ЗА ДЕНЬГИ ДА

— Знаешь, я не думал, что мы так долго продержимся, — выдыхает Сонхун. Пак смотрит в потолок, крутя в воздухе титановой трубочкой — его очередной выполненный каприз — пока разморенный жарой не столь давнего купания он валялся на кушетке посреди люксового номера в халате. Его ногу массажирует Джейк, сам лично. Не зовет массажистов, потому что Сонхун его конфетка. Пошлятина. — Буквально неделя прошла, — пускает смешок Джейк. Он сидит в простой белой футболке, которая, не поверите, но стоит две штуки баксов. Простая белая футболка. Сонхун проверил ради интереса. Теперь отходит от шока. Но, так-то, хочется масляной ступней об неё невзначай вытереться. Он не пытается, потому что знает, что завяжется драка, а потом ещё Джейк будет ныть, что он его абьюзит. Нет, кошмар, с каких пор люди с олд мани эстетикой используют блевотные слова в стиле «абьюзить»? С этим миром точно что-то не так. — Это много, тебе ли не знать, что за неделю можно сделать, — откидывается Сонухн, устало бормоча это себе в локоть. — Принцесса, для тебя я хоть звезду с неба достану. — Ага. Джейк мягко посмеивается, особенно сильно проминая ступню. Ноги, конечно, отличные, но все стопы в мозолях. Кожа толстая и грубая и, похоже, что Сонхун с этим борется, но урон на стопы слишком большой. Такая работа у моделей, говорит ему Сонухн, радоваться надо, когда это просто неудобная обувь, а плакать, когда обувь на три размера меньше твоего размера. — Знаешь, что нравится мне в тебе больше всего? — задаёт вопрос Джейк, отпуская ногу из приятного плена цепких рук. Боже, почему Сонхун тут? Вообще, спросить о наблюдениях над Джейком, вам Сонхун скажет, что тот часто приходит к вам и с улыбкой на миллион долларов говорит самую клишированную фразу, которую слышал этот мир, и умудряется этим даже подкупать. Интересно, как так получается. — Моя задница? Лицо? — Чувство юмора, конфетка. — Это оскорбление, от которого мне не отмыться. Сонухн заявляет это с трагично-каменным выражением лица, а Джейк смеется как богачи это делают: тихо, гулко и красиво. Может, не так уж и плохо быть меркантильным человеком? Кажется, у всего свои плюсы. Например, красавчик у твоих ног тобой абсолютно очарован, а ты, как идиот, даже улыбаешься ему в ответ и прощаешь ему его похорные фразы. — Можно скажу кое-что? — Джейк наклоняется над Сонхуном и дышит на него огнём, похоже. Может он ел острые крылышки? — У меня есть выбор? — закатывает глаза Сонухн и вздыхает всей грудью с облегчением, когда Джейк ложится на его грудь. Сонхун кладет руки на подлокотник и смотрит в мраморный потолок, слушая шум города. — Ты не такой, как другие. — Ещё одно постыдное слово, Шим Джеюн, и твоя задница летит вниз. Без меня. Я нанимаю хорошего адвоката, выставляем это так, будто ты меня хотел изнасиловать и твоя семья выплачивает мне миллионы за душевную травму. Понял? Джейк хихикает, сильнее жмется к нему, а Сонхун чувствует тонкие дорогие браслеты на запястье, которые щекотят его грудь. — И, все же, твое чувство юмора — твоя лучшая черта. Сонхун фыркает, как девица и смотрит в окно, подперев рукой голову. Ага, как же.