Затуманенный взгляд

Снова резать вены, снова утопать в собственной крови, захлёбываться своими слезами… снова перебинтовывать руки…   Крик боли застревает глубоко в горле, глохнет где-то под рёбрами, не вырываясь на волю через крепко сжатые зубы.   Каждый раз я твержу себе: ты должен быть сильной страной, ты не должен подвести свой народ, но… всё равно срываюсь.   Ещё один новый день, так похожий на вчера: ничего, кроме тупой, вгрызающейся в самое сердце боли. Уже нет ни смятения, ни ненависти, ни скорби… ни отчаяния… лишь… полное безразличие.      Слышно пронзающее тишину, размеренное тиканье старых часов с потрескавшимся циферблатом. Пробило семь. Но я не открываю шторы: не хочу, чтобы эти холодные, равнодушные лучи солнца освещали полумрак моей комнаты. Не хочу - и всё. Каждую минуту, находясь в этой пустой темноте я замираю, надеясь услышать хоть что-нибудь кроме глухого тиканья… смех ребят за окном, а может, где-то прокаркает ворон, или… стук или звонок в дверь… но нет… Тик-так, тик-так… Тик-тик-так. Тик-так… ты никому не нужен; ты пустое место; кто вообще помнит, что ты есть?..   Я замахиваюсь кулаком, чтобы навсегда сделать эту комнату немой, но рука дрожит и не хочет опускаться, разбивать часы, рассыпать по комнате окровавленные осколки: эти часы - единственное, что осталось у меня от отца. Вот эти самые часы и память о Союзе - всё, что у меня есть.       Я не смотрю на часы (просто не могу их видеть) и поэтому не знаю, сколько сейчас времени… сколько я, весь дрожа, пролежал на ледяном полу… Что же я делаю?.. зачем убиваться, зачем растаптывать самого себя?.. хаха, ха, хахаххаха… Россия… нет тебе места в этом мире.    Судорожно я всё-таки с трудом встаю, беру последнюю сигарету и выхожу на улицу. Впервые за долгое время. На дворе уже ночь. Тёмная и безмолвная. Единственная звёздочка в беспроглядной тьме - тусклый огонёк от дымящейся у меня во рту сигареты…Закоулками, переулками, через неблагополучные районы я прихожу на мост, к реке. Теперь я стою на самом краю каменного моста, глядя куда-то в даль, в пустоту, таким же пустым, затуманенным взглядом. Выпустив вверх последнее колечко ядовитого дыма, я вздрагиваю и… падаю вперёд, в чёрную, ледяную воду. Что ж, жизнь… мне не так уж и жаль с тобой расставаться. Не так жаль, как было расставаться с отцом.