Глава 3. Особые предпочтения
20 июля 2023 г., 15:35
Прошло ещё несколько дней, прежде чем я смог восстановиться и встать на ноги. Понемногу я начал подчищать свои грехи прошлого. Горничные уже не боялись заходить в мою комнату для уборки и подачи еды, а дворецкий, ни много ни мало, даже прослезился из-за моих внезапных извинений за прошлые размолвки и отвратительное поведение. Теор больше всех был счастлив таким изменениям во мне. Я заметил, что он стал менее издёрганным и тревожным, сстал больше высыпаться и нормально питаться. Даже его лицо выглядело намного свежее. Жизнь в западном крыле дворца начала понемногу налаживаться, что не стало секретом для аристократов, которые, подхватив один слух, сразу же начали нанизывать на эту нитку с десяток подобных сплетен, разукрашивая в салонах всё на свой лад.
Не без помощи Теора и дворецкого мне удалось изучить каждый уголок дворца. За
исключением главной его части, куда я сам не пожелал идти. Мне нужно было обдумать те слова, которые я должен был сказать императрице при встрече. Я даже пытался сформулировать всё это на бумаге, но швырнул не один листок в корзину, прежде чем бросить эту затею.
Посидев в уединении ещё один день, я решил запросить аудиенцию и хотя бы попытаться поговорить.
К слову, это обстоятельство позволило познакомиться с главной частью дворца поближе. Теор специально провёл меня мимо картинной галереи, где были развешаны портреты прошлых правителей. Их оказалось так много, что у меня разбегались глаза. Все члены императорской семьи были обладателями изумрудных глаз удивительной красоты. Смотря на портреты, я сразу вспомнил, что из всей семьи лишь Ноа не унаследовал этот величественный изумрудный оттенок. Это обстоятельство заставило меня задуматься о причинах такой аномалии. Если поразмыслить, я был не так хорошо осведомлён в этом вопросе, так как никогда не хотел иметь детей и даже не задумывался о том, чтобы в один прекрасный день передать кому-то свои гены.
— Господин, здесь есть парадный портрет принцев и императрицы. Хотите взглянуть?
— Хочу.
Теор подвёл меня к полотну, и мы остановились. На портрете были изображены принцы и императрица. В отличие от других парадных портретов, этот был окутан атмосферой уюта и семейной теплотой. Они были такими счастливыми…
— Господин, идёмте.
— Да. Идём.
Дойдя до кабинета, я остановился возле дверей и тяжело вздохнул. Я не знал тонкостей дворцового этикета, поэтому во всём полагался на Теора и его своевременные подсказки. Сейчас я очень хорошо понимаю важность подобных мелочей, которые наплевательски игнорировал в прошлом. И сейчас очень дорого расплачиваюсь за это.
Дождавшись дозволения, я зашёл в кабинет императрицы и, поприветствовав её, склонил голову. Кажется, я всё сделал правильно.
— Непривычно видеть вас со склонённой головой. Садитесь.
— Благодарю, Ваше Величество.
На столе я увидел подготовленные всевозможные сладости к чаю. Пирожные, зефир в шоколаде, а также различные виды небольших тортиков. У меня была слабость к сладкому, особенно, к десерту Кранахан, которым я частенько баловался во времена юности. Во дворце, если припомнить, я измучил всех поваров своими капризами по поводу десертов в любое время суток. Могу поспорить, что повар, которого поднимали в три часа ночи для того, чтобы тот приготовил мне десерт, мысленно насылал на меня тысячи проклятий. Ох, моё тёмное прошлое…
— Мне доложили, что ваше физическое и ментальное состояние стабилизировались.
— Да, Ваше Величество. Благодаря заботе моего помощника я чувствую себя намного лучше.
— Почему ничего не едите? К вашему сведению, я ни к чему не притрагивалась, так что будьте спокойны.
— Я приношу свои извинения за свои слова и действия. Не воспринимайте мои прошлые слова всерьёз.
Разговаривать друг с другом оказалось достаточно сложно, учитывая все обстоятельства. Мне кусок в горло не лез от гнетущей атмосферы. Я едва сделал несколько глотков, как меня снова будто окатили ведром ледяной воды.
— В прошлый раз вы были очень серьёзно настроены.
— В прошлый раз? — повторил я, понятия не имея, какой именно из "разов" она имела в виду.
— Да… В прошлый раз, когда вы ворвались в кабинет и швырнули в меня статуэтку.
— Кх-а-кха. В-Ваше Величество, вы же знаете, что я был не в себе.
Да кто бы вообще в здравом уме швырял в императрицу статуэтки? Кроме меня, конечно. Кроме меня. Я готов был провалиться под землю со стыда, но сейчас проще было свалить всё на неуравновешенность.
— А сейчас? Вы пришли в себя?
— Несомненно.
— Вы ведь понимаете, что я не могу поверить в ваше чудесное преображение. По крайней мере прямо сейчас.
— Понимаю, Ваше Величество. И я не смею надеяться на то, что вы мне поверите без достаточно веских доказательств.
Императрица встала и подошла к своему столу. Она стояла ко мне спиной, но я ощущал подавляющую ауру, исходящую от неё в этот момент. Вдруг, она посмотрела на меня, чуть повернув голову в сторону.
— Я буду пристально следить за вашими успехами на пути исправления. Если таковые будут, я подумаю, как можно будет вас за это поощрить.
— Благодарю, Ваше Величество.
Наконец, покинув кабинет, я смог спокойно вздохнуть и привести мысли в порядок. Я не ожидал такого снисхождения после всего, что произошло между нами. Но всё же Теору нужно было рассказать о моих недавних «подвигах» чуть подробнее. Почему именно эти события оказались такими размытыми в памяти?
— Господин, как прошла встреча с Её Величеством?
Глаза Теора излучали неподдельный интерес.
— Теор, напомни-ка мне, что произошло в прошлый мой визит к императрице?
— Понимаете…
— Ну. Рассказывай, - твёрдо сказал я.
— Вы подумали, что императрица призвала вас в свои покои и выпили лишнего.
— Я был настолько пьян?
— Вы ворвались в кабинет, а после в спальню и швырялись всем, что только под руку попадалось. Один из партнёров императрицы, который в тот момент был с ней тоже испытал на себе ваш гнев. Вы кричали, что лучше удавитесь, чем переступите порог её покоев. А потом, чуть ли…ох…
— Партнёр?
— Да.
— Почему я тогда не видел их во дворце?
— Ах, ну… Они не считаются официальными наложниками. Они просто…партнёры?
Теор явно чего-то недоговаривал. Ведь все, кто переступал покои императрицы считались её наложниками.
— Ты мне чего-то недоговариваешь.
— Понимаете, у императрицы есть особые постельные предпочтения, которые могут удовлетворить далеко не все. Для подобного императрица отбирает подходящих партнёров.
— И сейчас такие есть?
— Да, но императрица больше не приглашает их в главный дворец.
— Вот как.
Было бы глупо полагать, что такая могущественная женщина, как Ирэн Дженерис, будет отказывать себе в плотских удовольствиях, от которых я был, признаться, далёк. Мне в принципе никогда не приходила мысль с кем-либо сближаться, поэтому подобного рода близость была для меня дебрями. Сейчас я даже не мог вспомнить мою первую ночь с императрицей, не считая всех тех раз, когда я напивался до беспамятства лишь бы только она ко мне не приближалась. Как она могла столько лет выносить мои выходки? Этот вопрос для меня до сих пор имеет первостепенную важность.
И всё же…
Почему-то услышать это сейчас было не очень приятно.
— Господин?
Я опять погрузился в размышления, забыв об окружающих.
— Идём, Теор. У нас много работы.
— Конечно, господин.
