Камелия

      Устроившись на своем привычном месте в кухне Джисона, которая стала сценой для важных "сеансов терапии" и глубоких бесед двух друзей, Феликс, уверенный, что его эмоции остынут в пути, всё же кипел, как весенний ручей, выплескивая на бедолагу Хана все переживания с живописной страстью. Джисон с округлыми глазами сосредоточенно внимал каждому слову друга, боясь моргнуть или вздохнуть, чтобы не упустить ни одной важной детали. Даже манящие ароматы блюд, находящихся прямо перед ним, не могли отвлечь его внимания, не говоря уже о неустанном жужжании телефона, заполненного уведомлениями, которые безжалостно нарушали тишину. В этом пространстве, где слова трансформируются в яркие образы, даже громкие вызовы жизни меркли перед силой дружбы и откровенности, каждый момент становился примером, его запечатлевали между стенами уютной кухни, где друзья находили успокоение и понимание друг в друге. — Я в шоке.. Даже не столько в шоке, насколько в трихуе. Ваши родители реально хотят вашей с Хёнджином свадьбы? Твой отец правда так сказал? — Джисон продолжал заваливать уточняющими вопросами, ибо во время рассказа ему было не до этого. В его совсем голове не укладывалось, что господин и госпожа Ли могли так поступить с Феликсом. — А представляешь, как я выпал? Это просто сумасшествие во всей её красе! Условия он мне ставит… — агрессивно пережевывая домашнее кимчи, ворчал Феликс. — Погоди-погоди, — всё ещё отходя от услышанного, пытался переварить омега. — У тебя даже выбора нет? Я правильно всё понял? — К моему большому сожалению, друг мой, да, ты всё правильно понял, — Ли выдохнул перед тем, как залпом опрокинул в себя рюмку соджу, и сморщился следом от крепкости. — Попридержи коней, старик, ты уже целую бутылку в одиночку осушил средь бела дня, — попросил его шатен, взволнованно глядя на него. — Лучше скажи мне, что ты будешь делать с этим всем? Не обсуждается, ты будешь жить у меня, сколько тебе понадобится, — продолжил он под благодарный взгляд, — просто понятия не имею, как адекватно решить эту… ситуацию… — А что мне сделать, Джисон-а? Я вообще ума не приложу… — поник Феликс, прожигая дырку в стеклянной бутылке и чувствуя внутри огромную бурю из различных негативных эмоций. Найти сейчас выход из этой ситуации казалось чем-то нереальным.       Хан пододвинул курочку ближе к младшему, дабы тот отвлёкся от плохих мыслей и плотно поел. — Как они вообще дошли до этой идеи? — Да как всегда, наверное, кости нам перемывали, говорили о том, что нам обоим по столько лет, я омега, а он — альфа, оба поехавшие карьеристы. Или о том, что нам нужно подружиться. У них вечно навязчивая мысль на это была. Дескать, они же дружат, значит, и мы обязаны по этой цепочке. А то, что у нас интересы и характеры разные, да и то, что я его не выношу, — они слышать не хотят. — Ну, если честно, звучит довольно логично, мол, верные друзья и надёжные партнёры по бизнесу на дороге не валяются, — размышлял Джисон, делая глоток своего сладкого кофе. — Но это всё равно не объясняет то, что они тебя заставляют, не оставляя права выбора. — Да в том-то и дело! Если бы это был не этот заносчивый паразит, я бы ещё подумал, но тут такое. Более того, так резко, прямо перед фактом поставили. Я понимаю, что где-то был резковат, а кто не был бы? — оба парня кивнули, как бы отвечая на вопрос. — В некоторых местах — да, он воистину заносчивый, но, Феликс, он же правда хороший, ты просто зацепился за ту ситуацию, даже не разобравшись и не поговорив, — увидев вопросительный взгляд Феликса, Джисон поспешил объясниться. — Ладно, давай так. Помнишь, как он в школе подрался с Минхёком, после того, как тот сказал, что ты похож на жёлтую курицу, когда ты резко перекрасился в блонд? — Да я уверен на двести процентов, что он просто нашёл повод подраться, так сказать в рыцаря перед всеми поиграть, — Ёнбок показательно закатил глаза, намекая другу на его детскую наивность. — Минхёк всегда его бесил, вот он и решил убить двух зайцев одним выстрелом. — А тот раз, про который ты рассказывал, когда я болел, а ты забыл зонт и ждал своего водителя? — продолжил Хан, словесно наступая. — Он молча отдал свой зонт и побежал в машину. — Он отдал свой зонтик, чтобы покрасоваться перед остальными и потешить своё эго, как ты не понимаешь, Джисон? — Хорошо, ладно, — не унимался старший омега, пытаясь доказать свою правоту. — А тот раз? Он прикрыл тебя перед родителями, когда ты со мной после школы свалил на открытие магазина? Тоже покрасоваться решил? — Пф... ну, там всё просто: у нас должен был быть совместный ужин, он видимо не сильно горел желанием со мной есть за одним столом, и это, между прочим, было взаимно, — поправляя выбившиеся пряди волос, уверенно ответил парень, даже не понимая, как ему так быстро удавалось выставлять Хвана в выгодном для него свете. — Да ты просто из-за той ситуации так бесишься и придумываешь причины его действий на ходу, друг, я же знаю… А вдруг это было недопониманием? Вы же с тех пор и не сели нормально обсудить. — Не сели, да, ибо там всё было очевидно. — Ты сейчас себя ведёшь, как та самая главная героиня дорамы, аж тошнит, — недовольно вздохнул Хан, и в ответ получил лёгкий удар по плечу. — Дурак. Я просто смотрю на мир не через розовые очки, как некоторые белкоподобные. Просто я устал, — вздохнул блондин, с тоской глядя в сторону. — Я отдаю всего себя науке, своей страсти — медицине, но это будто никто не хочет принимать из-за того, что я омега, следовательно, по логике отца, я слаб для этого. Я не готов прыгать в омут любви и отношений, пусть даже таких. У меня были совсем другие планы, как минимум ещё немного поработать, а в будущем открыть свою клинику. Но что бы я ни делал, круг замыкается на том, что мне нужно найти пару. А смысл, если всю жизнь мне придется зависеть от денег родителей или от семьи второй половинки? Я хочу быть самодостаточным, чтобы не было стыдно смотреть в глаза миру, самому себе, в конце концов, а меня всё время отряхивают и напоминают, что я наследник компании, совершенно не представляющей для меня интереса. — Ох, Ликс, — произнёс он с сочувствием, похлопав друга по плечу. — Мы можем только догадываться об их мотивах, но что если всё проще, чем мы думаем? Ты, несомненно, один из самых умных людей, которых я встречал в своей жизни, но, возможно, родители хотят свести двух трудоголиков для того, чтобы они наконец-то увидели, как выглядят со стороны? Чтобы они наконец поняли, что за работой жизнь просто проходит мимо? И когда всё-таки время появится, то будет уже слишком поздно — они будут ощущать себя лишними в этом мире… — Ничего себе ты загнул... — приподнял брови Ли, потрясенный речью старшего. — Ты столько всего наговорил, что для начала мне нужно переварить услышанное… Но всё равно! Это не повод так поступать со мной. — Блин, опять двадцать пять... — Хан устало потёр глаза. — На этом мои полномочия всё, заканчиваются. Предлагаю пустить всё на самотёк. Оставайся у меня жить хоть до старости, мне не в тягость, тем более, что у меня появится жёнушка, которая будет за мной ухаживать, правда ведь, милый? — он подпер голову рукой, забавно улыбаясь. — Я за, — пьяно посмеялся ему в ответ Феликс, чувствуя, как переборщил с алкоголем, однако останавливаться всё равно не хотелось. Необходимо было расслабить тело и разум, забыться хотя бы на время, а для этого подходила лишь выпивка. — Вот и отлично. Тогда давай поднимем бокалы за моего будущего замужнего друга, — шутливо вскрикнул Джисон, возвышая вверх свой айс-мокко и поймав очередной испепеляющий взгляд Феликса. — Ладно-ладно. Выпьем за любовь, которая в любом случае победит родителей и даже всяких Хёнджинов. Не чокаясь. — Вздрогнем! — хором весело крикнули они и выпили залпом всё содержимое в своих стаканах.       Отпив глоток своего кофе, Джисон погрузился в глубокие размышления о том, как искренне хотел и стремился помочь своему другу, находясь в поисках решения возникшей проблемы. Однако осознание того, что всё это было вне его сил и власти, словно обломки разбитого стекла, резало душу. В этот момент он мог лишь выслушать, поддержать и быть рядом, ожидая, когда всё перестанет быть таким угнетающим. Внутри него зарождалось отвратительное чувство бесполезности, которое, подобно ядовитому корню, пронзало его совесть. Желание выпить вместе с Ёнбоком обуревало его, но это было невозможно — в его руках была не только его судьба, но и работа, которую он обязан был завершить. Сгорающие сроки не оставляли шансов на отвлечение, а пьяный Джисон был равен лишь спящему беспробудным сном Джисону, теряющему все нити реальности. И вот, стоя на перепутье между поддержкой друга и собственными обязанностями, он чувствовал себя словно в клетке, лишенный возможности выбраться на свободу.       От глубокого беличьего самобичевания и процесса Феликсовой рефлексии, путём осушения четвертой бутылки алкоголя, отвлёк звонящий телефон, что заставил обоих парней вздрогнуть от неожиданности. На экране высветился неизвестный, посему Ли без раздумий взял трубку, откашлявшись для более подобающего трезвого голоса: — Слушаю. — Здравствуй, Ёнбок, — в трубке раздался очень знакомый голос, который знать совсем не хотелось. — Что надо, шнур? — шикнул Феликс и почти в тот же момент приложил указательный палец к губам, намекая Джисону умолкнуть, ибо тот шёпотом пытался разузнать о звонящем, и, кажется, уже примерно догадывался по манере речи. Тот только с одним человеком позволял себе общаться подобным образом. — Нам нужно встретиться и поговорить сегодня. Я жду тебя в ресторане Гаон, где мы были с родителями в день рождения дядюшки Вонджина, ровно через полтора часа, — серьёзно известил его Хёнджин, да ещё и так невозмутимо, будто был начальником Феликса. — А хуй тебе через полтора часа не пососать? — не выдержал такой наглости Феликс. — С чего это ты решил, что я соглашусь? Думаешь, тебе всё дозволено, раз ты дохуя идеальный сын и незаменимый работник? — Приятно получать похвалу от тебя, пускай даже такую, — досадно выдохнул брюнет на том конце трубки. — Я в любом случае буду тебя ждать, так как это нужно не только мне. Я скажу больше: это нужно больше тебе, ведь ты так меня терпеть не можешь, а тут открывается перспектива весело пойти под венец со мной за руку. — Какой же ты паразит, Хван Хёнджин, ты не представляешь насколько, — сердито выплюнул Феликс, сгорая внутри от понимания, что этот самый "паразит" чертовски прав. — Решение за тобой, Ли Ёнбок Феликс. Я буду ждать максимум десять минут, не более. До скорой встречи, — триумфально закончил разговор парень. Наверняка гордый тем, что у него в руках такой рычаг давления. — Вот же! — крикнул озлобленный омега, со всей силы откидывая телефон на стол. Джисон, увидев эту картину, лишь молча поднялся и проверил целостность гаджета. Благо не пострадал. — Что там, Ликс? Что он сказал? — Этот псих назначил встречу, хочет поговорить насчёт этого дерьма, что заварили родители. — Встречу? — переспросил Хан, не сводя глаз с юноши напротив, который снова, не жалея себя, махом осушил рюмку и прищурился, кивая в знак согласия. — Вставай, я тебя отвезу. — Ты сбрендил? Мне делать нечего, как идти у него на поводу? — он посмотрел на своего друга, как на идиота, свалившегося с дерева. — Ты тугодум, вставай, я тебе говорю! Наверняка он придумал выход из этой ситуации, а ты носом воротишь, как упертый баран, — вскочил Джисон, поднимая Феликса со стула, а тот особо не сопротивлялся после услышанного, но удавалось ему с трудом, ведь он был уже "косым" после выпитого. Ему хватило бы лишь понюхать, дабы опьянеть, а тут несколько несчастных бутылок в одиночку. — А как же твоя глава, которую ты до завтра должен отправить? — Нашёл, о чём беспокоиться. Я возьму с собой ноутбук и буду в машине дописывать, пока ты там с ним общаешься. А потом, соотвественно, поедем обратно вместе. — Джисон, ты просто самый замечательный, я тобой так дорожу, ты не представляешь, — начал уже всхлипывать Феликс, чему шатен искренне умилялся, а затем заключил того в объятия, поглаживая по волосам. Феликс всегда был чересчур открытым и честным, когда даже совсем немного напивался. — Ну всё-всё, давай уже собираться, — аккуратно отстранился Джисон и толкнул его к двери, чтобы тот скорее обулся. — Только я вот думаю: как ты в таком состоянии можешь вести важный диалог и что-либо решать? — он скрестил руки, на время задумчиво уставившись куда-то в сторону. — Точно, погоди! У меня есть отрезвляющий сироп, я совсем недавно закупался на всякий случай.       Джисон поспешил в свою спальную комнату, где и хранилась аптечка, оставляя Феликса в недоумении из-за того, что тот ничего не расслышал, обуваясь. — Джисон, не забудь ноутбук! — напомнил Феликс, чувствуя, как голова немного кружилась, а слова еле адекватно звучали.       Прихватив на скорую руку несколько флаконов сиропа и ноутбук, сложенный в сумке, Джисон вернулся обратно, протягивая Ли средство для отрезвления. Быстро натянув обувь, пока Феликс принимал лекарство, они второпях вышли из дома.       Парочка друзей наконец устроилась в машине Джисона, тщательно пристегнув ремни безопасности — результат долгих лекций Феликса о важности этого простого акта. Водитель, хозяин машины, выстроил маршрут до ресторана, где должна была состояться встреча, и они медленно выехали на главное шоссе. За разговором о работе Хана, где он частенько ругался с художественным редактором по самым незначительным вопросам, касающимся его книги, друзья беззаботно добирались до места, ворча о вечной проблеме — невозможности найти парковку в этом городе.       Счастливый, что удалось найти свободное место, Джисон отпустил друга с лёгкой душой, словно родитель напомнив ему вести себя тихо и послушно. Сам же он достал ноутбук, дабы скорее продолжить свою "писанину". Время конкретно поджимало, но он наработал суперсилу за годы творчества, из-за чего мог закрытыми глазами написать шедевр, по мнению большинства его читателей, которые заслуженно превозносили своего любимого автора, посему волноваться насчёт работы не пришлось долго. А вот за отправленного друга он начал переживать ещё в момент, когда тот дверь машины захлопнул.       Феликс, освежившись вечерним прохладным воздухом на улице, таким образом немного трезвея, неторопливо вошёл в ресторан. В ресторане, как и было в крайнее нахождение юноши здесь, царила умиротворяющая обстановка: приглушённый свет; привлекательный интерьер в стиле лофт; приятный запах каких-то цитрусовых композиций; ненавязчивая романтическая музыка, которая успокаивала и обволакивала в свою атмосферу. Не знал бы зачем Феликс здесь, откровенно подумал бы, что его пригласили на самое настоящее свидание. От этой мысли он немного тряхнул головой, словно разгоняя жуткое наваждение и резко накатанное волнение. Ли будто видел, как старший начнёт осматривать его с головы до ног презрительным взглядом, но, на самом деле, такой взгляд и настрой всегда исходил скорее от второго.  — Добрый вечер, Вам помочь? — к нему вмиг подошла невысокая девушка, приветливо улыбаясь.  — А? Да, добрый вечер. У меня встреча запланирована здесь.  — На чьё имя зарезервирован столик? — она включила планшет, проверяя что-то.  — Хван Хёнджин.  — Так, — спустя несколько секунд она снова вежливо улыбнулась, видимо, найдя имя и номер столика. — Он уже ожидает, позвольте Вас проводить.       Феликс благодарно кивнул и последовал за девушкой, заметно переживая. Пока он шёл, с целью отвлечь своё внимание от нарастающей тревоги, стал рассматривать всё вокруг: людей было немного для вечера субботы; они были одеты, в основном, в деловом стиле, а некоторые и в вечернем. Тут даже в центре стоял великолепный рояль, что было точно в стиле Хёнджина — творческой личности. Антураж ресторана прямо-таки подходил этому заносчивому альфе, невозможно было отрицать.       К счастью Феликса, Хван выбрал самый дальний столик в приятном полумраке, где им точно никто не смог бы помешать. Да ещё и в самом отдалённом углу, на случай, если Феликс не сможет сдержать излишнюю эмоциональность, то никому этим не помешает. Какая похвальная предусмотрительность.        Хёнджин волновался не меньше. Так как его предложение было явно не таким, которое хотел бы услышать его будущий супруг. Для самого Хвана было всё проще и одновременно сложнее. Когда родители ему сказали об их гениальном плане, парень не возмутился, а лишь пожал плечами и спустя время уехал к себе. Внутри он ухмылялся, представляя, как Феликс едва не разносит дом от злости после такой новости. Их "вражда" его больше забавляла, но сейчас она явно как кость в горле — мешала и не давала нормально вдохнуть.        Увидев вдали Феликса, Хёнджин встал и поправил свой пиджак, сделав глубокий вдох и выдох. Он за пару часов успел придумать несколько речей и даже выбрать из них три лучшие, но сейчас, видя, как парень направлялся в его сторону, мысль о том, что ни одна из заготовок не подходила, немного выбивала почву из-под ног. Главным было держать себя в руках и делать вид, что всё идёт по плану, как изначально задумывалось, а дальше — импровизация.        В момент, когда их взгляды пересеклись, Феликсу определённо стало не по себе. Хёнджин выглядел более серьёзным, чем обычно, хотя его лицо "ледяного великана" всегда шло как дополнение к его образу идеального засранца. Даже сейчас, пригласив его на встречу, он выглядел просто идеально: классический костюм размером больше, чем его собственный; аккуратная укладка и лакированные туфли; из аксессуаров — дорогие часы. Хёнджин был без галстука, а расстегнутые две верхние пуговицы, возможно, намекали на то, что он волновался не меньше.  — Здравствуй, — не сводя с блондина взгляд, неожиданно спокойно произнёс Хёнджин.  — Виделись, — небрежно бросил Ли, усаживаясь за стол. — Давай ближе к делу, — он тотчас внимательно начал рассматривать меню, чтобы хоть как-то унять нервозность. В отличие от собеседника, Ёнбок не был расположен к зрительному контакту. Правда заказывать он ничего не собирался, ибо чувствовал, как его буквально мутило от упоминания еды и питья.       Хёнджин же, в свою очередь, изучал его. Смотрел на его чистый блонд, который словно родной подходил; на его восхитительные веснушки, усыпанные звёздами по всему лицу и ушкам; на то, как он исхудал за последние недели; на его тонкие, нежные пальцы и не слишком широкие плечи. Обвёл взглядом каждый изгиб тела и лица. Явное и вырывающееся наружу ощущение чего-то родного свербело, заставляя всё сжаться в области солнечного сплетения, хоть Феликс и был настроен враждебно по отношению к нему. Хёнджин пытался скрыть улыбку на лице, так как видел насколько нервничал парень. Порывался похлопать его по плечу и сказать: "не дрейфь, мы всё решим", успокоить и склонить на свою сторону. Ему действительно хотелось, чтобы тот доверился ему хотя бы раз. — Так и будешь молчать? Ты же меня пригласил… А, нет, не так, — вдруг сменился омега, фыркнув. Он скрестил руки на груди и с недовольством посмотрел в сторону. — Ты не оставил мне другого выбора, заставив прийти.  — Прошу за это прощения. Ты любишь видеть во мне злодея, поэтому пришлось побыть им, чтобы ты выслушал меня, — ответил Хёнджин с лёгкой улыбкой, пытаясь развеять напряжение. Он слегка откинулся на спинку стула, словно это могло сделать разговор более непринужденным.  — Говори, я не отличаюсь терпением.  — Ты выйдешь за меня замуж? — спустя секунду спросил он, пристально глядя на младшего. Его непроницаемое выражение лица контрастировало с его предложением, будто он говорил о чем-то совершенно обыденном.       Феликс завис на несколько мгновений, воспроизводя вопрос альфы в голове вновь и вновь. В глазах у него читалось полное непонимание. Он почувствовал, как резко протрезвел от услышанного и, в итоге, переспросил: — Выйти замуж? — Верно, — подтвердил Хёнджин, он был решителен в своём поведении. Лицо его выражало серьёзность, а в глазах светилась настойчивость, словно он уже давно знал, что ответ будет именно таким. — Ты выпил? Видимо, алкоголь тебе в голову ударил, — нахмурился Ли, не веря в предложенное старшим. Он даже слегка отстранился, чтобы как-то осмыслить, не шутит ли тот. — Я трезв, чего не скажешь о тебе… Пожалуй, мне стоит объясниться. — Было бы славно, — ответил Феликс с лёгким сарказмом, но в глубине души он чувствовал, что разговор точно не завершится на этом. Непонимание переплеталось с заинтригованностью. — Раз ты пил, значит тётушка Сонрён и дядюшка Вонджин известили тебя о предстоящем союзе между нами, — дождавшись растерянного кивка от собеседника напротив, он продолжил: — Я предлагаю тебе фиктивно выйти за меня замуж. — Ты говоришь о…  — Фиктивном браке, — выдохнул Хван, заканчивая за ним предложение. — Наши родители очень упрямы, тебе это прекрасно известно. Дабы дать им мнимую победу, мы должны это сделать.  — Рехнулся, что ли? Крыша поехала? — неосознанно повысил голос Феликс. — Ёнбок, послушай меня. Фиктивный брак — это отличный выход из этой ситуации. Нас обоих постоянно упрекают в том, что мы одиноки в нашем возрасте. Родители устали от нашей вражды, а их решение насильно поженить нас — это, в каком-то смысле, последствия твоей несдержанности на крайней семейной встрече. Для них это стало последней каплей.        Хёнджин, хоть и был настоящим придурком, но отрицать его правоту было бессмысленно. Феликс стал жертвой собственных эмоций, которые вырвались наружу в тот безумный вечер, будто потоки непогоды, разразившиеся неожиданно. Эта непредсказуемость настигла его, и теперь он стоял на распутье, не зная, какой выбор сделать. Аура уверенности, выстраданно созданная им за годы, с каждым моментом тускнела, оставляя после себя лишь тени сомнений, затуманивающие его ясный ум.  — Поэтому я нашёл решение в фиктивном браке.  — Продолжай. Я пока смутно понимаю твой план.        Скрестив руки на груди, Хван посмотрел на него с бесстрастным выражением лица: — Ты вернешься домой и, нехотя, чтобы не было подозрительно, согласишься на одно свидание со мной. После этого ты сделаешь вид, будто не против ещё одной встречи, мол, начинаешь оттаивать. Спустя несколько свиданий нам необходимо объявить родителям о том, что мы с тобой в отношениях. Как это бывает: через два месяца после так называемых "отношений" я сделаю тебе предложение, а затем скажем об этом нашим родителям.  — То есть свадьба всё-таки состоится? Какой в ней смысл, если можно обойтись фиктивными отношениями? — уточнил младший, теряя нить размышлений.  — Не забывай об упрямстве наших отцов. Они не прекратят ворчать, даже попытаются нас свести вновь. А свадьба идеальный вариант. Во-первых, во время нашего брака мы будем жить у меня. Карт-бланш.  — Полная свобода действий?  — Верно. Вольны делать, что хотим: ты можешь продолжать работать до изнеможения, как ты этого желаешь, а я продолжу заниматься своими делами.  — А во-вторых? — Мы поживем так несколько месяцев. За общее количество времени любой из нас может найти себе пару, либо просто жить в своё удовольствие без контроля родителей над нашими жизнями. Затем развод — не сошлись в характерах. После него им уже не к чему будет придраться, ведь мы всё-таки "попробовали", — он сделал двумя руками своеобразные кавычки, выделяя это слово.         Слушая план старшего, Ли не мог не сдержать искреннего поражения. Реальность происходящего несомненно пугала и шокировала, однако рациональность Хёнджина потрясла гораздо больше. Он придумал это всё меньше, чем за сутки, пока Ёнбок упивался горем, паникой и безысходностью. Это был тот самый Хёнджин, чьей тенью был Феликс на протяжении всей жизни…       Он глубоко вздохнул, ощущая, как тревога сжимает его грудь. Проглотив горечь обиды и неприязнь, вызываемую этим человеком, он встретил ожидающий взгляд Хвана, прежде чем, спустя минуту, его голос нарушил тишину: — Я согласен, — произнёс он, хотя звучание его слов было расплывчатым. — Если мы это сделаем, нам необходимо тщательно подготовиться.       На лице Хёнджина заиграла лёгкая улыбка, лишь касающаяся уголков губ, когда он с живым интересом взглянул на него в ответ. Между ними проскользнула возможность общего будущего, где страх мог уступить место для решимости, а обиды — крепкому содружеству.