Рваные сердца

Ранний апрельский дождь лил до самого утра. Барабанил по стеклам, в ночи убаюкав переволновавшуюся Микасу, что в итоге уснула под боком у Леви, а утром разбудив раньше будильника. Леви в кровати уже не было. Микаса прислушалась. Уловила негромкие звуки из кухни: шум закипающей воды в чайнике, звяканье чашек, открывшаяся дверца холодильника, скрип задвинутого по плитке стула. Леви готовил завтрак. Микаса пару раз хлюпнула носом и потерла слезившиеся глаза. Неужели все-таки простыла? После горячего душа стало легче, только подо лбом продолжало слабо давить. Телефон упрямо мигал новыми уведомлениями. Сообщения были от Эрена и остались непрочитанными: Микаса перевернула телефон экраном вниз и оставила в спальне. — Привет. — Доброе утро, — она скупо улыбнулась и села за стол. Леви поставил перед ней тарелку с кашей. — Ммм, овсянка? — искренняя улыбка стала шире: Микаса раньше каши терпеть не могла, а оказалось, просто готовить не умела. — Спасибо. — Ты сегодня поздно вернешься? — Нет. У меня два зачета и все. После обеда буду дома. — Хорошо, — Леви кивнул и сделал глоток чая. — Съездим к Кенни вечером? — В зал? — Да. Давно у него не были. — Хорошо, давай, — Микаса стрельнула в Леви хитрым взглядом. — Я с радостью. — Все еще не теряешь надежды уложить меня на лопатки? — он уловил ее намек и чуть дернул губой. — Посмотрим. Тебя подвезти? — Не надо. Я сама. Вечерний инцидент с неясным поведением Микасы они не обсуждали. Леви вел себя как обычно, и она тоже не стала поднимать эту тему. Она уже собралась, когда заметила, что Леви не торопится на работу. — Я жду Мика, — пояснил он. — Вместе сегодня едем. — Ясно, — она поправила ремень сумки, стоя у двери. Леви подошел ближе, поправил широкий воротник ее красного свитера и убрал длинный черный волос с пальто. Молча притянул ее к себе, мазнул носом по виску. И Микаса обняла в ответ, прижимаясь щекой к плечу. Снова все как прежде. Или нет? Она вышла из квартиры, Леви вернулся на кухню и выглянул в окно: внизу был припаркован дорогой и, что важнее, неизвестный в их дворе автомобиль, почему-то показавшийся Леви знакомым. Этот факт заставил его слегка нахмуриться и понаблюдать за облокотившимся на машину парнем. Микаса вышла из подъезда и уже хотела пойти в сторону парка, но замерла на мгновение, а после медленно попятилась. — Что ты здесь делаешь? — И тебе доброе утро, — улыбнулся Эрен, оттолкнувшись от капота. — Я спрашиваю: что ты здесь делаешь, Эрен? — Хотел увидеть тебя, — не переставая немного озадаченно улыбаться, он почесал за ухом. — Мы вчера расстались… странно. — Это потому, что мы сделали глупость! — прошипела Микаса. — Ты знаешь, что я не одна, и приехал прямо к моему дому?! — Ты мне сама этого не говорила, кстати, — он склонил голову к плечу, не отводя взгляд. — А что, ты бы хотела встречаться со мной на другой территории? — Я вообще не хочу с тобой встречаться! Что ты несешь?! — Микаса, да я шучу! Прости. — Похоже, что мне смешно? — Микаса сделала еще шаг назад, когда Эрен стал приближаться. — Не подходи. Пожалуйста, уезжай. Не надо мне писать и искать связи со мной. Я прошу тебя. — Эй, я… — он обернулся к машине и вскинул в ее сторону руку, — извини, я просто завез тебе вещи. Ты забыла вчера. Микаса подняла лицо к небу и зажмурилась. Чертовы рисунки. Как она могла забыть о них? И что ей теперь делать? Не нести же их сейчас домой! Но и тащить обратно в университет глупо: вчера специально их оттуда забрала. Она медленно перевела взгляд на Эрена: — Выброси их. Они мне не нужны, — произнесла спокойно. — Чего ты? Просто отнеси их домой. — Как ты себе это представляешь?! — она начала закипать. — Я серьезно. И уезжай. Мне пора. — Подожди, — он схватил Микасу за запястье, когда она попыталась пройти мимо. — Давай подвезу. Я же все равно уже здесь. Микаса задержала на нем взгляд. Вот он опять так близко, смотрит сверху вниз и словно гипнотизирует. Она покачала головой и, с силой выдернув руку, ушла. *** Леви проводил взглядом скрывшуюся среди деревьев Микасу и посмотрел на неизвестного парня. Тот рассеянно постучал носком ботинка по колесу, сел в машину и уехал. Леви потер двумя пальцами глаза и шумно выдохнул: как же все не вовремя. Ему бы разобраться в том, что он только что увидел. Ему бы поговорить с Микасой о том, что — черт возьми! — происходит. Только был ли он сам готов к такому разговору? Леви прибрался на кухне, оделся и вышел из квартиры. Сегодня он встречается с Миком и Ханджи за городом, чтобы обсудить дальнейший план. Мик был хорошим полицейским. Не тем парнем, который имеет в копилке много наград и никому не нужных похвальных грамот, нет. Он был тем копом, что постоянно превышает свои полномочия и идет напролом: в последний раз он запустил ножом в ладонь парня, пытавшегося передать наркоту покупателю. Он был честным и справедливым. Таким образом, в команде Леви теперь были Ханджи и Мик, а еще — Эрвин, взявший на себя техническую работу. На лестничной площадке, опершись на перила, стояла молодая девушка, Лиза. Леви встречал ее иногда: она была подругой Нанабы. Правда, видеться с ней не очень хотелось: год назад, на дне рождения у Мика, она беззастенчиво попыталась залезть Леви в штаны и после этого не упускала возможности повторить попытку при каждой новой встрече. Ему же всегда хотелось дать затрещину озабоченной дуре. Приходилось держаться. — Леви, доброе утро, — пролепетала она сладким голосом, выпрямляясь. — А ты чего тут? Леви вздохнул: он только что вышел из своей квартиры. Что, по ее мнению, он здесь делает? — А, ты к Мику? А я к Нанабе. Только они оба задерживаются. Интересно, почему? — она по-детски хихикнула и подошла к Леви. Провела рукой по его плечу. — Подождем их вместе? — На улице дождусь, — он снял с себя ее руку и строго посмотрел. Через час Леви и Мик припарковались у старого заброшенного склада. Ханджи уже ждала их, расставляя бумажные мишени. — Ты что делаешь? — спросил Леви, выходя из машины. — И вам привет, мальчики! — она обернулась и, улыбаясь, поправила очки. — Зое, что с глазом? — удивился Мик. — Боевые издержки, дорогой, — Ханджи подошла к нему и мягко обняла. — А ты все такой же красавчик! — А я знаю! — Вы закончили обмениваться любезностями? — Леви стоял, сложив руки на груди. Вдруг все оглянулись, услышав шум подъезжающей машины. Леви потянулся к кобуре. — Какого… — О… — только и произнесла Ханджи, когда машина остановилась. Леви и Мик непонимающе на нее посмотрели. — Это… Жан. — Кто? — И какого хрена он здесь делает? — Леви убрал руку с пистолета. — Откуда ж я знаю, — она пошла навстречу вышедшему из машины парню. — Жан? Ты что, следил за мной?! Что ты здесь делаешь? — Я… — он смутился под напором трех нахмуренных взглядов. — Я знаю, что вы делаете! Я хочу в команду! — Тц… — Шел бы ты отсюда пацан. Знает он… — Погоди, Мик, — остановила его Ханджи. — Жан, это опасное дело. Ты уверен… — Уверен, Ханджи. — Ты ему доверяешь? — Леви перевел на нее взгляд. — Доверяю. Леви посмотрел на Мика, потом на Ханджи. Перевел взгляд на парня. — Тогда хватит чесать языками. Они обсудили план. У Зика были разного рода заведения по всему городу: казино, эскортные агентства, бары. Решено было начать с них. Однако, чтобы лишить врага реальной прибыли, нужно было выйти на его героиновые поставки. С этим должен был помочь Эрвин, взломав компьютер. А пока им нужна была тренировка в стрельбе. Ханджи открыла багажник, предлагая парням широкий выбор: пистолеты, револьверы, автоматы и даже двустволки. Себе ничего не взяла: она не расставалась с родным кольтом. Мик стрелял первым, поразив все доступные мишени. — Остальным-то оставь, герой, — проворчала Ханджи. — У меня тут не тир с бесконечным запасом мишеней. Мик пожал плечами и убрал оружие. Леви тоже стрелял метко, хоть и не так точно. — Теряешь хватку, капитан? — вставил Мик. — Заткнись. — Теперь я, — Жан сделал выстрелы из всех видов оружия, попал по всем мишеням. Смущенно улыбнулся и снял шляпу, театрально поклонившись. — Мой мальчик, — пропела Ханджи. — Не выделывайся, пацан, — Мик скривил губы и обратился к Ханджи. — А ты вообще, как стреляешь? Одноглазая. — Трехглазая. — Что? — он повернулся к Леви. — Что? — Леви вздернул брови. — Эй, умники! — Ханджи подбросила в воздух найденную алюминиевую банку и стреляла в нее, пока та была в воздухе, ни разу не промахнувшись. — Еще вопросы? *** Эрен вновь влиял на настроение Микасы: появился внезапно, заставил нервничать. А если бы они с Леви вышли из дома вместе? Что тогда? Хватило бы ему ума не выходить из машины? Что-то ей подсказывало, что вряд ли. Она даже не удивится, если Эрен приедет ее встречать. Наглец. — Микаса! О чем задумалась? — Конни бедром отодвинул стол на своем пути и поставил на пол принесенную коробку с краской. — А? — она обернулась. — Ни о чем. Спасибо, — она кивнула на краску и улыбнулась. — Ты, кстати, собираешься вообще начинать свою часть? — Конни уперся кулаками в бедра и повернулся к большому белому холсту размером два на полтора метра, на который только что молча смотрела Микаса. — Мы с Сашей свои скоро закончим. — Да, — она, извиняясь, наклонила голову. — Простите. У меня уже есть план, правда. На днях начну. — Мне вообще все равно, если честно, — он махнул рукой. — Какой-никакой диплом все равно получу. — Удивительно, как с таким подходом ты до последнего курса доучился, — усмехнулась Микаса. — Ладно, — он улыбнулся в ответ и покосился на Микасу, — не буду мешать твоему вдохновению. Конни ушел, а она поморщилась: сегодня начать не получится — обещала Леви вернуться пораньше. Микаса перебрала тюбики и банки с краской, проверила наличие нужных ей кистей и шпателей и вышла из кабинета, запирая дверь на ключ: на ближайшую пару недель это ее личная аудитория выпускника. Притащить сюда раскладушку, что ли? Ведь, правда же, подводит ребят со сроками. Она отправила Леви сообщение, что будет дома через час с небольшим, и поспешила к остановке. Неожиданно для себя выдохнула, запрыгнув в автобус: Эрена по пути Микаса не встретила, хоть и искала его глазами. *** — Здорово, детишки! — Кенни был привычно приветлив и пребывал в хорошем настроении. — Что, неужели соскучились по дядюшке? — Привет, Кенни! — Микаса растянулась в улыбке и обняла старика. — Конечно, соскучились! — А ты все краше, девочка. Этот угрюмый парень тебя хоть бережет? — Как самого себя, — рассмеялась Микаса и прильнула к Леви. — Я бы на твоем месте беспокоился, — Кенни с ухмылкой покосился на нее, протягивая руку племяннику. — Привет, — Леви закатил глаза. — Мы потренироваться, — он бросил спортивную сумку на скамью и снял куртку. — Если ты не против. — Зал в вашем распоряжении. Я в соседнем — с мелкими. Леви кивнул и обменялся с ним еще парой фраз. Кенни потрепал Микасу по волосам и оставил их одних. Они переоделись, Леви обмотал руки бинтами ей, потом себе. Через полчаса совместной разминки поднялись на ринг. Микаса ушла отрабатывать удары на груше в углу, Леви вел теневой бой. — Иди сюда, — он чуть улыбнулся и дернул головой — с волос полетели капли пота. Микаса выпрямилась и подошла. — Нападай. — Так сразу? — Можем пойти и чая с Кенни выпить, — он вытер лоб тылом ладони. — Давай, Микаса. Как я тебя учил. Ты же все умеешь. Микаса сделала шаг к нему и следом — выпад, а через секунду оказалась сидящей на полу. — Плохо, — он подал ей руку. — Еще раз. Она быстро поднялась и тут же атаковала. Миг — она лежит на лопатках. — Быстрее, Микаса. Еще раз. Ты можешь лучше. — Без тебя знаю, — со злостью выдохнула Микаса. Воспользовалась его заминкой, заметив, что Леви опустил взгляд к ее губам, и обхватила ногами его поясницу, меняясь с ним местами. Забыла про блокировку рук, и сама оказалась в захвате. Она громко зарычала от досады: Леви невозможно победить. Тренируется с ним с семнадцати лет, а так ни разу его и не победила. Он просто неуязвимый. — Вставай. Теперь я. Микаса стояла, глубоко дыша, волосы выбились из хвоста, челка прилипла ко лбу. Смотрела исподлобья, ожидая нападения. Леви медленно обошел ее, коснулся пальцами голой поясницы. — Расслабься, — произнес тихо над ее ухом. Микаса выдохнула и прикрыла глаза. В это же мгновение Леви схватил ее за плечи, поставил подножку и снова повалил на пол, — но не теряй бдительности. Это важно. — Давай еще раз, — она сверлила его взглядом. — Конечно, — он снова сделал выпад в ее сторону, она не успела блокировать, однако осталась стоять. — Я сказал, расслабься, Микаса. Если ты расслабишь тело, сможешь скользить за движением противника. Они боролись еще около получаса, пока Леви не заметил, что Микаса совсем вымоталась. Он был не доволен: сможет ли она за себя постоять, если придется? Злился на себя: нужно было давно возобновить тренировки. Микаса впитывала все, как губка, только без постоянной практики это было бесполезно. Интересно, пистолетом хотя бы помнит, как пользоваться? Он молча наблюдал за Микасой, разматывавшей бинты с запястий. Беззвучно вздохнул, собираясь сказать то, над чем размышлял уже несколько дней. — Ты должна уехать. — Что? — она замерла, не понимая, о чем он говорит. — Ты должна уехать к родителям. На некоторое время. — Что?! В каком смысле — уехать к родителям? — ее голос дрогнул. — Что ты имеешь в виду? — Это из-за моей работы, — он устало откинулся на стену. — Все выглядит скверно. Опасно. Я должен защитить тебя. Здесь — не смогу. — Леви, ты в себе? У меня здесь работа и учеба. И вообще, — она дернула плечами и нахмурилась, — здесь ты. Если это не какой-то идиотский способ порвать со мной, то ты несешь бред. — Что? Не хочу я рвать с тобой. Я говорю, что в Стохесе в ближайшее время будет опасно находиться… — Так эвакуируй город! — не выдержала Микаса. — Причем здесь я?! — При том… — он встал и подошел к Микасе. Взял за руку. Понял, заглянув ей в глаза, что такой способ, кажется, не сработает. — Я вышел на тропу войны с человеком, который точно захочет причинить мне вред, когда узнает об этом. — Тем более я никуда не уеду, — ответила она тихо, сжимая его ладонь. *** К Кенни они всегда ходили пешком. Его зал был относительно недалеко от их дома, поэтому они не упускали возможности прогуляться вдвоем, хоть это и получалось все равно нечасто. Вечерний центр Стохеса был полон развлекающихся людей, и Леви с Микасой влились в толпу. Вечер выдался прохладным — Микаса поджимала пальцы, но руку Леви не отпускала, поэтому он просто засунул их ладони в карман своей куртки. Их очередная ссора не станет причиной окончательного разлада. Леви боялся, что если Микаса отпустит его руку, то это будет концом. А этого он не хотел. Он хотел защитить, убрать от себя, хотя бы на время, но Микаса… она будто прибита к нему. Упрямая. Будет давить — уйдет. Насовсем. Ведь может же? Ведь уже есть к этому предпосылки, и он их видит. Леви повернул голову к Микасе, засмотревшейся на уличных музыкантов, и сильнее сжал ее пальцы. Может быть, она права, и он преувеличивает возможную для нее опасность. Он вдруг обернулся, услышав знакомый голос Порко: — Фалько, опять ты? Ну, давай свою газету, так и быть. — Галлиард, какими судьбами здесь? — спросил Леви, подойдя вместе с Микасой ближе. — Тот же вопрос, — Порко усмехнулся. — Я-то как раз здесь почти каждый вечер бываю. А вот тебя вижу впервые. Мисс, — он наклонил голову и улыбнулся Микасе. — Мистер! Мистер! А вам нужна газета? — обратился Фалько к Леви. — Что там может быть такого, о чем я не знаю? — Леви посмотрел на мальчика и протянул руку к печатному свертку, отдавая за него деньги. — Может, об этом не сказано в газете, но я знаю один секрет, — Фалько заговорщицки переводил взгляд с одного мужчины на другого. Поправил кепку и заговорил тише. — Люди мистера Йегера пару часов назад громко ругались с кем-то прямо на улице. Потом приехал сам мистер Йегер и зашел в тот ресторан, — он указал рукой в сторону здания через дорогу. — На вид — очень злой. Он там с кем-то встречается. С кем-то не местным. Здешних бандитов я всех знаю, — Фалько самодовольно улыбнулся. — Нашел, чем гордиться, — сказал ему Леви и завертел головой, разглядывая улицу. — Иди домой, Фалько. Здесь не место и не время для детей, — снова велел ему Порко. — Но здесь мои самые высокие продажи! — Иди уже, — Порко подтолкнул его ладонью в плечо. — Иначе я наведаюсь к твоей матери. Леви кивнул Порко, прощаясь, и они с Микасой развернулись в ту сторону, куда шли. Внезапная тревога пробивалась сквозь поры кожи и уже витала в воздухе — стоило уйти отсюда поскорее. Они сделали всего пару шагов, когда Леви уловил боковым зрением, как из припаркованных неподалеку машин выходят мужчины. Один за другим. С оружием в руках. Увидел, как из ресторана, где, по словам мальчика, находился Зик, выходят такие же. Все, что успел сделать Леви, прежде чем засвистели гребаные пули бандитской разборки, это рвануть Микасу на себя, прижав ее к груди и развернувшись спиной к ресторану. Даже не услышав ее короткий вскрик, он упал вместе с ней за одну из машин, стоявших на обочине. Туда, где они только что разговаривали с Порко. Леви поднял взгляд, не отпуская Микасу, и невольно задержал дыхание: Порко застыл над телом Фалько. У мальчика была прострелена грудь. Безжизненные глаза открыты, а через руку все еще была перекинута стопка чертовых газет. Порко тяжело дышал. Поднял на Леви безумный взгляд. Его губы то плотно сжимались, то начинали мелко дрожать, и… Порко не выдержал, выхватывая из кобуры пистолет и целясь по бандитам из-за машины. — Микаса, — Леви все-таки начал дышать. Он все еще сжимал Микасу мертвой хваткой. — Не плачь. — Я не плачу, — ответила она спокойно, несмотря на часто поднимающуюся грудь. — Тогда, что… — он отчетливо ощутил влагу на ее шее, отодвинул от себя, глазами забегал по ее лицу. — Что?.. На щеке, под правым глазом Микасы, была глубокая царапина от задевшей ее пули. Кровь из нее залила щеку, стекла по шее на плечо. Испачкала одежду Леви. — Вставай. Надо уходить, — шум взволнованной крови в ушах заглушал внешние звуки: сирены полицейских машин и крики людей. — Не могу, — Леви нахмурил лоб и сощурился: не понял, о чем она. — Еще нога. Он резко выдохнул, опустив взгляд: брюки на правом бедре Микасы были разорваны пулей, на асфальте под ней — лужа крови. Пальцы задрожали, и он впился ими в плечи Микасы. Оглянулся по сторонам: кажется, полиция уже держала ситуацию под контролем. — Держись, милая, — он поднял ее на руки и начал искать глазами ближайшую из подъезжающих со всех сторон машину скорой помощи. — Все нормально, — она улыбнулась и прикрыла глаза, опуская голову ему на плечо. — Все нормально, Леви. — Да, — он неровно вдохнул и дернул уголками губ. Леви передал Микасу врачам и еще раз осмотрел улицу. Судя по всему, убитых было немного, а вот раненых хватало. Он нашел глазами Порко: тот сидел на тротуаре, прижимая погибшего мальчика к груди. Машина, за которой они только что прятались, теперь была похожа на решето — даже странно, что они так легко отделались. Улица опустела и постепенно затихла. Лишь где-то в темноте был слышен пронзительно-истеричный плач какой-то женщины. — Леви, — он обернулся на звавшую его Микасу. — Мистер Аккерман, пуля прошла навылет и важные сосуды не задеты, — заговорил доктор. — Заживет не быстро, но амбулаторное лечение возможно. Если вам это подходит, мы бы занялись более тяжелыми ранеными… Леви взглянул на Микасу: на щеке широкий пластырь, нога перебинтована, но смотрит на него уверенно. Даже храбро. — Вам есть, на чем добраться домой?.. — Я их отвезу, — за спиной Леви появился Порко. — Сейчас подгоню машину. Уже через десять минут они были у дома. В дороге Порко не проронил ни слова, только барабанил пальцами по рулю, не переставая. Когда Леви уже вышел из машины и пошел к подъезду с Микасой на руках, тот окликнул его, опустив окно: — Леви! Я с вами… в команде. В квартире Леви помог Микасе раздеться. Вытер мокрым полотенцем остатки крови с ее кожи, уложил в постель. Она практически засыпала у него на руках под действием данных ей лекарств, и он оставил ее одну, унося окровавленную одежду из комнаты. В ванной скинул вещи на пол и посмотрел на ладони. Он что, раньше крови не видел? Что же тогда все тело так трясет? Леви открыл кран и стал с остервенением намыливать руки. Волосы лезли в глаза, и он постоянно дергал головой, стараясь смахнуть их. В очередной раз задрав голову, он остановил взгляд на собственном отражении в зеркале. Белая рубашка — вся в крови, воротник вообще цвет поменял на красный. На шее — темные потеки, на щеке и левом ухе — кровавые брызги. Только сейчас понял, насколько сильно ощущает металлический привкус во рту. Внезапная паника сковала мышцы, не давая вдохнуть. Пальцы наверняка побелели, сжимая раковину — он не видел, потому что не мог даже опустить взгляд, прикованный через зеркало к своей одежде в чужой крови. Он уже видел такое. Молнией в голове стрельнуло воспоминание. Из детства. Когда Кенни раздевал его, снимая одежду, испачканную маминой кровью. Леви заставлял себя дышать, гоняя по кругу мысли, что сжимали невидимой цепью горло: ведь в точно такой же бойне погибла Кушель. А теперь он едва не потерял Микасу. Леви несколько раз моргнул. В глазах щипало. Больше он никого не потеряет.