Мы не мудры

Когда Шэнь Цинцю перед ним стал стремительно снижать высоту, Шэнь Юань счел это признаком наступления его очередного искажения ци и потери контроля над духовной энергией. Он ускорился, заставив Лю Цингэ на плече застонать, но Шэнь Цинцю лишь аккуратно приземлился посреди леса.        — Гребень, — скомандовал учитель, стоило ему осесть следом, и уже начал стягивать с себя верхние одеяния.        Было неловко опускать Лю Цингэ на землю, особенно когда тот продолжал брыкаться, но Шэнь Юаня едва ли это волновало. Он рылся в своем мешочке цянькунь и наконец выудил гребень, который носил ради легко лохматящихся волос Ло Бинхэ.        — Найди мой запасной халат, — приказал Шэнь Цинцю, бросив ему в руки свой мешочек.        — Шизун, зачем ты?..        — И ты тоже сотри кровь со своего лица, — резко отчеканил указание. — Раз нам придется встретить демонов, мы должны выглядеть при этом неуязвимыми.        Учитель грубо чесал волосы дрожащими руками. Шэнь Юань всеми силами старался не подавать виду, что заметил это, и стирал с лица следы крови Шэнь Цинцю после их объятий, а затем приступил к поиску его халата.        — Учителю не стоит туда идти, — настаивал он, пытаясь не обращать внимания на ужасающие пятна крови, которые виднелись даже на нижних слоях его одеяний. — Если бы этот ученик знал, что ты так сильно пострадал…        — То ты бы пошел встречать демонов в одиночку, даже не сомневаюсь, — фыркнул тот, резким движением затянув часть волос в узел, и стал нащупывать корону.        — Позволь мне, — подался к нему Шэнь Юань, вскинув руку.        Шэнь Цинцю вздрогнул.        Оба застыли на долю секунды, впившись друг в друга потемневшим взглядом. Дыхание Шэнь Цинцю участилось. Брошенный под ноги СюЯ продолжал тихонько подвывать.        Осторожно, не торопясь, Шэнь Юань все же продолжил к нему приближаться. Он заменил дрожащие пальцы Шэнь Цинцю своими и закрепил корону на затылке, проткнув ее самостоятельно выбранной серебряной шпилькой. Он провел по ней подушечкой пальца, стирая каплю крови.        Разве этот персонаж раньше не казался высоким? Разве он не был выше Шэнь Юаня до своего уединения? Что случилось с неприкасаемым злодеем? Почему так легко дотянуться до его волос?        Шэнь Цинцю отступил на шаг и вытянул руку, отводя взгляд от Шэнь Юаня в сторону раздающихся теперь криков или каких-то звуков противостояния на Цюндин. Звучало яростно. Не похоже на предсмертные стенания.        Запасной верхний халат, который взял с собой учитель, оказался из плотной зеленой парчи с выведенными на ней журавлями. Он скрыл за ней подсыхающие пятна крови и каким-то образом снова стал выглядеть недосягаемым бессмертным.        — Оставь тут этого дикаря, — потребовал Шэнь Цинцю. — Мы пришлем за ним подмогу как только разберемся с демонами. Лучше им не видеть нашего так называемого «Бога Войны» в таком подбитом состоянии.        — Эй, — буркнул мужчина у дерева, указав на него рукой.        Шэнь Юань медлил, оценивая его прищуренными глазами, даже когда Шэнь Цинцю уже развернулся уйти. Он же здесь не умрет, правда? Если он пустит коту под хвост все усилия Шэнь Цинцю и так просто сдохнет, Шэнь Юань будет в бешенстве.        — С чего бы тебе?.. — Лю Цингэ косился в сторону спины Шэнь Цинцю. — Почему ты?..        — Шэнь Юань! — окликнули его из-за плеча, и он сорвался с места, чтобы последовать за своим учителем.        — Что тебе известно о происходящем? — требовал владыка пика Цинцзин, чей холодный взгляд был устремлен вперед без следа былой слабости, не считая скулежа СюЯ.        Оу, точно, Шэнь Юань должен был видеть демонов, чтобы решить позвать на помощь.        — Вторжение войска. Видел, как они разрушили радужный мост. Чжанмэнь-шисюн в отъезде, а учитель с Лю-шишу были в уединении…        — Рассчитывали вторгнуться без последствий, — усмехнулся тот. Шаг его стал шире, более похожим на обычную человеческую походку, а не на скольжение бессмертного. Рукава с мантиями развевались ему вслед, отчего Шэнь Юань в глубине души печалился. Ему точно никогда не удастся выглядеть таким крутым, как бы он не подражал своему учителю!        — Позволь мне сразиться за тебя! — молил он, и колыхающийся стебель внезапно замер.        Шэнь Цинцю перевел на него свой ледяной взгляд. Чувство оскорбленности и гнев неподдельны.        — Ты ранен, — возразил Шэнь Юань, уже чувствуя, как постепенно сдается.        — Идиот, — выплюнул тот и вновь обернулся в сторону дыма с криками.        Ну и ладно, думал Шэнь Юань, глядя ему в спину. Пойдем сложным путем.                      В оригинальном Пути Гордого Бессмертного Демона автор выдавливал из себя события вторжения на несколько глав. С учетом такой пленительной злодейки как Ша Хуалин и столь удручающего и опасного положения, в котором оказался не только главный герой, но и его первая любовь Нин Инъин с его будущей женой Лю Минъянь, как можно было не расписать страницу за страницей плотным, тягучим текстом, сдобрив его контрастами между одетыми в острые шипастые доспехи демонами и окружающими хрупкими красавицами?        По сравнению с ним реальность кажется такой странной, думал Шэнь Юань, поднимаясь следом за Шэнь Цинцю на пик Цюндин, стараясь соответствовать движениям учителя и убийственности его взгляда.        Первый увидевший их ученик громко ахнул и решил уйти с их пути. Толпа учеников расступилась перед яростью Шэнь Цинцю, а Шэнь Юань шел за ним по пятам, устремив взгляд перед собой, пока не…        Вот! Перед сборищем стоял Ло Бинхэ, глядя вперед и держа в руках духовный меч. В его стойке было нечто дикое — нечто свирепое. Что пугающе ему шло. В конце концов, это и есть главный герой! Ему суждено большее, чем просто миленькая улыбка! Не мудрено, что ему шел агрессивный настрой!        За ним стоял Мин Фань, который заметил их первым и пихнул локтем своего шиди и Нин Инъин, чтобы привлечь их внимание. Девушка пихнула его в ответ, да так сильно, что тот пошатнулся и надулся от такого предательства с ее стороны.        Бинхэ же обратил взор прямо к расступающейся толпе. Взгляд остановился на Шэнь Юане, сияние его глаз сражало наповал. Шэнь Юань едва не запнулся, затаив дыхание при виде нового выражения на лице Бинхэ, словно поверх его гнева наслоилась надежда и… Это восхищение? Что ж, он явно выпрямился во весь рост! Шэнь Юань жестом приманил всех троих и они моментально подбежали к нему, протискиваясь сквозь толпу. Он снова повернул голову прямо и остановился сразу за учителем перед кучей учеников.        Будто предварительно отрепетировав, они с ним синхронно раскрыли свои веера. Шэнь Юань послал стоящим перед ним демонам свой лучший взгляд в духе Шэнь Цинцю.        …Матерь божья, перед ним реальные демоны!!! За все эти годы ему так и не удалось увидеть ни одного, а тут сразу главный персонаж! Хотя она еще не вышла встретиться лицом к лицу с Шэнь Цинцю, но уже здесь: Ша Хуалин, чьи одеяния так же скудны, как и было обещано напыщенной писаниной Самолета, Пронзающего Небеса! Она в них не мерзнет?!        Всего на мгновение, за которое Шэнь Цинцю осматривался, воцарилась абсолютная тишина. Демоны наблюдали. Ученики наблюдали. Все взгляды были устремлены на раненого владыку Цинцзин, оценивающего обстановку, а затем насмехающегося.        — Вы проделали долгий путь ради привилегии умереть на горе Цанцюн, — сказал Шэнь Цинцю настолько ледяным тоном, что если Ша Хуалин еще не замерзла, то теперь уж точно.        — Ну и ну, как жестоки прославленные бессмертные властители вершин, — надулась та. В ее голосе появились раздражающие жеманные нотки, ничуть не загасившие опасный огонь в глазах. — Все же эта жалкая Хуалин желала лишь увидеть дом будущего супруга повелителя Северных земель.        — Если сброшенный с горы мусор заразил царство демонов, примите мои глубочайшие соболезнования, — усмехнулся в ответ учитель, и Шэнь Юань со своего ракурса заметил, как его губы искривились от неподдельного отвращения.        Когда-нибудь он обязательно разузнает все о том, какого хрена произошло с Шан Цинхуа! Это он ответственен за то, что будущий Мобэй Цзюнь подцепил себе жену в этой АУшке? Какую из жен второстепенный герой украл у Ло Бинхэ???        Шэнь Юань кинул сочувственный взгляд на свою маленькую овечку, но оказалось, что тот уже неотрывно смотрел на него. Ло Бинхэ слегка вскинул подбородок, затем опустил взгляд вниз и опять посмотрел ему в глаза.        Проследив за его взглядом, он заметил, как Ло Бинхэ слегка отодвинул ногу, чтобы показать ему пятно крови на земле, которое скрывал с тех пор, как встал на свое место. Ну конечно главный герой его заметил! Хороший мальчик, Бинхэ! Шэнь Юань кротко кивнул ему и обратил внимание обратно на переговоры. Нет смысла гадать, что же произойдет дальше. Он еще пару раз съязвит ей, прежде чем Ша Хуалин предложит…        — Мои подчиненные слишком пылкие и в своем буйстве разрушили тот хрупкий мелкий мост, но мы действительно пришли только обучиться и обменяться навыками со столь престижной школой!        И тогда Шэнь Цинцю, явно осознавая, что не сможет убить ВСЕХ незваных гостей, не пожертвовав при этом жизнью пары учеников и не выставив себя в плохом свете…        — Прекрасно. Три поединка для выявления сильнейших и затем вы покидаете гору или будете убиты.        — Ох, ну разумеется! Если победу одержат заклинатели Цанцюн, мы в ту же секунду ретируемся. Но бессмертный мастер же согласен, что Ша Хуалин в случае победы заслуживает получить свой приз?        Сейчас она должна сказать «именную табличку»…        — Выбранный мною заклинатель станет моим будущим консортом! — с диким блеском в глазах заявила девушка.        У Шэнь Юаня за веером отвисла челюсть. Он снова в ужасе глянул на Ло Бинхэ. Разве не рановато ему было жениться?! Его маленькой овечке в этом году исполнится всего шестнадцать! Практически еще младенец! Собственно, и сама Ша Хуалин не была ли слишком юна для такого?!        Ло Бинхэ пересекся с ним взглядом, в замешательстве сведя брови к переносице, и склонил голову набок. Шэнь Юань моментально отвернулся, прочистил горло и попытался вернуть себе хмурый вид.        — Я не занимаюсь продажей людей, — ответил холодным, раздраженным тоном Шэнь Цинцю.        — Ну хорошо, — тяжело вздохнула Ша Хуалин. — Тогда именную табличку Цюндин, но имейте в виду, что если захотите вернуть ее себе, мои люди сочтут любого, кого вы пошлете за ней, пришедшим ухаживать за мной.        Она вскинула бровь, ухмыляясь стоящим перед ней совершенствующимся. Все больше учеников стали нервно переминаться. Шэнь Юань с трудом поборол желание закатить глаза и вместо этого опять взглянул на Бинхэ.        Ему надо всего-то немного подстроить игру под себя. Он уже почти справился. В романе Ло Бинхэ смог извлечь духовный меч только после вторжения демонов. На этот раз, вооруженный и здоровый, Бинхэ непременно не раз прокатит Демона с Молотом лицом по земле. Этот шисюн приносит свои извинения за то, что кидает тебя на произвол судьбы, Бинхэ! Буду надеяться, что, заметив состояние учителя, ты помягче отреагируешь на то, что он выберет тебя сражаться!        Нет, в чем ему действительно стоит сжульничать, так это…        — На первый поединок этот мастер… — начал Шэнь Цинцю, а Шэнь Юань ухватился за его рукав и разок дернул, чтобы прервать его на секунду, и сделал вдох, желая предложить собственную кандидатуру.        — Учитель! — прервал жесткий, прекрасный, совершенно не вовремя зазвучавший голос.        Медленно, точно богомол, Шэнь Цинцю обратил свой холодный взгляд на Ло Бинхэ.        — Позвольте этому ученику сразиться за честь Цанцюна! — со сверкающими глазами и вздернутым подбородком заявил Ло Бинхэ, чей вид полностью соответствовал главному герою.        На этот раз не раздалось никакого недоверчивого перешептывания. Мин Фань фыркнул, будто знал, что так оно и будет. Нин Инъин прикрыла глаза, словно переживала. Шэнь Юань лишь наблюдал.        — Ладно, — усмехнулся Шэнь Цинцю, в ту же секунду отведя от него взгляд и скрыв недовольное выражение за веером. — Не смей проиграть после того, как так нагло вызвался.        Вот дерьмо, подумал Шэнь Юань, когда Ло Бинхэ широким шагом вышел на поединок с солидным Одноруким Старейшиной демонов. И опять дерьмо, ведь это не входило в его планы! Бинхэ! Ну кто тебя просил вызываться добровольцем?! Он начал мысленно строить новые расчеты. Если Бинхэ теперь не может участвовать в третьем матче, то кто тогда…        Поток его мыслей прервался в тот момент, когда внимание переключилось на битву, где Ло Бинхэ в духе настоящего героя провел духовным мечом сияющую дугу в воздухе, отбивая удар старейшины одной рукой.        Он был крохотным по сравнению с демоном, хотя недалек тот день, когда Бинхэ догонит Шэнь Юаня по росту. Если демон считал свой размер преимуществом, то сильно заблуждался.        Ло Бинхэ норовистый, свирепый, элегантный, искусный, несравненный, подающий большие надежды, хитрый, умный, красивый, проворный, бесценный и…        Поединок закончился до того, как он почти успел закончить свое перечисление. Однорукий Старейшина встал на колени, приняв поражение, на что Ло Бинхэ величественно склонил голову.        — Чем ты кормил его все это время? — пробубнил ему Шэнь Цинцю, чье отвращение на лице было скрыто ото всех за веером.        Он бросил беглый взгляд на веер. На обратной стороне, обращенной к лицу учителя, выведена каллиграфия Шэнь Юаня, едва различимая с его ракурса. Он помнил ее, хотя она была самой тонкой за все время попыткой поэтически оскорбить его.       

      Прекрасны непоколебимые вершины

      

      их головы витают в облаках.

       На лицевой стороне картина, которую он старательно рисовал с непрекращаемым хихиканьем — за изящными зарослями бамбука виднелись далекие горы, окутанные туманом.        Он смастерил его год назад для своего учителя шутки ради в надежде выдавить из него улыбку. Ему удалось заставить его лишь поглумиться и гневно пыхтеть.        Это не тот веер, который Шэнь Цинцю брал с собой в пещеры. Шэнь Юаню казалось, что он выкинул его еще несколько лет назад. Он вспомнил о мешочке цянькунь с запасными одеждами. Все это время веер был там?        Ло Бинхэ поклонился учителю. Главный злодей не смотрел на него, вперив взгляд в облака. В небесах над головой пролетел журавль, его не волновали мелкие людские и демонические перебранки.        Шэнь Юань оцепенел от ужаса, осознав, что Ло Бинхэ провел первый поединок.        — Эта священная демоница примет второй бой, — предложила Ша Хуалин и так тряхнула волосами, что забренчали колокольчики по всему телу.        — Шибо, — поприветствовала Лю Минъянь, кланяясь с выкованным на Ваньцзянь мечом в руках. — Позвольте этой ученице принять второй бой.        Шэнь Цинцю жестом разрешил ей выйти.        — Шисюн? — прошептал запыхавшийся и взъерошенный Ло Бинхэ, чьи волосы промокли от пота и теперь взвились сильнее обычного.        Шэнь Юань протянул руку, чтобы погладить своего драгоценного протагониста по мягким и, к сожалению, мокрым волосам, не позволяя внутреннему паническому крику перетянуть на себя внимание от достижения его милой овечки.        — Бинхэ не ранен? — спросил он несмотря на то, что Ша Хуалин с Лю Минъянь уже столкнулись лицом к лицу.        — Нет, шисюн, — с сияющей улыбкой прошептал тот.        Позади него Мин Фань схватил Бинхэ за хвост и встряхнул за плечо со всей братской нежностью. Нин Инъин сосредоточенно дышала, взгляд ее был устремлен вперед, хотя пальцы впивались в рукав Ло Бинхэ.        Шэнь Юань пытался сосредоточиться. Пытался дышать.        Лю Минъянь проиграет. Соревнование пройдет в три раунда. Третий демон — непобедимый соперник, покрытый ядом и размахивающий гигантским молотом.        Шэнь Цинцю ранен и был худее, чем казалось Шэнь Юаню, но лучше, чем он когда-либо мог себе представить…        Кто тут еще есть? Он обвел взглядом лица собравшихся учеников. Массовка и второстепенные персонажи, все до единого — да-да, некрасиво с его стороны, но только на этот раз, к черту вежливость! — и хотя Лю Цингэ был жив, он не скоро сюда долетит судя по состоянию, в котором его последний раз видел Шэнь Юань, так что…        Лю Минъянь проиграла. Демоны освистывали их. Шепот прокатился по толпе учеников.        Шэнь Юань чувствовал свое сердцебиение кончиками пальцев. Веером махал ему в такт, слишком быстро.        — Шибо, это ученица потерпела поражение, — глубоко поклонилась девушка, опустив взгляд под вуаль.        Шэнь Цинцю скривил губы и наклонился ближе, шипя прямо ей на ухо. Если бы Шэнь Юань стоял хоть на шаг дальше, он бы подумал, что учитель проклинает весь ее род за проигрыш. Но вместо этого он слышал другое.        — Сделай пристыженный вид. Словно тебя задели. Твой брат ранен, но жив. На юго-западе, в лесу, у сосны. Иди.        Лю Минъянь отшатнулась с широко распахнутыми глазами. Она вгляделась в лицо Шэнь Цинцю — ту часть, что не была скрыта веером — а затем растолкала толпящихся учеников, убегая в сторону леса. Несколько других учениц с Сяньшу сочувственно загалдели, бросая яростные взгляды на Шэнь Цинцю, прежде чем убежать вслед за ней.        — Ох, дорогуша, — цыкнула Ша Хуалин, ее глаза одновременно искрились весельем и горели огнем, пока она поправляла свои изрядно потрепанные шелка. — У владыки Цинцзин привычка заставлять плакать юных леди?        — Выбирай третьего, — невозмутимо и непоколебимо приказал тот.        Это пиздец, думал Шэнь Юань при виде того, как улыбка Ша Хуалин становилась все порочнее и безжалостнее. Толпа демонов расступилась, пропуская Старейшину с молотом и опасливо избегая острых шипов на нем. Это полный пиздец.        На Ло Бинхэ бы яд не подействовал. Если бы Шэнь Юань ничего не изменил, Шэнь Цинцю пришлось бы драться с Одноруким Старейшиной, которого вне всяких сомнений сумел бы одолеть! В крайнем случае просто бы выжил! Теперь же… Теперь это смертный приговор! Обхват бедра Старейшины с молотом кажется больше обхвата талии Шэнь Цинцю! Даже если его не размажут молотом в месиво, у него уже было искажение ци! Он уже нестабилен! СюЯ практически захлебывается в рыданиях! Ему никак не победить, а если в его меридианы попадет Неисцелимый, исправить это можно будет лишь одним способом, и НЕТ, НЕТ, НЕЕЕТ, НЕ СМЕЙ ДУМАТЬ ОБ ЭТОМ!        Так что…        Так что!..        Шэнь Цинцю вдохнул, а Шэнь Юань сделал шаг вперед. У него был план как все провернуть, позаимствованный у Шэнь Цинцю. Он зажал меж двух пальцев его рукав, разок дернув. Поднял веер, прикрыв им губы, пока шептал ему на ухо.        — Учитель.        — Чего тебе, мальчишка? — рыкнул тот, сузив глаза, его выражение было скрыто от демонов за собственным веером.        Шэнь Юань изогнул губы в полуулыбке.        — Прости, — прошептал он и захлопнул веер, отступив назад и кланяясь.        — Этот ученик польщен вашим выбором, — во всеуслышание заявил он.        Ло Бинхэ затаил дыхание. Шэнь Цинцю в ярости еще сильнее сузил глаза. Нин Инъин буквально закричала.        С легкой надменной улыбкой, застывшей на губах, он повернулся к Старейшине с молотом и вытянул шею, чтобы посмотреть ему в лицо.        Дело в том, что за все прошедшие годы он научился управлять Шэнь Цинцю, и нет метода надежнее, чем вогнать его в ситуацию, когда остается лишь признать свою ошибку или продемонстрировать неуверенность. Самым слабым местом было его тонкое лицо, и Шэнь Юань был совсем не прочь воспользоваться им, чтобы не дать ему умереть во время состязания, которое даже не ему предназначалось.        Он накрыл рукой грудь и извлек из нее СяньЯ.        — Шисюн! — пытался возразить Ло Бинхэ, ему вторил плачущим голосом Мин Фань.        — Молчать, оба! — рявкнул Шэнь Цинцю. Судя по голосу, он скалился.        — Мальчик, у тебя есть шанс сдаться и спасти свою жизнь, — посмеивался Старейшина, перекидывая молот через плечо. — Это всего-то обычная табличка.        — Этот ученик с радостью предоставит вам тот же шанс, Старейшина, — он великодушно махнул левой рукой. — Ни к чему вам рисковать своей жизнью или здоровьем ради мемориальной таблички. В конце концов, даже если вы ее выиграете, наши почтенные заклинатели вернутся за ней без намерений ухаживать за кем-то из вас.        По толпе прокатились смущенные смешки, а лицо Старейшины исказилось от раздражения и отвращения.        Я гребанный идиот, думал про себя Шэнь Юань с довольной улыбкой на лице, выставив перед собой духовный меч.        Теоретически, у него должно быть преимущество в этом поединке.        Молот так тяжело грохнулся о землю, что даже после успешного уклонения Шэнь Юань не мог воспользоваться открывшейся возможностью атаковать, пошатываясь от порыва ветра.        За его спиной годы тренировок, боевой опыт, благосклонность горного лорда, наставляющего его — намного больше, чем было у Ло Бинхэ.        В справедливом мире Старейшина с молотом был бы медлительным и неуклюжим как смертный, идущий по реке против течения — измотанный легко снующими вокруг рыбешками.        Черт, Шэнь Юань ведь даже знал все события! Он читал оригинал! Он знал, что будет дальше.        Старейшина с молотом не неуклюж. Он двигался размеренно, что должно было напомнить ему нечто величественное и устрашающее, но он вспомнил лишь Оптимуса Прайма.        Чего не было у Шэнь Юаня, так это боевых способностей главного героя. У него не было демонической крови, чтобы смягчить удары громадного молота. У него не было инстинкта убийцы главного героя.        Когда молот впервые задел его, Шэнь Юань почти закричал. Вмиг слова со страниц романа оказались суровой, кровавой реальностью. В оригинальном ПГБД было много насилия. Это нереально, всего одна капля в бесконечно глубоком пруду жестокости.        Если это было лишь каплей, то Шэнь Юаню хватит несколько таких, чтобы утонуть. Все тело пульсировало — особенно с левой стороны. Веер выскользнул из рук и звучно упал на землю, но меча он не опускал. Правая сторона еще функционировала. Ноги еще держали его.        Шэнь Цинцю наблюдал за ним из-за веера, в шутку нарисованного Шэнь Юанем, но который тот не выбросил.        Ло Бинхэ сдерживали с двух сторон Мин Фань и Нин Инъин, на его лице выражение ужаса и отчаяния.        Шэнь Юань не мог позволить демонам победить. История и без того слишком изменила свой ход, неизвестно кто умрет, если результаты поединка станут другими.        Старейшина уже снова бросился в атаку, а Шэнь Юань вскинул меч, чтобы удержать молот, и услышал, как меч взвизгнул от силы удара.        Все причиняло боль. Ощутимую физическую боль. Куда хуже только четкая уверенность в том, что его душа недостаточно сильна, чтобы выдержать это. Не выдержит и доли того насилия из писанины Самолета, Стреляющего в Небеса в реальной жизни.        Если он еще раз заблокирует удар, его душа расколется на виду у всех и он умрет, будет так неловко!        Единственное, что ему остается — уклоняться. В случае с любым другим противником он бы подобрался ближе, минуя защиту, чтобы тот не мог уже так сильно размахивать молотом, но сейчас это не вариант. Теоретически он понимал, что мог бы использовать сокрушительные ветра после ударов молота в свою пользу, если бы мог думать достаточно быстро, но пока ему хватает сил только избегать удары. Подойди он слишком быстро, яд убьет его, а держась в стороне, он рискует разбить свою душу об этот дурацкий гигантский кусок камня.        Ци бурлила в меридианах, когда он вынуждал себя двигаться быстрее — резче. Он выстрелил чистой энергией в глаза демону, едва держась на ногах, оттолкнулся от разбитой брусчатки Цюндина и увернулся от кошмарного удара молота.        В его левом боку что-то сместилось и стало скользким, и оно жгло. Он не мог остановиться, но не в силах был продолжить, но…        Он осознал, что снова умрет, не в состоянии сделать очередной вдох, не в состоянии увернуться, не в состоянии отойти…        Молот уже опускался на него.        Может он спас жизнь Шэнь Цинцю, думала часть его, пока другая, куда громче, кричала БЕГИ!        Он не мог.        Он закрыл глаза.        Что-то горячее брызнуло ему на лицо и за этим последовал ужасающий треск, но не было боли. Шэнь Юань снова открыл глаза, настороженный способностью сделать это, и боялся обнаружить себя в виде изуродованного, но еще живого месива…        Только все оказалось совсем не так. Перед ним стояли две фигуры в зеленых развевающихся шелках. Высокий, идеальный, могущественный Шэнь Цинцю вонзил свой меч прямо в шею Старейшины с молотом.        Еще ближе, прямо перед ним стоял облитый в крови Ло Бинхэ, продолжая держать духовный меч, которым только что отрубил правую руку демона, отправив в полет и руку, и молот.        На мгновение воцарилась гробовая тишина. Шэнь Юань застыл с раскрытым ртом. Он чувствовал на губах кровь. Глаза демона медленно закатились и он рухнул с последним булькающим хрипом. Ло Бинхэ обернулся, его лицо залито брызжущей кровью демона. Шэнь Юань встретился с ним взглядом, сгорбился, едва дыша, и он не мог… Он не знал что делать… Они…        — Коварная ты мразь! — верещала Ша Хуалин с восторгом на грани маниакальности. — Если собираешься нарушать правила, не рассчитывай, что мы будем им следовать!        — Звереныш, возьми на себя левую часть, — приказал Шэнь Цинцю, стряхивая кровь с СюЯ.        — Да, учитель! — рявкнул Ло Бинхэ, развернувшись обратно к демонам и подняв меч.        — Подождите, — захрипел Шэнь Юань.        Он пытался пройти вперед. Нога подогнулась, а меч издал ужасающий звук. Он вопил как сирена скорой помощи, взывая помочь умирающему пациенту.        Что совсем не помогало, лишь отвлекло их обоих от демонов, вернуло к нему и они… Они в опасности, а Шэнь Юань… Это его вина… Он хотел просто…        Небо озарилось, и демоны прервали нападение, подняв головы как раз вовремя, чтобы увернуться от невероятного количества сверкающих мечей. Сверху раздался боевой клич. С неба, как падающая звезда возмездия, летел Лю Цингэ.        А затем, судя по всему, Шэнь Юань уже ничего не видел и начал сильно крениться в сторону. Мир перед глазами расплывался, тело нормально не функционировало, вокруг него царил хаос, но все, что он чувствовал — это руки.        Две руки на его спине, надежные и теплые. Острые костлявые пальцы сжали его запястье, а ладонь прижалась к сердцебиению.        Меч взвизгнул у него в руках и Шэнь Юань дернулся. Начал задыхаться. Что звучало похоже на рыдания. Одна из рук на спине двинулась.        — Не смей, звереныш! — рявкнули голосом, который он должен ненавидеть, но он лишь вселял чувство безопасности.        — Но… — на этот раз голос принадлежал Ло Бинхэ, тихий и испуганный. Шэнь Юань хотел помочь, но он задыхался, а его душа готова была треснуть.        Рука коснулась рукояти его клинка, а он не мог набрать воздуха, чтобы закричать от ужаса, зато тело выгнулось дугой…        — Это я, — сказали тем отрывистым голосом, что сейчас звучал как-то неправильно — будто дрожал на грани и сжался, чтобы окутать как одеяло. — Дыши, идиот!        Его не должно такое успокаивать. Но успокоило. Он нашарил рукой рукав своего учителя. Крепко держался за него, его сплетенные на нем пальцы следовали за рукой Шэнь Цинцю, пока тот вкладывал меч в его грудь, постепенно возвращая в ножны — по крайней мере, так безопаснее, даже с учетом наполовину проломленных ребер.        — Отнеси его к Му Цинфану, — приказал Шэнь Цинцю. — Ничему не дай тебя остановить.        Никто не ответил, но кто-то поднял его. Шэнь Юань так и не мог набрать воздуха, чтобы закричать, но оно и к лучшему. Он знал с кем он. Знал, чьи руки держали его словно какую-то ослабевшую девицу.        — Держись, шисюн, — шептал Ло Бинхэ, крепко прижимая его к себе и молниеносно покидая адскую бушующую битву. — Держись, держись, держись.