Бета-распад

Погода на Хэллоуин выдалась подходящая: сверкали молнии, деревья зловеще стучали ветвями по крыше. Но в доме на окраине города было слышно только музыку синти-поп и вопли пьяных студентов. Я смотрел на Дахён и не понимал, чем она заслужила столько внимания. Она не была приветливой и милой, её агрессивный характер отталкивал любого, кто умел строить здоровые отношения. «Прямолинейность — её лучшая черта», — сказал мне кто-то однажды. Но как, будучи взрослым человеком, можно перепутать грубость с честностью? Дахён хамит, доказывает правоту кулаками, она нечестна даже сама с собой. Почему же так много людей считают её невероятно привлекательной? Она нравится Момо и Чимину. С Чимином вообще непонятно. Что он в ней нашёл? Помимо альфа-генов — это я, допустим, понимаю. Но ведь она нравится ему не только за это, она нравится ему как друг. Почему? Они сидели на диване с другими студентами. Чимин не улыбался, но я знал, что он просто привык выражать чувства иначе. Дахён много значит для него, потому что синие блики становятся фиолетовыми в его глазах, когда он просто её слушает. На меня Чимин с таким теплом не взглянет. Я не тот, ради кого нарушают родительские запреты. — На Дахён смотришь? Угадаете, кто был смельчак, рискнувший застукать меня за подглядыванием? Нет, не Чонгук. Он был занят Тэхёном на верхнем этаже. Рядом со мной возник Хосок. — Шучу, шучу. Знаю же, что смотришь на Чимина. Ему точно жить надоело. — Ты что-то осмелел в последнее время. — Во всём виновата любовь. Она превратила меня в храброго рыцаря, готового на подвиги ради леди. Кстати, о ней. Можем мы перенести день сдачи отчёта за октябрь? Моя девушка хочет познакомить меня с семьёй, поэтому я буду занят завтра и не смогу его составить. — Как человек, который что-то от меня хочет, ты начал разговор не с тех слов. — Пожалуйста, Юнги! Я редко тебя о чём-то прошу. Это правда. На самом деле Хосок единственный, кто ни разу меня ни о чём не просил — до недавнего времени. Но всё изменилось, когда у него появилась девушка. Кто она такая? Зная Хосока, это либо грубая доминантка, либо борец за равноправие. Может, Дахён? По первому пункту подходит. — Тебе повезло, Хосок. Я сам собирался перенести нашу встречу. — Что-то случилось? — У меня завтра все сёстры дома. Поеду с ними повидаться. Но это не значит, что ты можешь расслабиться. Чтобы второго ноября отчёт был на столе в моей комнате. Рыцарь Чон Хосок, который только что хвалился храбростью, побледнел. Я собирался спросить, что его так напугало, но не успел, поскольку в доме погас свет. Отключилась музыка, кто-то вскрикнул следом, разбилось нечто хрупкое и наверняка дорогое. «Все кошки на месте?» — послышалось в толпе. А потом распахнулась входная дверь, завыла уличная буря. На пороге стояла девушка, лицо которой присутствующие разглядели, лишь когда вспыхнула молния на чёрном небе. Что ж, у Хираи Момо интересное представление об эффектном появлении. Она вытянула руку и пугающим голосом произнесла: — Я пришла за Мин Юнги. Все обернулись. Я проигнорировал всеобщее внимание и отправил студентов в подвал, проверять электрощит, а сам вышел на улицу. Момо раскрыла зонт и попыталась зажечь сигарету. Ветер и дождь мешали, капли залетали под зонт. После десятой попытки она швырнула сигарету под ноги, а зажигалку спрятала в карман. Убедившись, что табачный дым не будет душить мои лёгкие, я подошёл ближе. Момо спросила: — Зачем ты меня искал? — Хотел заключить сделку. Помнишь нашу встречу на Балдёжном вечере? — Хм, дай-ка вспомнить. Это когда я предлагала тебе приударить за Чимином, а ты отказался? Нет, Юнги, не помню. — Я согласен на твой план. Произнести это было трудно. Я сам не мог поверить, что докатился до столь глупых игр. Момо удивлённо взглянула на меня. — Я не ослышалась? — Давай без сарказма. — Неужели твоя эмоциональная зрелость наконец упала до нужного уровня? — Я же сказал: без сарказма. Вдоволь насладившись моим унижением, Момо озвучила диагноз: — Влюбился. И это прозвучало как приговор. Я не собирался поддаваться её уловкам, поэтому, фыркнув с самым едким пренебрежением, на которое был способен, уверенно заявил: — Ещё нет. Но хочу выяснить, что из себя представляет Чимин, прежде чем это случится. — Выясняй на здоровье. Я-то тебе зачем? — Пойдёшь со мной на двойное свидание? — С ними?! — Да. Момо отступила, вляпалась в лужу, ругнулась и шагнула влево, оставив меня под дождём. Тогда она, буркнув что-то, достала из сумки ещё один. Отдав мне старый зонт, Момо раскрыла новый не над головой, а сбоку, чтобы защитить наш разговор от взглядов столпившихся у окна студентов. Едва перекрикивая дождь, она сказала: — Послушай, Юнги. Я тебя понимаю. Правда. Наверное, лучше, чем кто-либо другой. Я тоже была влюблена. Но некоторые вещи невозможно изменить, понимаешь? Они с Чимином не собираются расставаться, им этот союз нужен, а на чувства других им плевать. Чимин уже говорил тебе, что у них свободные отношения? Дахён мне сказала. Они хотят сохранить репутацию и родительское одобрение, но при этом иметь возможность целоваться с теми, кто им действительно нравится. Мой совет: если ещё не влюбился — беги. Он никогда тебя не выберет. Всё, на что ты можешь рассчитывать, это роль постыдной тайны. А ты, если честно, заслуживаешь гораздо больше. Опустив свой зонт, она посмотрела в сторону. Студенты, прилипшие к окну, столкнулись с её хмурым взглядом и в ужасе отскочили. Я ответил сдержанно: — По-моему, ты приписываешь Чимину ошибки Дахён. — Они одинаковы. Напрасно ты веришь, что один из них белее другого. Обманывают они вместе. Зачем она говорила мне это? Я не просил совет, не просил научить меня выбирать то, что хочет чувствовать тело. — Я пришёл говорить не об этом. Я пришёл предложить сделку. — Тогда держи ответ: я отказываюсь. Не хочу никаких двойных свиданий, не хочу очередных попыток. Мне надоело восстанавливать уважение к себе каждый раз после встречи с ней, будто всё, на что я гожусь — это быть её проблемой. Пусть и желанной, но всё равно проблемой. В доме снова загорелся свет — жёлтые лучи коснулись лица Момо. Она отошла от меня и подняла второй зонт над головой. Закончив мысль, больше не нуждалась в разговоре. Я не верил её словам. Я не думал, что они относятся к нашей с Чимином истории. Безусловно, Дахён не была идеальным партнёром. Но какое это имело отношение к Чимину? Я знаю, что он гораздо больше, чем человек, не готовый сделать выбор. Момо уходила прочь от освещённого дома. Я крикнул вдогонку: — Куда ты? — Хочу перекусить в каком-нибудь кафе. — Пойдёшь искать его пешком среди ночи? Одна? — Ага. Надеюсь, повезёт, и меня собьёт фура. Тогда ничего искать не придётся. Мне вспомнились слова Хосока. В отличие от него, я никогда не считал себя рыцарем. Но почему-то этой ночью, бросившись за пьяной омегой в темноту, я чувствовал себя обязанным защитить её от неприятностей.

***

Когда водитель такси попросил назвать адрес кафе, мне на ум пришло только то, в котором я провёл детство. Я часто сбегал из школы, чтобы поиграть здесь на приставке за дальним столом. Йеджи ругала меня за это, но сделать ничего не могла. Мы с Момо сели за столик недалеко от выхода. Я осмотрелся в поисках официантки. — Ты не обязан был идти за мной. — Знаю. Но мне не хотелось быть потенциальным свидетелем, последним видевшим тебя живой. Я утром спать планирую, а не давать показания в полиции. — Ничего бы со мной не случилось. — Пьяная омега ночью гуляет по трассе на краю города. Да, ты права, ничего бы не случилось. — По мне не скажешь, но вообще-то, у меня чёрный пояс по дзюдо. — Думаю, бродячим собакам было бы плевать на твой пояс. Хотя они бы с радостью сделали новый — из твоих кишок. На самом деле, я был удивлён. Теперь я лучше понимал, чем Дахён так привлекла Момо. У них было больше общего, чем казалось на первый взгляд. Например, они обе могли надрать задницу обидчику. Но Дахён, в отличие от Момо, повод для этого был не нужен. Официантка подошла к нашему столику. Я не стал церемониться и перешёл сразу к делу: — Позовите управляющую. — Могу я узнать причину? Я осмотрел незнакомку: новое лицо, новое имя — зато униформа старая. Видимо, пока стажируется. — Причина: меня зовут Мин Юнги. Позовите управляющую, или я сам за ней отправлюсь. Уверенность в голосе напугала её. Сжав блокнот, девушка кивнула и исчезла в комнате для персонала. Через несколько секунд оттуда вышла Йеджи. — Юнги, какого чёрта ты пугаешь моих сотрудниц? Если она сбежит из-за тебя, будешь сам искать мне новую официантку. — Легко. — Неужели? И где найдёшь? Я задумался. Вариант с Чимином в этот раз не подойдёт, тогда остаётся… Йеджи первой перевела взгляд на мою спутницу, но, увидев её, сразу растерялась. — Годы идут, а мой младший брат всё так же таскает домой промокших котят. Дорогая, тебе нужна салфетка? Если что, уборная в следующем зале, справа от кассы. — Уборная? — не поняла Момо. — У тебя тут… Йеджи попыталась показать что-то на своём лице, но быстро сдалась и, включив камеру на телефоне, протянула его Момо. Взглянув на себя, та в ужасе воскликнула: — Боже мой! Почему ты не сказал, что у меня всё лицо в подводке?! — Я думал, так задумано. — Справа от кассы? Йеджи кивнула. Когда Момо скрылась в соседнем зале, сестра набросилась на меня с претензиями: — Знаешь, девушку-омегу в доме я ждала, может быть, от Рюджин, но уж точно не от тебя. — Я только помогаю. — Ваш с Чимином многоугольник разросся до невероятных размеров. Сколько вас уже в отношениях? Пятеро? — Ты о чём вообще? — Дахён встречается с Чимином и кем-то ещё. Чимин встречается с Дахён и тобой. Ты встречаешься с Чимином и… Как зовут эту омегу? — Я не встречаюсь с Чимином. С Момо — тем более. Откуда ты это взяла? — Разве не очевидно? В тот день, когда Чимин был у нас в гостях, он стал источать сильный запах, когда ты появился. Даже я смогла почувствовать. А Юнджи недавно рассказала, что у них с Дахён свободные отношения. Вот я и решила, что ты во что-то вляпался, но не хочешь нам говорить. Хотя, знаешь, это глупо. Бери пример с Юнджи: она сразу как встретила своего ненаглядного… — Боже, Йеджи, остановись хотя бы на секунду! Не тараторь! Говоришь… Чимин источал запах из-за меня? — Да. Ты разве не знал? — Я посмотрел на неё возмущённо, взглядом напоминая о своей природе. — Ты же дружишь с омегами. Неужели никто из них тебе не сказал? Я растерялся. С какими ещё омегами я дружу? С Момо у нас натянутые отношения, с Сокджином — не лучше и не хуже. Мысли о нём взбодрили и напомнили о неразгаданной загадке. Вдруг Сокджин учуял влечение Чимина ко мне и потому так потешался надо мной? Момо вернулась за столик. Она полностью смыла макияж и теперь выглядела ещё больше похожей на промокшего котёнка. Йеджи сразу переключилась на неё. — Если нужно полотенце, чтобы просушить волосы, скажи мне, дорогая, я принесу. — Спасибо, не нужно. — Мой брат, наверное, не сказал, но для него здесь вся еда бесплатная. Так что выбирай из меню, что захочешь, я с радостью тебе принесу. — Не откажусь от чая и десерта на ваш выбор. Йеджи улыбнулась мягко, но доброжелательность исчезла, как только она перевела взгляд на меня. — А тебе что? Мы с сёстрами часто подшучивали над тем, как подчёркнуто вежлива Йеджи была с гостями. Она мило заводилась из-за этого, а мы смеялись ещё сильнее. — Я тоже хочу напиток на твой выбор, «дорогая». Улыбка вернулась на её лицо, но обрела какой-то хитрый и пугающий оттенок. Как только Йеджи ушла, Момо вонзила в меня когти — фигурально, к счастью. — Рассказывай. — О чём? — О ваших с Чимином отношениях. Знаешь, мне приятно, что по итогу я всё-таки оказалась права. Ты идеально подходишь Чимину. В сводничестве я ещё ни разу не ошибалась. Видимо, подходит ли Чимин мне, её не волновало. Я вздохнул, смирившись с тем, что никому отсутствие отношений с Чимином доказать не получится, и спросил: — Почему ты остановилась на моей кандидатуре? — Были критерии — ты им соответствовал. Так Чонгук с Тэхёном сказали. — Чонгук тоже замешан? — Ага. — И что же за критерии это были? — Бета, властный, пассив. — Какие интересные у тебя обо мне познания. — Я знала, что твоя влюблённость в Чимина — вопрос времени. Ты пропал, как только взглянул на него. Это неправда. Я пропал, когда он сказал «нет». Ведь раньше я думал, что отказы злят меня, но оказалось — возбуждают. — Ты тоже рассказывай. — О чём? — О том, что происходит у вас с Дахён. Мой вопрос не обрадовал Момо. Она фыркнула и откинулась на спинку дивана, скрестив руки на груди. — Ничего не происходит. Она меня отшила. Точнее, сперва отшила, потом предложила встречаться — тайно, разумеется. Типа… Короче, у них с Чимином свободные отношения. Всё просто: у Дахён семья против девушек, у Чимина — против омег и парней. Они с Дахён своими отношениями затыкают рот родителям, но это не помогает заткнуть рот собственным желаниям. Поэтому Дахён, изображая примерную дочку по будням, по выходным не стесняется мне писать. — У вас секс без обязательств? — Нет! Ты о чём? Я бы никогда не согласилась… Я бы… Я хочу отношений, Юнги. Я хочу быть с человеком, который не стыдится меня и ни от кого не скрывает. Но иногда... — Она зажмурилась. — Иногда я так хочу согласиться, что ненавижу себя за это. Это неприятное чувство. Ты понимаешь? Да, понимаю. Намджун считает, что я не люблю нарушать правила, но это не так. Думаю, вы уже заметили. Я не считаю плохим спать с тем, кто состоит в свободных отношениях. Разве моя вина, что Чимин с Дахён не договорились о преданности? К тому же, если верить Момо, они и вовсе не влюблены. Какой тогда смысл в моих принципах? А смысл в том, что Намджун угадал другое. Я мечтаю быть выбранным тем, кого выбрал я сам. Речь не о победе над Дахён, не о победе над другими девушками; речь о победе над мнением его родителей и над разрушительными установками в его голове. Не хочу быть «постыдной тайной», спрятанной в шкафу, не хочу быть нужным лишь в удобные моменты. Если я влюбился — а это, напомню, до сих пор не доказано — мне важно, чтобы мои чувства уважал человек, которому я их доверил. — Зачем ты предлагал мне двойное свидание? — Я думал, это удачный вариант для нас двоих: ты с Дахён, я с Чимином — разговариваем. — Только разговариваем? — Да. Напомню: я не влюблён в Чимина. — А, правда? Момо рассмеялась так громко, что на секунду мне захотелось заткнуть уши. Именно в этот момент подошла сестра. — Приятно видеть, что у вас весело. Держи, дорогая. Чай и круассан с миндальным кремом. — Ах, спасибо! А то у меня в горле пересохло от того, насколько ваш брат забавный. О! Это что, жасминовый чай? Как вы поняли, что я его люблю? — Омеги и альфы часто предпочитают то, что связано с их природным запахом. Момо застыла на мгновение. Изучив Йеджи пронзительным взглядом, она только тогда поняла, что перед ней альфа. — А тебе, братец, я приготовила двойной эспрессо. Мои глаза загорелись. Всё-таки Йеджи хорошо умела угадывать пожелания людей, не зря её так любили посетители. Я сделал глоток — горло обожгло приятной горечью. Сделал второй — сестра сказала: — Как тебе? Нравится вкус Чимина? Я выплюнул кофе на стол. — Что это, чёрт возьми, значит?! — Чимин пахнет доппио, — ответила Момо, снова громко рассмеявшись, после чего взглянула на Йеджи. — Вы с ним тоже знакомы? — Да, Юнги нас познакомил. Очаровательный парень. — Отвратительный! Он у меня девушку увёл. — Ты встречалась с Дахён? — Нет, мы… Мы не встречались. Но я была в неё влюблена! А он посмел начать с ней встречаться первым. Их голоса сплелись в тихую фоновую песню. Я поднёс кружку к лицу. Терпкий запах защекотал ноздри. Значит, так он ощущается внутри? Крепкий, насыщенный, горький. Я сделал новый, глубокий глоток, и у меня закружило голову. — Нам надо загадать желания, пока на улице гроза. Кофейная пелена спала с глаз, я поднял голову. Сестра ушла, а мы с Момо снова остались наедине. — Какие желания? — Ты не знаешь? Если молния сверкнёт сразу после того, как ты произнесёшь под дождём желание, оно обязательно сбудется. — Что за бред? — Это не бред, это доказанный факт! Идём, я покажу тебе. Момо схватила меня за руку, вскочив, и потащила за собой к выходу. Я не стал сопротивляться, так как за короткое время знакомства с ней успел понять, что делать это бессмысленно. Мы остановились на крыльце. Я огляделся — рядом никого не было. Момо набрала полную грудь воздуха и закричала в пустоту: — Хочу, чтобы Дахён встречалась только со мной! Ничего. Даже дождь застучал тише. — И что конкретно ты сейчас мне показала? Момо от обиды шлёпнула ногой по луже — в меня прилетели брызги. — То, насколько вселенной плевать на мои желания! Ладно, давай теперь ты. — Нет, спасибо. Я не стану заниматься подобной ерундой. — Юнги! Дай наконец себе волю. Ты что, контролируешь мысли? Нельзя же быть диктатором даже в своей голове. К тому же, здесь никто не услышит. — Я не диктатор. Просто мне нечего загадать. Ничего не хочу. Только… …не стоять у входа в семейное кафе, выкрикивая душевные слабости; не видеть омегу, влюбившуюся в агрессивную психопатку, потому что поверила, что в отношениях с ней сможет почувствовать себя лучше; понять природу чувств, выбрать правильного человека — никогда его не потерять; научиться отпускать контроль и не испугаться уязвимости рядом с особенным человеком. — Хочу провести день наедине с Чимином и понять, что к нему чувствую. Тёмное небо озарила вспышка молнии; один, два, три — грянул гром. Момо обиженно обняла себя за плечи. — Вот, значит, как, вселенная? Только Чимину готова помогать? Она кричала что-то ещё, просила уже любую девушку-альфу, и в какой-то момент природа сдалась, сверкнув молнией так ярко, что я едва не ослеп. Момо упала на колени и начала кланяться богу дождя. Какая же это глупость — отчаяться настолько, чтобы поверить в приметы. Но я солгу, если скажу, что, засыпая этой ночью, не думал об обещанном чуде.