dragon

Andro feat. Скриптонит — Dragon

можно сколько угодно говорить о том, что шестого чувства не существует, но интуиция никогда его не подводила. вот и сейчас ноги сами несут джисона в соседний квартал, в квартиру его лучшего друга, которого он обычно не пугает внезапными визитами, но сегодня есть повод. почему-то джисон уверен, что чанбин может помочь в такой щекотливой ситуации. достаточно одного сильного рывка, чтобы дверь домофона открылась. немного стыдно перед соседями, всё-таки они деньги платят за то, чтобы всякие незнакомцы не врывались в дом вот так. справедливости ради, они в подъезде ни разу даже не курили, так что подобное мелкое хулиганство можно простить. джисон поднимается на восьмой этаж пешком, чтобы запыхаться посильнее, тогда уж чанбин точно не будет долго расспрашивать. палец настойчиво вжимает кнопку звонка, и звон слышен на всей лестничной клетке. минута, две — ничего не происходит. бля, а если он не дома вообще? джисон не успевает осознать, какой он идиот, потому что чанбин шуршит замком и, наконец, открывает. его удивлённое лицо хочется запечатлеть на плёнку. — хани? ты чего здесь? — не предложишь зайти? — хмыкает джисон. вот уж гостеприимство. — эм, — чанбин явно о чём-то активно думает, — да, конечно. быстро скинув кеды, хан топает за другом в гостиную, совершенно не ожидая увидеть там хенджина. светлые волосы затянуты в небрежный пучок, а с одного плеча свисает старая пижамная футболка бина. — эээ, я, походу, не вовремя? — джисон от смущения даже не знает, куда смотреть. — типа того, — отвечает хенджин, посылая ему совершенно убийственную улыбку, — что-то важное, я надеюсь? джисон внимательнее оглядывает комнату, замечая два пустых бокала на кофейном столике и полупустую коробку конфет, на экране телевизора — одри тоту в роли амели. один из его любимых фильмов, кстати. немножко обидно становится от того, что джисон всеми своими переживаниями сразу делится, даже о поцелуе рассказал, а чанбин оказался таким тихушником. — ты не слишком хотел общаться в последнее время, — напоминает чанбин, будто читая его мысли. не зря они дружат столько лет. внезапно становится очень стыдно. какой же он хуёвый друг. — обсудим это чуть позже? если хенджин не против. — я не держу бинни в секрете, — просто отвечает хенджин. в его словах скрыт какой-то очевидный намёк, но из-за нервов расшифровывать всё это слишком сложно. да и не хочется. — окей, я, это... нужен адрес минхо, короче. — созрел для разговора? — хенджин хихикает, но это, наверное, хороший знак. чанбин наблюдает за ними, как за зверушками в зоопарке, с лёгким намёком на любопытство. джисон кивает, тревожно кусая губы. — дай мне свой тг, я кину. хенджин берёт в руки телефон, а джисон молча охуевает, что он согласился так просто. ему казалось, придётся целую речь толкать, чтобы такую личную информацию выпытать. провожают его уже вдвоём. и пока джисон неловко натягивает кеды, что без ложки сделать крайне сложно, кстати, шепчутся о чём-то своём, нежно переплетая пальцы. сердечки в глазах чанбина так очевидны. — если собираешься сделать ему больно, я тебе голову откушу, — говорит хенджин с милейшей улыбкой, а потом притягивает в неожиданные объятия, — только не ссы, прошу тебя. проще сказать, чем сделать.

***

каждый раз, когда минхо смотрел на джисона, в его голове начинала играть одна песня. обычный хип-хоп трек, они как-то всей группой дурачились под него, пытаясь выдумать хореографию, пока препод пропадал в деканате. хмурое выражение лица этого пацана идеально совпадало с текстом о разрушении. к тому же, казалось забавным совпадением, что джисон родился в 2000 — год белого металлического дракона. минхо не раз уже обжигался, слишком сильно привязываясь к людям, которые к нему ничего, кроме дружеской привязанности, не чувствовали. мелкий же не давал даже этого, продолжая грубить и огрызаться. но какой-то назойливый голос внутри твердил, что это только фасад. в какой-то степени, так и оказалось. джисон в действительности — маленький, запутавшийся в себе мальчик, чью душу разбередили непонятно зачем. несмотря на то, что минхо вроде как отвергли, и он должен ночами плакать в подушку, острое чувство вины не даёт себя пожалеть. чего было лезть к нему? зачем самого себя мучать, а? он красивый. умный, смешной, невероятно тёплый, как солнце, если пробраться сквозь колючки. и пишет отличные песни о любви. неудавшейся, правда, но минхо всегда считал отсутствие драмы недостатком. жить так слишком скучно, да и творить не о чем. за окном барабанит дождь, под стать настроению. наверное, последний в этом году — скоро заморозки, нужно зимнюю одежду доставать и развешивать гирлянды. дополнительный источник света пригодится, темнеет-то совсем быстро. может, они даже чуть-чуть похожи. минхо умеет говорить о чувствах поступками, делом, движением. джисон же о своей боли говорит через стихи и музыку. забавно, что никто из них — словами, адресованными друг другу. тишину разрезает настойчивый стук в дверь. хочется спрятаться и пропищать, что взрослых нет дома, но минхо всё равно плетётся открывать. — привет, — джисон робко улыбается, поднимая глаза. вода стекает с его волос. минхо молчит неприлично долго, раздумывая, не галлюцинация ли это. — впустишь? если и так, то очень реальная. — конечно, прости. старший уходит на кухню, чтобы поставить чайник, а потом достаёт большое полотенце, чистую футболку и носки. предложить полный комплект одежды не решается, всё-таки вряд ли кому-то захочется раздеваться до гола в гостях. о боже, джисон у него дома. везде ли чисто? не оставил ли он что-нибудь компрометирующее на столе? — у тебя мило, — его тёплая улыбка такая непривычная, что даже больно. хотелось бы заслужить её раньше. — вот, можешь переодеться. а то заболеешь. мамино малиновое варенье придётся как раз кстати. вскоре перед джисоном оказывается полулитровая кружка с чаем, об которую он греет руки. — ты дрожишь. почему не взял зонт? — это не из-за дождя, — шепчет джисон. глаза почему-то красные. — что между нами происходит, минхо? всё, что он может — глотать ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. собственный маникюр вдруг становится невероятно интересным. — ты меня избегаешь, — уточняет джисон. — нет! я просто... оставил тебя в покое, как ты всегда и хотел, — отвечает минхо чуть обиженно. стыд заливает грудь, не хочется вести себя настолько по-ребячески, но обида сильнее. джисон улыбается, но глаза всё равно печальные. — я никогда не хотел, — говорит он, делая большой глоток и чуть морщась от температуры. конечно, в чашке почти кипяток, — могу я быть с тобой максимально откровенным? пообещай, что не обидишься. минхо удручённо кивает. как будто у него есть выбор. — сначала ты правда меня раздражал. ну, немного. я не привык общаться с кем-то в универе, всегда считал, что друзей у меня и так хватает. одногруппники только отвлекали, ну, ты их видел. плюс, я был слегка... не в себе. — это из-за девушки? джисон застывает, словно олень в свете фар. его щёки стремительно становятся красными. — откуда ты знаешь? — слушал, — отвечает минхо коротко. нужно было догадаться, что чан, один из лучших друзей минхо, поделится своими музыкальными открытиями, профиль-то публичный. впервые сон сожалеет о том, что его песни излишне откровенны. местами. — и как тебе? — ты действительно её очень любишь, — глаза минхо темнеют, и он отворачивается к окну. ливень становится только сильнее. — любил, — поправляет джисон. как будто это имеет какое-то значение. минхо может поклясться, что такие сильные чувства за пару месяцев не проходят. если б знал раньше — не лез. но так уж вышло. — в этом вся проблема? ты думаешь, у меня осталось к ней что-то? — приплюсуй сюда свою ориентацию и тот факт, что я тупо навязывался всё это время. прости за это, кстати. джисон откидывает голову на спинку дивана и тяжело вздыхает. он ожидал, что разговор будет не из простых, но в итоге он оказывается просто глупым. бессмысленным. — что мне нужно сделать, чтобы ты поверил мне? когда минхо молчит, джисон сползает на пол и встаёт перед ним на колени. взгляд у него точь-в-точь, как у помешанного. руки тянутся к спортивным штанам старшего, чуть играются с резинкой и сильно тянут. — что ты, блять, делаешь? — собираюсь доказать тебе, что настроен серьёзно. и джисону почти удаётся обнажить тазовые косточки и задрать майку, когда он видит, что минхо плачет. не издавая ни единого звука, просто молча смотрит в окно, а слёзы собираются у него на подбородке. — ты... я с-сделал что-то не так? прости, прости, пожалуйста, я не хотел! минхо... и ничего не происходит. минхо всё так же молчит и не двигается, словно прекрасная мраморная статуя. даже с мокрыми щеками он выглядит таким красивым. — поговори со мной, пожалуйста, — шепчет джисон, забираясь к нему на колени, — я... я не понимаю тебя. он обнимает его за шею и утыкается мокрым носом в шею, заседание клуба плакс официально открыто. рука минхо нерешительно касается талии. — мне больно. за то, какое впечатление я произвожу, — голос старшего хриплый и тусклый, как пожухлая трава, — будто мне нужно только одно. — я не хотел, честное слово, — голос джисона звучит приглушённо из-за футболки, поднять голову стыдно, — скажи, что мне сделать, я всё исправлю, блять, я правда постараюсь. объятие становится чуть крепче, будто в подтверждение, что минхо изо всех сил старается тоже. из комнаты будто высосали весь воздух, только редкие всхлипы и стук дождевых капель напоминают им о том, что есть жизнь вне этого пузыря. — пойдём на свидание? — наконец-то хватает моральных сил посмотреть друг другу в глаза. тревожную морщинку меж бровей минхо хочется разгладить пальцем. — проведём время вместе, ничего криминального, — поясняет джисон, — если всё пройдёт плохо, окей, мы идиоты, и лучше бы нам держаться друг от друга подальше, но если пройдёт хорошо... — то что? что тогда, джисон? — голос старшего непривычно резкий. — увидим. я тоже пиздецки боюсь, знаешь? не тебя, а... чувств, наверное? не знаю. — я такой страшный? — нет, — джисон нерешительно улыбается, переплетая их пальцы, — ты очень, очень красивый. робкая улыбка касается и губ минхо. его ресницы слиплись от слёз, а глаза припухли, и он кажется неожиданно хрупким. желание защитить его от всего мира появляется само собой. — уверен? вопрос, очевидно, не о красоте. беспокойный мозг джисона молниеносно придумывает тупой каламбур, но он сдерживается. — на сто процентов. шума с улицы больше не слышно. наклейка с радужной призмой в виде кошки оставляет на их щеках разноцветные полосы.