𝔑𝔬𝔳𝔞 𝔣𝔞𝔟𝔲𝔩𝔞. 𝔘𝔪𝔟𝔯𝔞 𝔏𝔲𝔫𝔞𝔢 ~ [Новая история. Тень Луны]

«Посвящение»

За кормой шелестели тёмные деревья. Между ними таинственно мерцали блуждающие ночные огоньки. «Интересно, далеко еще лететь?» — стоило так подумать, и ладья замедлила ход и начала плавно снижаться. Ветви норовили хлестнуть по лицу, но Айрин ловко уклонялась. Приземление прошло удачно. Хотя она все же умудрилась поцарапаться, когда перепрыгнула через борт. Трава под ногами излучала таинственный, мерцающий золотистый цвет. Айрин пригляделась и увидела множество притаившихся маленьких ящерок с блестящими спинками. Неожиданно стая мальков собралась в большую кучу, вытянулась стрелой и легла на землю, образуя узенькую и извилистую тропинку, напоминающую ручеёк из жидкого золота. Диковинная дорожка устремилась вперёд, исчезая во тьме между стволами огромных деревьев. Айрин долго шла, сосредоточенно уклоняясь от сучьев, то и дело встречающихся на пути. Некоторые больно били по лицу и рукам, но девушка не обращала внимания на режущую боль. Впереди показалась завеса из серебряных ивовых веток, плотно сомкнутых между собою. Золотая тропинка внезапно задрожала и пропала. Айрин раздвинула ветви и оказалась на берегу. Она распахнула глаза, увидев огромную глыбу. Исполинская скала закрывала собой полнеба, а на ее жутковатом ярко-оранжевом фоне возвышался скалистый островок, гордо поднимающийся из середины большого озера. — А вот и скала Луна, — к ней пришла одна мысль: «Иронично, что названия совпадают…»

Четырнадцать лет назад.

— А почему Луна? — украдкой спросила Айрин, сидя на черепице и распивая капучино с лавандовым сиропом. Босс решил составить компанию в её дня рождения. Деррик скрестил ноги и, как обычно, курил, разглядывая огни ночного города. Чёрные волосы блестели, как и глаза, похожие на диски луны. — Есть такое выражение… — таинственно начал он, дым принял форму круга. — Луна сегодня красивая, правда? — Ты это про признание в любви? — Айрин скептично посмотрела на него. — Так ведь в Японии признаются в чувствах, верно? — Эта фраза означает, что луна становится красивой рядом с любимым человеком, — серые глаза блеснули. Деррик улыбнулся, бросив на Айрин странный взгляд. — И из-за этого ты так назвал организацию? — Мне показалось это вдохновляющим. — Не ожидала от тебя такой романтичности, — Айрин усмехнулась. — Как прошла поездка? — Скучно… Брови сдвинулись к переносице, когда Деррик вдруг положил голову ей на плечо. — А бывает иначе? — Айрин пожала плечами, старательно избегая взгляда мужчины, который, очевидно, решил прикорнуть на ней. — Будь ты рядом, было бы по-другому. — Что-то больно часто ты стал отпускать подобные шуточки, — отметила она, подперев подбородок рукой и делая глоток. — А что, если я серьёзен? — в доказательство лицо Деррика приняло непроницаемое выражение, а от игривости не осталось и следа. Айрин непонимающе посмотрела на него. Деррик коснулся светло-пепельных волос, перебирая их. Он приблизил лицо к ее собственному. Айрин ощутила горячее дыхание на коже. — Айрин, я хотел бы увидеть, какой чувственной ты можешь быть… — тихо произнёс мужчина, наклоняясь к её уху. Шёпот подействовал на нее как-то странно. Было в нем нечто притягательное, проникающее в душу. — Ты о чем вообще? — Айрин понимала, к чему тот клонит. Но вот причина этих действий была непонятной. Разве он не соблазняет ее? Это ведь то, о чем она думает? — Почему бы не открыться хоть кому-то, а, Айрин? — продолжил соблазнительно манящим голосом Деррик, касаясь ее затылка и поглаживая кончиками пальцев. По спине Айрин пробежали приятные мурашки. — Тебе что-ли? — Айрин выгнула бровь, пытаясь отстраниться от него и отгоняя непонятное ощущение. — Почему нет? — Деррик игриво округлил глаза, в глубине которых вспыхнул завораживающий огонь. — Я не понимаю, — она коснулась виска. Деррик взял ее за руку и притянул к лицу, целуя ладонь. — Отношения, — настойчиво продолжил он, внимательно всматриваясь в её лицо. — Ты и я, Айрин… Если пожелаешь: в тайне ото всех. — Отношения?! — Да, хочу встречать с тобой, — Деррик кивнул, продолжив целовать ее руку, иногда покусывая пальцы. — Ты и я? — Верно, — он выхватил кружку кофе, отставив в сторону. — Почему я? — Айрин не знала, как реагировать на предложение Деррика. Он все-таки ее босс и наставник. Да и он ведь значительно старше? Истинный возраст этого человека был загадкой не только для неё, но и для Родри. Хотя сейчас Айрин и совершеннолетняя, но все же… — Разве я не признался, — Деррик положил голову ей на плечо, его дыхание обожгло шею. — Луна прекраснее, когда ты рядом, Айрин… Айрин непроизвольно прикусила губу, почувствовав укол. Действия Деррика постепенно приобретали более откровенный характер. — Или ты думала, что я действительно назвал организацию из-за чего-то подобного? — серые глаза хитро блеснули, Деррик усмехнулся при виде того, как алеет ее лицо с каждым новым укусом. — Я… Айрин захлестнуло неведомое доселе чувство. Девушка прикрыла веки, вдыхая его аромат. Стоило закрыть глаза, и она почувствовала на губах лёгкое прикосновение. Айрин невольно вздрогнула — внутри все сжалось от приятного ощущения. — Ты ведь никогда ни с кем не целовалась? — вздохнул мужчина, целуя щеку и возвращаясь к ее губам. — Так вот каково это… — пробормотала она, касаясь его губ. — Мне нравится… Грудь тяжело вздымалась, а фиолетовые глаза вспыхнули. Айрин захотелось повторить поцелуй, самой. Она нежно коснулась его скул. Кончики пальцев обдало жаром. Сердце бешено забилось, готовое выпрыгнуть из груди. Лёгкими и властными движениями, Деррик провёл пальцами вдоль ее шеи и остановился в области затылка. Айрин опять вздрогнула. Он замер на мгновение, разглядывая ее лицо, на котором отражалось невинное любопытство. Вызывающий взгляд подействовал на нем моментально… Деррик резко впился в её губы, с удвоенной силой, схватив Айрин за бедра и уместившись сверху. Он сминал ее, кусал и ласкал, словно только так он мог насытиться. Деррик оставил ряд мокрых поцелуев на ключицах, увлажняя их языком и посасывая кожу — сначала нежно, а затем агрессивно, явно войдя во вкус. Айрин схватила его за затылок и сжала волосы. Кровь прилила к лицу, она задыхалась от мучительно-сладостного чувства внутри. Его жаркие поцелуи будоражили каждую клеточку тела. Деррик впился в шею, чуть отпустил ее и снова всосал кожу, оставляя алый след. Айрин обхватила его, прижимая ближе. Пальцы Деррика блуждали в её светлых волосах, сжали голову, когда он вновь поцеловал ее. Такое странное чувство… Незабываемое и прекрасное, словно внутри распустились тысячи цветов. Стоило Деррику на миг отстраниться, и она вцепилась в него, желая сделать его только своим…

Настоящее.

Айрин подошла к кромке воды. На неё нахлынуло чувство горькой ностальгии, но она быстро взяла себя в руки… Вдруг, нарушая зеркальную неподвижность, появились золотые и серебристые всполохи. Между ними, выныривая одна за другой, показались жуткие полупрозрачные головы с длинными и спутанными зелёными волосами. — Русалки!!! — Айрин удивлённо посмотрела на них: те подняли вверх изогнутые волнистые хвосты и поплыли по кругу, образуя своеобразный хоровод. Послышалось тихое, мелодичное и очень грустное пение. «Что за мрачная песня? Напоминает похороненный гул…» — Айрин сглотнула. Короткая трава под ногами неприятно покалывала ступни, но она старалась не обращать внимания. На поляну выскочил огромный белый заяц: большой, в серых пятнах. Он показался очень странным, передвигался хоть и прыжками, но абсолютно по-человечески. В лапах он держал тонкий острый сучок, похожий на шпагу. Вслед за зайцем, мелкой россыпью высыпалась стайка маленьких белочек. «Милашки!» — Айрин оглядела их: рыжие пушистые хвостики так и хотелось потрогать. Заяц галантно поклонился, а белочки, окружив её со всех сторон, принялись стаскивать сорочку. «Все в порядке…» — шепнул голос Белой Королевы, и Айрин позволила снять одежду, оставшись полностью обнажённой. Белочки уже тянули ночнушку к зайцу: тот накидал сверху сухих веточек и острым сучком очертил вокруг ровный круг. Странный зверь кинул на ворох одежды и веток свою «шпагу», и вся груда вдруг вспыхнула тревожным синим пламенем. Заяц подпрыгнул к костру, бесстрашно выхватил лапами горящую шпагу и поджёг черту. На какой-то миг Айрин оказалась в пылающем синем кругу. Жаркая пламенная завеса сменилась прохладным водопадом. После на неё посыпался странный дождь из россыпи злаковых семечек, и спустя секунду на месте зёрнышек проросли колоски золотой пшеницы. «Ого!» — Айрин обволок густой, ароматный дым, словно вокруг жгли душистые травы или благовония… Вскоре он рассеялся, и перед ней вновь предстало сверкающее золотом и серебром озеро. — Плыви к нам! — пропели русалки и закружились: они синхронно уходили под воду, после чего на поверхности выныривали то хвосты, то головы, то бледные тонкие руки. Айрин недоверчиво уставилась на них. «Плыви к островку как можно быстрее», — опять зашептал на ухо голос Королевы фей. — «Русалки будут тебя пугать, отговаривать и заманивать, но не слушай их, плыви дальше… Если хоть на минуту остановишься и заговоришь с ними — останешься в озере навсегда». — Вот оно что… «Русалки — это неудавшиеся феи, — продолжила она успокаивающе. — И они сделают все, чтобы тебя тоже постигла неудача. И не бойся их — они не могут к тебе прикоснуться. Удачи, Айрин!» Объяснение феи расставило все по своим местам: вот почему ауры русалок такие мерзкие и противные. Айрин решительно прыгнула в ледяную воду, поднимая тучу брызг, и поплыла вперёд, не обращая на русалок никакого внимания. Девушки тут же перестали петь и злобно уставились на неё. Тусклые рыбьи глаза на прозрачно-белых лицах неотрывно следили за ней, сквозь мутные пряди спутанных волос. — Остановись!!! — рявкнула одна из русалок. — Там глубоко! — Погубишь себя! — Иди к нам, несмышлёная… — Глупая! — Не сможешь, не успеешь… — Возле самой скалы намного глубже, — одна из русалок оказалась очень близко. — Страшная и чёрная вода… Она поглотит тебя! — Прикоснись ко мне, — зашептала следующая, протягивая ладонь с перепонками. — Дай руку… Дай же! Одна русалка осмелела настолько, что преградила путь своим крупным, пахнущим тиной хвостом. Айрин скривилась и поплыла дальше, обогнув её сбоку. «Вперед! Только вперёд!» — твердила она про себя. Смех внезапно перерос в леденящий душу вой. Айрин сразу поняла, почему, когда ее ноги уткнулись в каменистое дно. «Я добралась!» — она наконец выбралась на каменистый уступ, возвышающийся над водой. Айрин убрала с лица намокшие тёмно-алые пряди. Где-то внизу плескались русалки, разбивая хвостами гладь озера. Вдалеке виднелась полоска берега с догорающим костром из ночной рубашки… Наверху острова оказалась небольшая ровная площадка, с нависшим сбоку чёрным зубом скалы. Айрин огляделась: скала Луна будто бы стала еще огромнее, когда она оказалась рядом. В вышине вокруг засияли тысячи огней: ярко-алые, пурпурные, голубые — каких только не было! Девушка заворожённо уставилась на них, не в силах оторвать взгляд. Внезапно появились феи — маленькие, сверкающие крылатые девочки. Они закружились вокруг шумной стайкой и вдруг, как одна, замерли в воздухе, почтительно склонившись в реверансах. Айрин обернулась и поняла причину столь глубочайшего почтения: к ней плавно, помахивая крыльями, приближались две феи. Они были одеты в длинные платья с пышными юбками. На головах возвышались узкие шляпы-колпаки: с остроконечного верха тянулись полупрозрачные, искрящиеся шлейфы, словно сотканные из нескольких сотен звёзд. Наряд одной из фей отливал серебристо-мерцающим светом, а у другой — темнел и переливался, словно состоял из обсидиановых осколков. В остальном же феи были похожи, как родные сестры: большие круглые глаза, тёмные волнистые волосы, тонкие изящные руки и красивые прозрачные крылья, отливающие стальным блеском — при каждом взмахе воздух озарялся россыпями мерцающих искр. — Фея Светлого Образа, Селестина, — представилась та, что была в серебристом, и приветливо улыбнулась девушке. Айрин неловко поклонилась, положив руку на сердце. — Фея Темных Мыслей, Мендейра, — иронично представилась другая и зевнула, лишь скользнув по ней беглым взглядом. Девушка поклонилась и ей, оставаясь невозмутимой. — Все феи во всех мирах… — начала было фея Светлого Образа, но другая ее перебила: — Вот именно, феи! А дарить подарки и возможности той, что родилась от человека… — Все феи во всех мирах, — с нажимом повторила Селестина, — получают подарок от Феи Светлого Образа и еще один — от феи Темных Мыслей, чтобы уравновесить его. Вы будете дарить первая? — обернулась она к напарнице, выгнув бровь. — Нет уж, позвольте вы! — ехидно произнесла Мендейра и отлетела в сторону, делая вид, что происходящее её абсолютно не волнует. Селестина поморщилась, но тут же взяла себя в руки и вновь улыбнулась, повернувшись к Айрин. — Дорога сюда не слишком напугала тебя? — Нисколько, — Айрин покачала головой, скрестив руки на груди. — Надо же, — сморщившись, вставила Мендейра. — Я обязана спросить тебя, девочка, — произнесла светлая фея, косо посмотрев на тёмную. — Добровольно ли ты пришла сюда? И действительно ли хочешь пройти часовое посвящение? — Да, если будем давать крылья всякому, — опять ввернула тёмная, — можно совсем очеловечиться… — Я пришла сюда добровольно, — решительно произнесла Айрин. — Тогда к делу, — кивнула светлая фея и, широко взмахнув тонкими руками, пропела:

— В волшебную тихую ночь при Луне

Творение славное выпало мне:

Пусть будут отныне во веки веков

Волшебные крылья в цвет мыслей и снов,

Свободу полёта подарят тебе,

Невидимость и превосходство в борьбе…

От восторга тихо млея!

Волшебное имя дам я… Элегия!

Вдруг, откуда не возьмись, налетел снежный вихрь, закружил Айрин в белых хлопьях и поднял высоко в воздух. Маленькие феи-светлячки фейерверком рассыпались по небу, словно живые звёздочки. Они запели крайне торжественно, но в их голосах Айрин различила некую печаль… В спину словно вонзили две огромные стальные иглы. Лопатки горели, будто к ним приложили раскалённый металл. Айрин упала на землю, обхватив тело руками. Не в силах сдерживаться, она закричала, но голос прозвучал как-то тоненько и тоскливо — так, что она сама испугалась его… Айрин вцепилась пальцами в холодный камень, царапая кожу. Боль утихла также внезапно, как и началась. В следующий миг на неё обрушился ледяной душ: маленькие феи-светлячки вылили на нее большой хрустальный таз воды. От неожиданности Айрин выпучила глаза. — В наш век дети такие неподготовленные, незакаленные… — довольно резко произнесла фея Тёмных Мыслей, закатив глаза к небу. Феи-светлячки принесли лёгкое голубое платье с длинными полупрозрачными рукавами, словно сотканными из мельчайших сапфиров, и тут же надели на Айрин. С другой стороны, две крохотные малышки тащили золотую чашу с бурно плескавшейся жидкостью, в которой словно поселился небольшой алый вихрь. — Отпей, это подарит тебе сил, — улыбнулась Селестина, успокаивающе взмахнув рукой. Айрин кивнула и сделала большой глоток, сильно удивившись — в чаше плескалось вино. Очень вкусное вино! — Неплохо, — устало произнесла девушка, сделав еще один глоток. — Великие кудесники! — подлетела Мендейра и в ужасе выгнула бровь. — Спаивать ребёнка вином?! Вот тебе и светлые… — Это священное вино, — сердито возразила Селестина. — И послушайте, дорогая! Вы ведете себя слишком нагло и развязно! Это же торжественный момент для девочки… Она получила крылья! Её жизнь, можно сказать, полностью изменилась… Ха! Кстати, вы обратили внимание, до чего необычные, а, дорогуша? — Я уже давно обратила на это внимание, милочка, — ехидно ответила тёмная, скрестив руки на груди и фыркнув. Айрин попыталась заглянуть себе за спину, но смогла увидеть лишь что-то ярко-алые… — Принесите зеркало, — заметила ее старания фея Тёмных Мыслей и щёлкнула пальцами. — А то у девочки разовьётся косоглазие. Крохотные феи притащили большое овальное зеркало в узорной раме из тёмного и светлого серебра. Когда Айрин заглянула в зеркальную глубину, остолбенела. За спиной покачивались четыре ярко-алых крыла. Края искрились, словно состояли из звёзд. Прямо от лопаток шли узоры, мерцая в ночной темноте, освещённой феями мотыльками. Но самое интересное заключалось в другом — нижние крылья двоились, из-за чего казалось, что их не четыре, а целых шесть. Айрин попробовала взмахнуть крыльями, и у нее получилось! — Какие красивые! — восхитилась она, довольно хлопнув в ладоши. — Спасибо вам огромное! — Крылья дают большую власть, моя дорогая, — улыбнулась Селестина, погладив Айрин по голове. — Они дарят способность летать, защищаться в бою, а еще — становиться невидимой. Произнеси свое числовое имя, закройся крыльями, и никто не сможет увидеть тебя — ни фея, ни лют, ни часовщик… ни простой человек. А произнесёшь имя в обратном порядке — вновь станешь видимой, все просто. Айрин внимательно слушала фею. — Но никто не должен знать твоего числового имени. Разве что самые близкие люди. Иначе, произнеся его вслух наоборот, они могут рассекретить твое пребывание в невидимом образе и не только. Понимаешь, насколько это серьезно? Согласно кивнув, Айрин раздумывала, когда можно будет попробовать полетать. — А теперь подарок, — посерьёзнела фея Светлого Образа. — Подарок от Белой Королевы… Селестина сделала лёгкий знак рукой, и феи-светлячки притащили небольшую шкатулку из зелёного малахита, поверхность которой искрилась множеством рубинов. Мендейра шумно вздохнула, недовольно качая головой: видимо, не одобряла роскоши подарка. Айрин робко приняла шкатулку, и крышка отворилась. На мягком алом бархате лежал простой маленький ключик, похожий на обыкновенный ключ от шкафа. — Что это? — Айрин непонимающе посмотрела на фею Светлого Образа. — Это Рубиновый Ключ, моя дорогая, — тихо сказала Селестина. — Белая Королева дарит тебе его, согласно давнему обещанию. Айрин широко открыла рот и побледнела. Все внутри рухнуло и треснуло. Шкатулка чуть не выпала из её рук. — ЧТО?! К-ключ для спасения мира?! — Это посвящение мне с самого начала не нравилось. Слишком много внимания к простой девочке. Уверена, что-то здесь нечисто… — проговорив столь недобрую тираду, Мендейра поджала губы и довольно зло посмотрела на Айрин. Девушка словно дух испустила и не замечала ничего вокруг. — В-вот оно как… ха-а-ха. Обещание значит… Селестина обеспокоенно посмотрела на нее, а Мендейра громко и недоверчиво фыркнула. — Ну что за хрень… — тихо пробормотала Айрин, потирая переносицу. Селестина невольно ахнула. Айрин опустила взгляд, стыдя себя за несдержанность. — Вот это язычок, — глаза Мендейры впервые блеснули интересом, но быстро потухли. — Теперь моя очередь дарить подарок, — она натянуто усмехнулась, махнув рукой. — Надеюсь что-то нормальное, — пробубнила Айрин. «Я конечно догадывалась, что-то что нечисто… Ну, теперь всё встало на свои места…» — она еще раз посмотрела на Рубиновый Ключ: тот казался совсем простым, игрушечным. Тёмная фея крутанулась, сделав резкий оборот, и вытащила из складок платья что-то тёмное и блестящее, вспыхнувшее синим светом. — Ты хочешь подарить Элегии… Вот это?! — из уст светлой феи вырвался тихий возглас. Селестина прямо-таки взорвалась, мигом растеряв все свое добродушие. — Вот уж не ожидала от лютов такой щедрости! Вы не имеете права так поступить! Складки её платья яростно взметнулись. — А почему бы и нет? — Мендейра изящно пожала плечами. — Думаешь, только вы, светлые, такие щедрые? — Но одаривая девочку… Хм, такой вещью, ты обрекаешь ее на… — Может, я и расскажу, на что ее обрекаю? — зло оборвала тёмная фея. Селестина шумно вздохнула, но отошла назад, по какой-то причине мрачнея. — Это кинжал — Стальной Зубок, — обратилась к Айрин Мендейра. — Тебе лучше не знать, кому он принадлежал до тебя, чтобы спокойно спать по ночам. Это непростое часовое оружие, с секретами… Но главное вот что: принимая этот кинжал, ты выбираешь непростую судьбу. Ты приобретаешь величайшую задачу. Айрин перевела взгляд на кинжал, который в ладонях феи казался изящным и совсем не опасным. — Какую задачу? — девушка затаила дыхание, разглядывая кинжал, тревожно переливающийся синим. — Величайшую задачу, — скучающе повторила Мендейра и добавила: — Ты можешь отступиться от моего подарка, но тогда тебе придется отказаться и от всего остального. Крыльев и дара светлых фей, само собой… В общем, от часового дара. — Подумай, Элегия, прежде чем принять решение, — торопливо произнесла Селестина, неотрывно глядя на волшебный кинжал. — Вот великих задач мне уж точно не хватало, — Айрин раздражённо взъерошила волосы, но выбора у неё не было. — Я приму подарок, оба… Феи переглянулись. Айрин приняла маленький кинжал, не длиннее её ладони: чёрная сталь, рукоять из тёмного полированного дерева. В самом клинке сияли крохотные синие камушки, переливаясь во тьме ночи. — Он игрушечный что-ли? И зачем в лезвии камни? Они какие-то непростые? — Вижу, Стальной Зубок тебе понравился, — расплылась в улыбке тёмная фея, заметив её искренний интерес. — Так что за велича-айшая задача? — скривившись, протянула девушка, но фея ничего не ответила. Видимо, придется самой это выяснить… — Теперь ты можешь попросить у меня одно желание, — кисло проговорила Селестина, тяжело вздохнув: кажется, у нее совершенно испортилось настроение. — Чего ты хочешь? — Не слишком ли много подарков для девочки? — зло усмехнулась Мендейра, закатив глаза и фыркнув. — Так вы с Белкой ее совсем разбалуете… — Можешь пожелать любое, самое сокровенное, — продолжила Селестина, старательно игнорируя фею Тёмных Мыслей. — Можно сделать обычного человека часовщиком? Селестина опешила. — Таково твоё желание? — удивилась она. — Если правда можно, то… — не раздумывая, ответила Айрин. — Я хочу, чтобы мальчик по имени Ник Лазарев стал часовщиком. Мендейра вновь фыркнула. — Дурочка, — она не скрывала разочарования. — Ты могла попросить многоэтажный замок с десятком слуг для каждой комнаты. Уж поверь, Белая Королева все для тебя сделает… — Прошу прощения, но мне это не нужно, — Айрин скрестила руки на груди и хмыкнула. — Вот как?! — Если я захочу замок, я на него сама заработаю, а не буду просить кого-то мне его подарить, — Айрин выпрямилась. — Заработаешь?! Ха?! Какая самоуверенная, — Мендейра громко рассмеялась. — И как же ты это собралась сделать? Айрин скрестила руки на груди. — У меня есть подходящие навыки. Да и на самом деле мне не нужен замок. Мендейра сильнее расхохоталась. — Рубиновый Ключ — всего лишь малость, что Белка могла бы для тебя, — вытирая подступившие слезы, продолжила фея Тёмных Мыслей. Но закончить она не успела… Селестина вдруг зашипела, словно рассерженная кошка, и рванулась к Мендейре. Завертевшись в прыжке, светлая фея ударила по ней серебристыми крыльями. Еле увернувшись от нападения, Мендейра взвыла, взвилась спиралью, как длинная искрящаяся лента, и яростно полоснула противницу в ответ. Маленькие феи с писком бросились врассыпную. Айрин, зажав в правой руке Рубиновый Ключ, а в левой Стальной Зубок, во все глаза смотрела на разразившееся в небесах сражение. — Они совсем обо мне позабыли… Чего-то не хватает, хм… Рубиново-малахитовая шкатулка куда-то исчезла, как и маленькие феи. Лишь два росчерка — серебристо-белый и мерцающе-черный, — носились по небу, то сливаясь, то отступая друг от друга. Внезапно пространство вокруг озарилось разноцветным сиянием. Маленькие феи неожиданно вернулись, подхватили Айрин под руки и взмыли в небо, унося прочь от битвы, приобретающей все более ужасающие масштабы. — А я думала подольше понаблюдать, — разочарованно вздохнула Айрин. — Какая жалость… В конце она бросила хмурый взгляд на Рубиновый Ключ. — Попала так попала…