Становление Лордов

Меллу снилось солнце. Огромное, почти белое и жаркое. Оно пекло его макушку и голые плечи, заставляя бежать по выгоревшей до красноты траве в поисках хоть какой-нибудь тени. Почему-то он не мог перекинуться. То ли опасался того, кто может увидеть и поймать. То ли в самом мире было что-то, не позволяющее ему менять форму. От этого становилось еще тяжелее бежать: в человеческом облике мало возможностей быстро преодолеть расстояние до гор, видневшихся невдалеке. Меллан бежал из последних сил, понимая, что еще чуть-чуть, солнце поднимется выше и его просто изжарит. Какой-то странный звук придал ему сил, и он рванул в показавшуюся расселину. Звук, подстегнувший его, оказался свистом, издаваемым мужчиной, сидевшим на камне посреди ущелья. Мелл чувствовал, что он уже где-то видел этого мужчину и даже хорошо знает его, но… — Спасибо за наводку, — задыхаясь произнес Меллан. — Если бы не твой свист, я бы еще долго не смог найти тут тень и сдох бы на жаре… — и этот диалог он вспомнил. Это же Летт! Их знакомство! Только как же тогда его звали? Да, не важно… Надо просто досмотреть сон. Мужчина поднялся с камня и зашагал вглубь ущелья, оглядываясь и маня Мелла за собой. Он молчал и ждал, когда же младший последует за ним. Этого в реальности точно не было! Насколько Мелл помнил, тогда они познакомились, Летт напоил тяжело дышащего синего каким-то бодрящим напитком из фляги и целых три часа они провели, болтая обо всем и ни о чем, дожидаясь, пока солнце перестанет быть таким активным. Бард тогда еще очень удивился тому, что на этой забытой Богами и всеми разумными планете кто-то появился. Сам он прятался здесь от какого-то очередного поклонника. Летт в этой жизни не был таким известным певцом, но лицедействовал и даже снискал себе славу и хороший доход в этой стезе. А Меллан, по наводке кого-то из своих знакомых драконов, искал тут для своей сокровищницы особые кристаллы. Но в этом сне все было иначе. Летт, ни слова не говоря, манил его за собой и все дальше углублялся в горы. Синему ничего не оставалось делать, как шагать вслед за своим возлюбленным. Наконец, бард остановился и показал рукой на вход в пещеру, приглашая Меллана пройти. Дракон заколебался, а вдруг это ловушка? Вдруг тут будут ловцы за драконами, о которых он так много слышал. Но это же сон! Его сон! И он спокойно может делать здесь все, что захочет. Мелл шагнул в пещеру и… Проснулся, подскочив на постели и вытаращив глаза. В эту ночь супруг спал беспокойно. Ерзал, куда-то вроде как бежать порывался, дрыгал ногами, дышал будто загнанная лошадь и к тому моменту, как он пробудился, Летти давно не спала. Разбудить Меллана не получалось: он просто не реагировал на эти попытки. Вот и пришлось ждать, пока он проснется самостоятельно, а в том, что это произойдет, си-ин ни минуты не сомневалась. — И что же тебе снилось? — спросила она, наблюдая за подскочившим на постели драконом и испытывая недюжинное любопытство. — Наша первая встреча, — отдышавшись, ответил Мелл. — Ты хоть ее помнишь? — Красные пустыни? — уточнила девушка. — Так себе местечко, прямо скажем. — Угу, именно они, — кивнул Меллан. — Только в этот раз… Хм… Не совсем тот момент. То, что мне приснилось, никогда не происходило в реальности, но сон был такой яркий и живой, что… — Ты так и не рассказал, что же именно приснилось, — напомнила Летти. — Я поняла, встреча. Но… Видимо, это далеко не все. — Нет, не все, — Мелл рассказал свой сон до момента входа в пещеру. — И вот я делаю шаг, а там… — Что там? — нетерпеливо спросила си-ин. — Не томи уже! — Да ничего такого, — ухмыльнулся Меллан. — Я проснулся. И все. Но что-то там было в этой пещере, что-то такое, что мне знакомо, или очень нужно, или нужно тебе… Не могу увидеть… — Ну вот, — вздохнула девушка. — Я помню эту местность и вообще тот мир. Тогда он был довольно далеко внизу и очень далеко от центральной оси. Магии там было мало, это точно. Сухо, очень жарко, почти нет воды, а та, что есть годна для питья только после тщательной фильтрации. Животных тоже мало, растения есть, но только там, где тень… Еще остатки строений разумных, по которым можно сделать четкий вывод: на планете была война, которая полностью разрушила цивилизацию. Давно была, но жить там долго было невозможно. Как убежище — неплохое место. На фиг никому не нужное. Пещеры помню тоже, но там вроде как ничего ценного или даже интересного не было. Самое интересное, что, насколько я знаю, в том мире есть — пара месторождений камней, больше всего похожих на рубины, но от той горной гряды до них ох как не близко. Да и месторождения бедные, есть куда как побогаче. Наверняка это не единственное полезное ископаемое, которое там можно обнаружить, но, учитывая климат, вести серьезную разработку нерентабельно, — она задумчиво говорила, одновременно переплетая растрепавшуюся во время сна косу. — Можно просто проверить, что там. Сон, судя по тому, что я не могла тебя добудиться, был не простой. Портал я туда открыть смогу, благо помню место и в свое время его размечала, используя этот мирок для того, чтобы прятаться. А можно решить, что ну его нафиг, тут уж сам реши. — Да, да, — усмехнулся Мелл. — Я помню, как ты передо мной хвост распушил. Так и старался произвести впечатление, описывая себя и свои злоключения с поклонниками. Но я даже не знаю… Вроде нужно полететь. Знаешь, что? Давай подождем. Вдруг мне еще один такой сон приснится? Тогда точно рванем в тот мир. Или можно Фаба попросить, пусть окончание посмотрит… — Ну, говорить-то я много тогда чего могла, — пожала плечами Летти. — Но, похоже, сейчас это к делу вообще не относится. Подождать же… Тебя туда не тянет? Вот так, чтобы настойчиво? — Хм… Пока ты не спросила, я и не задумывался, — Мелл чуть помолчал, прислушиваясь к себе. — Не то, чтобы тянет, а вот зовет… Пойдем, с нашими посоветуемся. Меня ведь так и нашли. Руа услышал мой зов и… Хорошо, что они успели. Еще бы пара дней, и мы бы с тобой даже не встретились, — он соскочил с кровати и потянул Летти в купальни. — Вымой меня, — вот сейчас ему не пришлось даже тренироваться, чтобы приказать голосом. Си-ин подозрительно покосилась на мужа, но сопротивляться приказу не стала, занявшись выполнением оного со всем прилежанием. В ход пошли и душистое мыло, и шампунь, и бальзам для ухода за волосами, и через какое-то время синий прямо-таки сиял от чистоты и свежести, после чего Летти уделила внимание и себе, окончательно просыпаясь. — Наши еще в Миэрине, — сказала она в какой-то момент. — Только Атталика тут. Я с ней связалась, говорит, они там во всю приключаются. — Тогда ждем до вечера, — Мелл расслабленно наблюдал за супругой. — И думаю, что можно рассказать Атти, вдруг она чего подскажет. И можешь ничего не надевать — жара сегодня, а мне лень прохладу наводить. Да и что Атти не видела у нас. — Завтракать будешь? — спросила Летти, закончив плескаться и вытирая мокрые волосы. — Или рассчитываешь, что Атти нас накормит? — Не, не рассчитываю, — ответил Мелл. — Пойдем, поедим, а потом уже к Атти. Ей и так забот хватает: школа, библиотека, еще и наши улетели и она за начальство. Мы же отдыхаем, типа. — Всего-то второй день отдыхаешь, — фыркнула си-ин, — а уже забыл ее расписание. В школе она и до обеда, а то и позже с детишками будет возиться, так что ей сейчас вообще не до нас. Даже если кормить не придется. Они прошли в кухню, Летти занялась завтраком и через некоторое время на столе появились омлет, салатик, фрукты, чай и кофе, который она и отхлебнула, жмурясь от удовольствия. — М-м-м, вкуснятина, — синий уплетал омлет и салат, навалив все в одну тарелку. — А кто-то говорил, что готовить он не умеет и не любит, а тут такая вкуснотища… — он специально подкалывал Летти. — Я даже не успеваю показать свои кулинарные таланты. — Да что там готовить-то? — пожала плечами девушка, сидевшая напротив супруга и чинно поедавшая свою порцию. — Это же совсем простые вещи. На это я вполне способна. В общем-то, я много чего приготовить могу и это будет съедобно, но до высот Фабиана мне ой как далеко. Все-таки зельевар по определению будет готовить лучше. — Да уж, это точно, — кивнул Меллан, отставив пустую тарелку. — Хотя, Руа — не зельевар, а готовит тоже отменно. И даже Дин и Сэм, точнее Ссол, неплохо готовят. Это, наверное, от той жизни, до школы. А вот мне интересно, как ты раньше справлялась с готовкой? Я не говорю про путешествия, когда ты где-то останавливалась и там кто-то другой этим занимался. А про то время, когда ты отдыхала между. — Видишь ли, — протянула Летти, — у меня практически не было этого самого “между”. Одно путешествие заканчивалось, начиналось другое. Но часто были моменты, когда до трактира далеко, а жрать охота. Тут уж волей-неволей научишься варить что-нибудь, что можно съесть. Вот и мне пришлось. Да, это вполне съедобно, но все-таки не люблю это дело. Уж во всяком случае, не настолько, чтобы посвятить всю себя именно ему. Да и особой прихотливостью в этом плане я не отличаюсь: расстройства желудка от варева не происходит, голод утоляет? Ну и ладно. — Ну да, я примерно такой же, — Меллу хотелось просто болтать с женой, узнавая ее и ее пристрастия, желания, умения и прочее. Из всех советов, которые давали ему старшие, чаще всего звучало, что нужно просто разговаривать с партнером. Он внимательно наблюдал за супругой, за ее мимикой, слушал ее голос и влюблялся все больше и больше. — Пока Атти занята, чем займемся? Мы вчера хотели игровую опробовать, но так и не доползли до нее. И надо бы пленника проверить. Напоить, накормить хотя бы. Чтобы не помер раньше времени. — Я открыта для любых предложений и, как говорит Дин, за любой движняк, кроме голодовки, — улыбнулась си-ин, делая очередной глоток кофе. — Пленник в замковых застенках беззащитен и безопасен, так что делегация для его кормления-поения не особо нужна. Могу сама сходить, можешь ты. — Сходи ты, пожалуйста, — сделав жалостливое лицо, попросил Меллан. — А то он меня знает, начнет еще что-нибудь говорить, а я не смогу удержаться… — Схожу, — кивнула Летти. — А ты пока придумаешь, как именно будем опробовать игровую. Наверняка же плана у тебя нет, а он не то, чтобы необходим, но желателен. Она закончила с завтраком, прибрала посуду и собрала то, что намеревалась отнести пленнику, после чего сходила одеться, и отправилась в темницу. Впрочем, отсутствовала она не долго, благо идти было недалеко, да и в светские разговоры она вступать не собиралась. Меллан метался по комнатам, пытаясь придумать план. В игровой ему больше всего хотелось опробовать крест. Ему казалось, что супруга будет смотреться на нем просто идеально. Но не хотелось тупо привести ее, привязать и поиграть с плеточкой. Нужна была какая-то театральная составляющая, что ли. По крайней мере, так Меллу казалось. Но потом он успокоился и решил, что снова пытается быть самым лучшим для жены, не спрашивая ее саму — хочет ли она именно такого. Синий дождался Летти из темницы и приступил к расспросам. — Я хочу привязать тебя к кресту, выпороть и потом отлюбить. Такой план по нраву? Или ты хочешь что-либо еще? — Вполне себе план, — улыбнулась си-ин. — Но вот меня прямо снедает любопытство: то самое монстровидное кресло. Что в нем такого, что ты так его жаждал заиметь в свое распоряжение? — Э-э-э, — Мелл запустил пальцы в свою гриву. — Оно очень хорошо для фиксации в некоторых играх. Мне Дин рассказывал и даже картинки показывал, ну, как он Сэма там привязывал. Мне бы хотелось попробовать, но именно со стороны Сэма. Хотя, — он прищурился. — То, что мне показывал Дин, было наказанием. Тебя, конечно, есть за что наказать, но… Мы пока правила пересматриваем, поэтому такой пункт… Хм… Дурацки вышло. — Щуришься? — подпустив ехидства в голос, спросила Летти. — Насколько я тебя изучила, это значит, что тебе любопытно. Или я не права? — Да, права, — кивнул Меллан. — Мне любопытно, как ты среагируешь на именно эту игру. Насколько я понимаю, в своей этой жизни и в прошлых с такими инструментами ты не играла. Будет ли тебе хорошо? — Не узнаешь, пока не попробуешь, — ответила си-ин. — Так что, если хочется, то… Меллан закусил губу, продумывая что-то, а потом вздохнул и сказал: — Хорошо, вот только не знаю, есть ли у нас такие игрушки. Одна точно да, а вот остальные… Они успели зайти в игровую и там синий кинулся к шкафам с игрушками, приказав Летти раздеться и встать рядом с креслом. Он ковырялся на полках, что-то выискивая, а когда нашел, собрал все это на низенький столик и перенес его к креслу. Летти же, пока супруг разыскивал нужные инструменты, спокойно разделась и, подойдя к креслу, расслабленно оперлась о его спинку, наблюдая за Меллом и ощущая предвкушение от предстоящей игры. Что именно тот задумал, было непонятно, но тем любопытнее. — Сядь в кресло так, чтобы у меня был доступ к твоим дырочкам, — приказал Меллан. — Так? — спросила си-ин, устраиваясь на сидении и чуть разводя ноги. — Угу, — кивнул Мелл и взял со столика веревки. — Ноги шире, — он принялся привязывать Летти, начиная с рук и талии. — Пока я тебя вяжу, придумай себе такое слово, чтобы я остановил игру, как только ты его произнесешь. Си-ин чуть подергала руками, потом попыталась поменять позу, скорее из любопытства, чем зачем-то еще. Ощущения были любопытными, хотя как будет выглядеть финал этой вязки было пока не очень понятно. — Эта фраза не имеет смысла, — ответила она. — Объясню почему: если все идет правильно, то нижний партнер не понимает, что ему достаточно. А если что-то пошло напрочь не так и он его произнес — значит все уже очень и очень плохо. Ну, либо мне нужно будет постоянно держать контроль, чего бы не хотелось при такой игре. Так что… Опыт у тебя уже какой-никакой есть, внимательность тоже наличествует, поэтому смотри сам на то, что будет происходить и принимай решения сообразно обстоятельствам. — Хорошо, — кивнул Мелл. — Я просто хотел сделать так, чтобы тебе было легче. Пусть у меня есть небольшой опыт, но не таких игр. Тогда будем ориентироваться на время, как Дин говорил. Часа два, а потом посмотрим, — он взял со столика железку, с которой они уже играли и продел ее в колечки. Застегнув ее и пошевелив для пробы, он зафиксировал супругу за ноги, оставив ее широко открытой. — Так хорошо? Нигде не трет? — Нет, — мурлыкнула Летти. — Только под спину засунь подушку, что ли… Она провисает и с полчаса в такой позе нормально, а дальше будет очень болезненно. Мелл кивнул, метнулся в спальню и притащил оттуда пару подушек, одну из которых подложил супруге под спину, а вторую бросил рядом с креслом на пол. Он встал на колени на подушку, подтянул столик поближе и, покопавшись на нем, показал Летти пару игрушек, по виду напоминавших куриные яйца. Он провел одним из них по ноге девушки, по внутренней стороне бедра, давая оценить текстуру покрытия. — Нравится? Хочешь в себя? — Непонятно, — ответила она, расслабленно улыбаясь. Ощущений уже было довольно много, а фиксация заводила сама по себе. — Я на себе таких штуковин еще не пробовала. — Да, я знаю, — голос Мелла обрел мурлыкающие нотки вслед за Летти. — Я хочу поиграть с тобой двумя. Одно будет здесь, — он дотронулся до анального отверстия. — А второе… Почувствуешь, — синий выбрал яйцо, которое собрался вводить в супругу, смазал его секретом си-ин и, подкручивая, аккуратно протолкнул его за колечко мышц. Помогая себе пальцами, он расположил игрушку так, чтобы она не ушла очень глубоко, но и не вывалилась при дальнейшей игре. И включил вибрацию. — М-м-м… — протянула девушка, прислушиваясь к ощущениям. Пока предмет проникал внутрь, это было приятно, а сейчас… Непонятно. Ощущалась наполненность, это было правильным, но чего-то не хватало, о чем она и сказала мужу. Мелл усмехнулся и, включив вибрацию в первом яйце побольше, принялся ласкать складочки и клитор девушки второй вибрирующей игрушкой, проникая в лоно, проходясь по проколам, массируя стоящий клитор, задевая штангу и колечки. Его самого эта игра несказанно заводила, но сейчас он не хотел заканчивать все быстро и обычным способом. Летти, прикрыв глаза, постанывала от действий мужа и чуть поводила бедрами, насколько это было возможно в ее положении. То, что происходило — заводило и заводило очень. Скрывать этот факт не было ни возможности, ни смысла. Да и Мелл, судя по слегка шальному взгляду, был если уж не в таком же состоянии, то приближался к нему, притом, стремительно. Синий пытался думать о чем угодно, только чтобы снизить возбуждение. Он вспоминал своего всадника, различные задания, ту планету, с которой его выкрали Двейны. Ему удалось взять себя в руки и немного остыть. Меллан продолжил играть с женой, уже не только снаружи, но и оставляя игрушку внутри подольше, а сам лаская девушку второй рукой и ртом, внимательнейшим образом следя за реакциями. Летти дергалась в своих путах от удовольствия и стонала в такт с движениями Мелла, довольно быстро вызвавших разрядку, после которой она расслабилась. Но Меллан не остановился и не дал ей ни секундочки времени пережить наслаждение. Он чуть прибавил вибрацию в первой игрушке и принялся снова ласкать Летти второй. — Сам-то от желания не лопнешь? — выдохнула она, ощущая, как накатывает новая волна удовольствия. — У тебя еще есть силы говорить? — усмехнулся Меллан. — Я, видимо, не так сильно тебя ласкаю, — он протолкнул яйцо в лоно девушки, располагая его так, чтобы обе игрушки соприкасались сквозь мышцы и взял со столика нечто странное, похожее на ручку с присоской на конце. — Тебе должно понравится, — и захватил в эту присоску клитор девушки, включая насос и вибрацию. От неожиданных и очень острых ощущений Летти вскрикнула и дернулась всем телом. Больно не было, но вот яркость просто зашкаливала, вызывая бурю эмоций. Одновременно хотелось и большего, и закрыться, вот только возможности сделать это у нее не было никакой. Реакция на свои действия одновременно напугала и завела Мелла. По лицу, дрожащему телу и испарине у Летти, было видно, что она еле сдерживается, что ощущения сейчас у нее зашкаливают и это заводило. А испугало именно то, что она сильно дернулась, как от боли, но присмотревшись, Меллан увидел, что никакой боли там нет и в помине, а вот удовольствия хоть отбавляй. Он чуть снизил вибрацию в яйцах и усилил в третьей игрушке, что почти моментально привело к новому оргазму. Если бы си-ин не была жестко привязана, она бы выгнулась дугой, а так она лишь дернулась еще сильнее, чем прежде, мышцы напряглись, а из горла вырвался полустон полурычание. Меллан чуть ли не кончил позорно от звуков, которые издавала его супруга, но опять на помощь пришла память о мерзкой планетке. И так, чередуя разные степени вибрации и различные воздействия на чувствительные местечки девушки, подключая к ласкам руки и язык, рассказывая ей, какая она красивая и как сексуально выглядит эта игра с его стороны, как хочет ее, он держал Летти в состоянии почти постоянного возбуждения и разрядки часа три. Секрет, текущий чуть ли не рекой вначале, почти иссяк, складочки и клитор девушки покраснели и выглядели истерзанными, да и голос си-ин сорвала и теперь с ее губ слетали лишь тихие стоны. Меллан постепенно снижал вибрацию в игрушках и последние ласки были скорее успокаивающими, чем возбуждающими. Именно под них, да под тихие стоны жены, он разрядился на пол, не забивая голову уже не особо нужными воспоминаниями. Успокоившись, он вынул игрушки и железяку, оставив Летти в кресле. Быстро поднявшись с пола, синий отволок игрушки промыться и вернулся к жене. Он отвязал ее от кресла и аккуратно поднял на руки, целуя во все места, куда мог дотянуться. — В купальню и спать? — Пить, — хрипло попросила Летти. Сил шевелиться самостоятельно у нее сейчас не было, но спать совершенно не хотелось, а вот пить… Мелл кивнул и с женой на руках пошел в кухню. — Вот тут я прокололся, — он умудрился налить подкисленной воды в чашку и напоить Летти. — Надо в следующий раз сразу принести туда кувшин. И давай в купальню, надо немного помокнуть. Я так думаю, что вода не помешает тебе сейчас. А потом можем просто полежать и поболтать. Расскажешь о своих ощущениях? Я наблюдал за тобой и видел, как тебе было. А теперь хочу и услышать, — пока он так болтал, успел дойти до купальни, наполнить бассейн и опуститься туда с супругой на руках, устроив ее на своей груди. — Ты как? — Хорошо, — ответила она и поморщилась. Горло неприятно саднило, но это было поправимо. — А если ты сделаешь одно доброе дело, будет еще лучше. Там, — она слабо махнула рукой в сторону шкафчика, в который сложила много чего, в том числе и набор полезных зелий на разные случаи жизни, — зеленый такой непрозрачный флакон в форме черепахи. Принеси пожалуйста. Мелл пересадил супругу на скамью в воде, вылез и сходил за флаконом. — Сколько капать? — Это пить, — ответила девушка, протягивая руку. — Связки. Синий протянул флакончик супруге, а сам вернулся в воду, снова усаживая Летти так, чтобы она была в его руках. Он взял мылящуюся губку и принялся нежно массировать девушку, целуя. Получив вожделенный флакон, она открыла его и сделав глоток, завернула крышку обратно. Сорванный голос был отнюдь не новостью, так что зелье на такой случай всегда было под руками и работало быстро и эффективно. — Вот теперь мне совсем хорошо, — вздохнула Летти, ощущая, как отпускает горло. Приходила она в себя стремительно и буквально через несколько минут была уже вполне в состоянии самостоятельно двигаться. — Да… Вода в процессе была бы совсем не лишней. Но в остальном… — она потерлась носом о грудь мужа. — Тебе понравилось? — А ты меня не слышала? — ответил он вопросом. — Очень. Я тебе и говорил, и орал так в конце, что думал, что гномы сбегутся из городка. — Я… — она задумалась. — Звук я слышала, а вот смысл… Пожалуй, что и нет. Во всяком случае, с какого-то момента. — Значит, у тебя получилось отключиться, — кивнул Мелл. — Дин рассказывал, что Сэма тоже вырубало. В какое-то состояние, не помню, как называется. — Да и не важно, — отмахнулась Летти. — Но, да. Явление налицо. Но у меня есть вопрос. Может, странный, но все-таки. Ты убрал все игрушки. Почему? — Ты не можешь видеть, но у тебя там все было сильно раздраженное. По крайней мере, когда я понял, что нужно заканчивать игру. И потом, если ты хочешь какую-либо из них вернуть, то могу. Но чуть позже. Пусть там все успокоится. — Ты ведь можешь это все залечить, — напомнила си-ин, с интересом поглядев на мужа. — Забыл? — Нет. Но я думал, что ты захочешь в таком состоянии подольше походить, — улыбнулся Мелл и поцеловал Летти. — Я бы так точно хотел. — М-м-м… — протянула Летти. — Ты сейчас противоречишь сам себе. Ну, во всяком случае, как мне кажется. Без каких-либо воздействий оно все заживет очень быстро. Все-таки регенерация у си-ин очень приличная, во всяком случае, в некоторых местах. — Может и противоречу, — сказал Мелл. — Считай, что мне так захотелось. Убрать все. — Кое-что из того, что ты использовал, можно оставлять и надолго, — заметила Летти. — В общем-то все, кроме той штуки, которую ты третьей использовал. — Ну-у-у, — протянул Меллан и нежно улыбнулся. — Третью и оставить никак, очень уж специфическая штучка. — Это твое “ну-у-у” никак не отвечает на вопрос: хочешь ли ты видеть на мне и, хм, во мне эти штуковины? — умащиваясь в объятиях Мелла поудобнее, спросила си-ин с совершенно невинным видом. — Хочу, но не сейчас, — серьезно ответил Мелл. — Мне трех часов постоянного возбуждения и воспоминаний о кровавых лепешках пока хватило. Это была пытка не только для тебя, но и для меня. — О чем воспоминаниях? — удивленно приподняв брови, спросила девушка, непонимающе глядя на мужа. — Я, чтобы снизить возбуждение, — хихикнул Мелл, — представлял ловушки на той планете, откуда меня вытащили. И то, что эти ловушки делали с тем, кто туда попадал. Только так можно было продержаться в этой игре, иначе я бы умер от перевозбуждения или от нескончаемого количества оргазмов. — Хм… — протянула Летти. — Ну, я от этого не умерла, ты, полагаю, тоже вряд ли покинул бы сей бренный мир от такого приключения. Так что твоя сдержанность, скажу честно, мне несколько непонятна. Да и чтобы снижать этот накал есть куда более гуманные методы, чем вызов неприятных воспоминаний. — Да это неважно, как именно и почему я так сделал, честно, — улыбнулся Меллан. — Ты мне так и не рассказала свои впечатления, а вместо этого переводишь разговор на меня. — Мои впечатления описать не так-то, чтобы и просто, — вздохнула девушка. — Это было очень ярко, много, возбуждающе и, надо признать, необычно. Ты там обмолвился, что это пытка? Не сказала бы. Хотя, конечно, ощущений более, чем достаточно. — Я так думаю, что если бы я продолжил дальше, еще на часик, то это была бы именно пытка, — принялся рассуждать синий, на что си-ин лишь чуть насмешливо на него поглядела и покачала головой. — Для человека — возможно, — сказала она. — Для представителя моей расы времени потребовалось бы куда больше. И это без учета того, что, в принципе, к подобному можно и подготовиться. Не забывай, кое в чем мы очень отличаемся от многих других рас. Впрочем, как я понимаю, задачи сделать это именно пыткой ты перед собой не ставил, да, как мне кажется, вряд ли поставишь. — Могу сделать пыткой, только потребуются немного другие игрушки, — усмехнулся Меллан. — Так, чтобы я был свободен. Тогда и вспоминать ничего не придется. — Ах, ты все обещаешь и обещаешь, — протянула Летти с легкой укоризной в голосе. — Разве я не выполняю своих обещаний? — Мелл грозно посмотрел на супругу. — Мне казалось, что в этом меня нельзя обвинить. Если я и поступал так, то по большей части от незнания как все организовать, а не от того, что я по характеру такой. Разве нет? — По-моему, ты по характеру очень мягкий и покладистый, — нежно погладив мужа по животу, ответила Летти. — Это не плохо. Просто твое свойство. Да, ты можешь быть взбалмошным и упрямым, но это не то. Да и со мной ты ведешь себя совсем по-другому, чем с кем бы то ни было. — И? — спросил Мелл, чувствуя, что это только начало монолога супруги. — А, собственно, и все, — пожала плечами та. — Тебе, чтобы научиться некоторым вещам нужно время. Притом, похоже, много времени. А вот его-то у нас не так и много. Точнее… Его много, но как бы в разбег. Пройдет еще пара недель и мне можно будет впадать в спячку трансформации и в следующий раз в женскую ипостась переходить нужно будет не скоро. А в мужской… Вести буду я. И это не способствует обучению, о котором речь. — Хм, — задумался Меллан. — Ну тут есть пара выходов. Ты можешь иногда отдавать власть. Или я буду снимать твое поведение, как обычно работаю с хаосом. Или можно это все совместить. Я понимаю, что по первому пункту может возникнуть множество возражений именно у тебя. Тогда нужно придумать что-то еще. — Не то, чтобы у меня были именно возражения, — подумав, ответила Летти. — Их-то как раз нет, но… Есть определенные свойства характера, выработанные опытом и набор привычек, появившихся вследствие оного. Не знаю, Мелл, — девушка вздохнула. — Мне-Летту очень сложно отдать контроль. И это даже не вопрос доверия или недоверия, наверное. Тут чуть по-другому. Если совсем просто, то в этой форме я способна получать удовольствие от некоторых вещей, а в мужской я могу терпеть эти вещи. Не злясь, не испытывая негатива или чего-то такого, но именно что — терпеть и не более того. — Н-да, — Мелл внимательно рассматривал супругу, чуть сощурившись. — Тут надо думать, что делать. Проще всего воспользоваться даром и копировать поведение, голос и привычки. А ты будешь поправлять. Но! Я скопирую тебя для себя, а вот понравится ли этот я твоей женской части? — Это хороший вопрос, — заметила си-ин. — И ответа однозначного на него у меня, увы, нет. Да и есть другая сторона этого же вопроса: а тебе это как и… зачем? Ну, то есть, зачем создавать копию? Ведь вкусы, манера, ухватки и прочее Летта свойственны ему, а не тебе. Ты-то — другой. Значит и этот набор свойств у тебя должен быть твоим. По-моему, тут не копировать нужно, а вникать в то, чего хочется именно тебе. Дальше это как-то соотносить с моими желаниями. Единственная проблема, на мой взгляд, тут лишь в том, чтобы ты сам осознал, чего же ты хочешь и, возможно, перестал бы стесняться и что-то там вымудривать. — Ну, — протянул Меллан. — Копировать — так работает дар. И это можно изменять. Главное, ты права, выяснить, что мне хочется. А насчет стеснения… Неужели это так выглядит со стороны? Я не стесняюсь. Ни своих, ни твоих желаний и действий. Просто не всегда уверен в правильности из-за того, что мало знаю и умею. Только и всего. — Может это и не стеснение, — пожала плечами девушка. — Неуверенность… Пожалуй, более верное определение. Но ты никогда не думал, что многие вещи нельзя понять, не попробовав? Это с одной стороны. С другой: что такое “правильность”? По каким критериям ты определяешь, что правильно в такого рода играх, а ведь мы о них речь ведем, а что нет? — Скорее, по тому, получаем ли мы от игры удовольствие, — ответил Мелл. — Слово “правильность” не то. Но не знаю, как сказать по-другому. И еще, я не всегда уверен в реакции на ту или иную игру, или игрушку. Вот, например, последняя. По мне, так я бы смог только два часа выдержать и рассчитывал время исходя из этого. Не учитывая того, что ты си-ин. Я хоть и пытался выяснить, сколько ты сможешь вынести, но эта игра была для нас новым опытом и тут даже ты не могла сказать точно. Вот и неуверенность в своих действиях. Несмотря на собранность и огромное желание так поиграть. — Давай я попробую чуть с другой стороны объяснить, — предложила Летти, когда они перебрались в спальню, вылезая из ванной. — Вот, смотри, допустим, ты хочешь есть, но вокруг наличествует только абсолютно незнакомая пища. Она выглядит непривычно. Пахнет совсем не так, как та, с которой ты знаком. О ее вкусовых и питательных качествах тебе вообще ничего не известно. Впрочем, как и степени ее полезности для твоего здоровья. Это жесткий пример, но суть он отражает. Так вот, твоя задача — насытиться. Для этого ты начнешь пробовать эту самую еду. Притом, чем больше голод, тем более интенсивными будут пробы и меньше ты будешь задумываться о том, чем потребление этой еды может грозить. А теперь вернемся к нашим баранам. Точно также, как и в приведенном мною примере — ты не знаешь много чего, но если ничего не делать — ничего и не узнаешь. Ну, и мне кажется, что ты просто до дрожи боишься ошибиться. Как будто тут у тебя экзамен, от которого зависит буквально все. Но ведь это не так. Даже если ты сделаешь что-то, что не понравится тебе или мне, никто в обиде не будет. Просто из такого вот опыта делается вывод: в такую игру не играем. И все. — Боюсь, конечно, но не так сильно, — улыбнулся Мелл. — И вообще, насколько ты помнишь, у нас было не так уж много времени вот так поиграть. Одни заботы и приключения. Мы умудрились их даже на отдыхе подцепить. И… Стой! Лежи так! — он подскочил с постели, что-то вспомнив. — Ты уж определись, стоять или лежать, — фыркнула девушка, с любопытством глядя на мужа и пытаясь понять, что тот задумал. Синий рванул в игровую, вспомнив, что игрушки до сих пор отмокают в воде. Он вытащил их, проверил на работоспособность и вернулся в спальню с виброяйцами. — Пока мы болтали, все твои натертости зажили, я помог чуть-чуть. Теперь можно и вернуть игрушки, если хочешь. Мне нравится, как они на тебя действуют. Только железяку не буду вешать пока… — Почему? — спросила Летти, раздвигая ноги, чтобы муж мог реализовать свою задумку и показывая ему, что не против такого расклада. — Удержишь? — спросил он, показывая супруге ту игрушку, которую хотел поместить в нее. — Железяка тебя полностью открывает… Я знаю, что ты сильна там. Просто спрашиваю. — Удержу, конечно, — кивнула девушка. — Неплохой, кстати, тренажер для мышц. Даже полезный. И что, что открывает? — Тогда подожди, — Мелл разместил обе игрушки в чувствительных местах. — Сейчас за ней схожу и все будет, — он подорвался снова в игровую и притащил оттуда железку, которую и закрепил в колечках. — Нормально? — А как ты думаешь? — спросила Летти, ощущая, что вновь заводится. Вроде бы и буквально совсем недавно казалось, что сил вообще ни на что нет, а поди ж ты. — Я думаю, что тебе сейчас хорошо, но хочется большего, — Мелл потихоньку включил вибрацию. — Только вот получить этого большего ты пока не можешь… — Тиран и деспот, — фыркнула девушка, сводя ноги. Ощущения от вибрирующих штуковин были не то, чтобы совсем слабыми, но больше заводила ситуация, чем их воздействие. — Без большего я пока переживу, а вот ты без обеда? Мелл увеличил вибрацию на игрушках и внимательно уставился на жену. — Ты какой именно обед имеешь ввиду? Приготовить я смогу и сам, заодно хоть попробуешь. А если ты имеешь в виду десерт, — он многозначительно оглядел Летти, — то я не думаю, что без него останусь. И вообще, я белый и пушистый, а никакой не деспот, а уж тем более тиран. — Вообще-то я об обычном обеде. Супчик там, мяско… — мурлыкнула она, отвечая мужу не менее многозначительным взглядом. — Сил-то много уходит на такие игрища. Или нет? — Или да, — мурлыкнул Мелл в ответ. — Вставай, любовь моя, будешь меня развлекать, пока я занимаюсь готовкой. Заодно и потренируешься, — он усмехнулся. Летти легко поднялась с постели и с гордым и независимым видом направилась на кухню. Единственное настоящее неудобство при передвижении доставляли вовсе не игрушки, а железка, но приноровиться можно было и к ней, так что это ее не особо беспокоило. Мелл зашел в кухню следом за супругой и сразу оккупировал кухонный стол, мойку и холодильник. Он достал овощи, вымыл и принялся чистить и нарезать их для супа. Пока вода закипала, он вынул мясо, быстро замариновал и принялся помешивать супчик. Вел он себя, как заправская домохозяйка, только фартучка не хватало. — Ты меня совсем не развлекаешь, — обиженным голосом пожаловался Мелл. — Расскажи что-нибудь. А то я тут изображаю кухарку, а ты просто сидишь и наслаждаешься игрушками и видом, — он прибавил вибрацию. — И о чем же тебе рассказать? — как можно более спокойным и нейтральным тоном спросила Летти, хотя это было не так-то и просто. Помогало только умение владеть голосом, хотя она не была уверена, что в женской форме оно работает так же безотказно, как и в мужской. Петь она пробовала и слышала, что не фальшивит. Голос был, пусть и не такой сильный и поставленный, каким она обладала в мужской ипостаси, но вот уверенно играть им… — Что-нибудь из твоих приключений, — ответил Мелл. — Мне нравится тебя узнавать с разных сторон. И ты умеешь рассказывать, — он кинул мясо на горячую сковороду и быстро обжарил. Суп был уже почти готов и синий принялся накрывать на стол. Попытку сдержать себя у супруги он оценил и запомнил на будущее. — Как-то… — протянула Летти, удобнее мостясь на стуле, — Оно по заказу не рассказывается. Не то, чтобы я пыталась что-то скрывать, но… Если что-то приходится к слову или к месту — это одно, а вот так — совсем другое. Ты хоть намекни, о чем именно хотел бы услышать, а то приключений разных было немало. — Если не рассказывается, ну и ладно, — покладисто сказал Меллан. — Обед уже готов, сейчас налью супчик, — он разлил овощной суп по тарелкам и пожелал приятного аппетита. — Ну как? Могу я быть поваром? — Можешь, можешь, — утешила супруга девушка, с удовольствием поедая суп, в который добавила зелени и сметаны. — В королевский дворец не возьмут, а вот для более-менее приличного трактира — вполне годно. Мелл усмехнулся, чуть прибавил вибрацию у игрушек и сказал: — В королевскую кухню я не стремлюсь, а вот тебя вкусно накормить — очень даже, — он посмотрел на испарину на лбу и верхней губе Летти и снизил уровень вибрации. — Мясо будешь? Или только салат? Или сразу десерты и кофе? — А что у нас выступает в роли десерта? — полюбопытствовала си-ин, глядя на мужа так, будто готова была рассматривать в качестве оного именно его. — У нас сегодня выбор небольшой, — скромно потупился Меллан. — Мороженое и я. Что будешь? — Хм… — протянула девушка, продолжая плотоядно разглядывать собеседника. — А если мне хочется пироженко, что делать? — Подождать, когда я его принесу из дома родителей, — серьезно ответил Мелл. — Тебе сколько штук? — Три. С шоколадным кремом и вишнями, — в тон ему ответила Летти. — Знаешь, у Фаба крем такой получается… М-м-м… Пальчики оближешь. Нежный, воздушный и вкуснющий. — Угу, — кивнул Мелл, поднимаясь. — А мне больше нравятся такие трубочки со взбитыми сливками, эклеры вроде называются. Сейчас принесу, — он выскользнул из кухни буквально в одну секунду и почти также быстро примчался обратно. — Вот, как ты просила. Последние были. Летти взяла одно из пирожных и, демонстративно не глядя на Мелла, подцепила пальцем крем и принялась с удовольствием облизывать его, очень тщательно делая вид, что это единственное занятие, которое достойно сейчас ее внимания. На самом деле было и вправду вкусно, впрочем, что в этом процессе вкуснее — дразнить мужа или поедать крем, сложно было сказать. Меллан улыбнулся, глядя на это представление, увеличил вибрацию одного из яиц и принялся за мясо, разрезая его по маленьким кусочкам и очень чинно помещая себе в рот. Он тщательно жевал и делал вид, что Летти разыгрывает все это не для него. Играть в такую игру могут две стороны… Летти, краем глаза наблюдавшая за мужем и уже очень распаленная игрушками, продолжала вылизывать крем, с каждым движением добавляя в это нехитрое занятие все больше и больше эротизма. Ей было любопытно, к чему все может прийти и насколько хватит Меллана в этой забавной и отнюдь не невинной игре. Мелл держался и продолжал все также отрезать мясо маленькими кусочками и отправлять к себе в рот. Хотя, сдерживался он уже еле-еле и только сосредоточенность на еде мешала вскочить и наброситься на жену. Почему ему было так важно не проиграть эту игру и заставить Летти просить первой, он сам не понимал. Синий еще чуть увеличил вибрацию и снова взялся за мясо. Си-ин же, продолжая слизывать с пальцев крем, издала низкий эротичный стон и двинула телом в совершенно характерном жесте, при этом, все также не смотря на Мелла и изображая крайнюю увлеченность лакомством. Меллу было уже очень и очень жарко, но тут включилась его упертость, которая очень часто позволяла ему выигрывать споры и помогала в обучении. Мясо на тарелке закончилось, но синий взял креманку, наполнил ее мороженым и с причмокиванием и облизыванием ложки стал поглощать лакомство. Упрямство было присуще не только Меллану, но и его супруге, поэтому она продолжила свою игру, чуть ерзая на стуле, что доставляло сейчас определенные ощущения, подстегивая и так полыхающее желание. Крем на пирожном кончился, но остались ягоды и корж, которые она и поедала, отламывая и отправляя в рот маленькими кусочками, постанывая от удовольствия, теперь уже не столько гастрономического, сколько совсем иного. — Ты наелась, дорогая? — Мелл был сама вежливость и отстраненность. Да, у Летти было много лет опыта, но его вело упрямство юности. — Мороженое очень даже ничего, не хочешь? — Наелась, — выдохнула девушка. — Мороженого точно не хочу. Оно холодное. — А мне кажется, что тебе самое то, охладиться, — вежливым светским тоном произнес Мелл. — А то тебе уже жарко, — он еще увеличил вибрацию. — Именно потому, что мне жарко, мороженого-то и нельзя, — мурлыкнула Летти, поднимаясь со своего места и подходя к Меллу. — А то, знаешь, можно простудиться. Буду лежать в постели, капризничать, ворчать и страшно страдать, — она запустила руку в его волосы и чуть потянула, запрокидывая его голову. — Ты ведь не хочешь этого, правда? — Не хочу, — Мелл заглянул ей в глаза. — Но я этого не знал и собирался сделать тебе холодную ванну, — он легко погладил Летти по бедрам. — Думал, так тебе станет легче. — Хм… Неплохой способ уморить меня, — отпуская волосы мужа и кладя ему руки на плечи, заметила девушка. — А я думала, что нужна тебе в живом и здоровом виде… Но у тебя есть отличный способ избавить меня от жары менее экстремальными методами, — добавила она, усаживаясь Меллу на колени и потираясь об него. — Думаю, ты отлично знаешь, какой. — Знаю, — Меллан потянулся к пирсингу на груди Летти, играя с сережками, чуть выкручивая их. — Убрать одно? — Скорее заменить, — выдохнула Летти. — Собой. — Где ты хочешь замены? — пальцы Мелла проскользнули по внутренней поверхности бедра девушки и остановились около складочек. — А то ты не догадываешься, — нетерпеливо фыркнула та, поводя бедрами. Мелл проник в лоно девушки и, подцепив игрушку, потащил ее наружу. Только он не собирался так быстро заменять ее собой, ему хотелось еще немного поиграть. Синий начал раскачивать виброяйцо вверх-вниз и из стороны в сторону. — Черт! — выдохнула Летти. — Ты сейчас лучше был бы, чем эта штука. Синий усмехнулся и резко вытащил игрушку. И также резко вошел в тело жены, заполняя пустоту и начиная двигаться. Второе яйцо давило на его член сквозь тонкую мышечную стенку, вибрируя и заставляя Летти всхлипывать. Мелл задвигался быстро и сильно, вбиваясь до звезд в глазах. Летти было хорошо. Нет, пожалуй, слово “хорошо” не отражает сути. Слишком оно простое для того, что происходило. Разрядка же пришла быстро и была бурной, после чего си-ин обмякла в объятиях супруга. — Все-таки несколько дней выходных это очень здорово, — мурлыкнула она, когда оба перевели дух. — Жаль, редко выпадают и очень быстро заканчиваются. Отдыхая, она лениво раздумывала о том, что делала бы на месте Мелла. Впрочем, она обладала куда большим опытом, выдержкой, да и четко понимала, чего ей хочется, у супруга обретение всего этого было впереди. Было бы желание, а уж умения и знания — появятся. — Жаль, у нас мало выходных, — Мелл потерся носом о Летти, впитывая ее запах, наслаждаясь лаской и послеоргазменной расслабленностью. — Столько бы еще всего можно было сделать… — Ну, думаем мы с тобой синхронно, — улыбнулась девушка. — А с выходными вообще надо что-то делать. Я понимаю, дел множество и за всем догляд нужен, но, с другой стороны, и отдыхать необходимо. Притом, всем. Не только нам с тобой. Старшим — тоже. Надо будет поговорить на эту тему с Дином, да и с остальными. Вдруг кого-нибудь осенит, как бы это устроить. Мне вот, кроме того, что перемещаться в какой-нибудь другой мир с этими целями, больше идей в голову не приходит. Ну, хоть в родной мир старших. Или в тот, где я родилась. Сделать там этакую базу… Может и странная идея, но, возможно, имеющая смысл. — Где старшие родились? — удивленно приподнял брови Меллан. — Насколько я понимаю, они бы вообще туда не возвращались. Судя по их разговорам… Но приходится. Документы, корабль, то, се. А твой мир, где ты родилась, он какой? Что в нем? И потом, ты же тоже не особо желаешь там находиться… — Ты ж там был, — Летти чуть отстранилась и поглядела на мужа. — Дед Ссол там живет. А не хочу я находиться в селении моего рода, а не вообще в том мире. Собственно, я ж не предлагаю куда-то переселяться насовсем, но переход через портал между мирами даст возможность, отсутствуя тут несколько часов, на самом деле проводить где-то произвольное время. Отоспаться, заняться друг другом, просто потормозить, точно зная, что от того, что ты сидишь и ничего не делаешь ничего страшного в критичных местах не произойдет. Понимаешь, о чем я? — Угу. Я тот мир, где мы встретились, и ты родилась, помню вообще кусками, — Мелл закрыл глаза, чуть ли не засыпая. — После того, как я тебя увидел, ты думаешь у меня было время обращать внимание на что-либо еще? Я только на тебя смотрел, меня больше никто и ничего не интересовало. А поговорить об этом со старшими можно. А то иногда они так выглядят… Как клячи. Только не говори, что я такое про них сказал! — он распахнул глаза и уставился на супругу. — Ну, это правда, — пожала плечами Летти. — Усталость имеет свойство накапливаться и вроде как делаешь что-то, делаешь, решаешь проблемы, а оно там где-то… Изнутри не видно, а когда ощущается — обычно не пара дней отдыха нужна, а чуть ли не лечиться пора. Даже если это самое-самое любимое дело на свете. — Ты хочешь сказать, что и от занятий любовью можно устать? — Мелл снова выглядел удивленным. — И от занятия вообще-вообще любимым делом? — А ты как думаешь? — вопросом на вопрос ответила девушка. — Просто прислушайся к себе. Чего тебе сейчас хочется? На вид ты сонный совсем. Хотя время-то еще ранее. Только-только пообедали, да и встали не сказать, чтобы очень рано. Но это не плохая усталость, пару часов подремлешь и все пройдет, можно снова в бой, а от решения разнообразных проблем, которые возникают в городе, от того что нужно постоянно контролировать себя, вести себя определенным образом, принимать решения, помогать везде, где нужна помощь — усталость другая. Я наблюдаю за старшими довольно внимательно. Дин, например, устает от большого количества народу и от того, что он за все отвечает. При этом, на самом деле отвечает он не совсем за все, но думать-то, что именно за все, ему никто не мешает. У Ссол и Фабиана с этим попроще, но и они тоже иногда не отказались бы от того, чтобы их никто не теребил. Руадх, вон, когда ему уединиться охота, сваливает к диким драконам и нянчится с ними. Атталика — в библиотеку прячется. А ты — закапываешься в мастерскую и шьешь там до потери пульса. — Ну да, закапываюсь, — Мелл кивнул и снова закрыл глаза. — Кстати, о мастерской. Я попросил Ссол помочь с помещением, а она сказала, что после твоего лечения — это будет шикарная возможность обучиться на практике. Ты будешь все делать, а она проконтролирует. — Я не против, — отозвалась Летти. — А вот тебе неплохо бы все-таки не на стуле спать, а до кровати дойти. Подремлешь немного, а я пока почитаю, что ли… — Тогда… — Меллан подсобрался и один рывком встал со стула, держа Летти на руках. — В спальню! Тебе ничего не нужно вынимать-выключать? — хитро сощурился он. — Одно яичко вон валяется, а второе… — А сам с собой ты этот вопрос решить никак не можешь? — цепляясь ногами за талию мужа, а руками за его шею, спросила си-ин. — И, если ты думаешь, что я его не ощущаю, ты очень заблуждаешься. Мелл дошел до спальни, уронил Летти на кровать и, обнимая и целуя, устроился между ног девушки и вытащил игрушку. Щелкнув кнопкой, он остановил вибрацию и завалился рядом с женой. — Потом оба помою, сейчас сил нет. Хочу поспать, как ты и сказала, пару часиков, а потом продолжим выходные. — Я и сама могу помыть, — сказала Летти, отбирая у мужа игрушку и откладывая ее на тумбочку. — Спи. Я схожу за второй, потом в ванную загляну, возьму книжку и приду к тебе. — Не хочу, чтобы ты уходила, — Мелл обнял девушку и подтянул к себе. — Мне с тобой так… Замечательно. И правильно, будто так и надо, — он зевнул, засыпая, что-то еще бормоча себе под нос. Летти, удостоверившись, что он заснул, и заснул крепко, осторожно выбралась из его объятий и, как и говорила, сначала вымыла обе игрушки, а потом, прихватив книжку, вернулась в постель и завалилась рядом с Меллом. Читать она любила и теперь осваивала земную художественную литературу, поглощая ее без разбора, просто утаскивая из библиотеки очередную стопку книг. Атти неодобрительно хмурилась, но книги возвращались на место неповрежденными, так что возражений особо не было. Мелл распахнул глаза и огляделся. Судя по свету из окна, проспал он часа три. Рядом с ним дремала Летти, видимо книга, которую она читала, была не особо интересной, раз ее сморило. А может и усталость, про которую они беседовали перед сном, взяла свое. Игрушки лежали на прикроватной тумбочке, чистые и сухие. Меллан пошевелился, только очень осторожно, ему совсем не хотелось будить супругу, но сон у нее, как всегда, был слишком чуткий. — Извини, не хотел тебя будить, ты так сладко дремала. Книжка такая попалась? — Не, просто ты так сладко сопел, — улыбнулась Летти, потягиваясь всем телом. — Книжка-то как раз ничего. Правда, много непонятного, но… Так даже интереснее. — А про что ты читаешь? — Мелл приподнялся на локте. — Я вот чтение особо не жалую, но мне кто-нибудь из старших или Руа, или Атти дают почитать то, что по их мнению будет мне интересно. И попадаются очень даже интересные. — Это… — Летти задумалась. — Не знаю, насколько это правдивая книжка, но, похоже, об истории. Дело происходит в одной из стран того мира, приключения там всякие, интриги… В общем, довольно забавно, даже без научных знаний. — А почему ты решила, что она правдива? — Меллан нахмурился, раздумывая. — Из-за обилия научных данных или еще по какой-нибудь причине? — Я не решала, о чем я и сказала, — ответила девушка. — Ну там, судя по контексту, упоминаются явно личности, отметившиеся в истории того мира, места… Я читала уже нечто подобное и совершенно точно не художественное, поэтому имена более-менее знакомые встречаются. Эта книжка — художественная, но сколько в ней именно вымысла, а сколько настоящего, оценить разумному, который не занимался изучением того мира, сложно. — Угу, — согласился Мелл. — Ты еще будешь читать или мы можем что-нибудь другое поделать? Я вот, например, погулять хочу. Просто ножками по окрестностям. — Мы еще в шкафу моем разобраться хотели, — напомнила Летти. — Тогда сначала шкаф, а потом прогулка, хорошо? — Мелл потянулся и соскочил с кровати. — Я уже почти готов, а ты? — А чего тут готовиться-то? — удивилась девушка и, встав, прошла в гардеробную, где и распахнула дверцы шкафа. — Ну, и что ты хочешь на мне видеть в качестве повседневных нарядов? — Если ты выкопаешь то, что свалила в глубь, я тебе покажу, — Мелл подошел и встал рядом с распахнутым шкафом. — Там много всего. Летти принялась вынимать все подряд из шкафа, раскладывая одежду по всем поверхностям, а когда те кончились — по полу и в скором времени вся, в общем-то, немаленькая гардеробная покрылась более-менее равномерным слоем разнообразных одежек. Было удивительно, как они вообще помещались в шкафу, не иначе и тут без магии не обошлось, тем более, что сие вместилище было явно гномской работы. — Все-таки, ты — настоящий швейный маньяк, — произнесла Летти, окидывая рассеянным взглядом разложенное вокруг богатство. — У меня четкое ощущение, что такого количества одежи у меня не было за всю мою жизнь. — Ничего страшного, — усмехнулся Меллан. — Ты же собираешься жить долго и счастливо со мной. Вот смотри, мне очень нравятся такие комплекты, — он подобрал из кучи на полу легкие красиво расшитые брюки из тонкой струящейся ткани и с диванчика подходящую тунику. — Вот, примерно, так. Или вместо туники вот эту вещь, — в его руках оказалась легкая блузка на минимуме завязок. — И я откуда-то знал, что ты не особо жалуешь платья и что-то похожее на них и поэтому нашил одежду такого плана, в основном. Там есть платья и юбки с блузками, конечно, и такие штуки, как у Ссол, и еще одежда для Летта, и для тебя — здешняя. Но это уже как сама захочешь. Можно составить несколько комплектов или подобрать все так, чтобы можно было постоянно менять. Я старался делать все подходящим друг другу. — Вижу, — кивнула Летти, задумчиво разглядывая разложенное, а потом принялась перебирать и раскладывать все по новой, что-то аккуратно складывая на полки, что-то вешая. В конце концов, не убранными в шкаф остались лишь однотонный, сдержанного темно-сливового цвета топ и яркая длинная юбка. — Вот это я надену сейчас, если ты не против, — сказала девушка, показывая мужу выбранный наряд. Тот до сих пор не снял железку, а с нею ни о каких штанах и речи не могло быть. — Совершенно не против, — Мелл улыбался так радостно, что хотелось улыбнуться в ответ. — Мне нравится. Тебе ничего не мешает? Прогуляться сможешь? — Мелл, ты задаешь очень странные вопросы, — протянула девушка. — Штуковина, на которую ты намекаешь, по определению не должна быть удобной. Она как бы и не для этого. Прогуляться я смогу, если не придется при этом быстро бегать, а вот убрать ее или оставить — решать тебе. Ты ведь ведешь, вот и реши. — Нет, бегать не придется. И мой вопрос, если подумать, не особо странный, — Мелл натягивал штаны. — Я вижу, что она неудобная, но не знаю и не чувствую, насколько. Поэтому и спрашиваю. — У тебя есть очень небольшой опыт хождения с игрушкой внутри себя. Помнишь? Это было удобно? — одеваясь, спросила Летти. — Можешь не отвечать. Я точно знаю, что нет. Но… Как это было для тебя? Кроме того, что неудобно. — Хм, это было… Возбуждающе, точно, — вспоминал свои ощущения синий. — Еще мне очень нравилось то, что именно ты ее туда поместил. Потом, чувство заполненности было… не новым, нет, но таким правильным, что ли. Я не могу описать это ощущение. Будто так и надо, понимаешь? — Понимаю, — кивнула си-ин. Он оба не спеша шли на выход из их жилища, разговаривая и успели уже дойти до галереи, идущей за водопадом. Та кончалась ступенями вниз, откуда начиналась дорожка, по которой можно было попасть либо на берег, либо к замку. Не сговариваясь, оба повернули к берегу. — Сложный комплекс ощущений и переживаний, да? Вот точно также эта железяка. Не объяснить так сходу, что же это и как оно, но, учитывая, что поместил ее ты, оно одновременно и заводит, и ощущается правильно, и напоминает, что мы вообще-то сейчас все еще играем, и… В общем, много чего. — Да, — Меллан задумчиво покусал губу. — У меня так же. — Все эти игры, — рассеянно оглядываясь по сторонам, произнесла Лети, — не только набор неких механических действий, типа: взял плетку шлепнул по заднице некоторое количество раз или что-то в этом роде. Они трогают не только тело, но и нечто большее, притом, с обеих сторон. Может, разум, может душу… Не знаю, что это на самом деле, но точно знаю, что оно происходит. На самом деле, нечто подобное происходит не только в играх, но я сейчас именно о них. По моей практике, в них все ярче, рельефнее, быстрее и, если можно так сказать, нагляднее. Все реакции обоих участников четче и ярче и видны невооруженным глазом. Меня учили подмечать все это, делать выводы, управлять и, не стану скромничать, определенных успехов в этом деле я достигла. Сейчас учишься ты и у тебя неплохо получается, только… — она бросила быстрый взгляд на супруга и вздохнула. — Понятно, что ты боишься ошибиться, сделать что-то не то или не так, нанести вред, но все-таки проявлять чуть больше решительности было бы неплохо. — Я не только этого боюсь, — ответил Меллан. — Я боюсь сорваться. Мне слишком нравится то, что происходит между нами. Я играю, наблюдаю за тобой, разговариваю, учусь, но мне хочется большего. И эти желания меня пугают. Не тем, что они есть, это как раз для меня не проблема. А своей интенсивностью, что ли. Например, иногда, когда я беру тебя лицом к лицу, и ты покорна мне, я очень хочу придушить тебя. И не просто придушить… И также со всем остальным, — он вздохнул и остановился. — А иногда мне хочется, как сейчас, например, поменяться с тобой местами. В смысле, я жалею, что не могу перекидываться ни в кого, кроме дракона. А мне было бы интересно побыть с другой стороны. Девушкой. Поносить твои игрушки и ощутить то, что чувствуешь ты. — Покопайся в своей памяти повнимательнее, — фыркнула Летти. — Наверняка же рождался не только мужчиной. Правда... выудить сможешь только часть ощущений, но все-таки. А что касается остального… Мелл, а почему ты думаешь, что можешь сотворить что-то непоправимое? Нет, ты, в принципе, на многое способен, но… Ты ведь любишь меня и разве это не является достаточным тормозом, сдерживающим от нанесения фатального вреда? — Является, — подтвердил синий. — И девушкой я не рождался ни разу, к сожалению. — Странно, — протянула си-ин. — Ты ведь далеко не вчера родился… Ну, то, что перерождается. Необычное явление — только мужские воплощения. Они дошли до берега и теперь шли вдоль него. Летти подобрала юбку, чтобы не намочить и шлепала босыми ногами по выкатывающейся на песок воде и иногда присаживалась, чтобы подобрать понравившуюся ракушку или камешек, рассмотрев которые, выкидывала обратно в спокойную и чистую воду залива. Вообще место, в котором располагался маленький пока городок, было, на взгляд си-ин, удивительно удачным. Шторма, разыгрывающиеся в открытом море, его не затрагивали, не донося не только волн, но и сильных ветров, что было хорошо для жителей, но, с другой стороны, могло и усложнить судоходство: сложно выйти из закрытого с трех сторон залива, если ветра нет, а корабль исключительно парусный. Но эту проблему придумали как разрешить, так что через несколько лет ближе к выходу к морю обещался появиться порт, большой торг, ну а заодно и все, что к этому обычно прилагается. — Интересно, как старшие планируют решать те проблемы, которые сопутствуют большому портовому городу? — озвучила она свои мысли. — Торговля это, конечно, здорово, но… Уединению и благолепию, которое тут творится, боюсь, конец придет. — Но можно же закрыть некую часть будущего большого города. Именно для того, чтобы оставить здесь все, как есть, — пожал плечами Мелл, наблюдая за действиями жены. Ему очень нравилась эта картина — маленькие, изящные ступни, утопающие то в воде, то в песке. — Или вынести порт настолько далеко, чтобы это был отдельный город, никак не затрагивающий это место. Тем более, если он будет сугубо торговым… Но тут мы можем сильно потерять в средствах на дороги или вывоз товаров из города морским путем. Или лучше переселить ремесленников туда. Вариантов множество. — Надо будет поговорить со старшими, поспрашивать их, как они видят перспективу, — произнесла Летти, прикидывая, как поступила бы она и вдруг ловя себя на мысли, что, пожалуй, впервые в этой жизни рассматривает все не отстраненно, а действительно испытывая неподдельный интерес. До этого любое поселение, даже те, в которых она задерживалась не на пару дней, воспринимались ею совершенно не так. Их будущее, будущее их жителей и хозяев ее мало интересовали. Когда-то. Теперь что-то неуловимо изменилось, появился не только интерес, но и желание деятельно участвовать, улучшать, благоустраивать, заботиться. — Я знаю, что это может показаться странным, но… Хочется придумать нечто, что позволило бы и сохранить то, что есть сейчас — уклад, тишину, определенную уединенность, ну и все прочее, и в то же время сделать, чтобы жизни и движения тут стало больше, — она поглядела на мужа, пытаясь угадать, насколько тот понимает, о чем она столь сумбурно и непонятно говорит. — У нас с тобой уже целый список того, о чем нужно со старшими поговорить, — рассмеялся Мелл, плюхаясь на песок и зарываясь в него пальцами ног. — То, что ты хочешь, вполне осуществимо, мне кажется. Нужны новые люди, свежая кровь, так сказать. Тем более, туземцы прекрасно ведутся на наши провокации и изничтожают сами себя. Хотя, и они бы не помешали в качестве жителей. — С ними вряд ли что получится, — отозвалась девушка. — Слишком разные уровни развития. Взять хоть жителей Вестероса или Эссоса и местных… Местные на фоне них — дикари настоящие. И Вестеросцы дикари, в общем-то, но куда более, скажем, цивилизованные. Местные же… Разве что детей мелких брать и воспитывать их в нашем укладе, предварительно отсеяв всех, кого коснулась скверна Пожирателя. Так есть шанс из них вырастить что-то годное, а сами по себе они будут развиваться до подходящего уровня, может, и не одну сотню лет. А на воспитание оравы детишек нет ресурсов. — Угу, и брать их нужно младенцами, чтобы не помнили ничего о своих корнях, — буркнул Меллан. — Мы сейчас рассуждаем так же, как и орденские про драконов. Бррр. Метод один и тот же, а мотив абсолютно разный. Но все равно, бррр. — Ну, а чего ты хочешь? — пожала плечами Летти. — В любом месте, где есть разумные придется как-то завоевывать свое место, а процесс этот отнюдь не такой уж чистенький. При этом, нам-то кажется, что наш уклад жизни хороший, а любой другой — плохой. Орденцам, полагаю, кажется примерно то же самое. Разница между нами и ними весьма иллюзорна. Но мы-то себя злом считать никак не согласны. Хотя, вот туземцы бы очень даже оспорили эту мысль, узнай они о нашем наличии и о том, что все неприятности, которые на них в последнее время свалились, наших рук дело. — Да, тут не поспоришь, — Мелл снова улыбнулся и посмотрел на девушку. — А ты знаешь, что у тебя очень красивые ступни, что в мужской, что в женской форме. Очень изящные. Хочется воспеть их в стихах. Ого! Я от тебя заразился тягой к творчеству! — он расхохотался. — Это, наверное, передается через постель. Возвращаясь к нашим туземцам. Мне иногда кажется, что так, как мы с ними поступаем, настоящее варварство и наше невежество. Может, они обладают чем-то таким, что нам недоступно. А может и нет. Но все равно… — В то, что мои ступни, когда я пребываю в женской форме, изящны я с легко готова поверить, но у мужской? Серьезно? — Летти удивленно поглядела на мужа, потом приподняла ногу и осмотрела ее. — Ты ничего не спутал? Нет? — она одернула юбку, пряча конечность под яркую ткань, заодно осмысливая то, что Мелл сказал про аборигенов. — А на тему туземцев… В чем-то ты прав. Варварство, но… Честно сказать, не представляю, как по-другому, учитывая все обстоятельства. Более того, я помню, как в одной из жизней был в очень похожей ситуации. В общем, закончилось все печально, но не в том дело. Понимаешь… У нас есть определенные представления о том, как следует жить, что правильно, а что нет. Что морально, а что не очень. У них — тоже. И наши представления об этом напрочь не совпадают. Ты знаешь, что в некоторых поселках туземцев считается вполне нормальным, ну, например, поедать своих врагов? Они думают, что таким образом их сила передается им. Сила, удача, в общем, все хорошее, что было у поверженного врага. Не то, чтобы они напрочь были не правы, при определенных условиях таким образом можно много чего получить, но не просто изжарив и съев тушку. Опять же, даже если бы они не были заражены скверной, разница в том, что мы знаем об устройстве мира и что об этом знают они — огромна и, по опыту, непреодолима. В ту жизнь, когда я была в похожей ситуации, я пыталась, точнее, пытался, заниматься просвещением. Так вот, я с уверенностью могу сказать, что некоторые вещи объяснить разумным, находящимся на том уровне развития, что тутошние туземцы, просто невозможно. Вот то же электричество. С точки зрения развития технологии, миры, где я родилась или где родились наши гномы, очень далеки от того, где были рождены Дин с Ссол, но и я, и гномы, и эльфы и другие си-ин, которые тут обитают, вполне понимаем, что это за штуковина такая. Кто-то тупо пользуется, а кое-кто и не поленился, разобрался, как это в принципе работает, просто потому, что есть определенная база для этого понимания. Есть опыт работы с энергиями другого вида, проще говоря, с магией. Дикари же местные не смогут в этом разобраться. У них просто нет для этого ничего. Им можно выдать гору книг, научить читать, но понять, что к чему и почему сумеют единицы, а остальные посчитают… Ну, это зависит от характера, но вариантов не так, чтобы и много. Одни — великим злом, другие — великом добром, третьи — отличным источником для получения благ, с которым нужно дружить, чтобы их получить, а четвертые — что этот источник благ надо немедленно присвоить, а если присвоить не выйдет, то, как минимум, постараться уничтожить, чтобы другим не досталось. — Но это же обычное поведение обычных разумных! — кивнул Мелл. — Думаешь, в срединных или высоких мирах Розы все по-другому? Неа, точно то же самое, только вокруг наверчено еще морали и прочего. И как тут разобраться, кто прав, а кто нет? Вот взять тот же момент с перемещением мира в Розе. Драконы чувствуют, куда нужно помочь направиться миру, а остальные считают, что мы это делаем из собственных прихотей. А, Фаб же ничего не рассказывал вам, что узнал от Дина… Так, иди сюда, — синий привлек жену и, положив пальцы ей на виски, показал и рассказал то, о чем говорил Дин с Фабианом, объясняя о движении миров. — Вот, теперь ты знаешь. Летти чуть потрясла головой, будто это могло помочь уложиться новой информации, а потом кивнула. — Драконы, сдвигая миры определенным образом, получается, являются этакими… Хм… Двигателями прогресса. Ну, да. Похоже. А кто прав, а кто нет… Полагаю, это совершенно неразрешимый вопрос. А точнее, вопрос морали. В итоге же прав оказывается тот, кто сильнее. Потому, что именно сильные выживают, перекраивают мир под себя, оставляют потомство, воспитанное в их представлении о том, что правильно, а что нет. Перекраивают они его сообразуясь именно со своими представлениями о добре и зле. А кто не спрятался, ну… Тот либо присоединяется, либо пытается сопротивляться. Оказывается сильнее? Отлично, значит именно он будет перекраивать мир, опять же, руководствуясь своими представлениями, моралью и прочим. Оказывается слабее? Тоже неплохо. Во всяком случае, для победителей. — У меня возник вопрос после твоей пламенной речи, — усмехнулся Мелл. — Что именно считать силой? Я вот за все свои жизни видел множество слабых, но жутко хитрых или очень умных людей, которые выигрывали у сильных. Как тут быть? — Мелл, сила-то не только мускульная бывает, — задумчиво поглядев на мужа ответила Летти. — Кто-то обладает пудовыми кулаками, а мозгов как у голубя. А кто-то чахлый и тощий, и здоровье не очень, но зато умный или хитрый, или, как вариант, умный и хитрый одновременно, да еще и предусмотрительный. В драке, кстати, тоже не самый накачанный побеждает. А сила… Думаю, это гармония. Включающая в себя и физическую силу, и силу разума, и любознательность, и много чего еще. Чем больше граней — тем разумный сильнее. — Как алмаз? По крайней мере, это первый пример, что пришел мне в голову в связи с гранями и силой, и твердостью. О! Сиди тут, я сейчас вернусь, — Меллан подорвался и побежал в сторону дома. Вернулся он минут через десять, держа что-то за спиной. — М-м-м, это тебе, — он протянул Летти шкатулку. — Мне кажется, тебе подойдет. — А как же пополнение твоей сокровищницы? — спросила девушка, открыв шкатулку и рассмотрев ее содержимое. — Эта часть специально для тебя, — Мелл дернул подбородком в сторону шкатулки. — Не все же в сокровищницу прятать. Мне хочется видеть мое сокровище в собственных сокровищах. Летти улыбнулась и, порывшись в шкатулке, вытащила оттуда пару серег, которые вполне подходили к ее наряду. — Так? — спросила она, вдевая сережки в уши. — Да, мурлыкнул Меллан. — Там еще к ним браслеты есть. И что-то вроде подвесок. Си-ин принялась по новой копаться в шкатулке и, в конце концов, достала оттуда пару браслетов, явно комплектных к серьгам, которые и надела. — Браслеты… Красивые, но… — она задумчиво поглядела на мужа. — Если связывать руки — неудобно. Снимать придется. Иначе повредишь либо руки, либо украшения, либо и то, и то. — Хм, — Мелл потянулся к шкатулке и достал оттуда цепь. — А если так? — он быстро продел ее в почти незаметные ушки браслетов и защелкнул. — Не повредят руки? — Нет, — покачала головой Лети. — Но легко снять. Притом, даже не имея цели именно освободиться, — она повертела один из браслетов на руке, внимательно разглядела защелку и кивнула. — Они отщелкиваются очень легко. И металл довольно мягкий. — Угу, тогда не будем их использовать, только для красоты. Я, когда все это увидел, подумал, что с ними можно будет так поиграть, — Мелл казался немного разочарованным. — Но! Если нельзя с этими браслетами, а они очень красивы и идут тебе, то можно с теми, что купили для нас старшие в специальном магазине. Да? — Можно, конечно, — кивнула Летти. — Ты хочешь, чтобы это было и красиво, и в то же время надежно? Я верно идею уловила? — Да, — подтвердил Меллан. — И еще хочу, чтобы многие наши фиксирующие игрушки были таковы. Соответствовали твоей красоте. Можно и те браслеты расписать или нанести гравировку, но они изначально не такие. Вот эти, — он указал на браслеты на руках Летти, — живые, а там… — Ну, это ювелирное украшение, а там — оковы, — улыбнулась си-ин. — Но сделать и то, и то в одном флаконе, в общем-то можно, — она ненадолго задумалась, прикидывая что-то, а потом кивнула сама себе. — Да. Точно можно. Повозиться придется, но… В принципе, я даже самостоятельно справлюсь, наверное. Все-таки кое-что из тех времен, когда у меня появилась артефакторика, сохранилось. Теория, во всяком случае. Практика же должна быстро восстановиться, если начать уделять время этому занятию. — Только не завязывай артефакт на кровь, — Меллан вздохнул, — как Ссол делает. Я хочу, чтобы мы оба пользовались этим. А так… Хотя, если ты сделаешь пару: женские и мужские, для тебя и для меня, тогда можно. — Так и придется делать, — заметила Летти. — Потому, что сравни свои запястья и мои. Из браслета для тебя я легко просто выну руку, вообще не заморачиваясь, а браслет на меня на тебе не застегнется. Браслеты-оковы не должны болтаться, иначе ими сбить можно кожу очень легко. В общем, там есть свои сложности, но я, пожалуй, возьмусь за такую работу. Это будет даже любопытно. На руки и на ноги? — Да, с возможностью закреплять их все вместе, по отдельности и попарно, — кивнул Мелл. — Это будет очень интересно, понаблюдать за тобой и посмотреть, как Дин усилил дары. Ведь не только артефакторику и пение? А я знаю такую кожу… М-м-м… Из нее можно сшить костюм, как у Сэма, чтобы он обтягивал тебя полностью. Мягкая и очень тянущаяся, красивая… — У Сэма, как я понимаю, любимая приключенская одежка — эльфийская, — вспомнив, что видела обсуждаемого родича в этом самом наряде, сказала Летти. — У меня где-то вроде было нечто подобное, только цвета другого, ну и выделка несколько отличается. Носила редко, предпочитая менее заметные вещи, все-таки образ жизни сказывается. Вот только где тот наряд… Понятия не имею. Помню, что был, и вроде как не выкидывала, но… Шкаф мы с тобой перетрясли, там его нет. Если ты вынул всю одежду из моего контейнера, то, похоже, потерялось. — Вынул всю и ничего не выкидывал. И вообще, — Мелл наклонился к супруге и принялся целовать ее запястья, — это повод сшить новый. Я помню, что ты немного против моего обшивочного маньячизма, но пусть такая вещь будет. И она хороша не только приключаться, так ведь? — Ну… — протянула Летти, погладив мужа по щеке, — В такой коже с железкой не особо-то походишь. Оно красиво, тут спору нет, но с другой стороны, чтобы добраться до стратегических мест повозиться нужно изрядно. — Так можно же сделать доступными стратегически важные места, — Мелл смешно задвигал бровями. Он хотел походить в этом жесте на Дина, но если у того это выглядело сексуально, то синий копировал этот жест крайне смешно. — Что? — спросил он, увидев хохочущую Летти. — Прямо сейчас побежишь в мастерскую? — отсмеявшись, спросила девушка. — И брови... — она вновь рассмеялась. — Нет, не прямо сейчас, — надулся Мелл. — И что не так с моими бровями? — он снова повторил жест, вызвав тем самым очередной приступ хохота. — У тебя это очень смешно получается проделывать, — сквозь смех произнесла си-ин. — Я думал, что это выглядит сексуально, как у Дина. Хотел с него перенять, уж очень мне жест нравится, — Меллан вздохнул. — Вот почему у меня многое так. Вроде хочу сделать что-то хорошее, а получается смешно. — Потому, что ты просто тянешь нечто понравившееся и пытаешься его применить, — фыркнула девушка. — Есть такая штука, как творческое переосмысление. Ну… Например, двое художников. Один — нарисовал нечто, второму — понравилось. Он, в общем-то, может и скопировать работу первого, но может по дороге внести в нее нечто свое, индивидуальное. В первом случае результат будет очевидным: копия картины и не факт, что хорошая. Во втором же, получится своя собственная картина. Другая. С жестами, да и с многим другим — то же самое. — Так я и хочу сделать из динового жеста что-то свое, — Мелл снова подвигал бровями. — Это как с голосом, пока не найду нужное, мне придется копировать. Пусть это будет смешно или как-нибудь еще, но что-то потом получится. Или нет. Жест может и не прижиться. Если ты внимательно присмотришься, то увидишь, что я и остальных в чем-то копирую. Только часть ложится, а часть не очень. — Вообще, открою тебе страшную тайну: когда люди плотно общаются, они автоматически перенимают многое друг у друга. Слова, интонации, жесты, взгляды на какие-то вещи. Это вполне нормальное явление, — заметила Летти. — Я среди книжек, которые Ссол с Земли притащила, нашла одну, в которой рассказывается как это научиться делать сознательно. Спросишь зачем? Отвечу: то, что сделал один человек, может повторить другой, а, хм… снимая таким образом действия, можно научиться этим действиям, если ты понимаешь, о чем я. Сначала, да, как ты и сказал, идет просто копирование, потом, когда это скопированное несколько приживается, в него вносятся уже свои элементы. Так что… Двигай бровями на здоровье, вот только делать это перед зеркалом эффективнее. — Кстати, в одной из книжек, которые мне Ссол подсунула, тоже было о копировании позы и жестов. И там это называлось “подстройкой”, кажется. Что-то вроде, если человек начинает двигаться, дышать и делать похожие жесты, ты начинаешь ему доверять. Но это же идеальный, насколько я знаю по своему дару, способ управлять… Сначала ты копируешь, а потом, когда человек считает, что ты ничего ему не сделаешь, начинаешь встраивать свои жесты и уже он повторяет… — Мы с тобой, похоже, об одной и той же книжке говорим, — улыбнулась Летти. — Обычно это очень годная и отлично работающая стратегия. Пока не нарвешься на разумного, который видит, что ты делаешь, понимает это и очень тщательно отстраивается от тебя, в лучшем случае. В худшем же… Можно нажить очень нехилые неприятности. Такие вещи си-ин преподают в Храме. Только в этой книжке все изложено попроще, да и систематизировано, пожалуй, получше, с одной стороны, а с другой, кое-каких нюансов там нет. То ли автор не знает о них, то ли еще что. — Таких глазастых видно, — Мелл покусал губу, вспоминая свои ощущения от встречи с несколькими подобными разумными. — Они внутри, да и часто снаружи, очень упорядоченные, что ли. А нюансы… У вас в Храме преподают дольше, чем автор той книги изучал предмет. И потом, там в самом начале говорилось, что это только начали изучать. Так что… — Ну, земляне пытаются сделать из этого своего рода науку, а мы, си-ин, воспринимаем это как искусство. У него тоже есть определенные правила, но подход к решению одной и той же проблемы все-таки другой. У нас, учитывая расовые особенности, этим искусством в той или иной степени владеет каждый, у землян — лишь немногие знают об этой науке и еще меньшее количество людей хоть как-то изучили ее. А штука полезная и забавная, — Летти поглядела на мужа и чуть приподняла бровь, а потом глянула в сторону их дома, намекая, что сидеть и болтать можно и в куда более комфортных условиях, чем на песчаном берегу, тем более, когда с наступлением вечера от воды потянуло прохладой. — Вижу, вижу твои жесты, — улыбнулся Мелл. — Атти освободилась и приглашает нас на ужин, если мы захотим. Я бы, с одной стороны, сходил и пообщался, но с другой… Хочу с тобой и дома. Боги, никогда таким не был. И не мечтал особо даже, что буду домоседничать. Семью хотел, но чтобы так… — он поднялся с песка и подал Летти руки. Потом помог отряхнуться и за руку повел в сторону дома, забрав шкатулку с драгоценностями под мышку. — Замерзла? Что думаешь насчет ужина? — Не особо, — покачала головой Летти. — А на счет ужина… Реши сам, а? Можем пойти, можем не ходить. Если пойдем — нам будут рады, если нет — никто не обидится. — Я уже ей сказал, что мы дома сегодня побудем, — кивнул Меллан. — А вот завтра присоединимся по полной программе. Тем более, скоро старшие должны прибыть, у Атти хлопот и так будет море. — А что ты хочешь на ужин? — спросила девушка, когда они вошли в дом. — И шкатулку отнеси в гардеробную, пожалуйста, раз уж взялся грузчика изображать. — Есть, госпожа, — Мелл задорно сверкнул улыбкой. — А на ужин будут печеные ракушки. У нас полно в морозилке, Фаб поделился. Сейчас, шкатулку отнесу и сделаю. А ты в купальню, сполоснись и приходи в кухню. — Это сам расстегнешь? — она протянула все еще скованные руки мужу. — Давай сюда, — Меллан одной рукой расстегнул цепочку и вытащил ее из браслетов. Он убрал цепь в шкатулку и шлепнул Летти по заднице. — Быстрей. Летти двинулась в сторону купальни, по дороге обернувшись к мужу и показав ему язык. Плескалась она не долго и буквально через каких-то полчаса пришла в кухню. — Как там твои ракушки? — поинтересовалась девушка, с любопытством оглядывая Мелла, что-то там делавшего рядом с плитой. — Прекрасно, — Мелл быстро нарезал овощи для обжарки. — Скоро все будет готово. Знаешь, а хорошо, что мы в кухне установили вот такую штуку, — он показал на гриль. — Тут все делается быстро и вкусно. И мясо можно сделать, и овощи, и ракушки. — Ну, это куда удобнее, чем готовка на огне, — не стала спорить Летти. — Вообще техника в родном мире наших старших родичей что надо. Я видала много разного. Каких только штуковин не изобретают. И от магии работающих, и нет, но эта, пожалуй, самая удобная из немагических. — Угу, — кивнул Мелл, а потом быстро взглянул куда-то за Летти. — Дай мне, пожалуйста, позади тебя соус, черный такой, — когда девушка выполнила его просьбу, он сбрызнул соусом готовящуюся еду и кивнул, чему-то улыбаясь. — Накрывай на стол, через пять минут будет готово. Летти занялась порученным и, закончив с этим делом, уселась на свое место за столом. — Вкусно получилось, — сказала она, попробовав. — Хотя соли, на мой вкус, чуть многовато. Не критично, но могло бы быть и меньше. — Учту в следующий раз, — Мелл достал из шкафчика бутылку белого вина и показал Летти. — Я знаю, что ты прохладно относишься к алкоголю, я, в принципе, тоже. Но очень захотелось. Вот именно под ракушки. Оно оттенит вкус. — А мне вот совсем не хочется вина, — ответила си-ин. — Ты, если хочется, пей, конечно. А заодно можешь поведать каковы наши дальнейшие планы. — Не буду, потому что не особо хочу, — Мелл убрал бутылку. — А планы все те же — испробовать крест в игровой. Мы так до него и не дошли, застряли в кресле на игрушках. Но тут такое дело. Мы же ужинаем, а насколько я помню, сразу после еды подобным образом играть нельзя. Тебе для изготовления артефактных оков какие нужны ингредиенты? Можем эти пару часов посвятить их поискам. Или просто поваляться, почитать, фильм посмотреть. Хотя, мне бы этого не очень хотелось — только жир нагуливать. — Материалы? — переспросила Летти и надолго задумалась. К ее удивлению, в памяти довольно бодро стал всплывать список того, что может понадобиться, а заодно и эскиз будущих изделий составился как-то сам собой. Повинуясь привычке записывать любую дельную мысль или рифму, она, взяв несколько чистых листов бумаги, принялась быстро рисовать, а когда закончила, пододвинула свои наброски супругу. — Вот как-то так. Это, — она показала на более изящный комплект с цветочным орнаментом, — женский комплект. А вот этот, более геометричный и строгий — мужской. Понадобится для этого железо, серебро, немного золота, кое-какие камешки, кожа. Железо можно заменить мифрилом или адамантином. Закрываться все-таки на кровь будет. Так, по-моему, интереснее, да и проще — с замком возни мелкой меньше, правда, кажется, магически там все сложнее, но это Ссол подскажет, полагаю. — У тебя все это есть? — спросил Мелл. — Или нужно искать? Мне кажется, самое идеальное решение для поиска составляющих — моя сокровищница. Тем более, я и так собирался дать тебе допуск. Еще до твоей трансформации. Я не думаю, что ты унесешь все, — попытался пошутить он. — Нужно же немного? — Откуда бы у меня-то? Все, что можно было бы переплавить — я тебе отдала. Хотя, там не так чтобы и много было, да и только серебро с золотом и камни, — ответила девушка. — Про то твое желание я помню, но ты уверен? Все-таки, как я понимаю, сокровищница для тебя — это очень… Ну… — А почему ты так не уверена? — спросил в ответ Мелл. — Да, сокровищница для меня и спальня, и место выздоровления, и подпитка, и многое еще… Но я совершенно не против того, чтобы ты могла туда входить и дарить тебе оттуда нужное. — Ну… — протянула Летти. — Ты ведь дракон. Как можно-то? Насколько я знаю, вы нервно относитесь к этому. Зачем тебя нервировать лишний раз? — Боги! Как ты думаешь, если я тебе уже какой раз предлагаю дать доступ в сокровищницу — будешь ты меня нервировать там или нет? — Мелл чуть не взорвался. — Или ты считаешь, что у нас так себе отношения, долго не продлятся и зачем тебе тогда доступ? Сначала ты отговаривалась тем, что хочешь подождать трансформации и посмотреть, что будет. Ну вот она, трансформация свершилась! И так получилось, что сразу же нас связал не только секс и чувства, но еще и магия! — он подергал за свою синюю прядь. Ноздри его раздулись от гнева и по всему телу пронеслись коротенькие молнии. — И что теперь? Почему ты сомневаешься? Кому скажи! Дракон уговаривает свою супругу дать ей доступ к сокровищам, а она кочевряжится! — Мелл, для начала, выдохни и успокойся, — попросила девушка, внимательно наблюдавшая за супругом. — Да, чувства и все такое, но… Нет, это не сомнения, а… — она задумчиво убрала прядь волос за ухо. — Я точно знаю, что у любого разумного есть нечто, что совсем-совсем его. Только его и больше ничье. Мне не хочется вторгаться на эту территорию. Просто на всякий случай. Вот и все. Мне любопытно, как и что там у тебя. Любопытно поглядеть. Кому не было бы интересно? Может, мои все отнекивания — это просто мнительность, не знаю. — Это не тот случай, — Мелл выдохнул и стал выглядеть спокойнее. — Я имею в виду, что это не только мое и больше ничье. Нет, не так. Это мое и ничье больше, но тебе там можно. И ты не вторгаешься, никоим образом. Здесь можно установить правило посещения. Или только со мной, или по моему разрешению. Так тебе будет легче? — Мне-то что? — пожала плечами Летти. — Это твоя территория. Твоя собственность, поэтому-то регламент посещения и прочее — твои. Я же… Ну, просто хочу, чтобы ты точно-точно знал, что я ни на что там не претендую. В общем-то, именно ради этого все и говорилось. — Я это и так знаю, любовь моя, — улыбнулся Меллан. — Я чувствую и мне ничего не надо доказывать. Если ты доела, мы можем уже пойти? — Сейчас, — Летти улыбнулась в ответ и, встав, собрала грязную посуду со стола, которую и сложила в мойку. — Вот теперь можно идти. Меллан буквально сорвался со стула и понесся по коридору вглубь дома, постоянно проверяя, идет и Летти за ним. Он резко затормозил у комнаты, в которой располагалось логово. — Мне нужна только твоя кровь. Можно слюну или любую другую жидкость, но кровь идеальнее всего, — он взял супругу за руку и отросшим когтем процарапал ей ладонь. Потом прижал ее руку к какой-то выпуклости на двери и едва слышно зашептал заклинание. — Теперь все. Ты спокойно можешь входить и выходить, но выносить что-либо могу только я. Мы сейчас отберем то, что тебе нужно для ингредиентов, и я вынесу. Готова? — А, что, нужна какая-то специальная подготовка? — оглядев супруга с ног до головы, спросила девушка. — Нет, не нужна, — усмехнулся Мелл. — Ну, а вдруг ты будешь просто ослеплена сокровищами? — Веди уже, владетель сокровищ, — фыркнула си-ин. Мелл, продолжая держать жену за руку и потихоньку залечивая ранку, толкнул створки логова и сделал первый шаг. Он вел Летти медленно, объясняя про все ловушки, запихнутые в коридор Ссол и Асдойном, про то, что незваный гость может и зайдет, но тут же окажется в камере. Наконец, они вышли в центральный зал. Хоть Меллан никогда не видел сокровищницы Дина, но по обрывкам слов примерно представлял, сколько же нужно сокровищ, чтобы Нис в его драконьей форме спокойно в них купался. У синего была сокровищница значительно скромнее, но он совершенно не унывал по этому поводу. Золото можно намыть, а можно попробовать отыскать еще клады. Но и так, горка была внушительная. — Ну и как тебе? — спросил он у супруги. — Это центральная комната, тут расположена моя горка. А там, — он указал на одну из арок, — что-то вроде отдельной коллекции драгоценностей. Еще у меня есть некая гостиная-кабинет, где я могу заниматься своими делами и через нее проход в камеру. Та арка ведет в коллекционную комнату. Но я еще не придумал, что же хочу собирать, поэтому она используется как еще один кабинет. Там хорошо фантазируется. — Место само… Тебе, наверное, хорошо, а мне… Неприятно. Магия блокируется и это не те ощущения, которые хотелось бы использовать почаще. А горка… — Летти поглядела на объект, о котором шел разговор, потом на Мелла, сопоставила одно с другим и покачала головой. — Как по мне, так маловата будет. Ты-то вон какой здоровый, а она… — Это самое начало, — ухмыльнулся Мелл. — Намоем еще золота и будет больше. Тем более, тот способ добычи, что Ссол подсказала, работает очень хорошо. На шкурах столько остается… И я не чувствую блокировку магии. — Потому, видимо, что твоя-то магия не блокируется, а я, хоть и могу войти, но… — пожала плечами Летти. — А что касается увеличения этой кучки, — она подошла к ней и присела рядом, внимательнее разглядывая содержимое. — Да, намыть можно, но это очень долго. Может, попробовать поискать бесхозные сокровищницы, например? Есть же такие? Например, после безвозвратно погибших драконов. Или… Ты когда в ордене был, у тебя же была сокровищница? Я понимаю, что она должна охраняться и все такое, но… Может быть можно перебить охрану, взломать чары и забрать ее? Все-таки она именно твоя, а не их. Наверняка исходно принадлежала твоим родителям, а может и более далеким предкам. — Нет, не принадлежала, — задумчиво сказал Меллан. — Я так понимаю, что мои родители не выдали, где сокровищница. Или она находится в том мире, откуда я. В смысле, мои родители. А та, что была в ордене… Она еще меньше. И там только то, что мне доставалось от вылазок. Я же не Нис, предыдущего дракона не завалил. Хотя… Да! Я помню про сокровищницу того дракона, который мне подставился в прошлой жизни. Вот ее можно поискать. — А еще можно поискать твоих родителей. Вдруг их не убили? — предложила Летти. — Ты, как поняла, помнишь, что тебя поймали сетью. Мамы-папы рядом при этом не было. Значит, они могли и выжить. — Я даже не знаю, с чего начать, — грустно вздохнул Мелл. — Я был совсем мелким и почти ничего, кроме этой сети и криков не помню. Драконьи миры находятся высоко в Розе. И там слишком много орденцев. Это опасно, вот так бросаться на поиски ни с чем. Хотя, я помню запах мира, в котором меня поймали. Можно попробовать поискать, но на это уйдет много времени. Я подумаю над этим, хорошо? А сейчас мы пришли искать ингредиенты для оков. Здесь есть то, что тебе необходимо? И может, ты посмотришь в других помещениях, вдруг там найдется чего? — Кроме серебра, золота и камней, похоже, тут и нет ничего, — вороша кучку, ответила Летти. Иногда она выуживала тот или иной камешек и откладывала рядом, сама не зная, по каким критериям отобрала именно эти, а не любые другие. Тему родителей и их поиска она продолжать не стала, не сумев понять, как к этому относится супруг. Вроде как да, но и в то же время нет, и чего больше — неясно. — Тогда придется обращаться к Ссол, — кивнул Меллан. — У нее всегда запасов полно, и она не будет против поделиться. Может, еще чего и подскажет. Я бы еще с ней поговорил о поиске родителей. И пленника нашего бы порасспросил на предмет слежки. Может быть, в ордене уже забыта вся эпопея с похищением драконов и прочим. — Забыта? Ну, может быть, — пожала плечами Летти и, оглядев небольшую кучку камней, которые отобрала, показала на них супругу. — Вот эти камни. Часть для тебя, часть для меня. Металл выпрошу у Ссол. Все-таки не очень хорошо разорять твои и так невеликие запасы. — Да брось! Бери, что надо и даже не думай о разорении, — деланно возмутился Меллан. — Судя по всему, я не очень-то типичный дракон, раз так говорю. Но мне хочется для тебя делать все. И давать тебе все, что ты хочешь и что тебе нужно. А сокровища… Клады поищем или оставленные залежи. — Раз у тебя сегодня приступ великодушия, скажи, куда ты сунул то, что было в сундуке, который я тебе отдала? — спросила Летти. — Туда, — Мелл махнул рукой в сторону комнаты, где располагалась “якобы коллекция”. — Где-то там должно лежать, в отдельной стойке. — Ага, — девушка направилась в указанном направлении и в скором времени нашла то, о чем подумала. Пара браслетов из смеси серебра и мифрила. На вид страшненькие оба. Такое впечатление, что их делал не просто ученик, а абсолютно бесталанный, да еще и с похмелья. В свое время она засунула их в сундук чисто за то, что это был ценный металл и сейчас именно так и собиралась использовать. — Вот это, — она показала Меллу на браслеты, — я тоже заберу, если ты не против. Переплавлю. — Угу, забирай, — кивнул Мелл. — Этого достаточно или еще что-нибудь нужно? И ты не против, если я тут немного поотдыхаю? — он перетек в дракона и, чуть потоптавшись по своей горке как собака, улегся и глубоко вздохнул. Летти подошла к нему и, погладив по морде, уселась рядом, опершись о супруга спиной. Удобств особых не было, но это не напрягало. Зато шкура Мелла была теплой и опираться о него было уютно. — Все, чего не хватает, у тебя все равно нету, — ответила она, устроившись. — Так что вопрос особого смысла не имеет. — У меня все не идет из головы этот странный сон, — помолчав, начал синий. — Уж слишком он был не похож на сон, а скорее на видение. С одной стороны, он приснился только один раз и его можно не брать в расчет. А с другой… Мне бы хотелось слетать в тот мир, проверить. — Ну, вот вернутся старшие, организуем поддержку и посмотрим, что там к чему и почему, — отозвалась девушка. — Или ты прямо сейчас хочешь туда отправиться? — Нет, прямо сейчас не хочу, — дракон снова вздохнул. — Нужна подготовка. План и так далее. — План-то у меня как раз есть, — заметила Летти. — А вот с подготовкой некоторые сложности. Точнее, не то, чтобы сложности, собраться и отправиться где-нибудь беспорядки нарушать недолго, но нужно, чтобы все были дома и были бы готовы куда-то двигаться. — А что за план? Ты мне не расскажешь? Или только после разговора со старшими? — Мелл заерзал, ожидая ответа. Было видно, что его беспокоит этот сон и все, что с ним связано. — Да все как обычно: портал, переход, разведка, какие-то действия, ну и возвращение, — пожала плечами Летти. — Нечего ерзать. Живых разумных там нет, кроме пришлых. Значит, тебя зовет кто-то знакомый и единственное, что остается выяснить — это на кой черт ты понадобился. Сил для этого у нас достаточно, так что… — Ты тоже думаешь, что это зов? — вычленил из слов Летти только то, что его больше всего волновало, Мелл. — Кто, интересно? И почему меня? Знаешь, это странно. Когда Нис спас Руа, я даже не думал, что это возможно. Просто пропал дракон со всадником после операции и все. Но! В казармах говорили, что всадник умер, а вот дракон неизвестно где. И вроде видели его в компании Ниса и его супругов. Хотя, кто? Так я о чем. Когда я попал в ловушку в том мире, я почему-то вспомнил Руа, как последнего исчезнувшего дракона. И позвал. И красный мне рассказывал, что у него до последнего момента были сомнения — не ловушка ли это. А теперь мне снится этот сон, так похожий на зов. И вот я думаю — не ловушка ли? — Мелл, а почему ты позвал именно Руадха, а не Ниса? Это было бы логичнее. Ну, типа, Нис все-таки куда более могуществен, чем твой названый братец, да и исходно понятно, что не орденский дракон, хотя, этот параметр, пожалуй, тогда тебе был не так критичен. Но первый-то все равно важен. Если бы драконы могли краснеть, то Меллан был бы сейчас пунцовый, а не синий дракон. — Тут много чего. Во-первых, мы с Нисом сильно не ладили в школе. Я, хм, хотел с ним замутить или подружиться, если первое не получится. Но он меня послал и еще с Руадхом стал контачить. Во-вторых, Руа мне всегда нравился. Я знал, что он очень добрый и сострадающий. Он столько раз меня прощал, когда я задирался. И Ниса все время уговаривал меня не убивать за злые шутки. В-третьих, красный мне по возрасту ближе и точек соприкосновения у нас больше. Есть еще в-четвертых, пятых и так далее. И потом, он исчез и, судя по слухам, как-то сумел отвязаться от всадника. Наверное, поэтому вспомнил. — Ну, вот и подумай, кто мог примерно по такому же алгоритму вспомнить тебя, — предложила Летти. — Не факт, что ты угадаешь верно, но это мы проверим. Но лежи при этом смирно, будь добр, а то ерзающая под спиной стена это… немного неудобно. Не думаю, что ты меня раздавишь, но все-таки. Стена последний раз вздохнула, выпустила парочку молний и успокоилась. Полежав так минут пятнадцать, Мелл заявил: — Я все, отдохнул. Можем идти в твою мастерскую, ну или туда, где ты хочешь ее сделать. Ты же выбрала помещение для этого? Или нет? Если нет, можем этим и заняться. — Я об этом даже не думала еще, — ответила Летти, вставая на ноги. — Как-то не до того было. Но помещений разных в доме полно, так что это не проблема. Любая комната с окном подойдет. Да и пока я буду восстанавливать умения и учиться новому, своя мастерская мне вряд ли нужна будет, а потом… Потом нужно будет обзаводиться, в первую очередь, инструментами и разными приспособами. Их в этом деле ничуть не меньше, чем для твоего шитья, а может и больше. — Обзаведемся, — Мелл уже перетек обратно и подхватил все, что отобрала Летти. — И я примерно знаю, где ты можешь расположить свою мастерскую. Рядом с будущей моей есть пара комнат подходящих. Они просторные и окна там — загляденье. А вид какой! — он направился к выходу из логова. — Пойдем, поглядим. — Пойдем, — согласилась Летти и пошла вслед за супругом. Мелл с полными руками материалов еле открыл двери из логова и двинулся в сторону своей мастерской, оглядываясь на жену и улыбаясь ей так нежно, что сам немного светился. Он остановился у входа в одно из помещений. — Вот, смотри. Моя мастерская через две комнаты. Тут рядом водопад и можно спокойно провести воду. Еще она на этом уровне самая большая и светлая. — Думаю, вполне подойдет, — оглядев помещение новым взглядом, ответила Летти. — Ссыпай все это добро на подоконник, что ли. Или лучше, если у тебя есть еще пустой контейнер из тех, что мы покупали, то один я бы у тебя выпросила под свои нужды. — У меня есть пара лишних, готов отдать, — Мелл ссыпал вещи на подоконник, выскочил в свою мастерскую и вскоре вернулся с двумя контейнерами. — Надо будет еще закупить. Там Фаб вроде собирался проведать, как идет строительство корабля. Можно ему заказать, а можно с ним на Землю. Заодно и обговорить твою идею об отдыхе где-нибудь, кроме здесь. — Я бы не спешила с обзаведением, — ответила Летти еще раз разглядывая то, что насобирала. — Пока не пойму, что именно подходит, а что нет. Сейчас у меня есть только примерное представление об этом, — она взяла небольшой темный, почти черный камешек и повертела его в руках, а потом сложила в контейнер, принесенный Меллом. Вслед за этим камнем, туда же отправилось и все остальное. — Да, этого, пожалуй, хватит на задумку. И, кстати, как по-твоему, эти артефакты, кроме как запираться, должны еще что-то уметь? — Я даже не знаю, — растерянно сказал Мелл. — Надо подумать. А что можно вложить в такие артефакты? — Практически все, что угодно, — пожала плечами Летти. — Не знаю, знаешь ли ты, что носит Ссол, а вот я как-то полюбопытствовала, получив весьма, хм… развернутый ответ, и, могу тебе точно сказать — это настоящее произведение артефакторского искусства, наделенное своеобразным интеллектом. То есть, оно способно даже обучаться. В ограниченных рамках, конечно, но все-таки, — в ее голосе явно слышались нотки восхищения и легкой зависти. — Я так понимаю, что ты не расскажешь, — с любопытством посмотрел на супругу Мелл. — Ну, про артефакт Ссол. Зато я видел браслет Дина в действии и думаю, что примерно представляю… Мне бы хотелось нечто, м-м-м, возбуждающее. Например, кольцо на член. Или пояс верности. Что-нибудь для игр… — Ну, почему ж не расскажу, — протянула Летти, усаживаясь на подоконник. — Запрета на это на меня не налагали, поэтому не вижу препятствий, — добавила она, а потом пересказала то, что услышала от Ссол. — Вот такой вот комплекс артефактов. Притом, универсальный, подстраивающийся под ее формы самостоятельно. — Ого! — восхищенно вскрикнул синий. — Было бы здорово такой носить. Нам обоим. — Хм, — задумчиво произнесла си-ин. — Ты всерьез хочешь этого? И контролировать так и, чтобы тебя так контролировали? Настолько? — Для себя — даже очень хочу, — кивнул Мелл, подумав. — И тебя хочу контролировать. Но не так жестко. Хотя… Судя по тому, что иногда во мне просыпается, именно так и хочется. — Ладно, — кивнула Летти. — Значит, попробую сделать. Думаю, это будет возможно. Повторять все-таки всегда проще, чем изобретать, а тут будет именно повторение готового решения. — И хорошая возможность обучения, — Мелл подошел к супруге и обнял, зарываясь носом ей в волосы. — У меня пропало настроение для упражнений на кресте. Вот сейчас мне хочется тебя нежить и лелеять. Но… Я тебе обещал. — Если чего-то не хочется, ты вообще-то не обязан, — отозвалась девушка, отвечая на объятия мужа. — Это с одной стороны, а с другой… Нежить тоже по-разному можно. — Тогда… — Мелл задумался. — Тогда покажи мне, как работать с инструментом, которым можно нежить. Дин что-то такое рассказывал, он даже на собственном теле его испробовал, вот и я хочу. Нет настроения для плети или хлыста, или чего-то жесткого. — Ну, пойдем, — Летти выбралась из объятий Меллана и, спустившись с подоконника, пошла в сторону игровой. Там она отыскала стек и вручила его супругу. — На самом деле, плетью тоже не обязательно лупить со всей дури, но вот этой штуковиной, пожалуй, удобнее. Легкие шлепки можно наносить практически по всему телу. Жесткие — в стандартных местах, ну, также, как и с любым подобным инструментом. Работают в основном кончиком, там для этого есть кожаный шлепок, видишь? Но и самим прутом стека можно ударить тоже, только следить, чтобы тот лег правильно и все. — Правильно — это самим шлепком, а не ребром или еще как? — Мелл задавал вопросы об использовании, о силе удара, как бить и так далее. — Испробуем? Я помню про твою спину и думаю, где будет удобнее. На монстрокресле? Кресте? Еще где-то? Вот эти приспособы — это что? — он указал на колодки. — Или тебя подвесить? — Удобство зависит от того, какие участки моей тушки ты собираешься обрабатывать, — улыбнулась Летти, показав и объяснив основные приемы работы со стеком. — Ну и удобно должно быть тебе, в первую очередь. Колодки… Даже не знаю. Мне они нравятся, эта конкретная конструкция позволяет зафиксировать поставив вертикально, нагнув, на коленях, можно вообще положив на живот или спину. В стоячем положении — получаешь доступ со всех сторон. В остальных — только с одной стороны. — Мне нужен доступ к твоей заднице, внутренней стороне бедра и влагалищу, — подумав, объявил Меллан. — Значит, ты должна быть зафиксирована в открытой позе, но не на спине. Или так должна быть поднята, чтобы было удобно. Мне кажется, что здесь лучше использовать волшебный стол, да? Тем более, его можно так настроить, я видел в описании. — Можно и стол, и колодки — оба этих устройства дадут доступ до нужных мест, — ответила си-ин. Наблюдать за тем, как Мелл учится было забавно. Вопросы он задавал вполне по делу, да и выводы делал быстро и вполне правильные. — На столе, пожалуй, пожестче фиксация может быть. Там можно еще и за талию прихватить. — Нежить жестко? Так можно? Тебе нравится? — Мелл снова был полон вопросов. Он замолчал, обдумывая. — Я хочу попробовать стол, потому что жесткая фиксация причинит меньше вреда, — он прошелся по игровой, вытащил стол на середину и принялся его настраивать. — Бедра я подниму, когда ты ляжешь. Лучше будет видно, насколько. — Ну, стол, значит, стол, — не стала спорить Летти. — И, да, нежить можно и довольно жестко. Даже и действительно жестко, тут зависит, с одной стороны, от степени готовности того, кто принимает такую ласку, а с другой — от того, чего и сколько ты хочешь дать. — Сейчас я хочу научиться это делать, — вздохнул Мелл. — И неимоверно благодарен тебе, что ты готова быть моим учителем и моделью, и еще много чем. Ложись на стол, — приказал он нужным голосом. Летти, которая не только объясняла и рассказывала, но и с любопытством наблюдала за супругом, сначала уселась на краю конструкции, потом поерзала на ней, проверяя надежность сборки, а потом и улеглась, убрав заплетенную косу так, чтобы та не мешалась. Чтобы рассмотреть, что она предвкушает предстоящее, ничего, кроме наличия глаз нужно не было, но ее это ничуть не беспокоило, скорее вызывало интерес: видит ли это Мелл или нет. Меллан подошел к столу и стал фиксировать девушку. Он действовал нежно и аккуратно, тем не менее, надежно закрепляя ремни. Синий видел и расширяющиеся зрачки, и дрожание ноздрей, и слышал частое возбужденное дыхание. Ему нравилась такая реакция Летти на него и на предстоящую игру, несмотря даже на то, что она только что его обучала приемам и технике. Он чуть подвинул девушку так, чтобы нужные ему зоны воздействия были легкодоступны, приподнял середину стола, еще больше открывая местечки, и зафиксировал Летти в талии. — Мне нравится, что ты лежишь сейчас здесь, такая открытая, такая жаждущая, готовая ко всему, что я тебе хочу дать, — он провел кончиками пальцев по ее губам, потом спустился по шее и сильно ущипнул за сосок. И тут же поцеловал место щипка. — Мне нравится, как от возбуждения твои соски становятся твердыми и встают так же, как и твой клитор, — пальцы были уже там и слегка ласкали возбужденную плоть, а потом снова ущипнули. Летти в ответ издала длинный томный стон. Если бы она могла выгнуться, то непременно сделала бы это, но увы. Путы держали крепко, так что оставалось лишь пальцами рук и ног шевелить, голову с боку на бок поворачивать, да звуки разнообразные издавать. — М-м-м, как ты стонешь… — Мелл пока не использовал инструмент, желая чуть больше возбудить жену. — Мне нравится твой голос, он заводит, — синий провел пальцами по колечкам, задевая их. — И колечки эти. Было бы место, я бы тебе сделал столько проколов, чтобы кожи было не видно, — он подергал за пару колечек и выкрутил штангу. — И железка эта так хорошо тебя раскрывает, — Мелл проник в лоно двумя пальцами и стал ласкать Летти изнутри. Он начал водить кончиком стека по телу девушки, щекоча в чувствительных местечках. — Мне нравится, как на меня реагирует твое тело. Ты вся дрожишь и течешь от возбуждения, так? Ты такая доступная сейчас, — он шлепнул девушку сначала по одному соску, потом по второму. Удары получились слабенькие, только раззадорить. Меллан наклонился и укусил Летти рядом с коленкой. — Только сейчас? — выдохнула си-ин, понимая, что еще немного, и она практически целиком растворится в тех ощущениях, которые испытывает от действий мужа. Ясность сознания можно было и сохранить, вот только этого совершенно не хотелось. Хотелось чувствовать. Его руки, легкие укусы шлепков. Слышать его голос и, не особо вникая, что именно Мелл говорит. — А место для колечек там еще есть, — добавила она, когда синий в очередной раз задел пирсинг. — Нет, не только. Ты для меня всегда доступна, но именно сейчас ты открыта и течешь, как шлюшка, — Мелл не очень хотел использовать это слово, но другого не подбиралось. — Насчет колечек я подумаю, мы говорили о том, чтобы проколоть тебе тут, — он шлепнул по чувствительному местечку, где сходились складочки. — И тут, — второй шлепок по нежному месту. — Мне хочется, чтобы ты была еще более раскрытой, чем сейчас, — шлепки по внутренним поверхностям бедер и по заднице были более сильные, чем предыдущие. — Я хочу видеть тебя стонущей и умоляющей. Удовольствие, которое испытывала Летти было острым и ярким, все-таки Мелл был очень прилежным учеником, перенимая все, что она показывала и впитывая рассказы и объяснения. Каким-то краем сознания, до того момента, пока и он не утонул в ощущениях, си-ин отмечала этот мужнин прогресс в обучении, но настал момент, когда она вся целиком превратилась в сплошное желание, бурно и громко реагируя и на прикосновения, и на шлепки. Она просила о большем, сама уже в точности не понимая, чего именно просит, чтобы посильнее ударили или чтобы ласкали интенсивнее, доведя до разрядки. Мелл ускорил движение пальцев, трахая жену уже горстью, и стек в его руках тоже зашлепал быстрее и сильнее, задевая все больше разных чувствительных мест. Сам держался из последних сил, не имея возможности даже подумать о чем-либо отвлеченном, чтобы снизить накал возбуждения. Ему хотелось взять Летти, довести ее до разрядки не только пальцами и шлепками. Он переместился так, чтобы находиться между ног супруги, и, отложив стек на время, мазнул секретом по отверстию, слегка растянул его и вошел. Двигался он медленно, на контрасте с движениями пальцев во влагалище. Стек снова проходился по всем чувствительным местечкам, подгоняя ощущения. Летти хотелось двигаться навстречу мужу, но возможности таковой не было, поэтому она лишь сжималась вокруг него, стискивая и пальцы, и член. Звуки, которые она при этом издавала, в полной мере отражали и степень ее желания, и стремление получить как можно больше. Это одновременно была и просьба, и требование, органично слившиеся в единое и неделимое целое. А потом си-ин накрыл оргазм такой силы, что она на несколько секунд вообще выпала из реальности, так забившись в своих путах, что казалось, еще чуть-чуть и крепления не выдержат. — Ш-ш-ш, любимая, не бейся так, — Меллана утянуло вслед за Летти, и он накрыл ее своим телом, удерживая и впитывая ее ощущения и транслируя ей свои. Снова вокруг них плясали молнии и энергетические вихри, напитывая их обоих силой. — Ш-ш-ш… — Немного ласки, немного боли, и мы с тобой разнесем полдома, — более-менее придя в себя, произнесла девушка. — Никогда до того, как встретила тебя, не реагировала настолько. После разрядки она лежала этакой расслабленной лужицей и шевелиться абсолютно не хотелось. А вот голова была совершенно ясной, как это ни странно. — Не ты одна, — Мелл легко целовал все, до чего мог дотянуться. Он вышел из тела супруги, вытащил пальцы, и теперь легонько ласкал складочки и клитор, продлевая удовольствие. — Лишний раз доказывает, что мы были созданы друг для друга. Это звучит немного глупо, но я думаю и чувствую именно так. — Я тебя тоже люблю, — отозвалась Летти, наслаждаясь лаской. — А еще, похоже, тебе понравился такой способ нежить. М? — Да, даже не представляешь, насколько, — усмехнулся Меллан. — Я бы и сам попробовал, с твоей стороны, когда ты будешь в мужской ипостаси. Знаешь, в таких вот играх я начинаю понимать, как быть ведущим. Оно просыпается внутри, уверенность и власть. Так заводит. — Конечно заводит, — фыркнула девушка. — Как и любого хищника. А ты все-таки именно хищник, как ни крути. — Угу, — Мелл поднялся. — Отстегну тебя и отнесу в купальню. Сам бы тоже с удовольствием понежился в воде, — он освободил Летти и подхватил ее на руки. — Потом все тут уберем. Оказавшись в бассейне купальни, девушка расслабленно откинулась на грудь супруга, который так и не пожелал выпускать ее из своих объятий, и прикрыла глаза. Ей было хорошо и уютно. Теплая ароматная вода успокаивала разгоряченное тело и это сейчас было как нельзя кстати. — Ну, что происходило на моей стороне, более-менее понятно, а ты? Что было на твоей? — спросила она через некоторое время. — Я был очень сильно возбужден, — ответил Мелл, легонько поглаживая супругу. — Тем, что мог дарить тебе удовольствие. Слышал тебя и говорил все, что приходило мне в голову. То, в какой позе ты была зафиксирована и ощущение власти. Мне казалось, что стек — продолжение меня самого, и я будто чувствовал, как шлепалка гладит и жалит тебя. Мы одно целое во время таких игр. Точнее, всегда, но именно в игре это ощущается наиболее ярко. — Верно, — кивнула Летти. — Это потому, что в игре ты полностью сосредотачиваешься на нас. Так-то одно отвлечет, то другое, а тут… Для меня, притом, в любой роли, все окружающее на второй план отступает и как бы не важным становится. Если ты ведешь — тут ощущения и переживания всякие на передний план выходят. А если я веду — то мне важно, чтобы тебе хорошо было. Угадать то, чего тебе хотелось бы, отмерить этого ровно столько, сколько нужно, не больше, но и не меньше. И максимальное удовольствие — это когда все получается так, как и задумано. — У меня немного по-другому, но суть та же, — Мелл чуть пошевелился, разминая затекшие мышцы. — Для меня становится важным именно твое удовольствие, но я почти не думаю, что и как делать. Будто считываю тебя и твои желания. И еще, я никогда не загадываю, каков должен быть результат. Как только начинаю планировать — все выходит боком. — Может, тебе проще интуитивно действовать, — поделилась мыслью Летти. — Тут уж кому что. Я все-таки более-менее планирую то, что делать буду и в каком порядке. Но тебе не обязательно действовать так же. — Угу, может и так. Мне очень понравились наши выходные, — Мелл вздохнул. — Жаль, они подходят к концу. Хотелось бы еще что-нибудь сотворить напоследок, но так лень… — Ты уж определись, хочется или лень, а то они как-то друг с другом с трудом совместимы, — фыркнула Летти. — А что касается того, что выходные к концу подходят… Думаю, что это не беда. Да, прям вот что-то действительно длинное затеять не выйдет, но неужто ты не придумаешь ничего этакого? Что-то мне подсказывает, что это не так. — Сейчас лень, — Меллан подобрал губку с края бассейна и начал нежными движениями намыливать себя и Летти. — Мне так хорошо, что не хочется разрушать этот момент, — он продолжал играть с губкой. — Вот представь, каким я буду в старости: толстым, ленивым и бездеятельным! — Какой ужас! — искренне ответила девушка. — Что, серьезно таким и будешь? — Я шучу! — Мелл расхохотался. — Драконы же бессмертны и могут выглядеть на любой возраст, если захотят. Но все равно, представляешь, как это жить вечно. Особенно, если ты один, без семьи и партнера. Бр-р-р. — Тема какая-то… Прямо скажем, далекая от посторгазменной неги, — заметила си-ин. — Но уж что-что, а без семьи тебе остаться не грозит. Как минимум, Дин и Руа будут. — Не обращай внимания, — вздохнул Мелл. — Меня иногда пробивает на вот такие разговоры, особенно после того, как было очень и очень классно. Контраст, видимо, — он пожал плечами. — В башке и так хаос, а после оргазма он еще больше, вот и… И да, Дин, если не уйдет за своими, и Руадх останутся. Семья… Так! — он зашевелился, разгоняя воду и пену. — Мыться и в кровать. Там посмотрим, что будем делать. — Ну… — протянула Летти. — В кровати можно много чего делать. Спать, болтать, строить планы, плести интриги, затевать заговоры или любить друг друга. И это я только то, что навскидку пришло в голову выдала, наверняка, если подумать, можно придумать еще что-нибудь. — Проколоть еще несколько дырочек, — кивнул Мелл с серьезным видом. — Прыгать на матрасе, устроить битву подушками. Детские забавы, в общем. И против кого ты хочешь заговоры плести? — А кто сказал, что я хочу этим заниматься? — удивилась Летти, а потом плеснула в Мелла пригоршней воды. — Это я так. Хотя… Случалось и этим заниматься. Вполне веселое дело может быть, особенно, если все удается так, как задумано, а не как попало. — Расскажешь? — Меллан тоже облил ее водой. — Ты всегда очень интересно рассказываешь, даже если это рецепт яичницы. — Может быть, — ответила девушка. — Но сейчас неохота. Да и на самом деле рассказывать-то особенно нечего. Точнее, тебе не интересно будет, потому, что любая такая штука — это нечто привязанное к месту, конкретным людям, обстоятельствам. Коротко не расскажешь, потому, что придется повествование чуть ли не с сотворения мира вести. — Ну и ладно, — Мелл домылся и домыл супругу. — Ополаскивайся и вылезаем. Я в кухню за мороженым. Ты со мной? Не хочу есть в постели, мерзкие крошки потом не вытряхнуть. — Пойдем, — кивнула Летти и, быстро дополоскавшись, вылезла из ванной. В кухне она заварила чаю и, устроившись напротив супруга, принялась есть холодное лакомство и запивать его горячим напитком. Меллан смотрел на жену во все глаза. — Тебе вкусно так? Чай с молоком, конечно, ничего, но тут… О! — в его голову пришла одна идея, но как ее осуществить, он не знал. Но можно было спросить совета у старших, что он и намеревался сделать, когда встретится с ними завтра. — Что, “о!”? Ну да, вкусно, хотя я не настолько сладкоежка, как ты или Руа, — ответила Летти. — Я больше фрукты люблю. — Фрукты тоже сладкие, в большинстве своем, — кивнул Мелл. — А “О!” — будет сюрприз. Так, болтая ни о чем, они доели мороженое, допили чай и отправились в спальню. Там Меллан завалился на кровать, вытягиваясь и блаженно закрывая глаза. — Не, отличные секс, вкусная еда и горячая вода точно сделают из меня ленивца. — Лень — это зло, — пробурчала Летти, усевшись на краю постели. Она посидела так совсем недолго, а потом подскочила и, бросив на супруга задумчивый взгляд куда-то ушла. Вернулась она быстро и принесла с собой контейнер, в который Мелл днем высыпал набранные в сокровищнице камешки, а заодно и блокнот с ручкой. Сгрузив все это на кровать, си-ин принялась раскладывать камни в известном ей порядке и что-то быстро зарисовывать в блокноте. Прошло минут двадцать, прежде чем она, довольно окинув свои наброски критическим взглядом, сгребла все разложенное обратно в коробку, а потом протянула блокнот Меллу. — Вот. Примерно так оковы и будут выглядеть. Эта версия мне больше нравится, чем та, что я в прошлый раз рисовала. И тут понятно, где камни будут, а там их вообще не было, так, общая идея, без подробностей. — Хм, очень красиво, — Мелл приподнялся на локтях. — Это будут для тебя, а это — мои? А камни не будут мешать? — Не должны, — ответила Летти. — Чтобы не ободраться даже случайно, забрать их в глухие оправы и все. — И они будут такими же, как сделала Ссол свою игрушку? — снова спросил Меллан. — Будут уметь все? — Нет, — покачала головой си-ин. — Это будут просто оковы и все. Ну, если мы не придумаем им еще каких-нибудь функций. Единственное, что они будут уметь — это становиться браслетами, без соединяющей их цепи и выступающих частей. А артефакт, схожий с тем, что у Ссол — отдельная штуковина. — И ты сделаешь такой? Или даже два? Один тебе, один мне, — Меллан уселся и очень заинтересованно посмотрел на жену. — Я уже говорил, что хотел бы. — А в чем, собственно, ты сомневаешься? — вопросом на вопрос ответила Летти. — В моей способности сделать это? — Э-э-э-э? С чего ты решила, что я в тебе сомневаюсь? — оторопел Меллан. — Я просто спросил. Я помню наш предыдущий разговор, но тогда ты сказала, что копировать легче, чем изобретать. Может, я просто не понял, что это было “да”. — Похоже, ты просто хотел спросить о чем-то другом, — пожала плечами девушка. — Потому-то я и поинтересовалась, в чем именно ты сомневаешься. — Нет, не хотел, — покачал головой Мелл. — Уверен? — переспросила Летти. — Просто… — она окинула мужа изучающим взглядом и продолжила: — Эти твои вопросы можно понять по-разному. Как сомнение в технической возможности сделать такую штуку, например. Или как завуалированный вопрос о том, буду ли я носить, если ты ее на меня наденешь, и хочу ли видеть нечто в этом роде на тебе. — О, Боги! Я-то думал, я мнительный до невозможности, но ты меня превзошла, — Меллан рассмеялся. — Ничего такого. Я только думал о том, что можно было бы сделать только один такой артефакт, а потом вспомнил, что они завязываются на кровь. И больше ничего. — Тут с Ссол надо советоваться, — пожала плечами Летти. — Я очень мало знаю об этой области артефакторики. В воспоминаниях нет по этому поводу ничего полезного. Может, возможно сделать как-то, чтобы артефакт слушался, скажем, при определенных условиях. — Спроси, — улыбнулся Меллан и погладил жену по плечу. — А почему ты так решила? После моего вопроса? Вот тут мне интересно до жути, как у тебя голова работает. А то задам еще раз вполне невинный, с моей точки зрения, вопрос, а ты на меня обидишься смертельно. — Ну… — протянула си-ин. — Тут-то как раз все просто. Такой артефакт — это жесточайший контроль. Куда больший, чем все, что ты делал вместе взятое. Кто знает, может ты не знаешь, хочу ли я такого? Или сам сомневаешься, хочешь ли, чтобы так контролировали тебя? — Нет и нет на оба предположения. Я слишком хорошо помню, как ты в одной из наших игр назвала меня “господином”, — Мелл хищно улыбнулся, такая улыбка на его лице для Летти появилась в первый раз. — Что позволяет предполагать, что ты не будешь против. И мне все больше и больше нравится власть над тобой. Так же, как и власть Летта надо мной. И я готов к такому тотальному контролю. — Значит, моя мнительность на сей раз была излишней, — вздохнула девушка. — Так тоже бывает, но иногда лучше перебдеть, чем недобдеть. — Вполне логично, — кивнул Мелл. — Вот и я так думаю, — потягиваясь всем телом, заметила Летти. — Поэтому-то и вопросы иногда возникают, мягко скажем, странные. — Угу, — пробормотал Мелл, засыпая. Ему было тепло, уютно и под боком лежала любимейшая женщина. Что, в принципе, еще для счастья нужно? Да, наверное, ничего. Приключений бы… Си-ин удивленно поглядела на моментально отрубившегося супруга. Похоже, тот сильно умаялся за прошедшее время, а ведь еще совсем не поздно, только-только темнеть начало и ей самой спать совсем-совсем не хотелось. Хотелось же… Чего-нибудь этакого, вот только что подпадает под определение этого самого этакого было непонятно. Валяться же просто так — скучно, поэтому Летти, не долго думая, связалась с Атталикой, которая вытрясла ей на голову массу новостей: старшие и ее дракон вернулись, притащив в город очередного пациента, а также сопровождавших его лиц. Дин выложился в процессе лечения так, что не то, что ни жив ни мертв, но потрепан порядком, как, впрочем, и Ссол, хотя, она — гораздо меньше, поужинает, и будет менее-более в порядке. Осознав все это, Летти выбралась из постели, оделась и отправилась в замок, вдруг помощь понадобится, мало ли. Естественно, ее немного припрягли, коли уж она появилась, но именно ради этого-то она и пришла, а раз уж так, то и поужинать осталась вместе с остальным семейством. Ну, а когда трапеза подошла к концу, загрузила Ссол своими хотелками и задачами. — Так, — протянула та и, сделав приглашающий жест, пошла в мастерскую. Дин спал, она сама, хоть и не отказалась бы оказаться у него под боком, вполне могла и уделить внимание начинающему артефактору. — Еще раз, то ты хочешь получить в итоге? — спросила хозяйка мастерской, устраиваясь за рабочим верстаком. Летти повторила, а потом добавила: — Только я хочу сделать сама, своими руками, а не чтобы ты сделала. — Это я поняла, — кивнула Ссол. — Что ж… — она подошла к шкафу с материалами и принялась вытаскивать оттуда то, что понадобится. — Тащи, что ты там у себя насобирала, поглядим, что есть у тебя, добавим то, чего не хватает. Ну и, наверное, прямо сегодня можем и начать. Меллан опять проснулся от холода и странного сна. По своим ощущениям, он продрых где-то около часа, скорее всего, минут сорок. Снова ему снились то ущелье, палящее солнце и пещеры, в которые его кто-то звал. Вот только он сумел сделать шаг внутрь и разглядеть стоящий посреди пещеры щит, закрывающий его создателя. Его выкинуло из сна быстрее, чем в прошлый раз. Синий резко сел на постели, потер лицо руками и огляделся. Супруги рядом не было и было непохоже, что она даже ложилась. Ушла куда-нибудь. Точнее, к старшим, Мелл чувствовал. Он поднялся, прошел в купальню, ополоснул лицо и решил навестить родных, заодно рассказав о странных снах. Идти было недолго, минут пять. В кухне у старших Меллан увидел Руадха и Атталику, прибиравших со стола, и Фабиана, только что вернувшегося из городка. — Вечер добрый! — улыбнулся всем Мелл, входя в помещение. — Вы уже вернулись? Как миссия? Все хорошо? — Ну, то, что мы собирались сделать, мы сделали, — вместо Руадха ответил Фабиан. — А ты, что, выспался уже? Летти сказала, что ты умаялся и дрыхнешь. — Нет, я не выспался… — Меллан задумчиво посмотрел на Фаба. — А где Дин? И Ссол? У меня есть к вам всем разговор. — Дин спит, — ответил дорниец. — Ему пришлось принца лечить сильно. Все-таки драконье пламя… Сам понимаешь. Считай, с того света парня тащил. Ссол с твоей женой в мастерскую ушли, так что, похоже, я тут за всех один отдуваюсь. Что за разговор-то? Меллан рассказал про свои сны, которые уж слишком похожи на зов и уставился на Фабиана. — Я, когда мы тебя спасли, тебя просто слышал, — сказал Руадх. — И то, как какой-то зуд сначала. Только вылетев из-под купола, смог разобрать, кто, что и зачем. А здесь… Уж как-то странно. Еще и щит этот. — А место, говоришь, знакомое? — уточнил Фабиан и, получив утвердительный кивок Мелла попросил рассказать все, что тот о нем знает. — Маловато, — протянул дорниец, выслушав довольно-таки скудный рассказ. — Позови Летти, что ли, раз, говоришь, она там пряталась, может поболее знает. Летти явилась на зов супруга, а следом в кухню вошла и Ссол, которую позвал Фабиан. — Мелл тут о своих снах рассказал, — сообщил дорниец. — Я решил, что ты о том мире можешь знать то, чего он не знает, вот и позвал, — сказал он супруге сына. — Опять снилось? — спросила та синего, а потом принялась рассказывать все, что знает о том мире, о котором у Мелла сны. — Мало магии, фиговый климат, никакие условия для жизни, — выслушав это, резюмировала Ссол. — Если там загибается кто-то хороший, то чем быстрее он получит помощь, тем больше шансов у него выжить. Пойду, погляжу, как там Дин. Вроде спит, но… В общем, если он спит, то следующий имеющий право принимать решения, ты, Фаб. — Угу, — буркнул дорниец, и Ссол ушла в их спальню. — В любом случае, спит Дин или нет, то место надо навестить, а поэтому собираемся. Руадх, пойди, позови наемников. Они пригодятся. Летти, Мелл, вы, как представляющие себе то, что необходимо в этом месте для выживания — собирайте экипировку и прочее. Я займусь аптечкой. Атти, позаботься о еде, пожалуйста.