Часть 33
23 марта 2026 г., 06:33
Сонная Улли растерянно хлопала глазами и оглядывалась.
— Все удалось? — спросила она, сфокусировавшись на Дине. — Много было гадости?
Дин кивнул и рассказал
— И что теперь с нами будет? — задала вопрос девушка, опираясь на своего молчавшего до сих пор партнера.
— Что будет? — вопросом ответил Дин. — Сначала вы оденетесь, потом пойдете с нами. Для вас это будет завтрак, а для нас… Не важно. И после мы поговорим.
— Стол накрыт у нас на балконе, — подал голос Фабиан.
Разбуженные оделись, а потом их сопроводили к обеденному столу, где на сей раз были только они, Арья и старшие семейства Двейнов. Младших предупредили, что их присутствие сейчас не желательно, и они тактично предоставили приемным родителям приватно пообщаться с их гостями.
Обед был традиционно прост, но обилен. Несколько видов мяса, рыба, овощи и фрукты, все приготовлено заботливо и с любовью, свежее, ароматное и до невозможности вкусное.
Улли набросилась на еду наравне с Дином, драконы, что с них возьмешь. Только она предпочитала овощи и фрукты, никакого мяса и рыбы, может быть немного сыра.
— Смотрю, твои вкусовые пристрастия так и не изменились? — поддел девушку Дин. — Все силос употребляешь? Объедаешь своих любимых зверей?
— А ты их самих лопаешь и что? — не осталась в долгу драконица.
— Да ничего, — пожал плечами Дин. — Как ты выжила в тех пещерах без своей травы? И зачем вы туда отправились?
— Мы можем доесть? А потом все вам расскажем, обещаю, — ответила Улли, вгрызаясь в сочную грушу.
Дальше все продолжали обедать в некоем подобии молчания, изредка прося других что-либо передать или благодаря за заботу. Наконец, трапеза была закончена и Ссол с Арьей принесли напитки и десерт.
Дин набрал себе полную плошку мороженого, посыпанного орехами и шоколадной крошкой и вопросительно задрал бровь.
— Ты же помнишь, за что меня не любили наставники? — начала рассказывать Улли. Дождавшись кивка старшего Двейна, она продолжила. — Они так и не оставили свою идею навязать мне всадника. У меня уже есть партнер, Тейвел, — она посмотрела на камбиона. — Мы знакомы с детства. Я выросла в его поместье. Его отец был дипломатом и много путешествовал. А мать часто оставалась одна. Вот и родился Тей. Почему хозяин его принял как родного, я не знаю, но знаю точно, что мама у Тея была самым замечательным и самым добрым разумным. Он в нее пошел, — девушка нежно улыбнулась партнеру. — Такой же добряк. Всегда меня защищал, перед всеми. Я же рабыня. Мои родители попали в рабство за долги и были проданы в поместье к его родителям. Я родилась уже в рабстве, даже не задумываясь о другой жизни. Меня клеймили почти сразу после рождения, — она показала клеймо на внутренней стороне руки, сделанное так, чтобы было не особо заметно. — Мы с Теем были в поместье единственными детьми, и хозяйка даже поощряла наше общение. Видимо, для того, чтобы сын не вырос эгоистом. Я младше него и Тей заботился обо мне.
— Как ты стала драконом? — не выдержала Арья. — Ты же человек!
— Я убила дракона, — помрачнев, ответила Улли. — В детстве, случайно. Это был совсем мелкий драконыш, а я жутко боялась змей. Мы гуляли по лесу и вдруг на нас из травы выскочила ящерица. У нее была такая длинная и тонкая шея и я решила, что это змея. Как нашла палку и принялась по ящерице лупить, я не помню. Помню только то, что Тей меня оттаскивает и орет, что это не змея. И когда мы увидели, кого я забила палкой, мы убежали. А оказалось, что в тот день к отцу Тея приехала делегация из драконьего мира и один из детенышей сбежал смотреть все вокруг. Он хотел с нами подружиться, а я… — девушка всхлипнула и передернула плечами. Камбион придвинулся и обнял ее. — В тот же день все раскрылось. Я не стала отрицать свою вину и думала, что драконы меня убьют за своего детеныша. Но нет, они поступили мудрее. Они забрали меня к себе, освободив от рабства и воспитав, как дракона. Мы с Теем постоянно виделись, все были не против. Еще бы, семья породнится с драконами, это круто. А потом школа и там начался жесточайший прессинг на тему всадников. Я выдержала, но после окончания мы были вынуждены все время скрываться. Сколько раз Тея пытались убить, ты даже представить себе не можешь.
— Чем ты так ценна для ордена? — спросила Ссол. — Ради просто еще одного дракона, как мне кажется, так заморачиваться просто нерентабельно, — то, что она, в общем-то, перебила рассказчицу, ее не особо смущало, а вот получить ответ на возникший вопрос хотелось. Это казалось важным, важнее соблюдения приличий.
— Я земляной дракон, еще одна стихия — вода, — спокойно ответила Улли. — Мой основной дар — выстраивать гармоничные отношения между всеми. Любовная, дружеская и прочая отношенческая магия. Может из-за этого? — она пожала плечами. — В ордене многие рвут одеяло на себя. И моя магия могла бы руководителям помочь. Я умею привязывать…
— Хм… Может быть, — протянула Ссол. — А что те драконы, которые приняли тебя? А родители Тея?
— В смысле? — спросила Улли. — Орден до них добрался. До всех. Они скрывались в одном из миров драконов, но на него напали. Наши погибли. А нас в тот момент не было рядом, мы бегали, как всегда. Но почти везде, кроме нижних, нас находили орденцы. В последний раз нас нашел мастер Сантирин. Честно сказать, я испугалась. Он хоть и в возрасте, но как воин — на порядок превосходит любого из нас, даже тебя, Дин. Думала, он пришел за нами, точнее, за Теем, а оказалось — он нас предупредил о слежке. Мы и скрылись. Вот только Тея ранили, пока мы убегали и пришлось опуститься в тот мир, откуда вы нас вытащили. Вот, собственно, и все.
— М-да, — пробурчал Фабиан. — И что вы предполагаете дальше делать? Вылечить, мы вас вылечили. Выслеживали вас, отчасти, из-за чар, которые на тебе были. Дин и их снял, заодно, но в мирах середины попасться все равно можно, как раз плюнуть.
— Что делать? — Улли посмотрела на партнера и, видимо, общалась с ним по связи. — Мы хотели бы найти мир, в котором не будет орденских и где не надо прятаться. Даже не знаем. С орденом воевать? — девушка перевела взгляд на Дина, а потом на Ссол и Фабиана. — Вы знаете как? Потому что я понятия не имею, что можно сделать, чтобы им навредить. Хотя, вы же вытащили Руадха и Меллана, я по связям вижу. И… Усыновили их?
— Да, — кивнул Дин. — Мы им предложили три варианта, на выбор. Быть рабом, войти в род младшим супругом или усыновление. Оба выбрали третий вариант. Мелл, так вообще, чуть ли не в день встречи был готов. Мы им жизнь спасли…
— Как и нам, — покачала головой Улли. — У нас есть время подумать? Или ответ желательно дать сейчас?
— Ты же уже все решила, — у Тейвела оказался очень красивый низкий голос, с чуть хрипотцой, похожий на голос Дина. — Зачем тебе время?
— Вы ведь знаете, что при приеме в род прошлые связи, если таковые есть, рвутся? Много чего изменится. Фамилия, например, — заметила Ссол. — У Руадха и Мелла не было родичей, и, соответственно, родовых имен. Они оба, считай, безродными были, а вы оба — нет. Вы ведь сейчас носите родовое имя Тея? Брак заключен?
— Нет, — помотала головой Улли. — Брак мы еще не заключали. Хотели сначала вместе пожить, а тут как раз все это и началось. Некогда было. И про фамилию мы знаем, не все уроки прогуливали. Как быть тогда? Рабами мы не хотим, идти вторыми супругами к кому-либо? Точно не к вам, у вас уже места нет, — девушка усмехнулась. — К Меллану? Я его убью точно. К Руадху? Тей приревнует и тогда… — она покачала головой. — Мы одни остались…
— Что вариант младших супругов и рабов вас не устроит, это понятно, но… Наследия вас лишать совсем не дело. Есть один вариант: сначала вы заключаете брак, а потом уже семью можно будет принять как младшую ветвь, — подумав, ответила Ссол. — Родовые имена и, соответственно, имущественные права, а также накопленные в родах дары сохранятся и могут быть переданы потомству. Основным родовым именем все равно Двейн будет, но останется и имя мужа. Твое, Улли, родовое имя можно сохранить или нет, надо посчитать. А зависит это, в первую очередь, от типа брака, — она поглядела на Дина и объяснила, точно зная, что в подобные вещи он никогда не вникал: — Ну, смотри, у нас — ты старший в семье. Поэтому и я, и Фабиан и Арья — полностью принадлежим только твоему роду. Арья будет принадлежать, а мы с Фабом — уже. Связей у Фаба с его родителями вообще нет. У меня… Там, сам знаешь, все не так просто, но тоже не сохранилось бы, если бы все было как обычно. А обычно женщина уходит в род мужа и привносит в его род некое имущество в качестве приданного, и часть даров от ее предков возможно достанутся их совместным детям, но могут и не достаться, тут зависит от того, насколько сильны оба рода, — она перевела взгляд на Улли и Тея. — Вот тут вы лучше знать должны, чей род древнее и сильнее и, кстати, что ваши родители планировали. Кого отдавать в род, а кого принимать.
— Тут может возникнуть большая проблема, — сказал Тейвел. — Я родился во время двухгодичного отсутствия отца. Принять-то он меня принял и воспитал, как собственного сына, я даже в завещании указан единственным наследником всего. Но вот в родовой книге записал, как сына жены. Фамилии у меня нет. Когда мы рассказали родителям о том, что хотим быть вместе, они решили, что я войду в род Улли. Точнее, ее приемных родителей. А потом, как она уже говорила, все погибли.
— Значит, ты входишь в ее род, — кивнула Ссол. — Равным или младшим?
— Только равным, — высказалась Улли. — Я всегда не понимала вот этого разделения. И не особо одобряю, — она зыркнула в сторону Дина. — Твоя семья, тебе решать, но это несправедливо, мне кажется.
— Тут дело не в справедливости, — спокойно сказала Ссол. — А в правах и обязанностях, с одной стороны, с другой — в том, как распределяются наследия. В вашем случае, между прочим, нужно очень хорошо подумать, так как вы оба несете часть человеческой крови. Только в тебе больше драконьей, а у твоего партнера — половина на половину. Если равным войдет, то ваши дети с большими шансами родятся именно людьми. Если младшим, то на драконыша шансов куда больше. Это что касается продолжения рода, но, да, во многих мирах младший супруг… Сами знаете.
— Да пусть будут людьми, плохо что ли… — Улли кинула взгляд на Ссол. — Я настолько далека от всего этого, что совсем не заморачиваюсь, — она задумалась. — Обряды нужно провести как можно быстрее?
— Я бы не стал ждать, — Дин кивнул на слова девушки. — Но вы меня знаете, вечно тороплюсь. По крайней мере, брак можно заключить, а усыновление… Тут тебе моя супруга помощник, она ритуалист. Все подскажет и рассчитает.
— А чего там рассчитывать? — пожала плечами Ссол, которая совсем не одобряла такого легкомысленного отношения к вопросам продолжения рода. — Равный брак штука, в общем, простейшая.
— И что нас дальше ждет? — спросил Тейвел. — И, Улли, я бы лучше подумал. Не над тем, что брак надо заключать, а над формой. Мне кажется, что вариант, когда я младший супруг — лучший. Ты же видишь отношения? Даже я, без твоего дара, могу сказать, что в этой семье младшесть Ссол — чистой воды показуха. Так было нужно для каких-то целей. Но отношение к ней… И у нас в семье лучше сделать также. Тем более, если повысится вероятность рождения драконов у нас с тобой.
Улли развернулась и долго смотрела камбиону в глаза.
— Я не знаю, — растерянно произнесла она. — Когда мы обсуждали это с родителями, мне казалось, что ты просто шел на поводу у них. А тут…
— А что тебя смущает, Улли? — спросил Фабиан. — Имеется в виду на самом деле.
— Меня? Я даже не задумывалась… — ответила девушка. — Может, какие-то воспоминания из детства, пока я жила в поместье. Ощущение того, что мы не ровня, — она сжала руку Тейвела. — Хотелось, чтобы оно прошло.
— Улли, но сейчас-то все не так, — тихо произнес Тей. — Мы равны, ты даже знатнее меня и уж точно богаче, учитывая сокровищницу предков. Я не против быть младшим супругом для всех. Я же знаю, да и твоя будущая семья тоже, что все не так.
— Хорошо, я согласна, — кивнула девушка.
— У нас есть время до вечера, — что-то прикинув, сказал Дин. — Вам нужно провести экскурсию по дому и городку, показать ваши покои и выбрать наряды. У нас последнее торжество было только у Мелла и Летти.
— Кто такая Летти? — с интересом спросила Улли. — Супруга синего? Когда он успел жениться? И Меллан — женился?
— Она самая, — хохотнула Ссол. — И, собственно, почему бы Меллану не жениться? Тем более, если его супруга — си-ин?
— Ого! — теперь уже Тейвел удивленно задрал брови. — Си-ин? Как так получилось?
— Вот сейчас я его вызову, — предложил Дин. — Пусть он вам все тут покажет и расскажет про себя и Руадха.
— Тейв, а что тебя так удивило? — спросила Ссол. — Си-ин тут, не считая меня, еще четыре особи. Летти — супруга Мелла, Атталика — невеста Руадха, ну и двое наемников тоже из этого народа.
— Те си-ин, которых мы встречали, были уж слишком замкнуты и высокомерны, — ответила за партнера Улли. — Тея так вообще, ни во что не ставили. И потом, ходят слухи, что они никого в свои рода не пускают. Только тщательно отобранные партнеры.
— Да, к выбору партнера мы относимся очень тщательно, — пожала плечами Ссол. — В общем-то я понимаю причины такого отношения к Тею моих сородичей, но… Не разделяю некоторых убеждений, считая, что каждый имеет право жить так, как ему хочется. Хочется не думать о потомстве — пожалуйста, впрочем, как и наоборот.
В это время на террасу зашел Меллан.
— Дин, ты сорвал меня с очередной каверзы. Мы только с Руа придумали, чтобы такого сделать, а тут твой вызов…
Улли все шире и шире распахивала глаза, что на ее детском личике смотрелось уморительно. Это точно Меллан? Та заносчивая задница, что она помнила со школы. В том мире, где они скрывались, ей не удалось внимательно рассмотреть спасителей, уж очень вымотана она была и так переживала за Тея, что было не до этого. А теперь! Улли не знала, что и думать. Меллан дружит с Руадхом, строит с ним какие-то каверзы против неизвестно кого, запросто общается с Дином и видно даже невооруженным взглядом, что его тут любят, и он отвечает взаимностью, если не больше.
— Мелл, — улыбнулся Дин. — Пусть Руа будет в дозоре, а ты проведи экскурсию по замку для вновь прибывших. Выбери вместе с ними покои и потом возвращайся. И Летти позови, пожалуйста. У меня есть для нее и Ссол совместное поручение.
Меллан кивнул и жестом пригласил Улли и Тейвела следовать за ним.
— И что ты хочешь нам поручить? — с любопытством спросила Ссол, когда молодежь удалилась. — А еще, я думаю, что нужно до конца отделать гостевые покои в замке, а то наш дом потихоньку превращается в проходной двор. Не то, чтобы меня что-то смущало, но все-таки уединиться тут становится все сложнее и сложнее. Этак еще немного, и я добровольно запрячусь за известную тебе решетку в логове.
— Отделаем, — улыбнулся Дин, представив, как будет вытаскивать супругу из логова. — Я хотел попросить вас сделать для них кольца. С учетом рас, даров и стихий. И очередности в браке. Не думаю, что у них что-либо подобное есть. Я понимаю, что за пару часов шедевр не создать, но все-таки… Вы у меня гениальны, и я верю, что все сможете.
— Ну-у-у… — протянула Ссол. — Вообще, им считай, повезло. У меня есть заготовки и… Хм… — си-ин ненадолго задумалась, а потом поглядела на мужа. — Знаешь, если работать в мастерской в логове, то я успею сделать как минимум, ювелирный шедевр. Там пройдет часов десять. Вот только Летти… Одной мне сложновато будет управиться.
— У Асдойна? — ответил Дин, глянув на вошедшую в беседку супругу синего. — У него есть место, где можно будет поработать. Я понимаю, там не совсем то, но Летти в логово — нет. Летти, не обижайся, это не недоверие, но…
— У него сейчас ювелирная часть мастерской занята напрочь, к сожалению, — вздохнула Ссол. — Там сейчас четверо мастеров в поте лица трудятся, Фабианов заказ исполняют. Ладно, попробуем справиться, пойдем, Летти, раньше начнем, раньше закончим.
Девушки ушли и дорниец сладко потянулся.
— А мальчик этот, ну, друг Улли… — произнес он задумчиво. — Очень интересный. Думает… Необычно. Прислушиваться к нему забавно очень. Я не лез глубоко, а общий фон очень приятный.
— И в чем он забавный? — спросил Дин, развернувшись к Фабиану.
— Знаешь, я же слышал демонов, ну, в ментальном плане, — ответил дорниец. — Они очень… Шумные и шум довольно жесткий. Как будто много разной музыки одновременно играет и в итоге по ощущениям это полная какофония, а тут — музыки много, но она гармоничная. А еще он мне показался очень мягким и податливым.
— Ну, — протянул Дин. — То, как он с ней сегодня разговаривал… Я бы это мягкостью не назвал. Он очень твердо стоял на своей позиции и пытался ее убедить. Мне так показалось.
— Я же не сказал, что он тряпка, — улыбнулся Фабиан. — Посмотрим. Думаю, за этой парочкой будет любопытно наблюдать.
— Угу, — Дин кивнул. — Фаб, хочешь массаж? У нас есть свободных пара часов. И я хочу доставить тебе это удовольствие.
— А мне доставишь? — лукаво спросила Арья, до этого времени почти незаметно расположившаяся в уголке беседки. — А то про меня все забывают…
— Тогда оба в Кристальную комнату, там раздеться и на каменюку. Лежать там смирно, — приказал Дин. — Буду на вас обоих практиковаться.
Арья сорвалась с места и ускакала внутрь дома. Фабиан же подозрительно поглядел на старшего супруга. Он отлично помнил, как ему и Сэму как-то раз досталось на этом же самом камне и то настроение, которое было у Дина сейчас, показалось ему чем-то похожим. Отчасти потому он тоже молча проследовал в комнату, где обитал Кристалл и, раздевшись, растянулся на камне, краем глаза разглядывая Арью. Да, девчонка превратилась во вполне ладную девушку, отнюдь не лишенную привлекательности. Обводы ее фигурки вполне радовали взор, а то, что она не стесняется наготы — радовало.
Вскоре в помещение вошел Дин, успевший по дороге сменить красивую одежду на простые штаны и держащий в руках пару флаконов с маслами.
— Иногда предложение массажа — это просто массаж, — посмотрел он на скептическое выражение лица Фабиана. — Расслабься.
Дин налил в стоящую на прикроватном столике плошку масел из флаконов, смешал и аккуратной струйкой вылил на спину дорнийца. Запах был очень похож на динов драконий, такой же насыщенный и терпкий. Старший Двейн встал рядом с каменюкой, которая по его приказу поднялась до нужного уровня, и принялся за массаж. Он гладил, щипал, разминал мышечные узлы, ласкал чувствительные местечки, расслабляя Фаба и накачивая его силами стихий. Когда тело второго супруга стало больше похоже на упругую тряпочку, Дин проделал те же манипуляции с Арьей. Только здесь он старался не применять силу и не доводить девушку до возбуждения. Заодно убирая зажимы в мышцах и выравнивая энергетику. Арья под его руками уснула.
— М-м-м… — промурлыкал Фабиан, с одной стороны, чувствуя себя расслабленным и умиротворенным, а с другой — испытывая нешуточное возбуждение. — Говоришь, только массаж? Да?
— Да, — невинно похлопал ресницами Дин. — Только массаж. Подожди, я только Арью отнесу в ее покои, пусть там поспит.
— Какой, однако, заботливый, — беззлобно фыркнул дорниец. — Ну, неси.
Дин аккуратно взял Арью на руки и скрылся с ней за дверью комнаты. Через некоторое время он вернулся. Кристалл снова обернулся норой, в которой его ждал Фабиан.
— Даже не проснулась, представляешь? — он лег рядом с супругом и провел ладонью по его спине. — Ты как?
Дорниец мурлыкнул и чуть приподнял задницу, до которой как раз добралась рука супруга. Жест получился совершенно недвусмысленный и полностью отражал как самочувствие, так и желания Фабиана. Дин продолжил ласку, ныряя пальцами между полушариями и подушечками надавливая на вход. Там было жарко и скользко от масла.
Фаб поймал подушку и, засунув ее себе под бедра, раздвинул ноги, предоставляя супругу более удобный доступ и снова мурлыкнул, на сей раз довольно и слегка требовательно. Дин поднялся и переместился между ног Фабиана. Он был возбужден, но больше хотел доставить удовольствие супругу. Старший наклонился и принялся целовать дорнийца, будто делая массаж своими губами и языком. Пальцы скользнули внутрь тела и с потрясающей точностью начали ласкать выступающий бугорок удовольствия.
— Не хочешь перейти к более решительным действиям? — выдохнул Фабиан, бесстыдно подставляясь под ласковые руки и губы.
— Хочу, но чуть позже, — оторвался от ласк Дин. — Еще больше я хочу, чтобы ты наслаждался. И просил, — он снова целовал и ласкал языком и руками, спускаясь с поцелуями все ниже и ниже. Отметив укусом ягодицу супруга, старший приник к отверстию ртом, изменяя язык на более длинный и гибкий.
То, что делал Дин было настолько чудесно, что долго сдерживаться, чтобы не начать умолять, Фабиан не мог и через непродолжительное время комната огласилась его стонами, всхлипами и мольбами.
— Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — выпалил он, вслед за тем, как Дин особо чувствительно задел предельно чувствительное местечко внутри него.
— Что пожалуйста? Мне остановиться? Продолжать? Трахнуть тебя? — Дин горячо дышал в дырочку. — Что именно сделать, любимый?
— Трахни! — проскулил Фаб.
Старший не стал изводить супруга и заменил пальцы своим органом, двигаясь размеренно и постепенно ускоряясь. Сам Дин давно уже был на взводе и сейчас старался всеми силами снизить свое возбуждение. Почему-то в этот раз ему требовалось довести супруга до разрядки раньше себя. Он открылся, делясь с Фабианом своими эмоциями, чувствами и ощущениями, и дорниец ответил ему тем же.
— Хорошо, что мы в Кристалле были на сей раз, — расслабленно протянул Фабиан, лежа под Дином и ощущая в теле расслабленность и негу, накатившие после оргазма. — А то опять переполошили бы всех, — он чуть откинул голову и потерся затылком о супруга, а потом спросил: — А зачем ты унес Арью?
— Ты хотел бы, чтобы она смотрела? — спросил Дин в ответ. — Я — не особо. И не потому, что она мелкая и ей еще рано. Ты нравишься ей больше, чем я или Ссол. И я не хотел бы, чтобы она ревновала. Дурость, может быть, но мне кажется это правильным.
— Она — наша невеста, — пожал плечами Фабиан. — Рано или поздно она окажется в постели с нами. И с тобой, и со мной, и с Ссол. Ей как-то придется научиться не ревновать. Вот, например, ты — тот еще ревнивец, однако же не ревнуешь, когда мы с Ссол или Сэмом любим друг друга у тебя на глазах, или являемся явно только что после этого чудного занятия.
— Ох, Фаб, — хохотнул Дин. — Знал бы ты, чего мне это стоит. Но твои чудозелья и договоренность с Ссол немного успокаивают ревность. И потом, я многому научился, когда сюда в первый раз попал. А она не прошла через такую школу жизни, как у нас, — он задумался. — И хорошо, если не пройдет. Хочешь, в следующий раз я ее оставлю, только потом утешать ее и доказывать, что ты любишь всех одинаково и ее саму наравне со мной…
— Она прошла, если верить книге, школу жизни, пусть и более короткую, чем мы, но видела в жизни гораздо больше, чем ее сверстницы из твоего мира, — сказал дорниец. — И это если не считать того, что тут дети вообще взрослеют раньше, тем более, дети лордов. Девочек же замуж выдают лет в четырнадцать, и это — норма. А еще я люблю всех вас по-разному. Тебя — вот так, — и он транслировал своеобразный концентрированный пакет, в который упаковал тот комплекс ощущений, которые испытывает к Дину. — А нашего младшего супруга вот так, — и он выдал мужу второй пакет ощущений, только в нем содержались те чувства, которые испытывает к младшему. — Арья мне тоже не безразлична, но по-другому. Это скорее ростки чувств, но все-таки, когда они оформятся, набор будет другим. У тебя это как-то иначе?
— Нет, не иначе. Я не смогу вот так пакетами транслировать, но ты знаешь, что я тоже отношусь к вам всем по-разному, — Дин скатился со спины мужа и теперь гладил его везде, куда могли дотянуться руки. — Иногда, но только иногда, мне жаль, что я не могу любить тебя так же сильно, как Сэма/Ссол. А про Арью вообще молчу. Она пока для меня как сестра. Ну, или младшая подруга. Была у нас такая в земной жизни. Чарли…
— Ты мало с ней общаешься, — заметил Фабиан, нежась под ласковыми прикосновениями. — Меньше, чем я или Ссол. Понятно, что дела и все такое, но… Ты уверен, что не избегаешь ее? Я к чему спрашиваю то? К тому, что брак этот — неизбежность, но взять в жены сестру?.. Странная затея, а построение отношений — это вообще-то, в том числе, и работа. В общем-то, чувства могут вспыхнуть и спонтанно, но… Знаешь, часто такие как вспыхивают, так и гаснут.
— Так ты понимаешь, — Дин прочесал волосы свободной рукой. — Во всех жизнях так и было. Именно такие чувства. Есть желание, есть симпатия, есть любовь, но не такая сильная, как к Ссол или тебе. И сама Арья, насколько я помню, не особо жаждала что-то изменить. Да и сейчас… И да, я ее избегаю. Мне вас хватает более чем.
— Заканчивай от нее бегать, — повернувшись лицом к Дину, попросил Фабиан. — Она забавная и интересная. И… Думаю, она очень отличается от той девчонки, которую ты встретил в Браавосе. Школа очень сильно меняет людей. Воспоминания, прошлый опыт, сам знаешь. Ты ведь тоже изменился. И я. И Сэм. Все мы стали другими после этого. Арья не исключение, но ты, по ощущениям, не хочешь в это поверить и держишься на расстоянии. А ей обидно, между прочим. Пока она об этом не говорит, но это видно. Даже нет, еще не видно, но я-то слышу. Это уже достаточно громко, чтобы было слышно при моем обычном восприятии, без углубления в чужое сознание, — дорниец пристально поглядел на супруга, а потом улыбнулся и добавил: — Видел бы ты, как смотрятся вместе Арья и Ссол… Это нечто! Пока, насколько я знаю, ничего серьезного между ними не было, но несколько раз я видал их обнимающихся, притом, отнюдь не дружески, а совсем по-другому, если ты понимаешь, о чем я говорю.
— Понимаю, — загадочно протянул Дин. — И я принял к сведению твои слова насчет Арьи. Буду больше с ней общаться, но не так, — он снова погладил супруга. — Если честно, я опасаюсь отката, как тогда. Пусть мы и провели обряд обручения, но… И привлекает физически она меня только в звериной форме…
— Тебя — возможно, — кивнул Фабиан. — А вот Ссол… Похоже, нет. — Он немного помолчал, а потом добавил: — Иногда я начинаю ревновать. Вообще странное для меня ощущение, но когда я наткнулся на них, просто идя мимо по тропинке парка, думал взорвусь, хотя ни до чего серьезного у них там не дошло, они даже обе одеты были. Валялись на пледе, рядом книжка, но о ней, судя по тому, что ветер порядком ее переворошил, давно забыли. Я это тебе рассказываю, отчасти, чтобы пожаловаться на жизнь, а отчасти, чтобы если, или, скорее, когда, увидишь, что артефакт Ссол поменял цвет, не убил ее случайно. Ну, или его, Сэм, полагаю, будет не менее активным в этом плане.
— Я тебя слышу, — кивнул Дин и задумался. — Знаешь что… — он немного помолчал. — Вот ты мне сейчас про ревность рассказывал. А я слушаю тебя и понимаю, что я ревную Ссол/Сэма только к тебе и гипотетическим другим, не дай Боги попадутся кто. К Арье как-то… Я их вдвоем не видел, но воображение у меня будь здоров. И могу себе представить. Но вот… ревность… Нет.
— Мое дело предупредить, — улыбнулся дорниец. — Кто знает, как у тебя мозги варят. Ну, во всяком случае, иногда. Например, когда ты видишь нечто, что тебя теоретически может привести в невменяемое состояние.
— Самому хотелось бы знать, что это, — высказался Дин, продолжая ласкать мужа, даже не задумываясь над своими действиями. Ему было просто приятно это делать. — Мне иногда кажется, что мои реакции настолько неадекватны, что окружающие должны шарахаться от меня во все стороны. Кто его знает, что выкинет? Из этой серии… А вот к вопросу о ревности. Кого из них ты ревнуешь больше?
— У меня было ощущение, что они обе мне изменяют, — ответил Фабиан, подумав. Ласковые прикосновения не мешали думать, скорее наоборот, задавали определенный ритм, что ли. И совершенно точно настраивали на откровенный и открытый разговор. Дорниец не врал своим. Никогда. Вот только говорил далеко не все, особенно, если не получал прямых вопросов. — И тебе. Притом, кажется, тебе — больше, чем мне и, пожалуй, это-то и зацепило сильнее всего.
— То есть, ты за меня ревнуешь? — усмехнулся Дин. — Или меня больше?
— Знаешь… — протянул Фабиан и, протянув руку, провел ладонью по боку супруга. — Наверное именно так ощущает себя охранник. Ну, ценности со двора уносят, а он ничего не может сделать, потому как уносит их тот, кто, в общем-то, имеет право на это. Вроде как ситуация вполне штатная, но все равно неприятно. А тебя… По-моему, ты можешь быть с кем захочешь. Со мной, с Ссол или Сэмом, с Арьей, или девку какую в борделе разложишь.
— И? — подтолкнул дальнейшие излияния Дин.
— Что, и? — переспросил дорниец. — Что еще ты хочешь услышать? Все так… странно. Вроде и так, как было раньше, ну, в прошлых жизнях, но и не так. Совсем не так. До этого раза мы никогда не встречались, будучи уже такими взрослыми, да и разрыв по возрасту между всеми четверыми был минимальным. Воспитание, тут когда-как, но, в целом, тоже не слишком-то отличалось. А сейчас… Мне хочется, чтобы все сложилось ко всеобщему удовольствию, но оно как-то не особо стремится это сделать, во всяком случае, самостоятельно.
— Ты же понимаешь, что это последствия того проклятия? — тихо проговорил Дин. — Не будь его и этого придурка, который согласился на нас его навесить, мы бы встретились как положено. Но! С другой стороны, я даже рад, что сейчас вышло так, как вышло. Мы, а особенно я, судя по собственным воспоминаниям и тому, что я от вас слышал, очень сильно изменились. И я надеюсь, что в лучшую сторону. А еще сейчас у нас есть Улли. Мне бы не хотелось, чтобы она чары накладывала, но вот подсказать, что можно сделать для всеобщего удовольствия — она может. И начинать, видимо, придется с меня, — он ласкал своего супруга уже сильнее и явно с какой-то целью. — Фаб, не ревнуй, не стоит. Ты же знаешь, что Ссол любит нас обоих. Ей сейчас, да и Арье, если честно, нужно такое общение. У Сэма вообще раньше не складывались отношения с противоположным полом. А Арья… Мать ее не всегда понимала, сестра так вообще. Один Джон был на ее стороне. Пусть. Они никуда не уйдут.
— Вот того, что они уйдут, я не боюсь. Тут другое, — покачал головой Фабиан и, придвинувшись ближе к Дину, заставил его улечься на спину. Старший раздразнил его своими действиями и теперь дорнийцу одновременно хотелось и ласкаться, и разговаривать. Противоречивое желание, но тут уж ничего не поделаешь, и мужчина наклонился, проходясь губами по теплой коже супруга губами. — Не сумею объяснить, видимо, — произнес он, прерываясь, а потом продолжил ласкать Дина, решив, что делать это гораздо интереснее, чем пытаться сформулировать собственные ощущения. Во всяком случае, сейчас.
— А ты все-таки попробуй, — Дин выгнулся под его ласками и раздвинул ноги. — У тебя это получается лучше всех.
Фабиан, увидав явно приглашающий жест, хмыкнул и сместился так, чтобы оказаться между ног супруга.
— Думаешь, я железный? Объяснять сейчас такие тонкие материи? — мурлыкнул он, проводя руками по рельефу живота Дина, а потом по внутренним сторонам его бедер. — Ты знаешь, что очень красив? И был чудо как хорош, но сейчас… Пик формы, который, к счастью, сохранится надолго. Совершенство. Настоящий воин. Мощный. Статный. Сильный, — продолжая поглаживать, сказал дорниец, наблюдая за реакциями и стремясь доставить как можно больше удовольствия.
— Я сейчас потеку, как девчонка, — Дин залился румянцем, что в последнее время редко кто наблюдал. — Сделай уже что-нибудь, пожалуйста!
Фабиан не заставил себя долго упрашивать и, закинув одну из ног Дина себе на плечо, неспешным длинным движением вошел в него, использовав лишь немного масла, но не заморачиваясь подготовкой и долгой прелюдией.
— Не трожь себя, — велел дорниец, когда супруг потянулся к своему мужскому достоинству. — Хочу, чтобы ты так кончил.
— Ты думаешь, я так смогу? — задыхаясь, проговорил Дин. Возбуждение зашкаливало и Фабиан двигался так правильно, так медленно, что внизу живота закручивался огненный вихрь.
— А ты попробуй, — ответил Фабиан, убирая руку супруга, которая настойчиво тянулась куда сейчас не надо было, и прижимая ее к поверхности Кристалла. В какой-то момент держать его так стало просто неудобно и он, не долго думая, обратился к камню, скомандовав тому, чтобы зафиксировал руки Дина.
Дин только зашипел сквозь зубы и даже не попытался вырваться. Но при этом он сам стал двигаться так, чтобы ускорить темп и приблизить разрядку. Вихрь захватывал его все больше и больше, огонь бежал по венам и больше всего ему хотелось кончить. Он открылся супругу и застонал. Фабиан на несколько мгновений замер, а потом резко и мощно двинул бедрами, раз, другой, третий, пятый, доводя и себя, и партнера до пика, который был отнюдь не за горами.
— Отпусти его, — попросил дорниец Кристалл, почему-то не так, как это было привычно — мысленно, а вслух и каменюка, которая от их совместного оргазма засветилась, впитывая магический всплеск, послушно освободила руки Дина. Фабиан же, скатился с партнера и, удовлетворенно выдохнув, растянулся рядом, переводя дух и приходя в себя.
— Я люблю тебя, — чуть задыхаясь, сказал Дин.
— Я тебя тоже, — отозвался Фабиан. — Хотя, это, пожалуй, самый дурацкий ответ. Зато, правда. — Они оба некоторое время валялись молча, а потом дорниец завозился и уселся. — Чаю? Ну и, времени прошло немало. Похоже, нас скоро искать начнут.
— Да, похоже, — Дин зевнул. — И не только чаю. Не мешало бы в купальню, потом пожрать основательно, да и идти уже. Обряд сам себя не проведет. Даже два.
— Вот и я о том же, — согласился Фаб и, хлопнув супруга по бедру, принялся выбираться из норы. Купание много времени не заняло, и они оба, свежие и жутко голодные, ввалились в кухню. — Слона сожру, кажется, — заметил дорниец, залезая в холодильник в поисках того, чего бы сжевать. — По-моему, постоянно чего-нибудь лопать — заразно. Или все-таки у магиков у всех повышенный аппетит.
На столе оказались мясо, сыр, овощи и зелень и Фаб, плюхнувшись напротив Дина, с аппетитом принялся жевать. Не успели они доесть, как в кухне появились Ссол с Летти. Вид у них был таинственны и слегка торжественный.
— Мы успели! — заявила Ссол. — Вот, — добавила она и, положила на стол коробочку, которую и открыла. Внутри лежала пара колец. Те на вид вычурными не были. Строгие, с геометрическим орнаментом, выполненным насечкой, но вот магически те светились не хуже новогодней елки. — Запихали туда много чего. Связь семейную, прятание аур, определение ядов и ночное зрение, маячок. Ну и, естественно, для обоих колечки рассчитаны на трансформацию. Думаю, им понравится.
Дин, уплетавший мясо, заглянул в коробочку, внимательно рассмотрел кольца и одобрительно кивнул.
— То, что нужно, — он улыбнулся обеим си-ин. — Вы действительно очень талантливые. И, Летти, я рад, что ты согласилась на поправку. Теперь твой дар работает идеально.
— Я тоже рада, — благодарно поглядев на Дина, ответила си-ин. — Вообще, как будто всю жизнь так и было. Правильно ощущается. Во всяком случае, в женской форме. Хотя, думаю, и в мужской хорошо будет.
— Дети еще не появлялись? — спросила Ссол, нажимая кнопки на кофемашине.
— Я могу позвать, — предложила Летти, а потом попросила: — и на меня кофе вари, раз уж все равно машинку мучаешь.
— Время, конечно, идет, но мы вроде как не особо спешим, — пожала плечами Ссол. — Я просто полюбопытствовала, — объяснила она, а потом пристальнее пригляделась к своим супругам, которые продолжали насыщаться, притом, делали они это с такой скоростью и с таким удовольствием, будто не ели несколько дней. — Какие-то морды у вас подозрительно довольные.
— А чего им быть недовольными? — изогнул бровь Фабиан. — Жизнь хороша и вообще, — он махнул рукой с зажатой в ней вилкой.
— Ну-ну, — усмехнулась си-ин, но тему развивать не стала, вместо этого протянув Летти чашку с кофе и поставив под носик чистую — для себя.
— А где Арья? — спросил Дин, вспомнив разговор с Фабианом. — Она же вечно за вами хвостом ходит. В последний раз я ее видел, когда относил в ее же комнату спать. Но сейчас дома не чувствую. Не видели?
— Мы ж в мастерской были, — ответила Ссол, наблюдая, как тонкая струйка кофе сливается в чашку. — Она не заглядывала все время, пока мы там работали. А с чего бы это ты ее спать относил?
— Ну, — протянул Дин и глянул на Фабиана. Он сейчас чувствовал себя несколько неуютно. Будто его застукали за чем-то неподобающим. — Я делал ей массаж, и она заснула.
— Массаж дело хорошее, — усмехнулась Ссол, кинув на супруга изучающий взгляд. — И нечего глазки отводить, мне вот вообще странно, что ты ее спать отнес спать, а не занялся чем-нибудь еще. И вообще… — начала было она, но потом прервала сама себя и махнула рукой.
— О, Боги, да что ж вы меня в ее постель толкаете? — Дин уставился на супругов.
— А как ты себе представляешь брак без этого элемента? — вопросом на вопрос ответила Ссол, разглядывая Дина так, будто тот способен поведать ей настоящее откровение.
— Так, можно мы поговорим об этом потом, — рявкнул Дин. — Я вот именно сейчас не хочу это обсуждать.
— Можно, конечно, — не стала настаивать Ссол, хотя особо довольной она при этом не выглядела. — Собственно, ты задал вопрос, я задала встречный, но готова подождать ответа до тех пор, пока ты не будешь готов его дать.
— Вот и хорошо, — Дин почти рычал. Он сам не понимал, почему его так раздражает вся эта ситуация. Все эти разговоры про брак, постель и Арью в одном флаконе. Единственное, что он понимал точно, что ему нужно, просто жизненно необходимо время, чтобы обдумать все происходящее. И еще, разговор под заклинанием. Вот это может помочь поставить мозги на место. Его супруги были правы — брак без постели не бывает. А вот хочет ли он сам этого брака? И почему не хочет, если это так? Вот над чем стоило подумать…
— Ты мне совсем не нравишься сейчас, — спокойно произнесла Ссол, пристально глядя на Дина. — Ты злой. Притом, совсем не по делу, и я не понимаю, отчего ты злишься. Но что там я, ты сам, кажется, этого не понимаешь. Может, имеет смысл прибегнуть к проверенному средству психоаналитики? Я понимаю, что сейчас вроде как не ко времени, но предложить просто обязана, а вот делать это прямо сию секунду не обязательно.
— Я сам себе не нравлюсь, — ответил Дин. — И я не понимаю, почему. И зачем все именно так происходит. Сам хотел попросить тебя и Фаба поговорить под заклинанием. Но сначала Улли и ее партнер. Вот только… Не внесу ли я в обряд свои проблемы с браком?
— Вообще, можешь, — подумав, ответила си-ин, которая осталась единственной дамой в кухне, Летти, осознав, что у старших проблемы, тактично и тихо ушла, отправившись к Меллу и решив присоединится к экскурсии, а скорее продлить ее, дав тем самым родителям супруга разобраться с их проблемами. — Не должен бы, но… Я бы не рисковала. У нас все что угодно может произойти, поэтому предусмотрительность не повредит. Мало ли.
— Тогда сначала нужно разобраться в том, что происходит, — кивнул Дин. — Обряды могут подождать. Не Улли, не Тейвел никуда сбегать не собираются.
— Пойдем в беседку, что ли, — предложила Ссол. — Вроде как привычное место, да и не потревожит никто. Я произнесу заклинание, и мы с Фабианом выслушаем тебя, если ты к этому готов.
— Готов, — Дин поднялся и прошел в беседку. Действительно, место было привычное для таких вот излияний.
Ссол с Фабианом, прихватив с собой графин с соком и стаканы, проследовали за старшим супругом и устроились в беседке, расставив принесенное на низеньком столике. Си-ин, дождавшись, пока Дин усядется, произнесла заклинание и стала слушать.
— Я даже не знаю, с чего начинать, — тихо сказал Дин. — Я совершенно не понимаю своих реакций и мыслей по поводу брака с Арьей. Я уже говорил тебе, Фаб, что не воспринимаю ее никак иначе, чем младшую сестру. Это… У нас очень большая разница в возрасте, слишком большая. Мне за сорок и еще сорок лет Ада, значит, за восемьдесят. А ей всего сколько? Двадцать? Она мне во внучки годится. Это первое. А второе… У меня вообще нет к ней сексуального влечения. Вызвано ли это разницей в возрасте или отношением, или еще чем-то, я не знаю. Она очень хорошая, замечательная девушка, это я понял еще по тому времени в Браавосе. Но вот… Я сам себя не понимаю. По идее, она наша четвертая. И если не влечение и прочее, то магия-то должна нас притягивать. А тут. Будто притянула и все, дальше, как хотите. Если брать отношения с вами… Про Сэма я вообще молчу, тут все ясно с самого начала. А вот ты, Фаб. Я тебя не переносил, потому что ревновал, да и было там еще что-то. Может, последствия этого проклятия, которым нас уничтожили. Запах, помнишь? И я вообще не понимаю, что мне делать. Больше с ней общаться? Так я еще больше с ней подружусь и ничего не буду предпринимать. Избегать ее дальше? Она взорвется и никому мало не покажется? Брать ее в постель? Как грелку? Потому что никак по-другому…
— Высказаться ты высказался, — произнесла Ссол, когда Дин замолчал, а действие заклинания закончилось. — Злится, по ощущениям, стал меньше. Но вот сама ситуация… Я честно скажу, не знаю, что с ней делать. За себя могу сказать следующее: исходно я воспринимала ее как чужую мелкую девчонку, не враждебно, но… В общем, никак почти. Голова понимала, что это, в некотором роде, та самая женщина, которая была с нами много-много жизней подряд, а вот все остальное просто молчало. Сейчас, когда я с ней разговариваю, нахожу общие интересы, что-то вместе делаю, все изменилось. А разница в возрасте перестала не то, что быть существенно, а даже и ощущаться. Все-таки ей не просто двадцать, но и, как и всем нам гораздо, гораздо больше и на этом фоне то, что я в этой жизни несколько старше, выглядит совершенно не критично.
— Слушайте, — подал голос Фабиан, — возможно, моя мысль покажется очень необычной, но… Скажите мне такую штуку: а этот брак обязан состояться в этой жизни?
— Это ты с другого конца зайти пытаешься? — спросила Ссол.
— Что-то в этом роде, — кивнул дорниец. — Так, что?
— Однозначного ответа на твой вопрос нет, — вздохнула си-ин. — Он будет выглядеть как, нет, но… Нет, потому, что никто не может обязать связывать себя брачными узами с кем бы то ни было. Никто и ничто. Брачная связь — всегда добровольна и устанавливается лишь по обоюдному желанию. Обоюдному — это ключевое слово.
— Ну, почему нет ты, допустим, объяснила, — протянул Фабиан.
— Но в этом всем есть и другая сторона, — продолжила Ссол. — Арья, насколько я успела понять, общаясь с ней после ее возвращения из школы, хочет этого брака. Не то, чтобы она не видела себя вне его напрочь, но… Она уверена, что он ей нужен. Причин для этого множество и, кстати, лишь меньшая их часть имеют что-то общее с романтикой. Для нее этот брак — возможность жить так, как хочется. Заниматься тем, чем заниматься хочется и интересно. Чувствовать себя защищенной настолько, насколько это возможно. В этой жизни опыта отношений у нее нет, опыта постели, если не считать той пробежки с Дином по кустам — тоже, но, что любопытно, нас троих она легко представляет в постели, а вот кого-то еще — практически нет. Кто-то ей в этом плане нравится больше, кто-то меньше, но мы все трое все-таки нравимся и вызываем интерес.
— Ты сейчас все это раскладываешь так… — пробурчал дорниец и поморщился. — Даже не знаю, но…
— Я просто специально и сознательно сейчас не заостряю внимание на морали и всяких там ах и ох, — пожала плечами Ссол. — Есть ситуация, есть проблема. Есть мнения и ожидания. Вот о них-то я и веду речь. А вообще… Идеально было бы и саму Арью к этому разговору привлечь. Может мои выводы вообще не верны, а у нее совсем другой взгляд, и я все неправильно поняла. Да и это как-то… Правильнее, наверное. Или мы ее не позвали потому, что решили: она, дескать, мелкая, ничего не понимает и не знает и поэтому решать не может? Устроит тут истерику, если услышит, что Дин ее как сестренку воспринимает и у него на нее не встает?
— Нет, я думаю, не из-за этого, — высказался Дин. — Дело не в истерике и прочем. Мне надо было сначала самому разобраться. И прийти к какому-нибудь решению. Хорошо, что вы пошли навстречу и выслушали.
— Ну, то, что мы тебя выслушаем в любом случае, это понятно, — ответила Ссол. — А вот к какому решению ты пришел? — спросила она. — Делать-то что будем?
— В первую очередь, поговорить всем вместе, — Дин пожал плечами. — Выслушать всех, все мнения и ожидания. Обсудить. И решить, что мы все хотим. Расписать алгоритм.
— И когда мы будем этим заниматься? — спросил Фабиан.
— Мне сейчас сходить за Арьей? — в свою очередь, задала вопрос Ссол.
— Да, Ссол, сходи, пожалуйста, сейчас, — кивнул Дин. — И Фаб, мы будем делать это вот прямо сейчас. Я понимаю, что у нас еще множество дел, но это важно.
— Хорошо, — сказала си-ин и, поднявшись на ноги ушла.
Дорниец же поглядел на супруга и вздохнул.
— Ты всегда был решительным, — задумчиво сказал он. — Не важно, что ты делал или делаешь. Откладывание на завтра, явно не твой метод, но… Сейчас у тебя есть минут пять, может чуть больше, чтобы быстро-быстро поплакаться мне в жилетку, а к тому моменту, как придут наши дамы, вернуться в форму.
— Я правда думаю, что наши брачные проблемы могут наложиться на брак Улли и Тея, — Дин покачал головой. — Хочу их решить. Надеюсь, что это поможет.
— Надеюсь, эти самые проблемы на браке Мелла и Летти не скажутся, — вздохнул Фабиан. — Собственно, наши-то проблемы не пару часов назад начались, они были и когда ты для этих двоих обряд проводил. Хотя… — дорниец задумался. Ссол, конечно, была сильнее в подобных теориях, но и он много чего знал и анализировать умел. — Может и нет. Эти двое все-таки, кажется, несколько другой случай.
Между собеседниками повисла тишина, которую прервало появление двух девушек. Они шли бок о бок, такие разные, но в то же время, в чем-то неуловимо и схожие. Не внешне, скорее ощущением силы, которое сопровождало обоих, только запах и привкус этой силы был разным. Сила Ссол — легкая, холодноватая и очень подвижная, чуть колючая, с отзвуками эротики и ощущения, придающего желания жить. Сила Арьи — тяжелее, гораздо медленнее, насыщенная и густая, с легким запахом сырости и зелени одновременно, но в то же время и опасности. А еще на лицах обоих было нарисована почти одинаковые заинтересованность и ожидание.
Девушки прошли в беседку и, устроившись рядом, воззрились на Дина.
— Э-э-э, — смешался Дин. — Я дар речи потерял. Особенно когда вы обе так на меня смотрите, — он помолчал. — Я даже не знаю, как начать разговор, — старший стрельнул глазами в сторону Фаба, надеясь, что тот сможет хотя бы начать, а потом все подключаться. Но дорниец сидел с непроницаемым лицом и Дину пришлось продолжить. — Арья, мне сегодня мои супруги высказали кучу претензий по поводу моего поведения по отношению к тебе, — и дальше он поведал всю проблему. — Вот примерно так выходит.
Арья внимательно и задумчиво разглядывала Дина, по своей привычке наклонив голову к плечу.
— Хорошо, что ты сейчас начал этот разговор, Дин Двейн. Еще бы неделя и я устроила бы тебе персональную истерику по-старковски. Было с кого брать пример, — она усмехнулась. — Я все это вижу, понимаю и не против. Что странно. Я к тебе отношусь так же. Ты для меня прекрасный старший брат и не более. Уж не знаю, что повлияло на чувства: проклятие или еще какая-то дрянь, но, что есть, то есть. Извините, — девушка повернулась к Ссол и Фабу и кивнула. — Я хочу заключить этот брак. И даже консумировать его, но дальше… Ты бессмертен, все остальные тоже предполагают жить долго. Посмотрим. Мне замужество нужно для свободы, Ссол правильно тебе сказала. И это прекрасное ограничение для моих родственничков, которые считают, что девушек можно продавать и покупать за фамилию и прочие блага. Этот брак — типичная договоренность. По расчету. Только тут еще и магия замешана, и замешана сильно. Прошлые жизни и наши союзы никуда не денутся. Так что… Мы можем провести аж два обряда заключения брака сегодня. Сначала мы свои, потом будущей приемной дочери. И, насколько я понимаю, нам нужно включить меня в ритуал усыновления, так?
— Про включение тебя в ритуал усыновления — да, — кивнула Ссол, с интересом слушавшая Арью. Да… Все было запущено и очень запутано, но время — штука такая. Все еще сотню раз может измениться.
— Все, истерик не будет? — усмехнулся Дин. — Ссол, ты чем-то не очень довольна, это видно.
— Просто все так… — вздохнула она. — Честно сказать, мне хочется, чтобы в доме было спокойствие и любовь. Мир, дружба, все дела, а тут… — си-ин махнула рукой. — Это не похоже на тот идеал, который хотелось бы получить в итоге. Мне вообще все подобные штуки непросто, все-таки, несмотря на то, что родилась я человеком, то, что произошло — изменило меня очень сильно. Может, даже чересчур сильно, от человеческого восприятия мало что осталось, а для си-ин договорной брак это, конечно, возможно, но… Настоящее несчастье.
— И как тогда быть? — спросил Дин. — Мы все понимаем, что проблему нужно решать. На это требуется время. Много времени, потому что ни у меня, ни у Арьи в одночасье чувства не вспыхнут. Можно вообще не заключать никаких браков, но тогда помолвку можно оспорить и прервать. Кому будет лучше от этого? Никому. Я сейчас не оправдываюсь и не пытаюсь никого и ни в чем обвинять. Просто….
— Вообще-то помолвку не обязательно превращать в брак в рекордные сроки, — пожала плечами Ссол. — Кто ее разорвет? В ближайшие, минимум, полгода, а то и год — это сделать просто некому. Это что касается нас. Брак Улли и ее партнера — вообще к нам никак не относится. Ну, то есть, относится, но… Если мы сейчас заключим брак, проблема наша решена не будет. Именно решена. Проблема-то в напряженности, а не в том, что наш союз не закреплен. Сейчас, когда мы поговорили, все высказались и все точно знают, каков расклад, напряжение в нашей семье не должно сказаться в ритуале, который ты будешь проводить для Улли и Тея. Дальше у нас прием в род… Руадха и Мелла мы приняли, когда Арьи рядом не было вообще, ничто не мешает также поступить с драконицей. Это все, что касается прагматики, а все остальное… Эмоциональная, так сказать, часть, — си-ин вскочила со своего места и прошлась по балкону-террасе туда-сюда. На месте ей просто не сиделось. — Так вот, — произнесла она, останавливаясь напротив беседки. — Можете считать, что я неправа. Можете спорить. Но я считаю, что брак должен заключаться при наличии чувств. Если их нет, он, может быть, со временем может стать счастливым, но… Не знаю, распространяется ли эта практика на браках, в которых всерьез играет роль магия. До этой жизни мы всегда делали этот шаг только по любви и, как бы странно все ни было, но все-таки и счастье в наших союзах было. Иногда тебя, Дин, прибить хотелось, но и не только. В общем, я все это к чему, к тому, что спешить не стоит. У нас впереди масса времени и совсем нет необходимости сделать все немедленно.
— Если ты так считаешь, то давай подождем, — выдохнул Дин. — Я тоже думаю, что браки должны основываться на чувствах. Тем более, такие, как наш. Но я сейчас совсем не уверен, что проговаривание нашей проблемы сняло напряженность и не будет влиять на обряды. Я не в порядке.
Пока Дин говорил, Арья сидела и слушала его. И стоило тому признать, что он не в порядке, у девушки возникло желание, больше сестринское или материнское, обнять его. Арья встала со своего места и буквально одним прыжком оказалась у старшего Двейна на коленях, крепко обнимая. Дин не стал противиться и обнял мелкую Старк в ответ. Они сидели, утешая друг друга молча, просто объятия.
— Если ты не в порядке, то… — Ссол задумалась и вновь прошлась туда-сюда. — В городе браки заключает Асдойн. Как старейшина гномьей общины. В ритуальной магии он кое-что смыслит, хотя, дара ритуалиста у него нет, но его и у тебя нет, так что можно обратиться с этим делом к нему. Ну а что касается всего остального — решать тебе. Ты — глава рода.
— Нет, — Дин помотал головой. — Если бы это был какой-нибудь рядовой член общины, тогда я бы обратился к Асдойну. Но это Улли! И тут обряд должен я проводить. Может, отложим его до завтра? Я постараюсь прийти в себя…
— Решай сам, — ответила Ссол. Чего она так разнервничалась, она и сама не очень-то понимала, но состояние было прямо-таки взвинченное. Хотелось рвать и метать, и одновременно с этим удрать куда-нибудь, чтобы побыть одной и успокоиться, ну, или хотя бы попытаться это сделать.
— Ссол, если хочешь — удирай, — буркнула Арья. — Я тебя чувствую. Сама не понимаю, что происходит.
Си-ин поглядела на Дина, а потом развернулась и решительно ушла с балкона. Настроение было не просто мрачным, а наимрачнейшим и разбираться прямо сейчас с причинами, почему оно такое, совершенно не хотелось. Такое с ней бывало редко, а с тех пор, как они вернулись из школы — вообще впервые и что с этим делать было непонятно. Единственное, что она знала точно: если вот прямо сейчас кто-то начнет ее о чем-то спрашивать, реакция будет неадекватной. Ей остро требовалось побыть в тишине и одиночестве и единственное место, где можно было это сделать — комната для трансформации, куда Ссол и направилась, а дойдя, прикрыла за собой дверь и, усевшись на мягкий пол, погрузилась в медитацию, стараясь если уж не разобраться в своем состоянии, то успокоиться.
— Вот поэтому я и говорю, что мне нужно время, — вздохнул Дин. — Уж если эта ситуация вывела из себя Ссол, то что будет с остальными…
— А мне вообще непонятно, чего это она, — подал голос Фабиан. — Не то, чтобы мне все так уж нравилось, но… Как-то не вижу повода для такой реакции. Вроде ж нормально поговорили, все выяснили, и тут…
— А вы не думаете, что это связующая нас магия так работает? — вдруг высказалась Арья, поцеловав Дина в нос. — Мы что-то не хотим делать, и она вот так выпендривается.
— А можно подробнее? — попросил Фабиан. — Откуда такая идея? И каков, по-твоему, механизм? Ну и… Смысл? Вот, например, с откатом за ту же измену — все ясно. По сути, это наказание от магии за нарушение. А тут-то что? И как?
— Да не знаю я! — возмутилась Арья. — Я теорию плохо помню. Просто идея такая была.
— Было бы здорово, если бы ты постаралась напрячься и все-таки поймать мысль, — попросил Фабиан. — Может, если вспомнишь подробнее, и я пойму в какую сторону думать, а то вообще как-то ни единой идеи. То, что Ссол так психанула — это не нормально для нее. Необычно, а все необычное — потенциально опасно.
— Я, — протянула Арья, поудобнее устраиваясь на диновых коленках. — Подожди… Сначала подумала о том, что Дин не чувствует себя в порядке после разговора о браке. Причем, когда он предложил сделать это сегодня — ему явно было лучше, чем сейчас. Потом, когда я поддержала Дина и высказала все аргументы со своей стороны и обозначила, что я не против и это будет договорной брак, Ссол стало плохо. Вот я и подумала: а не может та магия, которая связывает нас, вот так делать. Настаивать на проведении обряда, пусть без чувств и прочего.
— Так, — протянул Фабиан, раздумывая. — Дин, у тебя интуиция работает лучше, чем у нас у всех вместе взятых, что она тебе говорит? Как-то мне не нравится все это. И твое состояние, и срывающаяся на ровном месте Ссол. Я вроде ничего необычного не чувствую и никаких этаких порывов не ощущаю. А ты, Арья, как?
— Мне очень и очень грустно, — ответила девушка. — Будто всю радость выкачали.
— Дементоры? — поднял голову Дин. — Тьфу, вот привязалось. Это из одного фильма про мальчика-волшебника. Такие твари у нас не существуют. Вообще. Может, где-то в другом мире… А насчет интуиции… Мне чуется чье-то постороннее вмешательство… И это не разумный.
— Какого рода вмешательство? — уточнил Фабиан, хмурясь. — Как оно тебе чуется? На что оно направлено? Вот ведь, как клещами все вытаскивать надо! Может, Руадха позвать, с его виделкой, вдруг он что-то сможет разглядеть? Или, не знаю, Рихха позвать?
— А чем Руадх нам поможет? — вопросом на вопрос ответил Дин. — Рихха? Стоит. Он поможет разобраться. Потому что я сейчас не в состоянии.
— Ну, у Руадха схожая с рихховой виделка, — ответил Фабиан. — Может, он разглядит что-то необычное и сумеет это идентифицировать. Не придется напрягать довольно-таки занятого целителя. Хотя… Увидеть-то он, может и увидит что, но вот понять, что же он видит, тут опыт нужен и немалый. Пожалуй, придется-таки к родичу обратиться.
Дорниец окинул задумчивым взглядом супруга и невесту, а потом связался с Летти и попросил ее сходить за дедом Ссол. Си-ин глупых вопросов задавать не стала и уже через каких-нибудь полчаса Рихх, сопровождаемый ею, вышел на балкон.
— И что у вас на сей раз стряслось? — спросил он старшего Двейна, бегло оглядев зятя. — Просто так в гости столь экстренно вы бы меня вряд ли позвали, так что, излагай.
Дин пересадил Арью на скамью рядом и принялся рассказывать.
— И Рихх, мы совсем не понимаем, что происходит. Версий выдвинули множество, но у меня как шоры на глазах. Ничего не вижу.
Целитель еще раз оглядел зятя, на сей раз внимательнее, потом перевел взгляд на Арью, а следом и на Фабиана, который от его взгляда аж поежился, настолько тот был тяжелым.
— А Ссол где? — спросил он, закончив импровизированный осмотр.
— Я не вижу, — сосредоточившись, ответил Дин. — Значит, в каком-то очень защищенном месте.
— Есть ровно два таких места, насколько я знаю, комната, где она трансформируется, ну и та, что рядом с нашей спальней. В эту она вряд ли успокаиваться пошла, так что выбор невелик, — сказал Фабиан. — Ты сходишь за ней, или мне сходить?
— Я схожу, — вскочила Арья. — Я быстрее ее уговорю и приведу.
Медитация Ссол особо не помогла. Точнее, настроение-то поменялось, но вот только вектор изменений, не сказать, что хорош был: вместо мрачного, оно стало злобным и агрессивным. Хотелось дать кому-нибудь в морду при полном понимании, что желание это совершенно неконструктивно. Вот и сидела она, не стремясь ни с кем пересекаться до того, как сумеет более-менее взять себя в руки и пыталась понять, что же ее так бесит, а когда дверь внезапно открылась, воззрилась на вошедшую Арью, едва удержавшись от того, чтобы запустить заклинание поубойнее. Не то, чтобы всерьез хотелось ее размазать, но вторжение на территорию, которую Ссол искренне считала только своей, было очень неприятно. Притом, не важно кто это был бы. На Дина она сейчас также отреагировала бы.
— Ссол, — Арья шагнула назад, видя выражение лица старшей подруги. — Там прибыл Рихх и тебя просили привести. Что-то затевают…
— Что затевают? — тихо спросила Ссол, с огромным трудом сдерживая не только желание заорать, но еще и взметнувшуюся и почти вышедшую из-под контроля магию. В комнате отчетливо запахло озоном и воздух при этом будто бы уплотнился, ну, или сгустился.
— Ссол! — Арья подскочила к ней и крепко обняла, целуя.
Си-ин одновременно хотелось и избавиться от Арьи, и, наоборот, обнять ее в ответ, и эта противоречивость бесила просто неимоверно, а сдерживать вырывающуюся изнутри силу стоило титанических усилий, которые она и прилагала, не сделав ни единого движения и замерев, словно статуя. Ей казалось, что стоит только хоть чуть-чуть пошевелиться и произойдет что-нибудь непоправимое.
— Ты зря сдерживаешься, — прошептала Арья и провела рукой по щеке си-ин, целуя ее крепче и чуть прикусывая губы. Сама она горела от возбуждения, но было ли оно магическим или обычным, девушка разобрать не смогла. Ей важно было перенаправить силу подруги на что-то хорошее. И в данной ситуации, она не придумала ничего, кроме поцелуя и ласк.
То ли от слов, то ли от ощущения укуса, то ли от чего-то еще, но способность сдерживать силу стремительно оставила Ссол и, единственное, что она могла сделать — это хотя бы попытаться никого не покалечить. Совсем не будучи уверена в успехе этой затеи, си-ин, осознавая и ощущая, что контроль — это сейчас такая весьма иллюзорная штука, постаралась направить взрыв своей магии не в разрушение в чистом виде, а хоть во что-то созидательное и потянулась к защитным контурам их жилища, тем самым щедро вливая в них силу, высвобожденную из-под жесточайшего контроля. Как это смотрится и ощущается со стороны — она напрочь не представляла, да ей сейчас и не до того было. Весь мир сузился до двух четких мыслей: не допустить разрушений и сделать дом еще защищеннее.
— Ссол? — неуверенно произнесла Арья, отрываясь от ласк и переводя дыхание. — Ты как?
Си-ин никак не отреагировала на вопрос невесты, просто не услышав его. У нее в ушах и голове шумело, от с трудом направляемого в более-менее конструктивное русло потока силы, в глазах расплывалось, в теле, казалось, напряглись все имеющиеся мышцы, глаза, которые затопило яркое золото, глядели в пространство не мигая и при этом дыхание было на удивление ровным, будто под счет. Долгий вдох. Потом долгий выдох. Ритмичные, как щелчки метронома.
— Я сейчас! — Дин, ощутив выплеск силы, подскочил и кинулся вглубь дома. Он чувствовал, что должен быть с супругой сейчас. Не спрашивая ничего и никого, он влетел в комнату для трансформаций и в один шаг оказался рядом с си-ин, стоявшей столбом, и Арьей. Старший обнял их обоих, посылая по связи успокоение и любовь к обеим.
Потихоньку своеобразное извержение закончилось и Ссол обмякла в объятиях супруга и невесты. Способность видеть, слышать и соображать вернулись, и она тихо застонала, ощущая полную опустошенность и дикий отток сил. Хотелось сесть, а лучше лечь, но не спать, а есть и пить.
— Я… — начала было Ссол, но в горле было сухо, как в пустыне, и она сглотнула. — Пить, — попросила она сипло.
Арья отлепилась от будущих супругов и метнулась в кухню за водой. Минуты через две она принеслась обратно с полным кувшином подкисленной воды. Стаканы она захватить не догадалась, точнее, даже не успела бы, так хотела принести для Ссол питье. Дин аккуратно взял из рук девушки тяжелый кувшин и прикоснулся краешком к губам супруги, которая и сделала из него несколько жадных глотков.
— Спасибо, — сказала она, а потом спросила: — Все живы? Я ничего не разворотила тут?
— Все живы, любовь моя, и ты ничего не наворотила и не разворотила, — улыбнулся Дин. — Что это было, вообще? И Арья, ты сама как? Цела? Ничего не повредила?
— Со мной все в порядке, — осматривая себя, а потом и будущих членов семьи, ответила она.
— Ну и слава богам, — выдохнула Ссол. — Отпусти меня, я сесть хочу. Ну или отнеси к столу, чтобы я заодно и съела чего-нибудь, — попросила девушка. — Сил вообще нет.
Дин отдал кувшин Арье, подхватил Ссол на руки и отнес в беседку. Он решил убить сразу двух зайцев: накормить супругу и переговорить с Риххом. Старший опустил си-ин на диванчик и придвинул плошку с творогом и фруктами, собранную Фабом, пока они шли.
— Дед, а ты что тут делаешь? — спросила си-ин, увидав Рихха.
— Да вот, позвали меня, — ответил целитель, придавливая внучку тяжелым взглядом. — И, похоже, не зря. Не наедайся особо. Чуть-чуть поешь и, Дин, похоже, надо вас всех четверых внимательно осмотреть. Артефакт в клинике сейчас свободен?
— Да, — Дин, плюхнувшийся рядом с Ссол, кивнул. — Я вчера двоих пролечил, а сейчас… Лтигайл вроде никого не должен был принимать.
Ссол быстро перекусила. Сил от этого прибавилось, но слабость все равно оставалась сильной настолько, что самостоятельно встать было весьма непросто.
— Отнесешь меня? — спросила она супруга, поняв, что встать-то она может и встанет, а вот дойти до клиники просто не сможет.
— С превеликим удовольствием, — Дин обольстительно улыбнулся и снова подхватил супругу на руки. — Мне никогда не надоест носить тебя на руках.
Рихх велел всем четверым своим спутникам раздеться, избавиться от артефактов и улечься на теплом полу, а когда те все это сделали, погрузил их в сон и принялся рассматривать структуры и связи ища что-либо подозрительное или неправильное. Это заняло его надолго, но в конце концов, он обнаружил то, что искал. Если бы не огромный опыт и не анализ сразу четверых, он бы нипочем даже не догадался, что нечто тут нечисто, но так — все становилось очевидно. Похоже, проклятье, которому подверглось все семейство в прошлой жизни, порядком перепутало связи, соединяющие разумных друг с другом. Да, магия их притянула, как это и происходило в так связанных семьях, но вот дальше энергия распространялась совершенно не так, как должно бы. Поправить это можно было, притом, не так, чтобы и сложно, но вот делать это, не посоветовавшись с главой семьи, Рихх посчитал неправильным, поэтому разбудил Дина, оставив спать всех остальных.
— Вот, погляди, — сказал он, делая приглашающий жест дракону, когда тот прочухался. — Я нашел в чем проблема. Теперь хочу, чтобы ты поглядел своими глазами. Подобный опыт может тебе пригодиться.
Дин внимательно рассматривал нити, окутывающие его семью. На первый взгляд, все было в порядке, нигде ничего не перепутывалось, нигде ничего не прерывалось. Но, перейдя на второе зрение, он увидел, что в некоторых местах, там, где они были связаны, как семья, как отдельная структура, оставались пятна, заставляющие силу течь неправильно, не в том направлении, в никуда. Как с этим справляться, Дин не знал и вопросительно посмотрел на Рихха.
— Чинить надо, когда вы там все вчетвером будете, и технология этой починки вполне обычная — дать структуре возможность воссоздать правильность. Ты ведь много работал с ними, помнишь это ощущение — правильности? Вот тут то же самое, — объяснил целитель. — Но тут вопрос в другом. Скорее, моральный. Если это поправить — то между вами возникнет желание и все такое. Так вот, вопрос, который я должен задать: ты хочешь этого? Считаешь правильным? Странный вопрос, понимаю, но… Мало ли. Вдруг ты считаешь такие вот правки чем-то неприемлемым по каким-то причинам. Или, например, посчитаешь, что лучше поправить это все так, чтобы изменить конфигурацию семьи.
— Рихх, — Дин немного подумал и продолжил. — Мы семья. То, что нас так разметало по разным мирам и возрасту — последствия проклятия, так? Мы должны быть вместе, иначе наша связующая магия нас разорвет. Потому что мы не выполняем наш общий договор. Я хочу, чтобы в моей семье была гармония и любовь, ничего больше. То, что мы с Арьей не принимаем друг друга — немного ненормально, неправильно для нас. Поэтому, да, хочу все исправить. Я даю на это разрешение. Вот только плата. Что ты хочешь?
— Хорошо, — кивнул целитель. — Раз так, то возвращайся, а я займусь починкой. Как закончу — разбужу, — пообещал он и, когда Дин устроился на своем месте, погрузил его в сон. Починка заняла не так много времени, как поиск проблемы, а заодно Рихх и влил некоторое количество силы в Ссол, чтобы та, когда проснется, чувствовала себя нормально после столь мощного выплеска магии и убедился, что себе она вреда никакого не причинила. — Ну, и когда вы собираетесь провести брачный обряд? — спросил он, разбудив всех четверых и дождавшись, пока они придут в себя и оденутся.
— Да хоть сейчас, — хохотнул Дин, ощущая себя заново родившимся. Глядя на своих супругов и невесту, он испытывал только любовь ко всем и желание. К кому-то больше, к кому-то меньше. Но все было именно таким, как и должно было быть, не будь ордена и проклятия.
— Доверите мне соединить вас? — спросил Рихх, по-доброму улыбаясь.
— Это твоя плата? — зеркаля улыбку, спросил Дин. — Даже если это не так, доверим. Однозначно.
— Плата, — пробурчал Рихх. — Вот непросто это. Но… Я так понимаю, что драконов у вас со временем появится больше, чем есть сейчас, так? — спросил он и, получив утвердительный кивок, продолжил: — А раз так… Все равно же пару искать придется. Может кто-то и друг с другом сойдется, но мое предложение таково: если дракон или драконица без пары, то первое место, где вы будете ее для него искать партнера — мое поселение.
— Ты, дед, решил всерьез добавить драконьей крови в наш вид? — чуть ехидно спросила Ссол.
— Угадала, — кивнул целитель. — Это, как мне видится, будет неплохо, притом, и для си-ин, и для драконов. Наша кровь сильная, их тоже неслабая, дети хорошие будут, как, впрочем, и внуки с правнуками и прочими потомками.
— Я даже и не думал отправлять детей искать пару в другом месте, — улыбнулся Дин. — Будем на все праздники возить, да и так тоже. А теперь, если все готовы, прошу в Кристальную комнату. Кольцо для Арьи? — он обернулся к Ссол.
— Давно готово, — ответила она. — Лежит в мастерской, ждет своего часа. Я принесу, — она кинула быстрый взгляд на невесту. — Тебе точно понравится, хотя и это очень женское кольцо.
Вся компания вернулась в замок и направилась в комнату, на самом деле, скорее довольно неплохого такого размера, способного без проблем вместить Дина в драконьей форме, зал. Ссол по дороге завернула в мастерскую и, взяв там кольцо, догнала остальную семью.
Обряд, который выбрал Рихх, был прост и незамысловат, да и очень короток, поэтому через какие-нибудь пятнадцать минут обручальное кольцо оказалось на пальце Арьи, а вот потом… Потом произошло то, что целитель не планировал и не особо ожидал: родовой камень, до этого лишь спокойно мерцавший в такт его словам, словно кивая, вдруг довольно стремительно зашевелился, а потом заключил Дина, Фабиана, Ссол и Арью внутрь себя, образовав вокруг них непроницаемую сферу, отгораживая ото всего мира. При этом он светился настолько ярко, что у целителя даже глаза заслезились.
Внутри образованной сферы было тесно — Кристалл притиснул находящихся внутри него друг к другу так, будто собирался раздавить, вот только время шло, но ничего не менялось. Давление не усиливалось, а свечение, которое и внутри было по началу очень ярким, несколько потускнело.
— По-моему, каменюка нам на что-то намекает, — ехидно проговорила Арья.
— Требует соединения? — спросил Дин, попытавшийся поднять руки и обнять всех супругов сразу. — Здесь места нет, если только поцеловать, — он потянулся к Арье и поцеловал ее. Потом пришла очередь Фаба, последняя была Ссол.
— А просто попросить отпустить не пробовал? — в тон Арье, спросила си-ин. — Он вообще довольно умный, а так, похоже, выглядят обнимашки в его исполнении.
— Не поверишь, пробовал, — ответил Дин. — Сразу же, как нас сюда заключили. Ты свободна?
— Пока нет, но я работаю над этим, — ответила Ссол и погладила кончиками пальцев теплую поверхность камня. Довольно долго ничего не происходило, но потом каменюка словно бы нехотя принялась менять форму. Делала она это гораздо медленнее, чем тогда, когда заключала в свои своеобразные объятия, но минут через десять камень освободил пленников и отполз в сторону. Выглядело это забавно, так, словно бы он был недоволен тем, что пришлось сделать, но поступил так потому, что его об этом очень-очень попросили. — Вот теперь я свободна, — погладив Кристалл, сказала Ссол. Под ее рукой он засветился чуть ярче, а ощущение недовольства стало меньше.
— Потрясающе! — Арья прижалась к кристаллу и гладила его, как щенка. — И что ты хотел нам сказать, маленький? — камень под ней тоже светился, но не так сильно, как под руками Ссол.
— Это тебе никто, кроме Руа не скажет, — ответил на вопрос Арьи Дин. — Только он у нас умеет с животинками разговаривать. Хочешь, позовем его и, если кристалл соизволит, они поговорят…
Арья замотала головой в отрицании и улеглась в заново созданную Кристаллом нору. Сейчас ей хотелось только спать, и чтобы вокруг было тепло членов ее семьи.
— Вы это, меня-то домой верните, — подал голос Рихх, наблюдавший за происходящим, но не особо беспокоившийся. Все-таки родовой камень не причинит вреда и это было понятно. — Потом спать завалитесь, ну, или чем вы там соберетесь заниматься.
— Я Летти попрошу, — Дин подтолкнул Ссол к камню, безмолвно приказывая дождаться его. — Она не откажет. Славный человек.
Ссол уселась на край каменюки, Фабиан же забрался внутрь и растянулся во весь рост рядом с Арьей, чуть приобняв ее и одновременно предоставляя си-ин возможность опереться о него спиной, что она и сделала. То, что Дин не будет долго отсутствовать, было понятно, но вот что именно будет происходить, когда он вернется, было не совсем ясно. Столько всего нужно сделать!
Дин проводил целителя до портальной площадки, по пути вызвав Летти и объяснив ей всю ситуацию, не обращая внимания на ехидную улыбочку и вполне красноречивые взгляды невестки. Проводив Рихха, он вернулся в кристальную комнату, разоблачился и залез в нору, улегшись к Ссол на колени головой.
— Хорошо, что каменюка умеет подстраиваться под любой размер, — зевнув, заметил Дин. — Поздравляю вас с заключением брака, — он провел рукой по бедру рядом лежащей Арьи. — Спать или?
— Я — спать хотя бы час, — буркнула девушка из подушек.
— Ну, спи, — отозвалась Ссол. — А мы… Давайте-ка подумаем, что нам нужно сделать и в каком порядке, — предложила она мужчинам. — Во-первых, надо разобраться с Улли и ее партнером. Во-вторых, когда это произойдет, нужно будет, видимо, представить и Арью, и новых членов рода подданным. Удобнее всего это оформлять в виде пира, так что… Надо подготовить это действо. Сделать это надо либо до моей трансформации, то есть как можно быстрее, либо после нее, тут уж, Дин, ты реши, как лучше.
— Если мы сегодня с Улли и всем причитающимся разберемся, — Дин вжался в бедра жены. — То и пир, и представление новых членов рода нужно делать сразу. То есть сегодня, что вряд ли, значит, завтра. До твоей трансформации.
— Ага, — кивнула Ссол, поглаживая супруга по волосам совершенно автоматически. — Значит, готовить это действо надо начинать уже сейчас. Народу-то у нас много и готовить… Руадха надо озадачить, чтобы тот начал этот процесс, видимо. Сам скажешь ему? Или мне всем заняться?
— Я уже по связи сказал им обоим, Меллу и Руа. Девочки тоже примут участие. Атти сказала, что Асдойну она все передаст, — Дин потерся щекой о живот Ссол. — На сколько ты опять заляжешь? Сколько времени мы тут будем без тебя втроем скучать?
— Сколько меня в прошлый раз не было? Вот столько же. Это количество дней теперь стабильно будет, — ответила си-ин. — И нечего скучать. Бестолковое занятие-то, все равно надо трансформацию проходить.
— Ты предлагаешь мне очистить память и вырвать сердце? — Дин повернулся и поцеловал жену в живот. — Правда?
— Нет, конечно, — покачав головой, сказала Ссол. — Я лишь не хочу, чтобы ты сам себя мучал. Я ведь ненадолго спать заваливаюсь. Несколько дней всего.
— Да это, знаешь ли, неосознанно получается, — вздохнул Дин. — Ложишься спать, а там твой запах. Идешь где-нибудь и вдруг в глаза бросается что-то, связанное с тобой. Я по всем так скучаю, стоит им отлучиться, но по тебе особенно.
— Какой ужас, — мягко улыбаясь, произнесла девушка. — С одной стороны, приятно. А с другой… Что ты будешь делать, если, например, я умру, рожая? Ребенок выживет, а я — нет?
— Ты сейчас серьезно? — Дин уставился на супругу немигающим взглядом. — У меня есть два варианта. Первый, и скорее всего ты ждешь именно такого ответа, вырастить ребенка, дожидаясь твоего перерождения у си-ин. Я же бессмертный. А второй… Вырастить ребенка и подставиться. Ты часть меня и мне без тебя жить фактически невозможно. Так было еще со дня твоего рождения….
— Никто не застрахован от разных неожиданностей, — ответила Ссол. — Я не собираюсь помирать, но… И да, по-моему, было бы лучше, если бы ты дождался моего перерождения, тем более, что ты, во-первых, точно знаешь — оно будет. А, во-вторых, точно знаешь где оно будет.
Дин вздохнул, всем своим видом показывая, как ему неприятен данный разговор и замолчал.
— Не заморачивайся, — попросила Ссол. — Тема, конечно, не самая радужная, но… Мне кажется, что мы достаточно близки, чтобы можно было разговаривать и на такие темы тоже.
— Можно, — согласился Дин. — Но она, тем не менее, приятнее на становится. Слушайте! Я тут подумал. Все нам твердят о том, что необходимо отдохнуть. А у нас тут семья полной стала. Может, мотанем в свадебное путешествие? Конечно, только после того, как ты, Ссол, трансформируешься.
— И куда подадимся? — спросил Фабиан, а Ссол с любопытством поглядела на мужа.
— Сначала я хотел в теплые края, но… Мы сами на пляже живем. Может, куда-нибудь по контрасту? — предложил Дин. — На той же самой Земле много таких местечек. А еще хотелось просто по миру поездить. Точнее, полетать.
— По которому из миров? — спросила си-ин.
— Можно по этому, можно по Земле, исключая Штаты, — сказал Дин. — Можно по нижним, ордену они не особо нужны и там есть вполне такие себе ничего.
— Я бы от путешествия по Земле не отказался, — высказал свое мнение Фабиан.
— А знаешь, о чем я мечтала? — спросила Ссол. — Когда-то прямо страстно, но потом повзрослела, и идея несколько потускнела, но все равно осталась. Я хочу в круиз. На огромном корабле. Не в кругосветку, думаю, это будет просто скучно, но, например, по Средиземному морю, недели на две, может три. А еще действительно полетать… Забраться туда, куда в обычной ситуации люди в здравом уме и трезвой памяти не забираются.
— Будем исполнять, — усмехнулся Дин. — Тем более, нам с Фабом и Летти, видимо, придется в ту неделю, пока ты будешь бока отлеживать, смотаться на Землю. Мороженое заканчивается. Может, посмотреть для Руа малюсенький молокозавод, карманный такой. Чтобы он уже сам тут лакомством занимался.
— Заводик нужен разве что, если его в огромных масштабах производить, а для своих нужд… Смысла нет. Можно буквально на коленке на домашней кухне приготовить. Но вообще, когда порт отстраиваться будет, никто не мешает сделать мороженое одной из фишек города. Ну, типа, фирменное блюдо, как в Индии — специи или в Штатах — гамбургеры, — отозвалась Ссол. — Кстати, если на Землю отправимся, то и наш кораблик строиться будет потихоньку.
— Решено, едем в круиз. Только я на четверых заказывать все буду, — Дин ухмыльнулся. — Это же у нас свадебное путешествие. На троих оно было до и сюда.
— Конечно, на четверых, — кивнула си-ин. — Правда, странное мы семейство будем. Трое мужиков и дама… Мораль-то никто не отменял. Надо подумать, как это провернуть.
— Вот если бы ты не трансформировалась так скоро, то было бы две дамы и двое мужиков, — вздохнул дорниец.
— Ну, тут уж ничего не поделаешь, — ответила ему Ссол. — Зелья уже работают, так что…
— А в чем проблема-то? — Дин недоуменно перевел взгляд на Фаба. — Закажем две смежные каюты и нет головной боли. Мы с Сэмом, типа, женаты. Ты наш кузен с женой. Кому какое дело, что в наших каютах будет происходить.
— В общем, тоже да, кому какое дело, — улыбнулся дорниец. — Значит, так и сделаем.
Пока они болтали, Арья успела отдохнуть и проснуться. Только лежала она тихо, как мышка, слушая супругов. Вся ситуация была бы для нее пугающей, оставайся она той Арьей Старк, которая ушла отсюда учиться в Турнаросанну. Но она выросла, повзрослела, выучилась, многое про себя и про своих супругов узнала и теперь была довольна и счастлива. Она тихонько зашевелилась в руках Фабиана, стараясь поменять позу, и, когда ей это удалось, она смачно поцеловала дорнийца.
— Что такое круиз и лайнер?
— Лайнер? — переспросила Ссол, улыбнувшись. — Это такой огромный корабль. А круиз — это путешествие на этом самом корабле, — си-ин повернула голову и поглядела на любопытную Арью. — Выспалась?
— Не особо, — потянулась девушка и теперь полезла с поцелуями к Ссол. — Вы болтали об этом круизе, и я так захотела посмотреть на все это. Тем более, в вашей компании.
Си-ин с удовольствием ответила на поцелуй, а когда тот закончился, поглядела на Дина.
— Ты помнишь, как закреплять наш брак? — мягко спросила она.
Дин кивнул и сел в постели. Он мягко огладил Арью, сидевшую между Ссол и Фабианом, и привлек к себе, вовлекая в нежный поцелуй. Он чувствовал ее хрупкость, несмотря на достаточно грозный вид и ощущение силы, исходившие от девушки. Старший гладил Арью по спине, расслабляя и успокаивая. Вторая его рука потянулась к завязкам туники.
Арья судорожно вдохнула, но совсем не от страха. В ее голове мелькали воспоминания о множестве именно таких вот ночей. О постели, разделенной с супругами. Только сейчас все было по-другому. Дин был нежен и его прикосновения дарили возбуждение, так же, как и руки и губы других супругов. Девушка разорвала поцелуй и потянулась к Ссол.
— Погоди, — мягко сказала та. — Сейчас только Дин. Он первым должен быть. Потом Фаб. Я — последней. Все должно произойти правильно.
Во всем этом до определенного момента она должна была оставаться зрителем. Даже если бы была в мужской форме — все равно, да и лишь в том случае, если этого захочет Арья — она в иерархии семьи стоит выше.
Фабиан, прекрасно помнивший, что и в каком порядке должно происходить, переместился к Ссол за спину и не спеша избавлял ее от одежды, наблюдая, как Дин ласкает Арью. Он не раз видел подобную картину с другими участниками, но успел привыкнуть к ней, а тут… Девушка выглядела маленькой и хрупкой, что было особенно ярко на фоне Дина.
— Обалденно красиво, — мурлыкнула Ссол, одновременно помогая Фабиану и наблюдая за разворачивающимся действом. — И заводит сильно.
Дальнейшее происходило так, как и должно было происходить. Внутри норы концентрация магии постепенно становилась все сильнее и сильнее. Кристалл светился и пульсировал в такт с движениями мужчин и женщин, которые в какой-то момент сплелись настолько, что уже сами не понимали, где кто находится. Где чьи руки или ноги, кто к кому прикасается, кто отвечает на прикосновение. Да это было и не важно. Важным было лишь общее наслаждение и бесконечная близость, которая сейчас царила в этой импровизированной постели, где каждый пытался доставить максимум удовольствия.
Дин был весь сосредоточен на Арье и том, чтобы она запомнила свой первый раз в человеческом обличии, как нечто прекрасное. Может, не лучшее, но точно замечательное. Девственная кровь была принята камнем. Старший был открыт и весь светился чувствами и наслаждением. Постепенно и сама Арья стала отпускать щиты. И в какой-то момент, в близости второй разрядки, она полностью открылась и вся ее сила затанцевала в хороводе наслаждения с энергиями своих супругов. Это было настолько потрясающе, что девушка еще очень долго приходила в себя.
— Я не знаю, что произошло, — отдышавшись, прохрипел Дин. — Но волосы у нас у всех…
— У всех? — удивилась Ссол, удивиться сил хватило, а вот пошевелиться… Было откровенно лень.
— Мне только тебя видно, и ты очень странных оттенков, — сообщил Фабиан, шевелиться ему было тоже лень. — Основная масса гривы серебряная, но часть прядей красная, часть зеленая, часть золотистая, чуть в медь, может быть.
— У Арьи тоже самое, да и у тебя, Фаб, — высказался Дин. — Подозреваю, что и я такой же красавчик. Интересная штука, наша брачная магия. Вихрь был потрясающий. Огненный смерч, окруженный тонким слоем воды, закручивающейся в водовороты. И все это обдувается вторым смерчем и стоит на траве… И радуга через всю эту красотень… — он послал по связи картинку всем. — Жаль, не было фотоаппарата.
— Это не взял бы фотоаппарат, — фыркнула Ссол и, потянувшись, уселась, разглядывая партнеров. Да, все они обзавелись оригинальной расцветкой, но, как это ни странно, им это шло. — Красота. Теперь без гламура ни одному из нас не обойтись. Дома-то, ну, в городе, ладно, но как только куда-то…
— А я бы не стала это прятать нигде, — подала голос Арья. — Говорила бы всем, что это на Ультосе мода такая.
— А на Земле? — спросил Дин. — Когда мы в путешествие отправимся, тоже будешь так говорить? — он обнял жену и поцеловал. — Хотя, то, что я видел в городе, когда мы последний раз туда мотались, почти вся молодежь так ходит. Каких только расцветок нет.
— Ты, конечно, выглядишь молодо, — хихикнула Ссол. — Но все-таки не как пятнадцатилетний сопляк, а именно они в разные расцветки странные красятся, ну или полные фрики.
— Попрошу, — деланно возмутился Дин, сделав вид, что собирается пощекотать си-ин. — Так даже тетеньки в моем возрасте и старше ходили.
— Ключевое слово тут “тетеньки”, — сделав вид, что опасается щекотки, отозвалась Ссол. — Ты на тетеньку не тянешь. На здоровенного жлоба-морпеха — запросто.
— Ах, я — жлоб-морпех?! — Дин змеиным движением бросился на Ссол и повалил ее на постель, устроив дружескую потасовку, быстро перешедшую в поцелуи и ласки.
Арья не стала оставаться в стороне и присоединилась к парочке, хохоча, щекоча и целуясь. Фабиан чуть отстранился, чтобы его случайно не зашибли при этой возне, а Ссол активно отвечала на поцелуи, иногда довольно чувствительно прикусывая Дина и Арью. Первого — сильнее — вторую так, на пробу. Непонятно было как она отреагирует на такую ласку. Впрочем, вообще непонятно было, как она вообще будет реагировать на те игры, которые для них — норма.
— Сделай так еще, — попросила Арья Ссол. — И можно посильнее, не неженка. А то вы носитесь со мной, как с чем-то хрупким, — она сама весьма чувствительно куснула супругу за шею.
— Так? — спросила Ссол, прикусывая сосок Арьи. Не сильно, но чувствительно. Она чуть подвинула Дина и теперь внимательно изучала тело девушки, чтобы иметь представления о ее реакциях и местечках, которые откликаются наиболее ярко.
— Да! — девушку выгнуло дугой. — Еще можно? — теперь уже и Дин присоединился к си-ин, пощипывая и покусывая чувствительные места.
Арья металась по постели, постанывая и дрожа от возбуждения и удовольствия, пока ее методично изучали в четыре руки, стремясь заодно довести до пика. Фабиан какое-то время наблюдал за этой игрой, а потом потянулся к Дину, желая, чтобы тот уделил внимание и ему.
Дин подтянул к себе Фаба, целуя и лаская, чуть покусывая его соски и проходясь пальцами по ребрам. Он действовал отнюдь не нежно, оставляя следы и синяки, но, судя по реакции второго супруга, тому все нравилось.
Пока Дин занялся Фабом, Ссол — Арьей, лишь краем глаза наблюдая за мужчинами. Девушка была отзывчивой и горячей, хотя и совершенно неопытной. Впрочем, в этом тоже было свое очарование — умения штука нарабатываемая, а вот страстность, она или есть, или нет.
Арья сходила с ума от ласк. И чем сильнее они становились, чем больше в них приправлялось боли, тем большее удовольствие она получала. Девушка, к тому же, стремилась не только брать, но и отдавала, зеркаля ласки си-ин, вызывая ответное наслаждение.
Стоны, вздохи, постепенно переходящие во вскрики, движения, еще движения, а потом пик, накрывающий с головой, не хуже, чем приливная волна. А потом истома, которая бывает только после хорошего секса.
— Знаете что, — мурлыкнула Ссол, выглядевшая словно довольная кошка. — Кто как, а я голодная. Предлагаю пойти и чего-нибудь перекусить, — она поглядела на супругу и, нежно проведя рукой по бедру, спросила: — Ты как?
— Я… — Арья прислушалась к себе. — Голодна как лютоволк. И довольна, как я не знаю кто.
— Пошли жрать, — прохрипел Дин, отлепившись от удовлетворенного Фаба. — Мы сегодня каменюку нашу напитали… А сами еще нет.
— Эту махину, пожалуй, напитаешь, — фыркнул дорниец, выбираясь из норы. — По-моему, он бездонный, — он оглядел партнеров, которые тоже выбрались из норы и рассмеялся.
— Чего ты ржешь? — спросила Ссол.
— Да все пятнистые, — ответил Фаб. — Дин, залечи, что ли?
— А еще, раз уж все так, — вспомнила Ссол, — старший супруг, неплохо было бы дать доступ и Арье к тому, что я ношу. М?
Дин притянул к себе Ссол и Арью, прокусил второй запястье и, развернув си-ин в удобную позу, капнул кровь на артефакт.
— В принципе, все, — Дин залечил все ранки на супругах. — Можем идти за едой.
— А что ты сделал и зачем? — спросила Арья старшего, когда они пришли на кухню. — Что такое есть у Ссол, что нужно активировать моей кровью?
— Вот пусть тебе Ссол сама и расскажет, — хохотнул Дин.
— А самому слабо? — проворчала та, укоризненно поглядев на мужа, но, увидев выражение любопытства на личике Арьи, рассказала, что за артефакт активировал Дин, зачем он, что умеет, ну и все остальное, решив, что тайну из этого делать смысла вообще никакого нет.
Фабиан, пока они разговаривали, погрел еды и, расставив на столе тарелки, занялся завариванием чая и кофе.
— Ого! — Арья распахнула глаза. — Значит, я тоже могу им управлять? — он хитро улыбнулась. — Испытаем потом? Сейчас я очень хочу есть. Спасибо, Фабиан, — она улыбнулась. На ее лице улыбка смотрелась, как лучик солнца в пасмурный день. И всегда хотелось улыбаться в ответ.
— На здоровье, — ответил дорниец и поставил на стол заварочник с чаем, а заодно и чашку кофе для Ссол.
— Сможешь, — кивнула си-ин. — И испытать можешь тогда, когда захочешь, — она сидела за столом, забравшись на стул с ногами и с удовольствием ела, аккуратно подцепляя кусочки пищи с тарелки прямо пальцами и наплевав на все правила застольного этикета.
— Скоро тебе засыпать? — спросила Арья. — И кем ты станешь, когда проснешься? Сэмом? Тем, кому Дин пел дифирамбы и любовные песни?
— Пара дней еще, — ответила си-ин. — Я останусь собой, только тело поменяется, став из женского мужским. Наверное, с непривычки сложно понять, но я не два разных существа, а одно, просто вот такое. Это… Почти как Дин и ты. Только у вас звероформы, и вы перетечь можете моментально, а у меня — так и трансформация долгая.
— И ничего я не пел любовные песни, — покраснев, пробурчал Дин. — Просто рассказывал много.
— Я поняла, — ответила обоим своим супругам Арья. посмеиваясь. — Хочешь сказать, ты только пол поменяешь? Или еще что-то в характере изменится? Мне Летти рассказывала, что она меняется почти полностью.
— Ну… Мне кажется, что меняется больше пол, чем что-то еще, но тут скорее Дину с Фабом надо вопрос адресовать, — ответила Ссол.
— Ты становишься более открытой в этой форме, — сказал Дин. — Более игривой. У тебя чуть-чуть меняются дары. Больше артефакторики, меньше мага Жизни. Как-то так.
— А еще Сэм в постели, пожалуй, чуть по-другому себя ведет, — высказался Фаб. — Сложно объяснить то, что ощущаю, но… Вам обоим нравится боль, но Сэму, кроме нее еще что-то, и оно, кажется, ему нужно, а тебе — в общем, нет. И в ведущей роли вы тоже разные. Сэм жестче. А вне постели — в женской форме ты эмоциональнее, Сэм — более логичен.
— Вот и я говорю — поешь любовные песни. И не только ты, — расхохоталась Арья. — Странно, что так происходит.
— Ладно, пою, — согласился Дин, отрывая клыками кусок мяса. — У нас еще есть время. Мы можем сегодня провести обряды, а можем завтра с утра. Как раз и пир подоспеет.
— Так сегодня или завтра? — спросила Ссол. — Потому, что если сегодня, то, наверное, вот доедим, допьем и можно заняться.
— Сегодня, — Дин прислушался к чему-то, доступному только ему одному. — Подходящее время на закате. А пир завтра.
— Хорошо, — кивнула си-ин. — Мне тоже кажется, что время вполне годное. Вот только я так думаю потому, что посчитала, опираясь на знания, а ты как это решил? Это не попытка оспорить, мне просто любопытно, каким образом ты пришел к этому выводу.
— Это знаешь ли, — Дин хитро посмотрел на жену. — Опираясь на видение законов Вселенной и энергетические потоки, просмотрев, как ведет себя время и пространство в данном мире, вспомнив движение атомов в телах наших подопечных, я так решил. Вот.
— Шутку оценила, — пробурчала Ссол. — Но я серьезно спрашивала. Любопытно же, как у тебя котелок варит.
— Любовь моя, это просто всплывает во мне и все, — ответил Дин, нежно улыбаясь. — Я как бы задаю вопрос сам себе и слушаю первое, что придет в голову. Чаще всего, если я успеваю уловить ответ, он оказывается самым верным. Как только я начинаю размышлять на эту тему, сбиваюсь и могу пойти неправильным путем. Получается, я слушаю свое подсознание или общее бессознательное. Кажется, из земных психиатров Юнг об этом писал.
— Да об этом много кто писал, вот только кроме большого количества умных слов, там мало что есть и ничего не понятно, — вздохнула си-ин. — Ладно, фиг с ним. Слушаешь, работает, ну и замечательно, а то, что алгоритм работы не очевиден, тут уж ничего не поделаешь, похоже.
— Можно понять, если представить, что твой мозг не думает сам по себе, — кивнул Дин. — А является приемопередатчиком. Ловит мысли из бессознательного и передает тебе, ты транслируешь. Это теория, но она имеет право на жизнь. Так же, как и та, уже доказанная, что все миры, описанные в книгах, — он повел рукой вокруг, — существуют. Почему тогда и такому не быть?
— Ты описал то, что называется в соответствующей земной литературе “общим информационным полем”, — задумчиво произнесла Ссол. — Я легко верю, что из него можно извлечь нечто. Ну, вон, хоть сюжет для книги, или какое-то изобретение, или еще что-то в этом роде, но верное решение по совершенно бытовой ситуации, типа, когда лучше провести обряд для конкретных целей… Что-то я сомневаюсь. Как провести обряд, какой — да. Но абстрактно, без привязки к личностям. Этот вывод делает твое личное бессознательное, основываясь, похоже, на чем-то, о чем ты в какой-то момент слышал, читал или участвовал, или еще как-то, но не помнишь. В общем, на твоем личном опыте, который бессознательное творчески перерабатывает, выдавая рецепт под текущую ситуацию. Но это все, опять же, теория, хотя эффект наблюдать очень любопытно.
— Ссол, честно скажу, — Дин ковырялся в тарелке, выбирая овощи себе по вкусу. — Никогда не задавался вопросом и целью отследить, как это работает. И что при этом происходит. Выдается результат и ладно. А на основании чего, каких данных — без разницы. Не будешь же ты меня препарировать, чтобы понять, как у меня действуют мозги? Хотя, иногда я думаю, что ты бы могла. Точнее, Сэм бы мог. Но меня греет мысль, что он меня все-таки любит и не станет этого делать.
— Вообще-то, препарирование не поможет, — улыбнулась Ссол. — Оно может дать кое-какие ответы, но совсем на другие вопросы. Например, какие внутренние органы у тебя есть, сколько весят, какого размера, но почему все работает так, как работает… Увы, нет. Так что можешь не опасаться за свою целостность.
— Ну и слава Богам! — хохотнул Дин, чувствуя, как стало чуточку легче дышать. Не то, чтобы он всерьез опасался озвученной операции, но… С его супругой не всегда знаешь, чего ждать. — Фаб, сделаешь мне чай? Пожалуйста.
Дорниец молча подвинул Дину заваренный чайник и пустую чашку.
— Сделал уже, еще до того, как за стол усесться, — сказал он. — Или ты чего-то особенного хочешь?
— Нет, спасибо, — Дин налил себе чай и отпил из чашки небольшой глоток. — Вкусно, как всегда.
В кухню заглянул Меллан.
— Вот вы где. Улли там волнуется, обещали обряд провести и пропали куда-то на полдня. Мы уже и экскурсию провели, и поели, и погуляли еще раз, и в ритуальном зале все подготовили, — он рассматривал родителей и от его внимательного взгляда не укрылось кольцо на пальце Арьи и изменение цвета волос у всех старших. — Вас тоже можно поздравить? Пир мы поэтому закатываем?
— Поздравляй, разрешаю, — хохотнул Фабиан.
— Пир мы закатываем по трем поводам. Первый — наш брак. Второй — появление у нас приемной дочери. Третий — ее брак, — ответила Ссол, бросив на синего насмешливый взгляд. — А что вы там подготовили? Ну, в зале-то?
— Да так, по мелочи, — ответил Мелл, наливая себе воды. — Свечей больше притащили, немного убрались. Там хоть и самоочищается все, но свежести не хватало. Еще украсили в наши цвета, — он кивнул на волосы семьи. — Примерно такие. Только для цветов Арьи немного другой оттенок. Не знали же, какой будет.
— Правильно сделали, — Дин похвалили приемного сына. — А теперь приводить себя в порядок и одеваться. На закате проведем церемонию. Брысь! И другим передай. И, Мелл, ты для Улли платье не найдешь в своих запасах? А то подозреваю, что они драпали только со сменным бельем и самым необходимым.
— Я уже, — ответил Меллан. — И для Улли нашел, и для Тейвела. В его человеческом обличии. Пришлось у тебя позаимствовать пару штанов и рубах. Он чуть ниже тебя ростом, а в остальном…
— Хорошо, — согласился Дин. — Взял и взял.
Меллан допил воду, еще раз оглядел все семейство и стремительно вышел из кухни.
— Кто бы мог подумать, что от этого шалопая столько пользы будет? — протянул Фабиан, когда синий ушел. — Интересно, это Летти на него так влияет, или он просто наконец-то ощутил себя на месте. Ответственность вон появилась, дурацкая рисовка вся куда-то делась. Теперь такой… Серьезный и надежным ощущается.
— Я так думаю, что все вместе, — ответил Дин. Арья в этот момент встала и, захватив свою тарелку, перебралась на колени к старшему супругу. — Ссол вон говорит, что я жестче его привязал к семье, когда усыновлял. Может, и это повлияло. А может, — он погладил девушку по спине и обнял за живот. — Никто же не знает, кроме самого Мелла и Летти, хотел ли он семью. Думал ли о том, что когда-нибудь будет жить в одном месте ничего не боясь, с людьми, которые любят его и принимают.
— Мне кажется, что не думал. Точнее даже — вообще не задумывался о том, что так в принципе может быть, — подала голос Ссол. — Все-таки приютское воспитание, это довольно специфическая штука. И ты, Дин, прав. Тут много факторов влияния, он же очень легко подбирает какие-то привычки, принцип действия. Вот и на нас насмотрелся, и на гномов наших. В общем, тут чуть-чуть, там немножко.
— И получается полноценный член семьи и хороший сын и муж, — резюмировала Арья. — Жаль, что в наших семьях не проводится никаких обрядов по включению детей в род. Так бы, и я была не такая вот, а полноценная Старк.
— А зачем тебя принимать в род каким-то специальным образом? — удивилась Ссол. — Ты же дочь своих родителей — Неда Старка и Кейтлин Старк. Так что уж кто-кто, а ты — точно вполне полноценная Старк. Была. Теперь — полноценная Двейн. Обряды такие нужны либо для бастардов, либо для вообще чужой крови.
— Да, но… — Арья замолчала, не зная, как сказать то, что она хотела. Да, она дочь своих родителей, но, при этом не чувствовала себя в родной семье своей, что ли. Будто приемыш. Наверное, это ощущение было похоже на чувства Джона, что и позволило им так подружиться. Вот, если бы был такой обряд, соединяющий всех членов семьи… Она попыталась описать свои чувства.
— Эта общность, о которой ты говоришь, может обеспечиваться и обрядом, но это не лучший способ, — выслушав, ответила Ссол. — Кроме него нужно еще нечто. Настоящая заинтересованность в семье, настоящая близость, которые возникают либо сами по себе, либо вследствие работы, специально направленной на это. Но фишка в том, что если на это работать, то обряд, в общем-то и не нужен. Тут как получается, допустим он и она, сходятся, живут вместе, потом умирают. В следующей жизни у них большой шанс притянуться друг к другу, и, чем больше таких встреч из жизни в жизнь, тем притертее получается вновь образующаяся семья. А если они из жизни в жизнь продолжают работать на ее укрепление, то все вообще чудесно.
— Мы это знаем, — сказал Фабиан, — потому, что в какой-то момент заинтересовались явлением и, по мере возможности, постарались изучить. Кое-какую литературу нашли, расспрашивали всех, кто хоть теоретически мог дать ответы. То, что сейчас Ссол рассказала, это очень краткое и схематичное описание, на самом деле все гораздо сложнее. Например, притягиваются не только партнеры, но и дети к родителям, а еще друзья и враги. Если дружба или, соответственно, вражда были яркими. В общем, чем ярче в прошлой жизни эмоциональная привязка, тем больше шансов встретиться вновь.
— Да, — подтвердила его слова Ссол, — и, по нашим наблюдениям, это обычно именно так и происходит. Бывают, правда, и исключения, но редко и, что интересно, в новых жизнях те, кто был супругами, обычно вновь заключают союзы, а вот друзья с врагами… Не всегда друг остается другом, а враг врагом.
— А что может произойти? — спросила Арья, заинтересованно слушая супругов и чуть ерзая на коленях Дина.
— Да что угодно, — пожала плечами си-ин. — Бывший враг в новой жизни может, например, родичем быть, или другом стать. Случаи разные бывают. Бывший друг тоже, да и во врага смертельного может превратиться.
— А если уж совсем смертельный враг или такой же друг, тогда что? — снова спросила Арья. — Я хочу понять, есть ли у меня на моей родине вот такие враги-друзья?
— Арья, говорю же, сочетание может быть каким угодно. Эмоции между двумя разумными были? Яркие? Значит, шансы встретиться по новой — довольно велики, а как отношения разложатся в новой жизни никто не знает. Принцип этого расклада мы до сих пор постичь не можем, хотя и пытались. Правда, мы это умозрительно считали, можно попробовать к этому делу математику подключить и поглядеть, что получится, — ответила Ссол.
— Ясно! — кивнула Арья. — Я поняла. Мне нужно смотреть на чувства, которые человек вызывает, а потом искать его в прошлых жизнях. Или сразу увижу? Примерно так?
— Девочки и мальчик! — рыкнул Дин. — Времени почти не осталось. А нам нужно вымыться и переодеться. Все философские разговоры после обрядов, хорошо?
— Как скажешь, о грозный повелитель, — улыбнулась Ссол, невинно похлопав глазками, а потом поднялась из-за стола и мелкими семенящими шажками направилась на выход из кухни. — Пойду приводить себя в божий вид, — в дверях сказала она и скрылась в коридоре.
Фабиан хмыкнул и принялся прибирать со стола, убирая остатки еды в холодильник, а грязную посуду в мойку.
Дин ссадил Арью с колен, и та убежала вслед за подругой.
— Считаешь, что не прав? Ну, что нарычал? — обратился он к дорнийцу. — Надо было мягче, наверное.
— Ну, нарычал и нарычал, в чем проблема то? — пожав плечами, отозвался Фаб. — Или ты думаешь, что они обиделись? Если так, то зря, а на всякие такие темы Ссол способна оооочень долго говорить, ей только волю дай, сам знаешь. Ей любопытна теория всякая, мне тоже, а тут, считай, свежие уши появились. Да и в таких вот беседах иногда что-нибудь полезное всплывает. Сам проговариваешь вроде как обсосанную сто раз идею, выслушиваешь вопросы и вот они наталкивают подчас на полезные мысли.
— Это я все понимаю, — согласился Дин. — Просто… Включилось, скорее всего, что в прошлых жизнях я был тиран и вроде как сейчас не собираюсь им быть. А повел себя…
— Не заморачивайся, — посоветовал дорниец. — Пойдем лучше тоже сполоснемся. Тиран выискался. Все знают, что в этот раз ты совсем другой и рыкнул в общем-то не всерьез.
— Пойдем, — Дин встал и потянулся, готовый идти ополаскиваться и потом проводить обряды. — Я сейчас снова буду ныть, что мне одеть?
— Сейчас — что хочешь, — ответил Фабиан. — Это ж не официальная часть. Хоть голяком, хоть в чем угодно можно, не важно. Есть, конечно, ритуалы, требующие специфического наряда, но это не тот случай. Даже жених с невестой не должны в обязательном порядке надевать что-то этакое. Ритуал все равно пройдет, а наряд нужен скорее для настроения, чем для чего-то еще.
Дин скорчил угрюмую гримасу и направился в купальню. Освежившись, он сдернул с вешалок в гардеробной понравившиеся брюки и рубаху, и натянув на мокрое тело, прошел в ритуальный зал, где его уже дожидались остальные члены разросшегося семейства. Судя по всему, ждали только его, да еще жениха с невестой.
— Хорошо поработали, — похвалил он сыновей и их спутниц. — Руа, свечи зажги, пожалуйста.
Руадх вполне сносно владел огненной стихией и ему не составило труда поджечь почти все свечи в зале. В их пламени стало видно, насколько зал красив и отвечает своему предназначению. Гномы постарались создать из пещеры идеальную залу, а вот отделкой ее занималась Ссол, знающая, как ритуалист и артефактор, что должно в таких помещениях быть. Если подключить второе зрение, то были видны символы, создающие определенный настрой и защищающие место.
Дин встал почти по центру зала, зная, что именно здесь находится точка концентрации силы. Он вздохнул пару раз и огляделся. Вся его семья выстроилась за ним по рангу. Кольца для жениха и невесты лежали в кармане у Летти, которая должна была их подать в нужный момент. Через пару минут в зал вошли будущие супруги. Улли была одета в нечто яблочно-зеленое, что лишь подчеркивало ее свежесть, детскость и красоту. Тейвел же был в наряде темно-синего цвета с вышитыми стилизованными волнами по краю рубахи.
— Неужели вы соизволили прийти на собственное бракосочетание? — съязвил Дин.
— Закат, — спокойно и торжественно ответил Тей. — Ты сказал, на закате, мы и пришли.
— Встаньте ближе ко мне, и друг напротив друга, — приказал Дин. — Начнем с банальностей. Я, Дин Лазаир Двейн, лорд Двейнпорта, собрал вас сегодня для церемонии, проходящей в нашей семье все чаще. Моя подруга и будущая приемная дочь Улли Глас пожелала вступить в брак со своим партнером Тейвелом. По традиции, я должен спросить, есть кто-нибудь, кто знает причины, по которым этот брак не может быть заключен, — он подождал пару минут, прошедших в молчании. — Никого? И это очень хорошо. Так как Тейвел является камбионом и не включен приемным отцом в род, то он вступает в род Улли Глас младшим супругом и берет фамилию Глас. Тей, Улли, я хочу сказать вам следующее: любите друг друга, защищайте и берегите. Принимайте со всеми недостатками, уважайте друг друга. Заботьтесь друг о друге и ваших детях. Готовы ли вы следовать этому наказу и поддерживать друг друга во всем? — Улли и Тей одновременно кивнули. — Тогда я, Дин Лазаир Двейн, лорд Двейнпорта, объявляю вас мужем и женой и прошу обменяться кольцами, подтверждающими это.
Летти подала кольца.
— Улли, ты первая надеваешь, — сказала Ссол, отвечая на вопросительный взгляд драконицы и та, кивнув, сделала это. Потом подставила руку, чтобы ее избранник мог сделать то же самое. Следом новобрачные поцеловали друг друга под теплыми взглядами всех присутствующих.
— Руа, а вы с Атти когда уже наконец-то решитесь? — спросил Фаб.
— Я готов, хоть сейчас, но мы договорились с Атталикой, что сначала ее трансформация, а потом уже брак, — ответил красный, а Атталика молча кивнула, соглашаясь с ним. — Хотя, я и без другой формы понимаю, что мы созданы друг для друга. Может, не так, как вы, но…
— И правда, подождите трансформации, — влез Меллан. — Так будет правильнее.
— Семейство, теперь нас ждет Кристалл и еще пара обрядов, — позвал всех Дин. — Потом к пиру готовиться нужно. Хоть он и завтра, но там готовки и прочего…
Этот обряд тоже много времени не занял, а реакция новых членов семьи на родовой камень была вполне традиционной — удивление и слегка подозрительные взгляды. В Розе разве что совсем уж дикие не слышали о таких вот камнях, любой магик о них хоть чуть-чуть, хоть слухи и сказки, но знал, а то, что у рода есть такой огромный камень было очень и очень необычным явлением.
— Это ж что получается, — протянула Ссол, когда обряд закончился. — Улли с Теем теперь… — она задумалась, — младшая ветвь? Двейнглас, видимо?
— Получается, — кивнул Дин. — Черт! Я только сейчас понял, что надо будет писать свод законов, где будет указана очередность наследования за нами, если что случится. И не только это. Пока нас немного, мы тут как-то справляемся без всяких таких бумажек. А когда разрастемся?
— М-м-м, Дин, — Арья потянула его за рукав. — Вообще, у правителей этим занимается Десница. Ты только проверяешь и утверждаешь. Кто у тебя Десница?
— Судя по всему, Фабиан, — ответил Дин и посмотрел на второго супруга.
— У тебя две десницы, — фыркнул тот. — Мы с Ссол поделили много чего так, как нам удобно было, ну, и исходя из склонностей и талантов.
— Десница и шуйца, — улыбнулась си-ин. — Кто из нас какая конечность не так-то и важно.
— Да уж, — кивнул Дин. — Не особо. Но про свод законов вы слышали?
— Слышали, — кивнули оба. — Уже думаем и без твоего напоминания, — а Фабиан предложил пойти и чаю попить, чтобы отметить в узком семейном кругу произошедшие события. Чаю, потому, что есть особо никто не хотел, ужинали все буквально пару часов назад.
— С законами не все так просто, — сказала Ссол, когда все расположились в беседке, прихватив с собой чай и все, что к нему прилагалось. — Систем разных много, но у всех свои изъяны. В итоге мы, учитывая, что с магией тут проблем никаких, склоняемся к схеме, что сложилась в том мире, где Рихх живет. Бумажной всякой волокиты там нет. Адвокатов тоже. Судьей выступает местный глава рода или правитель. Дознание — молниеносное. Наказания просты и понятны: штрафы или смерть, в зависимости от того, что произошло и при каких обстоятельствах. Не можешь уплатить штраф — отработаешь. В общем, чем-то на ту систему, что в Скандинавии земной в свое время была, не знаю, читал ты что-нибудь или нет, ну, про виру и прочее.
— Читал, но так давно, что почти ничего не помню, — ответил Дин, делая глоток своих травок и запихивая в рот пирожное. — Фкуфнятина. А наследие как тогда?
— С наследованием… — протянул Фабиан и отхлебнул из своей чашки. — Все сложно. Учитывая, что, например, мы рождаемся заново, с полной памятью, рабочая схема пока не придумывается, а имеющиеся вообще не подходят. Раньше-то как было? Безо всяких законов, чистая практика — делали схроны, чтобы в новой жизни было что-то, с чем начинать можно. Любимое оружие, инструменты, ингредиенты и все прочее. Рождались мы где попало, но, когда память приходила, все собирались у схрона рано или поздно.
— Кстати, что интересно, родители редко магиками бывали, — подала голос Ссол. — Обычные разумные, без долгой памяти. Да и семьи чаще всего были… Ну… Либо без особой любви друг к другу, либо происходило с ними что-то, отчего мы одинокими оставались в довольно раннем возрасте. Дети же наши жили себе дальше, после наших смертей, а снова в старую семью возвращаться не то, чтобы не получалось, просто… Вроде как и не нужно было. Все-таки каждая новая жизнь всегда была окрашена по-своему. Новые привязки, новые знакомства, новые места. В общем, все новое. Наверное, поэтому-то начинать почти с нуля и удобно было.
— Но в этот раз ты родишься заново в роду Рихха, — посмотрел на Ссол Дин. — Это решено. Где будут Фаб и Арья, я не знаю. А вот я, так и быть, подожду вас.
— Тогда и проблем наследования нет никаких, — пожала плечами си-ин. — А Рихх, коли знать будет, а он будет, спокойно отдаст меня партнеру. Фаба с Арьей найдем, ну, или они сами найдутся.
— Ссол, — Арья почувствовала, что этот разговор закончен и встряла. — Ты обещала дальше рассказать.
— А я тогда в общем-то все и рассказала, — ответила она. — По большому счету, добавить к тому больше и нечего.
— Вскоре нам нужно будет расширять кухню и эту беседку, — проворчал Меллан, стащивший из-под руки Руадха медовое пирожное. — Семья все растет и растет.
— Будем обедать в зале замка, — хихикнула Ссол. — Там-то места надолго хватит.
— Между прочим, для лорда — это вполне нормальное явление, — подал голос Фабиан. — Вон, хоть Арью спроси, как часто ее лорд отец обедал-ужинал в своих апартаментах.
— Вот не поверишь, но значительно чаще, чем ты думаешь, — хихикнула Арья. — В обеденном зале мы собирались только когда гости приезжали. А так, у нас была такая уютная столовая комната. Примерно, как эта, только там не готовили. Мои родители не очень любили толпы и были больше домоседами.
— Вот видишь, Фаб, — с ехидцей сказал Дин. — Не все лорды одинаково полезны. Особенно в вопросах приема пищи и мест, где это следует делать.
— Ну, мой отец крайне редко в тишине и одиночестве обедал, — пожал плечами дорниец. — Всегда за его столом куча народу была. Полезные люди, кое-кто из стражи, гости, ну и так далее. Да и в своих путешествиях я видел подобные картины почти везде, так что…
— Спорить нечего, — подытожил Дин. — Мне уютнее в кухне и вот тут, в беседке, кому-то привычнее в специальном зале. Выберем. В конце концов, дети не каждый же день с нами будут. Вон, Меллан с Летти прекрасно обходились без нас во время отпуска.
— Да никто и не спорит, — пожал плечами Фабиан. — Я просто делюсь наблюдениями. А вообще, беседку-то расширить не проблема совсем. Благо, балкон огромный и места тут более чем достаточно.
— Угу, — кивнули Дин и Меллан одновременно.
— Вы, пока тут с экскурсиями гуляли, нашли место, где жить хотите? — спросила Ссол молодоженов.
— Да, — Тейвел посмотрел на Улли. — Недалеко от дома Руадха, ближе к садам и морю. Там есть свободное место для дома. И я так понимаю, что все дома у вас, теперь у нас в городе построены примерно одинаково? Что взяли за образец?
— Образцов было два, — ответила си-ин. — Традиционно мой народ так строится, ну и там, где мы с Дином родились, есть такого типа дома. Редкость, но… Мы захотели именно такой, построили, и, когда переехали сюда, решили, что это оптимальный вариант. Гномы согласились, вот так и сложилась архитектура. Но, если вы хотите какой-то другой дом, то только скажите. Построить-то не сложно.
— Нет, мы не будем, скорее всего, — покачал головой Тей. — Нам понравилось. Я спрашивал, потому что мне интересно. И помочь был бы не против, — он посмотрел на Дина. — У вас такой шикарный выход к морю, а никакого флота нет. Почему?
— Вход в бухту заперт, — ответил Фабиан. — Но не в этом проблема. Мы тут не так-то и давно поселились, город маленький, а вот проблемы… — и он вкратце рассказал об аборигенах. — Поэтому-то порт и не делаем пока. А вообще в планах он есть. И флот тоже, даже одно судно заказали уже.
— Я бы хотел посмотреть, — глаза Тейвела загорелись предвкушением. — Какое судно? — и дальше из него посыпались вопросы о корабле, на которые дорниец терпеливо отвечал.
— Проблема только в том, что оно еще не построено, — вздохнул он. — А ты, что, в морском деле смыслишь?
— Ну, — протянул Тейвел. — Я, как бы, моряк. Ходил на многих типах судов. Начинал юнгой совсем мелкий, вырос до капитана. Я люблю море, и оно меня. Как вода Дина. И потом, меня нигде не принимают, ни люди, ни такие же, как я. Люди боятся, а камбионы считают меня добрым слабаком. У меня есть только Улли, море, родители… были…
— Раз так, то тебе и карты в руки, — улыбнулся Фабиан. — Будешь местные моря изучать на том корабле, который строят. Ну и само судно осваивать, оно не просто парусник, у него запланирован и двигатель. В родном для Дина с Ссол мире, где строят это плавсредство, ставят те, которые на продуктах перегонки нефти работают, но мы хотим туда другой приделать. В общем, в любом случае, штиль ему будет совсем не страшен, а скорость выдать можно будет такую, что никакое местное судно не угонится ни при каком раскладе.
— А ты только по кораблевождению специалист? — спросила Ссол. — К чему спрашиваю то, к тому, что порт надо подумать, как лучше обустроить, а мы все, прямо скажем, дилетанты в этом деле. Книжек умных начитались, кое-что видели, но реального опыта вообще нет.
— Что такое нефть? — спросил Тей. — Я еще воин. Умею слушать и слышать разумных, находить сильные и слабые стороны. Меня пытались в шпионы соблазнить, все данные для этого есть, но я сам не захотел. Немного разбираюсь в деньгах и их потоках. Владею минимальной денежной магией.
— Нефть, — протянула Ссол, — это такое полезное ископаемое. Встречается очень во многих мирах и представляет из себя темную маслянистую жидкость с характерным запахом. В общем, наверное, проще показать, чем объяснять, — добавила она и, сходив в мастерскую, притащила колбу с нефтью, добытой в Дорне. — Вот, — сказала она, протягивая открытую колбу Тею. — Отличное топливо, и не только топливо. Называется везде по-разному, но я привыкла к слову “нефть” им и пользуюсь.
— А-а-а, — протянул Тей. — Каменное масло, да, я понял. Из него можно делать топливо? Или что-то еще? Оно же ни для чего не годится, вроде.
— Из него можно делать очень, очень много чего, от топлива и до косметических средств, ткани, разнообразные материалы, горючие смеси, применяемые в военных целях, жидкость для освещения и это я так, навскидку перечислила то, что из нее делают, — ответила си-ин. — В моем родном мире за месторождения этой жидкости войны устраивают. Она — основа для массы производств и то топливо, с помощью которого ездят по суше, ходят по морям и летают по воздуху.
— Драконы пьют каменное масло, чтобы летать, в твоем мире? — Тейвел был так удивлен, что чуть не поперхнулся чаем.
— В нашем мире нет драконов, — улыбнулась Ссол. — Ну… То есть, есть, но буквально единицы, и они не летают. Летают же самолеты. Это машины, созданные руками и мозгами людей. Используются для перевозки грузов и пассажиров на большие расстояния и с очень неплохими скоростями. Ну, и, конечно, для военных целей.
— Я хочу на это посмотреть! — Тейвел чуть не подскочил со своего места. — Пожалуйста, — он вдруг сделал такое выражение лица, будто некормленый щенок, увидевший в руках хозяина кусок мяса.
Ссол вместе с Фабианом вопросительно поглядели на Дина. Подобные экскурсии явно требовали его одобрения.
— Боги! Щенячьи глаза в исполнении камбиона — убойная штука, — рассмеялся Дин. — Хуже только в исполнении Сэма. Ну да ладно. Ты посмотришь, но не сейчас. Сначала у нас много других дел, да и Ссол скоро на трансформацию. Все равно, тебе же с кораблем управляться. Хорошо бы ты видел хотя бы чертежи.
— А когда? — спросил Тейвел.
— Я не могу сказать тебе точную дату, — усмехнулся Дин. — Сначала трансформация, потом мы сами туда свалим, а уж потом…
Тей кивнул и о чем-то задумался с мечтательным выражением на лице.
— А пока я могу тебе фильмы показать и книги дать почитать, — предложила Ссол.
— О чем? — спросила вместо Тея Улли. — О вашем родном мире? Или чем-то еще? Что такое фильмы?
— М-да, — протянула Ссол. — Отвыкла я от того, что кто-то может этого не знать. Но опять же, показать, проще, чем объяснить. И, да, о нашем родном мире, о технике, которая там существует. Ну, кстати, и об этом мире тоже. Фильм, скорее, просто красивый, а вот книга — довольно точная. Во всяком случае, пока события совпадают практически полностью.
— А мы можем приступить к чтению и смотрению уже завтра, — зевнула, тактично закрывая рот ладонью, Улли. — Я вроде ничего особо не делала, но вымоталась напрочь. И Тей, тоже, — она кинула взгляд на мужа. — Только он будет об этом молчать, пока не свалится. Такой характер.
— Да не вопрос, — ответила си-ин. — Ложитесь, конечно.
Улли подняла Тейвела, собрала грязную посуду и отнесла в кухню, и парочка отправилась в свои покои.
— Завтра тяжелый день, — вскользь заметил Дин. — Малышня, а вы спать не хотите? Запарились, наверное, с подготовкой к пиру.
— Да ничего особо сложного в это подготовке и нет, — улыбнулась Атталика. — Если не начинать метаться туда-сюда с воплями “все пропало, все пропало”. Просто все надо делать поступательно, но намек мы поняли и удаляемся, правда, Руа? — она мило улыбнулась партнеру, в свою очередь, поднимаясь из-за столика.
Руадх потянулся и поднялся, заодно хватая Меллана и делая страшные глаза. Они захватили с собой и Летти.
— Спокойной ночи, — ехидно пропел Мелл. — И сладких снов. Мы пойдем свои зарабатывать.
