Белая сторона темной Мariposa

В последние дни Лила почти не спала, хотя она, как затворник, сидела в комнате и спускалась на первый этаж квартиры только чтобы сходить в ванную. Она чувствовала себя подавлено и была близка к депрессии. Ей совсем не хотелось показываться миру, так как страх перед последствиями после отвратительных поступков настоящей Росси буквально парализовал. Луиза до сих пор оставалась в здравом уме только потому, что сразу же оставила попытки хоть как-то логически объяснить произошедшее с ней. К тому же ей удалось усмирить никуда не исчезнувшую злую натуру Лилы, но та зубки обломала, когда пыталась одержать над Луизой верх. Да и не было смысла истязать себя до истощения, ведь от судьбы не убежишь. Прямо сейчас она стояла перед обновленным колледжем Франсуа-Дюпон с документами для восстановления в руках. При иных обстоятельствах апгрейд территории и формата обучения в учреждении ей бы понравился, но от мысли о грядущей встрече с директором ее потряхивало. Смутная тоска сдавила грудь Лилы. Что-то говорило ей, что здесь ей будет неимоверно тяжело проучиться еще один год с одни и те ми же людьми. Луиза вдруг вспомнила свою подругу Ронни. Как бы было хорошо, окажись она рядом. На удивление, скорбь по ней практически стерлась, да и воспоминания о прошлой жизни стали туманными. За такой-то короткий срок. До кабинета директора Лила добиралась бегом, чтобы ненароком не столкнуться с каким-нибудь знакомым, хотя кампус пустовал, так как были летние каникулы. Преодолев последние ступени, девушка просто согнулась и попыталась отдышаться. Она несколько раз поднимала руку, чтобы постучаться в кабинет, но робость внезапно охватила ее. А когда она коснулась спиной твердой поверхности, то не устояла и сползла по стене на пол. Ее доводила до ужаса мысль, что ее не примут обратно, и хоть прошлый год остался позади, прошлого никто не отменял. — Лила? — услышала она голос мадам Бюстье слишком близко и подняла глаза. — Здравствуйте! — девушка резко вскочила и по привычке слегка нагнулась в приветственном поклоне. — Ты в порядке? — вопрос был дежурным, в нем не было ни капли сочувствия. Хотя под глазами студентки повисли два огромных синяка от бессонницы. — Да, извините. Я слишком спешила, — с запинками произнесла Лила, смотря в пол. Эта женщина самый последний человек, с кем ей хотелось бы сейчас видеться. — У меня назначена встреча с директором. Я принесла документы на восстановление. — Я знаю, — вдруг ласково сказала учитель и мягко улыбнулась. — Идем. Я тоже буду там присутствовать Мадам без стука открыла дверь и жестом попросила студентку пройти внутрь. Лила пошла первой, гадая, зачем директору понадобилось присутствие Калин. А потом заметила у той папку. Лила встала напротив директора, ожидая дальнейших указаний, а тот, завидев ее, недовольно скривился и что-то пробормотал. Но все же слегка кивнул в знак приветствия, а мадам Бюстье затеяла перешептывание с месье Дамоклем. Лила тем временем рассматривала стопку документов. — Лила, — женщина села в одно из кресел и предложила Лиле занять второе, которое находилось справа от директора, — зачем ты сюда пришла? — Я бы хотела продолжить обучение в этом колледже. — Хорошо. Но тебя уже исключили, — покачал головой директор. — Ты и Хлоя Буржуа нанесли колоссальный урон по репутации нашего колледжа и допустили непростительную ошибку по отношению к вашим одногруппникам. Будет огромным риском позволять вам учиться и дальше в нашем заведении. — Да, — подтвердила Лила. — Но я признаю свои ошибки. Мне очень жаль, что я так поступила. И у меня нет оправдания. Все, что я сейчас могу, — это не сбегать от проблем и искать новую школу, а исправиться и хоть как-то извиниться. — Это похвально, что ты выбрала более сложный путь, но у нас нет больше ни грамма веры, — заключил директор. — У тебя хорошо подвешен язык. И мы давали тебя тысячу шансов оправдать наше доверие, однако ты его предавала всякий раз. Теперь ты тот мальчик, что понапрасну кричал «волки» (отсылка к басне Л.Н. Толстого «Лгун»). — Думаете, я неисправимая мерзавка? — перебила Лила мужчину. — Нет, но думаю, что ты хроническая врушка. Лила, необязательно возвращаться в наш колледж. Пойми, как сложно тебе здесь будет продолжать обучение. Начать с чистого листа будет идеальным вариантом. Прости за жесткие слова, но видеть тебя тут никто особо не хочет. Включая и меня. Лила почувствовала подступающие слезы. Никогда прежде она не встречалась с тем, что ее так прямо отвергали. Будучи айдолом, Луиза прекрасно знала, что люди иногда писали гадости, но было гораздо проще справиться с этим, когда на твоей стороне всегда были Ронни, участницы группы (особенно Кей) и агентство. Но столкнуться лицом к лицу с открытым презрением оказалось тяжело. — Я хочу поговорить о твоем эссе для поступления, — мадам Бюстье открыла папку, в которой оказались листы бумаги с сочинением, которое Лила-Луиза писала три дня назад и отправляла по почте Калин. — Твои одноклассники писали о жизненном опыте, в основном, о положительном. При первом прочтении твоего эссе я обратила внимание исключительно на саму историю, а потом я заметила несвойственный тебе стиль. И написано так, будто ты, Лила, пишешь о чужой жизни, чужих эмоциях. Видимо, ты услышала или увидела где-то эту историю и хорошо ею прониклась. Это ценные качества для актрисы. Я и подумала, не хотела бы ты попробовать себя в театральном искусстве? У меня есть знакомые, которые могут посоветовать тебе хороший лицей. — Все, о чем я писала, принадлежит мне, — улыбнулась Росси, но вышло это натянуто. — Хорошо, — спокойным голосом произнесла Калин. — Будем считать, что это так. Сможешь и спеть и станцевать на сцене, если вдруг потребуется? — Смогу, — Лила наклонилась к мадам, слегла улыбаясь, ощущая обычное удовлетворение, когда у нее просили интервью. — Но зачем это вам? — Мне при первых секундах показалось, что ты немного изменилась, Лила, — огорошила ее профессор. — Будто передо мной другой человек. Видимо, произошедшее и правда сильно повлияло на тебя. Но нам невозможно притвориться, что ничего не было. — На что вы намекаете, Калин? — задал резонный вопрос месье Дамокль. — Уж не хотите ли вы принять эту студентку? — Директор, как насчет того, чтобы дать Лиле испытательный срок? Мы будем наблюдать за ней три месяца. До первого замечания или дисциплинарного взыскания вместо трех по уставу. — Принимая Лилу Росси обратно, я рискую не только вашим местом преподавателя, но и своей карьерой… — Прошу дать мне шанс! Прежняя я не могла бы проложить себе дорогу в будущее, но теперь я принесу нашему колледжу успех и процветание! — Какие громкие слова, мисс, — по-доброму рассмеялся директор. — Мне очень хочется вам поверить. Но я не забываю и про ваши прошлые «заслуги». — Я растеряла всех друзей и осталась одна. Поверьте, худшего наказания для меня не придумаешь, — тут же отреагировала Лила. — Я клянусь, вы скоро будете гордиться мною. — Я не узнаю тебя, Лила. Неужели ты повзрослела? — нахмурился месье Дамокль. — Или дело в чем-то другом? Все дело в маме. Пока та работала, чтобы обеспечить дочь всем необходимым, Лила Росси только и делала, что обманывала и водила ее за нос. Мама не должна знать, до чего опустилась дочь. А еще это бесценный шанс для Луизы создать воспоминания о старшей школе. — Я подумаю над твоим восстановлением, — наконец ответил директор, а мадам Бюстье довольно заулыбалась. — Дам тебе ответ через недели две. Оставь документы и иди. Лила торопливо положила ему на стол кипу и поспешила выйти. Оставляя взрослых наедине, она осторожно прикрыла дверь и до ее ушей донеслось слово «снова спектакль». На негнущихся ногах она спустилась вниз. Ее восстановление в колледже станет первой маленькой победой. Она постояла пару минут в коридоре, решая, куда можно податься. Жизнь без строго распорядка дня и вечного контроля менеджера оказалась такой… невнятной что-ли. Обретенная долгожданная свобода вместо чувства эйфории дарила ощущение сильного дискомфорта и растерянности. На второй план выходил вопрос о неприятной находке в виде броши. По всей видимости, там прятался Нууру, но Лила не хотела это проверять. Как и не хотела знать, каким образом эта штука оказалась у нее. Она заметила в конце коридора автомат с кофе и подошла к нему, попутно вытаскивая из кармана мелочь. Машина наплевала ей в стаканчик абсолютно невкусный и пережжённый латте. Девушка разозлилась и выбросила недопитый напиток в ближайшую урну, и вышла из здания. Созерцала еще несколько минут у статуи Габриэля Агреста, любуясь блеском металла, и двинулась в путь. На улице стоял полдень, и народа практически не было. Несмотря на то что с утра светило солнце, теперь шел дождь. Закатанная в каменные рукава река Сенна пенилась и ходила ходуном. «О! Мост согласия. Здесь Андре продавал свое знаменитое мороженное», — подумала Лила, хотя понятия не имела, что это вообще за мост, так как никогда не была в Париже до этого. По нему не спеша прогуливался какой-то парень в черной толстовке с капюшоном. Лили пригляделась: он показался ей знакомым. Во всяком случае, его походка напоминала одного из одноклассников. Не желая тратить время на обмен любезностями, девушка собралась свалить куда подальше, но по земле прошлась дрожь, которая чуть не сбила с ног. В дальнем конце квартала показалась фигура с шерстью, и с ног до головы облепленная песком, под три метра ростом. Она явно была чем-то недовольна. Люди кинулись врассыпную и стали прятаться по домам и переулкам. Затем она услышала шаги по мостовой, обернулась и увидела супергероиню, которая мчалась к ней во весь опор. Да, это Леди Баг. И пока Росси подбирала челюсть с асфальта, за героиней гналось нечто. И монстр почти нагнал надоедливую Божью коровку, но он тяжело врезался в уличный фонарь. Посыпался сноп искр. Пробирающих до костей грозный рев заглушил даже гром и дал понять, что пора уносить ноги. Лила споткнулась от новой порции ужаса и нырнула в ближайший проем между многоэтажками, приговаривая: «Какого черта! С Бражником покончено, говорили они, теперь Париж будет спать спокойно, утверждали они!». Она не видела, от чего именно бежала, но слышала, как нечто ворчит и сыпет проклятьями. Когда монстр приблизился, земля затряслась. А Лила забежала в тупик, во внутренний двор, где было полно магазинов. Ближайшую дверь шатало туда-сюда порывом ветра. Вывеска над ней гласила: «Салон для новобрачных от Мартины». Внезапно она почувствовала, как кто-то схватил ее за талию и приподнял над землей, затаскивая в салон. От неожиданности крик застрял в горле, а желудок сделал кульбит. — Да чтоб тебя! — воскликнула она, вырываясь из хватки. — Ким? Ты рехнулся так к людям подкрадываться? — Остынь, я помочь хотел, — тот самый парень с мостовой сбросил капюшон с лица, явив черты одноклассника Кима ле Тьен. — Эта тварь была за углом. — Спасибо, — искренне удивилась Лила такой доброте душевной. В наступившей тишине слышался только шум дождя. Девушка тяжело переводила дыхание, не до конца веря своим глазам. Они некоторое время просидели в пустом салоне, выжидая, и прятались между вешалками с нарядами для невест и женихов. Лилу даже немного позабавила эта ситуация. — Что смешного? — недовольно спросил Ким. — Я думала, что после моих выходок со мной никто не заговорит больше, — пожала плечами девушка. — Не все имеют гнилую душу и поступают эгоистично. Лила кивнула. Не очень приятно это слышать в свой адрес. — Тебя выгнали из школы? — парень в этот момент выглядел как собиратель сплетен, с интересом смотря на Лилу. — Я подала документы для восстановления. Сегодня, кстати, — не смогла сдержать улыбку Росси, увидев недоумение Кима. — Ты ведь не поверишь, если я скажу, что искренне сожалею обо всем и планирую больше не причинять вред другим. — Взять бы с тебя расписку. Из-за вас с Хлоей многие упустили свой шанс на нормальную профориентацию. — Не заговаривай мне зубы. Я знаю, что вы с классом собирали в бойлерной собрание, как остаться в полном составе на следующий год. Вождем была Маринетт. Так что я и Хлоя, считай, оказали вам неоценимую услугу. — Откуда ты знаешь про бойлерную? Лила встала и направилась к двери. — Эй, ты не ответила на мой вопрос! — крикнул вдогонку одноклассник. — И не собираюсь, — категорично заявила девушка. Убедившись, что ей больше ничего не угрожает, она осторожно вышла из помещения. И тут тишина взорвалась от неожиданного громкого рева: «ГДЕ МОЕ ПЛАТЬЕ?!». Чудовище все-таки никуда не делось. Лила пулей рванула снова внутрь, не желая выяснять у монстра, о каком платье речь. К счастью, через несколько минут с капризулей-монстром было покончено, и люди могли наконец спокойно вздохнуть. А Лилу и Ким хозяйка пустующего свадебного салона выгнала поганой метлой из помещения с бранью, когда вернулась. Ребята посмеялись и в итоге разошлись вроде как даже на положительной ноте. Никаких монстров. Никаких героев. Никакой магии. Так думала Луиза по началу. Но этот мир имел на нее другие планы.