Салфер

Располагаться в чужой квартире было… Странно. Победив собственную неловкость, Тина организовала себе большую кружку растворимого кофе и с завидным рвением принялась за работу. В первую очередь, она разложила на полу все те бумаги, которые были в наличии у Ричарда, и поверхностно пробежалась по ним глазами. Некоторые события она узнавала, они встречались ей в газетах, но были и те дела, которые не освещались прессой. В первую очередь именно они и привлекли внимание журналистки.    Её собственная идея насчет артефакта не давала покоя. Это была новая для Тины сфера, с которой она столкнулась ненамеренно, но раз за разом возвращалась к ней, а количество вопросов с каждым разом всё росло. Возможно, в другой раз, Тина бы окопалась в библиотеке и подняла все данные, что были доступны касаемо артефактов, но сейчас они были довольно ограничены по времени. Да и местная библиотека вряд ли бы смогла оказаться полезной, но девушка уже представляла обилие нового для себя материала в главной библиотеке Вашингтона.    Тина читала распечатки и распределяла их по одной ей понятной логике, а Крис действовал больше на подхвате — отобранные листы он раскладывал в хронологическом порядке и пытался соотнести их с закладками в ноутбуке, отмечая цветными стикерами несоответствия версии полиции и версии журналистов. Отдельный, неоново-желтый цвет стикеров предназначался для упоминания магии или артефактов в делах. Они встречались крайне редко. В основном, следствие ссылалось на магию в тех случаях, когда расследование приходило в тупик или события не могли быть подвластны логике и здравому смыслу.   — Не знаю, я не уверен в твоей теории. — Кристофер тяжело поднялся, с недовольством услышав хруст собственных колен. Буквы начинали расплываться перед глазами, а содержимое бумаг и вовсе перестало хоть как-то откладываться в голове. — Я не уверен, что где-то есть список артефактов или список известных магических способностей. Или есть, но не в свободном доступе. К тому же, папа сказал, что камни могут реагировать по-разному на разных носителей. Как мы это вообще сможем определить? С тем же успехом мы могли бы сказать, что убийства сделаны инопланетянами.   Тина поджала губы и смерила своего парня недовольным взглядом.   — А откуда ты знаешь, что они реагируют по-разному? Вдруг там есть какая-то логика. Магия, конечно, она такая… Такая… но вдруг нам повезет? Опираться на слова одного человека — это не научный подход. Если бы я лично увидела несколько книг на эту тему, поговорила бы с людьми, специализирующимися по артефактам или этой... сере, — тогда другой разговор.   — … ладно. Допустим. — Кристофер всем своим видом демонстрировал недовольство, но спорить со своей невестой не хотел. — Пусть мы найдем зацепку, узнаем, что за артефакт… и? Как это поможет нам выйти на преступника? А если это вообще просто два несчастных случая? Одна умерла от передоза, второй не справился с управлением. И всё. Никакой мистики.    Парень тут же вспомнил о своем ночном происшествии и поспешил отмахнуться от него, до сих пор не понимая его природу. — Тина, милая. Ты не Шерлок и не стоит искать в каждом событии особенный глубинный смысл. Всё может быть куда проще. — Он говорил с ней тихо и размеренно, будто с душевнобольной, просто пытаясь донести до нее свою мысль и ни в коем случае не обидеть. — Давай дождемся детектива и поговорим с ним. Всё-таки это его работа, вдруг он предложит какую новую версию или…   Раздавшийся звонок в дверь заставил их вздрогнуть. Крис бросил на стол бумаги, которые держал в руках, и вышел из комнаты. Спустя мгновение он вернулся с Ричардом и бледным как смерть Обероном, трепетно прижимающего к груди горшок с цветком.   — Разве вы не должны были его проводить? — Тина обвела взглядом друида, неловко топчущегося за спиной хозяина квартиры.   — Планы поменялись.   Ричард с тоской обвел взглядом ковёр из бумаг и махнул рукой в сторону спальни.   — Можешь пока там бросить вещи, разберемся со всем этим позже.   Перешагивая через распечатки, Рич добрался до холодильника, распахнул дверцу и некоторое время молчаливо созерцал холостятскую пустоту на полках.   — Вы б хоть пиццу заказали… — вздохнул он, с тоской глядя на припасённую упаковку с пивом.   В любое другое время Ричард с удовольствием устроился бы на диване с холодной баночкой, но теперь смотрел на неё и ощущал смутное и практически незнакомое ему чувство, именующееся «ответственностью». Пусть Рич был ненамного старше своих гостей (не считая Элриха), но невольно ощущал себя как учитель в школе. Он отвечал за их безопасность хотя бы перед братом, наверняка это и было дурным влиянием Саттиса и результатом продолжительного с ним общения.   Он сорвал с дверцы холодильника прижатый нелепым магнитом флаер местной пиццерии и вручил его Кристоферу, а сам постарался перебраться поближе к Тине, по пути изучая все разложенные листы.   — А теперь еще раз, медленно и разборчиво. Что там у тебя была за идея? — Рич потер пальцем бровь и, спохватившись, крикнул Крису. — Только никаких грибов!   — Так что там с артефактами? — Одним движением Ричард собрал волосы в неаккуратную шишку на затылке и перехватил их резинкой, которую достал из потрепанной коробки из-под печенья.   Тина только отмахнулась от него, хотя мгновение назад горела собственной идеей. Мужчины только удивленно моргнули, провожая девушку взглядом. Тина присела на край дивана, с сосредоточенным видом в очередной раз пробуя дозвониться до детектива.  — Э… чего это она? — Рич наклонился над мрачным Кристофером, но тот в ответ только пожал плечами.    — Переживает. Сколько я ее знаю, она всегда была склонна к некоторой... тревожности по отношению к другим. Она всегда за меня переживала больше, чем за себя, хотя даже серьезного повода не было. Так что не удивительно что после всего этого стресса она так нервничает из-за мистера Крайза, раз уж я нахожусь в безопасности. — М-да… Любовь… — многозначительно добавил оборотень, наблюдая за происходящим.   Пока Крис занимался добычей еды, Ричард решил проверить своего нового жильца, который не особо стремился участвовать в их беседах. Оберон нашелся в спальне. Его рюкзак сиротливо валялся в углу, совершенно не разобранный, а его владелец сосредоточенно колдовал над небольшим керамическим горшочком с цветком.    — У тебя всё в порядке? — поинтересовался Рич, когда пауза начала затягиваться настолько, что становилась некомфортной.  — У меня — да, у него — не очень. — Оби смахнул упавшую на глаза прядь и вновь прошелся золотым сиянием по вялым листьям. — Подозреваю, что ему не очень понравилась наша дорога. Или воздух у тебя тут не такой. Или… — Ты думаешь этот кактус может за неполных два часа так завять? Как-то я сомневаюсь. — Сам ты кактус, — прозвучало крайне обиженным тоном. — Это Каланхоэ Блоссфельда. Он должен был расцвести, но теперь почему-то не хочет это делать.   Ричард только хмыкнул, не разбираясь совершенно во всех этих растениях. Но если Оберону это было важно, то он просто лучше промолчит, чтобы не расстраивать парня еще больше.   — А может, он так на твое настроение реагирует? Ты же колдуешь, может, он как-то… эм… ну… вы связаны?   Оберон замер и перевел взгляд с Рича на каланхоэ и обратно, явно задумавшись над его словами. — Не знаю даже. Никогда не замечал. Но прежде у меня и таких «приключений» не было. Кстати, как ты?   Ричард кисло улыбнулся и покачал головой. — Таблетка помогла, но всё равно ощущение, будто меня раскатало очень хреновым похмельем. Ничего, пройдет. Там, кстати, скоро пицца будет. — Мужчина с удивлением осознал, что немного запинается, чувствуя себя неловко и виновато за произошедшее с Оби. — Если хочешь, присоединяйся к нам. Можешь помочь с бумагами, да и просто лишняя голова будет очень кстати.   Тем временем Кристофер сделал заказ и вернулся к работе, недовольно ворча о том, что в этой квартире, по всей видимости, ему было больше всех надо. Каждый был занят чем угодно, кроме расследования, а сам Крис особо никогда не проявлял детективных склонностей. Это Тина могла сутками копаться в архивах и искать подтекст в каждой мелочи, а он был больше по фотографии и в журналистике он видел прежде всего работу, а не образ жизни. В качестве фотографа он хотел бы путешествовать по миру, а может, и вовсе оказаться на обложке National Geographic. Кто знает… Но вся эта криминалистика его слегка пугала, Крис никогда не горел желанием смотреть на трупы — даже с фотографий, не говоря уже о том, чтобы столкнуться с ним в жизни.    Но выбора не было — хотелось доказать собственную невиновность и непричастность к событиям, хотя бы просто для себя. Тем более, у них собралась неплохая команда, каждый член которой мог оказаться очень полезен.   — Крис, откладывай в сторону все дела, где участвовали артефакты или просто всё следствие сводилось к магии. Надо попробовать проследить, не найдется ли взаимосвязь между этими событиями, — командовала Тина, и Кристофер со вздохом принялся заново перебирать только что рассортированные бумаги.   — Я практически полностью уверен, что где-то в недрах полиции наверняка это всё есть в базе, и дела можно фильтровать по нажатию пары кнопок.   Ричард рассмеялся, услышав ворчание молодого человека.  — Я когда учился, тоже мечтал о такой программе. Но это Салфер, тут только недавно вышли из каменного века. А в полиции так вообще испытывают нездоровую любовь к бумажной работе. Клянусь, если однажды туда придет шериф, который возьмется за расхламление архивов и оцифровку документов, я устрою салют и напьюсь.   Спустя пятнадцать минут переодевшийся Оберон всё же присоединился к ним, располагаясь прямо на полу. Его теплый горчичный свитер казался неуместным в душной комнате, но всё равно видеть друида без всех его слоев одежды было непривычно.   Под негромкие разговоры и поедание пиццы все погрузились в разбор документов с головой, одновременно умирая от скуки и искренне удивляясь забавным или неожиданным находкам. Осознание пролетевшего времени пришло в тот момент, когда Оберон включил свет в комнате. За окном уже стало достаточно темно для того, чтобы ожили фонари вдоль дороги и некоторые окна в доме напротив, расцветая золотистым светом.   — Ого, как поздно. Нам пора, а то мистер Браун нас потеряет. — Тина взглянула на телефон, проверяя время. — Я вызову такси и наберу отцу.   Кристофер даже ощутил слабый укол вины за то, что не отзвонился отцу раньше. Пусть даже они и мирно разошлись в итоге, но создавать повод для тревоги не хотелось, мало ли что Гарольд мог придумать и как близко воспринять это к сердцу.   Ричард, который успел даже вздремнуть в кресле, вызвался даже проводить парочку, но от него быстро отмахнулись. Тина и Крис словно сами не хотели покидать тесную квартирку — до последнего они копались в бумагах, перекладывая их с место на место, что-то обсуждали и даже вполголоса спорили, иногда вовлекая в разговор Ричарда. Таксисту даже пришлось их подгонять дополнительным звонком.    Оставшиеся наедине Оберон и Ричард вздохнули с облегчением, наслаждаясь тишиной. С улицы доносилась едва слышная музыка из чьей-то машины, но после всеобщего галдежа она казалась даже приятной и успокаивающей.   — Кстати… — Друид замер перед закипающим чайником и медленно повернулся к блондину. — А Сат… детектив Крайз тебе звонил?  У парня просто не поворачивался язык называть детектива по имени, хотя Ричард уже пару раз указывал ему на это. Оборотень замер, задумавшись и медленно отрицательно покачал головой. Он и вправду забыл про брата, заработавшись, хотя и сам поражался переживавшей за его брата Тине. Еще раз взглянув на время, Ричард бросился к телефону и сделал вызов, нервно покусывая щеку изнутри. Один… Два… Три гудка — и ему ответили.   — Сат? — О, наконец вы додумались позвонить. — Голос в трубке совершенно не напоминал детектива. — Я уж думала, что мне придется вечность ждать. — Аманда?! — Нет, Мадонна. Слушай, моя смена закончилась почти два часа назад. Не мог бы ты приехать и забрать брата?   Оберон подошел ближе, заметив шок на лице Ричарда.   — Куда приехать? — Он торопливо обвел глазами стол, выкапывая из-под бумаг связку ключей. Аманда замолчала ненадолго, затягиваясь сигаретой. Рич мог поспорить, что та сейчас наверняка закатывает глаза от его глупых вопросов. — В участок, само собой. Куда ж еще.   ***   В полицейский морг Ричард ворвался, словно его преследовали адские гончие. Он обвел взглядом помещение и впервые ощутил на себе то самое чувство, когда кровь стынет в жилах. На ослабевших ногах он шагнул к Саттису, лежащему на одной из каталок, открыл рот, но так и не смог выдавить из себя ни звука. Все мысли разом покинули голову, и Рич чувствовал себя пустой оболочкой, из которой выпустили весь воздух.   Сидящая за столом Аманда даже не отреагировала на такое вторжение, только еще раз глубоко затянулась сигаретой, медленно выпуская густой белый дым.   — Не волнуйся, живой он. Просто спит. — Она потратила несколько секунд на то, чтобы найти свободное место в пепельнице, из которой содержимое давно грозилось вывалиться на стол. — Сядь. Кофе будешь?   Ричард, запинаясь, прошел к ближайшему стулу и рухнул на него, отрицательно мотая головой. Его взгляд упорно возвращался к бледному до синевы Саттису, который совершенно не шевелился и мало чем отличался от «клиентов» Аманды. С ней Ричард был знаком очень поверхностно — пару раз он наведывался вместе с братом за результатами вскрытия, пару раз они вместе курили на крыльце, лениво обсуждая какую-то нейтральную ерунду, но ничего больше. Поэтому он всеми силами сдерживал себя от желания просто подойти и встряхнуть ее хорошенько, выпытывая все подробности о состоянии Сата.   Аманда подошла к кулеру, неторопливо налила себе кипятка и сделала кофе, напрочь игнорируя пронзительный взгляд ее гостя. С невозмутимым лицом она достала фляжку, потрясла ее и щедро плеснула содержимое в кофе. Ричард по запаху определил бурбон.   — Он пришел уже под вечер, бледный и дрожащий. Я думала у него лихорадка, хотела потрогать лоб, а он от меня отшатнулся, будто я чумная. — Женщина хмыкнула, делая большой глоток. — Мне кажется, он меня даже не слышал. Постоянно что-то бормотал, осматривался, постоянно дергался. Потом кричал, правда, недолго. Я думала уже звать кого-нибудь, схватила его за руку, и он резко очнулся. Пробормотал, что не надо никого звать и отрубился. Затаскивать взрослого мужика на каталку — такое себе удовольствие. Я проверила пульс и зрачки — и он в такой отключке уже… — Она покосилась на лежащий на столе телефон. — Почти два с половиной часа.    — Ты пробовала его будить?   — На нашатырь он не реагирует, на боль тоже. Обычное прикосновение кожа к коже явно работает, но слабо. У меня даже предположений нет, что это, буду честна. В психиатрии я не сильна, а ставить на что-то, связанное с поражением мозга или нервной системы, без дополнительных проверок — глупо.   — В смысле — боль?! — Рич вскинул голову, оскалив неконтролируемо проступившие клыки. Зверь переживал за Саттиса не меньше своего носителя.   — Я просто слегка его уколола. Всё было стерильно. — Аманда закатила глаза и вновь отвлеклась на кофе. — Ну, еще попробовала по-дедовски, пощечиной. Не особо помогло, как видишь.    Ричард только недовольно проворчал и поднялся со стула. Он прошел через всю комнату и замер у каталки, только вблизи замечая едва заметное движение груди брата, — дыхание было настолько слабым, что оно ускользало даже от обострившегося слуха оборотня. Отстраненно Ричард подумал о том, кто мог лежать на этом месте до Сата, и невольно поморщился, больше всего на свете желая забрать его домой. Но вдруг перемещение ему еще больше навредит? А если это какой-нибудь тромб или кровоизлияние? А может, стоило всё же обратиться в скорую?   Вспомнив о словах Аманды, Ричард снял кожанку, оставшись только в тонкой футболке с логотипом старой рок-группы, и осторожно навис над братом. Касаться его было немного странно и страшно, словно действительно прикасался к покойнику, но Рич упорно гнал от себя подобные мысли. Кожа была холодной, но довольно быстро согревалась под ладонью блондина. Пульс ощущался где-то совсем на фоне, невесомое биение прощупывалось на запястье, но Ричард решил проверить его и на шее.   — Эй, бро. Очнись. — Ричард неуверенно потряс брата за плечо. — Кретин, не пугай меня так.   Вторая ладонь переместилась на светлый ежик волос, Рич прошелся большим пальцем по виску и замер, кусая губу. Пусть они с братом никогда не были в особо теплых отношениях, но видеть его таким было страшно и до отвращения неправильно. Борясь с комком в горле, Ричард потряс его сильнее и тут же спохватился, вспомнив про реакцию на «кожа к коже». Стараясь игнорировать цепкий взгляд, буравящий спину, он просто потянул Саттиса к себе за плечи и крепко обнял его, положив подбородок на мощное плечо.   Сперва ничего не происходило — Саттис ощущался безвольной холодной куклой, но постепенно он начал реагировать, словно выходя из какого-то транса. — Давай же! Ну! — Рич слегка встряхнул его, растирая спину горячей широкой ладонью. — Приходи в себя! Нам еще ребят спасать надо, мы без тебя не справимся. Сколько можно уже всё на себя ловить. Он что-нибудь еще говорил? — уже обращаясь к Аманде. — Да ничего внятного. Бормотал, отмахивался. Из того, что можно было разобрать, я бы выделила слова в духе «прекратите, не трогайте меня» и тому подобное.   Громко и страшно захрипев, Саттис распахнул глаза, стиснул судорожно плечо Ричарда и попытался вырваться, с трудом осознавая происходящее.   — Тише ты! Тише!   Ричард перехватил его за запястья, прикладывая некоторые усилия, чтобы сдержать брата.   — Сат, посмотри на меня. — Мужчина пытался организовать зрительный контакт, но его брат постоянно изворачивался, отводил взгляд, словно это причиняло ему боль или дискомфорт. Прежде подобное поведение за детективом никогда не наблюдалось.   Не выдержав, Рич взял его голову в ладони и, игнорируя тут же ожившие руки, которыми Саттис пытался отбиться от него, впился взглядом в знакомые полубезумные голубые глаза. Зрачки детектива были расширены, и первой тревожной мыслью были наркотики или какие-то вещества, которые могли так воздействовать на сознание, но полицейский всегда был категорическим противником подобного. Мог ли кто-то его накачать?   — Ты же ему ничего не колола?  Аманда только фыркнула и отрицательно покачала головой. — Сам посмотри на него — это ты можешь его удержать, а мне-то куда? Он и без того мне все инструменты перевернул. Я к нему нормально поначалу даже подойти не могла.   — Я… ммм… не все сразу! — Саттис резко вздрогнул и прижал ладони к ушам поверх рук Ричарда, болезненно зажмурившись. — Сат? Сат! Давай же, приходи в себя!   Вот теперь стало заметно, что детектив услышал брата. Он застонал и неуверенно приоткрыл глаза, морщась от яркого света. Заметно подтормаживая, он осмотрелся и с явным удивлением замер взглядом на Аманде.   — А как я сюда попал? Что… — Саттис болезненно скривился и снова ухватился за голову. — Надо на свежий воздух. Подальше отсюда. Я… — он зашипел и вновь по-собачьи затряс головой.   — Идти сможешь? — Не… Не уверен. — Едва дождавшись ответа, Ричард потянул блондина на себя и забросил его руку на плечо, придерживая детектива за талию.   Он самостоятельно стоял на ногах, но его сильно шатало, поэтому Ричард практически нёс мужчину на себе. Их странную процессию завершала Аманда, увязавшаяся за ними. Именно она порекомендовала выйти не через главный вход участка, а через автомобильный — через этот коридор обычно привозили и увозили тела, поэтому встретить посторонних в столь поздний час было практически невозможно. Аманда несла рюкзак Саттиса, с которым тот к ней пришел, но был благополучно брошен на пол при первом же «приступе».    Едва за ними закрылись двери, Саттис задышал ровнее и постепенно стал приходить в себя. Он всё ещё опирался на брата, но куда более осознанно стал перебирать ногами. Детектив уже самостоятельно указывал дорогу, уводя всех как можно дальше от участка и людных улиц. Его выбор остановился у небольшого клочка зелени, которую парком назвать было нельзя — скорее небольшой сквер, созданный специально для выгула собак. Саттис практически рухнул на первую же лавочку и глубоко вздохнул, вытирая выступившую на лбу испарину.   — Ты как?   Ричард сел слева от брата, а Аманда примостилась справа, тут же доставая из кармана сильно помятую пачку.   — Не знаю. Меня одновременно тошнит, морозит, я зол и как будто в любой момент могу разрыдаться. Никогда такого не испытывал. — Ты пришел ко мне в кабинет и тут же свалился, пытаясь от кого-то отмахнуться. Бредил и не реагировал на сторонние раздражители.   Аманда выдохнула густой дым в сторону и облизнула горькие губы.   — Я думал, ты обдолбался. Выглядел ты жутко. Что произошло вообще?   Саттис долго молчал. Он смотрел куда-то перед собой и хмурился, словно вовсе позабыв о вопросе. Заговорил он нехотя, очень медленно подбирая слова.   — Я сам не уверен. Я закинул документы из дома в машину, поехал на участок, всё было вроде бы нормально, только голова немного побаливала. Приехал, и голова разболелась еще больше. Мне казалось… Хотя, не важно. — Он покосился на брата и нервно стиснул кулаки. — Я выпил пару обезболивающих, посмотрел последние сводки и ознакомился с новым делом. И прежде чем идти домой, решил заглянуть к Аманде. Спустился и… дальше не помню. Всё обрывками и …   — Не торопись, попробуй вспомнить. — Ричард ободряюще похлопал его по колену. — Ты постоянно с кем-то говорил и отмахивался. Повторял постоянно «не все сразу» и «по одному» или вообще просил заткнуться. Ты что-то слышал?   Саттис казался немного смущенным ее словами. Он неловко повел плечами и ссутулился, заметно избегая темы.   — Слышал. Было очень шумно — все говорили одновременно, кричали, плакали, что-то требовали от меня. Я даже не мог разобрать, с какой стороны они доносились, будто одновременно окружали меня и звучали сразу у меня в голове. — Детектив нервно взмахнул рукой и тут же стиснул дрожащие пальцы в кулак. — Я своих мыслей не слышал. — А теперь эти… ммм… голоса? Пропали? Ричард с тревогой смотрел на такого потерянного брата, не понимая, как ему помочь. Его слова не выглядели как розыгрыш или галлюцинация, это явно было что-то другое. Вряд ли бы детектив решил так пошутить над ними.  — Сейчас их нет. Я даже не уверен, были ли они на самом деле. Я не могу сказать, как долго я их слышал, и вообще что произошло, просто… просто… их было так много.   Саттис поднял голову и взглянул на Ричарда. Его голубые глаза казались больными и сильно покрасневшими.    — Знаешь, когда мы с Обероном шли до его дома, с нами произошло некоторое дерьмо. Я подозреваю, что с тобой произошло то же самое. Кто-то нас мучает или просто издевается. Черт его пойми почему. Опасаются, что мы можем наткнуться на какую-то информацию? Или просто чтобы мы не совали нос в эти дела. Или…    — Одним словом — магия. — Притихшая Аманда скривилась и протянула Саттису пачку своих сигарет со вложенной в нее зажигалкой. — Держи, полегчает. А вообще, мне интересно — во что вы вообще ввязались?   Парни переглянулись, не уверенные, что им стоило рассказывать обо всём еще и ей. Их команда росла с каждым днем, но чем больше было людей, тем тяжелее было секрету оставаться таковым.   — Это… долгая история. — Сат потёр висок, до сих пор ноющий от непрекращающейся мигрени. — Если говорить совсем просто, мы сами ничерта не знаем и не понимаем, что происходит. В полицию обращаться… Сама понимаешь. Я и есть полиция. А Джей Джей только добавит проблем, если и вовсе не отстранит меня за самодеятельность.   — На сколько процентов эта ваша история связана с моими недавними покойниками?   — Процентов на двести, я думаю, — отозвался Ричард, хмыкнув. — Мы не уверены, какими проблемами это всё может обернуться, поэтому… просто будь на нашей стороне?   Он даже сделал щенячьи глазки, выразительно вскинув густые брови, но на Аманду это никогда не действовало, поэтому она только закатила глаза и тяжело вздохнула, в очередной раз за этот день поражаясь различиям между братьями.    — Поняла, не дура. Я не собираюсь вас выдавать, можете расслабить задницы. Но с вас — годовой запас кофе и оплаченные обеды. Месяц. — Она помедлила, скрестив руки на груди. — А лучше — два.   — Эй! — Оба одновременно возмутились, но тут же смиренно согласились со сделкой, даже найдя в себе силы на искреннюю улыбку.    Докурив очередную сигарету, Аманда затушила бычок и посмотрела вокруг в поисках мусорки.   — Ладно, раз с вами всё обошлось, то я, пожалуй, вернусь на работу и попробую всё-таки отправиться домой. А то мне завтра еще с утра пораньше новенького записывать.   — А было еще одно убийство? — спохватился Ричард. — Можешь рассказать?   Женщина оперлась рукой на спинку скамейки, словно гудящие за весь день ноги и вправду переставали ее держать.   — Да на самом деле, ничего интересного. Даже на первый взгляд там всё просто и обыденно — ушиб затылочной части… — Она вздохнула и прикрыла глаза, мысленно перестраиваясь с рабочего тона на обычный. — Парни сказали, что нашли его дома. Кафельная плитка, на полу разбитый стакан, всюду вода. Упал, разбил себе затылок о угол тумбочки. Даже немного скучно, но работать с этим всё равно надо. Завтра к обеду могу выслать заключение, но не думаю, что вам оно понадобится. У меня таких клиентов на целый поезд наберется.   — На всякий случай отправь. — Саттис глубоко задумался, опустив голову на скрещенные руки. — Я вообще не представляю, что может для нас оказаться полезным.   — О, я тебе по дороге расскажу, что нашли наши скауты. Мне будет спокойнее, если ты переночуешь сегодня у меня, а дальше будет видно.   Детектив только согласно кивнул и пожал плечами — у него совершенно не было сил на то, чтобы куда-то еще ехать. Они проводили взглядами Аманду и после некоторой заминки сами вернулись за машиной Ричарда. Несмотря на бесконечную усталость детектива, братья постоянно говорили. Если изначально они и начали издалека, в основном касаясь дела, то со временем их разговор свернул на более «человеческие» темы, которые прежде они между собой практически не обсуждали. Ричард привычно ехидничал, но его колкости не были направлены на то, чтобы задеть Саттиса, а только поддерживали атмосферу, а ворчливость детектива была скорее забавной, а не кажущейся привычной нотацией.   — Ты чего? — Ричард заметил, как детектив замер возле машины, прислушиваясь к чему-то. — Да нет, просто показалось. — Сат мельком обернулся к полицейскому участку, тряхнул головой и улыбнулся, не желая портить настрой. — Ты уверен?   Детектив устроился на переднем сидении и демонстративно пристегнулся, ожидая водителя.   — Абсолютно. Поехали, устроим братские посиделки. Кстати, как насчет пиццы?   На лице оборотня промелькнули несколько эмоций и улыбка из счастливой превратилась в извиняющуюся.   — Я тут забыл сказать… Вернее, ты мне напомнил с этой пиццей. В общем… — Он помялся и поспешил отвлечься на выруливание с парковки. — У меня временно поживет один сосед. Как приедем, я предлагаю тянуть спичку — кто из нас будет спать на полу.  — Какой еще сосед, Рич?! — Саттис даже развернулся к нему, в шоке уставившись на блондина. — Ну… Увидишь. У меня в некотором смысле не было выбора. Мне надо будет тебе кое-что рассказать и нам определенно понадобится что-нибудь покрепче.