Хозяин туманной горы

Между двумя мужчинами повисла напряженная тишина. — Вы там драться удумали? — услышали они негодующий голос Юнь Се. — А ну, шагом марш в дом. Хотя, знаете что, сходите-ка к молочнику, кашу варить буду. Цу Лин отпустил Саньлана, и улыбнувшись похлопал по плечу: — Ну, ладно. Пошли за молоком. — А, ага. — Юноша кивнув, встал с досок, и вышел вслед за Цу Лином. — Так. А можно побольше узнать о хозяине туманной горы? — Да пожалуйста. А что именно? Юноша задумчиво мыкнул, после чего задал вопрос: — Как местные к хозяину относятся? Может вы ему поклоняетесь? Настал черед мужчины раздумывать над ответом: — Интересные вопросы задаешь. — Улыбаясь он повернул голову к Саньлану. — Может кто и поклоняется, но лично я — нет. Хозяин хороший, мм, человек? Мы не знаем кто он, поэтому поклоняются не все. Например: Юнь Се его уважает — он некогда ее сына до дома довел, когда тот в лес убежал. А я, его никогда не видел, как и многие собственно, но все равно уважаю за то, что людям помогает. Да и кто он таков неизвестно. Если демон — то зачем людям помогать? А если бог — то что он на горе забыл? Одно ясно точно: он не обычный человек. Обычный человек, столько не живет. Саньлан шел насупив брови, раздумывая над новым вопросом, он не замечая, что под ногами, споткнулся. — Ааай. — Юноша растянулся посреди дороги. — Пх — усмехнулся в кулак Цу Лин. Парень поднял грязный лоб от земли, и зло зыркнул на мужчину: — Вот ты смеешься, а мне больно, вообще-то. — Все равно, если честно. Ты на себя со стороны глянь — сам смеяться будешь. — Мужчина мотнул головой, и еще раз фыркнул. — Кстати, что это там. Юноша, успевший встать на ноги, обернулся на то место, где только что лежал. На земле лежал необычайной красоты камень и кулон. — Хм, что это? Видел что-то подобное раньше? — Повернулся Саньлан на Цу Лина. — Честно? Впервые вижу. — Он оставив без внимания камень подошел к кулону. — Ой, какой красивый! Подарю его Юнь Се! А камень можешь себе забрать. — Он кинул камень в Саньлана. Поймав на лету камень, юноша начал его рассматривать. Камень был прозрачный, но внутри него будто плавал, толи туман, толи буря с дождем бушевала. Внутри проносились белые ленты тумана, ветра и дождя. Тучи, то заволакивали бурю, то давали взглянуть. — Какая красота. — Шептал с замиранием сердца юноша. — Дождь и буря в прозрачном, будто водная гладь небе. — Его дыхание тихо замедлилось. — Что ты на этот камень отвлекся то? Посмотри какой кулон красивый! Саньлан быстро убрал сказочный камень за пояс, и пошел в сторону Цу Лина. В руках Цу Лин держал серебряный кулон, на котором была буря тумана, которую обливал дождь. Цу Лин уже всеми силами пытался открыть кулон: — И ЕХ! Да что ж такое? Почему не открывается? — Возмущался мужчина. Саньлан еще раз посмотрел на рисунок на кулоне: — А ты сам как думаешь? — Обратился юноша к Цу Лину. — Потому что, это — не твой кулон. Мужчина посмотрел на парня, и осмотрев юношу, он сказал: — Да, это не мой, это Юнь Се. Убрав кулон в карман, мужчина спокойно пошел дальше. Сходя за молоком, они вернулись в дом Юнь Се, где Цу Лин краснея вручил ей кулон. Женщина охнув взяла его в руки, и подставляя свету утреннего солнца, тихо восхищалась: — Ох, какая же красота! Серебро блестело на солнце, а на крышке яро лил дождь. Женщина отпустила руку с кулоном, резко повернулась к Цу Лину, накидка сделала плавный полукруг, и упала обратно на спину женщины. Схватив мужчину за руки, она заглянула ему в глаза, и дрожащим голосом полным возбуждения, она прошептала: — Это правда мне? — Юнь Се прижалась груди Цу Лина. — Сколько же ты потратил на него? — На её лице появилась нежная улыбка, а в глазах заблестели слезы счастья. — Как же я тебе благодарна! — Женщина прильнула к Цу Лину, и сжала его в крепких обьятиях. Цу Лин и до этого бы красный, как рак, а теперь был готов взорваться в любой момент: — Н-ну, я. Я… Я его на- Тут Саньлан прижал ладонь ко рту мужчины, и оттащил его. — Ты дурак что-ли? — Шикнул Цу Лина небожитель. — А что не так-то? — Шепотом спросил мужчина. Тут его глаза расширились, и он спросил: — Ты, что это, влюбился в Юнь Се?! Саньлан закатил глаза, и тихо пробубнил под нос: — Нда, и правда дурак. Слушай, Юнь Се думает, что этот кулон ты купил специально для нее, и долго работал на него. А сейчас, ты хочешь ей сказать, что подобрал его на улице! Ты в своем уме? Ты в нее влюблен, но своими руками все ломаешь! Мужчина, который смотрел в землю под ноги, вдруг поднял голову, и резко схватил парня за шиворот: — Ты, что, знал что-ли?! Как давно?! А Юнь Се знает?! Парень отцепил руки мужчины, и оттолкнул его: — Да это же очевидно. Чтобы Юнь Се не сказала — так ты сразу от радости скачешь, да и краснеешь от ее прикосновений, взбесился, когда узнал, что мы ночевали под одним одеялом, нашел кулон — сразу определил его в руки Юнь Се. Только идиот, или слепой, мог не заметить этого. Мужчина на протяжении всей речи небожителя становился все более понурым, а под конец сел на землю. — Как же так? Юнь Се тоже знает? — В его глазах блестела надежда. — Точно сказать не могу, но похоже, что нет. — Саньлан смотрел на дом. — Когда ты краснел, она, либо стояла к тебе спиной, либо прижималась. Тем более, ты выше, чем она, поэтому возможно она не заметила. Тут окно в доме открылось, и из него послышался голос Юнь Се: — Вы еще долго там стоять будете? Каша уже готова, если не поторопитесь, то она остынет. — Уже идем. — Саньлан уверенным и спокойным шагом зашел в дом, а за ним чуть взволнованно зашел и Цу Лин. — Итак. Зачем ты пришел к нам в деревню? — Юнь Се пристально смотрела на гостя. — Даже не ври, про «случайно забрел». Все обходят эту гору на большом расстоянии от нее, и нашу деревню трудно найти. Саньлан, можно сказать, был пойман за руку: — Ладно, ладно, — с улыбкой сказал юноша. — Вы правы, я пришел сюда не по воле случая. Мне надо сходить на гору, и разузнать о… — Юнь Се и Цу Лин напряглись — местных травах, и цветах — спокойно продолжал Саньлан.