Is President Family

Мужчина появлялся здесь также часто, как в его жизни проблемы. Не сказать, что от большого желания или одиночества, просто иногда необходимо сделать то, что велено инстинктами. Он не любил рассуждать о любви. Любовь – эфемерное чувство, неосязаемое. Ее нельзя увидеть, в прямом значении, потрогать. Сделать все, что привык делать рационально и исключительно логически мыслящий человек. Альфа был согласен с тем, что есть чувства. От них не убежать. То, что он чувствовал приходя к нему, схоже с любовью. Все чаще и чаще мужчина убеждал себя, что справился бы и без всяких чувств, без любви. Жить с каменным сердцем куда проще, чем переживать о близких, разрываясь на части каждый раз. Но все это лирика. Секс же никак не связан ни с чувствами, ни с любовью. Желание может возникнуть и без любви, а спектр чувств во время и после настолько масштабен, что почти безграничен. Секс – способ расслабиться, скинуть груз прожитого дня, словить кайф от оргазма и спокойно жить дальше. — Я ждал тебя. — Я вижу, — альфа небыстрым шагом проходил от двери до кровати в комнате, попутно скидывая с себя пиджак и ослабляя галстук. Мужчина встал напротив кровати и оценил омегу, который лежал на ней. Запах. Какой же прекрасный запах у него. — Ты так напряжен. Я помогу тебе расслабиться, Джун-и. Омега сел на край кровати и посмотрел на альфу перед собой снизу вверх. Провел руками по брюкам от колен до бедер, несильно сжимая их. Медленными, больше дразнящими движениями расстегивал ремень, ощущая, как на затылок уже легла большая, теплая ладонь. — У меня не так много времени, Джин. Вряд ли между ними есть что-то большее, чем просто обоюдное желание хорошего секса. Однажды старший Ким захотел прогнуть этого парня под себя, а Сокджин позволил ему это сделать. Удовольствие и наслаждение – очень сильный наркотик. Омега избавился от ненужного белья на альфе. Припадая носом к коже, излишне сильно сжимая чужие бедра, он вдыхал до одури знакомый запах хмеля. Иногда его так не хватает, что парень становился слишком раздраженным. Словно в сопливой драме сам приходит к мужчине и просит близости. Горячая ладонь накрыла возбужденный член. Омега услышал довольное шипение альфы, который шумно вдохнул воздух сквозь зубы, когда коснулся языком и провел по длине. Поймал кончиком чуть солоноватую каплю смазки, вбирая член в рот до основания. Волосы на затылке сжала чужая рука, прижимая ближе и не давая возможности отстраниться. В такие моменты только Намджун устанавливал правила и темп. Воздуха в легких омеги почти не осталось, когда он ещё сильнее сжал тонкими длинными пальцами чужие бедра. Альфа опустил парня и тот, с полными от слез глазами, посмотрел наверх. Сокджин ухмыльнулся, когда заметил наслаждение на лице партнера, и продолжил вбирать член так глубоко каждый раз, как мог. Как же нравилось, когда этот альфа становился грубым, непредсказуемым. Омега иногда готов душу продать только за то, чтобы каждый раз ощущать его запах рядом, на своем теле, на постельном белье, которое хранит следы таких сладких ночей. Альфа опустил руку на подбородок Джина, проводя по губам большим пальцем, растирая слюну по лицу. Чертов пьянящий взгляд и такое прекрасное лицо. Как же у него сносит крышу от этого. Слегка приподняв его голову, дает понять, чтобы омега поднялся и лег на кровать. Тело под ним исключительно прекрасно. Идеальная талия, широкие плечи и четкий контур ключиц. Альфа жадно вдыхает запах кислой ежевики где-то в районе запястья. Иной раз он может себе представить, как прекрасно сочетаются их запахи друг с другом. Разводя чужие ноги шире, проводя пальцем между бедер, Джун ощущает, как омега течет. Так крышесносно осознавать власть над чужим телом. Над тем, к кому никто больше не притрагивается. Кто отдается без остатка только тебе. Первый толчок и такой теплый стон удовольствия. Альфа вылизывает шею, оставляя алые следы. Чувствует, как на спине остаются царапины от ногтей. — Следующий раз свяжу тебя. Блять, какой же ты узкий, — Намджун неразборчиво рычит имя омеги куда-то в грудь, вылизывая и покусывая сосок. Входит грубо и до конца, ощущая, как сжимается тело под ним каждый раз. Жадно ловит ртом стоны, целуя припухшие от укусов губы. — Все, что захочешь. Ещё, пожалуйста, Намджун, я сделаю все, что захочешь. Довольная ухмылка альфы сквозь собственный стон удовольствия. Омега под ним хочет ещё и так вкусно просит об этом, так хорошо стонет его имя. Движения становятся резче, стоны смешиваются с криками от удовольствия. Альфа разводит бедра парня сильнее, оставляя жгучие шлепки на заднице, от которых остаются алые следы. Пик наслаждения накатывает электрическим разрядом по телу. Сокджин водит рукой по собственному члену, приближая оргазм. Не отрывает затуманенного взгляда от альфы, прикусывая губу. Теряется в спектре ощущений, когда чувствует жжение на своей шее. Намджун снова оставил на нем метку. Все ещё и каждый раз делает его своим. Оргазм накрывает его первым. Прекрасная черта, о которой Сокджин не подозревает, а Джун вряд ли признается, что она ему нравится. Запах парня меняется и раскрывается по-другому, стоит ему кончить. Кислый аромат сменяется теплым, сладким запахом спелой ежевики, оставляя на задворках послевкусия кислую ноту. Слишком приятно ощущать его и эйфория накрывает альфу следом. *** Сигаретный дым улетает в потолок. Омега беспардонно перехватывает тлеющую из рук альфы и затягивается сам. — Я не разрешал. — Если не заметил, я не спрашивал. Старший Ким приглушенно смеется. Вот сейчас перед ним именно тот Сокджин: холодный, неприступный, колючий. Тот, кто не позволит собой управлять. Чувство тепла растекается где-то внутри него от осознания, что он может позволить себе видеть омегу другим. От мыслей отвлек вибрирующий где-то на полу телефон. — Ты время видел? Я занят. Это до утра потерпеть не может? Блять, вы издеваетесь? Президент клуба раздраженно отклонил вызов и вдохнул. — Что на этот раз? — Джин затушил докуренную сигарету о стоящую рядом пепельницу, наблюдая, как любовник одевается. — Не важно. — Иногда мне кажется, что ты не президент клуба, а папочка троих детей, — омеге не нужны объяснения. Только из-за ограниченного круга людей он может сорваться и уехать от него. — Уже четверых. — Кто же счастливчик на пятое место в элите? — Тот, кого ты притащил и просил оберегать, как фарфоровую куклу. — Чимин? Серьезно? — Так сложились обстоятельства. — Я знал, что мальчик пойдет далеко, но не думал, что так быстро. Мне стоит ревновать? Альфа приглушенно рассмеялся, завязывая у зеркала галстук. Однако, оставил омегу без ответа. Они не давали никаких обещаний в верности, просто негласно принадлежали друг другу. Просто Намджуну нравилось иногда бесить этого парня. Кто знает, как повернется жизнь дальше. Когда альфа уходил, омега даже не посмотрел в его сторону, а тот не желал нежных прощаний. И все же, каждому из них показалось, будто в груди основательно засело больное чувство тоски. *** — Я надеюсь, что-то пиздец, какое важное, заставило тебя выдернуть меня сюда, Хоби, — президент вошел в клубную комнату, плюхаясь в свое кресло. — Ебля с Сокджином то, чем ты был занят? Хотя мне похуй, не отвечай. За эти несколько часов я заебался с ними, Намджун. Разбирайся сам, у меня встреча в Чайна-тауне. Чон вышел из комнаты, оставляя президента вместе с Юнги и Чимином в кабинете. — Слушаю, — устало произнёс альфа, глядя на двоих. Чимин прекрасно понимал, что гордость Юнги не позволит ему что-то рассказать. За время, что они провели в споре, словно женатая пара, омега успел понять этого мужчину. Пусть не полностью, но определенную часть характера точно. — Если в двух словах, то Хоби к себе меня пригласить не сможет, причину не объяснил, а Юнги просто отказывается. Нет, мне без разницы, честно, я и у себя живу неплохо. Поэтому можем закончить эту бессмысленную демагогию и все уехать спать, — объяснил блондин. На следующий день после собрания, Намджун принял решение, что Паку некоторое время нужно пожить у кого-то из них. День выдался нелегким и принимать решение, у кого именно, он оставил на элиту. Альфа, конечно, предполагал, что Чон не возьмет парня к себе, по причине его брата, но надеялся на разумные решения своей правой руки в этом вопросе. — Я не буду потом собирать твои части тела по городу, сообщая близким о твоей смерти. Юнги, — президент собирался обратиться к другу, но лишь взглянув на него понял, что бесполезно. Вся эта игра с нравственностью старшему Киму начинала надоедать. Уже всем стало понятно, что Мин небезразличен к этому блондину. Всем, кроме него. Ведь его гордость и соблюдение правил всегда стояли первее чувств. За это, несомненно, президент уважал его. Но сейчас ситуация перевернулась и хранить верность правилу, которое больше не работает, стало бессмысленным. — Ясно. Чимин, пошли, — Джун поднялся со своего места и направился к двери. — Куда? — Поживешь у меня. — Нет, — Мин, кажется, сам от себя не ожидал такой реакции. — Чимин, жди в машине, — президент передал ключи омеге, — серая «Мазерати гибрид». Блондин настолько устал от споров, что просто взял ключи и вышел из помещения. — Что такое, Мин Юнги? Так переживаешь за него? — Ему просто нужно снять квартиру на несколько дней. Нет необходимости в том, что сейчас происходит. — Или ты боишься, что я его трахну, м? — Мне похуй, что ты будешь с ним делать. Старший Ким видел, как напрягся друг от его вопроса. Пусть и пытался показать всем своим видом, что этот омега его не интересует, альфе стоило многих усилий не показывать свои истинные эмоции. — Не вижу причин не верить твоим словам, — Намджун наклонился к другу, — если честно, у него такой сладкий запах, а зад в этих кожаных штанах так и просится на грех. Президент уходя победно ухмыльнулся, когда услышал приглушенное рычание друга. *** Квартира встретила привычным полумраком и утренней зябкой прохладой. Не так часто мужчине удавалось уснуть именно здесь. Чаще всего, он оставался где угодно, но только не тут. Деваться некуда. Киллер севера всем своим видом перед уходом дал понять, что слишком заинтересован в Чимине. Этот человек никогда не дает пустых обещаний. Годы знакомства не давали в этом сомневаться. — Экскурсию устраивать не буду. Прямо от входной двери спальня и балкон, слева ванная, направо кухня, — Намджун по-хозяйски бросил ключи на тумбу у входа, снимая с себя пиджак. — Без глупых вопросов. Пользуйся всем, чем захочешь. — Я понял, — Пак чувствовал себя неловко и пытался взять себя в руки. Всего два дня назад он был никем для этой четверки, а сегодня собирается ночевать в одной квартире с президентом. Звучит, как полный абсурд. Стоя в чужой квартире в душе, ощущая капли холодной воды на теле, усталость медленно накатывала новой волной. Контрастный душ призван бодрить, но не в случае таких эмоциональных качелей и стресса. Омега понимал, что на некоторое время придется остаться тут, чтобы как минимум не нажить больше проблем. В планах было попросить научить кого-то самообороне и стрелять из разного калибра. Под «кем-то» подразумевался Юнги, так как блондин до последнего считал, что тот согласится пожить с ним некоторое время. С каждым днем альфа раздражал все сильнее. Если раньше это раздражение было уместным, то сейчас, когда его цель сменилась, парень не планировал продолжать холодную войну более. Возможно, ему требуется больше времени, чтобы поверить. Чимин искренне не желал больше никому из них ничего плохого. Натягивая на себя шорты в спальне президента, Пак отметил, что выглядит это забавно. Джун весь пахнет Сокджином, блондин хорошо запомнил его ягодный запах. И все же, в спальне сейчас стоит он, а не бывший «сутенер». Можно ли считать это выполненным напутствием? — Где я буду спать? — спросил Чимин не оборачиваясь на хозяина квартиры, чувствуя, как он подошел. — Кровать перед тобой. — А ты? — омега все же развернулся и столкнулся с оценивающим взглядом президента. Не сказать, что парень к такому не привык за время, пока танцевал, просто ситуация странная. — В клубе не насмотрелся на меня? — И я сплю на кровати, — Намджун обошел омегу и подошел к другому краю кровати, медленно расстегивая рубашку. Пак честно невольно залип взглядом на действия президента. На то, как альфа медленно расстегивает мелкие пуговицы на рубашке, стягивая ее и оголяя хорошо сложенное тело с прекрасным рельефом. Взгляд омеги спустился ниже, словно завороженный, наблюдая, как старший расстегивает ремень брюк, стягивая их с себя, оставаясь в одном белье. Чимин пришел в себя когда альфа остановился, складывая руки на груди. От смущения парень отвернулся. Намджуну нравилась такая реакция молодого омеги. Пусть люди не игрушки, но ведь без них и играть не хочется. Поэтому сейчас альфа вновь медленно подходил к блондину ближе, наблюдая, как тот не осмеливается поднять голову и пятится назад. Стало ясно, что именно так сильно зацепило его друга в этом парне. Он сочетал в себе грубость, резкость и дерзость вперемешку с робостью, приторным запахом и невинностью. Пьянящий коктейль для любого. — Ты можешь смотреть, — тихо произнёс альфа на ухо Чимину, прижимая того к стене. — Можешь даже потрогать. Старший взял руку омеги и провел ей по своей груди, спускаясь ниже к рельефу пресса. Блондин терялся в собственных чувствах. С одной стороны ощущать сильное тело в своих руках прекрасно, с другой стороны в голове пульсирующим эхом крутилась мысль: «не надо». — А тебя трогать можно, Чимин-а? — снова прошептал альфа. Омега прикусил нижнюю губу и отвернул голову в сторону, сдерживаясь и скрывая сбившееся дыхание. Он не мог подумать, что этот мужчина будет вести себя так. Казалось, что если президент хочет, то просто берет, без разговоров и вопросов. Так мягко с ним обращались впервые. Это подкупало слишком сильно. — Ты так чарующе пахнешь, — старший провел носом по шее омеги, вдыхая его запах смешанный с шампунем. Пак рефлекторно сжал руку, лежащую на талии мужчины. Где-то внутри уже слишком сильно разгорался огонь возбуждения. Ещё немного и его уже нельзя будет потушить, он чувствовал это. Но запретный плод вечно так сладок, что найти в себе силы становилось все труднее. Рука притянула альфу к себе ближе. — М-мм, Чимин. Со мной играть нельзя, — Джун уткнулся куда-то в мокрые волосы омеги, желая сбить собственное нарастающее возбуждение. — Я редко отказываю себе в удовольствии. Ким медленно провел рукой по спине, опуская ее на бедро и несильно сжимая его. Чимин потерялся в правильности действий и ощущениях, от чего еле слышно простонал и уткнулся в ключицу мужчины. Скрывать возбуждение уже бессмысленно? — Ты пахнешь другим, — слегка хриплым голосом произнёс парень. — Потому что у меня есть другой. Признание будто окатило холодной водой и вернуло в реальность. Омега оттолкнул от себя альфу. Мысли в голове словно по щелчку стали ясными. — Нет, извини, нет. Это все неправильно. Альфа может быть и успел бы что-то сказать до того, как омега, схватив свои вещи, выбежал из квартиры, но просто не захотел. Потому лишь проводил парня взглядом. Следовало позвонить кому-то из элиты, чтобы омегу забрали, потому что первоначально смысл был в защите. От чего-то на душе Кима стало так тоскливо. Он будто только сейчас понял, что собирался сделать несколько минут назад. Противно и паршиво от собственных действий. Глупо поддаваться инстинктам в такие моменты. Вроде давно уже не подросток, а желания все ещё пересиливают его. Прикурив сигарету на балконе, президент набрал знакомый номер. — Он ушел. Найди его. *** Утром полицейский участок казался муравейником. Слишком много народа, шума и вечно снующих в разные стороны сотрудников. Не самое удачное время, чтобы обсуждать деликатные вопросы, но если вопросы не могут ждать, не приходится смотреть на время суток. Тэхён порядком вымотался за прошедшие почти двое суток. Он уже отвык от вечных решений вопросов и постоянной клубной беготни. Долгое время все вопросы решались в спокойном темпе и не предполагали опасности. Вероятно, город решил, что хватит с него спокойного времени и начал подкидывать в топку дров, добавляя огня в его жизнь. Новый начальник участка младшему не нравился. Казался странным, прямолинейным и никогда не меняющим своего решения. Напоминал ему брата в недалекой юности, когда тот шел напролом, лишь бы достичь своей цели. Рабочая тактика только в том случае, если ты хорошо уверен в своих силах. — Ранняя ты пташка, Ким Тэхён, — полицейский проходил за свой стол с кружкой дымящегося кофе. — Всегда так рано встаешь? — Можно просто Ви. Я не ложился. — Ви, — альфа изогнул проколотую бровь, упираясь языком в щеку и осматривая гостя. — Будешь просто Тэ. Что, настолько Хосок горяч в постели? Младший понял, к чему клонит коп, только когда достал из памяти обрывки произошедшего ранее в участке. — Это не имеет значения. — Имеет, ведь ты будешь моим. — Не в этой жизни. Вернемся к делу? Альфа широко улыбнулся, откидываясь на спинку кресла. Выглядел задумчивым и одновременно уверенным в себе. — Сходи со мной на свидание, — Чон резко подвинулся ближе, опираясь локтями о стол и всматриваясь в омегу. Ким опешил от такого напора, лишь на долю секунды. Так прямолинейно к нему ещё не подкатывал никто. По статусу и положению в клубе ему приходится вечно получать комплименты. От статусных мужчин и не очень. От молодых альф и бет, иногда даже омег. За все время Тэхён получил не одно предложение о свидании. — Я пришел сюда за другим. Мне не интересен флирт, Чонгук. — А-ащ, как ты произносишь мое имя, — Чон широко улыбался и смотрел прямо в глаза омеге. — Соглашайся на свидание и мы перейдем к делу. Без согласия не буду ничего обсуждать, даже если ты направишь на меня ствол своей безумно красивой рукой. Ким больше не мог сдержать улыбки. Слишком сильно показывать эмоции не хотелось, поэтому альфа увидел только ухмылку мужчины. Так глупо, так по-детски, словно ребенок в песочнице, этот парень торговался с ним. Такого ещё не встречалось. Это сбивало с толку, не давая и шанса выбрать другой вариант, кроме согласия. Сколько раз он оказывался в ситуации шантажа, ни одна из них не ставила в подобное положение. — Мой ответ будет зависеть от того, что ты мне расскажешь. Как там идет дело с твоим бывшим начальником? — Кофе вкусный, — произнёс Чон, отпивая из кружки, — лесной орех с шоколадом. Хочешь? — Игнорировать меня собрался? — После твоего визита сюда во время течки, я все с орехами покупаю. Представляю, как твой запах будет сочетаться с моим. Ребенок. Перед омегой сидел истинный ребенок, который занимал непозволительную для себя должность. — Ты все вопросы так решаешь, будто в песочнице? — Любовь делает людей наивными, Тэ. Как и истинность. Знаешь, как ее определяют? — Это лишь сказка для детей. — Есть три чувства: обоняние, вкус и зрение. Именно они играют решающую роль в этом. Если тот, кого ты видишь, тебе нравится. Его запах пробуждает желание, а на языке оседает вкус этого запаха, скорее всего, вы истинные. Как тебе на вкус горький шоколад, Ким Тэхён? — Не понимаю, о чем ты, — омега соврал, не желая признавать правоту собеседника. В конце концов, это просто глупые совпадения. — У меня мало времени. — Тебе просто нужно согласиться пойти со мной на свидание. — Боже мой, — усталость тяжелым грузом давила на плечи, не оставляя желания спорить с парнем напротив. — Хорошо. — Хорошо? — альфа вновь вопросительно изогнул проколотую бровь. — Да. — Ты согласен? — Да-да, согласен. Давай уже о деле. Не хочу здесь больше сидеть. — Какое покорное согласие. Мне нравится, — Чонгук положил перед омегой листок и ручку, — напиши мне свой номер. Дам знать где и когда. Младший Ким быстро нацарапал цифры своего мобильного и отдал полицейскому. Ситуация походила на полный сюр, но в очередной раз он убедился, что парень напротив добивается того, чего хочет. *** Шум вибрирующего телефона на подушке заставляет вырваться из сна и вернуться в реальность. По комнате разошлось рычание. Хосок очень не любил, когда его вырывали из сна. Тем более, когда до этого он не спал двое суток, а ещё разговаривал с не очень приятными людьми. — Ты либо говоришь что-то важное, либо уже умер, — хриплым от сна голосом, произнёс брюнет. — Чимин пропал. Поднимай задницу и приезжай в клуб, — на другом конце послышался голос Юнги. — Кто куда пропал? В телефонной трубке лишь тишина от сброшенного вызова. — Конечно, блять. Для тебя объяснить нормально – пиздец, как тяжело, — Чон посмотрел на время на экране мобильного. Горящие цифры показывали пол одиннадцатого вечера, — сука, увижу мелкого – самолично пиздюлей вставлю. Альфа резким движением встал с кровати, направляясь в ванную и собираясь покинуть квартиру. *** Пак Чимин напивался редко. В целом вообще омега редко пил и не особо любил вкус алкоголя. А ещё запах сигарет и табачного дыма. Клуб, где ещё совсем недавно он работал стриптизером, пропитан всем тем, что ему не нравилось. Приходилось терпеть. Как его так быстро развезло в неизвестном баре, парень не помнил. Как смог вызвать такси и почему назвал этот адрес, тоже оставалось загадкой. Каким волшебным образом подобрал ключи от двери и вошел внутрь, падая на диван, в целом казалось мистикой. Сколько омега проспал на этом диване прежде, чем его разбудил яркий комнатный свет, вспомнить не удавалось. — Твою мать, — альфа, что зашел в помещение, рефлекторно направил пистолет на лежащего, как казалось, неизвестного. — Чимин, ты издеваешься? — О-ой, выключи, — омега пытался сесть и закрыть глаза от света руками. — Как ты здесь оказался? — парень сел на кресло рядом, наблюдая за гостем и устало выдыхая. — Позвонить не мог? Я ж тебя чуть не пристрелил. — Во мне нет лишних дырок, — все ещё полупьяный блондин поднял руки вверх, пытаясь открыть глаза, — значит, не пристрелил. А мобильник я где-то потерял. — Где ты был все время? — Работал. — Кем? — Я тебя прошу, хён, давай без допроса в твоем стиле. — Ты заваливаешься ко мне в квартиру спустя три месяца отсутствия и не хочешь, чтобы я устраивал допрос? Я ещё и в участок тебя отвезу. — Кстати, поздравляю с повышением, Чонгук-хён. — Да, точно. Ты это отмечал, я надеюсь? Альфа и рад бы продолжить допрос своего двоюродного брата с особым пристрастием и выяснить, где носило эту задницу. Они действительно никогда не были близки и редко о чем-то разговаривали, а после совершеннолетия омеги и вовсе почти перестали общаться. И все же, парень переживал за него. Разница в возрасте в четыре года не такая уж и большая, но заметно ощущалась в поведении. От разговора отвлекла назойливая музыка мобильного. — Слушаю, — полицейский ответил на звонок. — Кто, говоришь, пропал? Особые приметы? Понял тебя. Жди звонка. Чон сбросил вызов и выдохнул, сурово глядя на младшего. — Кто пропал? — наивно спрашивал Пак. — И правда, Пак Чимин, кто же, блять, пропал, — альфа вскинул брови от возмущения, нервно и раздраженно дергая ногой. — Я сейчас ухожу в душ, возвращаюсь, а ты готовишь долгую, внятную и со всеми подробностями речь, почему тебя ищет президент центра Сеула и ставит мне эту задачу, как высший приоритет. И только попробуй уйти, Чимин. Через некоторое время хозяин квартиры отпаивал двоюродного брата чаем и слушал долгую историю, где тот был все это время и самое главное, ответ на свой вопрос. Сказать, что альфа был возмущен, значит промолчать. Чимин старался пропустить такие вещи, как обучение тому, кем он в следствии работал. Старался не в красках рассказывать, что именно происходило и для чего это нужно. Впрочем, его брат не так уж и глуп, чтобы не догадаться об истинных мотивах. — Блять, какую ты хуйню заварил, Чимин, — устало проговорил Чон, отпивая из бокала виски. — Это мое дело. О тебе я ничего не говорил. — Ты слишком наивен, если думаешь, что о тебе ничего не знают. Если о нашей связи ещё неизвестно, то только потому, что Мин Юнги не захотел копаться в твоем личном деле. Пока что. — Ты его знаешь? — с неприкрытым удивлением спрашивал блондин. — Я теперь работаю с ними. — Ты продался, — жестко констатировал омега. — Не говори то, чего не знаешь. В любом случае, мне нужно позвонить Намджуну. Почему тебя ищут? Слишком много внимания для простого сотрудника. — Это немного сложно объяснить. Я теперь, вроде как, пятый в элите. Альфа поперхнулся напитком и в недоумении уставился на брата. Такого поворота событий в истории он точно не ожидал. — Каким образом? — Хён, это очень долго рассказывать. — Надеюсь, ты не лег под кого-то из них, — все ещё пребывая в шоке, произнёс Чон. Они выбрали совсем разные способы, чтобы найти и наказать тех, кто так жестоко обошелся с их семьей. Совсем разные дороги их ждут, но все же свели их вместе. Противоречивые чувства одолевали альфу в течение всего рассказа младшего и до сих пор. Скрывать родственную связь бессмысленно. Рано или поздно правда откроется и последствия обмана могут быть очень плохими для обоих. — Ты кого-то ждешь? — спросил омега, вздрогнув от громкого стука в входную дверь. В ответ альфа лишь взял со стола пистолет и снял с предохранителя. Подойдя к двери, Чон выглянул в глазок. Тот ожидаемо был закрыт ладонью. Предчувствие подсказывало, кто именно это мог быть. Его двое уже несколько раз сегодня упоминали в разговоре. — Кто бы сомневался, — устало констатировал хозяин квартиры, впуская Юнги внутрь. — Он был у тебя? — Здравствуй, Шуга. Не помню, чтобы звал тебя в гости. Чонгук не совсем понял, что именно так вывело из себя одного из самых спокойных. Потому, когда мужчина прижал его к стене, неприкрыто удивился. — Я задал тебе вопрос, — почти прорычал Мин. — Отпусти его, — Чимин вышел из гостиной, когда услышал шум. Омега готов поклясться, что один из элиты выдохнул, когда увидел его. Словно успокоился и убедился, что все в порядке. — Тебя не учили на телефон отвечать? — Юнги отпустил хозяина квартиры, более не обращая на него внимания. — Я его потерял. — Почему ты ушел? — Это не…не так важно. Мне жаль, что заставил беспокоиться. — Подойди, — звучало больше, как приказ, чем просьба. Примерно омега понимал, что хочет сделать альфа, от того подходить вовсе не хотелось. — Меня никто не трогал, если ты об этом. Мин лишь кивнул, вновь поворачиваясь и обращаясь к хозяину квартиры. — Он поедет со мной. Намджуну я позвоню, скажу, что забрал из участка. — Будешь врать своему президенту? — ухмыльнулся Чон. — Хочешь, чтобы все узнали? Давай, я посмотрю на это шоу с удовольствием. Когда Хосок узнает, что этот, — Юнги указал большим пальцем на Пака, — связан с полицией и молчал. Как думаешь, долго мальчик выдержит, пока Намджун сам будет выбивать из него правду, пока она его не устроит? — Как давно ты знаешь об этом? — задал вопрос блондин. Мин выдержал паузу. Словно решал, отвечать на вопрос или нет. — Ещё с просмотра. *** День с ночью перемешались и от этого потерялся счет времени. Уже рассветало, когда Чимин перешагнул порог квартиры того, кто изначально был против него в качестве гостя. Настроение этого альфы меняется с никому неизвестной частотой, и в какую сторону качнется в следующий раз, неизвестно. Молча снимая обувь, Мин прошел внутрь, включая в квартире свет. Происходящее сегодня уже дважды заставило переступить собственные принципы, положить на правила и все мыслимые законы клуба. Раздражение сменялось беспокойством, словно чувства играли в догонялки, пока он искал этого омегу. В голову лезли самые разные варианты возможных событий. Увы, не самые хорошие. В их жизни вообще редко думаешь о хорошем, все чаще обращая внимание лишь на темную сторону жизни. Хоть по себе людей и не судят, опыт показывает обратное. У тех, кто не считается с чувствами других, не может быть иных знакомых. По правде говоря, мужчина терялся в чувствах к этому парню. Он вызывал настолько непривычные ощущения и эмоции, что начинал раздражать. Гордость, когда омега так стойко держался при виде королей севера. Ревность, после слов Намджуна в кабинете. Пусть Мин и был уверен, что между ними вряд ли что-то может быть и друг пытается вызвать у него чувство, которое и без того скребло сердце. Юнги не любит менять привычный уклад собственной жизни, а этот блондин только и делает, что меняет вокруг него все, что можно и нельзя. Когда президент только сообщил о том, что парень ушел из его дома, первым чувством был страх. Очень давно альфа не переживал за кого-то, кроме тех, кто может за себя постоять. Ситуация складывалась худшим образом, когда поставив город на уши, пришлось вовсе обращаться к полицейскому. Только в этот момент Юнги вспомнил про отчет от Сокджина. Про то, что у омеги есть только один родственник, который работает в органах. Тогда пазл начал складываться. Чувство спокойствия накрыло, когда он увидел Чимина в доме его брата. Вся злость и раздражение словно испарились за секунду, оставляя место лишь отголоску усталости. В большей степени, Мину просто не хотелось сегодня разборок с президентом о такой новости, как связь бывшего сотрудника, а теперь и пятого из элиты, с полицейским. Вопросов и разборок не оберешься даже после того, как объяснишь всем и все. Возможно, он расскажет, когда придет время. Сейчас для него неожиданно стало главным то, что омега цел и находится в безопасности. — Почему ты передумал? — Чимин прошел вглубь квартиры следом за альфой. — Заебался сутки искать тебя по всему городу. Я устал. Мне нужен душ и сон. Делай, что хочешь, только не выходи из квартиры. Пак прекрасно понимал состояние хозяина квартиры. В очередной раз ему слегка льстило такое внимание к себе. Только все, чего сейчас хотел сам омега, это наконец спокойно лечь спать. Желательно на сутки и чтобы никто не трогал. Провожая взглядом Юнги, блондин лег на кровать, желая лишь подождать, пока альфа вернётся из душа и спросить, где ему лечь. Но усталость сделала свое дело и парень провалился в сон.