Полюбите меня, учитель Ким!

Тэхён просыпается от головной боли и щурится от яркого дневного света. Первой сегодняшней мыслью оказывается вопрос «где я?», когда потолок кажется незнакомым. Ким выдыхает. Вторая мысль: «С кем я?» Он аккуратно приподнимается на локтях, чувствует на руке чьи-то объятия и с опаской оборачивается на лежащего рядом человека. Преподаватель широко распахивает глаза и скидывает с себя чужие руки, приняв сидячее положение. Он трёт веки, виски и запускает пальцы в волосы, оттягивая. Тщательно напрягает память. Не мог же он просто так оказаться с Чоном в одной кровати? Точнее, на одном матрасе. От всех этих шуршаний просыпается Чонгук. Потягивается, немного приоткрывает глаза, но этого достаточно, чтобы заметить красную шёлковую рубашку, красиво спавшую с чужого плеча. В отличие от преподавателя, Чон отлично всё помнит, и ему не стыдно. Он изначально показывал свои намерения, с радостью переспал бы с Кимом на трезвую голову, если бы тот не ломался. Алкоголь творит чудеса. Студент переворачивается на бок и, потянувшись к Тэхёну, достает только до рубашки. Слабо дёргает, привлекая к себе внимание, и аккуратно перемещает руку на талию. — Куда ты так рано собрался… Полежи со мной ещё минут двадцать… — сонно бормочет юноша, а Ким вздрагивает и смотрит на него, как на умалишённого. Косится на чужую руку и замечает на своём теле несколько ярких отметок. Думает: сбежать из квартиры младшего прямо сейчас или это будет совсем странно? — Отвали, — шипит Тэхён, шлёпнув Чона по запястью, и поднимается, пошатнувшись. Он берётся за голову, потому что та кружится и болит сильнее. Постепенно восстанавливаются события вчерашней ночи, заставляя испытывать лёгкий ужас. Студент недовольно цокает языком и садится, заспанным взглядом следя за суетливым Тэхёном. Тот бодро перемещается по небольшой квартире в поисках телефона, параллельно испытывая такой спектр эмоций, что нормальный человек давно бы сошёл с ума. Он злится на себя, на свои решения, на Чона, хотя тот ни в чём не виноват. Ким раздражённо хлопает по карманам куртки на вешалке, поток мыслей резко стихает. — А где… — нервно шепчет он, ещё раз проверяя все карманы, заодно и на джинсах. Тэхён неловко отходит в сторону и нелепо пялится перед собой, выглядя так, будто поставил все свои деньги на хромую лошадь и теперь в шоке с того, что она не выиграла забег. — В чём дело? — хрипло интересуется студент, наконец поднявшись. Он скидывает джинсы на пол, оставшись в нижнем белье, и надевает длинную футболку. Тэхён даже внимания не обращает: ему не до этого, он всё ещё ворошит куртку, надеясь на чудо. Чон пожимает плечами и уходит умываться. Чувствует он себя неплохо, если только устало. Минуты через три студент плетётся на кухню положить кошке поесть, а сам обходится стаканом воды. В холодильнике пусто. — Побежишь домой переодеваться? Не забудь надеть что-то с воротом, иначе меня проклянёт одна из твоих студенток-фанаток. Тэхён, наконец, оставляет куртку в покое и глубоко выдыхает. — Очень смешно. Преподаватель усаживается на стул под удивлённый взгляд Чона и тревожно постукивает пальцами по столу. — Я ключи просрал. А ещё опаздываю на работу, на которую, думаю, сегодня вообще не пойду, потому что за такой вид меня убьют. У тебя есть аспирин? Есть. — кивает он сам себе и поднимается, по-хозяйски залезая в шкафчик. Тэхён забирает у младшего стакан, бросает в воду таблетку, выпивает и отдаёт обратно. Ким выглядит удручённо, на грани паники, потому что не понимает, что ему делать, где ночевать и как разбираться с работой. Он не из тех людей, которые легко сохраняют равнодушие в напряжённых ситуациях, если это касается его самого. Сначала надо понервничать, а потом уже можно думать. — Не паникуй… — хмурится студент, проверяя время на телефоне и вызывая такси. — Ещё сорок минут, ты успеешь. Ключи ты мог потерять в туалете бара, где мы… Ну ты понял. Вряд ли они кому-то нужны, потом спросишь у администраторов. — Чон звучит спокойно и уверенно, что немного помогает прийти в себя. Ким смотрит в пол и выдыхает. Чон продолжает. — Если там нет… У тебя есть бывшая или бывший, который имел ключ к квартире? Или друг там, сожитель? Может, у кого-то из них остались ключи. — У бывшего есть ключи… — задумчиво отзывается Ким, пока младший роется в шкафу. — Он во Франции вообще-то, но… Не знаю… — Держи. — Чон протягивает преподавателю чистую одежду. — Можешь воспользоваться моей зубной щёткой, если не брезгуешь, — усмехается. — У тебя три минуты. Тэхён неловко кивает и уходит в ванную. На душ времени нет, юноша умывается, стягивает с себя вчерашнюю рубашку и разглядывает отражение в зеркале. «Кошмар какой-то…» — думает он, смотря на свою шею. Ким трёт лицо руками и борется с желанием ударить себя обо что-нибудь. Ровно через три минуты он выходит из ванной уже в вещах младшего. Чёрные джинсы, белая свободная рубашка, застёгнутая до самой последней пуговицы. Непривычно идти в таком виде в ВУЗ, обычно парень носит костюм на работу или что-то более простое, но не джинсы. В машине преподаватель переписывается с Лео, тем самым бывшим, по совместительству хорошим другом. Как-то так получилось, что их отношения остались тёплыми после расставания, да и… давно всё это было. Никто больше никого не любит, никто ни на что не обижен. «Меня не будет дома, я ключи потерял, поэтому обязательно позвони, как приедешь, bien? Когда ты вообще планируешь приехать?» «Месяца через два :)» Тэхён закатывает глаза и, отправив в ответ «Ты засранец.», убирает телефон в карман. Такси подъезжает к университету за две минуты до начала пары. — Видишь! Почти не опоздаешь. Разве я не молодец? — Молодец. — Ким быстрым шагом поднимается по ступеньками. Чон обгоняет. — Но будет лучше, если ты зайдёшь после меня. Хотя бы пятью минутами позже. Пробежка до четвёртого этажа явно не то, чем преподаватель хочет заниматься на утро после пьянки. У него всё ещё раскалывается голова, поэтому Ким останавливается возле лестницы, давая себе время отдышаться, несмотря на то, что пара уже началась. А вот Чонгук стоит у аудитории, выглядя гораздо лучше, чем сложившийся пополам Тэхён в конце коридора. Чон открывает дверь, тупо смотрит перед собой и закрывает её обратно, отойдя в сторону и вспомнив слова старшего по поводу пяти минут. Скорее всего, его видели, и, наверное, стоило всё же зайти, но Чон не успел сообразить. В конце концов, его не сильно волнует, если у кого-то возникнут вопросы, почему эти двое пришли в одно и то же время, да ещё и… Внешний вид Кима о многом говорит. Тэхён лишь выдыхает, подойдя к дверям уже в более спокойном темпе. Он проводит рукой по волосам, чтоб придать им хоть какой-то порядок, и заходит в аудиторию. Шум тут же прекращается, студенты смотрят с интересом и удивлением. Они не привыкли видеть преподавателя в джинсах и кожаной куртке. Ким молча заходит в лаборантскую, оставляет куртку висеть на стуле и роется в шкафчиках, иногда зависая, потому что голова кружится. Нашёл! Юноша достаёт из пакета чёрный бадлон и облегчённо выдыхает. У Тэхёна всё же есть хорошая черта — предусмотрительность. Никогда не знаешь, зачем может пригодиться сменная одежда. Запасных брюк, к сожалению, у него нет, зато есть очки. Преподаватель быстро переодевается и возвращается в аудиторию в более подобающем виде. Он садится за свой стол и задумчиво листает ежедневник, пытаясь вспомнить, что они делали на прошлой паре и что надо делать сейчас. Не получается. Опять одна каша! Тишина затягивается. Студенты перешёптываются. Кто-то сидит в телефоне, кто-то хихикает с заторможенности лектора. — Вы обещали нам про тестирование рассказать, — тихо напоминает староста, Тэхён кивает. Он включает доску, проектор и открывает презентацию. Через пять минут двери аудитории открываются, на заднюю парту проскальзывает Чонгук, стараясь не привлекать к себе внимание. Парень хмурится, ловя на себе безумные взгляды от каких-то девчонок, и натягивает на голову капюшон толстовки. — Чонгук… Чонгу-ук… Чонгук! — слышится раздражающий шёпот друга. — Заткнись. Не видишь, я тебя игнорирую? — Да ладно тебе. Чё ты на первой паре забыл? Даже препод не особо её вести хочет… Чон кладёт ладонь на чужое лицо и приближается, чтоб заглянуть в глаза. — Я сказал, «заткни-ись». Тэхён переключает слайд и продолжает рассказывать. Аудитория большая, он старается говорить так же громко, как обычно, но голос хрипит и теряется в болтовне студентов. Юноша стучит ручкой по столу несколько раз. — Я не могу вас перекричать. Если кому-то неинтересно, можете выйти, вам за это ничего не будет. — Ким говорит серьёзно. — Ещё сорок минут полной тишины, и вы свободны. Услышу хоть один шорох — и пойдёте за дверь уже с последствиями. Последний шанс выйти. — Он смотрит на дверь и кивает, когда никто не выходит. — Значит, продолжим. Чонгук разваливается на парте и сонно листает новостную ленту в телефоне, думая, зачем он попёрся к первой паре. Ответ находится быстро. Потому что Тэхён выглядел ужасно грустным и растерянным. Чон мог бы просто отправить его на такси и остаться дома, но этот вариант не пришёл ему в голову. Хотелось быть рядом. Чону показалось, что в одиночестве старший сошёл бы с ума от паники. — Запишите пока всё со слайда, я вернусь через минуту. Чон наблюдает, как преподаватель выходит, звоня кому-то, и возвращается за кафедру чуть более мрачным, чем был до этого. Студент щурится, соображает: куда он? Кому звонит? Бывшему? Прямо посреди пары? Или звонят ему? Гук фыркает и натягивает капюшон сильнее, погружаясь обратно в мысли: Тэхён противный. Шуток не понимает, приходится извиняться. Младший пытался с ним сблизиться, но их отношения до сих пор остаются формальными. Ученик-учитель. Переспали пару раз, но для Чона это ничего не значит. «Не такой уж он и крутой, чтобы пытаться что-то сделать для него». Быть к нему ближе, чем кто-то другой, например… Видеть его улыбку по утрам… Чонгук хмурится и снова берёт телефон в руки, чтоб найти контакт «красавчик из клуба» — так он записал номер Кима по его собственному желанию в ту ночь. «кто звонил» «твой бывший» «или ключи нашли?» Чон бездумно отправляет несколько сообщений и нервно дёргает ногой под партой, сверля преподавателя взглядом. Следит за реакцией. Ответа долго не следует, студент напрягается и размышляет: Тэхён подбирает слова? Ему важно отношение младшего к этому? Боится обидеть? Преподаватель смотрит на открытый диалог с контактом «парень с виски» и устало трёт переносицу под очками. «Тебя это так волнует? Ключей в клубе нет.» Чонгук кривит лицо и фыркает. «Ага, слова подбирает…» — обиженно думает парень и набирает ответ. «ну и что теперь собираешься делать? ночевать на лавочках или в кроватях обожателей?» «Я уже нашёл отель.» — Ким игнорирует остальные детали чужого сообщения. Он убирает телефон в карман и возвращается к ведению пары. Остаток времени он уже не отвлекается, даже не смотрит на Чона. Ким снова предпочитает игнорировать проблемы. Утром у него не было времени на самобичевание, сейчас тоже. Возможно, Тэхёна накроет вечером, когда он останется один в номере отеля и не найдёт поводов отвлечься. Ким не хочет думать, не хочет разбираться с тем, что чувствует, потому что стрёмно. Он боится осознать, насколько, по сути, непонятно себя ведёт, играя в эти «притяни-оттолкни». И насколько плохо это выглядит со стороны. Со звонком студенты начинают собираться, Чонгук задумчиво бредёт к кафедре и, не стесняясь, садится на преподавательский стол. Ким с ворчанием вытаскивает из-под Чона журнал. — Когда будешь встречаться с бывшим? — Не знаю. — Тэхён пожимает плечами, не поворачивая головы. Он занят поиском кое-чего на рабочем компьютере. Никаких больше лекций сегодня, Ким не выдержит… Вряд ли студенты будут против посмотреть фильм на французском, тем более этот фильм по книжке, на основе которой будут некоторые вопросы в билетах. — Не думал, что у преподавателя может быть… такая жизнь. Перепихнуться по пьяни с учеником, — Чон загибает пальцы, — уже во второй раз. М-м… Потерять ключи, опоздать на свою же пару, встретиться с бывшим из — вау — Франции. Пожалуй, ты самый дикий учитель из всех, кого я знаю. Ким закрепляет нужную вкладку, чтоб не потерять, и наконец поворачивается к младшему. — Поверь, есть учителя и похуже. — Ну, они обычно другие… Просто лживые извращенцы, — зевает Чон. — Давай сегодня не заниматься. Оба устали, толку-то будет? Ты там со своим хахалем поразвлекаешься, я со своей киской дома отлично проведу время. Только одежду мою не запачкайте… Ну, или постирай потом. Тэхён почему-то смеётся. Его поведение выглядит неестественно. Гук мог бы ожидать, что на него снова начнут ругаться или что Ким смутится, но никак не безобидный смех. — Мы друзья, я не сплю с друзьями. Студент щурится на старшего. Взгляд хищный, грубый, в то же время запуганный. Как волк на охоте, когда у жертвы есть все шансы победить. Чон думает: друзья? Тогда что между ним и самим Гуком? Любовники? Они переспали, но не в отношениях, и общаются так обыденно, будто ничего и не было. Чонгук чуть сникает, опустив взгляд. Тэхён ведёт себя странно. Не смущается, не прячет стыдливый взгляд, открыто смотрит в ответ, словно в его памяти стёрлись все волнующие воспоминания. Чон теряется, не понимает, почему его это так напрягает. Он наоборот же радоваться должен, что Ким, кажется, не придаёт ситуации особого значения. — Не знаю, на какие деньги ты собираешься снимать отель на пару дней, если у тебя в планах хотя бы… кушать? Но, — Чон меняет тему, — удачи. Если что, то… — хмуро чешет затылок, будто решая, хочет он говорить дальше или нет. — Я мог бы приютить тебя. Всё равно несколько дней ходить в одной и той же одежде для преподавателя одно и то же, что сразу признаться, что провёл ночь в клубе. — Гук придумывает поводы. — Я не прав? Короче, вот. — Юноша спрыгивает со стола, поправляя толстовку, и смотрит на старшего. — Спасибо, но... — чуть улыбается Ким. Чон невольно кусает губы, не веря: серьёзно? Отказался? — Не хочу мозолить тебе глаза, ты и так видишь меня каждый день в ВУЗе. Тем более кому какая разница, надел я вещи один день или два дня подряд. Студент то ли расстраивается, то ли просто злится, не понимая, почему Ким отказывается. Зачем тратить деньги на отель, если рядом Чон? — Как знаешь. Тэхён остаётся один в аудитории. Ненадолго. Со звонком заходят следующие студенты, Ким, как и планировал, включает им фильм. Под конец дня голова наконец перестаёт болеть, а вот настроение стремительно падает. Юноша сидит на ступеньках университета, прислонившись к высокой колонне, и усталым взглядом сверлит темнеющее небо. Паршиво. Никакой отель он не искал, просто не хотелось навязываться и вновь оставаться с Чоном наедине. — Не думал, что преподаватели имеют привычку ютиться на ступеньках универа, — слышится смешок откуда-то сбоку, Ким резко оборачивается. Хватает секунды, чтобы мрачное лицо озарилось радостью. Юноша быстро поднимается. — Лео! — чуть не сбив парня с ног, Тэхён вешается ему на шею и чувствует крепкие объятия в ответ. — Так сильно скучал? Преподаватель кивает и отстраняется. — По своим ключам. — Ким хитро улыбается. — Как долетел вообще? Устал? Лео не успевает ответить. Из-за угла выбегает двое перепуганных студенток. — Учитель! Учитель! Там… Там мальчики дерутся! Мне кажется, я видела кровь… — Девушка закрывает рот дрожащей рукой, цепляясь за кофту подруги. — На заднем дворе… Тэхён переглядывается с Лео, оба срываются на бег. Драки здесь нечастое явление, но привычное. Обычно учащиеся не заходят слишком далеко, и до преподавателей доходят лишь слухи, что кто-то кому-то дал в глаз. Сейчас ситуация иная. Вряд ли девушки могут быть так напуганы из-за простых разборок. Ким добегает до заднего двора и протискивается через толпу студентов, которые в растерянности следят за происходящим. Один парень лежит на земле, сверху на нём сидит Чонгук и крепко держит за воротник. — Чё, мудила, только трепаться умеешь? — Чон рычит. Одежда грязная, в пыли, где-то даже порвана. Губа разбита, по всему лицу царапины, словно его повозили по земле. Юноша тяжело дышит и замахивается, но ударить не успевает, потому что второй парень хватает его за шею и тянет назад. Чонгук брыкается, хрипит и хватается окровавленными руками за чужую, сжимает с силой, пытаясь освободиться. Гук вымотался, но всё равно находит силы, чтобы резко вдарить затылком по лицу парня и тем самым освободиться. Тэхён пока не решается лезть под горячую руку, его тупо побьют за компанию, а вот Лео в прямом смысле берёт ситуацию в свои руки. Прежде чем Чон бросается с кулаками в бой, Лео успевает его схватить со спины и сразу же крепко прижимает в своеобразных объятиях, чтоб не рыпался. Чон дёргается. — Пусти меня! — кричит он, пытаясь заехать Лео локтем по рёбрам, но не получается, его руки надёжно прижаты чужими. Гук рычит и сплёвывает кровь в лицо лежащего на земле парня, к нему же обращая следующие слова. — Уёбок! Чонгук не хочет успокаиваться, внутри всё кипит от злости, он ничего не слышит и не видит. В голове только одно желание: набить морду своим обидчикам, превратить их лица в кровавое месиво и заставить харкать кровью. Ему наплевать, что вокруг толпа людей, плевать, что о нём подумают, но спесь сама по себе сбивается, когда краем глаза он замечает Тэхёна. «Блядь». Ким вместе с парой других студентов оттаскивает двух парней подальше от младшего, терпя чужие маты и попытки вырваться. — Заткнулись оба! — рявкает преподаватель, оставив парней валяться на земле. Те смотрят ошарашенно. — Вы что здесь устроили?! На пары мы не ходим, а на это время есть?! Ещё одна такая выходка — и ваши фамилии будут лежать у деканата на столе с заявлением на отчисление, — чуть ли не рычит Тэхён. — Валите отсюда, пока вас никто не увидел. — Всё нормально?.. — аккуратно интересуется Лео, отпустив Гука. Тот нервно осматривает своего «спасителя», который на голову его выше и чуть ли не в два раза шире. — Нет, не нормально! — прогнав оставшуюся толпу, Ким обращает свой гнев уже на младшего. — Ты, безмозглый идиот, какого чёрта ты лезешь в драку с кучкой перекачанных придурков?! — Потише, у него кровь вообще-то. Тэхён трёт лицо руками в каком-то разочарованном жесте, выдаёт раздражённое «отлично, давай, защищай его!» и выдыхает. Чонгук открывает рот, отворачиваясь, и двигает челюстью, проверяя её подвижность. Он злобно смотрит на старшего исподлобья, Ким тушуется. Чон выглядит… опасно. Он всё ещё не пришёл в себя, ему всё ещё хочется набить кому-нибудь рожу, но поднять руку на Тэхёна он не смеет. Парень сжимает руки в кулаки и шумно выдыхает через нос, пытаясь унять дрожь в теле. Рукавом толстовки он небрежно стирает с лица кровь. — Мы идём в медпункт. — Ким достаёт из кармана ключи. — Я домой, — негромко отвечает Чон, подняв с земли рюкзак. — Нет, даже не надейся. — Преподаватель встаёт перед Чоном и скрещивает руки на груди. — Либо ты прямо сейчас идёшь вместе со мной, либо у тебя будут большие проблемы. Чонгук делает шаг вперёд, вставая к старшему вплотную. Дышит тяжело, смотрит прямо в глаза, гневно и яростно, намекая, что Киму следует отступить, заткнуться и перестать командовать, но он остаётся на месте. — Решайте быстрее, там кто-то идёт… — спокойно говорит Лео, выглянув за угол. Вдалеке виднеется силуэт охранника. Чон какое-то время продолжает играть в гляделки, но сдаётся. Как минимум, теперь он не может уйти, не попавшись охраннику на глаза. А это чревато бóльшими последствиями, чем злой преподаватель. Хотя спорно. В здании университета тихо, только в некоторых кабинетах первого и второго этажей идут консультационные занятия, и то, подходят к концу. Ким отпирает дверь, включает свет в медицинском кабинете и начинает копаться на полках. Тэхён выглядит хмурым. Он злился не из-за того, что Чон его разочаровал или выбесил своим поведением, просто… Он обеспокоен. И не понимает, как адекватно выражать эту обеспокоенность, они ведь с Чоном даже не друзья. Юноша выдыхает и, достав аптечку, ставит её на стол. — Если тебя волнует, что за мужик с нами таскается, спешу вас познакомить. Чонгук, это Лео, мой друг. Лео, это Чонгук, мой студент. — Студент? — Лео ухмыляется. — Заткнись. Чону приходится поднять глаза наверх, чтобы посмотреть на лицо парня. Точнее, даже мужчины. Он неловко кланяется в знак приветствия, вспоминая, как минутами ранее пытался ему вмазать. Гук думает, что при необходимости Лео уложил бы его на лопатки секунды за две и глазом не моргнув. В голове вертятся шестерёнки: друг? Лео? Имя, кажется, не корейское… «Бывший, значит», — понимает студент и подходит к раковине, чтобы смыть с лица кровь. Кожу неприятно щиплет, Чон стискивает зубы. Всё ещё хочется уйти домой, но он лишь выдыхает и неохотно садится прямо на стол, чтобы Киму было удобнее. Наверное, стоит сказать спасибо, потому что в домашней аптечке парня лежит максимум аспирин и пара пластырей. Да и аптечкой это назвать тяжело: так, коробка с барахлом. — Можешь… лёд дать? — негромко просит Чон. Через пару секунд ему в руки прилетает небольшой холодный пакет, который Гук прикладывает к торсу под толстовкой. Ёжится, но терпит. Тэхён возвращается к столу и немного тормозит, соображая, как ему подобраться поближе. В итоге он встаёт между ног младшего и аккуратно касается лица, осматривая. Без запёкшейся крови ситуация выглядит чуть лучше, чем предполагалось. Он смачивает марлю перекисью и бережно проходится возле ран, на что Чон тихо шипит, взявшись руками за край стола. Иногда вздрагивает, резко вертя головой. — Если ты и дальше будешь так дёргаться, я ткну тебе в глаз. Случайно или нет — решай сам, — заверяет Тэхён. Студент кусает щёку изнутри и крепче сжимает пальцы на краю стола. — Голова не кружится? Не болит? — Ким убирает чёлку с чужого лба и чуть наклоняется, чтоб лучше видеть масштаб бедствия. — Немного… — Могу я вообще спросить, с чего всё началось? — Преподаватель наклоняется ещё ниже, сдвинувшись на секунду в сторону, чтобы дотянуться до пачки обезболивающего, что лежит за спиной младшего. — Налей воды в кулере, — просит он Лео. Чонгук не хочет отвечать. Слишком стыдно: началось с пустяка. Даже думать об этом не хочется, потому что его больше волнует стоящий так близко Тэхён. Юноша кожей чувствует его дыхание, ненадолго заглядывает в серьёзные глаза старшего и прикрывает свои, когда подаётся вперёд. Чон утыкается холодным носом куда-то в район чужой тёплой щеки, преподаватель замирает. Рука с марлей нелепо застывает в воздухе, Ким теряется. Этот жест выбивает у него почву из-под ног, потому что Чон волнует. Во всех смыслах. И то, что он делает сейчас, кажется более интимным, чем секс на подоконнике клуба. Лео ставит на стол стакан воды и садится в кресло в конце кабинета, с завидным интересом начав листать новости в телефоне. — Они попросили у меня сигарету. Я не дал. Они сказали, что это неуважение к сонбэ и теперь им придётся меня проучить. Разве я мог пропустить это мимо ушей? Какие-то придурки должны учить меня уважению? — Чон ведёт головой, скользя кончиком носа чуть выше. Голос спокойный, тихий. Тэхён бегает глазами по помещению, сглотнув. К горлу подступает странная паника, потому что чувств вдруг становится слишком много. — Неужели я выгляжу таким беспомощным?.. — Чон отстраняется и уже нормально смотрит на старшего. Без агрессии или ярости. Как обычно. Снова подаётся вперёд, явно намереваясь поцеловать. Тэхён невольно отстраняется назад и задерживает дыхание, но ничего не происходит. Гук разочарованно утыкается взглядом в пол. Губа разбита. Будет больно. — Нет, — выдыхает Ким, нахмурившись. Чон слышит смятение в его голосе, но игнорирует. Понимает, что старший просто смутился. Другой реакции Гук и не ждал, но всё равно немного огорчается, что на все эти нежности преподаватель лишь сводит брови к переносице. Ким ещё тормозит пару секунд, после чего безжалостно прикладывает влажную марлю к чужому лбу и отходит. Студент шипит и морщится. — Сам справишься. — Ну за что же ты так со своим студентом? — слышится голос Лео издалека. — Ещё одно слово — и я выставлю тебя за дверь. Гук запивает обезболивающее и уже не смотрит на старшего, когда тот возвращается, чтоб наложить повязку. Вредничает. Чон не в настроении ссориться или ехидничать, он в настроении сдохнуть в канаве, и даже этого Ким не допустил. — Тот факт, что тебя побили, ещё не отменяет занятия. Надеюсь, ты помнишь про книжку? Чонгук вопросительно выгибает бровь. Если таким образом Ким хотел напомнить младшему про их отношения ученик-учитель, у него это получилось. На деле, Тэхён просто забивает тишину, но более этого не требуется: он заканчивает с повязкой и отстраняется, позволяя Чону слезть со стола. — Извините за доставленные неудобства, сонсэнним, — холодно говорит студент и, оставив на столе уже подтаявший пакет со льдом, проходит к выходу. — Не стоило драться на территории университета. Такое больше не повторится. Приятно было познакомиться. — Юноша слабо кланяется в сторону Лео. — Разрешите уйти. — И возвращает взгляд на Тэхёна. Ким не понимает: с каких пор Чон начал разговаривать настолько формально? — Разрешаю, — с такой же интонацией отвечает преподаватель, подойдя ближе, и закрывает двери медпункта у Гука перед носом. Выдыхает. Хочется себя чем-то занять, поэтому первым делом Ким убирает всё на места, а потом находит в одном из ящиков папку с какими-то документами и принимается сосредоточенно её листать. — И что это было? — спустя пару секунд тишины спрашивает Лео. Он бодро поднимается с кресла и с улыбкой подходит к Киму, словно подружка-сплетница. — Он же не просто твой студент, тут что-то большее, я прав? Ким смотрит на него убийственно и нервно пьёт воду из стакана, надеясь, что друг всё поймёт по взгляду и отвяжется, но это так не работает. Преподаватель трёт переносицу под очками, усевшись на стол. — Мы переспали пару раз. Случайно. Точнее… Во второй раз я сам по сути полез, но я был ужасно пьян. И какая к чёрту разница! — Обычно те, с кем ты спишь, не парят тебя настолько сильно. К тому же, — Лео весело дёргает бровями, — случайно? Два раза? Было к чему возвращаться, м? — Отвали, с таким же успехом… — Но я прав! Ким закатывает глаза, уже видя, как друг расплывается в победной улыбке, потому что знает ответ на свой вопрос. Они не первый год знакомы, Лео и взгляда хватит, чтоб понять, что происходит в чужой голове. — Ну… да… — Преподаватель тушуется. Дверь медленно открывается со скрипом, в проёме стоит Чонгук. — Я… телефон забыл! — кивает сам себе юноша, проходя в кабинет, и смотрит на преподавателя, закрывшего лицо рукой. Покраснел. Удивлён. Шокирован. Улыбка сама просится на лицо, Гук и не сдерживается. Приятно знать, что тебя как минимум хотят. Студент подходит ко столу, на котором действительно оказывается забытый телефон, суёт его в карман, но не спешит уходить. Задерживается рядом с Тэхёном, специально встав поближе. Тот страдальчески заламывает брови, всем своим видом показывая, что он не готов слушать радостные вопли Чона. — Ва… Сонсэнним. — Голос младшего звучит уже более живым и уверенным. — Когда университет пуст, слышимость така-ая хорошая! Я и не знал! Спасибо, приятно слышать, — нагло усмехается Чон, отойдя. Ким начинает закипать: он зол и смущён одновременно. — И ещё… — Гук приподнимает толстовку, показывая не только синяк, но и весь рельеф мышц. — Уже стало получше, не думаешь? — Студент расплывается в улыбке и, как девчонка, за которой поглядывали, «смущённо» тянет толстовку вниз двумя руками, хихикая. Он тут же берётся за живот. — А-хах… Только не бей меня! — между смехом говорит Чон, прикрыв голову рукой, когда Ким замахивается на него папкой. Чон с опаской отходит подальше. — Я серьёзно, мне всё ещё хреново. — Пошёл вон! — раздаётся крик на весь кабинет, и Чонгук поспешно ретируется, не переставая хихикать, потому что в него всё же прилетает папка, отчего документы оказываются на полу. Дверь закрывается, преподаватель бьёт кулаком в стену. — Бесит! Сука! Бесит он меня! — Тэхён ходит кругами, выпуская пар, пока Лео собирает за ним разлетающиеся бумажки. — Терпеть не могу этого придурка! Самодовольный кретин! «Посмотрите какой у меня пресс»! — передразнивает Ким. — Ты терпеть его не можешь, при этом отмазываешь от проблем и бегаешь вокруг него с пластырями? Серьёзно, Тэхён, в чём твоя проблема? — смеётся Лео и ойкает, получив по голове папкой. Преподаватель ничего не говорит, выдыхает грузно и надевает куртку, сразу направляясь к выходу. Щёки горят, Ким яростно трёт их руками. — Да подожди ты, куда ты так бежишь… — ворчит Лео, закрывая кабинет на ключ, и догоняет злобную фигуру Тэхёна. Тот не сбавляет шаг. Выходит из университета, заметив на скамейке Чона, но старательно игнорирует чужое существование. И всё же парень оборачивается через плечо, одними губами произносит «бесишь» и идёт дальше. Чонгук хватается за сердце и максимально театрально разваливается на лавочке. Ким фыркает. Гуку весело с ситуации. Он никогда не видел старшего настолько злым, но не чувствует в этом угрозы. Чужое возмущение, кажется, было слышно на весь этаж, и Чон до сих пор не может перестать тупо улыбаться, наблюдая за агрессивной походкой Тэхёна. Студенту почему-то хочется, чтобы старший влюбился в него. Чтобы звал помочь с учебниками в лаборантской, на деле затаскивая за дверь для поцелуя. До этого ещё далеко, но у Чона стойкое ощущение, что начало положено. Юноша так и лежит на скамейке, смотря в небо и думая, как добираться до дома. Последние деньги он потратил на такси сегодня утром. Тэхён садится в машину друга на заднее сиденье с хмурым видом и складывает руки на груди, не понимая, почему Лео так долго стоит снаружи, да ещё и с открытой дверью. Холодно. — Садись, подвезу тебя! — кричит Лео, махнув Чонгуку рукой. Ким шокированно распахивает глаза и смотрит на друга, как на умалишённого. Он высовывается вперёд, дёргает парня за пальто. Чонгук резко поднимается на ноги и направляется к машине, даже не думая отказываться. Если минутами ранее Чон с подозрением относился к Лео, то сейчас испытывает исключительно положительные чувства. Красивый, высокий, сильный! Да ещё и до дома подвезёт! — Ты не можешь просто взять и подвезти его! — шипит преподаватель, начав щипаться. — Это всё ещё моя машина, — напоминает Лео, перехватив чужие руки. — Больно! — Ну и что? — обиженно говорит Тэхён и ещё больше высовывается, чтобы укусить Лео за запястье. Тот отпускает руки. — Ай! — Даже не думай! Я серьёзно! — Ким тянет друга за пальто, пытаясь затащить в салон. — Поехали домой, пожалуйста, я хочу спать, а ты заставляешь меня нервничать! — Не я, а тот студент, верно? — Я просто не пущу его в машину… — гневно шепчет Тэхён и, захлопнув дверь, нажимает кнопку блокировки. Слышится пиканье, дверь открывается. — У меня всё ещё есть метка, без неё ты никуда не уедешь. Ким закатывает глаза и падает обратно на заднее сиденье, когда видит подошедшего Чона. — Спасибо большое! Могу я звать тебя «хён»? — Чонгук похож на взволнованного ребёнка, когда Лео кивает, и обходит машину. — Я на заднее сяду, хорошо? — Конечно. Тэхён с неверием пялится на открывающуюся дверь. — Нет, я не хочу, ты всё ещё можешь сидеть… — Чонгук с довольной улыбкой заваливается на сиденье, — сзади… Преподаватель обречённо выдыхает и отворачивается к окну. — Да ладно, забей. — Чон говорит уже более спокойно. Под «забей» он имеет в виду тот факт, что слышал весь диалог в медицинском кабинете. — Взаимно, кстати. — Просто заткнись, — бормочет Ким, максимально отодвинувшись от младшего. Он поднимает воротник кожаной куртки, чтобы совсем спрятаться, и упирается лбом в холодное окно. Чон пожимает плечами и направляет своё внимание на Лео, который уже уселся в машину и теперь выезжает с парковки. — Хён, хён, — начинает парень, чуть приподнявшись, и держится за спинку переднего сиденья, немного выглядывая. Лео с интересом смотрит на него через зеркало заднего вида. — Почему у тебя машина здесь? Тэхён говорил, что ты, вроде, во Франции живёшь. У тебя хватает финансов на две машины? Или она просто пылится здесь, дожидаясь твоего приезда? — Я часто езжу сюда, машина у родителей стоит. Они иногда ездят на ней, так что не пылится, — улыбнувшись, отвечает парень и возвращает взгляд на дорогу. Его забавляет чужое любопытство, Чон кажется совсем юным со своими большими любознательными глазами и искрящимся в них восторгом. — И сколько тебе лет? Кем работаешь? — Двадцать девять, работаю в одной компании… По туризму. — Лео решает умолчать, что является её генеральным директором, не имея привычки распространяться про работу. — Путешествовал много по молодости, вот и заинтересовался. Ким фыркает и надевает наушники, пытаясь поспать. Он эмоционально вымотался и уже почти ничего не испытывает. Чонгук косится на него и аккуратно тянет его за куртку, привлекая внимание. Студент хлопает себя по плечу, предлагая лечь. — Не болит, — негромко говорит он и возвращается к разговору к Лео, оставляя Тэхёна решать, позволит ли ему гордость принять это предложение. — Круто! — Чон немного завидует, ему тоже хотелось бы иметь хорошие отношения с семьёй, но этого уже не случится. Завидует, но не расстраивается. Нет смысла. Ким кусает губу в задумчивости: «Да какая вообще разница…» Преподаватель ложится головой на колени Чона, чем вызывает у последнего растерянность. Студент глупо смотрит на старшего, приподняв руки, не понимая, куда их деть. Двигаться боится: вдруг Киму это не понравится и он нарычит на Гука? Впрочем, Тэхён вроде выглядит безобидно, даже мило, поэтому Чонгук аккуратно кладёт руку в район груди и выдыхает. «Красивый». Чон ещё не видел его спящим и сейчас испытывает очень странные чувства, рассматривая чужое умиротворённое лице без единой эмоции. Ни злости, ни смущения, ничего. Только усталость, едва заметная по нахмуренным бровям. Тишина в машине затягивается. Чон не удерживается и касается преподавателя. Осторожно поглаживает указательным пальцем линию челюсти и, не видя негативной реакции, позволяет себе провести уже всеми пальцами. Тэхён чуть запрокидывает голову, подстраиваясь под мягкие касания. — Двадцать девять? — вспоминает Гук и смотрит на Лео. — Я бы больше двадцати пяти не дал. Как думаешь, сколько мне? — Лет восемнадцать? — Девятнадцать! — возмущённо произносит студент, удивляясь ответу, а Лео хрипло смеётся. Гук улыбается. — А как вы с Тэхёном познакомились? — М-м. Познакомились мы во Франции, он был студентом по обмену. Носился по площади перед Лувром и кричал на американцев, — усмехается парень. Чон хмыкает, думая, что старший не сильно изменился за это время. — И ты решил его усмирить? — Ну, почти. Там долгая история, если честно. У него не задался день, ещё и парни какие-то донимали. А я проходил мимо и на свою голову решил вмешаться. Полчаса ругани, и мы пошли пить кофе. И когда я говорю «полчаса», я не шучу. — Чон весело вскидывает брови, внимательно слушая. — Он тридцать минут кричал на меня на французском, пока не понял, что мы, оказывается, в одном городе живём. Потом кричал на корейском. — Лео смеётся вместе с Чоном. — Я устал это слушать и спросил что-то совсем абсурдное, знаешь… «Если ты заткнёшься, я куплю тебе кофе». На удивление сработало. Что насчёт тебя? Как познакомились? — Э-э. Мы познакомились в клубе и переспали. Не так романтично, как у вас, но… — студент пожимает плечами, — как есть. Потом оказалось, что это мой препод по французскому. А потом, что он живёт со мной в одном доме на этаж ниже. А потом снова встретились в клубе, напились и снова переспали. Буквально… вчера? Да, вчера. — Может, судьба? — Лео смешливо играет бровями, посмотрев на младшего через зеркало заднего вида. Чонгук усмехается, поражаясь тому, насколько легко Лео говорит о таких вещах. Видимо, у них с Кимом действительно не осталось ничего, кроме хорошей дружбы. Лео не ведёт себя, как ревнивый бывший, он много шутит и много рассказывает, кажется, только поощряя намерения Гука сблизиться с ворчливым преподавателем французского. Тэхён немного ворочается и достаёт из кармана куртки пачку сигарет, тут же ловя на себе возмущённый взгляд друга, когда щёлкает зажигалкой и затягивается. — Ты не можешь лежать в моём салоне и курить! — Пепельницу дай, — безразлично отзывается Ким, вытащив один наушник, на что Лео разочарованно выдыхает. — Держи, Ромео. — Лео вручает ему пепельницу. Чон в изумлении смотрит на преподавателя и приоткрывает окно. Сегодня явно день открытий, потому что Чон никогда не видел Тэхёна таким злым, как получасом ранее, и таким спокойным, как сейчас. Юноша осторожно забирает сигарету из чужих рук, затягивается и возвращает уже в губы. Ким выдыхает дым прямо в чужое лицо, отчего Гук морщит нос и фыркает. — Хён, получается, ты говоришь на нескольких языках? На двух? Трёх? — Чонгук снова обращается к Лео, тот кивает. — Французский и английский, не считая родного, естественно. — Aimez-vous autant lui parler? Tu devrais peut-être aller à un rendez-vous? — устало бормочет Тэхён и вопросительно вскидывает брови, поймав на себе взволнованный взгляд младшего. Чон немного наклоняет голову в бок, на секунду выпав из реальности. Чон находит низкое звучание чужого голоса… сексуальным. Впервые французский кажется ему действительно красивым языком, даже… возбуждающим? Чонгук быстро переводит внимание на Лео, не желая думать о хриплом голосе Тэхёна дольше секунды. — И что это значит? Я как бы калека в изучении французского, никто не поможет? — На свидание тебя приглашает, — хмыкает Лео. — Врун! — ворчит Ким и щипает Чона, увидев его восторженные глазки. — Ай! Меня-то за что? — Deux imbéciles… — Тэхён тушит сигарету в пепельнице и недовольно мычит, когда младший запускает пальцы в его волосы в попытке прекратить ворчание, но не уворачивается. Замолкает и прикрывает глаза. — Хён, когда мы приедем, ты останешься у Тэхёна? — Да, я почти всегда остаюсь у него, когда приезжаю. — Диван сам разложишь, — тихо отзывается Ким, млея под мягкими касаниями студента, но снова хмурится. — И почему его ты называешь хёном, а меня нет? Вы знакомы полдня. — Юноша складывает руки на груди. — Может, мне лучше называть тебя «оппа»? — хихикает Чонгук, слабо сжав кончик носа старшего двумя пальцами. Преподаватель мотает головой и недовольно фыркает, снова пытаясь ущипнуть Гука, но тот вовремя перехватывает руку. — Если я привыкну называть тебя «хён»? Что будет, если я на лекции тебя так назову? А? Если я скажу «Тэхён», то смогу добавить «-щи», и всё будет хорошо. Ты подумал об этом? Сам знаешь, что, если кто-то узнает хотя бы малую часть наших взаимоотношений, ничем хорошим это не закончится. Может, в следующий раз меня изобьют студентки? Возможно, мне стоит быть внимательнее. Ким сверлит младшего взглядом, понимая, что тот прав, но не желая принимать поражение. — Не смотри на меня так. — Чон выставляет над глазами преподавателя ладонь, за что снова получает щипок. Машина останавливается. — Хватит щипаться! Вставай давай, мы дома. В последний раз взъерошив чужие волосы, студент открывает дверь и аккуратно встаёт, придерживая Тэхёна. Пока преподаватель собирается с силами, а Лео глушит мотор, Чонгук останавливается возле подъезда и лезет в рюкзак за пачкой сигарет. Вместо неё он находит нетронутую банку колы и радостно улыбается. — Класс! Щелчок, шипение… Чон обливается и слишком поздно вытягивает руку вперёд, бессмысленно пытаясь отстраниться от выливающейся во все стороны колы. Сбоку слышится вздох. — Кажется, мы идём ко мне пить чай. — Преподаватель достаёт из кармана Лео пачку салфеток и подходит к младшему, чтоб вытереть лицо. Хотя бы не так неприятно будет. — И менять повязку. — Я не умру от этого, какая разница? — искренне недоумевает Чон, но позволяет Киму нянчиться с ним. Обычно юноше неловко от этого, он не любит, когда в его сторону проявляют заботу. Не привык, наверное. Отношения с родителями у него даже не натянутые, их просто нет. Мать он в лицо не знает, отец… очень своеобразный, чёрствый человек. — Умрёшь. Я помню содержимое твоей аптечки. Вместо повязки пачку сигарет ко лбу приложишь, м? — Тогда мне надо будет помыть у тебя голову, сменить одежду… И, скорее всего, мне придётся раздеть тебя. — Чон имеет в виду, что мог бы забрать у старшего свои вещи, что дал утром. Всяко лучше, чем тот ужас, в котором он сейчас. — Ладно. — Ким пожимает плечами, выкинув салфетку в мусорку, и достаёт ключи, тоже из кармана Лео. На секунду тушуется. — Я оставил рубашку в лаборантской… У меня где-то твоя футболка лежит. Лео, заходя в подъезд, вопросительно выгибает бровь. — Был дождь, я зашёл вернуть зачётку. — объясняет Тэхён, но сталкивается только с большим непониманием на лице друга. — Чон выронил её на моём диване. — Лео ещё выше вскидывает брови, ожидая подробностей. — Он был… Да какая вообще разница? Отстань от меня… Парни выходят на девятом этаже, Ким открывает дверь. — Я зайду к себе за толстовкой? Заодно кофту твою верну. — Чонгук уже отходит к лестнице, но старший берёт его под локоть и тащит в квартиру. — Я тебе не доверяю. Вдруг убежишь? Студент закатывает глаза, но улыбается. Его забавляет то, как Тэхён проявляет заботу. Очень завуалированно, с ворчанием, немного агрессивно даже. Чон снимает обувь, когда его отпускают, и сразу же уходит в ванную. Ему нужно смыть с себя липкую колу и переодеться. Чонгук бросает на пол пыльную толстовку, следом джинсы и включает воду. Тэхён снимает обувь, вешает куртку и проходит на кухню, соображая, что надо сделать. В голове проносится грузное «бля-ядь», потому что Ким устал и его хватает только на то, чтобы найти сменную одежду и налить воду в чайник. Он останавливается посреди кухни с хмурым лицом и дёргается сначала в одну сторону, потом делает шаг в другую, не определившись с порядком действий. — Не парься. — Лео забирает чайник у преподавателя, тот выдыхает. Ким подходит к ванной и, постучав, проходит за дверь. Чонгук тушуется под внимательным взглядом старшего, пока тот рассматривает на его теле синяки. — Выглядит отстойно, — задумчиво говорит Ким, вручив студенту чистую одежду. — Попей пока чай, я в душ. Чон фыркает и уходит, быстро одеваясь уже в гостиной. Он надеялся на какую-то более жизнеутверждающую реакцию, Ким ведь так смущался в университете, когда Гук всего лишь поднял толстовку. А сейчас… «Выглядит отстойно». Чонгук бурчит себе под нос и разваливается на диване, взяв чашку чая. Тэхён выходит минут через десять уже в домашней одежде и садится рядом с младшим. Чон щурится. Думает пару секунд и укладывается на чужие колени, морально готовясь к тому, что его скинут, но ничего не происходит. Ким только мычит недовольно и подкладывает ему подушку под голову. — У тебя волосы мокрые, бессовестный. — Преподаватель тянется ко столу, немного прижимая младшего, и тоже берёт себе чай. Правда, это чашка Лео, но не важно. — А у тебя сердце холодное, я же не жалуюсь. Тэхён щипается. — Да ну блин… — хнычет Гук, обиженно надув губы. — Лео, принесёшь аптечку? — Я вообще-то занят. — Она в шкафчике слева. Парень вздыхает, понимая, что ему не позволят спокойно приготовить небольшой ужин, и отвлекается. Недолго копается в шкафчиках и приносит Тэхёну аптечку. — Ты выпил мой чай? — Нет, — спокойно отзывается преподаватель, отдав другу пустую чашку. — Невероятно… — Лео уходит обратно на кухню и возвращается к своему занятию. За время их общения Тэхён ни капли не изменился, всё ещё много командует, много ворчит, но Лео настолько привык, что почти не обращает внимания. Если бы его это напрягало, они бы не были друзьями. Преподаватель кладёт аптечку рядом с собой и открывает, молча занявшись раной на лбу Чона. Старается касаться как можно аккуратнее, Гук терпит. Поджимает губы, пытаясь не показывать, что ему больно, но в какой-то момент не выдерживает и перехватывает руку старшего. Выдыхает. Тэхён ждёт. Смотрит на младшего сверху вниз и невольно краснеет, потому что Чон смотрит в ответ. Долго. Не отводит взгляд, даже когда Ким возвращается к ране. Следит за каждым движением, будто это помогает отвлечься от болезненных ощущений. Студент в который раз ловит себя на том, что засматривается, поэтому быстро поднимается на ноги, когда Ким заканчивает. — Мне ещё надо кое-что обработать. Я отойду в ванную? Не то что я тебе не доверяю, просто… — Юноша оттягивает край домашних штанов и шлёпает резинкой. — Даже спрашивать боюсь, — весело усмехается Тэхён, протянув ему аптечку. — Это не то, о чём ты!.. Да пофиг, короче… Чонгук уходит, старший наконец свободно ложится, вытянувшись во весь рост на диване. Скопившаяся за день усталость даёт о себе знать тяжестью в теле и сонливостью. Ким старается держать глаза открытыми, смотрит в потолок, вслушиваясь. В квартире приятная тишина, только на кухне слышатся шорохи и приглушённая музыка с телевизора. Прохладно. В одно из окон пробирается ночной ветер. Тэхён вспоминает каждое событие сегодняшнего дня и в который раз удивляется тому, насколько странной стала его жизнь. Думает о Чоне, о том, что их связывает. Брови сводятся к переносице: преподаватель понимает, что связи никакой и нет. Почти. Только какие-то спонтанные яркие чувства, которые напоминают Киму подростковый возраст, когда в голове гуляет ветер и хочется окунуться в человека с головой. Даже если ничего о нём толком не знаешь. Тэхён выдыхает и признаётся сам себе, что действительно хотел бы знать о младшем больше, чем следует. И эта мысль немного пугает. Юноша берёт телефон и отвлекает себя листанием почты, проверяя, нет ли там чего важного. — Подвинься… — негромко раздаётся над ухом, Ким вздрагивает, не заметив, как Чон вышел из ванной. Преподаватель ложится на бок и вопросительно смотрит на Гука. Тот укладывается рядом, сползает вниз, уткнувшись куда-то в грудь, и приобнимает. — Я уйду через пять минут… — Эй… — ворчит Тэхён, опустив взгляд на чужую макушку. Чон только обнимает сильнее, намекая, что никуда не уйдёт сейчас. Ким выдыхает. — Пять минут. И домой, — серьёзно говорит преподаватель, вернувшись к телефону. В диалогах висит куча непрочитанных сообщений, на почте уведомления от университета, которые тоже было бы неплохо глянуть, и Ким честно старается. Как может фокусирует сонный взгляд на буквах, кому-то даже отвечает, но надолго его не хватает. Если минутами ранее Тэхён был более бодрым из-за холода в квартире, то сейчас его невыносимо клонит в сон из-за тёплого Чона под боком. В какой-то момент срабатывает то самое чувство, когда кажется, что ты закрыл глаза ненадолго, чтобы вздремнуть, а в итоге… засыпаешь. Время идёт, пять минут давно закончились, и Чон думает, что Тэхён, видимо, так сильно ударил его, что Гук впал в кому и умер, иначе невозможно объяснить, почему он до сих пор лежит на диване без плачевных последствий. Студент слышит тихое сопение и решает, что полежит ещё немного. — Хотите поесть? Я там ужин… — Лео заходит в гостиную и замолкает на полуслове, удивлённо вскинув брови, когда видит двух спящих парней. Думает, стоит ли их будить, но останавливается на варианте накрыть их пледом и выключить свет. Пусть утром сами разбираются, это не его дело. Лео ещё около часа занимается своими делами и уходит спать, даже радуясь такому раскладу событий: обычно он располагается на диване, а сегодня придётся занять спальню Кима. Что ж, ему не в тягость. Ночь тянется долго. Тэхён просыпается около двенадцати дня и сонно смотрит на настенные часы, соображая, проспал ли он, где он и с кем. Обнаруживает себя на краю дивана и, повернувшись к спинке, натыкается взглядом на Чонгука. Заторможено моргает. Закрывает глаза обратно. Ким не паникует, не ворчит, просто тычется прохладным носом в шею младшего и натягивает плед повыше, закрываясь с головой. Последнее, что он помнит, — как пытался не уснуть вчера и чужое «пять минут». Тэхён ещё не проснулся до конца, он ни о чём не думает, да и не хочет. Главное, что пары у него во второй половине дня. Это единственное, что присутствует в голове преподавателя на данный момент. Парень прижимается ближе к Чону в поисках тепла и запускает руки под его футболку. Гук ёжится. Чонгук не сразу понимает, почему стало холодно. В полудрёме он пытается повернуться, но не получается, отчего сон как рукой снимает. Юноша растерянно осматривается и заглядывает под плед. Опускает обратно. Постепенно приходит осознание ситуации: он уснул в квартире Тэхёна. В обнимку. Провёл целую ночь в миллиметре от старшего, мог чувствовать его сердцебиение, да и сейчас чувствует, потому что Ким лежит вплотную. Чон начинает нервничать. Он старается отвлечься от мыслей на что-то будничное, но руки старшего на животе не позволяют. Если бы это был не Тэхён, первое действие, которое приходит Чону в голову, — ударить по рукам и отодвинуться. Гук поджимает губы. Он почему-то в жутком смятении, даже не знает, стоит ли ему трогать Кима, поэтому убирает руки и неловко держит их в воздухе. От одной мысли, что они с Кимом спали вместе просто так, трезвые, по своей инициативе, невольно щемит в груди. Мысли в голове начинают ускоряться вместе с сердцебиением. Так не пойдёт, так не правильно, вдруг Тэхён услышит? Он слишком близко. У Чона начинаются непонятные симптомы вроде тахикардии, и он аккуратно поднимается с дивана. Очень неестественно, через спинку, стараясь не разбудить Кима, который начинает ворочаться из-за исчезнувшего источника тепла. Чонгук громко выдыхает и в панике закрывает рот рукой, почему-то очень боясь встретиться со старшим взглядом. Он торопливо выходит в прихожую и натягивает кроссовки, едва не падая. Происходит что-то странное, и Чон не может это контролировать. Тревожно. Его пугают эти ощущения, он не хочет вдумываться в причины, потому даже без долгого анализа догадывается, в чём дело. Простая симпатия, кажется, становится чем-то большим. Лео молча наблюдает за происходящим с кухни. Чон выглядит так, словно убил человека и теперь убегает с места происшествия. Что ж! Добрый хён не будет мешать. Парень ставит чайник и достаёт из холодильника еду, видя, что Ким уже поднялся с дивана. Тэхён кутается в плед и трёт заспанные глаза, пытаясь прийти в себя после долгого сна. Он не сразу понимает, куда делся Чон, но на кухне его нет, поэтому Ким плетётся в прихожую. — Чонгук?.. — хрипло говорит юноша, смотря на Гука в замешательстве. Он подпирает стену плечом и фокусирует взгляд. — А?.. — Студент замирает в нелепой позе на пару секунд, в панике подняв на Кима глаза. — Ты уже проснулся?.. Я это… — Чон резко разворачивается и уходит в ванную, чтоб забрать свою одежду. — Я убегу по делам… — вернувшись, тараторит он. — У братана там мутки какие-то с… С кем-то. Надо помочь, понимаешь? Поэтому я, да… Я пойду. Вот. Чонгук стоит прямо, руки по швам, словно в армии. Он хлопает себя ладонями по бёдрам и кивает сам себе, не понимая, насколько глупо выглядит его лицо, когда он врёт. Ким скептически выгибает бровь. — Спасибо за гостеприимство, все дела… Было приятно. Познакомиться с Лео. Короче, пока, Тэхён, пока, Лео! — Студент выметается из квартиры со скоростью света и скорее добегает до своей, не думая о том, что внизу будет отлично слышно хлопок двери. Парень оседает на пол, в голове каша. — Бля-ядь… — вымученно тянет он, закрыв лицо руками. Чонгук конкретно вляпался из-за своего упёртого характера и теперь не в состоянии столкнуться с последствиями. Ему нужно время подумать, расставить всё по полочкам. Он ведь не думал, когда лез к Тэхёну, даже не пытался остановиться и задать себе вопрос: «Зачем и ради чего?» Юноша стягивает ботинки, подтягивает колени к груди и утыкается в них лбом. Чонгук не может влюбиться, ему это кажется невозможным. Тэхён старше на семь лет, к тому же… К тому же… Парень страдальчески заламывает брови, не в состоянии придумать ещё что-нибудь. На семь лет старше, так ещё и его преподаватель! Получается неубедительно. Чон поднимается на ноги и уходит на кухню, с грузным вздохом оседает на подоконнике. Закуривает. Думает. У Тэхёна ведь такой бывший, Чон и рядом не стоял! Высокий, в отличной форме, в отличие от студента, который с каждым днём всё больше и больше пропивает не только печень, но и, видимо, мышцы. Лео при деньгах, терпеливый. «И почему они расстались?» — фыркает Чон, сидел бы Тэхён в своей Франции и не трепал бы нервы всяким студентам. Чон прислушивается. Не к звукам вокруг, а к себе, к своим ощущениям, когда думает о старшем. Чувствует, как сердце нелепо сбивается с ритма, а голова начинает гудеть, стоит мыслям углубиться. По началу Ким зацепил одним лишь красивым личиком, и студент упустил момент, когда проникся Тэхёном именно как человеком. Этим невыносимым характером, очаровательным смехом и пронзительным взглядом, от которого в последнее время бегут мурашки по коже. Юноша скулит, снова утыкаясь лбом в согнутые на подоконнике колени. В таком положении он проводит около получаса. Сигарета истлевает, пепел осыпается на пальцы, стол. Чон выкидывает окурок в пепельницу и сосредоточенно смотрит перед собой. Если бы Тэхён ничего не испытывал к студенту, то не подпустил бы его настолько близко. Ким хороший, добрый, но только вокруг Гука он носится с зачётками, бинтиками, ворчит и ругается, да так любовно, что Чон, вспоминая, не может не улыбнуться. Чонгук оживляется. Он предполагал, что его душевные терзания займут минимум несколько дней, но, на удивление, хватило часа, чтобы смириться со своей влюблённостью в ворчливого преподавателя. Не испугаться, отбросив чувства подальше, а принять их и начать действовать. Именно такие у Чона планы на сегодняшний вечер, ведь Тэхён будет ждать его на занятиях после пар.