Ультрас

За первой читкой сценария они сидели бок о бок. Костя так долго косился в сторону Влада, что под конец, кажется, заработал косоглазие. Как ни старался, Костя не мог оценить сюрреализм ситуации: они оба будут играть роли своих отцов? Это что-то по Фрейду? Ещё больше напрягал тот факт, что папа Андрей выбрал Влада без ведома Кости, и теперь он мучительно пытался угадать, что тот ему о себе рассказал. Но гораздо сильнее его смущал новый Влад 2.0. Как говорится, он сильно изменился за лето. Возмужал, набрался уверенности. Бесила его манера отвечать на вопросы, не говоря ничего, видимо, это у них было семейное. С Андреем Влад был восторженным поклонником, улыбка до ушей, вопросы бесконечные, чуть не ластился. Костя запомнил его озлобленным подростком, а тут от его неловкого обожания глаза слепило. После читки Андрей потащил его к Косте лично представлять. - Обалдеть он на меня похож, - сказал с гордостью, положив ладонь на плечо возвышавшегося на добрых десять сантиметров над ним Влада. Прямо семейный портрет, не иначе. Косте ревность в собственных мыслях совсем не понравилась. Влад поймал его взгляд, нахмурился, поджал губы, едва заметно мотнув головой. Мол, скажешь чё или зассал? Костя промолчал. - Ладно, молодежь, оставляю вас знакомиться, - тем временем Андрей уже куда-то торопился, на бегу стиснул Костину шею, - присмотри за ним. Первым неловкую паузу после его ухода нарушил Влад: - Не парься, он не в курсе. - Насчёт чего? Но равнодушный Костин вид его не обманул. Влад сощурился, уголки губ растянулись в злорадной усмешке: - Насчёт всего. Насладившись Костиным смятением, он продолжил: - Ну, я так и думал, что ты им не сказал. Не смог придумать, как объяснить батям, что с братишкой трахался? Или не захотел конкурента в семье? - Я тебя искал! - горячо оправдывался Костя. - У тебя даже фамилия другая! Я думал найти тебя сначала, ну, чтобы нормально выяснить, убедиться, что вы и вправду родственники. - Не родственники, Кость, - перебил его Влад. Ненависть, проступившая на его лице, разъела улыбку, как кислота. Он сжал кулаки, и Костя, который был его старше и крупнее, от него отшатнулся. - Это мой отец, - процедил Влад, каждым словом словно хлеща наотмашь. - А ты грёбаный кукушонок. Хотя... насчёт твоего бати сожалею. У Кости перехватило дыхание. Мишина смерть до сих пор била сильнее Владиной биты. При виде его неподдельного горя Влад немного смягчился: - Но ты моему ничего про меня говорить не смей. Я сам выберу, когда и как. Посмотрю ещё на его поведение. - Ты же ему ничего не сделаешь? - Я? - ненатурально удивился Влад. - Что я могу ему сделать? Что-то сопоставимое с "заделал ребенка и бросил, чтобы никогда не вспоминать"? - Он про тебя не знал, - тихо сказал Костя. Он действительно пытался аккуратно выспросить про папину бурную молодость, пытаясь свести концы с концами. Но ничего не билось. - Не помнил , - жёстко поправил Влад. - Ну, мы это исправим. Кстати, ты чего в кепке всегда ходишь, как обрыган? Костя молча снял черную бейсболку, повернул голову боком и отвёл волосы: бугрившийся белый шрам на коже до сих пор был хорошо виден. Влад побледнел, крутанулся на каблуках и без единого слова свалил. *** Папа Андрей выпивал с Владом в баре, а Костя тупил дома, нервно листая новостную ленту. Но ничто не могло отвлечь его от беспокойных мыслей о том, чего именно добивается Влад. Ограничить их общение он не мог: они прорабатывали роль, да и Андрей к "мини-Князю", как он шутливо называл Влада, уже прикипел. Отбирать у того возможность наконец-то побыть с отцом, пусть так криво и косо, было за гранью добра и зла. Костина чуйка орала, что рядом опасность, но отвадить, развести их он физически не мог себя заставить. Влад постоянно задавал очень личные вопросы, про Андрея и Мишу, про смерть Горшка. И в целом, имел на это полное право, с какой стороны не посмотри. Проблема была в том, что отцы свои отношения не афишировали. Но даже это ещё было полбеды. Костин отец был наркоманом в завязке, но ведь бывших не бывает? Батя умер в этом доме, один. Перед этим они с папой поругались, и Андрей уехал, не желая доводить ссору до крайности и надеясь, что они оба вскоре остынут. А Миша, на зло ему и себе, принял. И действительно, один из них остыл. Навсегда. Кости не было в городе, и за это отсутствие он до сих пор не мог сам себя простить, представляя, что было бы, останься он в те выходные дома. А Андрей себя поедом ел, каждый день все эти годы отгрызая кусочек души. В каком-то смысле этот сериал был его последней попыткой проработать травму, отпустить грехи. Но зачем это все было знать Владу? Они ввалились в дом около полуночи: такие раскладные, что не понятно было, кто на ком висит, а кто поддерживает. - Ну, Андрей Сергеевич, я поеду, - заплетающимся языком еле выговорил Влад. Щеки у него были как с мороза, стеклянный блеск в глазах и общая разболтанность движений выдавали серьезное опьянение. - Я сказал, зови просто Андрей, - папа держал его за плечи и легонько потряхивал, отчего у Влада челка моталась по лицу, как дворники. Костя над ними про себя посмеялся, отцепил папу от Влада, под недовольным взглядом последнего, и придал ускорение в сторону спальни. - Куда ты поедешь, ночь на дворе. Костя, постели ему, поухаживай, - Андрей, зевая, скрылся за дверью. - Все, я спать... - Поухаживай, Костя, - похабно ухмыльнулся пьяный Влад. И прильнул всем телом. - Как тогда под дождем... Помнишь? Костя вздрогнул. Сумасшедший мальчишка, разбивший ему голову и сердце. Поцелуи со вкусом бензина, как это можно было забыть. Даже полусонный, усталый и кусачий Влад все равно смог соблазнить его по щелчку. Они переместились на веранду, переплетясь, как щупальца осьминога. Костя задел ногой какие-то банки, и они загремели на весь дом, как сигнализация. - Тише, папа услышит, - зашептал Влад, прерывая их возню с попытками побыстрее раздеться. Засмеялся от своей же шутки, а потом резко помрачнел. И, отвернувшись от поцелуя, толкнул Костину голову вниз: - Давай, ты же поопытнее. Костя списал его грубость на опьянение, к тому же, член колом стоял, а распаленный его касаниями Влад вызывал острое желание вылизать, зацеловать, довести до черты, где он забудет свою злость на этот мир. Где будет счастлив с Костей. А Влад никак не затыкался. И голос его звучал все трезвее и жёстче: - А ты умелый, да? Много с кем трахался? Прям настоящий пидор. Небось, насмотрелся тут всякого. Последнего Костя не выдержал и его от себя отпихнул, так что Влад, сидевший на краю кровати, завалился башкой об стену. - Правда глаза колет? - едко заржал тот, не пытаясь подняться. - Ну и пошел нахуй! Костя поднялся с коленей, презирая себя за то, что даже после всех Владиных слов все ещё до дрожи его хотел. - Влад, ты зачем сюда приехал? - По тебе соскучился, - буркнул тот. Уселся на кровати, спиной к стене, прижал колени к груди. Вид у него стал внезапно надутый и жалкий, как у сердитого ребенка. Костю накрыло виной, как цунами: не удержал, не отыскал, не помог. А хуже всего, ничего не рассказал отцам. Если бы он сделал это раньше! Он погладил Влада по мокрому лицу, поцеловал коленки. - Влад, ну, все же может ещё быть хорошо, - приговаривал Костя, наглаживая его тело, пока тот не выпрямился в струнку на кровати. Лицо спрятал в изгибе локтя. - Давай завтра все-все расскажем папе, будешь жить с нами. Влад выдал то ли всхлип, то ли смешок. Косте хотелось принять это за согласие. Он взял в рот и довел его до оргазма так быстро, будто Влад этого годами ждал. Потом Влад его с кровати неловко спихнул: - Ты иди, я не привык спать...с кем-то. Костя улыбнулся, взлохматил ему волосы и ушел спать к себе в приподнятом настроении. Искренне веря, что все конфликты разрешатся завтра одним махом. Влад блаженно зажмурился, затянулся айкосом. Брезгливо обтерся простыней и откинул ее в угол. Улыбка у него была недобрая, об такую только лезвие затачивать. Он собирался играть вдолгую.