Клыки и когти. Нерассказанные истории

Диавол Ведьмак обошел торговую площадь дважды и убедился, что не зря Новиград называют сердцем культуры и искусства. За это время ему предложили: огурцы соленые, сапоги из кожи сомнительного качества, девственницу, не выглядевшую таковой, а когда он отказался, шлюх без триппера. Геральт покачал головой и пошел дальше. Дальше было: рубахи из небеленого плотна, драконий зуб, афродизиак вызывающий в крови бурление и пыл любовный изрядно повышающий, картинки эротического содержания «Услады чародейки» и арбалет последней модели. Геральт приценился к арбалету и с интересом рассмотрел похабные картинки. Волшебница, изображенная на них, чем-то походила на известную ему особу. Особа отличалась неуемной фантазией и любовью к экспериментам. Таким, что художнику даже и не снились… Ведьмак припомнил чучело единорога и внутренне содрогнулся. Это помогло ему вернуться с небес на землю. Ему позарез нужна была лошадь. — Зря вы, милсдарь ведьмак, здесь рыщете. Нету лошадок. Сами понимаете, Нильфгаард прет войной, по лесам белки скачут. Всех лошадок и реквизировали. А тех, что не реквизировали добрые жители попрятали. Потому как, ежели, драпать придется, все на своем горбу не утащишь. Человек окликнувший ведьмака отличался приятной наружностью, с легким налетом шельмовства. Одет просто и добротно, без ненужной вычурности. — Мне лошадь нужна. Ехать надо, — буркнул ведьмак. — Оно и понятно, только нету их, — развел руками собеседник, — Я могу вам другой способ предложить: он хоть и опасный, зато верный. Ведьмакам подходящий исключительно! — Портал? — Не-е-ет. Диавол. — Дьявол? — удивился Геральт. — Он самый и есть, — согласился мужчина. — Да чего говорить-то! Пойдемте, посмотрим. Туточки он, за углом, в тележке. Меня Бартош Курек зовут, управляющий у господина казначея, значит. Управляющий не обманул — на деревянной тележке лежал большой мешок. Время от времени мешок шевелился и издавал нечленораздельные звуки. Бартош вещал. Геральт слушал. — Год то какой на дворе? 1584! Год конца света, Апокалипсиса и прочих ужасов. Кругом куда не посмотри мор, война и голод. Помните, как сказано в «Доброй Книге»? «Освободится из заточения Диавол, и пойдет соблазнять народы в четырех углах земли. В горы, где эльфы прячутся подымется и даже в пещеры, где гномы рыскают, спуститься…» — А начать соблазнение он решил исключительно в саду господина казначея? — Именно! Поскольку нет для него большей радости, чем узреть грехопадение человека праведного. Хозяина моего. Казначея значит. Геральт впервые слышал о праведных казначеях. Но допускал, что где-то они существуют. Редкие, как единороги. — Вот я вам и толкую: соблазнять во всех углах земли. Так-то оно и было. Я все своими глазами видел, — Курек перевел дух и продолжил. — Иду я значится через сад, по большой нужде. По малой бы и ходить не стал, чай цветочные вазоны не зря в саду поставили, а вот срать, прости, святой Варнава, в нужник приходится. Потому как казначей под деревьями сказал: «Не гадить, ни-ни!». Мол, цивилизация и прочие умные словеса. А по-простому рассудить, все из-за супруги евоной — сел с ней под яблоньку пообжиматься да и вляпался в дерьмо. — Ближе к делу, — попросил ведьмак. — Да почитай подошли уже. Иду я значит через сад, а тут он. Диавол значит. Страшный! Черный весь, а глаза белые. Стоит и соблазняет: то бишь орет на весь сад мерзким голосом. — Что орет? — Да, кто ж их диаволов разберет? Навроде, к хренам все заповеди, что записаны в «Доброй Книге» и пророка Лебеду тоже, хм-м-м, к хренам. — М-м-м-м, дальше? — Дальше я его граблями, что под яблоней стояли и огрел. Супротив хороших граблей ни один диавол не устоит! Потом господина казначея позвал. С супругою. Они тоже на диавола посмотрели. Супруга от страха сразу в обморок упала, а вот господин казначей не струхнул, долго его, диавола, рассматривал, а потом утопить приказал — во рву, где фекалии из казармы сливают. Там говорит ему самое место, говнюку. — А ты? — Я и повез, как рассвело. Да только вас по дороге встретил и смекнул — диавол вам пригодится может. Геральт вздохнул. — И что ты прикажешь мне с ним сделать? Порубить в капусту? — Зачем же? — удивился управляющий, — он вас доставит куда надо. Известно, освободиться желая Нечистый, что угодно выполнить может. Посадит вас на закорки — раз! — и на месте. Вот там уже его и порубите. Мечом-то ведьмачьим. — Захочет ли? — усомнился ведьмак. — Так мы его спросим. Ну-ка, враг рода человеческого, отвечай, повезешь ведьмака куда требуется или нет? Мешок зашевелился и забубнил что-то непонятное. — Видите, соглашается. — Так не понятно ничего… — Это от того, что рот его я кляпом заткнул — соблазнял дюже. Говорил, что мол он вхож везде и вес имеет немалый, что денег за него дадут много и лютню главное просил не трогать… Геральт вздохнул и закатил глаза. — Дайте хоть взгляну на вашего диавола… — Ну уж нет. Две серебряные марки, и он ваш. — Да это же грабеж! — С диаволами всегда так. Платишь много — получаешь чуть. А не хотите, я его в ров… — Бери… и черт с тобой! — ведьмак снял с пояса тощий кошель, — и лютню. Лютню давай сюда. *** Лютик и Геральт сидели на берегу реки. Бард старательно отмывал с лица черную краску. — У тебя точно мыла нет? Ведь не оттирается… так и буду ходить черный, словно зерриканец. — Ты зачем мазался? — Думал незаметно, под покровом ночи, пробраться к прекрасной Каролине. А тут этот идиот с граблями… Подкрался и как шарахнет! Я сразу сознание и потерял. Очнулся уже в мешке. — Знаешь Лютик, я верил в эволюцию, пока не повстречал тебя… Хотя ты возможно неудачная ветвь… Хулу на Лебеду зачем возносил? С фанатиками давно не беседовал? — То не хула, — надулся поэт, это моя новая баллада. Называется «Заблуждения любви» — Увидев Вас, отринул я Увещеванья Лебеды. Нет в сердце веры и огня Там только ты, одна лишь ты…» Ну, хорошо же? — Обычная хрень — как понос, только хуже. Потому что понос, после приема кошачьих ушек кончается, а твои стихи нет. — Эх, Геральт, Геральт. В другой день я бы на тебя обиделся, но не сегодня: ты все же спас мою жизнь… Кстати, раз уж спас, не хочешь поддержать в ней жизненные силы? Жрать хочется, сил нет. Геральт достал из кармана сухарь и протянул его барду. — Ешь и в путь. Я потратил на тебя все деньги, что у меня были… И возьми-ка еще мой мешок. — Это почему? — Потому, — нехорошо усмехнулся ведьмак, что иначе я сяду к тебе на закорки и ты повезешь меня до самого Брокилона. Надевай, не морщись. Диавол.