Волкомания. Одолеть песок

Первый урок фехтования начался с того, что Кэнон дал Диане меч и тут же предупредил: «Не скажу, что из меня хороший учитель, всё-таки я больше владею световым, а не обычным мечом». На это Диана махнула рукой. Она прекрасно понимала – кроме него никто не научит. Тренировки проводились в сундуке с внутренней магической комнатой – всё для того, чтобы никто во дворце не узнал, что принцесса наглым образом нарушает указ Пьера. Защищённая со всех сторон экипировкой Диана махала тяжеленным мечом. Кэнон её останавливал, показывал правильные движения и заставлял отрабатывать всё заново. Поначалу он полагал, новая ученица не продержится и двух уроков (может, по этой причине он и взялся за её обучение), однако прошла неделя, потом вторая, а девочка, хотя у неё и начинала болеть рука, всё также упорно продолжала заниматься. В начале третьей недели Диана пригласила Кэнона покататься на лыжах в окрестности Лилиентаря, и он согласился. Был холодный день, овеянный падающими крохотными снежинками. Солнце, спрятанное за белой пеленой облаков, лишь изредка пробивалось сквозь неё, оставляя на снегу призрачные блики. Лёгкий ветер с посвистыванием качал редкие деревья, и их голые ветви, покрытые инеем, звенели, как хрустальные колокольчики. Скрипели лыжи, визжали металлические палки. До самого горизонта раскинулись широкие поля Лилиентаря и напоминали огромное полотно, расписанное природой. Постепенно вьюга утихала, превращаясь в снежное безмолвие. Диана внимательно всматривалась в блестящие заледеневшие ветки встречавшихся деревьев и думала о том, как бы было прикольно их зарисовать. – Летом здесь ещё прекрасней, – сказала она, съезжая с небольшой горки. – Не сомневаюсь… – тихо проговорил Кэнон, пытаясь удержать равновесие. Лыжи то и дело разъезжались в разные стороны. Ко всему прочему после недавнего прыжка через портал отчего-то кружилась голова. – Слушай, я спросить хотела, – продолжила девочка. – Там, в «Доме Короны», когда ты облил и себя, и меня, почему ты ушёл? Я к тебе подошла, чтобы наколдовать очищение одежды, а ты взял да ушёл… – И ты спрашиваешь об этом только сейчас? – усмехнулся Кэнон. – Когда пришло в голову, тогда и спрашиваю. – Ну… я уже и не помню… Вроде бы, мне показалось, ты съёрничала. К тому же меня ждал граф. Диана ненадолго задумалась. – А как ты и Эзра проигрались Сильву? – Да так и проигрались… Первым в это вляпался Эзра, не жилось ему спокойно. Чтобы его освободили, я договорился найти графу какую-то волшебную книгу «Тоди» или как её там... С заданием я не справился, и он предложил отыграть Эзру в карты. Ничего другого не оставалось. Пришлось подписать договор и попытать удачу. – Но почему ты не обратился в милицию? – Диана… я джедай. До сих пор удивляюсь, как меня не раскрыли и не арестовали в Провод Осени. – Это когда мы поехали в отделение? – Ну да. – Так вот почему ты выглядел таким перепуганным! – Не придумывай, ничего я не выглядел. – Ещё как выглядел! Коленки дрожали от страха, руки тряслись, а сам вот-вот в обморок был готов шлёпнуться! – засмеялась Диана. Кэнон картинно закатил глаза, но было видно, как его губы дрогнули в улыбке. Между тем за путешественниками из-под покрова снегов следила пара горящих глаз. На плече блестело родимое пятно в виде короны, которое зверь залепил, чтобы остаться незамеченным. Он был сторонним наблюдателем и до поры до времени не вмешивался. Его белоснежная шерсть большой туши сливалась с сугробами и на фоне полей терялась. Послышался вой. Тугой и могучий, он взвился куда-то ввысь, преодолел высокую ноту и замолк. – Лесной Орден, – сказала Диана. – Что? – не понял Кэнон. – Лесной Орден волков охраняет жителей Лилиентаря во время фазы зимы, а летом уходит в северные края. Разве ты о них не слышал? Они таких гигантских размеров, наверное, с гризли! – Мне рассказывали о них разные вещи, но я думал – это сказки. – Когда-то я тоже так думала… – загадочно ответила Диана. Наблюдавший за ними волк вскочил с места и настороженно втянул воздух. Выл патрульный из его стаи, сообщавший другим, что ничего не удалось обнаружить. Намерение соплеменников угадывалось – они шли сюда. Длинными мощными прыжками зверь ринулся к двум лыжникам. Кэнон шагнул вперёд, заслоняя Диану, и выхватил световой меч: – Назад! – Стой, подожди! Он друг! – вмешалась девочка. Когда волк достиг их, то встал как вкопанный и злобно уставился на горящий синий клинок. Размеры зверя впечатляли: телосложение крупнее средней лошади, мощные когтистые лапы, огромная клыкастая пасть. – Друг? – оглядывая его, в удивлении переспросил Кэнон. – Выясни, прежде чем бросаться с оружием, джедай, – пробасил волк и обратил свой взор с недопонимающего Кэнона на Диану. – Моё почтение, принцесса Диана, но не время для бо́льших любезностей. У нашего клана был похищен важный артефакт и вам не следует здесь находиться. – Считаешь, волки подумают на нас? – спросила девочка. Вновь раздался вой и уже намного ближе, чем в прошлый раз. – Могут. Украденный артефакт был важен для Лесного Ордена, и сейчас они готовы наброситься без разбору на любого. Волк лёг на землю и, оказавшись на одном уровне с людьми, приказал на него залезть. Диана, как и Кэнон, впопыхах отстегнула лыжи, зажала их в одной руке и уже через полминуты сидела на спине зверя. Он ринулся с места, чуть не стряхнув с себя плохо ухватившегося за шерсть Кэнона, и огромными, размашистыми прыжками помчался в сторону лилиентарских деревень. Ледяной ветер задул в лицо, руки, хоть и в перчатках, стали замерзать. Диана поняла, что вот-вот уронит лыжи в сугроб. Она забеспокоилась, заёрзала. По счастью, сидевший позади Кэнон помог ей ухватить лыжи покрепче. По мере отдаления от опасного места, вой постепенно утихал, пожираемый холодными снегами и встречным свистом. Когда волк остановился и высадил друзей, Диана потребовала объяснений: – Айс, признавайся, за что на нас могут напасть? И что за артефакт? Айс задумался прежде, чем ответить, будто бы взвешивая можно ли довериться людям: – Священная реликвия Лесного Ордена. Она обладает магической силой, которая наделяет вожака стаи несколькими жизнями. – Кубок Жизни? – уточнил Кэнон. – Я о нём читал в древних легендах. – Когда успел? – спросила Диана. – Не важно. Кэнон настолько часто произносил эту фразу по делу и без дела, что Диана не сдержалась и недовольно процедила: – Ой, и всё тебе «не важно». Что не спроси – не важно. Хоть бы раз по-нормальному ответил. – Не горячись, принцесса, – произнёс Айс и обратился к Кэнону: – Правильней, просто Хрусталь. «Кубок жизни» придумали народы Мевкоссо. Хрусталь… Волки особо не заморачивались с названиями. – Он был похищен неизвестными прямо из-под носа стражей несколько часов назад. Была применена магия. Так как по странному стечению обстоятельств вы здесь… – Волки могут решить, что виновата Диана, – понял Кэнон. – Но это же бред! Больно нужен правительнице Волкомании ваш Хрусталь. – Они разбираться не станут… Сейчас не самые лучшие времена в стае. Наш вожак стал другим. Из мудрого, справедливого правителя он превратился в нечто агрессивное, честолюбивое... Мои собратья воспитаны беспрекословно ему служить, а потому его слову никто не посмеет противиться. – Зачем настоящим похитителям Хрусталь? – спросила Диана. – Это ещё предстоит выяснить. – В таком случае, нам действительно здесь нечего делать, – сказал Кэнон. – Принцесса, не откроешь портал? – Да подожди, я не виделась с Айсом Счастливый Пёс знает сколько времени! – отмахнулась Диана. Постепенно с новой силой начинал падать снег, поднимался ветер, пока три фигуры стояли посреди сугробов. – Твой друг-джедай прав, вам бы не мешало переместиться в другое место как можно скорее, – сказал волк и развернулся. – Мои собратья не должны вас видеть, иначе проблем будет только больше. – Я не говорила, что твои собратья порой бесят? В самом деле! Лесной Орден надо было назвать не Лесным, а Бесячим. Бесячий Орден… – Говорила. – Широкая улыбка растянулась на белой морде. Волк сорвался с места, умчавшись вдаль и растаяв за снежной пеленой. Диана открыла портал, который заискрился нежным голубоватым свечением. Раздалась вспышка, и два человека с лыжами исчезли с бескрайних полей, где ютились домики окрестной деревеньки. Снежинки кружились в воздухе, и с каждым мгновением их становилось всё больше и больше.

***

Кэнон схватился за живот и чуть не рухнул на пол дворца – Диана подхватила его под плечо, пытаясь удержать, но вес рослого мужчины явно был ей не по силам. – Кэнон, что с тобой? – обеспокоенно спросила девочка. Раздался грохот упавших лыж. На помощь подбежали двое стражников, дежуривших неподалёку. – Я в порядке. – Он, немного пошатываясь, отмахнулся от стражи. – Ага, вижу. Ещё скажи: просто прилечь решил. Должно быть, это из-за непривычки к порталам. У некоторых слишком острая реакция на такое. – Вроде как я раньше перемещался, и всё было нормально. Это ты что-то не так наколдовала. – Я не так наколдовала?! Да чтобы ты знал, все, кроме тебя, без проблем со мной телепортировались! – возмутилась Диана. – В любом случае, тебе нужно к Левси. Он даст чего-нибудь, и всё пройдёт. – И она обратилась к своим людям: – Отведите его в медотсек. Приказание тут же исполнили, Кэнона доставили к юному врачу. Тот, несмотря на сопротивление пациента, осмотрел его и прописал пару таблеток. – И боль как рукой снимет, – сказал Левси. Кэнон, поморщившись, проглотил лекарство. Помимо Левси, в кабинете, пропахнувшем целебными мазями, находился ещё один врач – скромный дядечка в очках с зажатым в вытянутых пальцах портфельчиком. Он молчал, даже когда Диана и Кэнон в сопровождении Левси выходили. – Кто это? – настороженно спросила Диана у парнишки. – Наш новый королевский врач, Савел Фарон. Прибыл сегодня. Онджий перевёлся в больницу, а Савел занял его место. – Левси показался Диане немного бледным. – Знаешь, мне кажется… он не очень хороший специалист. – То есть, бестолковый? – бросил через плечо Кэнон. – Я бы выразился иначе. – Левси, а кто его нанял? Ганс или Ютта? – спросила Диана. Ей стало любопытно, на чьей стороне Савел. – Не тот и не другая, – мотнул головой парень. – Его взяла твой регент по рекомендации Онджия. – Почему же он непрофессионален? Из-за того, что не здоровается? – Он несёт чистый антинаучный бред, но замечания какого-то «мальчонки» не желает слушать. Пока Диана и Левси обсуждали нового врача, Кэнон свернул за угол и направился в комнату, в которой надеялся найти Эзру. Парня там не оказалось.

***

Мёл снег и оседал на землю. Небо казалось тёмным, невзрачным. Сабина рассеянно смотрела в окно, пытаясь собрать мысли в кучу. Около получаса назад пришёл Эзра и доверил нечто ужасное почему-то именно ей. Что с ним произошло, она так до конца и не поняла. – Это случилось в Тобсаше, когда я ездил туда по делам. Со мной собирался отправиться Кэнон, но, в итоге, передумал и просто проводил до поезда, – поникнув, рассказывал Эзра. – Я сам толком не знаю, что произошло. В какой-то момент я почувствовал, как что-то кольнуло в глаз... Вначале не обратил никакого внимания, думал, всё пройдёт само. Потом стал бегать по врачам, да без толку. Одни говорят, у меня гетерохромия, другие с ними спорят. Анализы ничего не дают. А теперь меня ещё сводит с ума странный зов. И этот зов то ли в голове, то ли идёт откуда-то со стороны. И он как будто призывает меня… призывает к каким-то действиям. К очень плохим действиям. А я их делать не хочу. – Кэнон знает? – оторвавшись от наблюдения за окном, выдала Сабина. – Нет, я ему не говорил. У него и без меня полно проблем. – Волосы Эзры почернели от одновременно возникших страха, печали и замешательства. – Саб, я не знаю, что мне делать… Это какое-то заболевание или проклятье? Или у меня просто едет крыша? Девушка ещё раз взглянула на его правый глаз, в который он уже вернул синюю линзу. Глаз слезился, и казалось, что Эзра вот-вот зарыдает. Но это только казалось. – Я не знаю, – вздохнула Сабина. Она подошла к парню, села рядом на кровать и положила руку ему на плечо. – Всё-таки Кэнону следует всё рассказать. Он твой друг и наставник. Может, он чем-нибудь поможет? В эту минуту на её запястье затрещал комро-браслет, и когда она ответила, появилось голографическое изображение Кэнона: – Сабин, Эзра не с тобой? Лёгок на помине. Девушка неуверенно переглянулась с парнем и после некоторых раздумий кивнула: – Да, со мной. – Тогда передай, что я его ищу. Необходимо кое-что обсудить. Эзра встревожено сглотнул, как будто Кэнон стал всевидящим и неведомым образом обо всём узнал. Волосы парнишки мигом сменили чёрный цвет на мутно-синий. Сабина отключила браслет и посмотрела на Эзру. – Обещай пока не говорить ему, – тихо попросил тот. – Я расскажу всё сам.

***

Когда Эзра подошёл к двери комнаты учителя, то неуверенно замер. Сабина всё правильно сказала, Кэнон его друг и наставник. Так почему Эзра до сих пор не удосужился рассказать, что чувствует себя плохо? Парень вздохнул. Известное дело – не хотел лишний раз беспокоить. Только-только Кэнон освободился от графа Сильва, как его заколдовали и похитили голокрон. Потом этот голокрон пришлось искать, затем Кэнон умудрился рассориться с принцессой и ходил угрюмый. Эзра всё оттягивал момент, когда можно было бы рассказать о своих проблемах. Он не любил говорить, что у него что-то не так. Особенно Кэнону. Тот начнёт за него переживать, места себе не находить. Эзра и без того побеспокоил Сабину, так зачем ещё кого-то впутывать? К тому же ничего неизвестно. Сквозь далёкое окно коридора выглядывал крючковатый месяц Сайено. Его праведная сестра ещё не поднялась на небо, и Сайено, покровительница лжи и коварства, холодным каменным взором сверлила парнишку, стоящего у двери подобно школьнику, опоздавшему на урок. Или всё-таки правильнее рассказать? Подойти и признаться: «Кэнон, со мной творится что-то не то. Я словно разделяюсь на две сущности, и одна из этих сущностей диктует мне, что делать». Эзра переминался с ноги на ногу, пока не услышал оклик Кэнона: – Что ты там битый час мнёшься? Входи! После этого Эзра нажал на панель двери и прошёл внутрь. Первое, что бросилось ему в глаза – стол, заваленный огромным количеством электронных книг по разделу магии. За ним сидел Кэнон и что-то усердно строчил размашистым, косым почерком. Мерный, белый свет настольной лампы падал на голографический лист с чёрными линиями строк. Что-то дописав, Кэнон развернулся, и глазам открылся скрывающийся за широкой спиной датапад, где была выведена иконка полупрозрачного, отдающего золотом кубка. – Ты хотел со мной поговорить? – спросил Эзра. Он старался выглядеть непринуждённо, но поведение Кэнона несколько его смутило. – Именно! – Кэнон на мгновение показался учёным, сделавшим открытие. – Ты когда-нибудь задумывался, насколько связаны Кубок Жизни Лесного Ордена волков и голокрон? – Мне и в голову не приходило… – промямлил парень, не совсем понимая, причём здесь Лесной Орден. – Собственно, как и мне. – Он придвинул к глазам ученика открытую страницу книги. – На первый взгляд, казалось бы, голокрон – это хранилище информации, а Кубок Жизни – магический дар. Но! Есть одно исследование, где утверждается, что они между собой могут взаимодействовать. Представь, что будет, если совместить информацию и жизнь? – И что же? – До этого умозаключения, честно сказать, я ещё не дошёл, однако обязательно во всём разберусь. – И Кэнон по старой привычке, от которой долгое время пытался избавиться, почесал затылок. – Что если кто-то хочет собрать их вместе? Отсюда вопрос: для чего? Повисло недолгое молчание. – Кэнон, я тут хотел кое-что сказать… – собравшись с мыслями, начал было Эзра, как вдруг замолк. Резкий голос, будто произнесённый над самым ухом, злобно завопил: «НЕ СМЕЙ!» По стенам комнаты стали мерещиться ползущие тени, извивающиеся, точно живые, и с каждым мгновением становившиеся всё гуще. Голова отчего-то закружилась, а сердце забилось в груди словно ненормальное. Эзра чувствовал, как что-то холодное и липкое, словно туман, пытается проникнуть в его разум, обволакивая мысли и заглушая волю. Он хотел открыть рот, произнести хоть что-нибудь, но не мог. Губы будто зашили грубой ниткой, а язык стал тяжёлым и непослушным. В ушах звенело, и этот звон смешивался с нарастающим гулом, который, казалось, лез из собственного сознания. – Эзра, ты в порядке? – подойдя, спросил Кэнон. Его голос звучал как будто издалека, сквозь толщу воды. Парень уткнулся лицом в свою ладонь, а когда отнял руку, уставился на учителя до пугающего равнодушным, пустым и холодным взглядом. На мгновение тому показалось, что перед ним и не Эзра вовсе. – Всё в порядке, просто устал, – сказал парень. Кэнон нахмурился. Что-то было не так, но он не мог понять что. – А что ты мне хотел сказать? – спросил он. – Да так… Сегодня прекрасный день. Самое оно для перемен.