борьба в рамках культуры

      школа.       за этим словом, пожалуй, всегда кроется сползший белый пышный девчачий бант, зевок подростка на первом уроке, разгорячённый шёпот дискуссии с последних парт, нелепая фраза, которую кто-то уронил в диалоге тет-а-тет, но которая разлетелась по всему кабинету и эхом отразилась о стены совершенно случайно, потому что галдёж стих именно на то мгновение; за этим словом кроются самые разные люди, с самыми разными интересами, в школе ты можешь услышать в человеке похоронный марш, можешь встретить любителя этюдов, который каждую перемену вклинивается к совершенно непохожим людям в жизнь и оттачивает мастерство социального взаимодействия, время от времени невольно слышишь чью-то заунывную арию в штрихах легато, которая, тем не менее, духовно возвышается надо всеми.       есть люди, наполненные духом каких-то пасторалей, от них идёт мягкий свежий ветерок, пригревающий и подпекающий, рядом с ними ты окунаешься в вязкую медовую истому; есть же люди декаданса, рядом с ними распространяется аура увядания, бесповоротного падения в яму без дна, с которым даже не обязательно соприкоснуться – твоё тело сразу же поломано и без этого, мышцы сводит, а двигаться больше нет сил, но, почему-то такие люди ещё это делают: нерасторопно, томно – они никуда не торопятся, их никто и ничего уже не ждёт; какие-то люди впутывают тебя в постоянный мандраж, словно увлечённые музыкальной импровизацией: они обязательно прыгнут на тебя из-за угла, стукнут по плечу со всей силы, хлопнут в ладоши, потащат в горящий дом, утянут в лихой джайв, где ты будешь двигаться, метаться и элегантно, и вульгарно, а главное – происходить это будет по импульсу партнёра по танцу…       а есть ли люди, что не поддаются таким разделениям?       о, ну, разумеется!       броня вытекает из мыслей о людях и заставляет себя поправить волосы непринуждённо изящным движением фарфоровой руки, будто бы оно действительно для неё естественно таким, каким является. те категории, на которые она сейчас мысленно четвертовала всех возможных людей едва ли могли бы полностью описать внутренний мир хотя бы одного и с этой мыслью она подавила желание тяжко вздохнуть. не подобают броне рэнд, дочери директора школы, такие наглые и вольные акты самовыражения, в её мире всё в мерзком и зализанном порядке и загнано в стены нежелания любой возможной ошибки. так научили.       быть не самой-самой – настоящее преступление.       она, ошибившись, станет самой грязной, опасной и безобразной негодницей. куда хуже её бестолкового одноклассника, который на больших переменах первый оказывается в столовой, покупает много сосисок в тесте, а после перепродаёт их подороже каким-то пятиклашкам, которые не хотят толкаться в очереди. один из товарищей брони постоянно пытается отловить «мошенника», вовремя приволочь учителей, чтобы несносный плут наконец был пойман, но к тому времени вся еда кончается и горе-бизнесмен покидает место преступления, не дожидаясь бравого защитника порядка в стенах школы.       кажется, что гепард с броней похожи друг на друга, но если друг наводит порядок из личного желания и чувства долга, то броня просто привыкла, была приучена, выдрессирована.       а так хотелось бы…       дверь в кабинет распахивается и внутрь вваливается девушка-вихрь. с ней вместе влетает аромат воли и твёрдости. девушка-неопрятность. верхняя пуговица рубашки расстёгнута, галстук повязан криво и не затянут, пиджак повис на одном плече, волосы расстрёпаны, брюки широченные, а в одном кармане прячется грубая и сильная рука – вторая сжимает ручку потрёпанного чёрного рюкзака. девушка-сила, девушка-независимость. её широкие шаги грузны и выразительны, разрезают на лоскуты скуку.       …нарушить всё.       всё, что только можно.       броня рэнд, дочь директора школы, жутко завидует сееле.

***

      наверное, единственно хорошее, что возникает в голове при слове школа – её отсутствие.       и одна девушка.       с задней парты сееле оглядывает девушку-манерность. сейчас она прикрывает рот ладонью и совсем чуть-чуть приоткрывает рот для зевка. сееле хмурит брови. девушка-элегантность. она аккуратно достаёт ручку из пенала, открывает тетрадь и каллиграфическим почерком прописывает тему урока, проходится по заголовку текстовыделителем, аккуратно, по линейке, не выходит ни за какие рамки. сееле ёжится. перед ней сейчас девушка-идеал, девушка-правило…

      и девушка-фальш.

      девушка-искусственность, девушка-смерть, девушка-загнанность, скомканная в своём мирке.       сееле громко вздыхает, глядя на броню, на её брониславу блаженную. увы, на такую неестественную, такую заключённую.       толпа может сколько угодно шептаться, пускать слюни(правда, за это можно и отхватить), посвящать оды чистоте девушки, но всё равно останется тупой и слепой. есть ли выбор у брони?       нет.       а на самом деле?       да, он есть всегда, стоит просто перевернуть весь свой мир – делов-то!       посмотреть только на сестру гепарда, о котором сееле все уши прожужжал её непутёвый дружбан, с которым она может иногда иметь честь стрельнуть сигаретку за школой. или просто прогулять. сервал, сееле, к слову, видела.       интересная. свободная. эксплозивная, даже.       не то, что кучка чопорных особ из её семьи. братец, кстати, туда же. наверное. тётя наташа, приходя с родительских собраний, если раз лет так в сто умудрялась их посещать, любила обсудить с приёмной дочерью её одноклассников и их родителей. сееле встряхивает головой. - так как сейчас начало учебного года, настойчиво рекомендую вам записаться на олимпиады по разным дисциплинам!       классная руководительница ворвалась на урок алгебры, а сееле даже не заметила.       интересно, где будет участвовать броня. мысли о том, что участвовать она не будет не было.       было бы приятно провести несколько часов где-то рядом, поискать в её образе что-то неидеальное, ткнуть в трещину, сорвать маску хотя бы для себя. а то ходит «такая умная, как скалы неприступная», даже злится она, если честно, никудышно, пока находится среди людей уровня школы. интересно, как громко она может плакать, кричать матные слова? согласилась бы она сыграть с сееле в игру под названием «кто громче скажет слово ***», будь они на улице, а не в школе? хочется какого-то взаимодействия уровня тяни-толкай, хочется раздраконить и заставить быть собой, заставить расслабиться.       какая страшная это пытка – заставить человека испытать что-то хорошее.

***

- здрасте, ирин леонидовна, - выждав, когда броня покинет стены школы, сееле вваливается в кабинет классной руководительницы, чтобы посмотреть, где же будет блистать своими необъятными знаниями прилежная ученица, староста класса, дочурка директора, вообще там ещё какое-то солидное количество мнимо важных кому-то титулов, среди которых интересует, по-хорошему, только тот, который отразит её нутро, но таких в наличии ещё не наблюдается. – я тут чё притопала-то. дайте, пожалуйста, глянуть список олимпиад, во!       учительница в каком-то неверии уставилась на десятиклассницу и, похлопав ресницами, тыкает пальцем в листик, лежащий на стопках тетрадок, которыми завален учительский стол. сееле резво хватает его и вчитывается. предметы и участники.       ну и ну, кто же тут у нас. в доброй части строк виднеется фамилия ландау, а рэнд как-то не наблюдается. милая дева взбунтовалась? а мамаша её ушки не открутит за то, что та бьёт баклуши?       фамилия брони гордо объявляется рядом с сокращением «мхк» и сееле озадаченно выгибает бровь.       чего?       майонез-хрен-кетчуп? сееле сдерживает порыв усмехнуться от своей глупой мысли и поднимает взгляд на ирину леонидовну. - а мхк это что вообще?       преподавательница поправляет очки и, не отрываясь от какой-то огромной таблицы в тетради учащегося, где графы расчерчены без линейки и заполнены через одну, проговаривает: - мировая хдожественная культура.       у старшеклассницы глаза на лоб лезут. это какая-то олимпиада для психов? художественная культура это же… очень много всего. каракули, музычка, скульптуры какие-нибудь, архитектура, литра, ещё что-то определённо точно.       сееле понимает вдруг, на что ей придётся идти ради брони и…       это так много времени займёт.       времени отдыха, радостей и беспризорности!       и сееле готова отдать всю свою жизнь, если честно, если это как-то даже косвенно заставит броню откинуть свою броню. - тогда я участвую.       вот теперь ирина леонидовна уже в настоящем шоке.       она смотрит на ученицу, не моргая.       нервно усмехается       и приписывает сееле к броне в участники олимпиады по мировой художественной культуре.       как удивлена была староста, увидев участников олимпиады от класса.