом с краем. Рядом с этой бездной стоял тот самый молчаливый гость. Подол кофты его развивался на ветру. Он смотрел, казалось, куда-то вдаль, в далёкую даль, быть может в прошлое.        Медленно присел, Мэй же приземлилась рядом. Сейширо взглянула вниз на суетящихся людей, спешивших домой к своим семьям.        «Сейчас дороги и вправду напоминают кисленькую ленту в горошек», — думала Мэй смотря на эти улочки.       Девушка взглянула на небо.       Солнце перед самым закатом вышло из-за серых туч, покрывающих небо и вдруг багряным светом осветило лиловые тучи, белые строения города и народ, движущийся по улицам.        Отсюда можно было разглядеть весь город. Он казался таким маленьким и… доступным? Было ощущение, будто ты держишь весь Токио на своей маленькой ладони.       Медленно небо начало потухать и снова возноситься к величайшему шедевру. Будто бы великий художник точечно, маленькими мазками наносил на холст бледные точечки, это были звёзды.       — Меня зовут Манджиро, — медленно проговорил сидящий рядом с Мэй парень, всё ещё глядя в вечную даль — Манджиро Сано, можешь называть меня Майки.       Для Сейширо это было как-то… неожиданно? Но безусловно, это было приятно.        «Он впервые начал диалог», — пронеслось в голове Мэй.       — Мне нравится приходить сюда, — продолжал молчаливый гость, — садиться и… иногда людям просто необходимо одиночество, не так ли?         — Некоторые люди проводят целую жизнь в одиночестве, хотя… небо, это прекрасное небо, на этом небе мерцают миллиарды звёзд и вращаются ещё миллионы планет, невозможно говорить о одиночестве, когда твой взгляд устремлён на это бесчисленное множество… есть ли это бесконечность?        — Море и небо — два символа бесконечности.       Он смотрел на звезды, и ему казалось, что они грациозно и величаво танцуют какой-то медленный, бесконечно сложный танец. Он представил себе их бледные улыбающиеся лица. Конечно, ведь звезды так долго наблюдают с небес за миром, видя всю суету, радости и горести людей… Их, наверное, забавляет, когда очередное человеческое существо решает, что оно — центр мироздания, как это свойственно всем нам.       — Звёзды сегодня такие яркие, словно миллиарды бриллиантов, рассыпанных где-то на небе, — смотря вверх, говорил молчаливый гость.       — Звезды…. Мне нравятся звёзды. Они могут рассказать многое, если умеешь понимать их язык. Это вечные глаза ночи, которая неизменно опускается на землю, сменяя ясный день. Они многое видели и многое помнят, — медленно произносила Мэй, рассматривая эту по-настоящему невероятную картину, — возможно, смотря через время, они уже знают будущее каждого из нас.       Каждый наслаждался этим прекрасным небом. Ох, каким же красивым оно тогда было.       — Я люблю небо, — говорил молчаливый гость, —оно мне правда нравится. Если небо в душе, значит, небо в глазах…       Совсем на миг говорящий замолчал, будто бы о чём-то задумался, что-то вспомнил.        — Я почувствовал небеса, когда посмотрел в твои глаза.       Мэй, до этого смотрящая вдаль, перевела взгляд на своего собеседника.       Её глаза и вправду были прекрасного голубого оттенка, сравнимого с небом в ясную погоду. Глаза Мэй светились счастьем, они блестели, блестели, как миллионы сапфиров, или же, нигде не сыскать камень такой же красоты, как и её прекрасные глаза! Блеск их затмевал все вокруг, заставляя сердце биться чаще.       — А мне нравятся твои глаза, — неожиданно выдала Сейширо, — они очень глубокие. Вот посмотришь в них и кажется, будто ты падаешь в бездонную пропасть. Они чёрные, словно уголь и будто бы покрытые пеленой прошлого, — продолжала девушка, — У тебя красивые глаза.       Два человека, находящихся в данный момент на крыше смотрели прямо друг на друга. О чём они думали? Но ясно было одно, им обоим было хорошо рядом друг с другом.       Казалось, это могло длиться целую вечность. Они тонули в глазах друг друга. Их освещало лишь это прекрасное небо и эти маленькие лампочки, светящиеся оттуда.  Но бесконечность — это лишь море и небо, поэтому их «вечности» в скором времени настал конец.       Ещё один взгляд в небо. Новые мысли.        Это определённо была замечательная ночь.

***

      Это была осень. В это время года время начинает торопиться. И куда оно так спешит?       С выше описанных событий прошли два дня. Это было достаточно загруженное время. Девушка готовилась, а затем сдавала зачёт. Её ежедневный маршрут составляли лишь два места, дом и институт.  Сейчас же Мэй держала свой путь к её «тайному месту».       Это было 12 сентября. суббота. утро.       Погода по-прежнему была пасмурной. Густые облака закрывали солнце. Сейчас там паслись серые пушистые барашки медленно плывущие куда-то вдаль.        Что из себя представляло это «тайное место»? Это был совсем нелюдимый берег одной длинной, вьющийся реки, которую Сейширо любила ещё с самого детства. На том берегу девушка могла вспомнить былые времена, предаться ностальгии.        Это были чудесные времена.        Когда-то давно-давно, когда Мэй ещё не знала слова «взрослая жизнь», она жила в маленьком домике, неподалёку от этого места. Гуляла по этим дорожкам и звонко смеялась. У неё были друзья детства, с которыми она так крепко-крепко держалась за руки. Были.        «Интересно, где же они сейчас» — вспоминая счастливое детство, подумала Мэй, — «Как у них дела? Как себя чувствуют?»       На самом деле, девушка сама не успела заметить, как все «друзья её детства» один за другим исчезли из её жизни.       «Это жизнь. Периоды детство и взрослая жизнь очень сильно отличаются» — раздумывала Сейширо, — «Я не могу цепляться за людей, но всё-таки, они были такими замечательными…».       В этой городской суете не успеешь и глазом моргнуть, как останешься одинок и покинут всеми.       Но было ли это так на самом деле?       Придя к тому самому месту она тихонько присела на лавочку. Можно было услышать приятное пение птиц, тихий шум реки и… чьи-то шаги? Обернувшись, Мэй никого не заметила.        «Что же это было?» — пронеслось в голове Мэй.       Нет, она уже не боялась. Если сейчас к ней бы подошёл подстреленный человек или если бы это оказался большой-большой павлин, который бы размахивая своим хвостом, человеческим голосом сказал: «Я хочу парфе», девушка ничуть бы не удивилась и тем более не испугалась.        По крайней мере так считала сама Мэй.       Ещё совсем немного просидев на лавочке, Сейширо поглубже вдохнула, встала и отправилась в ближайшее кафе, чтобы остановиться и попить тёплого чаю в этот холодный день.

***

      Кафе было маленьким, таким же как и район, в котором сейчас находилась девушка. На карте его даже и не помечали.       В заведении почти не было людей, помимо бабули, греющейся возле батареи и странного мужчины, медленно скуривающего тонкую папиросу. Он курил. В нос отдал этот неприятный запах, которым обычно пахли все сигареты.         Мужчина был на вид средних лет. У него были густые черные волосы с белыми полосками на висках. В глаза же сразу бросался длинный шрам, проходящий вертикально по правой стороне лица.       «Курильщик» что-то увлечённо печатал в своём телефоне, это определённо было важно. А для Мэй сейчас было важно сделать хотя бы один глоток свежего воздуха.       Задержав дыхание, девушка поспешила покинуть это кафе с бумажным стаканчиком тёплого чая в руках.        Осень пришла в Токио, даже в такие глухие районы, как этот. Здесь было посажено очень много кленовых деревьев, которые уже начали, словно хамелеоны менять свой окрас. В этом районе было также много котов. Жили они в парках, в уни-кампусе их очень много. Все - довольно упитанные, головастые, разномастные, иногда с подрезанными зачем-то хвостами.       Мэй ходила по улочкам и дорогам, по которым когда-то давно-давно она точно также прогуливалась и думала: «Как же прекрасно это время».

***

      Время близилось к трём часам, когда Мэй в очередной раз наворачивая круг по родным дорожкам, встретила того мужчину из кафе. Он просто сидел. Сидел на лавочке под широко раскинувшимся клёном и похоже, дремал. Мэй совершенно не обратила бы на это внимания, если бы не сигарета.       «Он вообще адекватный?» — пронеслось в голове Сейширо, когда она заметила выброшенную рядом с сухой листвой не до конца потушенную сигарету.       И вот листва постепенно покрывается этой жгуче-оранжевой шубой. Девушка подбегает и ногой отшвыривает в сторону сигаретный окурок, предварительно потушив об асфальт. Листву же девушка начинает топтать, пытаясь потушить. Чтобы предотвратить распространение огня Мэй разделяет небольшую кучку листвы на горящую и по-прежнему сухую.        Вина всего этого происшествия наконец просыпается и мгновенно осознав ситуацию, принимается помогать девушке. Со стороны это могло выглядеть нелепо, но кого это сейчас волновало, тут пожар вообще-то!

***

      Наконец устранив эту маленькую, но вполне себе опасную катастрофу, двое человек остановились и наконец смогли спокойно выдохнуть.       — В следующий раз будте внимательнее! — сказала Мэй, серьёзно взглянув на мужчину.       — Разумеется. Прошу прощения за доставленные неудобства и благодарю за оказанную помощь, —произнёс мужчина со шрамом, — могу ли я узнать ваше имя?       — Мэй Сейширо, — ответила девушка.       — Какое замечательное имя, а меня зовут Такеоми… Такеоми Акаши, — сказал мужчина, — что ж, мне уже пора идти. До свидания и ещё раз спасибо за оказанную помощь, — последнее, что выдал «курильщик» перед тем, как скрыться за деревьями.       Девушка осталась стоять на месте. Она взглянула туда, где ещё недавно стоял мужчина, затем перевела свой взгляд на эту листву.        «Жизнь продолжает сталкивать меня с людьми, которые, как мне кажется, чем-то определённо связаны», — думала Мэй, — «Во что же это всё выльется».       Погрязнув в своих рассуждениях, Мэй медленно шла по направлению в фитнес-клуб.       Иногда Сейширо спрашиваю себя, чем пахнет осень? Её ответ был — это запах фейерверка осенних листьев и ванильных булочек.        И так было каждый год. Неужели осень может пахнуть как-то по-другому?

***

      Время в зале пролетело совсем незаметно. На три часа раньше, чем ложатся спать малыши, и на час позже, чем в Лондоне пьют вечерний чай, именно тогда на телефон Мэй пришло уведомление. Это была Аой. Она просила о встрече.       «Похоже, это что-то важное» — пронеслось в голове Мэй.       Сейширо была слишком доброй и девушка была почти уверена, что когда-нибудь это волнение за окружающих плохо для неё обернётся. Мэй сразу же ответила, что готова встретиться.        «Спасибо, тогда в нашем кафе через час»— последнее сообщение, отправленное Аой.       В последнее время Мэй стала замечать, что этих дурных предчувствий становиться всё больше и больше. Неужели скоро произойдёт что-то воистину плохое?       Поступила ли Сейширо глупо и необдуманно, решив проигнорировав все эти чувства? 

***

      Шёл дождь. В кафе сидело четыре девушки. Та же компания, что и тогда в ресторане. Долгое время в воздухе летала неловкая атмосфера, повисло молчание.       «И зачем же я сюда пришла?» — уже не раз мелькало в голове Мэй.       — Девочки, у нас проблемы, — резко заговорила одна из трёх подруг Сейширо, это была Михо.       — Да, мы с Михо кое-что сделали и теперь всё плохо, — продолжила Фуджи.       — Всё хорошо, расскажите, что произошло, — сказала Аой, похоже, она сама была не в курсе происходящего.        — Ну, мы немного задолжали кое-каким людям, — бубнила себе под нос Михо.       — И это такие… опасные люди, — еле слышно подметила Фуджи.       — Успокойтесь, сколько и кому вы задолжали? — спросила Аой, она пыталась их успокоить.       Мэй же молча сидела, откинувшись на спинку стула. Она не хотела. Она не хотела проблем. И их проблема определённо не решалась по принципу: «Отложи проблему, и она сама исчезнет».       — Это одна организация… она нам угрожала, что если мы не выплатим долг, они сделают что-то плохое, — уже рыдав говорила Михо, — они сказали, что сделают что-то плохое нашим семьям, но… — сделав небольшую паузу, девушка будто бы о чём-то задумалсь, — у нас нет семей.       Глаза Мэй округлились, обещав выпрыгнуть из глазниц. У них явные неприятности.       «Если я правильно понимаю, то сейчас под угрозой их жизни и жизни близких им людей» — размышляла Мэй.        Ей было не всё равно. Хоть они почти и не общались, всё же девушка волновалась за них. Она по-прежнему волновалась за Аой.        — Как я понимаю, просто отдать долг вы им не можете, — впервые за весь разговор вставила фразу Мэй.       — Да, у нас сейчас просто нет этих денег, — ответила Фуджи, гладя по плечу Михо, пытаясь так хоть немного подбодрить свою подругу.       — И что вы собираетесь делать? — отозвалась Аой.       — Мы… мы не знаем, — ещё больше расплакалась Михо, осознав своё положение.       «Действительно, что делать в таких ситуациях… если до этого я думала, что меня ничем не удивить, оказалось, это далеко не так» — думала Мэй.       — Мы… не знаем… мы не знаем… что же с нами будет? — лихорадочно повторяла девушка.       — Михо, успокойся, — пыталась успокоить подругу Фуджи со слезами на глазах.       Сердце Мэй разрывалось. Ей было больно. Было больно наблюдать, как люди плачут, даже если причиной их слёз являются они сами. Это просто больно. Мэй не могла произнести ни слова.       — Я бы посоветовала уехать вам из страны и сменить имя, на что вы точно не согласитесь, — предложила свою идею Аой и в тот же момент отвергла.       Девушки просто продолжали плакать.       — Мы не знаем… не знаем, — продолжала ныть Михо.       — Может, мы сможем добавить вам наличные и вы вернёте долг а потом как-нибудь отдадите, сколько вам не хватает? — предложила новую идею Аой.       — Ми… лли… — пыталась выговорить Михо, заикавшись на каждом слоге.       — Миллион?       — Миллиард, — наконец выговорила девушка.       Повисла тишина. Было очевидно то, что ни у кого из присутствующих не было таких денег. Что же делать?        — У нас проблемы, — ещё раз сказала Фуджи.        — Вы живёте в общежитии и, думаю, пока вы так вам особо нечего бояться. Я… я не знаю, — говорила Аой, её голос дрожал.       Всем им было страшно.       Этот вечер обещал быть невообразимо долгим. Четыре девушки сидели за большим круглым столом в тёплом кафе и обсуждали уже их проблему.

***

      Утро воскресенья началось для Сейширо в четыре часа. Ей не спалось. В голове до сих пор крутился вчерашний разговор.        «Что же делать?» — крутилось в голове Мэй, словно большое колесо обозрения.       Мэй не нашла решения лучше, чем пойти в кондитерскую и отведать любимого чизкейка.         «Может, он там будет?» — невольно пронеслось в голове девушки.       Стоп, с каких пор она думает и том парне, как о друге. Когда они успели так сблизиться и если это так, то что их так сблизило. Точно. Это небо.       Собравшись и спустившись по лестнице, Мэй отварила дверь подъезда, на неё тут же подул этот приятный ветерок. Поглубже вдохнув, девушка смогла насладиться этим запахом.       Запахом дождя и мокрого тротуара. 

***

      В кондитерской в «своём» углу сидел бледный парень.        «Интересно, он здесь живет?» — пронеслось в голове Сейширо, как только она переступила порог кондитерской и заприметила знакомую фигуру.       Уже во второй раз заказав своё комбо «не как всегда», девушка направилась прямиком к столику, за которым уже сидел парень, одетый в чёрное.       — Привет, как поживаешь? — начала Мэй, подойдя к столику.        Девушка тут же была одарена этим пустым взглядом и лёгкой тенью… улыбки?       Нет, быть не может, она определённо не выспалась это… ей просто показалось.       Мэй не могла не улыбнуться ещё шире.       Вмиг все тучи отступили, и в голове всплыло его лицо.       Этот день определённо стал лучше.