Я не вернусь

***

Галф заходит в гостиную, за окном первые лучи рассвета окрашивают небо в розовый оттенок, а он весь растрёпанный после сна, не довольный плюхается на диван рядом с Мью, мажет по щеке губами и, обняв, сопит в плечо. — Зачем ты так рано встал? — бурчит омега. — Тул звонил, — тяжко вздохнув, отвечает альфа, касаясь бедра омеги, бездумно гладит его. Галф слегка кивает в ожидании последующих слов, он слышит по вздоху, что будет продолжение. — Мне нужно в город, — глухо сообщает Мью. Омега поднял голову, смотря на Мью сонными глазами. Альфа хмыкает, замечая надутые губы и целует их. Поцелуй выходит ленивый, уютный, отчего так и хочется повалить Галфа на диван прижать к себе и засопеть прикрывая глаза. — На сколько? — интересуется Галф, нехотя отрываясь от вкусных губ. Он ещё не проснулся, чтобы понять, что думает по этому поводу. — С работы отпрошусь на две недели, не знаю, на сколько затянется бумажная волокита. — А вот эта новость омеге явно не нравится. Он садится выпрямляясь и смотрит, приподняв брови. — Я буду здесь две недели один? — недоумённо спрашивает он, и Галфу совсем не нравится задумчивость мужчины. Мью откидывается на спинку дивана, утыкаясь взглядом в стеллаж с книгами, погружаясь в мысли. Галф напряжённо следит за каждым движением Мью, ожидая ответа. Он не может поверить, что его оставят одного так на долго. Мороз по коже от этой мысли. — Тебе придётся ехать со мной, — произносит Мью после пяти минут раздумий и устремляет извиняющийся взгляд на омегу. Галф сжимает губы и гладит живот, альфа заметил, что тот так делает, когда чем-то встревожен. Причина на данный момент ясна как божий день. — Я не хочу туда ехать, — глухо сообщает Галф, не замечая напряжённого взгляда со стороны Мью. — Но и оставаться здесь один — я тоже не могу. — Галф делает очевидный вывод. Мью вроде и рад, что Галф с ним согласен, но встревоженный голос, как и вид омеги, его напрягает. Последний приступ до сих пор перед глазами. Альфа садится ровнее, чтобы после сразу лечь на бёдра омеги, повторяя его движения, успокаивающе гладит кругленький живот. — Озвучь, что тебя тревожит, — просит Мью, целуя округлость через ткань светло-синей футболки. Галф не отвечает, глубоко уходя в себя, он наблюдает за просыпающимся лесом через панорамное окно. Молчание тревожит Мью, он как сокол следит за мимикой омеги. — Я не знаю, — всё же отвечает Галф. Его голос отстранённый, будто он мысленно далеко. — Здесь я чувствую себя дома, в безопасности. — Галф опускает голову, смотря на Мью, и видит, как тот напряжён. — Но, мне кажется, что это твоя заслуга, — замечая непонимание в карих глазах, уточняет. — Ты — мой дом, и с тобой я чувствую себя в безопасности. — Солнце… — задушено шепчет Мью, вставая. — Ты самый смелый, самый сильный омега. Я тебя люблю. — Прикасаясь жилистой ладонью к нежной щеке, альфа притягивает к себе для поцелуя и ему отвечают. Всегда. — Всё будет хорошо. Я тебе обещаю, — шепчет Мью, поцелуями-бабочками, как любит его драгоценность, облюбовывает лицо и шею омеги. Галф расплывается в улыбке, даря её альфе, но она исчезает, когда Мью обнимает его. Галф гладит спину своего мужчины, заламывая брови, он смотрит, как ветки деревьев колышутся от касаний лёгкого ветра. Галф жмурится, но вновь надевает улыбку, почувствовав, как Мью отстраняется. — Значит, решено. Жить будем у меня на квартире, — радостно сообщает Мью. Он переживал за реакцию Галфа, но та оказалась лучше, чем он мог предположить, и альфа может выдохнуть спокойно. — Когда мы выезжаем? — интересуется Галф, поднимаясь с дивана следом за Мью, направляясь на кухню. — Завтра утром. Нужно собрать вещи. Бери всё, что считаешь нужным. — Мью роется в холодильнике, достаёт два йогурта: себе клубничный, Галфу со вкусом лесных ягод. Омега берёт прохладную бутылочку, ничего не говоря, просто кивает. Он борется с собой, его не особо заботит — какие вещи могут понадобиться — но он занимает свои тревожные мысли этими бытовыми вопросами. Лучше уж так. — Мне пора уезжать. Точно всё в порядке? — Мью заглядывает в родные глаза. Ему улыбаясь отвечают: «Да», и он верит, несмотря на зудящее чувство внутри. Галф наблюдает, как машина отъезжает и садится в кресло на веранде. — Всё будет хорошо. Так обещал твой папа. — Галф гладит себя по животу и провожает печальным взглядом, скрывающийся за поворотом автомобиль. — А он ещё ни разу не соврал, — с тяжёлым выдохом произносит он, откидываясь на спинку кресла, и смотрит на яркие лучи солнца, просачивающиеся через кроны деревьев.

***

— Надеюсь, в этот раз всё пройдёт спокойно, — произносит Кенгл, сервируя стол, пока Милд занят приготовлением салата, основные блюда готовы. Омега постарался на славу, только два человека придут сегодня в гости, а блюд на все десять. Услышав слова своего мужа, Милд откладывает ложку и салатницу и разворачивается, смотря на спину мужчины. Тому повезло, что он не видит прожигающего его затылок взгляда, впрочем, это ненадолго. — Я не могу поверить, что ты всё начинаешь заново, — прилетает в спину недоумённый голос Милда. Альфа тоже прекращает свои действия, напрягаясь, даже через футболку видно, как он свёл лопатки. Кенгл оборачивается, чтобы посмотреть в глаза мужу, и кривится, видя в них зарождающееся разочарование. — Смотря, что ты имеешь ввиду. — Кенгл пытается контролировать свой голос. — Если то, что я как и прежде хочу, чтобы наша семья была в моральной безопасности — да. Я только этого всегда и хотел. Или что ты имеешь ввиду? — интересуется альфа, смотря на Милда с нежностью, перемешанной с грустью. Он не хочет ругаться, этот разговор и тон омеги ранит до глубины души. — Не делай вид, что не понимаешь. — Милд не замечает печальных глаз, его голова занята лишь словами альфы. — Мы всегда были в безопасности, то, что я поддержал отъезд Галфа, не означает моего согласия с твоими мыслями. Так было лучше для него, но для нас его прибывание не несло опасности, — настаивает омега. — Милд, к чему это всё? В чём ты хочешь меня обвинить? В том, что я люблю тебя и сына так сильно, что переживаю за ваше благополучие? — Милд сложил руки у груди и, сжимая губы, молчит. — Галф твой друг, и мне жаль, что с ним это всё произошло, и я тоже хотел и хочу, чтобы ему было хорошо, — уверяет Кенгл, делая шаг к омеге. — Но я за то, чтобы это было безопасными для всех путями. Если ты до сих пор на меня держишь злость за тот раз, я даже не знаю, что сказать и делать. — Кенгл разводит руки, пожимая плечами, всем видом показывая уязвлённость. Милд видит в глазах мужа обиду, отчаяние и грусть, от этого становится гадко на душе. — Прости. Ты прав, — рвано выдохнул Милд, сокращая оставшееся расстояние, обнимает мужа. — Ты же знаешь, что Галфу стало лучше, к тому же они теперь с Мью. Будет всё хорошо, — уверяет Милд, потираясь щекой о грудь альфы, слыша гулкое биение сердца. Кенгл отвечает на объятия и гладит плечи мужа расслабляюще, однако он не согласен с этим утверждением. Лучше Галфу стало, когда его изолировали, сейчас же снова привезли туда, откуда всё начиналось, и реакция омеги может быть любой. Но альфа молчит и прижимает Милда, он может понять его чувства, хотелось бы, чтобы и к его относились с уважением. Стук в дверь, и первым подрывается Милд, спеша ко входу. Не глядя в глазок, он щёлкает замок, распахивая дверь, и перед ним предстаёт заметно округлившийся Галф. Его животик уже виден хорошо, как и щечки, которые тот отъел, сразу ясно, что питается он отлично. — Милд, у тебя ужасная привычка —задерживать гостей на входе, — раздаётся хриплый, посмеивающийся голос за улыбающимся ему омегой. — Как же я скучал! — сообщает Милд обнимая друга, тот ойкает, но принимает крепкие объятия. — Не раздави его живот! — возмущается Мью и слышит басистый смех внутри квартиры. — Проходите! — Милд отпускает Галфа, пропуская его вперёд. Кенгл слегка обескуражен увидев омегу. Да, они общались по видеосвязи, но экран не передаёт и сотой доли того, что есть на самом деле. Омега в прекрасном состоянии. Светится изнутри как солнце. Кенгл ловит себя на мысли, что Галфу идёт беременность. Омега выглядит воздушным, мягким и дело тут не в появившейся округлости, а в его глазах и улыбке. В них нет страха и натянутости. Кенгл подходит к Галфу и дружелюбно приобнимает приветствуя, замечая за спиной омеги, как брат и муж, подшучивая друг над другом, крепко обнимаются. Они две родственные души, и Кенгл рад крепкой связи двух родных ему людей. — Проходите сразу на кухню. Уверен, вы голодные, — произносит Кенгл и, видя виноватый взгляд Галфа, шепчет: — Это вы зря. Вам лучше быть очень голодными или жди беды. — с деланной серьёзностью и нотками страха проговаривает альфа и косится в сторону Милда. Галф прыскает от смеха.

***

— Так вы приехали на две недели? — подытоживает Милд, когда Мью рассказал причину приезда. Как Тул ни старался у него не вышло добиться выплат, которые Мью полагаются. Сумма приличная, чтобы это игнорировать. Галф скоро родит, им понадобятся деньги на кроватку, коляску и многие важные мелочи. Мью уже составил список, и он оказался немаленький. — Точно не знаю, но это максимум. Я недавно устроился, нельзя дольше отсутствовать. — Галф через раз слушает их и кивает на слова Мью. Пытаясь хоть так участвовать в разговоре, только у него это скверно получается. Галф рад, что другие особо этого не замечают, довольствуясь его редкими ответами. На самом деле он устал от долгой дороги, после которой они отдохнули всего несколько часов, однако омега пытается этого не показывать. Его периодически отвлекает Кинг детскими разговорами, и Галфу становится немного легче. — Я вижусь часто с Тулом, он мне об этом не рассказывал, хотя сам часто интересовался, куда ты уехал. Я просто сказал, что за город, о другом умолчал, — рассказал Милд и все посмотрели на Галфа, который увлечённо слушал Кинга, полностью уходя в мир безмятежной жизни, и не видел три пары устремлённых на него глаз. Мью, задумавшись, отвёл взгляд от омеги и, повернувшись к Милду и брату, кивнув, произнёс. — Правильно сделал. Я сам поговорю. — Ты практически весь ужин молчал, — обеспокоенно произнёс Мью, когда они выехали из двора Кенгла и Милда. — Я устал просто, — со вздохом признаётся Галф, смотря в окно, умалчивая о других чувствах, которые он пока удачно отгоняет. — Надо было на другой день отложить, — хмурится Мью, выезжая на главную дорогу. В машине играет тихая мелодия, а Галф наблюдает за сменяющимися яркими огнями вокруг. Конечно, город — столица очень отличается от их посёлка. У каждого населённого пункта есть свои преимущества. Бангкок — очень красивый город, здесь жизнь кипит, однако ему по душе их дом в лесу. — Ты знаешь, что это невозможно было. Милд бы приехал к нам. — Галф прикрывает глаза от усталости. А Мью расплывается в блаженной улыбке от так легко кинутой фразы «к нам». Он рад, что Галф и его квартиру считает своей, от этого становится спокойно на душе. Оставшуюся дорогу до дома они тихо переговаривались ни о чём и обо всём. Мью любит такие моменты, они дарят спокойствие и умиротворение.

***

— Иди ко мне. — Мью тянет руки к Галфу. Омега после душа, с румянцем на щеках — выглядит обнимательно, и кто такой Мью, чтобы сопротивляться накрывшей его нежности. Галф мягко улыбается и с удовольствием отдаётся в исцеляющие объятия. День не прошёл, а пролетел, но от этого не легче, даже наоборот. За время пребывания в их доме он расслабился, и такие нагрузки выбивают из колеи. Мью же его источник живительной силы. Нежные, изучающие поглаживания касаются шеи, спины, поясницы — отчего Галф прикрывает глаза, мыча от удовольствия. Только оно не убаюкивающее. Волны наслаждения накрывают тело омеги, скапливаясь щекочущим, дразнящим чувством внизу живота, отдавая пульсацией в член, отчего Галф протяжно стонет. Мью правильно понимает омегу и целует в загривок, слегка царапая зубами, после, словно извиняясь, вновь целует. Галф стонет через закрытый рот ощущая как из дырочки вытекает порция смазки. — Чувствительный, — ласково шепчет Мью, на пробу чуть сильнее сжимая бока. Галф запрокидывает голову на плечо альфы и выгибается, выпячивая попку. Мью мнёт половинку, не запуская руку под одежду. — Я думал, ты устал и сразу уснёшь. Может, так и сделаем? — тянет Мью, в противовес своим словам оттягивает ягодицу, надавливая пальцем чувствует влагу через ткань. Галф фырчит и поддаётся назад, показывая, что не хочет останавливаться, Мью по-доброму хмыкает. — Тогда развернись ко мне. — слегка звенящие нотки вплетаются в просьбу. Мью не ждёт, когда приведут в действия его слова, и тянет омегу за плечо, укладывая на спину, нависает над ним. — Красивый, — хрипло шепчет Мью, смотря на возбуждённое лицо омеги. Это произведение искусства и он ловит себя на мысли, что вечно хотел бы наблюдать за таким Галфом. Вот только будоражащее желание подталкивает не просто любоваться, а попробовать на вкус приоткрытые влажные губы. Он знает, что они сладкие, как нектарин, но это не мешает желать вкушать их снова и снова, наслаждаясь мягкостью и упиваясь соками. Когда в руках такой омега, преступление не соединить губы, а Мью дисциплинированный гражданин. Альфа языком проходится по нижней губе Галфа и, раскрывая для себя рот, проталкивает горячий язык, оглаживая нёбо. Галф с желанием отвечает на поцелуй, борясь за первенство, вплетает свои пальцы в слегка жёсткие волосы и тянет к себе, соединяя языки. — Я хочу быть сверху, — с придыханием Галф шепчет в поцелуй. Мью рыкает ласковым тигром, он обожает, когда омега забирает инициативу на себя. Незамедлительно отталкиваясь от кровати, Мью стягивает с себя одежду, целует не так ловко поднимающегося омегу и помогает освободиться от мешающей им ткани. Мью полулежит, когда омега перекидывает через него ногу, умещаясь на сильные бёдра, и соединяет губы в нетерпеливом поцелуе. Возбуждение Галфа стекает тягучей смазкой по внутренней части бедра, как только омега привстаёт, направляя в податливую дырочку венистый член. Медленно опускаясь, Галф запрокидывает голову и протяжно стонет, чувствуя каждый сантиметр члена так приятно растягивающий колечко мышц и стеночки. — Да-а-ах, — срывается с горячих губ, опустившись полностью, и замирает, сталкиваясь с крепкими бёдрами. Мью не торопит омегу, его руки лишь слегка сжимают бедро и талию Галфа, однако зубы он стискивает со всей силы шипя. Омега настолько тугой, что он готов кончить уже после трёх движений. Галф двигается медленно, сжимаясь от скопившегося желания внизу живота. — Малыш-ш, т-такой с-сладкий, н-нежный м-мой, — произносит Мью, еле шевеля губами, начав помогать Галфу двигаться чуть быстрее, полностью забирая на себя инициативу с быстро уставшего омеги. Двумя руками взявшись за ягодицы, сжимает их, рвано насаживая на себя омегу. Они оба стонут от накатывающего, как снежный ком, наслаждения. Уперевшись одной рукой о крепкую грудь, Галф дрочит себе в такт движениям внутри, закатывая глаза. Тело омеги подбрасывает от неожиданно быстро накрывшей волны удовольствия, выплёскиваясь упругой струёй семени на живот альфы. Содрогаясь, Галф сжимает в себе толстый член и мычит, чувствуя пульсирующий орган внутри, заполняющий его. Пара толчков через оргазм, и Мью с сожалением, быстро покидает тело омеги до сцепки. Придерживая растопленного негой Галфа, помогая осторожно лечь сбоку. Омега целует Мью в ключицу, куда достал лениво. Мью задумчиво перебирает мягкие волосы омеги, давая возможность отдохнуть перед душем, но, слыша сопение, опустил взгляд и улыбнулся, видя как Галф мирно спит. — Секс прекрасное снотворное, — хмыкает Мью. Он ещё пару часов взвешивал все за и против, перед тем как провалиться в царство сновидений.

***

— Ничего себе, неужели мы встретились? — с иронией спрашивает Тул, пожимая протянутую ладонь. — Спасибо, что пришёл, ты меня, как всегда, выручаешь. — Мью игнорирует выпад и приглашает бывшего напарника в гостиную. Проходя в комнату, Тул в удивлении приподнимает брови, понимая, что они здесь не одни. — Привет. — Кенгл встаёт и протягивает руку Тулу. Он не удивился, когда утром Мью приехал с Галфом, оставляя омегу, чтобы поехать по делам. Они говорили об этом вчера и Милд даже слушать ничего не хотел, настойчиво объясняя, что Галфу нечего делать одному в четырёх стенах пустой квартиры, куда лучше делать это в компании. Однако Кенгл был очень удивлён, ровно так же как сейчас Тул, когда Мью отвёл его в сторону и попросил приехать к пятнадцати часам к нему на квартиру. — Я вас позвал не просто так. Прости Тул, но мне опять нужна твоя помощь, — ровно произносит Мью, наблюдая, как друг садится на диван. Закинув ногу на ногу и скрестив руки, Тул свёл брови, смотря поочередно то на Кенгла, то на Мью. По первому заметно, что тот тоже напряжён. — Без проблем, Мью. Только в этот раз я хочу знать всё, либо извини, но в этот раз без меня, что бы ты не попросил, — твёрдо произносит Тул. Мью стоит у тумбочки с телевизором и, облокотившись, смотрит на две пары глаз, направленных в его сторону. Видно, как те напряжены, и он не хочет тянуть резину. — Хорошо, — соглашается Мью, понимая, что иначе в любом случае никак. — Галф — друг Милда, помнишь его? — получая напряжённый кивок, продолжает. — Он сбежал от мужа. — Мью замолкает, обдумывая следующие слова. — Брайт избивал его и, скорее всего, насиловал, — хрипло продолжает альфа, тогда как у Тула ни один мускул на лице не дрогнул. — В один день омега просто не выдержал и, ударив мужа во время потасовки, сбежал. Так вот, он теперь у меня. Он теперь со мной. — Объяснение скомканное, но Мью уверен, что его поняли. Тул впервые за весь монолог бывшего напарника подал признаки жизни. Подавшись вперёд туловищем, выпучил глаза перед тем как воскликнуть: — Что значит он с тобой? Мью. Стоп. Подожди. — Альфа начал махать руками перед лицом, словно мух отгоняет. — Он ударил мужа и сбежал и вы… вы же должны были подать на него заявление, но… — повторив чужие слова и прокручивая действия, которые его опытный напарник должен был совершить, остановился, быстро складывая пазл в голове и вскочил, выпучив глаза, когда к нему резко пришло озарение. — Вы не сделали этого! Ты слишком быстро уехал, да и я бы был в курсе… Что ты наделал, Мью? А если Брайт решит подать в суд? Он мог… — Не мог. — Мью прерывает эмоциональную тираду. — Если бы так было, Галфа бы искали, поверь, там и искать нечего, даже с моими попытками инсценировать самоубийство. Они слишком жалкие, чтобы в них поверить. — Инсценировать? Мью… — Тул смотрит в глаза альфы напротив, ничего не понимая, но встречая твёрдый взгляд, сцеживает воздух через сомкнутые зубы, — Пусть так. Что тогда ты от меня хочешь? Прекрасно до этого справлялся сам. — По голосу понятно, что гордость Тула ущемлена, обида проскальзывает в каждом слове. — Галфу скоро рожать. Я хочу узаконить наши отношения. Но пока он замужем, этого не сделать. — сообщает Мью. Кенгл, сидевший всё это время молча, так как всю историю знает изнутри, теперь тоже вскочил с громким: — Что? Вы решили заключить брак? Не слишком ли поспешное решение, Мью? — Тул вообще охренел, иначе не передать его выражение лица, и смотрит то на одного, то на другого. — Я понимаю, — Кенгл сбавил обороты, когда Мью выпрямился и предупреждающе посмотрел на него, но продолжил. — Ты встретил омегу, с похожей судьбой с Дженни, окей, могу понять. Так же как и твою влюбленность. Но Мью, — Кенгл выставляет ладонь видя, что ему хотят возразить. — Брак — это серьёзное решение. Я не против Галфа, но не кажется ли тебе, что это слишком? — Кенгл хочет достучаться до брата. — Нет. Мне не кажется. Я люблю его. Это не влюбленность. То, что я чувствую, не передать словами. Для меня Галф стал всем и наш будущий ребёнок тоже. Чем раньше ты это поймёшь, Кенгл, тем лучше для нас всех, — с нажимом произносит Мью, смотря брату в глаза. Кенгл плюхается на диван, обескураженный новостью и словами Мью. — Так и чего ты хочешь от нас? — вновь задаёт вопрос Тул, понимая, что и Кенгл не в курсе о всей ситуации. — Я ещё не разговаривал с Галфом о замужестве. — Слыша хмыканье брата, игнорирует его, сжимая кулак. — Перед этим шагом, я должен понять, как можно их развести с Брайтом, максимально без последствий для его морального состояния. — И? Каким боком здесь я? Ты часом не попутал конторой? Я тебе не юрист по делам семейным, — язвительно замечает Тул. — Потому что мне нужен не юрист, а тот человек, который поможет найти что-то на Брайта, что позволит в судебном порядке запретить приближаться к Галфу и ребёнку. — Напряжение повисло в воздухе, но Мью продолжает без напора, но твёрдо. — Мне нужна твоя помощь, Тул, как друга, как напарника и как человека, у которого есть знакомые в Чиангмай, это родной город Галфа и Брайта. — Друга? Ага, счаз. Если бы я был другом, ты бы мне всё рассказал изначально, — фыркнув, выплёвывает Тул. Мью обречённо мотает головой. — Я не мог. Когда пришёл Галф весь не в себе, когда я увидел на нём синяки и ссадины, и узнал, что произошло, я не был уверен чего ждать. Милд и Кенгл в курсе лишь потому, что на тот момент мы с Галфом друг другу были никем. Мне нужно было отвезти его именно к ним, хотя и это было опасно. Ты и сам это понимаешь. — Мью остановился и комната погрузилась в звенящую тишину. Кажется, воздух стал напряжённым, а не только трое альф. — Всё произошло слишком быстро, ввязывать тебя и тем самым подставить, я не мог. До сих пор корю себя за Сьюзен, но у меня не было иного выхода. Галф был в ужасном состоянии, но она только проконсультировала, и я бы смог отвести от неё внимание, но ты при исполнении. Тебе бы легко это не сошло с рук. — Мью смотрит в глаза друга, пытаясь донести свои мысли не только словами. Тул смотрит на решительно настроенного напарника и выдыхает, пытаясь успокоиться. — Ты мог рассказать это позже. — Язвительность ушла, сменяясь на обиду. — Тул, ты достоин был узнать всё лично, глаза в глаза. Я не мог такого рассказывать по телефону. Когда я понял, что на Галфа не объявлен розыск и у нас… — Мью слегка улыбнулся, — У нас начали завязываться отношения, я уже знал, что расскажу тебе, но при личной встрече. Мне жаль, что получилось это сделать вместе с очередной просьбой. Как бы я хотел, чтобы всё было легко и просто, — со вздохом произносит Мью, на секунду проваливаясь в не самые приятные мысли. Тул смотрит на друга и, обречённо вздыхая, сдаётся. — Скажи, что ты хочешь. Я подумаю, чем могу помочь, — долго не размышляя, произносит он. Мью смотрит благодарно, они оба понимают, на что Тул согласился. — Мне для начала нужно понять, где Брайт. Я сделал заказ с доставкой по его адресу, курьеру не открыли, — сообщает Мью о том, что успел сделать за сегодняшний короткий день. — Его могло просто не быть дома. — Тул пожимает плечами, удивлённый такими поспешными выводами. — Ты прав, завтра прослежу за домом с утра до вечера. Второе — мне нужно больше информации. Брайт — псих, я уверен, что должен был где-то наследить, мне нужно узнать об этом. Не могло это отражаться только на Галфе, — задумчиво произносит Мью, он много об этом размышлял. Ему известно о Брайте — где тот родился, учился, работал. Но этого мало. — Зачем такие сложности? Пусть подаст на развод и всё. Какие проблемы? — спрашивает Тул, пытаясь скрыть раздражение, но это не особо получается. — Я удивлён, что это надо объяснять. — Мью приподнимает бровь. — Когда Галф подаст на развод, Брайт будет его преследовать, узнав где он и с кем. — Знание его косяков не даст тебе в этом случае ничего, — настаивает Тул. — Возможно, но вдруг будет что-то сто́ящее. Надо хотя бы попробовать узнать. Пойми, он отец ребёнка и, если поймёт, что Галфа он не вернёт, сможет манипулировать отцовством. — У Мью было время обдумать всё и это пока единственная надежда на законное разрешение ситуации, в которой оборвёт все связующие нити Брайта с Галфом. — А если ничего не найдём? — интересуется Тул, пока Кенгл молчит и смотрит на двоих спорящих. — Тогда мне нужно связаться с твоим должником и подделать документы, — не думая ни секунды, произносит Мью. — Ты из ума выжил? — в голос произносят Тул и Кенгл. — А я похож на сумасшедшего? Поймите, Брайт — псих. Я не собираюсь жить и оглядываться, думая, где сейчас Галф, где наш сын, как они. Не пришёл ли больной Брайт в садик и тому подобное.— Голос Мью звенит просачивающимся раздражением, но он пытается взять себя в руки. Тул присоединился к Кенглу, сев на диван, Мью расположился на кресле. Трое альф погрузились в свои мысли. — Я понял, помогу чем смогу. — Тул не верит, что эти действия в чём-то помогут, но соглашается на сомнительное расследование. — Я бы тебя не стал просить, но я только устроился на работу, да и оставлять Галфа я не смогу, чтобы ездить в их город, — выдохнув облегчённо, оправдывается Мью. — Ты расскажешь Галфу о своей затее? — интересуется Кенгл. Он тоже смирился с обстоятельствами. — Нет. И ты не смей проговориться! Галфу незачем нервничать. К тому же может придётся подделывать документы и развода не будет. — Мью не исключает такого варианта. — Это крайний случай, Мью. Стоит идти законным путём, — напоминает Тул, Кенгл кивает на чужие слова. — Если бы я хотел иного, я бы не напрягал тебя расследованием. Уж, поверь, — твёрдо произносит Мью. — Как скажешь. Но я не верю в эту затею. Вряд ли что-то получится выяснить, а если и да, то не уверен, что это спасёт от Брайта. Закон будет на его стороне, — глухо произносит Тул, задумавшись. — Пообещай, что эти мысли не позволят затуманить тебе глаза, — с беспокойством произносит Мью, с таким же взглядом смотрит на друга. — У нас есть отходные пути, но если получится что-то на него откопать, тогда можно будет решать, что делать дальше. Мне нужно хоть что-нибудь, — с нажимом проговаривает он. — Меньше всего хочу, чтобы ты влез в поддельные документы. Это реальный срок и для тебя, и для Галфа, — настаивает Тул. — Будь спокоен — я обещаю быть очень внимательным. — Прозвучало это решительно. Тул смотрел прямо в глаза Мью, пытаясь не только словами доказать свои намерения, и получает благодарный кивок головы.

***

— Ты меня шокировал, Мью, — произносит Кенгл, когда брат вернулся, проводив бывшего напарника. — Я пригласил тебя, так как хотел, чтобы и ты знал все мои мысли. Кенгл. Я люблю Галфа, и тебе стоит его принять так же, как я в своё время Милда. Твой муж — и моя семья, ради него я пойду на всё. А ты? — с напряжением в голосе и во взгляде спрашивает Мью, затаив дыхание. Кенгл не сразу отвечает. Его взгляд блуждает по периметру комнаты, цепляясь то за книжки, то за угол телевизора, и, покусывая щёку изнутри, обдумывает чужие слова. — Если ты решил, что он твоя судьба, значит, и я его приму как члена своей семьи, — всё же проговаривает Кенгл уже более мягче. — И ребёнка, — дополняет Мью. — И ребёнка, куда без него, — соглашается Кенгл. У него нет выбора. Для него Мью — семья. Тот помогал, когда родителей не стало, не дал опуститься на дно, когда он пошёл по наклонной. Мью семья не номинально, он тот, за кого Кенгл жизнь отдаст, как за своего мужа и сына, точно зная, что тот сделает то же самое. Он знал, что когда брат найдёт омегу, он примет его или её. Если это Галф, значит, так тому и быть. Кенгл надеется, что омега любит Мью не меньше. Очень надеется.