Shake your ass, baby

      Кадзуха еще никогда так не переживал, как за сегодняшний день. Весь полет он не находил себе места, в голове крутилось множество мыслей. Он тысячу раз пожалел, что психанул и бросил Скару, позволив ему лететь одному. Если бы они были вместе…       Блондин вылетел из аэропорта и сразу же набрал номер парня, послышались гудки. На звонок ответили. — С-Скар? Малыш, это ты? — тишина. — Ответь, ну же! Скар! — Кадзуха… — послышался хриплый голос. — Ты как? Ты где? С тобой все хорошо? — блондин метался на месте в ожидании такси. Обычно возле аэропорта их полно, но сейчас, как назло, было пусто. — Ну, привет, сынок. — Что ты с ним сделал?! — он закричал в трубку. Волнение росло с каждой секундой. — Что ты с ним сделал, скотина?! — А ты посмотри сам.       Включился видеозвонок. От увиденного кровь застыла в жилах. На старом матрасе сидел Скарамучча, на шее которого был ошейник с шипами внутрь, от него шла цепь к стене. Парень был абсолютно голым. На его руках были железные наручники. Он слабо подавал признаки жизни, будто вот-вот умрет. Слабое освещение подвала плохо позволяло разглядеть больше, но Кадзуха видел этот взгляд синих глаз, молящий о помощи. — Скар… Ублюдок, что ты с ним сделал?! Что ты сделал с ним, блять! Что тебе от него нужно? — Кадзуха кричал громко, надрывая голос. — Мне нужен ты, а не он. — камера переключилась на мужчину. — Да, сперва был такой план. Вот только планы резко изменились. Знаешь, я готов был принять твою ориентацию. Да, может, не сразу, когда-нибудь. Вот только тут всплыло то, что повергло меня в ужас. Мой сын — гей, и он влюбился в шлюху?! В эту дрянь?! Да ты посмотри на него, он такой жалкий, что на него даже смотреть противно! — Завались! Закрой рот! — Я тут поискал про него информацию. Оказывается, он настоящая знаменитость в нашем скромном городке. Его фотографии мелькают по всем сайтам с проститутками. А отзывы — м-м! Дорогая жопа у твоего «малыша». Кто только не ебал его. Много мужчин бросили свои семьи, потому что хотели только его зад. — Закройся! Я не хочу это знать! — А еще он настоящий мазохист. Кстати, как тебе ошейник с цепью? Специально для него купил. Мне тут сказали, что он такой покладистый щеночек и готов сутки напролет ебаться. Проверим? — Кадзу-ха… не надо. — подал голос Скарамучча. — Дрянь, я разве давал тебе слово?! — Кагэхару пнул парня в живот, отчего тот зашипел. — Слушай сюда! Ты приедешь в наш загородный дом, один. Если приведешь кого — он труп. — мужчина достал из ящика нож и сделал неглубокий порез на ноге Скары. Из раны начала сочиться кровь, послышалось мычание. На секунду Кадзухе показалось, что это было довольное мычание, но он тут же отбросил эту мысль. — Не трогай его! Я… я приеду! Только не причиняй ему боль.       Такси приехало через минуту, уже в дороге Кадзуха набрал Бэй Доу. — Кадзуха, они видели слежку, но я немного отстала и спряталась. Слежу за домом. Головорезы оба на улице, Скару два часа назад в дом затащили. Я не могу пойти туда одна! — протороторила девушка на одном дыхании. — Бэй, езжай домой… — Но я позвонила Томе, он должен вот-вот подъехать! — Не надо… — нервы сдавали, он еле выговаривал слова, которые застревали где-то комом в горле. — Я сам разберусь. — Кадз… — Хорошо! Если я не позвоню тебе к завтрашнему утру, то вы можете вмешаться! Но дай мне сперва самому попробовать поговорить с отцом.       Кадзуха понимал, что с отцом разговаривать бесполезно, он псих и слушать никого не станет. Но где-то глубоко внутри еще сидела надежда, что он его переубедит, заберет Скару и они спокойно уйдут вместе.

***

      Скара очнулся в сыром подвале, где из освещения была лишь одна лампа. В шею впивалось что-то острое, потрогав, парень понял, что на нем ошейник для особо агрессивных собак. Руки были в наручниках. На теле не было одежды, а под ним валялся матрас, который сложно было таковым назвать. Он сразу же попытался вскочить и вырваться, но цепь дернула его назад, а шипы больно вонзились в шею. Парень упал обратно, кашляя. В другом углу стоял стол, ножки которого были кроваво-красного цвета.       Сверху послышались шаги, а затем дверь открылась, пропуская немного света. В подвал спустился мужчина лет пятидесяти. Скар сразу же узнал его, Кадзуха был очень похож на него. — Очнулся? Не рыпайся, только хуже будет. — мужчина прошелся по небольшой комнатке, подойдя к брюнету. Приподняв голову за подбородок, он покрутил ее, оценивая. — И что он в тебе нашел? Худючий, кожа бледная, синяки под глазами, а на теле столько шрамов, что не сосчитать. — в лицо прилетел плевок. — Сука!       Кагэхару отступил и достал полотенце, вытерев своё лицо. Затем ухмыльнулся, ушел наверх, а спустя минуту вернулся со шприцом. Подойдя к Скаре, он схватил парня и ввел содержимое. — Вот, теперь ты спокойней будешь. — Что ты… — Это просто хорошее успокоительное. — мужчина сделал пару шагов назад и облокотился на стену. — Я тут немного нарыл информации о тебе. После чего понял, что у большинства мужчин отсутствует вкус и хоть какое-то уважение к себе. Я вот смотрю на тебя, и появляется желание нассать тебе в рот, но никак не трахнуть. — Так нассыте. — усмехнулся парень. Глаза мужчины расширились от шока. — Я еще и проглотить могу. — Фу, блять! Да ты больной! — он закрыл рот рукой, сдерживая тошноту. — И как мой сын вообще мог влюбиться в… это?! — Да как у такого хорошего сына может быть такой ублюдошный отец?! — парировал брюнет. — А ты у нас больно дерзкий, да? Да, Аято предупреждал, что ты подарочек с характером. — Аято… — Ох, дорогой, ты еще не понял? Это благодаря Аято я смог заставить вернуться тебя в город. Вот только почему ты без Кадзухи? Это рушит все мои планы. — Не ваше собачье дело! — О-о, очень забавно это слышать от парня в собачьем ошейнике и на цепи. Сейчас я тут диктую условия, а твоя дальнейшая жизнь зависит от Кадзухи и меня. — Кадзухи… — Если он не прилетит, то у тебя лишь два выбора: умереть от моей руки или от голода, сидя в этом подвале. И поверь, пусть лучше будет первый вариант.       Кадзуха… они поссорились. Он не прилетит. Скорей всего, он сейчас в их квартире. Наверняка он ужасно злится и сидит сейчас один на кухне, выпивая то дорогое вино, которое они купили неделю назад. Они хотели отметить окончание лечения Скары, когда тому, наконец, отменят лекарства. А теперь и отмечать нечего…       С каждой секундой тело становилось все мягче и мягче, пока сил сидеть уже не осталось, и парень упал на матрас. Металлические шипы больно укололи нежную кожу, но он даже не пискнул. — Если ты выберешь второй вариант, то я буду колоть тебя до тех пор, пока ты не умрешь. Так ты покладистей. — мужчина подошел к парню и посмотрел в уставшее лицо. Скар смотрел безжизненным взглядом куда-то вдаль. — Ты пойми, я просто хочу лучшего для своего сына. Но ты не подходишь под это описание. — А что для него лучше? Жить всю жизнь, не имея собственного выбора? — прошептал брюнет. — Может, для него лучше жениться без любви, лишь бы папочка невесты помог вам пробиться еще выше по должности? — Уж точно не лучше встречаться со шлюхой, которую каждый уже по сто раз поимел! Ты — отброс общества. Ты ничтожество. Ты просто мусор, который нужно выбросить из жизни Кадзухи.       Наверху послышалась мелодия звонка. Эту мелодию Скара узнал бы из тысячи. Внутри всё затрепетало. Кадзуха! Он не забыл про него! Он звонит, он скучает и волнуется! Кагэхару принес телефон и пихнул его брюнету.

***

      Когда Кадзуха зашел на территорию, он первым делом заметил двух мужиков, стоявших возле дома. Они выглядели максимально мерзко, как и описывала Бэй Доу. На лице одного был шрам под глазом. — О, пришел все же. Как босс и говорил. За щенком своим прибежал? Заходи, он в подвале. — мужчина в красной кофте бросил сигарету на пол и потоптал ее.       Злость переполняла блондина, хотелось хорошенько ударить по этим наглым лицам, но сейчас нет времени. Он забежал в дом и бросился в подвал. Сердце колотилось. Самое страшное, если он не успел, если отец разозлился и Скарамучча уже мертв.       При входе в подвал дыхание перехватило. Запах крови, который за годы никуда не делся. Крики людей, которые здесь умерли в муках. Часы, а то и дни одиночества в кромешной тьме. Кадзуха сделал шаг назад, не решаясь зайти. Больше всего он боялся увидеть холодное тело брюнета, которое уже не подает признаков жизни. — Кадзуха… это ты? — доносится до него и он без сомнений бросается во тьму. Упав на колени перед парнем, он хватает его за руки и прислоняется к ним губами. — Ты живой… живой… — он целует костяшки пальцев, спускаясь вдоль всей руки. Холодные наручники звякают, издавая неприятный звук. — Скар, я такой дурак. Я просто идиот. Не надо было бросать тебя. — прилипает к губам, целует каждый миллиметр кожи. — Это я во всем виноват. Ты предупреждал, а я… — Ты просто переживал за подругу! А я такой идиот, что не смог понять тебя. — Прости, я там тебе наговорил всякого. Не хотел, правда. Я был так зол на тебя. — Нет, это я во всем виноват… — он прижал брюнета к себе. — Блять, вы закончите или нет? — в проходе появился Кагэхару. Спустившись по лестнице, он встал посреди комнаты. Лицо скривилось. — Слушать противно. — Отпусти его. Тебе нужен я, верно? Я пришел. — Кадзуха поднялся и направился к отцу. Руки сами потянулись к шее. Набросившись на мужчину, он повалил того на пол и начал душить. — Я. Пообещал. Что. Ты. Сука. Никогда. Не. Притронешься. К. Нему. — Кагэхару кряхтел и задыхался от сильной хватки парня. Нащупав что-то под рукой, он бросил в сына небольшую стеклянную вазочку. Голова сильно кружилась, но у него появилось время выскользнуть и выбежать из подвала, заперев дверь. — Посиди там денек-два! Будешь знать, как на отца бросаться! — он прижался к двери, обессилено сползая по ней вниз. В ответ послышался пронзительный вопль блондина.       От этого вопля внутри Скарамуччи все похолодело, заставляя парня вспомнить все свои ночные кошмары, в которых Кадзуху мучили в этом самом подвале, а тот кричал и звал на помощь. Но теперь это не сон, это и правда происходит. Самый страшный кошмар стал явью. Тело сковал страх. Он уставился на Кадзуху, не в силах хоть как-то пошевелиться. Нет, так не пойдет. Давай, Скар, ты сможешь. Из последних сил парень поднялся на дрожащих руках и медленно подполз к блондину, который сидел среди стеклянных осколков. Со связанными руками это было немного тяжело, но он справился. — Кадзуха! Посмотри на меня! — сев рядом, он начал трясти парня, чтобы тот пришел в себя. Это был первый раз, когда Кадзуху одолела истерика. Настоящая истерика. Громкий крик, от которого внутри все сжималось. — Посмотри, это я, Скарамучча! — Не кричите! Простите меня… простите… — кричал блондин, глядя в пол. — Я не виноват… это он, он! Почему вы вините меня? Почему?! — Кадзуха, никто тебя не винит! Очнись!       Только сейчас Скарамучча понял, что все это время Кадзуха был сломлен. Этот подвал — то самое место, которое сводило парня с ума. То место, которое напоминало самые худшие моменты в жизни. То, где голова шла кругом, а разум улетал куда-то далеко. Юноша старался скрывать это, быть сильным. Он был сильным, пока не переступил порог в его персональный Ад.       Схватив один осколок, Скарамучча вонзил его парню в руку, заставив того наконец прийти в себя. Блондин тяжело дышал. Подняв руку, он посмотрел на рану, из которой сочилась кровь, а затем повернулся к брюнету. — Кадзуха, смотри, я тут! Я с тобой, ты не один. Слышишь? — Скар потряс парня за руку и уткнулся в плечо. — Ты меня так напугал… — Это место. Оно сводит меня с ума. — кровь капала на джинсы, размываясь алыми пятнами. — Подожди, тут где-то был бинт, — встав, на шатающихся ногах направился к ящику, — если не ошибаюсь. Да, вот. Даже йод есть. Срок годности не истек. — У йода есть срок годности?! — Да, три года. — он вернулся к парню и достал телефон из кармана, включив фонарик. — Подержи. Хах, этот придурок даже не додумался телефон забрать. Но он нам не сильно поможет. К сожалению, связи тут нет. Порез неглубокий, потерпи. — он закончил с ногой и принялся обрабатывать себе руку. — Больше так не делай. — Ты не реагировал, у меня не было выбора. — виновато произнес Скар и слегка улыбнулся. Его улыбка всегда согревала душу. — Но ты прав, это место давит на психику. — Ага… а теперь представь, что в этой комнатке на двадцать квадратов валяется девять трупов. — Не очень хочется, если честно… — поморщился парень и повернул голову к столу. — Это именно то, что я вижу, когда нахожусь здесь. Море трупов. Даже сейчас я слышу нескончаемый шепот покойников. Все меня винят в случившемся. А в чем я виноват? Что не сдал его?! — Эй, ты не виноват. — Скар поднял руки и дотронулся до лица блондин. — Никто из нас не виноват. — Нужно продержаться до утра. Я попросил Бэй Доу не паниковать, но вызвать подкрепление, если утром я ей не отпишусь. Малыш, утром всё закончится. Мы выберемся отсюда. — циферблат на экране показывал девять вечера. — Я обещаю.

***

      Бэй Доу встретилась с Томой и Аятой у придорожного круглосуточного кафе. Она объяснила ситуацию и теперь все трое обдумывали план спасения. Хотя это сложно было так назвать. Девушка устало помешивала кофе, она не спала последние сутки. Тома жевал салат, хотя еда стояла поперек горла, но он не ел весь день. Аято отошел позвонить Ёимии и вот уже десять минут бродил вокруг кафе с телефоном в руках. — Так, я вернулся. — мужчина плюхнулся на небольшой диванчик. — Как успехи? — Как и десять минут назад. Ждем утра, вызываем копов и мчимся спасать парней. — лениво протянул Тома. Он возил лист салата по тарелке. — А у тебя? — Ёма простила. С условием, что я никогда больше не появлюсь в ее жизни. В радиусе километра. — Легко отделался. Я бы на ее месте тебя сдал. — Не пизди. У тебя был шанс сдать меня еще в клубе, но ты этого не сделал. — Я правильно понимаю, — девушка подняла глаза на Аято, — что вся эта шумиха из-за тебя? — Я уже тысячу раз извинился и признал свою ошибку. Да, я идиот! Да, я эгоист и идиот! — А что мне твои извинения, Кадзуху вернут? — она сделала пару глотков из стакана. — Прекрати говорить так, будто он уже мертв! — не выдержал голубоглазый. — А ты думаешь, что они там сидят все вместе и пивас у костра под гитару хуярят? Скару похитили! Его отец больной ублюдок, у которого никогда не угадаешь, что на уме! — Тогда чего мы сидим? Нужно бежать спасать их сейчас! — вскочил Тома. — Бэй, вызывай полицию! — Я… я не могу. — девушка тяжело вздохнула и опустила голову. — Это приказ, я не должна вмешиваться до утра. — Что ты несешь?! — Два месяца назад, когда Кадзуха сбежал, мы не расторгли контракт. То есть я все еще работаю на него и не имею права ослушаться приказа. — Ты же, мать его, телохранитель! Как можно в такую минуту думать о контракте?! — Аято ударил кулаком по столу. — Если с ними что случится, то ты будешь трупохранителем? Ты это вообще осознаешь? — Парни, спокойно. Я уверена, что Кадзуха знает, что делает. — девушка уткнулась в телефон, на часах десять часов.

***

— Блять, я не знаю, что нам делать! — Кадзуха сидел на матрасе, обхватив колени. Скарамучча валялся рядом, сонливо что-то бормоча. — Есть хочется. И пить. И в туалет…       Встав, блондин поднялся по лестнице и начал сильно стучать по двери. Через минуту послышались шаги. — Чего тебе? — голос отца. — Воды принеси. И еды. И тазик хотя бы какой-нибудь. — скомандовал парень. — Ишь чего захотел! — за дверью послышался громкий смех. — Может, вам еще телевизор туда поставить? — Да будь ты человеком, блять! — парень с силой пнул дверь. — За что ты так с нами?       Через пару минут дверь в подвал открылась, парень отступил вниз. В помещение вошел один из головорезов с бутылкой воды и ведром, а второй с тарелкой. — Это тебе. — перед Кадзухой поставили тарелку с шашлыком и салатом. — А это твоему пёсику. — мужчина в зеленой толстовке толкнул миску с сухим кормом к матрасу. Глаза брюнета расширились. Кадзухе даже показалось, что Скар тихо заскулил. — Приятного аппетита, мальчики!       Когда дверь в подвал захлопнулась, Скар поднялся и подполз к миске. Он понюхал корм, как настоящая собака, осторожно посмотрел по сторона, словно у него кто-то собирается отобрать еду. Затем он наклонился к «еде». — Скар! — в сознание парня привел блондин, который забрал миску из-под носа. — Ты чего? Малыш, они издеваются над тобой, приди в себя! — Но они правы… ты посмотри на меня. Я сижу голый, на четвереньках, с ошейником и цепью… кто я? — опустив голову, произнес Скарамучча. По щекам парня потекли слезы. — Я просто пёс. — Не сходи с ума, пожалуйста! На, ешь. — он поставил перед парнем свою тарелку, а миску убрал подальше. — Давай, я покормлю тебя. — А ты? — Посмотри на эту порцию, тут обоим хватит. Тем более ты мало ешь. — Кадзуха улыбнулся и вытер слезы с лица парня. — Они просто издеваются над тобой, не дай им себя запугать. — Кадзуха, мне страшно. Я хочу выбраться отсюда-а. — Эй, не плач. Мы выберемся отсюда. Иди ко мне. Боже, ты весь дрожишь. — блондин притянул юношу к себе. — Тебе холодно? Блять, через наручники не выйдет надеть кофту. — Не надо… не раздевайся. Просто обними меня. — Пообещай не сходить с ума. И не позволяй мне. Хорошо?       Кадзуха поднял голову и осмотрел темное помещение. Он до жути боялся этого места, но сейчас он не один, ему легче. Скарамучча тихо шмыгал носом. Самый большой страх настиг их, они оказались там, где боялись оказаться больше всего. Стены давили, дышать было тяжело. Запах сырости и крови, от которого ужасно тошнило и хотелось блевать, но Кадзуха держался. Нельзя показывать слабость, иначе Скар тоже начнет паниковать. А этого блондин никак не мог допустить.       Покормив брюнета, Кадзуха доел остатки. Кусок в горло не лез, но он был благодарен отцу, что тот вообще дал им еду и воду. Сколько они еще тут будут? Блондин не знал. Он уверял парня, что с утра их спасут, но он сам слабо в это верил. Это город его отца, здесь все куплено этим ублюдком, включая полицию. Юноша был более чем уверен, что полицейские даже пальцем не шевельнут, услышав адрес этого места. Рискнут ли ребята их спасти самостоятельно? Заходя в дом, Кадзуха обнаружил пистолет у одного головореза. Очень хотелось выхватить его и всех тут перестрелять. Наверное, так и стоило сделать. Хотя бы попробовать… но если бы не получилось, то все могло обернуться куда хуже, чем есть сейчас.       Включив фонарик, Кадзуха повернул голову брюнета, осматривая царапины на шее. Ошейник доставлял парню боль и дискомфорт. От каждого малейшего движения шипы вонзались в горло и царапали нежную кожу. — Сильно больно? — блондин показал на шею. — Нормально. Я… не против.       Скарамучча помнил много моментов из своей жизни, когда с ним обращались еще хуже, чем сейчас. Сперва это было ужасно. Он ненавидел боль и терпел ее сквозь слезы. Со временем, ему было стыдно в этом признаться самому себе, но он хотел получать боль. Лучше физическая, чем моральная. Он специально доводил клиентов, злил их, чтобы его ебали сильней, обращались хуже. То, что происходило сейчас, не стояло и близко с тем, что могли делать с парнем раньше. Плохая привычка причинять себе боль со временем стала слишком обыденной. Этот мазохизм доставлял парню удовольствие.       Встав, Скарамучча направился к столу. Он потянул его на себя, пододвигая чуть ближе, а затем взобрался наверх, пока цепь не натянулась. Встав на четвереньки, он повернулся к блондину. — Что ты делаешь? — Трахни меня. — спокойно ответил брюнет. Это прозвучало так, будто они сейчас отдыхают в тропическом лесу, а не сидят в темном сыром подвале. — Ч-что? — Трахни меня. Выеби меня, Кадзуха. Прямо здесь. На этом столе. — тихо повторил Скарамучча. — Я не могу больше терзать себя. Мне нужно отвлечься.       В горле застыл комок, который блондин с трудом проглотил. Его парень настоящий псих. Нет, Кадзуха, конечно, это и раньше знал, но сейчас парень открылся ему с другой стороны. Он и подумать не мог, что Скарамучча так одержим сексом, что готов будет ебаться, находясь в плену. — Кадзуха-а… — он подполз к краю стола, смотря на него сверху вниз. — Иди ко мне. Я тебя хочу.       И Кадзуха встал, направляясь к столу, ножки которого были испачканы кровью других людей. Подойдя, он схватил цепь и дернул на себя. Послышался довольный выдох. Между ними было расстояние в несколько сантиметров. — Ну же, давай. Поцелуй меня. — шептал Скарамучча в приоткрытые пухлые губы. — Трахни меня, будто это последний наш секс. Кадзуха-а… — Да заткнись ты уже.       Они слились в поцелуе, заставляя брюнета тихо застонать. Он поднял руки и просунул голову Кадзухи, обнимая за шею. Расставив ноги и тяжело дыша, Скар потерся стоящим членом о джинсы парня. — Боже, не верю, что я согласился на такое. — пробубнил блондин, расстегивая ширинку и освобождая себя от одежды. — Ты просто готов на все ради меня. — Крайне самоуверенно звучит. — он наклонился, беря член в рот. — А разве не так? — лицо исказилось в хитрой улыбке, а затем с губ слетел хриплый стон. — Глубже… — его дернули за цепь. — Если будешь так громко стонать, то нас обязательно спалят. Так что закрой свой рот! — он с силой толкнул парня, заставляя обратно лечь на стол. — Ты бы знал, как я в тебе это люблю. Когда из заботливого и милого ты становишься таким грубым. — прошептал он в ответ.       Скарамучча любил эксперименты. И секс в подобном месте он просто не мог пропустить. Одна лишь мысль быть замеченным его ужасно возбуждала. И плевать было, что их спалит отец-гомофоб, от настроения которого сейчас зависит их жизнь.       Поставив брюнета на колени, Кадзуха смочил слюной пальцы и вставил их в анал. Послышался недовольный хрип. — Меня не надо растягивать, ты же знаешь! Блять, войди в меня уже! — Смазки нет, будет больно и неу… — Входи я сказал! — прорычал Скарамучча. — Мне нужна эта боль, сука.       Помедлив, Кадзуха подставил член к анусу, неуверенно поглядывая на брюнета. Лица он не видел, но парень томно дышал в предвкушении. Вставив наполовину, он услышал выдох, в котором слышалась боль и наслаждение. Войдя полностью сильным толчком, он начал наращивать темп, получая в ответ довольное мычание. Было ужасно тесно и неудобно. Он потянул за цепь, заставляя парня наклонить голову. С каждым толчком шипы впивались в кожу, натирая и раздирая ее. Скарамучча был счастлив. Успокоительное почти перестало действовать, он вновь чувствовал себя живым. Боль доказывала, что он все еще жив. Темп нарастал, парень стиснул зубы и прикусил палец, чтобы не кричать. Колени и локти натирались, с каждым толчком по телу разливалась волна боли. После появилось наслаждение, парень кончил на стол. Через пару мгновений туда добавилась сперма блондина. — Ты просто двинутый. — Кадзуха упал на матрас. — Другого такого нет. — Скарамучча сполз со стола и обессилено свалился рядом с любимым. Каждый миллиметр тела отдавал пульсирующей болью. — Тебе разве не понравилось? — в ответ тишина. — Хах, значит не один я тут двинутый.       Часы показывали полночь. До утра оставалось подождать совсем немного. Кадзуха притянул к себе парня, и уткнулся в грязные от пыли волосы. Рядом с этим человеком он готов на любые безумные поступки, даже если это секс в подвале, в плену. Приоткрыв глаза, он заметил, что голоса в голове стихли, а фантомные галлюцинации исчезли. Потянуло в сон, но заснуть ему не позволили. Снаружи послышался шум.