Маринетт, ты попала!

Маринетт запихнули в какую-то комнату. Девушка забарабанила кулачками по закрытой двери: — Немедленно выпустите меня! Вы не имеете права меня удерживать! Я свободная француженка! Поколотив дверь еще какое-то время, она поняла, что это бесполезно, и подошла к окну, на котором оказалась решетка. Девушка в отчаянии ударила по ней ладонью. Нет, она просто так не сдастся! Огляделась. Комната была небольшая, у стены стояли кровать и шкаф, на полу лежал ковер, и больше в комнате не было ничего. Маринетт ходила из угла в угол. Надо что-то предпринять! Вдруг дверь щелкнула и открылась. На пороге стоял один из охранников. Он приказал: — Иди! Хозяин хочет тебя видеть! Девушка не сдвинулась с места. Мужчина хмыкнул, завел руку за спину, достал пистолет, и, угрожая им, сказал: — Лучше бы тебе быть послушной девочкой и делать то, что велят. У Маринетт встал ком в горле от страха. Но она решила не показывать своей слабости, и поэтому, гордо вскинув подбородок, величественно прошагала на выход. Куда идти — она не знала, поэтому остановилась. Охранник толкнул её в плечо: — Налево! Привели девушку на первый этаж, в кабинет Далавара Маххадина. Силой усадили в кресло. Хозяин кивнул охраннику, и тот вышел, закрыв за собой дверь. Далавар был мужчиной крепкого телосложения, со смуглой кожей, лицо его было чисто выбрито, а когда он хмурил свои черные брови, через весь лоб появлялся тонкий шрам. На вид ему было лет 40-45, может, чуть меньше. Его загорелое обветренное лицо мешало точно определить возраст. Маххадин встал, взял со стола мобильный телефон и передал его Маринетт со словами: — Габриэль просил дать тебе позвонить родителям. На, звони. Только без глупостей, а то мозги вышибу. С этими словами он достал револьвер и приставил его к виску девушки. Она нервно сглотнула. Похолодевшими пальцами взяла телефон. Набрала знакомый номер. Она звонила в пекарню отца. Мама или папа точно должны ответить. Гудки раздавались в тишине как горн наступающей армии. Ожидание растягивалось в вечность. Щелчок, и до боли родной голос в трубке сказал: — Алло! Пекарня Дюпен, чем можем быть полезными? У Маринетт пересохло в горле, она, сглотнув, произнесла: — Здравствуй, мама. — О боже мой, Маринетт, доченька, как я рада тебя слышать, милая! — Зачастила трубка голосом мамы. Девушка не заметила, как слезы потекли из её глаз. Как же она хочет домой, к маме и папе! Ответила тихо: — Я тоже очень рада тебя слышать. Как ты? Как папа? Мама насторожилась: — Доченька, у тебя все в порядке? Я слышу, что ты плачешь! Девушка вытерла слезы рукавом и постаралась как можно веселее сказать: — Это я от радости. Просто очень по вам соскучилась. — Ох, доченька, мы тоже по тебе соскучились. Когда ты домой вернешься? Маринетт тяжело вздохнула: — Я не знаю, мама… Маххадин подал знак, чтобы девушка заканчивала разговор. Она добавила в трубку: — Прости, мам, мне нужно бежать. Передай папе, что я вас очень сильно люблю. Прощайте! Телефон отняли, а из него донеслось: — Алло, Маринетт… От виска Маринетт наконец-то убрали дуло револьвера. Мужчина, самодовольно улыбнувшись, сказал: — Молодец, девочка. Сегодня ночью, я приду к тебе в спальню. И лучше бы тебе и вправду оказаться девственницей, как обещал Агрест, а то что-то я ему не верю. Такой лакомый кусочек с ним был всё это время, а он даже не попользовался. Что-то на него это не похоже. Вот и проверим, обманул он меня или нет. А теперь можешь уходить! Как по волшебной команде, дверь открылась, в кабинет вернулся охранник. Он подошел к Маринетт, взял её за локоть и рывком поднял с кресла: — Вставай! Пошла! Он толкнул девушку в спину. Она не упала только благодаря чуду. Опять эта треклятая комнатушка! Охранник затолкал туда Маринетт и быстро закрыл дверь на ключ. Девушка в порыве отчаянья схватилась за голову: — Что же делать?! Что делать?! — Бормотала она себе под нос. Ей так хотелось просто свернуться в клубочек на кровати и разрыдаться в голос, жалея себя и свою глупость, что она доверилась такому человеку как Габриэль Агрест! Да будь он тысячу раз проклят! За то, что так с ней обошелся, и за то, что её так отчаянно к нему тянет! Он как вирус засел в её мыслях! Нет, плакать сейчас не время! Слезами тут точно не поможешь. Маринетт еще раз подошла к окну, подергала решётку. Вроде бы она немного шатается. Внимательно осмотрела крепления по периметру оконной рамы. Знать бы еще, сколько осталось времени до прихода Далавара! На улице уже начало вечереть. Интересно, что скажут на корабле, когда месье Агрест поднимется на борт без неё? Наверняка он что-нибудь да придумает. Такому человеку оправдаться — раз плюнуть! Маринетт сильнее подергала решётку. Ну, давай же! Железная конструкция лишь шаталась из стороны в сторону — и больше ничего! Она вспомнила, что у нее же есть сумочка, в которой лежит пилочка для ногтей. Дюпен-Чен метнулась к валяющейся на полу сумке. Та упала с плеча, когда девушку запихивали в эту комнату. Содержимое полетело на пол. Вот она, драгоценная пилочка для ногтей! Маринетт опять вернулась к окну и начала ковырять маникюрным инструментом стенку в местах крепления решетки, расширяя отверстия, стараясь вытащить прутья настолько, чтобы получилось пролезть в окно. Ну и что, что второй этаж? Ведь её могут убить здесь! Сломав пилочку и разодрав пальцы в кровь, она всё же смогла вытащить один штырь. Эта маленькая победа настолько воодушевила Маринетт, что она с удвоенной силой принялась ковырять стену обломком пилочки, невзирая на саднящую боль в изодранных пальцах. Удача, второй штырь был вытащен. Теперь решётка могла отклоняться настолько, чтобы пропустить стройное тело. Девушка решила бежать сейчас же, немедля ни секунды. Собрав вещи обратно в сумочку, она наткнулась на чёрную карту. Хотела в сердцах её швырнуть под кровать, но передумала, здраво рассудив, что она ещё может пригодиться. Перекинув свою сумку через плечо, она вернулась к окну. На улице стемнело. Маринетт отодвинула решетку, открыла окно и кое-как протиснулась наружу. Стоя на карнизе, она огляделась — не видит ли кто её побега? Посмотрела вниз. Высоко, прыгать страшно. Но тут она заметила, что совсем рядом растет огромное дерево, и его толстая ветка довольно близка к тому окну, где стояла Маринетт. Если хорошенько прыгнуть, она сможет уцепиться за ветку, а там по дереву спуститься на землю. Сделав три глубоких вдоха, она присела, уперлась руками о стенки оконного проема, и, выдохнув, оттолкнулась изо всех сил, прыгнув. Маринетт больно ударилась, рухнув на жёсткий ствол ветки. Поняв, что начинает скатываться с поверхности, девушка вцепилась в дерево руками и ногами. Если бы могла, вонзила бы и зубы в ветку, лишь бы не упасть. Она аккуратно поползла к стволу дерева. Кое-как добравшись, кряхтя, спустилась вниз. Темно, только фонари освещают территорию особняка. Маринетт ещё раз огляделась. Никого нет. Не веря в собственную удачу, она на полусогнутых побежала к забору, старательно пригибаясь как можно ниже. Расстояние между прутьями кованой ограды было достаточным, чтобы девушка могла пролезть, что она тут же и сделала. Наконец-то свобода! Так, теперь нужно каким-то образом попасть во Французское посольство, ну или в любое другое европейское посольство. Там ей точно помогут! Размышляя обо всём этом, она вышла на дорогу. Особняк Далавара Маххадина стоял на отшибе города. Маринетт шла довольно долг вперёд, совершенно не зная, куда ей направиться. Машин не было, что явно очень плохо. Остановить бы одну и попросить довезти до посольства. Но удача сегодня явно была на стороне Маринетт, так как вскоре она увидела едущий ей навстречу автомобиль. Девушка замахала руками, чтобы привлечь внимание водителя. Машина остановилась, из неё вышел пожилой мужчина и что-то крикнул на непонятном языке. Девушка громко спросила: — Простите, месье, Вы говорите по-французски? Мужчина кивнул: — Немного говорю. Что с Вами случилось? Маринетт вздохнула с облегчением: — Мне срочно нужно в посольство! Прошу Вас помогите мне! Меня продали ужасному человеку, мне удалось сбежать из особняка. Мужчина посмотрел в том направлении, откуда шла девушка и спросил: — Вы говорите про особняк Далавара Маххадина? Маринетт кивнула: — Да, именно так, месье. Незнакомец открыл дверцу своего автомобиля со словами: — Садитесь, мадемуазель, я Вас отвезу туда, где Вы должны быть. Девушка села на заднее сиденье со словами благодарности: — Огромное спасибо! Вы даже не представляете, какую неоценимую помощь вы мне сейчас оказываете! Пожилой мужчина ничего не ответил, он сел за руль и завёл машину. Маринетт с облегчением подумала, что самое плохое позади, ведь она сумела спастись. Откинувшись на спинку сиденья, она прикрыла глаза. Слишком много стресса девушка пережила сегодня. Маринетт задремала, поэтому не сразу поняла, что машина остановилась. Проснулась она от того, что дверь машины открылась, и её кто-то грубо вытащил на улицу. Маринетт встретилась глазами со злым взглядом Далавара Маххадина. Нет, этого просто не может быть! Её привезли обратно в особняк! Она начала изо всех сил вырываться, но её грубо тряхнули, процедив сквозь зубы: — Если ты сейчас не успокоишься, твоим первым мужчиной сегодня буду не я, а все мои охранники! Слова подействовали, она перестала вырываться. Её поволокли к дому, девушка огляделась, чтобы посмотреть на человека, который её обманул и привёз обратно туда, откуда она с таким трудом сбежала. Маринетт крикнула пожилому мужчине: — Как же низко Вы пали, месье! Мужчина ответил: — Я обещал доставить Вас туда, где вы должны быть, а именно — в доме моего сына! На этот раз Маринетт закрыли в комнате, где окон не было вообще. Была только кровать и табуретка. Девушка села на кровать, поджала ноги, обхватила коленки руками, и, опустив голову, стала ждать своей участи. Нет, она вовсе не сдалась, она будет бороться до последнего, но сейчас ей бороться просто не с кем. Сколько она так просидела — она не знает, но ноги уже затекли. Спустив их на пол, она встала, прошлась от стены к стене. Маринетт повторила этот нехитрый путь раза три, когда послышался звук отпираемого замка. Дверь распахнулась, и в комнату вошёл хозяин особняка. С довольной ухмылкой он сообщил: — Скучала? Я тут подумал, зачем ждать ночи, приду к тебе сейчас. Тем более, что ты меня очень огорчила своим побегом, и тебя следует наказать! Маринетт сковал ужас. Она прижалась спиной к стене. Как бы было здорово просочиться сквозь бетон и убежать подальше из этого ужасного места! Злодей приблизился к ней: — Что же ты молчишь? Язык от счастья проглотила? Он схватил девушку за руку и потянул к себе, попытался поцеловать в губы. Одна только мысль об этом была ей омерзительна. Дюпен-Чен увернулась от жадных мужских губ и получила поцелуй в ухо. — Люблю строптивых девочек, это меня только больше заводит! — Зло проговорил Далавар. Краем глаза Маринетт увидела, что дверь в комнату приоткрыта. Можно попробовать сбежать! Она попыталась оттолкнуть мужчину, но он был намного сильнее, и у неё ничего не вышло. Разозлившись, она со всего маха ударила Далавара коленом в пах, помня, какую боль это причинило тогда Габриэлю Агресту. Этот раз тоже не стал исключением, и мужчина отпустил Маринетт, схватившись за свое потревоженное хозяйство и согнувшись пополам. Девушка, не теряя ни минуты, рванула к двери и уже почти выбежала из комнаты, но её схватили сзади за волосы и втащили обратно со словами: — Ах ты, грязная сучка! Маринетт швырнули на кровать. — Я хотел обращаться с тобой нежно, но вижу, ты любишь, когда больно! — Усмехнулся мужчина, прижимая девушку к кровати и садясь на неё сверху. Он схватил её подбородок своими пальцами и развернул к себе. — Я хочу, чтобы ты смотрела на меня в этот момент! Маххадин наклонил своё лицо в ещё одной попытке поцеловать Маринетт, но и на этот раз ему этого не удалось. Где-то в особняке послышались выстрелы автомата. Крики людей, суета и ещё одна автоматная очередь. Далавар вскочил, выругался на арабском языке и побежал проверять, что там случилось. Но только он выскочил за дверь как тут же получил прикладом автомата в лицо, и отлетел к стене без сознания. В особняк ворвались люди в черной форме и таких же черных масках. Они обезвредили охранников. Двое в масках вбежали в комнату, где находился хозяин особняка с Маринетт. Один из пришедших ударил Далавара, отчего тот с разбитым носом валялся без сознания. Второй человек в маске схватил за руку Маринетт и куда-то поволок, она успела только захватить свою сумочку, ведь там были все её документы. Мужчина в форме быстро повёл её вниз на первый этаж, не говоря ни слова. Маринетт увидела, что другие люди в такой же одежде стоят и держат на мушке автоматов охранников особняка, которые лежали на полу лицом вниз и с руками на затылке. Полюбоваться этим зрелищем ей не дали. Всё происходило очень быстро, действия людей в масках были отточенными и четкими. Тащивший Маринетт человек вывел её за ворота и подвёл к черному микроавтобусу. Остановились. Девушка не знала, чего ожидать от этих людей, они спасители или новые враги? Она попыталась заговорить с человеком в маске: — Кто Вы? Что теперь будет со мной? Мужчина ничего не ответил, только приставил указательный палец в черной перчатке к тому месту, где под маской у него был рот. Из-за микроавтобуса выскочил отец Далавара и накинул верёвку на шею человеку в маске, в попытке задушить. Человек просунул руку между веревкой и своей шеей, сдергивая удавку, повернулся к душителю и быстрым движением свернул ему шею. Старик кулем рухнул на землю. Маринетт закрыла рот руками, чтобы не закричать от ужаса. При ней только что убили человека. Пусть это был плохой человек, но убивать вот так вот! Мужчина в маске вернул своё внимание к девушке. Ей почему-то показалось, что он хочет и ей тоже свернуть шею. Маринетт, недолго думая, провернула свой коронный приём и со всего маха пнула человека между ног. Но он перехватил её ногу, покачав головой и помахав указательным пальцем из стороны в сторону, мол, не делай так! Но ногу не отпустил, а притянул за неё к себе. Дюпен-Чен оказалась в глупом положении, прижатой к человеку в форме и с задранной ногой. Девушка уперлась руками в черный бронежилет, в попытке оттолкнуть мужчину. В этот момент, он сорвал с себя маску. Перед Маринетт предстал сам Габриэль Агрест. Заметив шок в глазах девушки, он отпустил её. Маринетт не задумываясь ни на секунду, кинулась на него с кулаками, крича: — Я Вас ненавижу! Урод! Мерзавец! Подонок! Да я из-за Вас чуть не погибла! Да как Вы могли так со мной поступить?! Она закрыла лицо ладонями и разрыдалась. Накопившийся страх искал выхода. Габриэль, не говоря ни слова, привлёк её к себе и крепко обнял. Маринетт не понимала почему, объятья этого недостойного человека дарили ощущение защищенности, хотя она и знала, что ему доверять нельзя. Мужчина молча ждал, пока девушка немного успокоится, потом отстранил её немного от себя, и, смотря прямо в заплаканные глаза, сказал: — Прости меня. Прости, что заставил усомниться во мне. Прости за твой страх. Но ты должна знать, что тебе ничего не угрожало, я никому не позволю тебе навредить! Маринетт скинула его руки со своих плеч: — Не прикасайтесь ко мне! Вы предали меня! Никогда вам этого не прощу! Габриэль послушно убрал руки и сказал: — У меня не было другого выхода. Либо я отдаю тебя ему в обмен на кинжал, либо он забирает тебя силой. Далавар Маххадин не принимает отказов. Он не отпустил бы тебя со мной. Ты сразу ему понравилась, я заметил это, как только он впервые посмотрел на тебя. Я достаточно знаю этого человека, и знаю, что до ночи он бы тебя не тронул. Когда он пошёл в твою комнату, мы начали действовать. Маринетт верила и не верила одновременно. С одной стороны, мужчина был так убедителен, а с другой стороны, она вспомнила его холодный и равнодушный взгляд, когда она просила его помочь. Она спросила: — Если все это было подстроено, тогда почему Вы мне ничего не сказали? Да дали бы хоть какой-то знак! Вы хоть понимаете, что я испытала в тот момент?! Агрест вздохнул: — Мне было необходимо, чтобы ты натурально сыграла свою роль. Прости, но я не мог положиться на твои актёрские данные! Если бы Маххадин хоть на миг что-то заподозрил, нас бы с тобой просто расстреляли бы на месте! Кстати, чем ты так разозлила Далавара, что он пошёл к тебе раньше? Девушка ответила: — Я просто сбежала! А он меня решил наказать. Габриэль привлёк Маринетт к себе и спросил: — Он обидел тебя? Она вырвалась из мужских объятий: — Не трогайте меня! Я все ещё зла на Вас! Он не успел ничего сделать… Агрест кивнул: — Хорошо, тогда ещё поживёт. К ним начали подходить люди в масках, те самые, что держали охранников на мушке. Один из них подошёл к Маринетт и знакомым голосом спросил: — Ты в порядке? Мужчина снял маску. Это оказался Жан. Девушка была немного удивлена: — Да, спасибо… Жан перекинул автомат за плечо и сердито сказал: — Когда этот гад выбежал из комнаты, я не удержался и хорошенько приложил прикладом. — Затем обратил своё внимание, на тело которое валялось на земле: — А с этим что? — Пусть тут и валяется. — Буркнул Агрест. Не выдержав Маринетт спросила: — Кто все эти люди в масках? — После того, как я покинул особняк, я вернулся на лайнер, и спешно организовал людей, на твоё спасение. — Ответил Габриэль: — В любом случае клуб бы тебя не бросил, я бы тебя не бросил. Когда все загрузились в микроавтобус, люди начали снимать маски. Маринетт с удивлением наблюдала знакомые лица. Они все пришли к ней на помощь! Хотя она по сути им никто! В этот момент девушка ощутила себя причастной к чему-то значимому. Она поняла, что клуб, вероятно, станет для неё второй семьёй. Габриэль спросил Маринетт, когда машина тронулась с места: — Ты не потеряла карту? Она достала из сумочки черный прямоугольник: — Вот она. Агрест забрал карту из рук девушки, передал седовласому мужчине. Тот посмотрел на кусок матового пластика, потом очень внимательно на Маринетт, затем, отдав ей карту, сказал: — Всё в порядке.