Маринетт, ты попала!

Автобус мчался по ночному Ломе, а Маринетт сидела и смотрела в окно. Разные мысли крутились в её голове. Она была очень зла на Габриэля, руки так и чесались надавать ему пощечин! Но с другой стороны, она с удивлением для себя поняла одну вещь, несмотря ни на что, она была очень рада его видеть. Её неотвратимо тянет к этому человеку. Девушка украдкой посмотрела на светловолосого мужчину, который сидел чуть, расставив ноги в стороны и опустив руки, держа в них маску. Глаза его были прикрыты. Маринетт посмотрела на его руки, красивые длинные пальцы, про себя отметила, что ему пошло бы играть на фортепиано. Она живо представила себе, как он, величественный и гордый, сидит за инструментом, и его пальцы танцуют по клавишам, извлекая невероятно красивую мелодию. — Что, так нравятся его руки, или навевают какие-то приятные воспоминания? — Раздалось над ухом Маринетт. Она встрепенулась, и поспешно ответила: — Ничего подобного, Жан! Габриэль слышал их разговор, и только усмехнулся уголком губ. Конечно он видел, как Маринетт смотрит на его руки, но не стал на этом акцентировать внимание. Автобус остановился. Все высыпали наружу. Габриэль подал девушке руку, чтобы помочь ей выбраться, но она, сделав независимый вид, проигнорировала протянутую руку и спрыгнула сама. Мужчина молча убрал свою конечность. Хочет поиграть в обиженную девочку? Что ж, пускай. Когда они поднимались на борт, у всех проверили карты, а Маринетт сразу же отправили к врачу. Она сначала протестовала, ведь с ней все хорошо, но ей сказали, что здоровье каждого члена клуба чрезвычайно важно. Врач её осмотрел, обработал ссадины на руках и отпустил. Маринетт вышла из каюты доктора и столкнулась с месье Агрестом. — Всё нормально? — Он спросил. Сперва она хотела промолчать, но все же ответила: — Не думаю, что Вам есть дело до моего состояния, или у Вас на примете есть еще кто-то, кому меня можно выгодно продать? Габриэль проигнорировал этот выпад. — Что сказал доктор? Маринетт, гордо задрав голову, фыркнула: — Вас это не касается! Он угрожающе шагнул на неё. Наклонился ближе: — Меня касается всё, что происходит с тобой на время этого круиза. Девушка не удержалась и съязвила: — Настолько всё, что Вы так хорошо осведомлены о моей девственности. Пойдите, обменяйте её ещё на какой-нибудь артефакт, это у Вас очень хорошо получается! Габриэль прошёлся взглядом по лицу Маринетт, потом с усмешкой добавил: — Так сильно хочется с ней расстаться? Что ж, я к твоим услугам, радость моя, только попроси! Маринетт размахнулась, чтобы влепить ему пощечину, но Агрест ловко перехватил её руку. Она попыталась опять ударить его коленом в пах, кажется это становится её фишкой, но он второй рукой задержал её коленку. Быстрое движение, и вот он прижимает Маринетт к стене всем телом, закинув её руки над головой, а своё колено уместил между её бёдер, чтобы она не смогла опять ударить его между ног. Что-то такое мелькнуло в глазах Габриэля, что очень напугало Маринетт. Она завороженно смотрела в красивые серые глаза, которые будто бы заволокла тёмная пелена. Он спросил: — Чего ты добиваешься? Моих извинений? Ты их уже получила! Или хочешь заставить меня чувствовать себя виноватым? Запомни, я никогда не жалею о своих решениях! — Пустите меня! — Попыталась вырваться Маринетт. Габриэль обратил внимание на её руки, и только сейчас заметил ссадины. Он резко отступил, перехватил правую руку девушки, чтобы лучше рассмотреть повреждения. И вот тут Маринетт стало по-настоящему страшно! Глаза месье Агреста на долю секунды стали полностью черными. Всё произошло очень быстро, но она успела заметить, и это пугало до дрожи. Габриэль буквально прорычал: — КТО?! ЭТО?! СДЕЛАЛ?! Маринетт попыталась вырвать свою руку, но куда там. Она пропищала жалобно: — Месье Агрест, отпустите пожалуйста, Вы меня пугаете! Это я сама, случайно содрала, об бетон, когда сбегала. Чтобы там Габриэль не говорил, о том, что ни о чем не жалеет, увидев ссадины на её нежных руках, и представив, что кто-то мог ей навредить, ему захотелось разорвать на куски того, кто осмелился причинить ей боль. Услышав, что это просто случайность, он немного остыл. Развернул её узкую ладошку тыльной стороной к себе, он нежно поцеловал каждый пальчик. Маринетт была настолько шокирована, что не стала мешать месье Агресту целовать её пальцы. Его теплые, мягкие губы, едва касались подушечек каждого пальчика, девичьей руки. Габриэль прошептал: — Прости. Прости меня, за каждую ссадину на своих руках. От нежных поцелуев у Дюпен-Чен участилось дыхание, и быстрее застучало сердце. Она как загипнотизированная смотрела на мужчину: — Я принимаю Ваши извинения. — Вот и славно. — Сказал он с благодарной улыбкой. Агрест отступил назад: — Уже поздно, идем. Маринетт поправила волосы, и, не говоря ничего, развернулась, в сторону каюты. Придя, она сразу же пошла в душ. Но посмотрев на большую белую ванну, поняла, что душа ей будет мало, чтобы смыть с себя прикосновения Далавара Маххадина. Девушка нежилась в пенной воде, после того, как яростно потерла себя мочалкой. Она совершенно не следила за временем, лежала, прикрыв глаза. Задремала прямо в ванной. Ей снился ненавистный Маххадин. Он, как сама неизбежность, надвигался на девушку, скалясь в предвкушении. Маринетт не могла пошевелиться, её крепко держал один из охранников Далавара. Руки араба начали нежно поглаживать тело девушки. Маринетт закричала и проснулась, но ощущение руки на теле не пропало. На краю ванной сидел Габриэль, его рубашка была расстегнута, а рукава закатаны. Маринетт первые доли секунды не понимала где она и что происходит. Мужчина улыбнулся: — Ты долго не выходила из ванной, я начал беспокоиться, а ты тут спишь. Говоря всё это, он не переставал гладить тело девушки под водой. Она сурово сдвинула свои брови: — Уберите от меня свою руку! — Как скажешь, радость моя. — Ответил Габриэль, стряхивая пену со своей руки, и беря полотенце. — Вода уже совсем остыла, так что тебе лучше уже выходить из ванной. — Без Вас знаю. — Буркнула Маринетт, добавив: — Выйдете пожалуйста, я хочу встать! Мужчина удивлённо вскинул брови: — Думаешь сейчас я не вижу тебя через воду? До Маринетт только сейчас дошло, что пена давно осела, оставшись только небольшими островками на поверхности воды. Взвизгнув, девушка тут же начала прикрываться руками, подняв кучу брызг. Кровь прилила к её лицу. Наверное, чувство стыда — это её постоянный спутник, пока она рядом с месье Агрестом. Габриэль вытер руку, повесил полотенце обратно, молча вышел из ванной. Решил не смущать девушку ещё больше. Маринетт вышла закутанная в банный белый халат. Габриэль сидел в кресле, закинув одну ногу на другую. Девушка застыла в нерешительности, спросив: — А сколько сейчас времени? Агрест поднёс свою руку с часами к лицу, ответив: — Почти двенадцать часов ночи. Дюпен-Чен внимательно посмотрела на мужчину, было очевидно, что он не собирается ложиться спать. На нём была темная рубашка и темные брюки. — Вы куда-то уходите? Задала она свой вопрос. Габриэль, вставая с кресла: — Да, я ждал, когда ты наконец выйдешь из ванной. — Мне надо пойти с Вами? — Нет, я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи. Ложись, отдыхай, сегодня у тебя был трудный день. Он подошёл к Маринетт, заключил её в объятия, поцеловал в висок, и сказал: — Может, я сегодня не приду спать. Спокойной ночи, радость моя. Маринетт не стала вырываться из его объятий, хоть и собиралась это сделать, но когда он говорит таким бархатистым голосом, все мысли из головы улетучиваются. — А куда Вы уходите? Зачем-то спросила девушка, и тут же прикусила язык. Да какое ей собственно дело, куда и к кому он ходит по ночам? Но Габриэль ответил: — Я должен встретиться с одной женщиной. Нет, она вовсе не ревнует! Подумаешь, ночью уходит к женщине! И вообще, Маринетт любит Адриана, а его отец ей совершенно безразличен! Когда месье Агрест вышел из каюты, закрыв за собой дверь, девушка скинула халат и юркнула в постель. Уже где-то на грани сна, она подумала: — Ну и денёк сегодня выдался! Габриэль уверенной походкой направлялся к знакомой каюте. Он знал, что верховная уже на борту, и ждёт его. Он не стал откладывать визит к ведьме на завтра. Если она может ему помочь, то пусть сделает это сейчас! Подойдя к нужной двери, он занёс руку, чтобы постучать, но дверь внезапно открылась, и из каюты выскочила Вероника. Глаза её были заплаканными, девушка посмотрела на Габриэля, со смесью ужаса и недоверия. Потом оглянулась чтобы посмотреть на кого-то в глубине каюты. Агрест изогнув левую бровь спросил: — Я не вовремя? Ответила ему Лаура: — Надо же, а мы только что о тебе говорили. Потом она обратилась к Веронике: — Ещё раз извини, но я не могу тебе помочь, только не в этом! Заплаканная девушка, быстрыми шагами удалилась по коридору, а Габриэль, не обращая на неё никакого внимания, зашёл в каюту и закрыл за собой дверь. С порога спросил: — Что хотела Вероника? — Приворожить тебя. — Ответила ему женщина, которую он не сразу заметил. Она сидела в углу дивана и изучающе разглядывала вошедшего мужчину, а он в свою очередь начал разглядывал её. Женщина лет 50, небольшого роста, волосы окрашены в блонд, она была одета в элегантный брючный костюм. От этой, казалось бы, невзрачной женщины, исходила энергия огромной силы. Верховная ведьма ковена подпитывала свою магию от всех ведьм, состоящих в ковене. Женщина встала, подошла к Габриэлю и протянула свою руку: — Рада познакомиться с тобой, Габриэль, меня зовут Кристина, можешь звать меня Крис. Мужчина взял руку дамы, склонился и поцеловал, выражая своё уважение верховной ведьме. Крис засмеялась: — Надо же, ты знаком с нашими правилами? Похвально, похвально! Лаура, всё ещё стоявшая в дверях, с облегчением наблюдала за знакомством этих двоих. По правде говоря, у неё были некоторые опасения насчёт Агреста, она боялась, что он будет общаться с верховной так же надменно и пренебрежительно, как с большинством людей. Но опасения оказались напрасны. Габриэль Агрест понимал, кто такая верховная ведьма, и какой огромной силой она обладает. Он не хотел с ней ссориться, ведь она могла ему помочь. Тем временем Крис отошла от Габриэля на шаг со словами: — А теперь, давай посмотрим на того, кто вплетает свои потоки в твою ауру? Агрест стоял не двигаясь, пока ведьма осматривала его магическим зрением. Прошло несколько минут, верховная разочарованно опустила глаза: — Слишком глубоко! ОН не даёт себя увидеть! Затем она повернулась к Лауре, поманив её к себе: — Детка, давай создадим поток, чтобы хорошенько рассмотреть эту наглую тварь, что смеет ускользать от верховной ведьмы! Гадалка послушно подошла к Кристине и взяла её за руку. Обе женщины начали что-то бормотать, их глаза и руки засветились. Верховная приказала: — Покажись! Тебе повелевает верховная ведьма четвертого ковена! Габриэль стоял и понимал, что силы двух ведьм недостаточно, что бы ОН явил себя. Крис, видя безрезультатность своего приказа, обозлилась. Она выпустила руку Лауры, сложила свои пальцы в причудливую фигуру, и проговорив заклинание поглощения, начала что-то напевать на древнем языке. Невидимые потоки магии хлынули к верховной ведьме. Её глаза засветились ярким белым светом, она выбросила правую руку вперёд, отправляя поток света в грудь Габриэля. Несколько секунд ничего не происходило, затем тело мужчины начало меняться. Он вырос до двух с половиной метров в высоту, едва не касаясь головой потолка, на руках его вытянулись когти, лицо превратилось в морду с острыми клыками. Всё его тело покрылось жёсткими чешуйками, и огненные узоры вспыхнули на нём. Два огромных кожистых крыла, что появились за спиной чудовища, расправились, как два черных паруса. Верховная ведьма застыла в благоговейном ужасе, затем упав на колени взмолилась: — Мой господин, я прошу Вашей милости! Я не знала, клянусь, прошу, простите! Монстр склонился над верховной ведьмой, и прорычал: — Ты знаешь, кто я такой, ведьма?! Женщина задрожала от страха: — Ты, ты архидемон Аминасдор, король инкубов. Но, как такое возможно? Лаура упала в обморок, как только увидела перед собой одного из пяти верховных демонов. Аминасдор оглядел помещение, в котором оказался. Ответил ведьме не сразу: — Этот смертный призвал меня в священной пещере. Он заключил со мной сделку, хотел оживить свою любимую женщину, но глупый смертный не знает, что такое может только демон смерти. Мы, инкубы, управляем лишь чувствами, и и эмоциями людей. Я могу влюбить в него всех женщин во вселенной, но ни одну из них я не могу вернуть к жизни! Магическая сделка не даёт мне уйти в свой мир, и я вынужден существовать в ауре этого смертного! Я не могу исполнить условия договора! Каждый день я чувствую, как растворяюсь в его ауре. Ты должна мне помочь, ведьма! Освободи меня! Демон схватил Кристину за горло, и поднял над землёй. Несчастная женщина задрыгала в воздухе ногами. Аминасдор понял, что ведьма не может говорить со сдавленным горлом, поэтому разжал свои когтистые пальцы, и Крис упала на пол, тяжело дыша и схватившись руками за шею. Она просипела: — Мой господин, но мне не под силу разрушить магическую сделку! Разве что, я могу сейчас убить Габриэля Агреста, и возможно, с его смертью, вы получите свободу? Демон наотмашь ударил ведьму, и та отлетела к стене. Если бы не магическая регенерация, женщина бы скончалась на месте от такого удара. Пока её кости обратно срастались, архидемон пророкотал: — Не смей даже думать о смерти этого человека! Я связан с его аурой. Если он умрет, его аура погаснет, и я перестану существовать! Я не дам убить этого смертного! Монстр отступил на шаг назад, его огненные узоры начали затухать. — Я не могу долго находиться в этом мире. Найди способ, ведьма! Найди его! С этими словами, Аминасдор начал стремительно превращается в Габриэля Агреста. Мужчина без сознания упал на пол. Верховная ведьма встала над ним, и, оглядев два бесчувственных тела, всплеснула руками: — И что мне теперь делать?! Сначала она занялась Лаурой. Привела её в чувство, чтобы та помогла ей привести в чувство мужчину. Пока Крис занималась гадалкой, Габриэль сам пришёл в себя. Он поднялся на ноги, и шатаясь подошёл к столику с алкоголем. Ничего не говоря, взял первую попавшуюся бутылку, откупорил крышку и залпом начал пить содержимое. Выпив всё, осмотрел себя и клочки тряпок, что когда-то были одеждой. Повернулся к женщинам. Лаура наконец-то пришла в себя и во все глаза уставилась на мужчину, очевидно думая, что он сейчас ещё в кого-нибудь превратится. Первой нарушила молчание Кристина: — Габриэль, как ты себя чувствуешь? Мужчина поднял на ведьму тяжелый взгляд: — А что по мне не видно, что паршиво? Что здесь произошло? Почему я ничего не помню? Что вы сделали с моей одеждой. Кристина вскочила на ноги, подбежала к мужчине, и со всей силы влепила ему пощечину. Он не успел отреагировать вовремя, потому что находился совершенно не в форме. Его голова резко повернулась от удара женщины. Габриэль медленно повернулся к ведьме. Она тут же осеклась, он посмотрел на неё черными глазами, и угрожающе спокойно проговорил: — Сделаешь так еще раз, я оторву тебе руку. — Прости. Прошептала перепуганная Крис, добавив: — Ты просто нас очень сильно напугал, прости, я не сдержалась. Агрест оторвал болтавшийся лоскут рубашки, который его жутко раздражал. Верховной он ответил: — Держи себя в руках! Удалось выяснить, что за тварь во мне засела, и как от НЕГО избавиться?