Волкомания. Одолеть песок

Следующим днём состоялось собрание. Из-за уроков фехтования Диана несколько замешкалась. Её тёмные волосы были слегка растрёпаны после тренировки, а на щеках играл румянец от быстрого бега по коридорам, когда она встретила у входа Энакина, в шутку сделавшего ей замечание об опоздании. В ответ девочка пропыхтела: «сам-то!» Вошли они вместе: Диана – под неодобрительный взгляд Ганса, а Энакин – под строгое выражение лица Оби-Вана. Зал, залитый мягким светом голографических проекторов, был уже полон. Члены Совета тихо переговаривались. В воздухе витало лёгкое, точно невидимая нить, напряжение. «Многовато народу для рядового собрания», – подумалось принцессе. Она присела на трон рядом с антропоморфной волчицей, Бьянкой. Та в приветствии кивнула. Над головами собравшихся, едва не задевая высокие своды, парило небольшое кресло-платформа, оснащённое антигравом. На нём восседал корольер Тоб в изящном позолоченном ошейнике и крохотной короне. Его блестящие глазки внимательно скользили по залу, а пушистый хвост нервно подрагивал. Когда наступила его очередь говорить, платформа плавно опустилась к центральному подиуму. Корольер нажал лапкой на миниатюрный усилитель, встроенный в подлокотник, и его звонкий, но твёрдый голос обрёл внушительное звучание: – Джедаи веками служили Волкомании и всем близлежащим островам. Их мудрость и сила не раз спасали нас от гибели. Во времена Войн Клонов именно они вели армии к победе, отдавая жизни за правое дело. Почему же мы отвергаем их теперь? – Потому что времена изменились! – прозвучал строгий голос Ганса. – Джедаи предали Волкоманию и каждого её жителя! Их орден был разгромлен королевской армией не без причины. Они злоупотребляли доверием, властью, они погрязли в собственных интригах! И теперь вы хотите вновь вручить им целые дивизии? Чтобы история повторилась, но на сей раз с ещё более страшным концом? В зале поднялся лёгкий ропот. Некоторые кивали или, напротив, мотали головами, другие пожимали плечами, перешёптывались, бросая заинтересованные взгляды на двух джедаев, сидевших у дальнего витражного окна. Солнечный свет падал сквозь разноцветное стекло на лица, словно высеченные из камня, и Диана, сколько не приглядывалась, всё никак не могла разобрать выражений ни у Оби-Вана, ни у Энакина. – Предатели? – Тоб покачал головой. – Разве предатели спасли бы мою жену, спасли бы меня самого́ от песчаного духа? Нет, так поступают лишь истинные герои! – Может, то была лишь уловка? Джедаи всегда были мастерами манипуляций. Кто знает, что у них на уме? – проворчал один грозный медведь из Совета. – Либо они в самом деле действовали из чистых побуждений, – сказала сидевшая рядом лисица в строгой униформе. – Мы не просим слепой веры, – спокойно произнёс Оби-Ван, и все обернулись к нему. – Только возможность доказать, что джедаи – не враги Волкомании. – Доказать? – фыркнул Ганс. – После того как джедаи-генералы учинили войну и затянули в неё всех вокруг? После того, как они убили королеву м’Эри? – Это чистая клевета! – резко ответил Энакин. Оби-Ван положил ему руку на плечо, словно предостерегая от дальнейших неосторожных слов, но тот лишь отдёрнулся. – Обвинения, подстроенные против Ордена Кайгрумами! Разве не видно, многоуважаемый асье Ганс? Разобщив всех нас, они добились того, что хотели – дорвались до власти и погрузили Волкоманию во тьму! Джедаи НИКОГДА не устраивали войн и, тем более, не убивали королеву! «Ох, и зря же он так…» – мелькнула мысль в голове Дианы. Зал так и взорвался гулом голосов. Среди них девочка расслышала как поддержку «А он прав!», «Дело говорит», так и возмущённые восклицания «Какая дерзость!», «Да что он себе позволяет?», «Так нагло врать и не краснеть!» Сама она не понимала, почему часть собравшихся так упорно обвиняет джедаев. Диана хоть и не прочитала в библиотеке целую стопку книг о Войнах клонов, но зато покопалась в официальных документах. Там царили сплошные противоречия: в одном месте говорилось, что «джедаи бросили войска», в другом – «вели солдат на верную смерть», в третьем и вовсе утверждалось, будто они «перешли на сторону врага». Да, джедаи проиграли. Да, многие генералы погибли. Но почему они изменники? Из-за убийства королевы, правившей в то время? Но, ведь, в самом деле, не было каких-то неоспоримых доказательств, что это сделали именно джедаи – лишь туманные намёки и громкие обвинения. «Была бы здесь Агела, она бы сказала что-нибудь такое, что заткнуло бы всех и прекратило эти бессмысленные споры…» – с грустью подумала Диана. Её размышления прервал резкий стук посоха о мраморный пол. – Вы только что слышали, господа, – сказал Ганс, отстав от посоха и бросив на Энакина взгляд, полный леденящего презрения. – Джедаи не только отрицают свою вину. Они смеют обвинять нас, верных слуг короны, в клевете! Всем известно, что в ту роковую ночь королева м’Эри встречалась с Советом джедаев. Говорили – для переговоров. Но на следующее утро… – принцесса к глубочайшему своему изумлению услышала в его голосе настоящую горечь. – Её нашли в тронном зале. Обезглавленной. Следы световых мечей на стенах. Обугленные порезы на теле – словно её не просто убили, а зажарили заживо! В зале кто-то, впечатлённый проникновенной речью Ганса, то ли всхлипнул, то ли вскрикнул. Ненадолго все замолчали. Воспользовавшись моментом, с места поднялась невысокая женщина с заплетёнными в изящную причёску каштановыми волосами и переливающимися серебром одеждами. То была сенатор, та самая, с которой Диана ездила в пустыню к принцъерам. – Асье Ганс, предрассудки, столь долгое время окружающие Орден, порой мешают здраво мыслить, – произнесла она. – Ты говоришь о следах световых мечей, о тайных встречах, о предательстве. Но скажи – где доказательства вины джедаев? Где факты, а не домыслы? – Факты? – голос Ганса звенел, как натянутая струна. – Они перед глазами! Или, по-твоему, обугленные трупы королевской стражи в тронном зале – домыслы? Бесконечная полемика, виновны джедаи или нет, тянулась и тянулась. Кто-то вставал на их защиту, кто-то продолжал возмущаться. На зал раздавался то один голос, то сразу несколько. После усердной тренировки в фехтовании Диана только и мечтала, чтобы совещание поскорее закончилось; а может, на ней сказывалась природная неусидчивость. И как же она поражалась Гансу, который столь агрессивно, столь яростно пытался не допустить джедаев в командиры. Ей даже в голову не приходило, что он до такой степени их презирает, хотя и скрипя зубы терпел присутствие Кэнона с Эзрой во дворце. – Удобная позиция – называть любые улики ложью, а любых свидетелей – жертвами заговора! – рычала тем временем мускулистая, ухоженная тигрица. – Как вы не поймёте: джедаев напрасно обвинили и заставили прятаться долгие годы! – обратился ко всем присутствующим корольер Тоб. – Кайгрумам была выгодна смерть королевы, и выставить предателями джедаев – единственных, кто мог помешать – стало их первостепенной целью. – И что же они не помешали, раз были единственными? – фыркнул кто-то из зала. – Потому что нас уничтожили раньше, чем мы успели что-либо предпринять, – сказал Оби-Ван. – Те самые клоны, столь верно служившие нам, в один миг развернули оружие против нас. Они стреляли в спины тем, кого клялись защищать. В мастеров, что обучали и сражались бок о бок с ними. И знаете? В их глазах не было ненависти. Ни малейших колебаний. Лишь пустота. Будто кто-то щёлкнул выключателем в их сознании. Он замолчал и скрестил руки в широких рукавах туники. Гнетущая тишина вновь ненадолго опустилась на зал. Даже Ганс слегка помрачнел. Диана задумалась о Кэноне. Он тоже был из тех, кого Война клонов опалила своим смрадным дыханием, кому пришлось столкнуться с бесчисленными потерями и наблюдать, как друзья уходят в небытие, кто почувствовал леденящее душу прикосновение смерти. Но до сих пор девочка не догадывалась, что именно ему пришлось пережить. Всегда, когда речь заходила о былом, он становился отстранённым, задумчивым, а его взгляд терял привычную живость и стекленел, отражая что-то далёкое, болезненное. – Кайгрумы подготовились тщательно. Они знали, что пока живы джедаи, их планам не сбыться. И в ночь, когда напали на королеву, клоны расстреляли собственных генералов, – закончил Оби-Ван. – Они как раз расстреляли джедаев именно потому, что Орден королеву убил! – возразил Ганс. – Ну да, а после её смерти к власти пришли Кайгрумы, и клоны уже через сутки отдавали им честь, – огрызнулся Энакин. Диана повернулась к Бьянке, которая, подперев щёку пушистой ладонью, внимательно наблюдала за происходящим. В её больших голубых глазах играли синие отблески голограмм, пока мохнатые дымчатые уши были навострены, точно в стремлении уловить любой звук, будь то крик или даже самый тихий шёпот. – Это будет продолжаться бесконечно, – чуть наклонившись, едва слышно произнесла Диана. – Словно всех заточили в комнату с эхом – одни и те же обвинения, одни и те же оправдания. Бьянка, не отрывая глаз от говоривших, медленно кивнула. – А ты какого мнения придерживаешься? – Обвинения… громкие, – задумчиво, подбирая слова, сказала Бьянка. – Нет доказательств, которые бы что-либо подтверждали, как и тех, что опровергали бы. Всё это утягивает в пропасть нескончаемых споров, намеренно созданную Кайгрумами. Их проведённое на тот момент «расследование» – сплошной театр с повреждёнными записями, одураченными свидетелями и сгоревшими архивами. – Кайгрумы уже давно повергнуты, – нахмурилась Диана, – но к их словам почему-то до сих пор прислушиваются. – Для истории это случилось словно вчера, – вздохнула Бьянка. – Последствия их правления ещё долго будут на нас влиять, как влияют на пустыню отголоски войны «Белых и Чёрных чар». Сколько столетий назад она произошла? А вот антимагические аномалии всё ещё не оставят Пиковскую область в покое. Диана, по-прежнему хмурясь, уставилась на сцепленные на коленях руки и о чём-то с некоторое время размышляла. Зал всё ещё наполняли споры, которые, казалось, раскаляли воздух. Голоса смешивались, взрывались резкими речами. – Хватит! – вдруг раздался усиленный устройством голос принцессы. Когда все замолкли и обратили своё внимание на неё, Диана продолжила: – Я услышала достаточно. Мы можем бесконечно рассуждать, предавал ли Орден Волкоманию, убивал ли королеву. Доказательств, подтверждающих или же опровергающих это – нет. Все старые записи уничтожены Кайгрумами, в докладах и литературе полно несостыковок. Мы можем либо поверить, либо не поверить. А между тем, мы собрались здесь, чтобы решить – вернуть ли джедаев к командованию. – Она сделала небольшую драматическую паузу. Все сосредоточенно, в том числе и оба джедая, вглядывались в её лицо, и Диана старалась выдержать их вопрошающие взоры. – Им бы стоило дать шанс. Зал поглотили перешёптывания. – Конечно, не стоит вручать им сразу целые дивизии, – девочка старалась говорить твёрдо и мысленно молилась, чтобы в её голосе никто не услышал и намёка на оправдания, – но, возможно ли, чтобы мы могли назначить им какой-нибудь испытательный срок? – Какой ещё испытательный срок? – холодно фыркнул Ганс. – Но, ведь в самом деле, в истории известны случаи, когда на высоких должностях устраивали проверку временем, – сказал Тоб. – Наш союзник, Алония, запросила поддержку. У них начался мятеж, и подавить его оказалось куда сложнее и опаснее, чем они предполагали. Мы могли бы направить к ним солдат под командованием джедаев, – заключила львица с механической лапой, являвшаяся военным министром. – Все ли согласны поступить именно так? – спросила Диана. Сначала собравшиеся молчали, погружённые в размышления, затем послышался неуверенный ропот одобрения. Ещё несколько голосов добавили свои аргументы, и вскоре стало ясно – большинство склоняется к тому, чтобы поручить джедаям миссию. Лишь Ганс и ещё пара советников выразили свои возражения, но всё это потонуло в общем решении.