Культ тела

— Прошу прощения, хотя… Его должны просить Вы. Парень с перемотанной бинтами головой откашлялся и положил руку на плечо Николая, что заставило его остановиться. — Есть ли причина, по которой Вы, из всех присутствующих на балу джентельменов, выбрали именно замужнего Фёдора? Данный вопрос поставил Николая в ступор. Неужели его излюбленный священник оказался замужем? Как такое могло случиться. Гоголь и не думал о таком, на все двести он был уверен, что Федор свободен. Это явно сильно ошарашило гетерохромного безумца. Но, взяв себя в руки, Гоголь все же предоставил Ивану Гончарову ответ. — Это всего лишь танец. не берите себе в вашу замотанную, просто чудную, голову! — Гоголь отряхнул свои перчатки, приставив указательный палец к бинтам Ивана, как бы указывая и окружающим на них, — это бал, празднование, величие! Ох, об этом. Парень повернулся к Фёдору и опустился в поклон. — Прошу меня простить за эту грубость, меня величать Николай Гоголь! Вы знаете кто такой шут на самом деле? Творец страха и ужаса! — Николай нервно подергиваясь начал удаляться в коридор, смотря пристально в глаза Ивана. — Что-ж, сейчас вынужден отклоняться. Но, не печальтесь, мы еще встретимся! Странно, но у этого чудака вышло будто провалиться свозь землю, будучи у людей на глазах. Как? Мне неизвестно.

***

Какой же у Вас все-таки интересный товарищ, мне было так приятно с ним познакомиться. Из-за спины Федор услышал умеренный голос, который спокойно тянул слово за словом. — Насколько Вы близки с этим человеком? Николай говорил вкрадчиво и вливаясь в сознание слушателя с каждым словом. Федор резко вздрогнул от неожиданного появления беловолосого, в целом Федор не любил резкость и непредсказуемость. Николай же всецело из них состоял. И почему же Вы не хотите давать мне ответ? — Взгляд блистающих во мгле очей был кинут резко, через плечо, а голова Николая повернулась, точно у куклы: плавно, наводя машинальный испуг. — Неужели для беседы я выбрал тему, которая Вам сложна или просто не приходится по нраву? Достоевский начал по-немногу отстраняться от безумного человека, ничего так ему и не отвечая, не хотя вновь сближаться с опасностью. Ах! — Гоголь гневно кричит, когда Федор от него уходит. «Хорошо». Он со злой улыбкой продолжает вести разговор с самим собой. — Скажите, это очень красивое ожерелье. Якобы намекая Достоевскому взглянуть на него. Прежде чем Федор мог даже обработать слова Коли, тот начинает крутить свою трость, ею позже ударив Федю прямо по голове! Федор падает на землю, ничего не чувствуя. Он пытается встать, но это бесполезно, зрение Достоевского размыто и он не может двигаться ни одной мышцей. — Тс, так раздражает… Федор не озвучил этих слов, но на его лице они ясно читались. — Это должно научить Вас не бежать от меня — произнес Николай Гоголь. Очередной и последний удар в голову. У Феди начинает звенеть в ушах и чувство, будто он совсем скоро перестанет ощущать реальность. Николай вздыхает, глядя на кровавое, бессознательное тело на земле. -Не волнуйтесь, дорогой ангел, вам просто следует немного вздремнуть. Он ухмыляется, когда он оглянулся и схватил Достоевского за воротник. -Позвольте мне просто втянуть Вас в этот красивый, темный переулок… Глаза Николая коварно сверкнули яростью и чистым безумием, когда он смотрел на бледное тело Федора.

***

Достоевский начал медленно восстанавливать сознание и чувствовать холодный цемент на спине, когда его глаза распахнулись, он находился в переулке с руками и ногами, привязанными к стулу. — Здравствуйте. Говорит человек в шляпе, нависая над Фёдором. — Вы меня помните? — Помню, помню, поехавший безумец… Лучше бы тебе развязать меня. Сказал Федя, смотря с полной ненавистью, на уже знакомого ему гетерохромного похитителя. -О, мой милый, невинный анге-ло-чек. Парень протянул последнее слово, будто наслаждаясь, что может назвать своего ненаглядного так. — Не будет всё так плохо, как Вы себе представляете. С улыбкой отвечает ему Гоголь. — Вау, какая же здесь всё-таки приятная атмосфера сырости и прохлады. Хихикает беловолосый. -Я не понимаю, чего же ты хочешь от меня. Перебивает брюнет хихиканье своего на данный момент противника в этой неприятной ситуации. — Не будьте так плотны. Смеется Николай. — Что, по-вашему, я хочу? Просто того, чтобы Вы последовали за мной. Николай сказал это спокойным и размеренным тоном, но понимая, что он вынуждает сделать по-своему, от того и улыбаясь в своем обыкновении. — Но если Вы всё же так и будете продолжать вести себя так упрямо и по-детски, мне придется Вас наказать. Николай достает шприц с красной жидкостью в нем. Он маниакально смеется, когда подходит к Фёдору. — Что это такое у тебя в руках? — Федор старается отстраниться от парня со шприцом насколько это возможно, чувствуя отчаяние и неприязнь от своей беспощности. — Не волнуйтесь за свою маленькую голову. Николай размахивает шприцом перед Достоевским. — Посмотрите на это так: Чем быстрее Вы согласитесь пойти со мной, тем быстрее я избавлю Вас от нынешних страданий. Федор молча смотрит на Николая даже не горя желанием отвечать. Ведь голова сейчас полна мыслей по поводу плана, как же ему выбраться из этой ловушки. — Так, Вы согласны или нет? С нетерпением спрашивает Николай в холодном тоне и с ярым влечением в глазах. — Потому что если Вы скажете «нет», мне придется вводить Вам это… — Он хватает свою трость, скрытую в задней части пиджака, и подводит её к горлу Федора. — Вы ведь действительно не хотите этого, правда же? Коля шепчет Достоевскому на ухо. — Так что это такое? Повторно спросил Достоевский, изъявивший узнать. — Поверьте, лучше, если не знаешь. Гоголь усмехнулся. — Всё, что нужно знать, это то, что после того, как я Вам введу эту инъекцию, Вы будете чувствовать себя тяжко, а потом… Ну, это будет неприятно. — Так что просто скажите «да». Он предупреждает, размахивая шприцом в лицо. — Вы согласны или нет? Достоевский продолжал всячески игнорировать все попытки гетерохромного его уговорить, ведь Федор уверен, что у него чего-нибудь да получится придумать в ближайшее время. — Вы не оставляете мне выбора. Николай Гоголь ударил иглой в руку Федора и впрыскал ему загадочную красную жидкость. Достоевский пытается двинуться, но не может. Жидкость медленно проходит по его жилам и он начинает чувствовать тошноту. Видение Феди начинает размываться, и мир начинает вращаться. Прежде чем полностью понять, что происходит.

***

Николай поет песню и параллельно точит нож. Жизнь могла бы быть мечтой, если бы я мог взять тебя наверх, в рай. Если бы ты сказал мне, что я единственный, кого ты любишь. Жизнь могла бы быть мечтой, дорогой. Жизнь могла бы быть мечтой, если бы все мои сокровенные планы сбылись. Если бы ты позволил любить тебя всю жизнь, жизнь могла бы быть мечтой, дорогой… Достоевский просыпается в небольшой темной комнате, привязанным к стулу с руками за собой. Свет тусклый, но Федя заметил, что он оказался в подвале. Его зрение постепенно исчезает, когда Федор начинает слышать этот знакомый голос. Ох, Вы уже проснулись? Я разбудил Вас своим пением? Мне очень жаль, мой ангел. Я правда не хотел. Гоголь взялся за подбородок Федора, направляя его вялое лицо на себя. Хаха- мой милый, Ваши глаза все еще закатываются. Вы такой слабый сейчас. Совершенно беззащитен. Вы слишком прекрасен, когда связаны в таком положении. Ваша тонкая и светлая кожа сводит меня с ума… Вы выглядите таким слабым и бессильным, такой уязвимый. Идеальная добыча для меня… Такой совершенный, что я просто хочу воспользоваться Вами… Я никогда не собираюсь отпустить Вас, даже до самой смерти, я никогда не отпущу Вас. Даже если каким-то чудом Вы убьете меня, то я перерожусь в птицу и буду преследовать сверху всю вечность. И тогда мы были бы вместе в другом смысле..) Лишь так Вы станете свободен, мой Федор. А я так желаю нашей свободы. Вы же тоже желаете этого, верно? Хотя что же это я? Не стать свободным, если нас сковывают такие чувства как любовь, не правда ли? В конечном итоге я убью Вас. Но не бойтесь, Вы ничего не почувствуете. Я обеспечу Вам сладкую смерть, мой милый, ведь я так люблю Вас- — А сейчас мне бы хотелось показать Вам маленький сюрприз, который я успел приготовить…