Сон и боль.

Галя сидела в своем кабинете и ждала, пока Белая привезет подозреваемого, а Майский с Кругловым - улики из подвала для лаборантов. У нее из головы никак не выходил вчерашний поцелуй. "Может это из-за стресса? Или из-за алкоголя? Как она вобще успела напиться, если ушла мыть руки? Не таскает же она с собой бутылку?" Рогозина не могла понять ничего из этого. Мысли роились у нее в голове и перемешались до неузнаваемости. Она даже не могла определиться, понравился ли ей этот поцелуй. Или просто не хотела признавать этого? "Мне надо поговорить с ней. Но что я ей скажу? Зачем ты меня поцеловала? Бред. А может и не бред?" Полковник ненавидела это состояние. Непонимание собственных чувств давило на нее со всех сторон. "Тоже мне, железная леди": корила она себя. С самого детсва Галя хотела знать все обо всех и сразу, так что чувство неопределенности было для нее не просто неприемлемо, а даже отвратительно. Из раздумий ее вывел охранник. – Товарищ полковник, подозреваемого привезли. – А? Да-да. Отведи в допросную, я сейчас приду. Мужчина ушел, а Рогозина отмела все переживания в самый дальний угол памяти. Не время и не место разбираться с собой, так что женщина уверенной походкой пошла в сторону допросной. Будто минуту назад не разрывалась от сомнений и нерешенных вопросов. – Зачем меня сюда привезли? – И вам доброе утро, Олег Тресников. Перейдем к делу. Вы знакомы с Александром Вильковским? – Да, это мой друг. С ним что то случилось? – Позавчера его убили особо жестоким образом. У нас есть информация, что в этот день вы были вместе. – Как убили... Быть не может. Кому он вобще нужен? Стоп. Вы меня подозреваете? Я не убивал, клянусь! – Вы были вместе в 12 часов ночи? – Да. То есть нет, он ушел в магазин примерно в без пятнадцати 12. У нас есть круглосуточный под домом. Саня сказал, что купит сигарет, но так и не вернулся. Ближе к часу я начал нервничать. Позвонил ему, но трубку никто не взял и я пошел его искать. Спросил у продавщицы, но она сказала, что его не видела. Я подумал что он пошел домой и ушел спать. Все. – Кто может это подтвердить? – Никто, мы вдвоем были, но после того как Саня пропал, я остался один. – Ладно. Сейчас у вас возьмут кровь и отпечатки пальцев. До выяснения обстоятельств вы побудете у нас. Галя нажала на кнопку на ножке стола и в комнату вошел охранник. – Уведите. Олега увели и женщина пошла в буфет. Чего чего, а кофе много не бывает. Особенно в такой работе. Войдя в помещение, Галя увидела Валю, сидящую за столом и мирно пьющую чай. Заметив Рогозину, она улыбнулась, а полковник отразила ее эмоцию. Налив кофе, Галя уселась на против Антоновой и твердо решила обсудить все здесь и сейчас, пока они одни. – Валь, нам надо поговорить. – Слушаю. – Ты помнишь, что было вчера вечером? – Да, а что? – Где ты успела напиться? – Нууу. Я пошла мыть руки и слишком сильно загналась по поводу мужа. – Ты везде с собой бутылку таскаешь? – Не везде. Я покупала ее за день до этого, но забыла про нее. – Ясно. Тогда следущий вопрос. – Какой? – Зачем ты меня поцеловала? – Я... я это... – Валя не могла сказать ничего внятного. Она сама не знала зачем. Просто захотела и все. – Говори, хуже не будет. Все уже сделано. – Я не знаю. Оно само как то. Я себя не контролировала. – У твоих действий был какой то посыл или смысл? – Я не знаю. – Ясно. – А почему ты спрашиваешь? Я сделала то, что тебе не понравилось? Я теперь тебе противна? – Не неси чушь. Ты мне не противна и не будешь. Я просто хочу разобраться. – Слава богу. Разобралась? – Вроде. – Вот и славно. Я подам на развод сегодня. Поможешь? – Конечно. – Спасибо большое! – Ладно, я пойду. Некогда мне чаи гонять. – Давай, работай. Удачи. – Спасибо. Галя пошла в сторону своего кабинета. Она совара вале, когда сказала Вале, что разобралась. Хуй там, все стало еще хуже. Хоть она и поняла почему Антонова напилась. Но главная загадка не давала покоя: зачем она ее поцеловала? Этот вопрос мучал Рогозину до конца рабочего дня.