Салфер

Он был пьян. О, как же сильно он был пьян. В глазах двоилось и дорога определённо покачивалась не хуже палубы корабля во время шторма. Во рту горчило от дешёвого виски, который нашёлся в первом же магазине от участка. Бутылка уже давно покоилась в урне, а всё её содержимое — в желудке мужчины. Из закуски у него был только хотдог, который просто не справлялся с процентом алкоголя. Домой идти не хотелось, в голове царил хаос, от которого хотелось или что-то разгромить, или просто заплакать, вцепившись в колени как ребёнок.    Кристофер просто не мог понять причины собственной неудачливости. Это только в кино герой попадал в беду, а потом обретал таинственные силы или вступал в команду супергероев. В реальности же собственный родной город имел его так, словно мстил за все годы отсутствия Кристофера дома.    — Да и не хотел я никогда возвращаться! — закричал он в пустоту, едва не срывая голос. — И больше никогда не вернусь!!!   Где-то вдали послышался отчаянный лай собаки, но ответа на его слова не последовало.  Молодой человек зажмурился и опустил голову, пытаясь немного успокоить вращающийся мир вокруг. Он пошатнулся и схватился за ограждение за спиной, тут же откинувшись на прохладный металл. Зачем он вернулся? Ведь много лет назад он просто сбежал с этого города, променял родной дом на успех в учёбе и карьере, нашёл себе девушку и… Там он был счастлив. Конечно, Крису не хватало отца, но быть может однажды он смог бы переманить его в большой город или придумал какой-нибудь другой план, но… Может быть, на трезвую голову Кристофер не будет так резок в суждениях, но сейчас ему было просто страшно. Прежде он никогда не попадал в полицию и уж тем более не видел трупов, а сейчас он невольно ожидал что ещё немного — и его самого обвинят уже в двух убийствах и посадят без каких-либо объяснений.  А что на это скажет отец? Или Тина? Он так хотел устроить для неё настоящий праздник, добрый семейный сюрприз, который они будут вспоминать долгие годы, но сейчас было настолько не до него, насколько это вообще возможно. Кристофер видел, как девушке было плохо, пытался поддержать её и защитить, а вместо этого именно она и держала его в рамках, успокаивая все взрывы эмоций.    — Как я ненавижу этот город!    Покачиваясь, Кристофер полез в карман джинс, чтобы собрать немного налички и купить хотя бы пиво. Ледяное, покрытое испариной. Среди помятых купюр и мелочи Крис нашёл  водительское удостоверение, которое он машинально взял с собой в полицию. Он вынул слегка погнутую карточку и тупо уставился на нее, словно ожидая что текст изменится и он увидит что-то новое.    «А что если…»    Совершенно идиотская идея посетила хмельную голову и показалась настолько соблазнительной и правильной, что Кристофер едва не подпрыгнул на месте. У него должны были быть ещё деньги на карте, права были с собой… Так почему бы не послать всё к черту? Этот город, эти расследования, просто плюнуть и вернуться домой — в тот дом, который стал для него родным после отъезда. Наверняка же отец поймёт. А если и нет…    Пьяно улыбаясь собственным планам, которые в голове так легко строились и казались совершенно логичными и правильными, Кристофер шагнул к дороге и, придерживаясь за один из столбов, широко замахал рукой всем проезжающим мимо машинам. Плевать — такси или нет, но кто-нибудь наверняка остановится. Просто пусть кто-нибудь докинет его до окраины, он проспится, арендует ещё одну машину — или даже доедет на попутках до другого штата, а там самолёт и…    Затормозившая машина ослепила яркими фарами так, что Крис невольно прикрыл глаза рукой. Он шагнул ближе и склонился над открытым окном переднего сидения, встретившись взглядом с водителем. Ничего особенного — просто мужичок за пятьдесят, а на заднем сидении молодая девушка, лицо которой было неотличимо от тысяч подростков, следующих одной и той же моде. Она громко жевала жвачку и с кем-то переписывалась в телефоне, совершенно не обращая внимание на незнакомца.    — Шеф, подбросишь к окраине города? — Крис невнятно добавил адрес, стараясь особо не дышать в кабину перегаром. Видок у него и без того был не самым располагающим. Водитель согласно кивнул и потянулся открыть дверцу. — А до Лафайетта?  — Мы как раз в ту сторону, почти доедем. Садись уже.   Кристофер не верил своей удаче. Он тяжело завалился в салон, пожал руку водителю и потянулся за ремнём безопасности. По радио играла «Sweet home Alabama», которой хотелось подпевать просто на автомате. Кажется, мужчина за рулём представился и что-то спрашивал, но Крис его проигнорировал, снова заведя свой монолог про самолёт домой.    — А почему бы вам не остаться? — из-за спины пахнуло вишневой жвачкой и яркий пузырь лопнул у самого уха. Крис отшатнулся, но девушка не отпустила спинку его сидения. — Вы мне кого-то напоминаете. Вы местный?    На вид ей было не больше двадцати. Огромные кольца-серьги блестели в сумраке салона и покачивались в такт музыке.    — Сара, веди себя прилично, — одёрнул её водитель, даже не поворачивая головы. Он сделал песню ещё громче, хотя и без этого от хриплого голоса солиста практически вибрировали динамики в дверях. Кристофера резко замутило. Головная боль сдавила виски и он откинул голову на спинку, тяжело дыша всей грудью.  — Местный. Город крошечный, тут все друг друга знают. — он сглотнул вязкую слюну, резко понимая что не сможет сдержаться. — Сэр, остановите! Мне нехорошо.  Вопреки его просьбе, стрелка спидометра плавно поползла вправо, машину стало явно заносить. Песня про Алабаму пошла на третий круг — или Крису только казалось?  — Я не хочу испачкать вам салон, сэр! — Крис повернул голову к водителю и резко ощутил как холодная волна проходит по телу, а сердце падает куда-то в пятки. Лицо мужчины кажется мертвенно бледным, прежде аккуратная борода торчит клочьями, а грязная одежда свисает с неожиданно худых плеч.    Подавив испуганный крик, Кристофер захотел резко обернуться, но у него не было возможности — в ту же секунду длинные пальцы сомкнулись на его шее. Длинные ногти вцепились в трахею, пережимая её с нечеловеческой силой. Браун закричал, забившись на сидении, руки лихорадочно метались по приборной панели и дверце. С каждой секундой хватка становилась все сильнее, собственные враз вспотевшие ладони зацепились за замок ремня безопасности. Щелчок — и лента тут же втянулась в крепление.    «Боже, я не могу умереть так! Я не могу оставить отца и Тину здесь одних! Что я вообще делаю?!» — последняя яркая мысль, которая блеснула в угасающем сознании, но она оказалась настолько ослепляющей и сильной, что буквально вытолкнула юношу из цепкой хватки сидящей за его спиной девушки.   Он едва не впечатался лицом в приборную доску и резко потянулся к двери, распахивая ее на полном ходу. Кристофер не позволил себе мыслить — он просто завалился в сторону проносившейся обочины, через мгновение застонав от сильнейшего удара о землю. Его поволокло по инерции следом за машиной, плечо горело так, словно его облили раскаленным маслом, а во рту было слишком много крови. Голова кружилась так сильно, что юноша с трудом мог понять где верх, а где низ, болело всё. Одной рукой он ощутил траву и постарался перекатить тело, больше напоминавшее мешок, в ту сторону — подальше от дороги.    Что это было? Жив ли он?   Стало щекотно у висков и за ушами. Только через некоторое время Кристофер понял, что плачет, глухо рыдает где-то в овраге, не в силах пошевелиться. А в голове царил всё тот же страх — только теперь он был направлен не на себя, а на близких. Мозг отказывался принимать то, что он увидел в салоне, но и не позволял провалиться в благостное забытье.    — Помогите… Кто-нибудь… — он пытался кричать, но изо рта вырывалось только жалобное мычание вперемешку со всхлипами.    Может быть, он уже умер? Может именно так себя ощущают покойники в первые моменты?   Время шло, адреналин постепенно отпускал, а на его место возвращалась боль. Ничего кроме боли. Кажется, его даже стошнило — желудок болезненно тянуло то ли из-за алкоголя, то ли от силы повреждений. Кристофер мысленно пытался успокоить себя, старался дышать ровно, чтобы просто осознать что делать дальше. Потратив не меньше десяти минут, он достал телефон, с тоской отметив несколько крупных трещин поперек экрана. К счастью, они не помешали его работе. Разблокировав его, Крис тупо уставился на экран. Первоначальная мысль набрать 911 теперь казалась неправильной. Что он скажет — по пьяни водитель показался мёртвым, а со спины на него накинулась девчонка? А может это вообще ему просто приснилось? Уснул в машине, испугался кошмара и… Тогда почему за ним не вернулись?    Экран погас и Крис снова снял блокировку, находя свет от заставки каким-то успокаивающим. На экране было его собственное фото с медалью, которую он выиграл в университете. Он смотрел на это фото и не узнавал себя — насколько беззаботным Крис выглядел в этот момент.    Позвонить отцу? Да если он только увидит его в таком виде, то… Тину Крис тоже автоматически отмёл. Наверняка она запаникует или ударится в слезы. Подумав немного, юноша открыл телефонную книгу и промотал ее вниз, до нужного имени. Он нажал вызов в тот же момент, не позволяя себе задуматься. К счастью, ему ответили буквально через пару гудков.    — Мистер Крайз… — вслух оказалось говорить куда болезненней, чем Крис предполагал. — Мне… мне очень нужна ваша помощь.   ***    Резко выворачивая руль вправо, Саттис едва сам не стал виновником аварии, подрезая сразу два автомобиля. Машину качнуло, но мужчина сумел выровнять движение, тут же набирая скорость. Звонок Кристофера застал его по дороге к брату, голос у парня был очень слаб и он заметно путался в словах. Разумеется, первой мыслью было вызвать скорую или ту же полицию, но Крайз каким-то шестым чувством понимал, что лучше уж ему быть на месте первым. Четкого адреса у него не было, парень что-то промямлил про те места, мимо которых он проезжал — оставалось только повторить маршрут и внимательно смотреть на обочины. Кристофер сумел объяснить только то, что он попал в аварию и машина уехала.    Как-то слишком много происшествий за такое короткое время. — детектив скривился, в очередной раз проезжая на красный. Он явно берет плохой пример с брата.    Находясь ближе к указанному месту, Саттис опустил окна и сильно сбросил скорость, внимательно пытаясь вглядеться в вечерний сумрак. Свободной рукой он дотянулся до телефона и сделал вызов на номер Кристофера, мысленно молясь всем богам, чтобы у того не стоял режим вибрации. К счастью, стандартный рингтон стал слышим через пару минут пути — звук не прекращался и точно совпадал с вызовами, которые раз за разом делал Саттис. Притормозив, мужчина ударил по кнопке аварийки и, спотыкаясь, пошел на звук.    Лежащего молодого человека он увидел сразу — его белая футболка, пусть даже залитая кровью, сильно выделялась на фоне смятой травы. Саттис упал рядом с ним на колени и первым же делом приложил ладонь к груди и прислушался к дыханию. Слабое, но оно было, сам парень находился без сознания, до сих пор продолжая сжимать в руке мобильник. С неудовольствием, Крайз отметил неестественно выгнутую руку, обильные ссадины и ушибы, которые вскорости обещали расцвести огромными синяками. Предельно осторожно детектив ощупал затылок, тяжелых травм не обнаружилось — кровь шла из сильно перебитого носа и брови. Наверняка, было сотрясение, парня стоило осмотреть в нормальных условиях, а не на обочине при свете фонарика.    Чертыхнувшись, мужчина похлопал юношу по щекам, пытаясь привести в сознание, но самое большее, чего он смог добиться — только невнятное мычание и слабый поворот головы вкупе с дрогнущими бровями. Нужно было действовать и не терять время.  Саттис сжал свой телефон в зубах и осторожно подпихнул руки под тело, поднимая Кристофера на руки. Он был тяжелым и неповоротливым, но с этим можно было справиться. Света фонарика не хватало — и как назло, дорожные фонари не освещали именно эту часть трассы. Приходилось идти практически наугад, то и дело перехватывая поудобнее свою драгоценную ношу. Еще немного времени ушло на то, чтобы перекинуть на переднее сидение все пакеты из макдональдса, что были приобретены для Рича. Прежде дразнящий запах еды сейчас раздражал и казался неуместным, но выкидывать их было нельзя, иначе…    Уложив Кристофера на заднее сидение, Саттис еще раз перепроверил парня и сел за руль, вновь разворачивая машину. Первым делом он набрал Аманду, которая в теории могла бы помочь им с первой помощью, но та не отвечала ни на первый, ни на четвертый звонок. Следом Саттис набрал брата, который, к счастью, ответил сразу же.    — Рич, где ты сейчас? — Уже подходим к дому, а что случилось? — на фоне послышался голос, который Сат определил как принадлежащий друиду.  — Надеюсь, у тебя есть аптечка. Если нет, то пулей несись за бинтами и чем-нибудь кровоостанавливающим. И обезбол. Очень много обезбаливающих.  — Что произошло?! Сат?! — голос брата тут же вспыхнул тревогой и не к месту Саттис ощутил легкое тепло в груди от осознания того, что он не один.   С детства они никогда не были близки и дружны, больше воспринимая друг друга как данность или «плюс один» к другой женщине их отца, но с годами четкие границы размывались, за принятием друг друга пришло слабое профессиональное уважение, а там и до приятельства было недалеко. У них всегда было куда больше общего, чем они оба думали.   — Браун попал в аварию, наш свидетель. Я везу его к тебе. — А что не так с больницей?!    Да если б Саттис сам знал, что с ней не так.    — Потом объясню. Встреть нас внизу, я не уверен что смогу поднять его самостоятельно.    Ричард на другом конце провода от души чертыхнулся и сбросил вызов, но Крайз был уверен что тот сделает всё возможное, что в его силах.   Мысли тут же стали крутиться вокруг того друида, которым должен был заниматься Рич. Все лабораторные исследования наводили на мысль о магическом воздействии, да еще и на растения. Какова была вероятность найти другого мага земли в том же месте? И тут же вопрос — мог ли дар передаваться по наследству?    У самого Саттиса не было особых познаний в магии — он рос в семье, где «талант» был только у старшего, Рича, но и то его способности нельзя было назвать магией, они носили скорее физический характер. Были, разумеется, и просто знакомые — по школе или академии, но не то чтобы Саттис расспрашивал их о особенностях или принципе работы всех этих фокусов. Ему было любопытно, но расспрашивать было неприлично и странно. Правительство только и делало, что пыталось приравнять их с серыми, проводя постоянные мероприятия. По факту, у магических существ даже не было какого-то отдельного названия или термина, который объединял бы их — стало проще выделить как раз «нормисов», обычных людей, обозначив их «серым» цветом. Остальное многообразие и стало людьми, гражданами, друзьями — что угодно, чтобы намеренно подчеркнуть их «нормальность». Абсурдность ситуации добавляло то, что ни ученые, ни власти, никто толком не знал как разъяснить простым языком особенности каждого, магия просто в какой-то момент вошла в жизнь и растворилась в обществе, став самой доступной и очевидной загадкой этого времени. Разумеется, многие пытались изучить это явление, разобраться в нём не только с научной точки зрения, но и согласно психологии или какой-нибудь астральной парафилософии, но все теории всё равно сводились к простому «каждый индивидуален, принимайте его таким». Это было одновременно так просто и… так усложняло жизнь.    Саттис сперва глянул в зеркало заднего вида и тут же встревожено обернулся, перепроверяя своего пассажира. Смуглая кожа Кристофера казалась практически серой при таком освещении, на мгновение показалось что детектив опоздал, но слабое движение грудной клетки и хриплые стоны дарили надежду на лучший исход.    Дорогу до дома Ричарда Крайз не запомнил совершенно. Ему было плевать на все правила, что он за сегодня нарушил — пусть его хоть уволят за них. Фары выхватили из темноты две фигуры, в одной из которой легко угадывался братец. Ричард тут же поспешил навстречу, распахивая заднюю дверь и тут же отшатываясь, прикрывая нос рукой.     Крайз чертыхнулся и торопливо выбрался из салона, осознавая собственную оплошность.    — Мааль! Оберон! Нужна твоя помощь.    Парень неуверенно подошел ближе, пока Саттис отпихивал от дверей закаменевшего Ричарда и пытался вытянуть Кристофера из салона.    — Рич, еда на переднем. Оберон! Сюда!    Браун вообще не подавал признаков жизни — друид подхватил его под руку, другую же крепко удерживал Саттис. Они потащили его в сторону подъезда, стараясь двигаться как можно быстрее и аккуратнее.    Оберон обернулся к Ричарду и обомлел от открывшейся картины — мужчина прижимал к груди внушительные пакеты с фастфудом и жадно вгрызался в бургер, пачкая лицо крошками и соусом. Зрелище казалось абсурдным, отвратительным и неуместным в одно же время.    — Какого… Сейчас не время!    Саттис шикнул на него, коснувшись руки. Под непонимающим взглядом друида он уверенно покачал головой и добавил:    — Не трогай его сейчас. Он сам всё объяснит, если захочет.    Друид был абсолютно уверен в том, что куда более мускулистый Ричард был бы куда лучшим помощником сейчас. В окровавленном парне не сразу, но он узнал того самого свидетеля из парка и собственная паника тут же начала расти в геометрической прогрессии. Чужая кровь пачкала одежду Мааля, парень в руках казался совершенно холодным и таким… мертвым. Оби пытался отстраниться от мысли, что нёс покойника, но просто не мог этого сделать. Руки дрожали, а листья в волосах осыпались на плечи терракотовым крошевом, обнажая тоненькие ветки.    От стены дома отделилась мрачная фигура, позабытая во всеобщем хаосе. Мужчина молча подошел к машине, вынул оставленные ключи из зажигания, захлопнул двери и скользнул в дом. Он следовал за Ричардом буквально по дороге из крошек, ориентируясь на гомон, который невольно поднимали трое мужчин. Он не особо спешил, до сих пор оставаясь незамеченным и ждал пока все войдут в квартиру, поигрывая чужими ключами в ладони.    — Кладите его на диван!    Саттис смёл на пол несколько подушек и подтянул парня повыше, невольно вырвав у него болезненный стон. В себя он так и не проходил, бонусом к травмам у Кристофера еще и резко поднялась температура, которую требовалось сбить как можно скорее.    — Где там твоя аптечка? В ванной?    Детектив бросил взгляд на жрущего брата, но тот как-то странно замер, принюхался и резко обернулся, наконец, замечая еще одного гостя.    — Лучше! У меня есть целитель! Настоящий!    И как Саттис мог забыть об этом! Он мгновенно отскочил от дивана, освобождая место, но эльф не торопился. Он молча обвел взглядом гостиную, поморщился и расстегнул пальто, неспешно присаживаясь на край стула. Даже ладони он растирал раздражающе медленно, словно в полуметре от него из парня не выходила жизнь. Все взгляды были устремлены на него, но целитель даже ухом не повел, оценивая масштаб работ.    — Отойдите на метр и не трогайте меня минут двадцать, а в идеале полчаса-час. — голос у Элриха был хриплым, словно он уже очень давно не пользовался словами.    Без малейших колебаний мужчины отстранились, а спустя пару минут Саттис выставил Оберона и Ричарда со всеми его яствами в соседнюю комнату, по совместительству являющуюся спальней самого Рича. Сам же детектив остался с целителем на безопасном расстоянии на случай если понадобится его помощь.    Элрих приложил ладонь ко лбу парня и прикрыл глаза, тут же хмурясь и сжимая губы. От его пальцев исходил холодный белый свет, напомнивший Саттису лампы в кабинете Аманды. Это сияние не расходилось в стороны, а словно поглощалось смуглой кожей. Ресницы Кристофера дрожали, он сам едва слышно хныкал, словно это прикосновение точно так же приносило ему боль.   Исцеляющая ладонь переместилась на затылок, ныряя в растрепанные кудри. Работа Элриха напоминала принцип металлоискателя — одной ладонью он проводил по телу, находя поврежденные участки, а другой прицельно «залечивал». Крайз жадно наблюдал за процессом, очарованный таким наглядным действием магии. Внешних изменений в Кристофере он не замечал, логика подсказывала что эльф работал в первую очередь с внутренними повреждениями, которые могли бы быть опасны для жизни, а ссадины и синяки могли бы и сами зарасти. Иногда сияние словно сбоило и Элрих, чертыхаясь, тряс рукой, которую словно сводило судорогами. И без того бледный мужчина по мере исцеления сам казался куда болезненнее, под глазами пролегли глубокие тени, а на скулах и щеках стала видна сетка вен.    Детектив разрывался между тревогой за его жизнь и здравым смыслом, который говорил ему не вмешиваться в процесс. Черт его знает, как там было устроено у этих магов — может для них такой внешний вид был вполне нормальным явлением. Оставалось только хмуро поглядывать на часы, отсчитывая хотя бы необходимый минимум, указанный эльфом.