Глава 11
28 июля 2023 г., 12:08
Трансформация заняла чуть больше полутора недель. Через семь дней после начала приема зелий, Ссол заснула, попросив Дина убрать все артефакты, которые находились на и в местах, которых нет у мужчины. Она удалилась в одну из комнат, которые были предусмотрены в любых апартаментах си-ин именно для таких случаев, где и находилась все время, пока процесс не завершился. Ее тело окуталось практически непроницаемым золотистым сиянием, которое слегка пульсировало, напоминая ритм биения сердца. Рихх иногда заходил проведать ее и объяснял, и показывал Дину стадии трансформации, которая шла правильно и без каких-нибудь сюрпризов. Он же сказал, что столько времени она будет длиться не всегда, а лишь в первый раз, в следующие, скорее всего, пойдет немного быстрее. Тревожить си-ин в таком состоянии нельзя было ни в коем случае, ни передвинуть, ни попробовать прикоснуться, вообще ничего, даже заходить в помещение, где идет процесс, рекомендовалось как можно реже.
Когда время подошло, Сэм проснулся, чувствуя себя превосходно. Он поднялся с пола и, потянувшись всем телом, отправился в спальню к супругам: было раннее-раннее утро, даже скорее поздняя ночь, и где тем еще находиться, кроме как в постели? Именно там он их и обнаружил, но вот будить их было просто жалко, поэтому он, тихонько одевшись, заодно обрадовавшись тому, что габариты его мужской формы не отличались от прежних, вышел из их комнат, решив прогуляться и желая что-нибудь съесть. В обеденную залу было еще рано идти, но к его услугам было любое из плодовых деревьев, что в изобилии росли в поселении си-ин.
Проходя мимо одной из площадок для медитаций, Сэм обнаружил там Рихха. Тот либо уже не спал, либо еще, по тому, как он выглядел, это определить было сложно, но внука он заметил и, приглашающе махнул рукой.
— Проснулся, — констатировал целитель, рассматривая Сэма своим пристальным изучающим взглядом. — Выглядишь вполне пристойно.
— Да и чувствую себя тоже очень хорошо, — отозвался тот улыбнувшись.
— Надо на всякий случай посмотреть внимательнее, — высказал свое мнение Рихх, поднимаясь на ноги. — Пойдем-ка.
— На мне артефакты, которые я не смогу снять, — поставил его в известность Сэм.
— Это неудобно, конечно, но не столь критично сейчас. Тем более, я знаю, как ты должен бы выглядеть, так что отмазаться не удастся, — улыбнулся целитель, подталкивая внука вперед. Диагностика много времени не заняла и, закончив, он велел: — Попробуй в боевую форму перетечь. Помнишь, как это делается?
— Вроде да, — кивнул Сэм, концентрируясь. Нужные слова пришли сами, впрочем, как и жесты, активирующие этот процесс и через несколько минут, перед Риххом стояла прямоходящая ящерица.
— Да-а-а-а… — протянул целитель. — А базовая форма у тебя сейчас женская. Так что… — Рихх потер подбородок, а потом велел: — Перекидывайся обратно. Поговорим, — Сэм сделал то, что просили и, одевшись, воззрился на деда. — Судя по тому, что я о вас успел узнать, мужская форма тебе, видимо, будет гораздо удобнее для жизни. Так?
— Ну… — протянул Сэм. — Наверное. Все-таки учитывая мою историю в этой жизни, сам понимаешь…
— Понимаю и сам, имея базовую женскую форму, предпочитаю находиться в мужской, — вздохнул целитель. — Слушай меня внимательно: если ты хочешь сохранить детородные функции, тебе нужно принимать женское обличье не реже, чем раз в полгода. И пребывать в нем, как минимум месяц. Лучше — дольше. Если этого не делать, форма-то сохранится, но… С зачатием могут быть проблемы. Ты уже решил, от кого из своих супругов хочешь зачать?
— От дракона, — ответил Сэм, не смущаясь подобного разговора. Для си-ин подобные вещи были нормальным явлением, а планирование беременности — элементом культуры. — Именно в драконьем виде, чтобы он был.
— Ну-ну, — фыркнул Рихх, представив себе этот процесс. — Но выбор одобряю. У вас с ним очень хорошая совместимость. От второго супруга, если надумаете, тоже можешь попробовать зачать. Он хоть и человек, но… Когда я его чинил и осматривал, видел кое-что любопытное. Очень давний след, будить я его не стал, но в нем есть некоторое количество далеко не человеческой магии и крови, притом, такой, какой я еще не встречал. Она совместима с тобой и, если правильно рассчитать время зачатия, может и проявится в детях. Я мельком просмотрел, время суток выходит где-то под утро, а время года так, чтобы ребенок родился зимой. Посчитаешь потом сам, если нужно будет. Думаю, в Храме тебе напомнили, как это делается.
— Да, — кивнул Сэм, улыбнувшись. В храме ему напомнили столько всего, что голова шла кругом. — Я провел очень плодотворный месяц. Кстати, как накопители?
— Отличные! Спасибо, — поблагодарил внука Рихх. — Одни из самых лучших, что мне попадались. Надолго хватит. И за то, что часть зарядил, тоже спасибо. Так вот, возвращаясь к детям. Обязательно покажись мне. Дина я кое-чему научил, но… Все-таки опыта у него мало, да и грань дара несколько не та, чтобы разбираться с беременными. Принять-то роды он, пожалуй, сможет, если возьмет себя в руки и не будет трястись от каждого твоего стона в процессе. Но посмотреть, как идет развитие ребенка, тут я лучше справлюсь. Плюс в твоем случае очень важно не напрягаться вторую половину беременности, тем более, если отцом дитя будет дракон. О работе в мастерской на этот период можешь просто забыть. Ритуалы и прочее — тоже.
— Повреждения были настолько сильными? — расстроился Сэм.
— Сильными, — кивнул целитель. — Слишком долго ты странствовал. Так что теперь придется беречься с удвоенной интенсивностью.
— Ты Дину об этом говорил? — спросил младший.
— Нет, — покачал головой Рихх. — Но тебе советую рассказать.
— Он запрет меня в своем логове и… — Сэм вздохнул. — И буду я там сидеть, пока тресну.
— Ничего. Посидишь. Это тебя не испортит. Целее будешь. И ты, и ребенок, — наставительно заметил целитель. — Не такая уж это большая плата, в твоем случае. Если все будет хорошо, то, скорее всего, сумеешь зачать и второй, и даже третий раз. Но тут уж по желанию, да и предосторожностей надо будет соблюдать не меньше.
— Это будет дракон или си-ин? — полюбопытствовал Сэм.
— От даты зачатия зависит, — улыбнулся Рихх. — Ну и от пола ребенка. Если пацан и родится весной, то скорее всего — дракон. Летняя и зимняя девочка — скорее всего — си-ин. А вот осень… Тут может быть и так, и эдак, как повезет. Я попробовал рассчитать, но точного результата нет, — целитель подошел к внуку и потрепал его по волосам. — А! Чуть не забыл. Этот орден. Я навел справки… Поговорил тут с людьми… Да, кстати, ты ведь, когда порталы открываешь, возвращаешься в миры, где был, максимум через сутки после отбытия? — Сэм кивнул. — Ага… Вот тебе штучка… — Рихх порылся в кармане и достал медальон и кристалл, которые и протянул внуку. — Если будешь открывать портал сюда, держа, ну или надев это украшение, время будет синхронизироваться. А на кристалле все мои расчеты.
— То есть, если я сейчас, уйду порталом в мир, где родился, пробуду там неделю, и, надев эту штуковину, вернусь сюда, тут тоже неделя пройдет? — уточнил Сэм. — Разве это возможно? Оно ведь так не должно работать!
— С этим медальоном — работает. Но… Только для этого мира, — объяснил Рихх. — Без него будет, как и обычно. Это почти уникальный артефакт. У наших соседей эльфов был мастер, который такие умел делать. У него были дары работы со временем и прокладки путей. Именно дары, а не умения, думаю, разницу тебе объяснять не надо?
— У меня — умения, — кивнул Сэм. — На базе ритуалистики. Он это делал как-то по-другому, видимо. И сколько таких вещиц существует?
— Мало, — ответил целитель. — Я о нем с чего вспомнил-то? Орден, да. Эльф тот пропал. Жена его утверждает, что его нет в живых, и я ей верю. Там такая супружеская пара была, что они чувствовали друг друга. В общем, все это только слухи, но… Среди них есть и такие, где поминается этот самый орден. Им нужен был артефактор, который умел бы делать такие штуки, они прознали и…
— И выкрали его? Отсюда? — удивился Сэм.
— Скорее выманили, а уж потом выкрали, — уточнил Рихх. — Там вообще мутная история. Не лезьте в нее сами. Все, что можно разузнать, я разузнаю. Вообще мне все это не нравится, но тут уж ничего не поделаешь.
— Спасибо, дед, — искренне поблагодарил Сэм.
— А теперь иди, твои наверняка уже проснулись и беспокоятся куда ты делся. Соберетесь уходить, можете не прощаться, я буду занят ближайшие два дня: сложный пациент. Но, если будете иногда заглядывать, род будет рад вам. Всем троим. И твои комнаты будут вас ждать.
Они обнялись и Рихх выпроводил внука. Тот, некоторое время постоял рядом с его домом, обдумывая то, что услышал, а потом бегом вернулся в комнаты, где они жили все это время.
Дин уже намывался в купальне, когда Сэм пришел к ним в спальню второй раз. Если бы братец подождал две минуты, то застал бы пробуждение старшего. Без младшего супруга Дин спал очень беспокойно и чутко. Его иногда мучили кошмары, связанные с Сэмовой трансформацией. Насколько старший понял — это очень тонкий процесс, требующий множество сил и иногда там может пойти что-то не так. В первую очередь, он боялся, что младшего не станет. И тут он даже предсказать свои действия не мог. Дракон, потерявший пару, невменяем. И никто его не сможет успокоить, даже Фабиан. Но, услышав сквозь сон шаги мелкого, то, что он постоял, посмотрел на них спящих и ушел, видимо к деду, успокоило Дина. Осталось только встать и привести себя в порядок, а еще приготовить завтрак на троих, если успеет.
Сэм, войдя в их комнаты, услышал плеск воды, который раздавался из незакрытой двери купальни. Пройдя туда, он увидал Дина, который плюхался в бассейнчике, отфыркиваясь и жмурясь.
— Ты чего вскочил? — спросил младший. — Рано же еще.
— Проснулся, когда ты первый раз пришел, — Дин плеснул на себя еще воды. — Я это время вообще как-то со сном не дружил. Как твое ничего?
— Рихха встретил, он засунул меня в этот свой артефакт, посмотрел, говорит все в порядке. Да и чувствую себя прекрасно, — улыбнулся Сэм. — Он сказал, что мы можем отправляться на все четыре стороны, как только захотим. Подарил забавный артефактик и выдал кучу инструкций. Я домой хочу. Тут хорошо, но дома…
— Фаб проснется, позавтракаем и рванем. Я тоже уже тут устал, — Дин вылез из бассейна и, подойдя к супругу, обнял его и поцеловал. — Я скучал, сильно-сильно. И что за инструкции выдал твой дед?
— Сколько я спал? Недели полторы-две? — спросил Сэм, прижимаясь к старшему. — Что ты успел настолько соскучиться? А инструкции… — он поглядел на Дина, а потом просто отправил ему с помощью браслета воспоминания о разговоре. — Вот как-то так.
— Ура! Теперь у меня будут вполне законные основания запереть тебя! — Дин потерся о младшего. — И ты не прав. Я все время по тебе скучаю, когда тебя рядом нет. У меня твое отсутствие вызывает фантомные боли. Везде.
— Какой ужас, — искренне посочувствовал Сэм. — А на тему запереть, можно подумать, что эти самые основания тебе действительно нужны. Но… Ладно. Дети — это еще не скоро, а вот Вестерос, вместе с его проблемами, считай, уже почти сейчас.
— Между прочим, вы так орете, что мертвого поднять можете, — пробурчал Фабиан с постели. — Что там о Вестеросе? Есть план действий?
— У меня пока ничего нет, кроме как пойти и ввязаться в драку. Мы столько обсуждали и ни к чему не пришли, — Дин сгреб Сэма в охапку и с ним на руках прошел в спальню, где и свалился вместе с ним в постель к Фабу. — Можем, тут пообсуждать, можем свалить домой и пообсуждать там. Я так думаю, что сначала нужна разведка. И еще, хорошо бы кристалльчиков этих, ретрансляторов, покидать в разных местах…
— Я сейчас, вот так, валяясь на постели рядом с вами думать вообще не способен, — пожаловался Сэм, потираясь стояком о Дина. — Какие мысли, когда вы оба такие… А я сверху не был черт знает сколько времени?! Домой. Сначала постель, потом все остальное. Чем не план?
— О-о-о! Сэмми вернулся! Узнаю родного брата, — начал зубоскалить Дин. — Разыграем кто сверху на камень-ножницы-бумага?
— Какой, к черту, розыгрыш?! — Сэм грозно воззрился на супруга. — Задницей вверх и смазку в зубы! При том, оба!
— Какой-то ты чересчур активный, нет? — лениво отозвался Фабиан, с доброй улыбкой поглядев на младшего.
— А для тебя у меня заготовлена особая программа, — многообещающим тоном произнес тот и принялся выбираться из постели. — Одевайтесь. Я лично собран и могу отправиться куда угодно хоть сейчас.
— Ого-го! Особая программа у него. Слышь, Фаб, а он ничего не перепутал? Командовать тут начал, все дела, — Дин подначивал Сэма. — Нам бы еще позавтракать, шмотки собрать, мы тут обросли, понимаешь ли, всяким барахлом. Потом попрощаться…
— Рихх будет занят в ближайшие двое суток, — сообщил Сэм. — А если вы продолжите валяться, то собираться будете просто вечность.
— Знаешь, Дин, — протянул Фабиан, смерив младшего задумчивым взглядом. — Что-то мне подсказывает, что он и для тебя что-нибудь измыслит… Уж больно настроение у него… Игривое.
— Измыслит и фиг с ним, — Дин поднялся с кровати и, почесывая живот, стал искать по комнате разбросанные шмотки. — Я вот не понимаю одного, почему ты считаешь, что нам только с Риххом надо попрощаться. Мы тут завели много полезных и нужных знакомств… И я, и Фаб. Тут такие люди интересные…
— Я просто исключил деда из вашего списка тех, с кем нужно попрощаться, — отозвался Сэм, наблюдая за сборами супругов и нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — На самом деле, мне тут тоже есть с кем прощаться, просто… Не терпится, ты уж извини.
— Куда ты так спешишь? Что тебе не терпится? Спешка, Сэмми, нужна только при ловле блох, — Дин неторопливо собирал свои вещи в сумку. — Можно подумать, что если мы прямо сейчас домой не попадем — ты взорвешься…
— Может так и будет, — фыркнул Сэм, принимаясь помогать супругам. Хотя помощь эта была странной: он отбирал у них вещи, которые они пытались распихивать по сумкам и, не заморачиваясь складыванием и сортировкой засовывал их в сундук. — Одевайтесь уже наконец, а? Завтрак, прощание, все дела…
— Ага, и домой, чтобы оказаться задницей кверху, — хихикнул Фабиан, отнимая у младшего штаны, которые собирался надеть.
— Именно, — кивнул Сэм. — Можно подумать, что вы против.
— Да мы не то, чтобы против, только не понимаем, что ты так торопишься, — Дин тоже начал отбирать у Сэма вещи. — Стой! Ты чего? Мне эти штаны твоя пятиюродная бабушка подарила. Ручная работа! А ты так…
— Тут любые штаны — ручная работа, — заметил Сэм. — А тороплюсь… Вот я на тебя посмотрел бы, если бы ты месяц был только в принимающей позиции, а потом получил бы возможность поменять ее. Я соскучился. Очень. Вот просто до не знаю, чего. Да, мы регулярно занимались любовью и это было здорово, но… Это по-другому, — он махнул рукой, не зная, как объяснить. Для него эта разница была очевидна и сейчас он хотел, как можно быстрее пометить собой своих партнеров и плевать ему было, что он младший и ему подобные вещи вроде как и не по статусу. Они — его. И точка.
— Вот так бы сразу и сказал, — Дин подошел и обнял супруга. — А то, планы… Задницей кверху… Мы тебя прекрасно поняли, только дразнили немного. Так прикольно смотреть, как ты пыхтишь…
— Да, планы, — буркнул Сэм. — Развесистые и раскидистые. И я не собираюсь отказывать себе ни в чем.
— И не отказывай, — Дин поцеловал его в макушку. — А что за планы, расскажешь?
— Нет, — мстительным тоном отозвался младший. — Дам почувствовать. Или ты испугался? — он прищурился, окинув старшего плотоядным взором.
— Вот кто как, а я начинаю опасаться, — заметил Фабиан. Он был уже одет и готов идти хоть завтракать, хоть еще куда.
— Нет, я не боюсь. Чего мне тебя бояться? — Дин пожал плечами и отпустил младшего. — Завтракать и валим домой. Потому что дома ничего нет из еды. Мы с Ссол, когда были там последний раз, все подъели. Придется на рынок и снова готовить… — он прошел в ту часть дома, где была кухня и начал накрывать на стол.
— Проще тут купить продуктов, — заметил Сэм, усаживаясь за стол. — Тем более, я, когда возвращался, слышал, как пришел какой-то караван. Значит будет ярмарка, ну, или нечто в этом роде. Деньги ведь у нас есть?
— Есть, есть, — ответил ему Фабиан. — Но тебе ведь не терпится, — ехидно напомнил он.
— Вы так тормозите, что я… Ну, не то, чтобы перегорел, но взял в себя в руки и способен сдержать себя на какое-то время, — сообщил Сэм.
— Хорошо, сходим на ярмарку, заодно попрощаемся с теми, с кем хотели, — Дин принялся завтракать. — Мы никуда от тебя не убежим, Сэм. И ожидание только подстегивает желание, разве не знаешь?
— Отчасти ты, конечно, прав, — ответил тот, лепешкой собирая из мисочки остатки варенья. — Но, с другой стороны, оно же и позволяет сделать планы еще коварнее. Так что… — младший пожал плечами. — Я подожду, не вопрос.
— Похоже, кому-то достанется несколько больше, — хохотнул Фабиан и, допив чай, занялся мытьем посуды, чтобы не оставлять за собой грязную.
Ярмарка действительно собралась, караван, приход которого слышал Сэм, оказался именно торговым и привез много чего: ткани, посуду, украшения, оружие, сладости, пряности, кое-какие овощи, которые не росли именно тут. Торговцы, оказавшиеся гномами, с удовольствием меняли свои товары, как на деньги, так и на местные продукты и результаты труда мастеров си-ин. Заодно и местные, обычно внутри рода пользующиеся принципами натурального обмена, вынесли на торг много чего из своих запасов, и в итоге Фабиан закупил кучу разных продуктов, а также некоторое количество трав, как для чая, так и для зелий. Сэм надолго залип у лотка со сладостями и набрал всего понемногу, но на круг вышло просто до фига. Выглядел он при этом счастливым и довольным жизнью. Дин же насмотрел себе очень неплохие кинжалы, а также некоторые артефакты, помогающие в ведении боя. Конечно, он мог обратиться к Сэму с просьбой их изготовить, но это заняло бы время, а тут уже готовенькие. Наконец, они расплатились за покупки, дошли до дома, запихнули только что приобретенное в сундук и отправились на Землю.
— Я бы сделал не хуже, — ревнивым тоном заметил Сэм, разбиравший сундук в кухне, чтобы вынуть из него все, что может испортиться и отправить это в холодильник. Он держал в руках одно из приобретений Дина, придирчиво разглядывая его со всех сторон. Вещь была неплоха, но без подгонки к владельцу, что делало ее немного слабее, чем аналогичная, но сделанная индивидуально.
— Я нисколько в этом не сомневаюсь. Но знаю, что изготовление этого артефакта занимает много времени. А у нас его не то, чтобы очень… Я прав, любимый? — Дин взял артефакт из рук супруга. — Ты можешь доработать ее, если захочешь, а пока…
— Проще сделать новый, чем переделать работу другого мастера, — пожал плечами Сэм. — Я ведь вижу конечный результат, а как именно оно сделано, кто ж знает? Приемов, позволяющих достигнуть одного и того же результата — масса. Но времени подобная штучка, действительно, занимает много, — он понимал, что в общем-то Дин прав, иногда время — это решающий фактор, но это ничуть не мешало своеобразной ревности: как так, супруг будет пользоваться чьим-то чужим изделием, а не тем, что вышло из под его рук. Притом, ладно бы, это было нечто уникальное, так нет же.
— Душа моя, сделай свой вариант, и я с радостью буду им пользоваться, — сказал Дин, подходя и целуя мужа. — А я пока буду работать с тем, что есть. Этот быстро кончится, видно же. А тут и твои подоспеют… Так тебя устроит, ревнивец?
— Все равно как-то… — Сэм пожал плечами. — Очень странное ощущение. Я знаю, что ты пользовался всегда не только моими поделками, но… Ладно, не обращай внимания, это и вправду ревность. Вот такая странная.
— У меня с зельями, которые вы используете, та же фигня, — заметил Фабиан. — Только я почему-то всегда сомневаюсь в качестве чужих составов. Мало ли насколько криворук мастер, который их делал.
— Если бы я умел что-то делать руками, тоже бы ревновал, когда мои супруги пользуются не моей работой, — Дин обнял обоих супругов. — Это нормально. Потому что вы сделаете так, что точно знаете — ваши изделия не подведут. А тут…
Покупки были разобраны и разложены по местам и Сэм, смерив изучающим взглядом обоих партнеров, спросил:
— Ну, что, теперь вам ничто не мешает отдаться в мои руки? Если нет, оба в ванную, а как закончите, приходите в игровую. Или есть какие-то возражения? Пожелания? Просьбы?
— Когда ты так командуешь — я весь дрожу, Сэмми. Нет, никаких. Мы можем идти?
— Бегом! — фыркнул младший, придавая Дину ускорение весомым шлепком по заднице. Фабиан был награжден аналогичным и деланно потирая ушибленное место удалился в сторону ванной, бурча себе под нос, что кто-то тут совсем страх потерял и распоясался.
Дин не стал ускоряться, поэтому наполнил себе ванну и плюхнулся в нее.
— Фаб, присоединяйся. Сэм еще немного подождет. Ничего ему не сделается.
— Ты специально его дразнишь? — спросил дорниец, опускаясь в воду. — Не боишься, что он расценит задержку, как нежелание и обидится?
— Нет, не боюсь. И дразню не то, чтобы совсем уж специально, — Дин тщательно намывался. — Мне нравится, когда он пыхтит. Возбуждает. Это же Сэмми... Только иногда его заносит и это нужно исправлять. Я сейчас не собираюсь показывать, кто в доме хозяин, но...
— Заносит? — переспросил Фабиан. — Что ты имеешь в виду?
— А ты разве не замечал? Он иногда начинает уж слишком командовать. Я не против, пусть развлекается…
— Тут все… — дорниец прищелкнул пальцами. — Мне кажется, что все не так просто. Даже не знаю, как объяснить ощущение… Я видел его взгляды, жесты… Ну, как он проснулся и, что-то мне подсказывает, что он, с одной стороны, действительно успел соскучиться по активной позиции, пока пребывал в женской форме. Но с другой… Тут что-то еще. Не могу сформулировать, что именно. А слишком… Это как? Ну, что ты понимаешь под этим словом?
— Слишком — это слишком, — Дин вылез из ванны и прошел в ту часть комнаты, где они совершали другие процедуры, кроме мытья. — Я так понимаю, что наше время уже вышло и сейчас он либо ворвется к нам злой, либо действительно обидится. А насчет своих ощущений, сформулируешь — расскажешь…
Пока супруги принимали ванну, Сэм подготавливал комнату для того, что задумал. Ему хотелось доминировать над обоими. Почувствовать свою власть над ними. Фабиан давно не оказывался в роли нижнего и, по прикидкам младшего, должен был уже начать испытывать специфичный голод. Дин же… С ним все было сложно. То, что младший задумывал, было скорее своего рода проверкой: готов ли супруг принять то, что Сэм хочет ему дать. Как он отнесется к этому, с радостью, или будет просто терпеть. На взгляд младшего, разница была огромной и, в зависимости от реакций Дина можно будет делать выводы о том, насколько тот готов воспринимать его всерьез не только на словах, но и на деле. Метод, конечно, странный, но лучше обрести это понимание, так сказать, в лабораторных условиях, чем внезапно совершить какое-нибудь неприятное открытие где-нибудь посередине боя.
Дорниец пошел домываться вслед за Дином и в игровую они явились вдвоем. Сэм явно ждал их, усевшись на лежанке, поджав ноги по-турецки.
— Что-то вы долго, — заметил он, вертя в руках какую-то железку.
— Ну-у-у, пока намылись, набрились, сам понимаешь, — Дин все балагурил, предвкушая игру. — Заждался? Да неужели?
— Провоцируешь? — полюбопытствовал Сэм. Он был порядком возбужден, но контролировал себя, решив сделать именно то и именно так, как и собирался. — Фаб, иди сюда, — позвал он дорнийца и, когда тот подошел, жестом велел опуститься рядом с лежанкой на колени. Тот молча подчинился, пытаясь угадать, что задумал супруг и по дороге рассматривая подготовленные к предстоящему действу инструменты. Их было много, но, учитывая, что их двое, в общем-то, вполне адекватное количество, вот только кому что предназначается было непонятно.
— Ну да, мне любопытно, — Дин остался стоять посреди игровой и наблюдал за супругами. — А что еще делать-то?
Сэм встал, огладив Фабиана по плечам и спине, а заодно наклонив его голову.
— Ты подождешь, — сказал он ему. — Вот так. Не двигайся. Молчи. Глаз не поднимай. Понял? — Фабиан кивнул, замирая. Посмотреть, что будет происходить ему хотелось, но из той позы, что придал ему Сэм это было сделать не так-то просто. — А ты… — младший подошел к Дину и, обойдя его по кругу, критически рассматривая, — Займи-ка место вон в том устройстве, — он жестом указал на подготовленные колодки. — Сам встань в них.
Дин подошел к устройству и замер. Он пытался понять, как же все-таки в них встать. Ага, вот эти штуки (он посмотрел вниз) точно для ног. А это тогда для головы и рук. Старший расположился в колодках и стал ждать дальнейшего действа. Сэм наблюдал за ним, а когда супруг устроился, подошел и защелкнул замки, жестко фиксируя его в беспомощной и откровенной позе.
— Как ощущения? — спросил Сэм, поглаживая Дина по спине и заднице, и чутко ловя реакцию. Он знал, что тот оказывался в таком положении при весьма неоднозначных обстоятельствах, но теперь хотел познакомить партнера с этим устройством с совершенно другой стороны.
— Странные ощущения… Я помню, когда оказался в колодках первый и последний раз, и это были не лучшие мои воспоминания. Но сейчас… Я же сам туда встал… Мне немного страшно и больше любопытно. И твои ласки… м-м-м…
— Хорошо, — кивнул Сэм. — Но это еще далеко не все.
Он отошел туда, где у него были разложены инструменты и, взяв грузики, принялся прилаживать их. Пару подцепил к штангам в сосках Дина, а один к колечку на члене. Следом взял ту самую железку*, которую вертел в руках, дожидаясь, пока супруги придут и, подойдя с ней к старшему, положил ее ему на спину, продолжив поглаживать, иногда протягивая руку и задевая грузики.
Прицепленные грузики ощущались как… ощущались, в общем. Было больно, особенно сильно болели соски, и совершенно непонятно, зачем на спине эта железяка. Дин слегка задыхался от ласки и от боли.
— Сэм, соски, больно. Нельзя что-нибудь сделать другое? — всхлипнул Дин.
— Сильно больно и совсем не в удовольствие? — уточнил Сэм, присев и подставив руку под грузики, чтобы те не оттягивали соски.
— Да, — хныкнул старший. — А вот так легче. Так и оставь…
Сэм отцепил грузики и, встав, сходил за другими, куда более легкими, чем те, что он использовал изначально. Приладив их обратно, он чуть покачал их, оценивая реакцию партнера.
— Так? — спросил он.
— Так нормально, — ответил Дин. — А железка-то зачем?
— Сейчас узнаешь, — улыбнулся Сэм и, обойдя супруга, взял железяку. Повозившись с ней некоторое время, он присел, потом сгреб его яички, чуть оттянул вниз, и приладил железку на мошонку. — Вот за этим, — штучка была не самой тяжелой и без шипов, но по своему опыту младший знал, что ощущений она доставляет массу. Оставив Дина привыкать к ощущениям, он вновь отошел, вернувшись к нему с анальной пробкой, в которую был встроен вибратор. — Последний штрих, — мурлыкнул младший, погладив пальцами в смазке вход партнера. — Расслабься, — велел он. — Игрушка довольно большая.
Что Дину оставалось делать? Ничего, только расслабиться и принять игрушку в себя. Входила она нелегко, потому что Дин давно не был в принимающей позиции. Дракон не считается, там все по-другому. Было немного больно и саднило, но пробка была тяжелая и почти сразу, как только оказалась внутри целиком, стала давить на простату.
— Я подумывал еще и о кляпе, — включив легкую вибрацию, произнес Сэм. — Но даже не знаю… Наверное, пока хватит. Постоишь так, а я займусь Фабианом.
Он подошел к дорнийцу и, заставив того встать, подтолкнул к центру комнаты. По его задумке, Дин должен был видеть все, что будет происходить, да и удерживать в своем поле зрения обоих супругов, когда те находятся примерно в одном месте, было гораздо проще.
Фабиана он почти подвесил на лебедке за руки, так, чтобы тот едва мог стоять на цыпочках и, обойдя по кругу и поглаживая явно плывущего от предвкушения партнера, спросил Дина:
— Правда же он хорош вот так? А будет еще лучше, когда я его раскрашу полосами, — он убрал волосы супруга, чтобы те не мешали и сходил за длинной плетью.
Дорниец застонал от предвкушения и младший, принялся за дело, легкими шлепками разогревая его, заставляя кровь бежать по жилам и одновременно увеличив частоту вибрации игрушке, находившейся в Дине.
Дин лучше бы был на месте Фабиана. Стоять так, в полусогнутом состоянии с его комплекцией было тяжело. Да еще и грузики, и железяка эта на мошонке, приносили совсем не удовольствие, а только неудобство и легкую боль. Вибрирующая пробка давила на простату и заставляла испытывать возбуждение. Только оно было больше искусственное, чем естественное. Все было очень странно, непривычно и приправлено небольшой долей страха. Он морщился, вздыхал и пытался принять такую позу, чтобы общее воздействие приносило приятные ощущения.
В какой-то момент, Сэм, отслеживающий обоих партнеров, закинул плеть на плечо и, подойдя к Дину, отцепил грузики от сосков, слегка потеребив их и, видя, что партнеру неудобно, погладил по спине.
— Прогнись, — сказал он мягко. — Так меньше нагружается спина. И можно спокойно опираться на руки и шею.
Дин послушал брата и немного изменил позу. Да, так стало значительно лучше. Меньше напряжения в спине. И пробка немного сместилась и еще больше стала давить на чувствительное местечко.
— Да, так легче… Ах… Да-а-а-а…
— Наслаждайся, — мурлыкнул Сэм, возвращаясь к Фабиану.
Следующий подход был жестче. Дорниец вскрикивал, принимая удары, которые сыпались на него, казалось, со всех сторон. Его мужское достоинство было крепким и чуть подрагивало от напряжения. Сэм бил, глядя на обоих, и в какой-то момент еще больше усилил вибрацию диновой игрушки, переключив ее в рваный ритм, похожий на тот, в котором наносил удары плетью. Спина и задница Фабиана постепенно расцветали яркими росчерками, стоны становились длиннее и в них слышались и мука, и удовольствие.
Ритм игрушки, совпадающий с ударами по второму супругу, привел Дина в состояние сильного возбуждения. Вот только своеобразная колодка для яичек не давала ему получить удовольствие от того, что он видел. В какой-то момент, старший поймал немного поплывший от возбуждения, но внимательный взгляд Сэма на него и его игрушки. И у Дина появилось понимание: эта колодка призвана доставить удовольствие младшему. Ему очень нравится видеть партнера таким беззащитным, открытым и подчиняющимся. И это еще больше усилило возбуждение.
Сэм, продолжая наносить удары, играл плетью, держа Фабиана близко-близко к развязке и не давая кончить. Ему нравилось слышать просьбы супруга и ощущать, что в данный момент власть принадлежит именно ему. Да и по опыту он знал, что излившись, Фаб будет испытывать только боль, а, судя по его реакциям, он пока хотел продолжения порки, да и самому младшему этот процесс приносил массу удовольствия, особенно, учитывая, что действо цепляет еще и вынужденного наблюдать Дина.
Впрочем, надолго затягивать все тоже не имело смысла и младший несколькими четкими ударами по низу задницы Фабиана, подвел его к развязке, а когда тот немного успокоился, снял с крюка лебедки и устроил на лежанке, уложив на спину.
— Не переворачивайся, — велел он, поглядев в шальные глаза. — Именно так лежи, — Фабиан издал утвердительный звук, и Сэм, довольно улыбнувшись, подошел к Дину. Немного подумав, он избавил его ото всех грузиков и выключил вибрацию игрушки. — Как ты?
— Не знаю… Не могу, хгм, сказать, — у Дина пересохло в горле от воздействия и увиденного. — Вроде хорошо, но все равно устал…
Сэм кивнул и принялся освобождать партнера: сначала ноги, потом руки и голову. Когда тот оказался на свободе, младший помог ему выпрямиться, а потом подвел к лежанке и, усадив рядом с Фабианом, сказал:
— Принесу вам попить, — на кухню он сходил быстро и вернулся принеся с собой графин с чуть подкисленной лимоном водой и пару стаканов, наполнив один из которых, протянул Дину. — Пей, — велел Сэм, а сам принялся поить Фабиана.
— Спасибо, — вода сейчас для Дина была просто спасением от засухи во рту и всем теле. Он сделал глоток, покатал ее во рту и проглотил. Потом также допил весь стакан. Поставив его на пол, старший выпрямился и стал ждать, что будет дальше.
— Вообще-то, я и тебя хотел высечь, — сказал ему Сэм, убирая подальше пустые стаканы и графин, чтобы не уронить случайно. — И продолжаю хотеть. Но… Тут уж лучше спросить тебя, хочешь ли ты этого. Именно ты, а не ради меня.
— Хочу, мне понравилось тогда. Только я не представляю, как это, когда плеть…
— По-другому, — улыбнулся Сэм. — Если хочешь, то поднимайся и к лебедке. Мне больше нравится, когда партнер в вертикальном положении. Хотя… Можно тебя и на лавке разложить. Тоже неплохо, так что выбор, в данном случае, за тобой.
— Давай на подвесе, на лавке мне сейчас будет несколько неудобно… — спина Дина все-таки немного побаливала из-за неудобного положения в колодках. А вот на лебедке он мог растянуться и получить массу удовольствия еще и от позы.
— Хорошо, — кивнул Сэм, вставая и понуждая брата сделать то же. Подвесить его также, как висел некоторое время назад Фабиан, не составляло ни труда, ни проблем и младший, огладив спину и живот Дина, взял плеть по новой.
Как и в случае с Фабианом, по началу, он бил не сильно, но прислушивался к реакции куда внимательнее. Все-таки, как реагирует дорниец он знал, а вот Дин… Сложно сделать какие-то выводы из единичного подобного опыта, тем более, что там и инструмент, и ситуация были совсем другими.
Плеть, танцующая на коже, ощущалась совершенно иначе. Если стек был ласков и кусач, то плеть жалила, оставляя после себя дрожь, пламя и боль, приходящую через некоторое время. Это возбуждало. Сильно. Через какое-то время Дин не смог сдержать стона, в котором в равной степени смешались боль и удовольствие, даже наслаждение этой болью.
— Еще! Вот так!
Сэм хмыкнул и стал плавно увеличивать нагрузку. Он бил в основном по спине и заднице, метясь так, чтобы не задевать игрушку, находившуюся в партнере, чтобы не отбить ему внутренности. Вытаскивать он ее не хотел, чтобы иметь возможность потом взять супруга, не заморачиваясь подготовкой. Дин реагировал весьма и весьма положительно, и было видно, что ему хорошо. Постепенно удары стали действительно жесткими и по-настоящему болезненными. Сэм бил, ориентируясь на реакции партнера и свой опыт, желая выдать ему все, что он сумеет принять, и наслаждаясь процессом. Кроме того, подобный опыт даст Дину представление о том, что испытывает сам Сэм во время подобных игр, и это тоже было очень полезно.
Дин умудрился метаться за плетью даже подвешенный на лебедке. Он никогда не думал, что может получить столько удовольствия от боли. Стоны, вскрики, всхлипы, тягучее “Еще!” сопровождало эту игру. В конце концов, даже без стимуляции нижней части ягодиц, Дин излился. Оргазм был силен, но в этот раз он оставался в сознании и продолжал молить брата играть с ним дальше.
Сэм на пробу пару раз слегка шлепнул по и так красной заднице, и покачал головой. Той реакции, которую Дин выдавал до оргазма не было, редко кто способен принимать порку после этого. Убрав плеть, младший опустил лебедку, поддерживая супруга магией, отцепил руки и, оттранспортировав безвольное тело на лежанку, под бок Фабиану, уложил также, как и до того дорнийца — на спину.
— Полежи немного, — мурлыкнул он. — Отдышись.
Фаб к тому времени вполне пришел в себя и теперь лежал исключительно потому, что так велели. Звуки сессии заводили его, но он не хотел ломать супругу игру, ожидая, что будет дальше. Вряд ли же он просто так все это затевал, чисто чтобы высечь.
Дина немного потряхивало от игры, от оргазма, от того, что располосованная спина касалась лежанки, от близости обоих супругов, от желания, пусть невыраженного в физической форме, но вполне ощутимого в крови. Он лежал и медленно моргал, приходя в себя.
— Воды, — хрипло попросил старший и Сэм помог ему напиться, поддерживая как маленького и поглядывая на расслабленного, но при этом заведенного Фабиана.
— Давненько мне так не доставалось, — заметил тот, поймав взгляд супруга и чуть поерзал на спине, желая немного подстегнуть собственные ощущения.
— Успел соскучиться? — спросил Сэм, опуская Дина на лежанку и давая ему очухаться. На взгляд младшего, ему сейчас нужно было некоторое время просто спокойно полежать, чувствуя собственное тело и горящие на нем следы от плети. Общаться он вряд ли был способен, а прикосновения, судя по ощущениям и опыту Сэма, скорее обламывали бы, чем доставляли удовольствие.
— Пожалуй, — не стал отпираться дорниец.
— Вообще, достаточно было просто попросить, — улыбнулся младший, перемещаясь так, чтобы оказаться между Дином и Фабианом. Он специально уложил старшего таким образом, чтобы можно было это сделать и теперь воспользовался своей предусмотрительностью. — Не замечал у тебя подобной стеснительности.
— Тут не в ней дело, — возразил дорниец, закидывая руки за голову, чтобы было удобнее смотреть на собеседника. — То вам не до того было, то еще что-то. А, с другой стороны, для меня то, что этого, оказывается, не хватало, каждый раз почему-то как открытие.
Младший кивнул и, протянув руку, огладил собеседника, ласково и нежно. Тот мурлыкнул и совершенно естественным жестом раздвинул ноги, приглашая партнера, но Сэм покачал головой и, бросив быстрый взгляд на Дина, продолжил ласки.
— У меня немного другие планы на тебя, Фаб, — сказал он, когда дорниец нетерпеливо дернул бедрами, стремясь продлить контакт с ласкающей его рукой.
— Сейчас ты ведешь, — отозвался тот на выдохе.
Дин повернул голову посмотреть, что там происходит. Оба его супруга возились на лежанке, собираясь что-то сделать. Но вот сейчас старший был пока не способен ничего предпринять. Может, минут через пять. Он поерзал, вызывая в спине еще больше ощущений и вздохнул.
Это движение Дина не укрылось от глаз Сэма и он, подмигнув Фабиану, протянул руку и погладил старшего супруга по волосам.
— Живой? — мягко спросил он, а Фаб приподнялся на локте и, приобняв его, тоже воззрился на Дина.
— Пока скорее нет, — заметил дорниец. — Но таким расслабленным он давно не был. Видел бы ты как он изводился, пока ты спал…
— Догадываюсь, — вздохнул Сэм. — Он всегда так, когда со мной что-то происходит. Даже если это происходящее не угрожает. Заботливый ведь, — он говорил, перебирая волосы супруга и одновременно поглаживая Фабиана. — И беспокойный. Просто от природы.
— Тебе же это нравится, — ответил Дин на слова супруга. — Что я такой. Все, я вроде все. Могу действовать дальше…
— Это хорошо, — Сэм улыбнулся и, высвободившись из объятий Фабиана, встал, чтобы избавиться от одежды. Особо, правда, снимать было нечего, одни штаны, но все равно они сейчас были лишними. Фаб, пока младший разоблачался, перекатился к старшему и, потянувшись, поцеловал его, принимаясь ласкать, а потом к этому процессу присоединился и Сэм.
Старший принимал ласки супругов и отвечал на них, загораясь желанием. Он скучал по такому уже очень давно. Целуя и гладя Сэма и Фабиана, Дин понимал, что как бы его не заводили женщины, даже такое совершенство как Ссол, женская сторона брата, все равно, он больше заводился именно от такого рода взаимодействия. Да, под его руками были отнюдь не мягкие женские формы, но именно чувство, что сила, заключенная в его партнерах, покорна ему, возбуждало. Дин очень хотел взять инициативу в свои руки, но сегодня был день Сэма, его желаний и задумок. Поэтому он отвечал на ласки и ждал, что будет.
В какой-то момент Сэм заставил Дина подняться и оседлать бедра Фабиана.
— Я хочу взять тебя вместе с ним, — мурлыкнул он на ухо старшему, протягивая руку и осторожно извлекая из него игрушку, которую заменил на собственные пальцы, измазав их в своем секрете. — Отдашься?
Дорниец же протянул руки, наклоняя партнера к себе и впиваясь в его губы требовательным поцелуем. Дин нечасто отдавался ему, предпочитая вести сам. Не то, чтобы это сильно расстраивало Фаба, но иногда хотелось оказаться с ним и в другой роли.
— Да-а-а, — это единственное слово, которое Дин хотел и мог произнести, отвечая на вопрос Сэма и поцелуй Фабиана, заставляющий кровь бурлиться, как всегда. Он расслабился и почувствовал, как дорниец входит в него, осторожно продвигаясь вглубь мелкими толчками.
Сэм подождал, пока Дин полностью примет Фаба, а потом стал проникать в супруга и сам. Старший давно не был снизу, но игрушка и его руки раскрыли его достаточно, чтобы проникновение не приносило боли и потихоньку младший полностью протиснулся внутрь.
— Двигайся сам, — велел он, понимая, что подобное проникновение непривычно Дину. — Как тебе удобно.
Дин тяжело дышал, но не от боли, а от чувства распирания. Было… приятно. Пока только приятно. Он на пробу повел бедрами и один из органов, находящихся в нем, нажал на чувствительное местечко. Дин застонал и чуть приподнялся, чувствуя, как изнутри начинает разгораться жар. Тогда он опустился обратно и снова повел бедрами по небольшому кругу. Это было что-то! Двигаться так самому, понимая, что партнеры чувствуют его жар и друг друга. Вот это тоже одно из проявлений власти. Продолжая также танцевать, старший возбуждался все больше и больше.
Сэм поймал его ритм и, перехватив инициативу, стал не спеша двигаться сам, а потом к этому общему танцу присоединился и Фабиан. Начав действовать самостоятельно, младший чуть придерживал Дина, желая дать ему почувствовать и понять, как это, когда именно берут, а не идет равнозначное и равноценное взаимодействие. Постепенно к движениям присоединились укусы и легкие царапины, становившиеся сильнее и жестче в те моменты, когда старший пытался проявлять инициативу. Сэм хотел подчинения от партнера и не стеснялся это показывать, взрыкивая и вцепляясь в тело под собой ногтями. Фабиан, уловив это его желание, со своей стороны действовал аналогично, синхронно с младшим вбиваясь в старшего супруга.
Дин, после того, как младший стал его сильно кусать, понял, что что-то он делает или чувствует не то, что хотел показать ему брат. Думать было почти невозможно от шквала ощущений, но старший отследил, что Сэм кусает его после того, как сам Дин начинает двигаться и пытается взять происходящее под контроль. Тот явно хотел, чтобы супруг полностью подчинился. Раз хочет, так и будет. И в этот момент Дин полностью расслабился и отдал все в руки партнеров, не мешая, но и не помогая им. Правда, он успел подумать, что слова “двигайся как хочешь” как-то совсем не совпадают с желанием брата, но эта мысль промелькнула и стерлась очередной вспышкой удовольствия.
Ритм, задаваемый Сэмом стал рваным и жестким, он ощущал состояние обоих своих супругов и теперь старался довести и их, и себя, до пика, понимая, что долго держать себя под контролем и задерживать развязку просто не сможет. Слишком много ощущений, слишком тесно и горячо, слишком много звуков и удовольствия, да и сила буквально рвалась из него, переполняя изнутри и затапливая сознание в поисках выхода. Движение, другое, третье, пятое и Сэм отпустил себя полностью, изливаясь в тесной глубине и одновременно с семенем выплескивая внутрь партнера еще и силу, наполняя его этими субстанциями, разжигая его огонь, который и так полыхал весьма и весьма ощутимо. Фабиан участвовал во всем этом, отдавая и принимая и служил своеобразным предохранителем, не дающим случиться неконтролируемому взрыву. Его стихия ограничивала и балансировала огонь Дина и воздух Сэма, придавая их взаимодействию толику мягкости и направляя в более конструктивное русло: излишки силы распределялись по пустым накопителям, которые младший разложил по комнате, рассчитывая заодно подзарядить их, благо, это все равно нужно было делать.
Дина захлестнула эта малоуправляемая сила. Даже то, что Фаб пытался ограничивать, не срабатывало. Внутри старшего бушевал огненный смерч. В какой-то момент он думал, что стихия затопит и выжжет его полностью. Но тут дорниец принялся сливать этот смерч в накопители и Дин старался ему помочь, отдавая все. Себя самого, свою силу, свою власть. Он полностью растворился в происходящем и, громко застонав, рухнул на Фаба.
— Сколько камней ты разложил? — спросил дорниец, когда более-менее очухался и отошел после бурного совместного оргазма.
— Шесть, — лениво отозвался Сэм. — Плюс диновых два пустых и один мой. Итого девять.
— Мой еще один, — поправил его Фабиан. — Сильно. Можем же, когда хотим.
— Ну-у-у… — протянул Сэм, вытягиваясь на лежанке. — Это был побочный эффект. А мы любили друг друга, — он подвинулся и помог Фабу сгрузить Дина, укладывая того между ними. — Ты как? — спросил младший старшего, переворачивая его на спину и закидывая на него ногу. Валяться так после всего было донельзя приятно и уютно.
— Как желе… — Дин чувствовал себя опустошенным и расслабленным. — Только дрожать могу…
— Это нормально, — улыбнулся Фабиан. — Минут пятнадцать, двадцать, и придешь в норму.
— На самом деле все как желе, — заметил Сэм. — Двигаться совершенно лень. Правда, голова ясная, во всяком случае, у меня.
— Вот сейчас я полежу и пойду, чего-нибудь поесть соображу, — сообщил дорниец, прислушиваясь к собственным ощущениям. — Вы поваляйтесь еще. Я, похоже, самый бодрый.
— Я бы вот прямо сейчас попить не отказался… А потом уже поесть… — Дин чуть приподнялся на локтях и рухнул обратно. — Не, встать я точно не смогу…
Фаб, по-доброму усмехнувшись, соскребся с лежанки и, налив остатки воды в стакан, протянул его Дину.
— Пей, — сказал он. — А поесть будет через полчасика.
Он потянулся, а потом встал и отправился на кухню. Сэм проводил его взглядом и тепло улыбнулся.
— Вот это я понимаю, волшебство. Мы особо двигаться не в состоянии, а этот героический человек пошел готовить, заметь, по собственной инициативе.
— Я бы тоже, наверное, так смог, если бы, — Дин пошевелился и поморщился. — Не был так качественно оттрахан. Что аж все, хм, даже не знаю. Не болит, но…
— Отдохнешь — залечишь все, что подрали и погрызли, ну и прочее, — отозвался Сэм. — Особо повреждений нет, просто растянут сильно. Тебе непривычно, а мне такое ощущение очень нравится. Потом, если хочешь и если тебе понравилось то, что было, я покажу упражнения, чтобы держать мышцы в тонусе.
— Не скажу, что мне понравилось, чтобы Ах! И только так теперь и заниматься с вами сексом, — Дин поцеловал партнера. — Но повторить можно, но не часто. И упражнения покажи, все-таки, лучше быть готовым ко всему, мало ли…
Сэм фыркнул, а потом рассмеялся.
— В нашем семействе-то? Ну, да… — он перевернулся на живот, а потом забрался на Дина сверху. — Из того, что я видел, тебе нравится боль. Заводит. Расслабляет. Но роль именно нижнего — совсем не твое. Подчинение чужой воле тебя не особо-то цепляет. Во всяком случае, не так, как меня уж точно, — он улегся на него, сложив руки под подбородком и опустив на них голову. Дин был горячим и представлял из себя очень удобную лежанку. — Трудно отдавать было? Ну, когда Фаб силу в накопители отправлять стал?
— Отдавать? Да не особо трудно… — Дин погладил супруга по лицу. — Но ты прав, я не особо тащусь от роли нижнего. Хотя, тот же дракон… Обожает… Почему, не понимаю…
— Вот это действительно странно, — отозвался Сэм, прикасаясь губами к ласкающей его руке. — Вообще дракон… Нижний? Именно в этой роли? Или ему просто нравится, когда его любят? Учитывая, как это происходит в нашем случае, он, в общем-то, считай, в принимающей позиции находится, во всяком случае, со мной… С мужской формой. С женской все-таки было по-другому.
— Дракону хочется, чтобы его любили. Но в принимающей позиции ему нравится больше, — Дин задумался. — Скорее всего, ему нравится все делать с тобой.
— Интересно, у дракона вообще кто-нибудь до меня был? — полюбопытствовал Сэм.
— Если ты имеешь ввиду того дракона, то вроде… — Дин попытался вспомнить. — Я не помню, провал. А у меня — нет. Никого. Я же говорил, что это было бесполезно… Соединять меня с кем-то другим. И так я только с тобой захотел…
— Нет, я про того дракона, с тобой-то все понятно вроде, — Сэм улыбнулся. — Не важно. Все равно ты мой. Весь. Хоть дракон, хоть человек, хоть еще кто… А на тему отдавать… Нам же надо готовиться к военным действиям, так что… Секс — один из самых простых и приятных способов заряжать накопители, а их понадобится… Много. Есть еще медитации специальные, может у тебя сейчас они будут получаться. Раньше, помнится, они тебя бесили.
— Не, сейчас уже нет. Я за это время столько медитаций прошел. Только все равно засыпаю. не знаю, как сделать так, чтобы не спать… — Дин зевнул. — О! Про сон заговорили и вот оно. Стоит, наверное, подняться и посмотреть, что там Фаб наготовил, а потом завалиться спать. Или ты еще желаешь поболтать со мной?
— Поболтать я всегда готов, ты же знаешь, — улыбнулся Сэм, не двигаясь со своего места. — Но, если хочешь поспать, то поешь и отправляйся. А я в мастерскую пойду. Делать до фига надо, а само оно не сделается. У меня пяток камней годных есть, плюс я хочу припрячь Фабиана изучить те голубые, которые ретрансляторами могут быть. Есть у меня мыслишка одна… Надо проверить.
— Что за мыслишка? — Дин тоже не горел желанием вставать. Ему было очень уютно и хорошо лежать так с мужем. Не смотря на то, что есть он хотел с каждой минутой все больше и больше. — Кстати, мы хотели еще на ту планету слетать, ну где месторождение кристаллов этих. Когда соберемся?
— Когда мы их изучим. А мыслишка… Помнишь, мы говорили о следящей сети? Вот на их основе сделать нечто подобное, думаю, будет можно. Правда, работы все равно до фига, и камней потребуется много, но… Может получиться. Я думаю, если с ними сделать маленькие штучки, которые распихать везде, куда сможем проникнуть и где это нужно, то дальше снимать с них информацию, не только мысли, но и картинки со звуками, будет вполне возможно. Притом, я хочу попробовать сделать так, чтобы… — Сэм задумался, как это понятнее объяснить. — В общем, представь себе сервер и удаленные компьютеры? Скажем, закрытую корпоративную сеть. Внутри данные ходят, а наружу нет. Вот что-то в этом роде. С артефактов, рассованных везде где нужно, информация будет стекаться на центральный. Логи, все дела. Возможность детализации. Ну, там уж как получится. Это техническая задача. А наружу, ничего не будет фонить. Понимаешь идею?
— Понимаю. Но что сделать для ее реализации, кроме как незаметно проникнуть и везде раскидать мелкие кристаллы — нет, — Дин начал перебирать пряди волос Сэма, лаская его. — Видимо, для меня это тяжелая задача. Я не под это заточен.
— Твоя роль в этом проекте будет состоять из двух частей. Во-первых, поставка сырья. А, во-вторых, в большей части именно ты будешь заниматься установкой готовых артефактов. Никто и не ожидал, что ты можешь их сделать, но вот остальное… Тебе вполне по силам, — младший наслаждался прикосновениями и одновременно с этим чувствовал, как бурчит в животе у Дина. — Пошли в кухню. А то твой живот уже совсем недвусмысленно намекает на кормежку, — он нехотя слез с супруга и протянул ему руку, чтобы помочь подняться.
Дин встал с лежанки вслед за супругом. Действительно, его живот прямо-таки стонал без кормежки. Он двинулся в кухню за братом, постоянно поглаживая его спину и ягодицы.
— Не могу… Ты так двигаешься или я так соскучился по тебе именно в таком виде, что у меня сейчас только одно желание — нагнуть и трахнуть. Даже не до еды.
— Я чувствую это твое желание, — тихо рассмеявшись, отозвался Сэм. — И тоже хочу. При том, чего-то… этакого. Не знаю даже… Ты был мягок с Ссол. Бережен и нежен… Ну, в большей части. Во всяком случае, именно этого было куда больше, чем чего бы то ни было другого. Я соскучился, — пока говорили, дошли до кухни, где мурлыкая что-то себе под нос Фаб шинковал овощи в салат.
— У меня почти все готово. Мясу еще минут пять, я как раз дорежу салатик, — сообщил он. — На стол накройте, ладно?
Сэм кивнул и принялся за дело, подтолкнув Дина к его месту.
Дин уселся на стул, наблюдая как его партнеры накрывают на стол и раскладывают еду. Когда все было готово, он взял приборы и принялся есть, только не как раньше, заглатывая все, а спокойно и тщательно.
— Так, что, ты подремать после еды? — спросил Сэм, неспешно насыщаясь. — Если да, то выдай мне один голубой кристалл для экспериментов.
— А что за эксперименты? — спросил Фабиан, тоже чинно поедая мясо и салат. Сэм объяснил в чем фишка и дорниец кивнул. — Любопытно. А если получится то, что ты задумал… Это же какая силища будет?!
— Вот и я о том же. Знания — сила. Это истина. А в нашем случае еще и безопасность, — отозвался младший.
— Да. Я спать, — Дин понял, что ему требуется восстановление. — В логове. А ты можешь взять сам. Не думаю, что тебя запрет… Хотя…
— Логово так сконструировано, что вынести оттуда что бы то ни было можешь только ты, — напомнил Сэм. — Любой другой окажется в темнице. Любой.
— Окей, окей, — Дин поднял ладони в примирительном жесте. — Выдам. И даже не один, на всякий случай… Идем? — он поднялся. — Спасибо, Фаб. Ты, как всегда, все очень классно сделал.
— На здоровье, — улыбнулся дорниец, убирая со стола.
— Пошли, — кивнул Сэм. — А! И еще. Символы, которые глушат передачу. И вообще все, что помнишь про эти кристаллы передай мне пожалуйста. Это пригодится. Любые мелочи, вплоть до какого цвета небо на их родной планете. Постарайся вспомнить, ладно?
— Хорошо, — кивнул Дин и, пока они шли в логово, передавал все сведения, которые мог вспомнить. Символ был похож на земной значок Ом, только закорючка там была в другую сторону и немного не под тем углом. А небо… Насколько он помнил, точнее его дракон, там было яблочно-зеленым. Именно это и заинтересовало дракона, когда он исследовал ту часть миров. Опустился он на планету и поразился ее красоте. Она вся была как морская. Всех оттенков голубого и зеленого. Где-то ярких, где-то тусклых. Среди гор что-то блеснуло и это привлекло дракона. Мы чем-то похожи на сорок в этом. Тащим себе все, что блестит и красиво. Дракон полетел в сторону блеска и обнаружил отвал полный прозрачных голубых кристаллов. Будто было планетотрясение и кусок горы откололся. Это очень напоминало Дину друзы аметистов, только составляющие их кристаллы были во много раз больше. Дракона поразила не только красота камней, но и явные магические свойства. Еще подлетая к горам, где находилось месторождение, он стал слышать свои мысли как бы со стороны. Явно тут было что-то такое. Само месторождение находилось в горе и, действительно, от нее отвалился кусок, открывший в нее ход. Дракон набрал себе кристаллов и улетел с планеты, сопровождаемый эхом мыслей. Он довольно долго искал, как обойти это свойство камней, перерыл кучу книг, и, в конце концов, в каком-то томе его библиотеки нашел символ, закрывающий передачу. Все это Дин Сэму и рассказал по связи.
— И книгу покажи, где ты это отрыл, — попросил Сэм. — Просто на всякий случай. Может, там еще что-то полезное найдется. Я быстро просмотрю. А камень возьму самый мелкий и пока один. Для опытов его хватит. И еще, когда поспишь, разбери этот сундук, — младший пнул тот контейнер, о котором говорил. Он стоял рядом с дверцами шкафа-входа в логово. — Там только твое, то, что я сумел вытащить и спрятать. А то непорядок. Что он тут стоит?
— Хорошо, — Дин принес сумку с кристаллами и отдал Сэму выбирать нужный камень. Потом сходил в библиотеку и приволок оттуда огромный старинный том в кожаном переплете. — Все, это все. Тебе донести до мастерской?
— Ты разрешишь вынести книгу наружу? — удивился Сэм. — А как же микроклимат и все такое? — пока старший ходил за томом, он выбрал кристалл и теперь разглядывал его со всех сторон. Было понятно, что ему настолько любопытно, что он даже на зуб его был готов попробовать. — Вот этот камень вынеси, а книгу я лучше тут полистаю. Просто сниму с нее копию, чтобы не таскать ценные вещи куда ни попадя. Это где-то на полчасика, а ты иди спать. Выглядишь очень сонным.
Дин угукнул и отнес кристалл в мастерскую. Обратно в логово он шел, шатаясь от стенки к стенке. Что такое? Вроде все должно было пройти? Или это так сказалась их игра? Скорее всего, последнее. Он зашел в хранилище и плюхнулся на свою постельку, даже не став оборачиваться. Ему и так было прекрасно…
Сэм снял копию с книги, загнав информацию в один из своих накопителей и пошел наружу. По дороге он обнаружил, что Дин уже спит мертвым сном и, улыбнувшись, осторожно прикопал его в сокровища, помня, что так супруг лучше восстанавливается. Зрелище было донельзя забавным и умильным. Старший сопел, блестяшки, лежащие на нем, шевелились от дыхания, разбрасывая яркие цветные лучики. Увидел бы кто-то, кто не имел дел с драконами, это зрелище, очень бы удивлялся, но у Сэма эта картина вызывала лишь нежность и он, погладив спящего по голове, ушел, отправляясь в мастерскую.
Фабиан его уже ждал там и, натянув штаны, младший принялся разнообразно изгаляться над кристаллом, припрягая к этому процессу менталиста в качестве инструмента. Развлекались они вдвоем почти до ночи, пока Дин отсыпался, но результат был чудо, как хорош. Фаб слышал эти камни, даже очень маленькие кусочки, почти пыль, на большом расстоянии. Насколько оно на самом деле может быть велико, проверить было сложно, но оставленный на Аляске камень дорниец прекрасно читал. Правда, объем кристалла должен был быть не менее кубического сантиметра.
Кроме того, камни плавились. Температуру приходилось выдавать очень большую, но они, превращаясь в стеклянистую массу, не теряли свойств, что открывало массу возможностей: расплав можно наносить на пластинки с нанесенными символами, и вся эта конструкция отлично работала. Настолько хорошо, что Сэм собрал простенькую тестовую сеть из нескольких таких пластинок, используя пока в качестве сервера Фабиана. К ночи им удалось снять мысли, картинку и звук, которые менталист спокойно читал и даже легко различал какой именно из кристаллов передает все это.
— В общем, мысль ясна, — заключил Сэм, чувствуя усталость, но удовлетворенность от проделанной работы. — На базе такого же камня надо делать и сервер. А вот как это все с него снимать… Так, чтобы это было удобно, я еще подумаю. Хочу получить в итоге голографические изображения, с озвучкой и всем прочим.
— Есть идеи, как этого добиться? — полюбопытствовал Фаб.
— Есть, — кивнул Сэм. — Я же не зря учился у техномага. Собственно, вся эта конструкция сделана по мотивам их наработок. Голограммы — это вообще не сложно. У них они используются много где и много для чего, те же фильмы, которые у нас, в общем, только на экране, у них вот с помощью такого изображения выводятся. Можно даже ходить внутри. Участвовать нет, трогать или что-то поменять — тоже, но смотреть со всех сторон очень реалистично. Менять что-то тоже можно, но не в фильмах. Мастер показывал мне что-то типа их учебных программ… Вот там да.
— Здорово, — отозвался Фабиан. — Пойдем, хватит с тебя на сегодня.
— Пожалуй, — улыбнулся младший, убирая все кусочки кристалла в коробку с нанесенным глушащим символом. — Завтра продолжим.
— Иди, ополоснись, а я погрею нам ужин и погляжу где там Дин, — предложил дорниец.
Сэм пошел в ванную, прихватив с собой шкатулку с пустыми накопителями и, завернув по дороге в игровую, поменял полные на пустые, а заодно и разложил несколько пустых камней в спальне, после чего отправился-таки под душ. Ему хотелось смыть усталость от работы, и он стоял под горячими струями, наслаждаясь ощущениями и вертя в голове конструкцию будущего сервера. Мысли текли лениво и неспешно, но картинка получалась вполне стройная и понятно было, что именно нужно делать, осталось лишь воплотить это понимание в реальность.
Дин проснулся в логове, по уши закопанный в свои драгоценности. Чувствовал он себя отлично, даже несмотря на подранную плетью и супругами спину. Ему нравились ощущения легкого жжения и боли на коже. Еще и тяжести золота. Старший потянулся, осыпая с себя монетки и камни, и встал. Он помнил, что Сэм просил его разобрать сундук, стоящий в зале. Дин подошел к этому творению Сэма, точно, и открыл. Так странно было видеть вещи из прошлого… Его доспехи, залитые диновой же кровью, несколько артефактов, изготовленных Сэмом для последнего боя, мечи, самые любимые Дином, небольшой ларец с украшениями. Одежда, пара книжек. Все это отдавало такой ностальгией по старым временам, что Дину захотелось вернуться и все повторить. Он подхватил из сундука штаны и рубаху, оделся, взял пару своих мечей в руки и принялся вспоминать тот бой, в котором они отличились. Так и застал его Фабиан.
— Эй! Меня не заруби! — отшатываясь от быстрого выпада, воскликнул дорниец. — Я тебе еще пригожусь в целом виде, — оружия у него не было и все, что он сейчас мог противопоставить супругу — ловкость. Ну, и опыт боев. Хотя этого против вооруженного Дина было совершенно недостаточно. — Знакомые клинки, — заметил он, уворачиваясь от очередного выпада супруга. — Да и одежда тоже. Ностальгируешь?
— Есть немного, — Дин опустил мечи и посмотрел на Фаба. — Что-то случилось? Вы там с Сэмми разобрались с камнями? От меня что-то надо?
— Ничего не случилось, просто пришел посмотреть, как ты, — отозвался Фабиан. Он сам сегодня, пока был не нужен Сэму, разбирал свои вещи из той жизни и умилялся тому, что именно сумел собрать и счел нужным сохранить младший. — С камнями, как я понял, Сэм осознал принципы. И, судя по тому, насколько довольная у него была морда, все получится так, как он задумал. А от тебя… Ужинать пойдешь? Я отправил Сэма в душ, обещал погреть еду.
— Ужинать? Буду конечно. Я опять голодный как сто волков. Столько энергии слил… — Дин прошел в оружейную и положил клинки на место, явно предназначенное для них. — У Сэма почти всегда получается то, что он задумал. Если он делает то, что сам хочет и понял. Но тут надо следить, чтобы никто посторонний ему в уши не пел. Очень уж он… Хм… Внушаемый… По крайней мере, был такой. Раньше.
— В этой жизни? — уточнил Фабиан. Дин кивнул, и он продолжил. — Странно. Особой именно внушаемости я в нем не заметил. А ментально на него влиять, поверь, как специалисту, непросто. Можно, но… Придется попотеть, чтобы это сделать. Вот упертости у него не занимать, это да.
— Я не про ту внушаемость говорю, Фаб. Вот если раньше мне что-либо или кто-либо угрожал, то под знаком “спасти меня” ему можно было впарить, что угодно. Этим и пользовались…
Фабиан потянул его в кухню и, когда Дин расположился за столом, ответил:
— Думаю, вы тут с ним похожи, — разговаривая, он принялся за нарезку свежего салата. — Можно подумать, что ты ради того, чтобы спасти его, не сделаешь что угодно. Так ведь?
— Сделаю. Даже задумываться не буду над последствиями и прочим, — Дин вспомнил все случаи, когда так и было. — Получается, похожи… Тебе помочь чем-нибудь? А то иногда не очень хочется чувствовать себя бесполезным…
— На стол накрой, — ответил Фабиан. — Готовка меня развлекает, — он улыбнулся супругу. — А с чего ты вдруг про это свойство Сэма вспомнил? Как-то… Странно.
— Да перебирал сундук, который он хранил, и там доспехи были. Все в крови. Моей… Видимо, он их снял с уже меня мертвого и решил мстить, как всегда. Ну тут и вспомнилось…
— Ты ведь был в той пещере, откуда эти сундуки? — спросил Фаб. — Я внутрь не заходил глубоко, но на входе… Скелеты видел? Судя по тому, как они лежали и что были в цепях, Сэм из недругов стражу сделал для своего схрона. А там где-то внутри должен был остаться и сам.
— Да-а-а, в этом он весь. Сколько раз мы ругались с ним по этому поводу. А его останки, я, может быть, видел. Там, рядом с сундуками лежал, хгм, человек. Только я не понял, что это он… Все-таки, столько лет прошло…
— Скорее всего он и был, — отозвался Фабиан. — Я мельком видел символы. Без него там точно не обошлось. Ну, без его жизни. Остатков. А ругаться… Смысл? Не мила ему жизнь без тебя, что ж делать? Или ты хочешь, чтобы, если ты погибнешь, потом я и Арья, он, если не убьется там же, жил один? Сам бы сейчас мог так?
— Нет. Не смог. И никогда не мог. Сам же помнишь, — Дин вздохнул. — Просто в этой жизни, до того, как память к нам вернулась, я больше всего на свете хотел, чтобы он был счастлив. Это главное. Главный стимул в моей жизни. Ее смысл. Понимаешь?
— Что-то изменилось? — спросил Фабиан. — Поменялись приоритеты или смысл теперь другой? — он прекрасно знал, что ни он, ни Арья, ни их совокупные усилия, не сумеют удержать Дина, если с Сэмом что-то случится. Впрочем, как и наоборот — если что-то случится с Дином, Сэма не удержит ничто. Это не вызывало ни сомнений, ни неприятия. Просто так было всегда. Эти двое, и все остальные. Чувства к каждому из партнеров, что у Дина, что у Сэма были, и были глубокими, но совершенно другими, чем друг к другу. Потеря одного означала уход другого. Как нитка с иголкой, и дорниец привык к этому, давно считал данностью и со своей стороны делал все, что было в его силах, чтобы оба были живы. Получалось, правда, отнюдь не всегда, но и всесильным он себя не мнил.
— Нет, Фаб, ничего не изменилось. А ты заметил, — Дин попытался сменить тему, — что мы очень часто ведем философские разговоры. Именно с тобой и именно в кухне. Это даже странно…
— Ну мы тут довольно много времени проводим, — пожал плечами Фабиан. — И регулярно оказываемся тут вдвоем. Еще в ванной говорить неплохо получается. Ну и в саду, не только в кухне. Я готовлю и могу общаться. Ты составляешь мне компанию и не прочь поболтать, так что, почему бы и нет? Или тебе не хочется подобных разговоров?
— Нет! — запротестовал Дин. — Просто ремарка по ходу беседы. Там Сэмми не смылся еще? Что-то долго он в ванной…
— Так сходи вытащи его оттуда, — улыбнулся Фаб. — Он небось залип об какую-нибудь свою идею. Благо, после сегодняшних опытов их могла появиться масса.
Дин поднялся и направился в ванную. Сэм, и правда, обнаружился там, стоявший под уже остывающим душем и вперившийся взглядом в стену. Старший скинул одежду и залез к супругу под душ.
— Сэмми, очнись, — обнял он брата. — Пойдем ужинать. У нас уже все готово.
— А? — отозвался Сэм. — Ужинать? Да. Идем. — он с трудом выплыл из своих расчетов и поглядел на Дина. — Выспался? Нам нужны будут эти камни. Много. Все, что найдутся у тебя в логове, и еще… Ну, короче, лететь к месторождению придется. Я хочу получить следящую сеть и знаю, как этого добиться. Плюс генераторы электричества тоже небесполезны, а если учесть их долговечность и экологичность… — он окинул партнера непонимающим взглядом, тот смотрел на него как-то странно. — Что? У меня вторая голова отросла? Или крылья? Ну, правда, это ведь полезные штуки.
— Нет, ничего у тебя не выросло, — Дин улыбнулся и поцеловал Сэма. — Я не в курсе, что творится в твоей голове. Просто захотел сказать, что я люблю тебя, ботаник-зануда. Все, вылезай, а то замерзнешь, заболеешь, а мне потом тебя лечить…
— Вылезаю, — проворчал Сэм и действительно выключил воду. — Ты тоже вытирайся, — произнес он, кинув брату чистое полотенце. — Похоже, я просто задумался, прикидывая, как и что следует сделать. Но оно точно будет работать!
— Ну и хорошо, — Дин вышел из душевой, вытерся и стал надевать свои шмотки. — Ты так пойдешь или?
— Так, — ответил Сэм, окидывая супруга взглядом. — Разобрал сундук? — он подошел и провел пальцем по вышивке на рубахе. — Моя работа. В этом, как помнишь, можно трансформироваться не раздеваясь. Потрепанное правда все… Но… Очень странное впечатление, честно говоря. Ты теперешний в старом наряде… И размер… Как на тебя сегодняшнего шито.
— Насколько я понимаю, — Дин своей рукой накрыл руку брата на своей груди. — То, что нас прокляли, не дали вспомнить и возродиться всем вместе, сыграло свою роль. После обучения мы восстановили те тела, которые были у нас в прошлой жизни. Досконально. Ну, с некоторыми доработками…
— Ты, наверное, да… А я нет. Тогда я был все-таки человеком, — ответил Сэм и потянул брата из ванной. — Пойдем. Есть хочу. Ты восстановился после утра? Нормально себя чувствуешь?
— Я на все сто и тоже жрать хочу, — Дин шагал по коридору за Сэмом. — Восстановился полностью и еще даже с избытком. Но… Хм… Очень большая потеря энергии вышла. Меня сначала разрывало аж изнутри, а потом, когда Фаб начал все сливать, у меня не было сил остановить поток. Хотя, мы с твоим дедом тренировали это очень долго. Видимо, тут такое стечение обстоятельств. От оргазма крышу снесло и вообще. А быть в сознании в наслаждении я не умею.
Фабиан ждал их, сидя за накрытым и готовым к трапезе столом и Сэм, поцеловав его, уселся на свое место.
— Это умею я и Фаб, так что… Просто не будем так делать с тобой, чтобы не лишать тебя сил. Ну, или попробуем помягче это делать, — мурлыкнул Сэм, приступа к еде. — Не знаю, как тебе, а мне нравится так отдавать в игре и близости. В ноль. Практически до исчерпания резервов. Так, чтобы осталось чуть-чуть, просто чтоб не протянуть ноги. Очень странное ощущение, но… Приятное. Восстанавливается потом быстро все. Поспать, поесть и как огурчик. Да и отдаю дольше, чем ты. Не единым выплеском, а по-другому. Ну и плюс к тому, это метод увеличения этого самого резерва. Он, в общем, как мышцы — тренируется.
— Это, кстати, правда, — поддержал беседу дорниец. — Только с воинами есть проблемы. Во-первых, их учат так, чтобы свой резерв они тратили в последнюю очередь, а, во-вторых, им сложно контролировать это самое “чуть-чуть”. Видимо, темперамент таков, а для такой вот плавной и постепенной выдачи нужно поддерживать жесткий самоконтроль и концентрацию, что в момент близости это действительно сложно делать.
— Ну да, нас так и учили. Говорили, что мы по-другому устроены и у нас не получится, как у менталистов. Либо все сразу отдать, либо ничего, — Дин придвинул к себе тарелку и принялся ужинать. — Вкусно!
— Теперь у тебя есть ментальный дар, — улыбнулся Фабиан. — Так что… Если хочется, то можно научиться. Вопрос нужно ли, особенно, учитывая наличие Сэма. Ему так просто и в удовольствие. Тебе — работа, но и бонусы тоже.
Разговор этот Сэмом был затеян не зря: потребное количество накопителей, мало того, что нужно было сделать, их еще и нужно было зарядить и делать это придется им троим так или иначе. Вот, чтобы Дин понимал, что происходит, и кто какой может внести вклад в эту затею, все и было.
— Надо научиться — не вопрос. Тем более, мне так будет удобнее и в бою. Чем все разом расходовать, травить потихоньку. Но, все разом — это у меня огненный взрыв. Кровь, кишки, все мертвы. Кроме меня. И восстанавливаюсь я потом очень долго…
— Попробуй снять как я это делаю, как-нибудь в игре. Просто смотри за мной не только глазами, но и так, как ты умеешь, плюс как дед научил, плюс аурным зрением. Может быть, это тебе поможет лучше понять, что именно происходит, — предложил Сэм. — По идее, это должно быть видно, а особенно ярко — при длительной нагрузке.
— Угу, попробую. Всеми видами… — Дин покивал головой. — Что сейчас будем делать? И когда летим за кристаллами?
— За кристаллами, думаю, завтра, а сейчас… — Сэм поглядел на брата. — Ну, кто-то там еще утром перед сном меня лапал за все места и утверждал, что неимоверно соскучился.
— А что там с пищей, ну, на той планете? — спросил Фаб. — Сколько мы там пробудем?
— Мы пока даже не знаем, не присвоил ли кто это месторождение, — ответил ему Сэм. — Но если там никого нет… Пару-тройку дней, минимум. Если там хотя бы минимально пригодные для жизни условия.
— Нет, условий для жизни именно людей там нет. Драконам можно, — пояснил Дин. — То есть, дышать там можно, атмосфера вполне даже ничего. А вот с едой и прочим. Так странно. Нет. Все ядовитое. И растения, и животные.
— А вода? Собственно, мы ж не поселиться там собираемся, а хотя бы лагерь разбить, пока будем ковыряться, разыскивая и собирая кристаллы, — поинтересовался Сэм. — Думаю, это вообще не разовая акция, я бы не отказался от столь ценного ресурса, как эти камешки и собрал бы их как можно больше, даже мелкие. А минимально годными условиями я считаю наличие возможности дышать, где-то поставить палатку, из чего-то развести огонь, чтобы готовить, ну, и неплохо бы, чтобы не пришлось отбиваться от какой-нибудь дряни постоянно. Хорошо бы, чтобы там была более-менее приемлемая температура и на голову не лился ядовитый дождь. Опять же уровень радиации… В общем, вот такого рода нюансы. Ты там бывал, в отличие от нас, так вот и прикинь местную специфику и к чему готовиться. Может, не знаю, костюмы хим. защиты и противогазы понадобятся, или теплая одежда ворохами. Плюс, может придется повоевать: если противники там окажутся и будут по зубам нам троим, то я бы ввязался в драку.
— Хм, там… — Дин задумался, вспоминая. Дракон-то бывал на планете быстро, кристаллов похватает и вперед. — Так, что я помню. Воду я там не пил. Боялся. Ну на фиг. На планете зеленое небо. Хоть дышать можно, но кто его знает. Дожди там идут, и они вроде не ядовиты. Честное слово, не могу сказать. Диких животных не было. Зачем? Кто будет ядовитое жрать? Ты понимаешь, что я, точнее не-я, старый-я, туда прилетал, отковыривал пару-тройку кристаллов и улетал. Не жил я там. А про растения и животных узнал случайно. Хотелось жрать и не смог. Это же видно в магическом зрении.
— Плохо, — вздохнул Сэм. — Пара-тройка кристаллов не решает, а сотню раз мотаться туда — просто устанешь летать. Для коллекции-то нормально, а делать с ними что-то… Так добывать вообще не метод. Температура там хоть какая? Воду можно взять с собой, это не большая проблема, неприятно, конечно, но… решаемо, — он подумал, что подобные авантюры — это, конечно, здорово, но отнюдь не безопасно. Соваться не пойми куда, в непонятно какие условия… Ладно. Растения там есть и животные. Пусть они и не съедобны, но все равно живут там как-то. Радиацией от кристаллов не фонило, стало быть, есть надежда что фон там вполне приемлемый. Яда в воздухе, видимо, нет, раз дракон мог спокойно дышать. Итого: вода, еда, снаряжение, оружие, инструменты для раскопок. Это минимум. — А с магией там что? Уровень какой? Ну, примерно? Как в родном мире Фаба или повыше?
— Мне кажется, повыше. Представь, какой уровень должен быть, чтобы родились такие кристаллы? — Дин посмотрел на Сэма. — И мне кажется, ты недооцениваешь драконовский способ добычи и транспортировки ценностей… Я-старый брал немного, потому что, кроме красоты и для опытов, не видел больше смысла затариваться ими. Но если тебе нужно больше, то мои полости и пасть на что?
— А ты каким-то образом способен выковырнуть именно кристаллы, а не все подряд? — уточнил Сэм. — В том, что ты способен перенести их много, я не сомневаюсь. Но добыть? Они же, ну, как и любые другие кристаллы, по идее, должны торчать в породе, которая их породила, а она нам вроде как не особо и нужна, хотя… Поглядеть, что она из себя представляет, возможно, тоже небесполезно.
— Нет, если я буду делать это как дракон, то откушу с породой. Так, ты спрашивал про температуру? Когда я там был, там было как в Нью-Йорке зимой.
— Не жарко, — кивнул Сэм. — Но и не так, чтобы очень холодно. Короче, я все понял. Ввяжемся в это дело, подготовившись как можем, а на месте разберемся. В общем, все как обычно.
— Значит, я готовлю еду, так? — подал голос Фабиан. — Снаряжение все, что есть, и так собрано, никто его особо не разбирал. Воды бы в чем-то взять…
— Дин, завтра по утру смотайся и купи бутилированной, ладно? Литров сто хотя бы. Просто на всякий случай. Пусть лучше будет, чем нет, — попросил младший. — Да, Фаб, готовь. Так, чтобы там не приходилось с этим возиться. Дин, а ты еще и дров прихвати, опять же, на всякий случай. Если растения там ядовиты, не стоит из них разводить огонь, а может придется. Что еще… Накопители… Тех, что есть, если будет нужно драться… М-м-м… — он встал, сходил за шкатулкой, где хранил кристаллы и, поставив ее на стол, выложил полтора десятка заряженных. — Плюс у меня четыре, у Фаба столько же и у тебя три заряженных. Тебе на сколько этого хватит?
— Часа четыре жесткого боя с превосходящим силы противником, — ответил Дин. — У меня еще там в сундуке твои артефакты для преобразования маны лежат. Их можно использовать. Тянуть силу из врагов. Потом, мне проще. Какой бой, если я могу на подлете упокоить?
— Мы не знаем, что там и как, поэтому, я хочу предусмотреть все возможные варианты, ну, насколько это можно в принципе сделать. Прикинь, хватит ли тебя на упокоение разом, скажем, пары тысяч разумных, среди которых легко могут оказаться те, которым магия почти по фигу? Те же тролли. Ну и, скажем, парочка драконов? — предложил Сэм. — И главное, как ты будешь себя после этого чувствовать? Нам же надо не только войти, но еще и выйти. Живыми и, желательно, здоровыми, кроме того, еще и с добычей, — он чувствовал себя жутким занудой и параноиком, но по-другому просто не мог. На его взгляд, было лучше перебдеть, чем недобдеть. Как бы трусливо это не выглядело со стороны. А Дин казался просто эталоном безрассудства пополам с отвагой, чересчур уверенным в своих силах и своей неуязвимости.
— Опять бережешь, Сэмми? — нежно улыбнулся Дин. — Хорошо, я тебя понял. Геройствовать не буду. Не до этого. С драконами хорошо воевать с твоими артефактами, это точно. Пусть они и старые, но вполне ничего себе…
— Если бы мы жили в мире Гарри Поттера, Гриффиндор рыдал бы по тебе горючими слезами, — фыркнул Сэм. Он точно знал, что неубиваемых не бывает, есть лишь те, кого убить сложно. Может быть, очень сложно, особенно если действовать лоб в лоб. Всегда, когда он планировал какие-то операции у него были схемы отхода, несколько вариантов плана, и методы изведения врагов отличались не столько мощью, сколько изощренностью и многоходовостью. — Конечно берегу, раз уж ты сам этого не делаешь, должен же кто-то. Я не хочу тебя потерять, тем более, так глупо. И не собираюсь дохнуть пусть и за очень ценные, но все-таки, всего лишь камни.
— Угу, слизеринец ты мой… — Дин улыбнулся, а потом вздохнул. — Спать? Завтра с утра я за водой и дровами, вы продолжаете собираться? Если мы решили завтра лететь, то игры лучше отложить на возвращение… Будет и время, и адреналин, и место, уж тем более… Оттуда порталом будем уходить или полетим?
— Порталом, видимо. Через промежуточную точку. Думаю, через тот мир, где был схрон, — подумав, ответил Сэм. — Так будет сложнее отследить, если будет кому. А игры… Как хочешь. Я — в силах. И даже если ты умудришься затрахать меня сейчас до полусмерти, завтра я буду в норме и в состоянии активно действовать и драться.
— Я тоже тебя люблю и хочу, но мне лететь. И сил я ваших не приму, — Дин помотал головой. — Да-да-да, я знаю, что вы в таких ситуациях делитесь со мной, как и я с вами. Но! Если вы согласны в логове отоспаться с драконом, — он подмигнул супругам, — то добро пожаловать. В таком виде игры приветствуются. Была бы еда…
Сэм улыбнулся брату. Куда он денется, если придется принять силу от партнеров. Нужно будет — примет как миленький, что бы сейчас не говорил. Все-таки именно он был основной их ударной единицей, особенно, против многочисленного противника, которого младший прямо всей кожей чувствовал. Ну не может никого столько времени не быть рядом со столь ценным ресурсом, как эти чертовы кристаллы.
— Отоспаться с драконом, не вопрос, — ответил он. — Вот только есть одна проблема: я хотел снизу, а не вести. А когда ты гигантская крылато-зубастая ящерица, это несколько затруднительно.
— Нда, ладно. В кристальную комнату, а потом я в логово спать… Хотя, может и не дойду, может и на Кристалле поспать нормально получится, — Дин оглядел супругов. — Так, я, видимо, самый нормально одетый, мне Никсу и выгуливать, так? Тогда я пошел….
— Сходи, — кивнул Сэм, поднимаясь со своего места. — А я пойду в Кристалл. Буду тебя там ждать. Фаб, ты со мной?
— Конечно, — кивнул дорниец, в свою очередь, вставая.
Младший прихватил шкатулку с пустыми накопителями и ушел в комнату, где обитал живой камень. Тот имел уже вполне привычную форму норы, внутри которой находилась постель, и Сэм с Фабом залезли внутрь.
— Хочешь попробовать зарядить еще камней? — спросил последний.
— Да, — кивнул младший. — Я чувствую опасность. Вот… Прямо всей шкурой. Может я и ошибаюсь, но… Лучше быть готовыми к любым неприятностям, — говоря, он разложил десяток камней по углам норы и попытался объяснить Кристаллу, что то, что может происходить сегодняшней ночью, не для него предназначено. Насколько камень понял си-ин было непонятно, но Сэм надеялся, что, да и, закончив с раскладкой, вытащил из своего, а затем из фабианового браслетов полные накопители, заменив пустыми, а заодно объяснив Фабу, как это делается. — Вот сюда нажимаешь, камень чуть приподнимается, а потом вытаскиваешь. Там в углублении, где он сидит, свертка пространства и он, когда ты подносишь и защелкиваешь его, попадает туда и держится крепко, а этот вот элемент позволяет его вынуть, чтобы поменять. Разбить камни очень сложно, так что можно спокойно браслетом как наручем пользоваться, он выдержит многое. Растрескавшийся и пришедший в негодность камень придется доставать по частям, для этого нужен будет инструмент, пальцами не выковырнешь, но в бою все равно замену производить вряд ли станешь. Разве что пустой, но целый, выщелкнуть, полный поставить, если нужно будет.
Дин вышел гулять с Никсой в сад. Щенок радостно носился по дорожкам, изредка подбегая к хозяину и принося ему палку поиграть. Но старшему было не до игр. Его хваленая интуиция и драконье чутье тоже вопили об опасности экспедиции. При этом, он знал, что выйдут они оттуда живыми. Непонятно, целыми ли, но то, что живыми — точно. Поэтому он не очень хотел игрищ сейчас. Даже зная, что Сэм затеял их для зарядки накопителей. Хотя, отдав свои силы полностью в прошлый раз и подзарядившись в логове, Дин чувствовал, что его уровень энергии больше. Так ему говорили и партнеры. Не верить им не было ни одной причины. И сейчас, если все пройдет, как нужно, то после сна он будет полон под завязку. Дин свистнул Никсе, подзывая ее и направляясь домой. Помыв щенка, он отправился в душ и кристальную комнату. Его супруги о чем-то тихо беседовали в норе.
— Хм! Я так думаю, что нам надо еще одну ванную сделать рядом с местом, где живет камень, так? — Он плюхнулся на постель между партнерами. — О чем заговор?
— Показывал Фабу, как поменять накопители в браслете, — ответил Сэм. — Кстати, давай и тебе покажу, — он протянул руку и, показывая и объясняя на его же артефакте, что и как делать, повторил те же самые инструкции, что выдавал Фабиану, заодно поменяв полные камни на пустые. — Ничего сложного. В принципе, четырех емких хватает надолго, а там можно улучить минутку и поменять. У тебя ж в амуниции есть подсумки для камней?
— Да, были где-то, надо посмотреть. Хорошо, что оружие у меня все разложено, не то, что драгоценности…
— Посмотри обязательно, — попросил Сэм. — Завтра, когда собираться будешь. А теперь… Может закончим болтать, займемся чем-нибудь? Или ты не в настроении? По ощущениям, ты нервничаешь. При том, сильно.
— Да. У меня чуйка прям-таки орет, что нас там ждет нифиговая опасность, — Дин погладил Сэма. — Поэтому и хотел отвертеться от исполнения супружеского долга, чтобы силы не тратить. Это шутка, почти. А теперь думаю, что накопители все равно надо заряжать, да и после утра у меня прилив сил был больше…
— Ну так действуй, — подставляясь под ласку, мурлыкнул младший. — Я весь твой.
— Мы оба, — подал голос Фабиан, прижимаясь к Дину с другой стороны.
— Я знаю… Я люблю вас обоих и хочу тоже обоих, но сейчас не представляю, что именно. Так, бродят смутные идеи. Ты, Сэм, сегодня мне говорил, что тебе нравится, когда мы вдвоем берем тебя… Ты сможешь нас принять? После трансформации?
— Смогу, — кивнул Сэм. — Это тело практически не изменилось ведь. Разве что в чертах поменьше женственности стало, большая ее часть досталась Ссол, а так… Да и трансформация затрагивает не совсем все, а только то, что сильно отличается у мужской и женской формы, — он лежал, прижавшись к боку Дина и тащился от легких поглаживаний по спине и от перебирания его волос.
Дин не стал ничего говорить, а принялся целовать и гладить своих супругов по очереди, возбуждая и чуть направляя, чтобы они сменили позу. Сам он оставался лежать на спине, желая видеть все… Он нежно целовал и гладил Сэма, и кусал и щипал Фабиана. Почему так, он не мог разобраться, но хотелось.
Младший, рассчитывавший не столько на нежность и ласку, сколько на игру на грани, ласкался в ответ, пытаясь спровоцировать партнера на нечто более решительное. Фабиан же просто отвечал Дину примерно тем же самым: покусывал, слегка царапал и прищипывал его там, куда доставал. В какой-то момент он, осознав, что настроение у Дина какое-то чересчур мирное и видя, что Сэму хочется чего-то пожестче, попросил старшего:
— Сделай из своего браслета короткую плеть или хлыст, раз уж ты сегодня такой мирный, то, думаю, ты не будешь против, если я слегка помучаю нашего младшего, тем более, что ему этого, похоже хочется.
— Угу, — Дин сделал плеть, отдал Фабиану и приготовился наблюдать за тем, что тот задумал. А дорниец, поглядев на младшего велел:
— Оседлай бедра Дина, но пока не принимай его в себя, просто ляг сверху, — Сэм занял предписанную позу, и Фабиан, встав над обоими партнерами с плетью в руке, примерился к инструменту, а потом огладил младшего по спине и поджарому заду. — Пожестче или помягче, Сэм?
— Глупый вопрос, — фыркнул тот, выгибаясь и потираясь о старшего.
— Хорошо, — дорниец улыбнулся. — Дин, придерживай его, но где-нибудь в районе талии, чтобы руки не попали под плеть.
Дин обхватил Сэма за талию, притискивая к себе и нежно целуя. Ему вообще хотелось больше нежности сегодня. Поэтому он так себя и вел. Может, оравшая дурниной интуиция настраивала его на такой лад, может, память о Ссол, кто знает?
Притиснутый к Дину Сэм пискнул, отвечая на поцелуй, а потом застонал, почувствовав на коже первые легкие шлепки. Фабиан почти гладил его плетью, разогревая кожу и дразня. Младший заводился и ласкался к старшему, целуя и чуть прикусывая, выдыхая ему в губы, выгибаясь, желая и тереться, и ощущать шлепки. Это был интересный и совершенно новый опыт для него. Ничего подобного никогда не было и оказалось очень интересным, а по мере увеличения нагрузки становилось еще лучше, ведь с Дином можно было не сдерживаться в проявлении своих эмоций. Легкие прикусывания стали жестче, поцелуи требовательнее, в ход пошли ногти, пока еще лишь намечая царапины там, куда Сэм доставал. Дин кусался уже серьезно, выпустив клыки, и царапался в ответ когтями. Зрелище перед глазами заводило его. В какой-то момент он понял, что не в состоянии сдерживаться и сейчас войдет в Сэма, не дожидаясь Фабиана. Он потянулся к заднице руками, желая раскрыть ее и проникнуть, но тут же его обожгла плеть. Это было просто потрясающе! Дин принялся еще и провоцировать на удары плетью от Фабиана.
— Тоже хочешь? — спросил тот, увидев действия старшего.
— Да-а-а! Меня это заводит, — глаза Дина полыхали желанием.
— Раздвинь его ягодицы, — велел Фабиан. — Не порти кожу когтями, просто раскрой, — объяснять сейчас идею он не хотел, просто знал, как сделать так, чтобы обоим было хорошо и собирался это сделать. Сэм, услышав это, застонал и приподнял зад, раскрываясь сам и сдвигаясь, чтобы старшему было удобнее, а заодно и прикрывая собой его мужское достоинство, догадавшись, что затеял Фаб. Кроме того, он начал делиться с Дином своими ощущениями, ретранслируя их ему, но при этом не отдавая.
Дин убрал когти, боясь повредить нежную кожу промежности, и раскрыл ягодицы Сэма. Он смотрел на Фаба, ожидая дальнейших указаний. Тот кивнул и в прежнем неторопливом ритме принялся класть удары так, чтобы попадать по промежности младшего, задевая вход. Тот реагировал бурно и совершенно однозначно, выстанывая просьбы о большем в губы Дина и заводясь все больше и больше. В какой-то момент Фаб решил, что с него достаточно и скомандовал:
— Переверни его. Ноги себе на плечи закинь, а я займусь тобой, пока ты будешь его брать.
Дин перевернулся вместе с Сэмом и не тратя уже время на нежности, вошел в него и принялся двигаться сильными и глубокими толчками. Фабиан же продолжил работать плетью, теперь кладя удары по спине и ягодицам Дина, особо не жалея его, но и без фанатизма, скорее усиливая его ощущения. Иногда он направлял удары, кладя их на бедра младшего, чтобы и у того ощущения от этого девайса не пропадали. Сам он был не то, чтобы спокоен и безмятежен, скорее сосредоточен на действиях, стараясь доставить как можно больше своеобразного удовольствия любимым.
Ощущения Сэма от вторжения в себя после того, как его раздразнили плетью, были странными. С одной стороны, это было довольно болезненно. Все-таки местечко очень нежное, а Фаб не гладил, а довольно ощутимо бил. С другой — возбуждало это неимоверно, как до близости, так и в процессе. Он метался под Дином, стараясь ускорить его, но тот действовал по-своему. Стонал, просил, вскрикивал, когда удары приходились по нему и ощущал при этом как постепенно его собственная сила завихрялась все сильнее и сильнее, а заодно чувствовал и силу брата и желал ее. Хотел получить ее в себя также, как утром он собою заполнял его.
Плеть заставляла Дина желать сильнее, вбиваться в более рваном ритме, грубее и глубже. Заставляла его энергию закручиваться в огненный смерч. В какой-то момент, после особенно удачного удара по спине, старший не в силах больше сдерживаться, излился, делясь семенем и своей силой с младшим супругом и Фабианом. Тот остановился и перехватил потоки этого огненно-воздушного вихря, распределяя его по накопителям, удерживая их так, чтобы ничто не расплескалось даром и добавляя к этому смерчу своей силы. Если бы кто-то сейчас был в состоянии наблюдать за происходящим, то он бы увидел три разноцветных потока, сплетающихся в один и окрашивающихся в слепящий белый свет, который, в свою очередь, растекался по разложенным Сэмом камням и в браслеты всех троих. Длилось это долго, а когда закончилось, Фабиан устало опустился на постель, а младший обмяк под Дином совершенно обессилев. Ему не было плохо, просто опустошение было настолько полным, что даже чтобы просто пошевелиться, нужно было бы приложить титаническое усилие.
— Спать, — приказал старший. — Никакого душа, никакой еды, просто спать, пока не проснемся. А когда проснемся, тогда и утро, — Дин приказал браслету перетечь обратно и занять свое место. Он скатился с брата, обнял его, дождался, когда рядом уляжется такой же опустошенный Фабиан, повернулся на спину и уложил супругов головами себе на плечи, обнимая. — Кайф…
— Спи, — отозвался Фабиан, обнимая его в ответ. Сэм же что-то промычал и отрубился.
Утром, как ни странно, Дин проснулся первым. Он открыл глаза, повертел головой в разные стороны и удивился позам, в которых спали его партнеры. Фабиан лежал к нему спиной, так и используя динову руку вместо подушки и изображая маленькую ложку, прижимаясь к супругу. Сэм же спал на его животе, свернувшись чуть ли не калачиком, чтобы уместиться. Поняв, что ему не выбраться из этого клубка тел, никого не разбудив, Дин снова закрыл глаза и заснул.
Младший спал долго и сладко, на чем-то теплом и ощущал себя донельзя уютно, несмотря на не самую удобную позу. Проснувшись, осознал, что каким-то образом умудрился ночью залезть на Дина, как на матрас и дрых на нем, свернувшись компактным клубком. Мысль о том, что он тяжелый, а брату может быть и не слишком удобно, смутила его и он, завозившись, скатился с належенного места, устраиваясь под боком у супруга. Как это ни странно, вылезать из норы не хотелось, хотя чувствовал он себя бодрым и отдохнувшим. Просто тепло. Родные запахи и звуки. Хорошо. Уютно и комфортно.
Фабиан сквозь сон услышал и почувствовал рядом какое-то шевеление и, не открывая глаз, перевернулся, оплетая Дина руками и ногами и постепенно начиная просыпаться. Выложились все трое прошлым вечером порядком, но сейчас он чувствовал во всем теле бодрость и готовность действовать.
Дин, после того, как Сэм скатился с его живота, протестующе заворчал во сне и попытался одной рукой поймать ускользающее, как он думал, одеяло. Но тут его кто-то спеленал, как младенца, и он снова погрузился в сон.
— Спишь? — тихо произнес Сэм, нашарив руку Фаба.
— Не-а, — отозвался тот. — Как ты?
— Хорошо, — мурлыкнул Сэм, потягиваясь и нашаривая одеяло. — Пойду в душ, чего валяться-то, раз проснулся. Собаку выгуляю, разомнусь. Чую, предстоят нам сегодня приключения…
— Пойдем вдвоем, — предложил Фаб и помог укутать Дина одеялом.
Они тихо выбрались из норы, стараясь не потревожить старшего супруга и понимая, что сил тому понадобится много и отправились по утренним делам. Быстро умывшись и одевшись, они кликнули Никсу и, подхватив оружие, вышли в сад. Было уже далеко не утро, но их это ничуть не смущало. Фабиан поигрывал любимым копьем, а Сэм подаренными Дином клинками.
— Разомнемся? — предложил дорниец.
— Можно, — кивнул Сэм, делая выпад в его сторону.
Соревнование двух бойцов, заточенных, в первую очередь, на ловкость, а не силу, было красивым. Сэм, подчинив себе в этой жизни воздушную стихию полностью, восстанавливая в школе навыки мечного боя, долго и нудно оттачивал совмещение магии и клинков. Щиты он научился ставить автоматически, а вот кидаться молниями, при этом работая мечами, у него не получалось, зато подпрыгивать, вообще игнорируя такую штуку, как сила притяжения — запросто. В итоге Фабиану пришлось приноравливаться к весьма необычной манере ведения поединка, но это было даже любопытно. Постепенно он, видя, что Сэм не стесняется пользоваться своими способностями, стал применять и свои, вот только не щиты, а ледяные плюхи, которые младшему приходилось либо отбивать, либо принимать на собственную защиту, либо уворачиваться. Они увлеченно обменивались ударами сталью и магией, вообще забыв о времени и прочем, занятые лишь тем, чтобы попытаться достать друг друга, ну хоть чуть-чуть.
— Браво, Фаб! — со стороны дома раздались аплодисменты и поощряющий свист, когда дорниец особенно удачно бросил ледышку в Сэма. — Я смотрю, ты в этот раз научился совмещать свои силы и бой. Да и Сэмми тоже, — Дин стоял в саду в чем мать родила и наблюдал за поединком.
— Присоединяйся, — приостановив свою разминку, пригласили его партнеры. — Хотя… Ты не вооружен. Так не честно.
— А мне кажется, что так будет честнее, — ответил Дин. — Я невооруженный против вас двоих. Посмотрим, кто кого…
Фабиан с Сэмом синхронно разошлись, чтобы не мешать друг другу и, напали на него. Фаб, чтобы сбить “противника” затянул полянку, на которой они занимались, плотным туманом, а Сэм, высоко взмыв в воздух, перешел на аурное зрение, высматривая Дина. Углядев его, он, пользуясь воздушным щитом как отвлекающим маневром, толкнул им старшего, сам же приземлился за спиной и, уходя от ледяной плюхи Фаба, провел подсечку, надеясь сбить Дина с ног.
Туман рассеялся мгновенно под воздействием стены огня, который пустил Дин. Сам он стоял спокойно, наблюдая за маневрами партнеров. Толчок щитом оказался для него легким отвлекающим приемом, и, как только Сэм приземлился за его спиной, пытаясь сбить с ног, по сэмовым же ногам заплясала огненная цепь, оплетающая его икры и дергающая его на землю. Фабиановы же ледяные плюхи просто не успевали долетать и растворялись еще в воздухе.
— И это я только своей стихией пользуюсь, заметьте, — крикнул Дин, потому что вокруг все ревело и стонало. — Никакого Некроса…
Фаб с Сэмом переглянулись, явно переговариваясь без слов, после чего Сэм убрал мечи, дорниец же водой принялся гасить пламя, обрушивая на старшего супруга настоящий водопад, младший же, тем временем, ухватил один из потоков воздуха и, пользуясь им на манер кнута, попытался достать им Дина. Действовали они на сей раз куда синхроннее, Фаб, держа оборону и не давая разыграться огню, а Сэм нападая и ища уязвимые места.
Дин захохотал и в следующую секунду взмыл в небо драконом, пользуясь сэмовыми потоками, как трамплином. Оттуда он спикировал на супругов и, подхватив их когтями, перенес на тот холм, который Сэм разнес, буйствуя.
— Еще? — спросил дракон по связи. — Или сдаетесь?
Младший бесстрашно подошел к дракону и, взмыв вверх, обвил его шею.
— Читер, — нежно произнес он, крепко прижимаясь, а сам в это время плетя воздушную петлю, которую и накинул дракону на шею. — А так?
— Только потому что это ты, — проскрипел уже попугайчик, выскальзывая из петли и садясь Сэму на голову, — я тебя прощаю за такой маневр. Другого бы разорвал, — попугай спрыгнул и в полете перетек в человека. Дин подошел к младшему и поцеловал. — У тебя есть много преимуществ…
— У тебя тоже, — улыбнулся тот. — Перекинься обратно в дракона, м?
— Будешь любить меня нежно? — кокетливое выражение на морде огромного черно-красно-оранжевого чудовища смотрелось крайне комично.
— Конечно, — кивнул Сэм, обходя его. — Давай, сделай так, чтобы нам было удобно.
— Э-э-э… — протянул Фабиан, наблюдая за этой игрой.
— Хочешь и его, Дин? — спросил младший, окинув дракона жадным и вожделеющим взглядом.
— Да-а-а-а-а! — дракон припал к земле и выгнулся, подставляясь. — Это же двойное удовольствие, — пророкотал он.
Сэм ухватил Фабиана за руку и подвел к тому местечку на теле дракона, которое было нужно.
— Вот чем тогда пахло, — мурлыкнул он, проводя рукой по нежной складке. — Он обалденно приятный на ощупь.
Фабиан недоверчиво протянул руку, повторяя маневр младшего и убеждаясь в его словах, но все еще не понимая, как процесс осуществляется с технической точки зрения.
— Он ведь такой… Огромный! — выдохнул он, наслаждаясь запахом. — Как?
— Дин, покажись нам весь, давай, любимый, я соскучился по этому тоже, — попросил Сэм.
Дракон раскрыл щелку и выпростал свой возбужденный орган. Он был уже настолько готов от прикосновений супругов, что скулил и хныкал от невозможности получить желаемое.
— Обалдеть! — произнес ошарашенный Фаб, видевший это все впервые.
— Откройся ему. Полностью, — попросил его Сэм, сам делая то же самое. — И мне. Так лучше. Полное слияние, — он прикоснулся к самому чувствительному месту на мужском достоинстве дракона, добившись очередного просящего звука и вспышки огня. Фабиан подчинился просьбе, открываясь, что делал вообще крайне редко, даже с супругами. Чуть-чуть — пожалуйста. Но не больше, а тут… Он чувствовал обоих как самого себя, и чувствовал, что они ощущают то же самое. Это было удивительно уже и само по себе. Его захлестывало желание дракона и младшего супруга, а дальше… Все было синхронно и слитно. Они с Сэмом целовались, каким-то образом умудряясь любить свое огромное чудовище, ласкать его и получать от процесса массу удовольствия, помноженного на общие ощущения.
Дин же, слившись с супругами полностью, уже больше не мог себя контролировать. По его шкуре побежали огненные вспышки, он весь истекал секретом и, когда супруги синхронно вошли в него и обласкали его достоинство, он излился, помечая обоих и землю под ними.
Ни Сэм, ни Фаб не успели за ним, но младший знал, что можно продолжать и делал это, Фабиан, видя и чувствуя, что все в порядке, поддерживал его в этом процессе и постепенно они оба начали приходить к своей развязке, чувствуя, что дракон тоже почти готов. Следующий оргазм они разделили на троих, вновь оказавшись окаченными семенем с ног до головы.
— Это просто… нечто, — выдохнул Фабиан, опираясь на опиравшегося на него младшего. — Дин, ты чудо. Настоящее. И… спасибо за доверие, любимый.
Дракон по связи пророкотал что-то похожее на “всегда пожалуйста” и совсем вжался в землю и закрыл глаза.
— Мы сегодня куда-нибудь э-э-э-э? Я хочу жрать и спать. Жрать больше и много…
— Верни нас к дому, — попросил Сэм. — И да. Мы сегодня летим. Поешь — спать расхочется, наоборот сил станет больше.
Дракон встряхнулся и, открыв свои глазищи, поднялся на лапы, опуская крыло и ожидая, пока всадники заберутся на него. Пару взмахов крыльями и они уже у крыльца. Дин перетек в человеческую форму.
— Хорошо, у нас Никса очень умная собака. Когда она поняла, что вы затеяли долго тут драться, она вернулась домой и разбудила меня. Заставила вылезти из норы. И Кристаллу она очень понравилась. А вот твоя химера не знаю где…
— Моя химера… — Сэм, направляясь в кухню, сосредоточился и позвал кошку. Та материализовалась на зов хозяина и тот потрепал ее по ушам. — Вот она. Шлялась где-то. Я велел ей охранять дом. Вот она и бдит, пока мы тут любим друг друга.
Фабиан быстро разогрел мясо и подвинув его Дину, принялся готовить на всех еще и овсянку. Душем никто даже и не запарился и в итоге в кухне стоял настолько интенсивный драконий запах, что Никса даже принялась чихать, вызвав смех Сэма.
— Заметь, она не опасается, — произнес он. — Другая нормальная псина давно бы скрылась где-нибудь подальше.
После плотного завтрака, Фаб принялся за готовку еды в поход, а Сэм пошел собирать из Кристалла накопители.
— Слушайте, мы ведь все зарядили! — сообщил он, вернувшись обратно в кухню. — Я даже не ожидал такого эффекта! Раньше нужно было… Ну… Больше усилий. Точно. И мои полны, и у вас обоих, смотрю тоже.
— Лечение и обучение пошло на пользу, Сэмми, — ответил Дин. — Как я вижу, энергия течет везде ровно и правильно…
— Это еще и взаимные чувства, которые сейчас куда гармоничнее, чем в прошлых жизнях, — поделился младший своей мыслью, подходя к брату и обнимая его. Кристаллы он сложил на стол и теперь тискал супруга со всей основательностью. — Иди в душ и в город, а то я не выдержу и начну умолять взять меня. Что-то я сегодня какой-то чересчур активный. У меня прямо горит все внутри от… хм… Одновременно: желания, предвкушения и предчувствия опасности, моря чувств и еще черт знает чего.
— Верни в него игрушку, — посоветовал Фабиан, по-доброму ухмыляясь. — А то ведь затрахает всех настолько, что мы будем не в состоянии куда-то там лететь.
— Слушай, а откуда ближе лететь, отсюда, из Дорна, от си-ин, или от моего схрона? — спросил Сэм, пытаясь переключиться на рабочий лад.
— Принеси свои артефакты и быстро, — Дин придал Сэму ускорение шлепком по заднице. — И ближе от твоего схрона! — Прокричал он брату вслед.
Младший сходил за шкатулкой, где лежало несколько колец, снятых с Ссол и игрушка, и протянул ее супругу. Ошейник оставался на нем, как и остальные пирсингованные кольца, которые были расположены на тех местах, что были и у женской, и у мужской его формы.
— Вот, — произнес он, когда Дин забрал шкатулку.
— Прекрасно, залезай на стол, — приказал старший брату. — И ложись на спину, ноги разведи и согни в коленях.
Сэм с готовностью подчинился. Ему нравился такой вот командующий Дин, да и без артефакта он чувствовал себя не то, чтобы совсем голым, но уж точно несколько неодетым.
Дин открыл шкатулку и, вынув оттуда артефакт, отложил его на стол рядом с братом. Сейчас он хотел вернуть колечки, догадываясь, что проколы могут оказаться где угодно. Но, к его большому удовольствию, все они пришлись на мошонку и скоро Сэм оказался разукрашен примерно, как и его женская форма. Артефакт же в это время, повинуясь мысленному приказу Дина, сам ввинчивался в нутро младшего, занимая положенное место и принимая форму пробки.
— Фаб, посмотри, красота?
— Она самая, — улыбнулся дорниец. — И течет… Бесстыдник.
Сэм подрагивал от возбуждения, ощущая, как игрушка заполняет его, а кольца чуть оттягивают мошонку. Он лежал раскрытый и ощущал на себе заинтересованные взгляды, что лишь подстегивало его, а не смущало.
— Хочешь нас? — склонился Дин над братом, принимаясь тянуть за колечки, выкручивать их и штангу, и всячески теребить украшения. — М-м-м-м?
— Черт! — выдохнул Сэм. — Да! Всегда!
Дин приказал артефакту перетечь на мужское достоинство брата, становясь похожим чем-то на вакуумный массажер. Сам он развернул Сэма поперек стола, кивнул Фабиану и вошел в брата. Двигаться он начал медленно, постепенно ускоряясь и заставляя игрушку сжимать и стимулировать орган брата. Тот вскрикивал сквозь вторгающийся в него член второго супруга, отдаваясь обоим и сходя с ума от ощущений. Они давали ему то, чего ему хотелось, удовольствие, приправленное легкой болью. Этого было так много и так желанно, что сдерживаться, чтобы продлить им наслаждение просто не было сил, и Сэм излился, издав стон, который заставил последовать за ним Фабиана, стиснул Дина изо всех сил, не желая отпускать его и зная, что супругу нравится это ощущение тесноты и жара, который был у него внутри.
Горячие тиски, в которые попал его член, только подстегнули возбуждение. И Дин, застонав, излился в Сэма, смешивая секрет и семя. Он еле держался на руках, стараясь не рухнуть на супруга.
— Спасибо, — выдохнул младший, отойдя от оргазма. — Кажется, теперь я смогу взять себя в руки.
— Нервничаешь, да? — ухмыльнулся Фабиан, поглаживая его по скуле. — Не переживай, все будет хорошо, но, если мы все-таки хотим куда-то сегодня выдвинуться, то надо шевелиться. Дин, ты как там?
— Я опять желе… — Дин наконец вышел из брата, вернул на место игрушку и плюхнулся на стул. — Сейчас, чаю твоего травяного попью, полежу пару часиков и поеду за водой и дровами. А может, и лежать не придется, — к его удивлению, силы возвращались к нему стремительно и, пока Фаб заваривал чай, он полностью восстановился. — Все, я в порядке. Дай только чаю, Фабиан.
— Держи, — произнес дорниец.
Сэм осторожно слез со стола, освобождая место для чаепития. Он достал мед из холодильника, и, устроившись на своем месте с ногами, поедал его ложкой из банки, иногда запивая чаем. Это был точно не чай с медом, а скорее мед с чаем, что вызвало легкую усмешку Фабиана.
— Ничего не знаю, — поймав его взгляд, пробурчал Сэм. — Мне вкусно и все тут!
— Да я ж не против, — улыбнулся дорниец. — Просто забавно. Ты такой довольный и сосредоточенный, будто не мед ешь, а… хм… даже не знаю, чем занимаешься.
— Я думаю, — ответил Сэм. — Прикидываю, что следует взять с собой. Пути отхода и все прочее.
— И что надумал? — спросил Фаб.
— Значит, ближайшая точка — это Горосола, — протянул он. — Лететь оттуда будет удобнее, а вот обратно, особенно, если там нас все-таки что-то ожидает… Не хочется палить Дорн. Пожалуй, портал проложу туда же. Даже если отследят, не жалко. Если там будет кто-то недружественный… Надо постараться захватить главного и несколько человек в качестве жертвы, чтобы обратно активировать все ловушки, которые я там в свое время нагородил. Я их не убирал, просто деактивировал, когда они меня признали.
— Сколькерых? — уточнил Фаб.
— Хотя бы троих, — подумав, ответил Сэм. — Лучше больше. Портал транспортный открыть не проблема, маны хватит, так что… Фаб, ты сколько разумных удержишь под ментальным контролем?
— Зависит от их способностей… — протянул дорниец. — Ну, скажем, без особенных талантов, без артефактов и прочих наворотов, человек пятнадцать, не напрягаясь. Если попадется менталист… Тут будет сложнее, его проще грохнуть, чем держать.
— Черт! У меня сейчас начнется — я бесполезен везде, кроме прямого боя, — расстроился Дин. — Хотя… Разведка может быть на мне, если там нет драконов. Я имею ввиду, обученных в ордене. Тьфу, в школе.
— Ты мало чего рассказывал, но, видимо, стратегом ты не был… — вздохнул Сэм. — Вообще, исходя из того, что ты, в общем-то, одиночка, тебя так и использовали? Выдавали тебе некую готовую схему или несколько, а дальше ты, более-менее их придерживаясь, действовал сам, смотря на обстоятельства. Я прав? — по воспоминаниям младшего, даже когда они работали на гильдию, было примерно так, но тогда это его не особо заботило: гильдия прикрывала бойцов, с одной стороны, а с другой — он сам не особо вдавался во всякие там подробности. Были конкретные задачи, было более-менее понятно, как их решать, и ладно. Выжили, получили плату, может по дороге чем-то разжились сверх ожидаемого — зашибись. Сейчас расклад был совершенно иным. Прикрыть их было некому. Единственная действительно серьезная боевая единица — Дин. Поэтому приходилось рассчитывать исключительно на собственные силы, знания, умения и ресурсы. Буквально на ходу учиться планировать то, во что они ввязываются, и он специально озвучивал все приходящие ему в голову идеи и подводные камни, чтобы и остальные могли поучаствовать в этом, учились, думали, прикидывали и рассчитывали.
— Ну да, так и было. Мне даже кодовую кличку дали — Нис, одиночка, — Дин вспоминал все свои задания в этот раз и в прошлых жизнях. — Поэтому я усиленно наращивал боевой опыт и разведку, все умения и навыки, нужные мне для заданий. В команде работать не любил, да и не звали меня никогда. Теперь я понимаю, почему…
— Дин, давай попробуем договориться? — предложил Сэм совершенно спокойно и очень, очень серьезно. — Вот сейчас, покомплексуй буквально минут пять, можешь десять. Никсу выгуляй пока будешь этим заниматься. А потом… Потом ты тоже попытаешься думать. У тебя есть опыт. Другой. Не планирования, а реализации планов. Он тоже ценный. Потому, что именно тебе-то, в конечном итоге, и приходилось платить собственной кровью за все косяки планирования. Я не знаю всех твоих способностей. Ты-то их обязан знать. Особенности. Уязвимости. Ну, кроме тех, что нам с Фабом известны. У всех нас с опытом планирования определенный недостаток. Пожалуй, больший он у Фабиана, вследствие этой его жизни. Но я хочу научиться, и чтобы ты научился. Безрассудство и отвага — это здорово, но дорого.
Дин зыркнул на брата и отправился гулять с собакой. Сэм предложил подумать над операцией, а ему в голову ничего не приходило. Только лишь то, что стоит сделать так, чтобы ничего не нести в когтях — это оружие дракона, в том числе. Еще, если там действительно будут другие драконы и их всадники, обученные орденом, то с его невидимостью скоро будет покончено. Те знали контрзаклинания. Еще ему понадобится много пищи. Хотя, Рихх обучил его питаться силами стихий. И еще делать ментальные щиты. Этим можно воспользоваться вместе с заклинаниями. Еще нельзя ни в коем случае направлять огонь на растительность этой планеты. При горении деревья выбрасывают в атмосферу яд… Значит, стоит взять с собой противогазы для Фаба и Сэма, а ему яд не страшен — доспех же. Правда, Фабиана придется учить пользоваться этой штукой, но это мелочи. Освоит, куда денется. Костюмы хим. защиты бы… О! Точно! Он привез же такую ткань из Перекрестка. Которая непроницаемая. Успеют ли они сшить из нее костюмы на обоих супругов? Надо младшего спросить… Еще хорошие солнечные очки — странная особенность планеты. Вроде такая необычная атмосфера и все такое, но там все время слепит. Будто рассыпали мешок блесток. Сэм посмеялся бы… Дин обдумывал все это и тут же пересылал по вновь образованной связи супругам.
— Ну, вот, — сказал ему Сэм, когда Дин вернулся к стратегам. — Можешь же, когда хочешь. Значится так… Пошить не успеем, если летим сегодня. Да и проще купить. Есть же магазины, где продают подобное снаряжение. Вот и озадачься этим. Очки солнцезащитные у нас есть.
— А как именно работают заклинания, которые тебя делают невидимым? — уточнил Фабиан. — Просто… Я могу создать такую штуку, что нас будут видеть, но не будут воспринимать. Понимаешь, о чем я, или показать?
— Понимаю. Они растворяют как бы… Даже не знаю, как объяснить. Как ластиком стирают, — Дин принес в кухню карандаш с ластиком и блокнот. — Вот, смотри. Я нарисую линию, вот. А теперь беру и стираю. След от линии остается, это типа я, но ее самой нет.
— Ага, — кивнул Фаб. — А мой метод работает чуть по-другому. Это как… Ну, смотрю в книгу, вижу фигу. Вроде и буквы есть, и слова даже знакомые, но смысл до сознания не доходит.
— Слушай, а это даже будет лучше. Потому что такого контрзаклинания у орденцев точно нет. А остальные… Вообще не в курсе…
— Просто совместим, так лучше будет. Так вообще не вычислят, — улыбнулся Фабиан. — Единственное “но”: тебе придется быть открытым для меня. Вам обоим. Также, как тогда, на горе, когда мы любили друг друга. Это не заклинание, а грань менталистики, своего рода щиты. Я могу их растянуть на единое ментальное поле.
— А ты не понял разве, Фаб? — Дин даже удивился. — Я и так открыт для вас. Это устанавливается сразу. Просто вы, по привычке, выстраиваете свои щиты и поэтому вам кажется, что все закрыты…
— Рихх не научил тебя их держать поднятыми? — спросил Фабиан. — Это же жутко утомительно, постоянно быть слитым даже с самыми любимыми и дорогими людьми. Не знаю, как тебе… А мне щиты нужны примерно также, как иногда необходимо уединение.
— Нет, не учил. Потому что у драконов все наоборот. Мне труднее держать щиты, чем так. И это не то, что нам наставники внушали. Сам дед мне рассказывал. Драконы вообще не общаются словами между собой, это они переняли у людей. Оно у меня как второе зрение. Есть, помогает и не мешает ни фига.
Фабиан задумался, изучающе глядя на собеседника.
— Видимо, котелок у драконов варит как-то совсем по-другому, — осторожно заметил он. — Или дар работает не так. Если я открыт, я слышу все. Мельчайшие случайно промелькнувшие мысли, в том числе. А держать свою голову в таком порядке, чтобы туда ничего хаотично не лезло не может, по-моему, вообще никто. То есть, ну, хоть взять тебя: тебе захочется есть, я буду абсолютно точно знать, что ты думаешь в этот момент. Что съесть, раздумья, а может не того, а этого, и так далее. Я бы рехнулся. Честно.
— Точно по-другому, — рассмеялся Дин. — Я чувствую только вас. Ну, или членов семьи, правда, их буду не так четко. Партнеры и дети — самое-самое. Других людей я не слышу вообще. И то, это не мысли, как у тебя. Скорее эмоции, чувства, ощущения… Это не радар, а как нитка от головы к голове, если наглядно.
— Хм… — протянул Сэм. — То есть, когда у меня чешется, например, пятка, ты это чувствуешь? Потому, что я, если опускаю щиты, чувствую именно так. При том, не только тебя, а радиус километра в полтора. Мышку в поле. Птичку на ветке. Когда я их опускаю для тебя, я концентрируюсь именно на тебе, чтобы не чуять всего остального.
— Ну да, — Дин пожал плечами. — Я же тебе в Дорне об этом и говорил. Все, что ты испытываешь, — он стрельнул глазами в Фабиана. — Абсолютно…
— Ты хотя бы мышек с птичками не чувствуешь, — фыркнул Сэм. — Зато, тебе в сексе ощущений достается теперь ох сколько! Свои собственные, плюс мои, плюс Фаба… Я начинаю завидовать!
— Иногда завидовать нечему, — погрустнел Дин. — Когда вам плохо… Это…
— М-м-м… А отстраиваться от этого ты можешь? — с любопытством спросил дорниец.
— Вот, кстати, хороший вопрос, — поддержал его Сэм. — Потому что если вдруг, например, я ногу сломаю, а тебе надо будет действовать несмотря ни на что. Как тогда? Или ты решишь именно наказать меня. И что? Будешь мучиться вместе со мной?
— Мне будет больно, но это не моя боль. И я умею их разделять и терпеть. Буду почти мучиться. Ключевое слово почти...
— Но ты так и не ответил на вопрос: умеешь ли ты отключать это? Разделять — понятно. Но вот чтобы вообще не ощущать? — уточнил Фабиан.
— Пробовал так делать, — ответил Дин. — У меня получалось. Я отстраиваюсь от вашей боли. Иначе бы умер уже.
— Тогда, когда Сэм проходил очищение, ты… чувствовал это? Или ума хватило все-таки отстроиться? — подозрительно спросил дорниец.
— Сначала нет, не хватило, сам же видел, — Дина передернуло. — Потом уже отстроился. Но не совсем. Сэм… Это на уровне… Как часть меня. Даже сознательно убирая его ощущения, я все равно продолжаю чувствовать часть… И никак это не убрать. Рихх сказал, что не надо…
— Ладно, — кивнул Фабиан. — Но мы отклонились от темы. Небесполезно, но все-таки. Итого. Мои примочки, плюс твои заклинания и, считай, очень приличная маскировка у нас будет. Дальше. Защита от яда. Жаль, не знаем какой именно там яд. Нет, по описанию эффектов — не понять. Ну, во всяком случае, противоядие не составить точно. Значит средства защиты нужны. Кстати, растения ядовиты только при попытке сожрать, или при прикосновениях тоже?
— Просто трогать можно. А вот колоться и резаться нельзя. Ну и руки вымыть потом тщательно, если схватился.
— Ага, то есть, в общем ядовиты, но яд не проникает сквозь кожу, во всяком случае, быстро, — заключил зельевар. — Надо будет взять пробы. Интересно. С водой ты не знаком… Осадками, видимо тоже… Ладно.
— Огневой мощи у нас хватит. Кстати, а огнестрел там будет работать? Никто не запрещает взять с собой те же пистолеты. Дальность, конечно, никакая, но… — подал голос Сэм.
— Бери, мне кажется будет, — ответил Дин. — И патронов много всяких. Так, Фаб, мы тебя стрелять не учили?
— Нет, — покачал головой дорниец. — С огнестрельным оружием я, в принципе, знаком. Правда, с кремниевым. В Розе, сам знаешь, как-то не очень с этим делом. Там миры, пошедшие по технической ветке развития, все равно больше на магию опираются, ну и на разные виды энергетического оружия. Такого как тут я, пожалуй, вообще больше нигде не видел.
— Я тоже, — согласно кивнул Сэм. — А ты, Дин?
— Меня больше мотало по мирам, в которых вообще еще об огнестреле никто не знал и не думал, — вспоминал Дин. — В основном, мечи, секиры и прочее…
— В общем, езжай в город, добывай там необходимое снаряжение, а мы пока соберем все, что потребно, — решил Сэм. — На тебя огнестрел тоже возьму. На всякий случай. Фаба не научим так быстро владеть им, чтобы он рефлекторно пользовался.
— Я обойдусь по старинке. Плюс магия, — пожал плечами Фабиан. — А вот доспех легкий, был бы кстати. Такой, что не сковывал бы подвижность, но защищал бы от случайной стрелы хотя бы. И тебе, Сэм, кстати, тоже.
— Химзащита плюс доспех? — с сомнением протянул Сэм. — Вряд ли. Либо то, либо другое. От всякого случайно летящего я прикроюсь. Яд в этом плане, пожалуй, пострашнее будет.
— Убедил, значит не нужен доспех, — кивнул дорниец. — И мне тоже.
— Тогда я поехал, — сказал Дин, идя в гардеробную одеваться, натягивая на себя личину и беря карту. — Скоро вернусь, — он поцеловал супругов и вышел в гараж. Скоро послышался звук мотора выезжающей машины.
* Вот так выглядит та железка
https://ae01.alicdn.com/kf/HTB1OPdwOFXXXXbWXFXXq6xXFXXXj/-.jpg
