Недоразвитый

      Отпускать омегу из своих объятий, а тем более из плена губ, Чонгук категорически отказывается. Сейчас этот мягкий и нежный комочек льнёт к нему, доверяется и открывается впервые. Губы уже немного покалывает, но заставить себя прервать то, что зарождается, никто из них не в состоянии.       Их поцелуй нельзя назвать умелым и горячим, вовсе нет. Он их первый, и понимать, что тебе доверили нечто ценное, то, чего никто и никогда не ощущал, приятно, как Тэхёну, так и Чонгуку. Парни нежно сминают губы друг друга, Ким иногда не удерживается и старается укусить альфу, за что его теснее прижимают к себе. Чонгук даже не замечает, что тихонько порыкивает, а ведь альфы рычат лишь в двух случаях: если семье угрожает опасность, и он её защищает, а также на своего омегу.       Стоят, будто приклеившись друг к другу, уже минут двадцать. Никак не могут остановиться. Но и стоять долго без движения не могут — омега начинает подмерзать; хоть его и укутали как малолетнего ребёнка, чтобы не заболеть, факт остаётся фактом — ему холодно. Нос стал красным и холодным, что чувствует своей щекой альфа, про конечности он и думать не хочет. Страшно представить какие они холодные. — Тэ, ты замёрз, — шепчет старший, не отстраняясь от парня и на сантиметр. Быстро целует в губы. — Пора домой… — Потому что я заболею, да-да, знаю, — перебивает, продолжая начатое.       Тэхён замёрз уже достаточно сильно, но оторваться от манящих губ альфы — смерти подобно. Он не хочет его отпускать ни на секунду. Готов весь в нём утонуть. И пусть он потом заболеет, что делать категорически не хочется, потому что болеть он не умеет и не любит, но на это всё равно. Ему теперь расставаться с Чоном противопоказано. — Именно. А мне Юнджи потом г-голову открутит. Я теперь за тебя отвечаю, — говорит глядя в глаза. Хоть рост у них примерно одинаковый, но Тэхён на полголовы ниже. — Поэтому сейчас мы топаем домой, я пою тебя горячим чаем и укутываю по нос в одеяло. Договорились? — Мой альфа, — рокочет младший, а после внезапно разворачивается и, не разрывая сомкнутых рук, тянет того домой.       А Чонгук что? Он ничего, несите корвалол или ещё чего. У него тут с сердцем не в порядке от услышанного.

🥰

      После предложения стать парой прошло четыре дня. И эти дни были лучшими в их жизнях. Видеться часто, как бы им не хотелось бы, они не могли. У Тэхёна опять завал на учёбе, но видеозвонки стали их спасением. Ведь засыпали они вместе после многочасовых разговоров ни о чём. С одной стороны очень непривычно, но так приятно.       И Чонгук сейчас знатно так офигевает от жизни. Прямо сейчас он сидит на смотринах, которые ему устроил Юнги. И нет, не просто знакомство, а прям смотрины.       После того как чуть ли не летающий Тэ ворвался к нему с криками и писками радости (слов разобрать старший был не в состоянии), Юнги сказал, что Чонгука он того в глаза не видел, а только единожды слышал, и это нужно исправлять. Хоть и чувства неправильности у омеги не возникало, ведь Тэхён рассказывал про того только хорошее, но удостовериться в личных качествах человека ему нужно лично. Он людей как орешки щёлкает, жизнь тому научила.       И как-то резко старшего омегу накрыло понимание, что его Тэ вырос. Он для своего мелкого и за родителей, и за брата, и за няньку с воспитателем всегда был, а тут на: отношения завёл. — Я хочу с ним познакомится и это даже не обсуждается, — омега стоял в позе «руки в боки» и смотрел выжидающе на младшего. — Юни, конечно, я вас познакомлю. Вы мои самые родные люди. Кроме вас и Юнджи у меня никого нет, — Тэхён подходит и обнимает омегу, ныряя носиком в шею. Юнги пахнет мандаринками, а это запах дома и праздников для него. — Он хороший, ты это увидишь. — Прекрасно, — омега смягчается. — Значит, в скорый мой выходной жду вас. — Угу-м, — кивает, так и не оторвавшись от шеи.

😁

      Вот и сидят они втроём за столом. У альфы нет чувства, будто он находится не в своей тарелке, даже наоборот, здесь всё пропитано запахом его омеги. Атмосфера уютная, а то как смотрит на него Тэ добавляет несколько очков уверенности.       Юнги смотрит на Чонгука, и только смеяться хочется. Альфа действительно хороший, от него веет добротой, теплом и уютом. Он никогда не сомневался, что его Тэ выберет только достойного себе альфу, и Чонгук тому подтверждение. И взгляд… такой не подделаешь. Этот взгляд говорит о бесконечной влюблённости, за которой последует нечто большее. Да и как этот «зятёк», как прозвал его старший, пришёл к ним. Это была та ещё умора. Пока разувался от нервов чуть не упал пару раз. Затем вытянулся, как по струнке, протянул букет со словами: «Я альфа Тэхёна. Я его люблю». Удержаться от смеха Юнги тогда не смог, но пару очков за открытость и красноречие, коим и не пахло, добавил.       Чонгук ему сразу понравился, ещё, когда по телефону убеждал, что всё хорошо с омегой, спит он на полу и даже пальцем не коснётся младшего. Почему-то ему сразу захотелось поверить. А во время сегодняшней встречи тот раскрыл себя с лучших сторон. Правда зачем-то сразу извинился за возможное заикание, за что получил от Тэхёна, но это и не так важно. Важным было то, что он говорил и как рассуждал.       Они болтали обо всём подряд. Вечер вообще был похож на встречу давних знакомых, которые не виделись пару лет. Общий язык Чонгук с Юнги нашёл сразу. Хоть тот и бывал временами грубоват, и маска холода иногда давала о себе знать, только, как и говорил омега, хён добрый. Это детали характера, а так Чонгук бы называл того «сахарок». Многогранный, с острыми уголочками, но быстро тает, а доброта и искренность походит на сладость.       Ну и, конечно же, не обошлось без каверзных вопросов со стороны старшего. Только если Тэхён заливался краской, тихо попискивал и хотел уже отмазываться со словами «что они встречаются-то меньше недели», то Чонгук стойко выдерживал цепкий взгляд и отвечал, что намеренья его более чем серьёзны.       И когда, по мнению Тэхёна, Юнги начал перегибать с вопросами, он утащил альфу показывать свою комнату. Хоть тот и был в ней уже пару раз, но сейчас очень уж хотелось спрятаться от пытливо-шутливых глаз старшего омеги. Чонгуку по виду было хоть бы хны, а омега на самом деле уже устал краснеть да губы кусать.       Тэхён буквально заталкивает альфу в комнату, после чего закрывает ту на замок, прислоняясь к ней спиной. Спрятался. — Ты чего сбежал-то? Всё же х-хорошо было, — весь вечер Чонгуку было приятно и даже местами весело наблюдать за реакцией Тэхёна, когда Мин задавал очередной вопрос. А то как омега сейчас убежал вообще смешно.       Альфа подходит вплотную к замершему на месте Тэхёну. — Юни края не видит, и задаёт вопросы ну просто уже «слишком». Мы с тобой встречаемся меньше недели, а он меня уже отдал в мужья. Умеешь же ты понравиться, — и так очаровательно дуется.       На слова омеги Чонгук заливается громким смехом. — Так я и старался понрав-виться. Это же твой родной человек, — альфа знает, что они не родные, но факт, что они считают друг друга таковыми, остаётся фактом. — И я обязан был произвести на него х-хорошее впечатление. А вот его вопросы я считаю прав-вильными и нужными. Я ведь для него чужой человек, что безцеремон-нно ворвался в вашу жизнь и украл твоё сердце. Не вижу в них ничего такого. — Вот именно. Жил себе преспокойно, так нет. Появился один альфа, украл сердечко и стоит, лыбу тут давит, — а у старшего и вправду лыба на все тридцать два. — Ну так я же своё взамен от-тдал. Или тебя что-то не устраивает? — смотрит с прищуром. — Конечно не устраивает! — Чонгук выгибает бровь в немом вопросе. — Почему этот самый альфа сейчас просто стоит, а не целует меня.       А Чонгуку больше слушать ничего и не нужно. Он мгновенно притягивает мягкое тельце к себе и впивается в губы. Одной рукой сжимает талию омеги, а вторую вплетает в кудряшки, что покоя ему не дают. Тэхён отвечает сразу же, кладя руки на грудь альфы и сжимая футболку того в ладошках. Через минуту мягких касаний Чонгук чуть поворачивает голову омеги и углубляет поцелуй, на что Тэхён прижимается теснее и тихонько постанывает в губы альфы. Распаляются оба быстро, их друг для друга мало. Нужно ближе, нужно теснее.       И тут как гром средь бела дня прямо за дверью: «Никакого секса, пока я в квартире». На что Тэхён вздрагивает и отталкивает от себя Чонгука с писком. — Юнги-хён, ничего такого и не план-нировалось, — Чонгук откровенно забавляется тому как спрятал свою голову омега в его шее. — Ну ты чего? А то он не знает, что мы целуемся, — заметно тише на ушко. — Что так целуемся не знает, — бубнит в шею. — Так, всё. Дуй домой, уже поздно, — и опять выталкивает альфу за дверь. День у того сегодня такой — постоянно вылетать из-за дверей.       Быстро проговорив, что мол уже поздно и Чонгуку нужно домой, Тэхён смылся в коридор. А Юнги с Чонгуком смотрели друг на друга и потешались с такой реакции.       На улице стало стремительно темнеть, ведь зимой ночь превалирует над днём, и Тэхён начал спроваживать Чонгука домой. На уговоры остаться от Юнги-хёна он вежливо отказал, ведь комнаты всего две. В одной Юнги, а во второй Тэхён. Дивана как такового нет, а засыпать в одной кровати с Тэхёном альфа не спешит. Да, они не раз спали вместе, но это происходило с пометкой на уровне «друг», а не «возлюбленный». Альфа уверен, что спешить не нужно, ведь младшему нужно время, и он готов его предоставить. Да и реакция того сегодня на более откровенный поцелуй тому показатель.       С момента как они стали парой Тэхён изменился. И эти изменения альфе очень нравятся. Стал смущаться, если Чон его обнимал и целовал. Не отталкивал, нет, но явно показывал, что не готов к чему-то большему. А Чонгук и не смел напирать. Сам в таких делах не мастак, и, если омеге нужно время, он даст столько сколько потребуется. А смотреть на румяные щёчки и смущенный взгляд — одно удовольствие. То, как младший к нему тянется, как раскрывается и доверяется, ценно. — Как доберёшься до дома, напиши, пожалуйста, — альфа кивает, а затем притягивает к себе для быстрого поцелуя. — Люблю. — Люблю, — и чмокает быстро в губы. — Юнги-хён, до встречи. — Пока, зятёк, — не смотрите так на Юнги, ему просто уж очень понравилось издеваться над младшим.       Уже закрывая дверь за любимым, Тэхён замечает ухмылку Юнги. Смотреть на младшего без улыбки у него попросту не выходит. Эти глаза-сердечки ему очень уж нравятся, тот будто расцветает. — Только попробуй сейчас что-то сказать, — Тэ знает, что сейчас могут начаться шуточки по поводу его влюблённого вида. Даже пальцем предупреждает для пущей убедительности, на что Юнги заливается смехом, поднимая руки в сдающемся жесте. Ох уж эти влюблённые.       В общем и целом знакомство прошло на ура. Юнги теперь уж точно спокоен за младшего.